Результатов: 8

1

В Королевстве Нидерланды анекдоты про бельгийцев,
как у нас про чукчей. Вот один из них.

Приходит бельгиец в Туристичеcкое агенство.
"Хочу летом на остров, - говорит, - какие у вас в наличии
острова имеются?"
- Пожалуйста. Выбор большой. Вот - Япония?
- Нет. Бельгийца по телевизору смотрела - не понравилось.
- Мадагаскар?
- Нет. Бельгийца по телевизору смотрела - не понравилось.
- Британия?
- А это где такое? По телевизору не смотрела.
- Да тут совсем рядом. Большой такой остров. Вот, пожалуйста,
буклет, почитайте, через недельку приходите.

Через неделю приходит бельгиец и говорит, возвращая книгу:
- Давай другой остров. Бельгийца в книге прочел - англичане
по левой сторона дорога ездят. Ездил бельгийца эта неделя
по левой сторона - совсем не понравилось.

2

Исторический анекдот.

1938-й год.

Варшава открыто заявляла свои права на заморские колонии, мотивируя это тем, что Польша, часть которой входила в состав побеждённой в Первой мировой войне Германии, должна получить свою долю при распределении бывших германских колоний, поскольку поляки в Германии платили налоги, несли службу в полиции и армии, в т.ч, на территории германских заморских владений. Варшава требовала 1/10 от общей площади немецких колоний, т.к. этнические польские земли составляли 1/10 территории Германии до 1918 г.

У штурвала Морской и колониальной лиги встал мореплаватель и путешественник ген. Мариуш Заруский, выпускник одесского университета и архангельской морской школы. М. Заруский и его единомышленники разрабатывали планы приобретения земельных наделов в Южной Америке (Перу, Бразилия, Аргентина), Африке (Ангола, Либерия) и даже на далёком севере (Гренландия, которая к тому времени уже давным-давно принадлежала Дании). Эти идеи понравились польскому правительству, и оно в официальном порядке вступило в переговоры с Лиссабоном и Парижем с настойчивой просьбой передать Польше Мозамбик и Мадагаскар, соответственно...

С 1938 г. в Польше с большим воодушевлением отмечались т.н. Дни колоний. В костёлах служили мессы, на городских стенах вывешивали пропагандистские плакаты с энергичным лозунгом: "Желаем колоний для Польши!"...

А весной 1939 польский МИД направил указания своим послам в США, Франции и GB - выяснить на какие части Антарктиды может претендовать ПР...

Все мы помним, чем закончился для Польши этот приступ мании величия, уже в сентябре этого же (1939-го) года...

3

Анонс матча чемпионата мира по пляжному футболу: Россия - Мадагаскар. Читаю СМИ, интересно какой силы соперник? Цитата:
"Список игроков Мадагаскара выглядит устрашающе: фамилии игроков с первого раза прочитать практически невозможно".

4

Записки адеквата
Сегодня я чуть не сошел с ума. Короче, «нелегкая журналистская судьба, занесла меня в Париж». Побывал на конференции "Пути отрезвления населения. Региональные возможности". Не гы-гы, а начальство послало, оно у меня умное. Борьба с трезвостью это хорошо, а финансирование этого увлекательного мероприятия за счет бюджетных средств еще и интересно для читателя. Но тема не в этом.
На сцене одного из тверских ДК, как и положено, висела карта России. Точнее контур границ страны, наложенный на белый фон. Этот экзерсис сразу мне не понравился. (Есть такая фишка, см. №951412. ЕСЛИ МНЕ ЧТО-ТО НЕ НРАВИТСЯ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА, ЗНАЧИТ - ЖДИ БЕДЫ. ТОЧНЕЕ, ДАЖЕ НЕ ТАК: БЕДЫ!!!)

На карте все было на месте. Материковая территория - на месте. Крым - на месте, Сахалин, как отдельный кусок (остров, понятно) - на месте, Калининградское воеводство (тоже отдельным пятном, понятно - с одной стороны море, с трех враждебная суша братских государств Балтии) - на месте. Все на месте. Но...не складывается.
Не давал покоя левый нижний угол карты. На нем Крым был изображен полуостровом. Я знаю, что он и так полуостров! Но реально существующий перешеек, соединяет его с незалежной страной, населенной щирыми, свидомыми и понаехавашими, которые, собственно, составляют большинство. Ни вчера вечером, ни сегодня утром по новостям не проходило, что "наши войска освободили Мариуполь, Бердянск, Мелитополь, Херсон, Николаев и рвутся к Одессе". Так что суша там не наша, и территория дальше Армянска тоже.
К тому же, не далее чем все тем же утром, видел кадры с очередной американской лоханкой, по недоразумению считающейся чуть ли не эсминцем, нагло болтающейся в Черном море. Если бы произошло то, о чем написано в предыдущем абзаце, на нее любовался бы не я, а рыбы.
И, главное, перешеек был с другой стороны Крыма! Он был длинный и прямой как палка. К тому же толстая палка.
И тут я понял.
Чувствовал себя в тот момент, как чувствовал бы тот сумасшедший учитель географии из романа Ильфа и Петрова, найдя на карте "пропавший" Мадагаскар (или Лабрадор?)
Эти сцуки изобразили на контурной карте страны КРЫМСКИЙ МОСТ!!!!! И если прикинуть масштаб, то его ширина сопоставима со средним диаметром (хрен его знает, что это такое, только что придумал) города Симферополь. Километров 10.
Мля, ну нельзя же так шутить с утра в субботу...

5

Один мужик собрал деньги на отдых и летит на Мадагаскар. С собой у него три чемодана. Таможенник потребовал открыть первый чемодан. Открыли – он набит бутербродами! Таможенник заставляет открыть второй чемодан и с изумлением констатирует, что в нем тоже до отказа одни бутерброды.
В третьем чемодане та же картина.
Ошарашенный таможенник говорит:
— Вы не беспокойтесь, у вас не будет проблем, только скажите мне, зачем вам столько бутербродов?!
Мужик отвечает:
— Мой друг отдыхает на Мадагаскаре. Он прислал мне открытку, где пишет, что там бесподобная природа, настоящий рай! Погода постоянно отличная, еда превосходная, а трахнуть женщину можно всего за один бутерброд!

6

Как я организовывал концерт Цоя
(продолжение, https://www.anekdot.ru/id/1127101/)

На поиски негра ушла почти неделя. Выручил бас-гитарист Лёха.
— Есть у нас, на шахтостроительном, подходящий кадр. С острова Мадагаскар. Мы ему в колхозе водки накапали, так он и пел, и танцевал — любо-дорого.
— Класс! — обрадовался я, — Как зовут?
— Наполеон.
— Прямо целый Наполеон?
— Ага. Но приучили на Лёню отзываться.

Лёня-Наполеон требованиям Марка Борисовича соответствовал. Он был чёрен ("Так чёрен, что не делался темней..."— вспомнил я Бродского). И худ, как пустынный заяц. Я медленно и, как мне казалось, убедительно, излагал доводы в пользу его участия в концерте, дескать, редкая возможность и почётная обязанность познакомить советских людей с творчеством малагасийского народа. Наполеон молчал. Аргументы у меня заканчивались. Я уже подумывал начать заново или поискать переводчика. Задал уточняющий вопрос:
— Понятно говорю?
— Как? — наконец разомкнул уста Наполеон.
— Понятно?
— Ты делать концерт. Ты хотеть я петь народная песня для твой концерт. Я петь песня для твой концерт, ты делать зачёт Шкловский, я и мой брат.
— А брат-то здесь причём? — опешил я.
— Брат играет на джембе. Тук-тук. Очень хорошо. Нет зачёт — нет концерт. Понятно говорю?
Вот сразу видно, что не комсомолец, никакой сознательности. Зачёт ему подавай! И ведь ни у кого-нибудь, а у Шкловского! Да я сам ему с трудом сдал. Шкловский вообще не подарок. Говорили, что по ночам он ловит новую элементарную частицу и оттого всякое утро угрюм и с мешками под глазами. Да и вечером не лучше. За помощью я снова отправился к Александру Сергеевичу. Застал его на кафедре, он пил чай с доцентом Златкиным. Я начал рассказывать о проделанной работе, профессор Соловушкин одобрительно кивал, а Златкин хихикал.
— Но без зачёта отказывается. Наотрез. А времени мало совсем остаётся. Александр Сергеевич, как бы решить этот вопрос?
— Вероятно, надо всем вместе навалиться и поднатаскать? — заволновался профессор.
— Не успеем! Быть может, убедите Шкловского общественной важностью? Опять же, зачем им физика? Они же с шахтостроительного!
— Сергей, так нельзя говорить. Вот представь, вернутся эти ребята на Мадагаскар, поручат им строить шахту, а как же они, не зная физики, будут рыть?
— Да не будут они ничего рыть, — доцент Златкин неожиданно пришёл мне на помощь, — Саша, сам подумай, с советским образованием они сразу на партийную работу пойдут.
— На партийную работу, сразу, бедняги, — сочувственно произнёс Соловушкин и вздохнул, — раз так, попробую договориться.
— Спасибо, Александр Сергеевич! Наполеон и Людовик Йилаймахаритр... вот тут написано.

Наполеона пришлось выслеживать весь следующий день, он был трудноуловим, как элементарная частица.
— Пойдём в клуб, репетировать!
— Как?
— Репетировать. Ну, песню свою споешь, мы послушаем, чтобы всё нормально было.
— Как?
— Так! Зачёт получил? Топай на репетицию, петь будешь.
— Два раза концерт? Тогда два зачет делай.
Я вспылил. Но бас-гитарист Лёха меня успокоил:
— Да всё будет по ништяку, не переживай. А если что — водки ему плеснём.

И вот, на самом видном месте вывешена яркая и со всеми согласованная афиша:

*** 15 ноября состоится интернациональный концерт фольклорной музыки! ***

В программе:

Баллада о матери
Исполняет дуэт "Мадагаскар"

Древние армянские мелодии в современной обработке
Исполняет Ю.Каспарян

Песни советских корейцев
Исполняет В.Цой

По краям афиши были нарисованы лемур и какой-то...
— Андрюха, а чего за эскимоса с гитарой ты тут подрисовал?
— Сам ты эскимос, — обиделся Кныш.


В день концерта я завозился в лаборатории и в студклуб прибежал, когда зал уже наполнялся. На сцене, как Лёха и обещал, сидели братья-мадагаскарцы. Наполеон изучал потолок. Людовик стучал ладонями по маленькому барабану. Получалось ловко, в зале создавалось правильное настроение. Помимо институтских, были и незнакомые личности, в том числе, длинноволосые поклонники Аквариума, а может и сама группа Аквариум, я тогда не различал. В середине первого ряда были отведены места для начальства, однако, не было известно, придут ли. Профессор Соловушкин заранее извинился, что не сможет, прочие отмолчались. Зато прибыла кафедра научного коммунизма в полном составе, но они уселись в глубине зала. Марк Борисович охранял начальственные места, просил меня помочь, желающих было пруд пруди, но мне было не усидеть на одном месте, я бегал то в фойе, то за кулисы. В кабинете Марка Борисовича у открытой форточки курили Цой и Каспарян. Я поздоровался и вышел, чтобы не мешать.

Концерт начался ровно в семь, у Марка Борисовича мероприятия всегда начинались вовремя. Свет в зале притушили и тут же в первый ряд просочилась стайка совсем юных существ, не иначе — восьмиклассниц.
Я посмотрел на Марка Борисовича.
— Вот и ладушки, — сказал он.
Тем временем Наполеон встал и громко объявил:
— Малагасийская народная песня "Мама".
И снова сел.
— Затянет сейчас своё занудство, — успел подумать я и зря. Барабанный ритм ускорился.
Первые же ноты меня ошеломили: до ми соль ля си-бемоль ля соль... и так далее, главный квадрат рок-н-ролла, Rock Around the Clock и тому подобное. Лишь чуть медленнее и с неким лиризмом, всё-таки, о маме человек поёт. Голос у Наполеона был тонкий, но точный, с творожным оттенком, который присущ лишь чёрным.
Зал хлопал в такт, все веселились. Братья допели, раскланялись, но не ушли.
— Американская народная песня "Билли Джин", — неожиданно объявил Наполеон и садиться на этот раз не стал. Великий М.Джексон использовал, полагаю, всякие технические примочки для своей главной записи. У Наполеона был только микрофон и брат-барабанщик, но получалось до безумия похоже. К тому же, он принялся время от времени выделывать какие-то несусветные телодвижения (оригинала я тогда ещё не видел).

Billie Jean is not my lover...

— А вот с этим можно уже и на гастроли, — сказал задумчиво Марк Борисович. Я не понял, о чем речь, но уточнять не стал. К концу песни Наполеона заметно пошатывало, но ритм он не терял. Я оглянулся на Лёху, Лёха мне подмигнул. Разглядел я в зале и Шкловского, в непривычно весёлом настроении.
Братьям хлопали так долго, что кто-то крикнул: хватит, а то Цоя не дождёмся!
Аплодисменты затихли. Братья ушли. На сцену вышли Цой и Каспарян, стали настраиваться.
Из зала кричали что-то фамильярное, как будто там сидели первейшие друзья Виктора. Я пытался понять реакцию музыкантов. Но у Цоя лицо было восточно-каменным, а Каспарян никуда не смотрел, кроме грифа своей гитары.
Но вот Виктор взял первый аккорд и улыбнулся. Всё в миг переменилось, всё лишнее растворилось в этой удивительной, в чём-то детской, в чем-то шалопайской и немного грустной улыбке...

Мы вышли из дома, когда во всех окнах погасли огни...

Бывает, когда сильно ждёшь чего-то, и вот уже началось, а ты ещё не веришь. Понимание пришло позже, во время концерта я был как белый лист, как губка, впитывал, внимал этим словам, лаконичным, если картина, то углём, и всё вроде бы просто, но это слова нового мира, который открывался мне. Не только песни Цоя становились мне ясны, но и тот же Аквариум. Теперь я уже не буду считать "простых пассажиров мандариновой травы" отдыхающими на осеннем газоне.

В нашем смехе, и в наших слезах, и в пульсации вен...

Ритм захватывал, даже без ошеломительного тихомировского баса. Мне нужна была эта музыка, в этом ритме порывалось биться юное моё сердце.

Я родился на стыке созвездий, но жить не могу...

И мог ли я или кто другой предположить, что совсем скоро эти самые ребята создадут "Группу крови" — самый грандиозный альбом русского рока. И что впереди переполненные стадионы, Асса, Игла, время перемен, и тридцать пятый километр латвийского шоссе, и астероид номер 2740.
Можно ли было представить в тот вечер, что лет, эдак, через тридцать пять я допишу текст, поставлю точку и включу "КИНО". Нет, сегодня не "Группу..." и даже не "Звезду...", а пусть это будет "46":

Знаешь, каждую ночь я вижу во сне море...

текст Сергей ОК
фото с того концерта, сделано то ли Федоровым, то ли Кнышем

8

Тред о малайцах, которые могли доплыть до Мадагаскара и Африки:

daniel_grishin: Открыли ли мальгаши Африку — вопрос весьма интересный. Дело в том что это Мадагаскар был необитаем, а Африка-то нет. Так что первооткрывателей, похоже, подали к торжественному обеду по случаю визита.