Результатов: 13

1

Заблудился путешественник в джунглях. Увидел огонек, пошел на
него и оказался в селении абоpигенов. Его накоpмили, ведут в
хижину. По доpоге он спpашивает:
- А у вас тут людоедов нет?
- Hет. Вчеpа последнего поймали.
- А он не сбежит?
- Hе сбежит. Мы его съели.

3

Жила в нашем селении та самая некрасовская русская женщина. И прозвище имела не хилое-"Царь-баба". Запросто ворочала двухсотлитровые бочки с пивом в своем "голубом Дунае", одним ударом кулака выбивала пробки из бочек..Порядок в пивнухе был идеальный - однажды заартачившегося мужичка она просто перебросила через двухметровый забор одной рукой. Муж у неё был плюгавенький, но любил беззаветно, от той любви и дети были под стать маме.. Однажды на остановке в "скотовоз" (так у нас называли старые ликинские автобусы) кто-то вошел и машину явственно качнуло. Рядом с моей рукой на поручень легла рука - нет, ЛАПИЩА, раз в пять больше моей.. Оглянулся - стоит сын Царь-бабы, сутулится, ибо голова в потолок упирается даже на задней площадке.. Внучок Царь-бабы, Толик, тоже не мелкий - едва влазил в кабину ЗИЛа, на котором шоферил. Толика один раз аж пятеро милиционеров грузили в воронок, когда внучок мирно уснул по пьяни в клумбе с кактусами... Но это присказка.
Наблюдал тут с друзьями картинку. На стоянке около автовокзала столицы одного федерального округа дорогая иномарка заблокировала пепелац - УАЗик. Подходит к нему владелец - мужик с медведеобразной фигурой. Смотрит с недоумением на сложившуюся ситуацию. Хрюкнул пару раз клаксоном. Никто не реагирует. Пнул по колесу иномарки, от чего её сигнализация попищала минуту. Опять никто не реагирует... Тогда мужик просто взял и.. вытащил за бампер свой пепелац в сторону, как велосипед.
Завел мужик свой УАЗ, отъехал на пару метров. Встал. Вышел. Задумался. Потом решительно подошел к иномарке и в два приёма переставил её впритык между двумя другими машинами так, что и дверцы не открыть. Управлялся он с авто так, словно это была садовая тачка... В толпе звучали не аплодисменты, а овации. Мужик сел в свой пепелац (с трудом влез, так вернее) и уехал. На номере УАЗа мелькнули цифры родного региона. И фигура показалась знакомой.. Может, правнук?!

4

Фтирус пубис.
В этом, забытым Богом, колхозе, который затерялся на краю географии нашей области, мы планировали задержаться всего на пару дней. Просто случайно проезжая мимо, решили оказать шефскую помощь сельскому хозяйству, на территории кухни столовой, и бодро отступить, в направлении дома, прихватив с собою натуральные продукты земледелия и животноводства, в качестве честно заработанного трофея. У нашего водилы, на ближайшие выходные, было намечено сочетание браком с неповторимой, единственной и любимой, и на торжественную сдачу в эксплуатацию самой лучшей и незаменимой части тела невесты была приглашена вся бригада монтажников.
Поселились мы на продавленных скрипучих кроватях в облезлом бараке с криво приколоченной вывеской «Общежитие №1». Другой общаги в деревне не было. Вернувшись на помятые койки, после короткого трудового дня, мы с нескрываемой радостью заметили, что у нас имеются чертовски привлекательные соседки, черноглазые смугляночки, приехавшие на заработки из братской республики. Выпуклости их молодых тел, задорно выпиравшие в разные стороны из выцветших на знойном южном солнце платьиц, не по-деццки заинтересовали нас, и в наших творческих головах сразу возникла правильная мысль подружиться с ними организмами. Во избежание недоразумений, выяснили у местных пацанов, что своими действиями нарушений смежных прав мы им не нанесем, впервые за последнюю неделю побрились и, побрызгавшись «Тройным» одеколоном отправились знакомиться. Девчонки оказались на удивление интересными, и мы очень быстро разбившись по влюбленным парам, разбрелись в поисках укромных мест для более тесного общения. Ночь пролетела в одно мгновение, а утром, веселые и радостные, разошлись по рабочим местам, на ходу обсуждая «кто кого и как», с нетерпением ожидая предстоящего вечера.
Уже после обеда я заметил, что меня нипадеццки волнует и тревожит моЙ главнЫЙ МЕСТО, его постоянно хотелось трогать руками, гладить и чесать, он требовал себе заботы и внимания. Поделился своими наблюдениями с друзьями и выяснил, что в этом плане я далеко не одинок, чесались все пацаны. Стало ясно, что мы намотали что-то нехорошее на свои винты и влетели по взрослому. Толян как самый прожженный по жизни и опытный в бапских делах, расстегнув свои штаны, попросил меня: - «Посвети фонариком», и, покопавшись у себя в густом пушистом меху, извлек, держа двумя прокуренными ногтями древнейшее животное, пережившее динозавров и мамонтов, и согревавшее в пещере, промозглыми дождливыми ночами, своим присутствием первобытного человека. Важно поднеся его к густо засиженной мухами тусклой электрической лампочке, Толян торжественно представил реликтовое существо взволнованному народу:
- Ман-н-н-давошка!
На коротком, внеочередном, профсоюзном собрании, после небольшого замешательства, единогласно было решено строго разобраться с иноземными бабами, примерно наказать их и незамедлительно начать самолечение, предварительно проконсультировавшись с местным ветеринаром. На бедного жениха невозможно было смотреть без смеха и слез, ведь ему, предстояло на выходных сбивать пломбу с драгоценной невесты и подтверждать свою мужскую состоятельность. Он нам заявил, что как старый дальнобойщик будет лечиться самостоятельно самым надежным шоферским способом, проверенным на дорогах страны тысячами «камазистов».
Водила раздобыл у аборигенов солярки и, постирав в ней свои семейные трусы, надел их на голое тело. В ожидании чудесного избавления от средневековой напасти он менжевался перед нашими глазами, отвлекая нас от работы, дефилировал между столиками столовой и всем своим видом изображал раскаявшегося грешника в ожидании Праведного Небесного Суда. Соляра оказывала магическое действие не только на гнусных паразитов, но и на самого пациента, который постепенно убыстрял шаг, пока не сорвался на бег. Когда ему уже совсем припекло и стало невтерпеж, водила оттянул резинку трусов и посмотрел на свой личный инструмент.
Гримаса жуткого смертельного ужаса в мгновение ока исказила его лицо. Издав продолжительный вопль отчаяния, он в ступоре остановился посередине зала колхозной столовой. Подбежав к нему, мы безуспешно попытались его растормошить и привести в чувство, и когда Толян оттянул ему резинку, мы с любопытством заглянули в трусы. От увиденного зрелища все пацаны остолбенели. Приданое хозяйство жениха было покрыто розовато-белыми волдырями внешне похожими на трудовые мозоли, мех, обрамляющий мужское достоинство, линял клочьями как с мартовского блудного кота, а с хромосомных баллонов серыми лоскутами слезала кожа. Мы так и не узнали, что это было: аллергическая реакция проспиртованного иммунитета, неправильно понятая рецептура народного средства или просто банальная передозировка. Придя в себя, водила, оставив ключи от трехскоростного ЕрАЗика, на попутках сорвался домой, в город.
Больше мы его никогда не встречали.
Наши претензии деффки встретили с искренним непониманием. Русский язык они знали плохо и значение слова, определяющее видовую принадлежность древнего насекомого, до них не доходило. По слогам произнося:
=Ман-да-вош-ка,= сестренки в недоумении пожимали плечиками, хлопали огромными ресницами, удивленно таращась, друг на друга. Бригадирша «ответственно» заявила нам, «что все деффки здоровые и чистые. Заразы у них не было и нет, и «нечего валить с больной головы на здоровые»».

Тогда Толян в очередной раз спас родную бригаду от неминуемого позора, он расстегнул мотню и, вывалив свой классический прибор наружу, знаком показал своей пАдруге, = ищи! Девчонка, ловкими пальчиками, моментально выцепила редкое животное с родного тела и звонким радостным голосом воскликнула:

=Зверюшки??? … Так они же у всех есть!!!

Грозовая обстановка моментально разрядилась. Девочки стояли довольные и радостные оттого, что поняли суть нашей проблемы. Своей вины в ней они абсолютно не чувствовали, а мы растерянно улыбались, осознав что, общаемся с совершенно другой цивилизацией, что мы пересеклись с параллельным миром существующим независимо от нашего. Деликатно доведя до их сознания, что иметь своих зверюшек сейчас совсем не модно, а выращивать густую растительность на рабочем органе вообще не цивильно мы мирно уладили возникшее недоразумение. Совместно было принято правильное решение, устраивающее всех, продолжить дружбу организмами, а лечение отложить на следующий день.
На утро, ветеринар, наслышанный о нашей беде, подогнал нам пол ведра вонючей серо-ртутной мази, от которой, с его слов, мандавошки заражались страшной болезнью и моментально погибали, корчась в аццких мучениях, и провел подробный инструктаж по применению снадобья. А мы в ответ ему пообещали, что вылечим всю женскую бригаду, что и сделали. В этом колхозе мы провели еще одну неделю полную смеха, радости и любви и до конца сельскохозяйственного сезона ежемесячно навещали своих подружек, заезжая в гости с «инспекционной» проверкой. Для себя из этой истории я выделил пару моментов, которыми руководствуюсь и по сегодняшний день. С тех пор считаю правильным в любой спорной ситуации, как можно быстрее, найти компромиссное решение, максимально устраивающее все конфликтующие стороны. А также пришел к выводу, что своими знаниями и опытом нужно безвозмездно делиться с людьми, нуждающимися в них, чтобы твои мысли остались на Земле, и, живя самостоятельно, способствовали общему прогрессу и развитию нашей цивилизации. Признаюсь Вам честно, длинными зимними вечерами, сидя в уютном кресле перед экраном телевизора с бокалом настоящего самопального вина, мне всегда приятно осознавать, что где-то, в далекой братской республике, в затерянном горном селении, весь трудовой народ навсегда избавился от мандавошек благодаря мне и моему бригадиру Толяну.
© Zenzel

5

Жил-был в Чехии пивовар.
Поставщиков обманывал, покупателям грубил, хмель буряком подменял, а на солоде, бывало, подчистую экономил. Да к тому же и готовое пиво с водой бодяжил.
Приобрел он дурную славу не только в родном селении, но и по всей Чехии, где прозвали его Велкопоповицкий Козел.

6

В одном селении жил мудрец. Он любил детей и часто дарил им что-нибудь, но всегда это были очень хрупкие предметы. Дети старались обращаться с ними осторожно, но их новые игрушки часто ломались, и они очень горевали. Мудрец снова дарил им игрушки, но еще более хрупкие. Однажды родители не выдержали и пришли к нему: Ты мудрый и добрый человек, зачем же ты даришь нашим детям хрупкие игрушки? Они горько плачут, когда игрушки ломаются. Пройдет совсем немного лет, улыбнулся мудрец, и кто-то подарит им свое сердце. Может быть, с моей помощью они научатся обращаться с этим бесценным даром бережнее.

7

В одном селении жил мудрец. Он любил детей и часто дарил им что-нибудь, но всегда это были очень хрупкие предметы. Дети старались обращаться с ними осторожно, но их новые игрушки часто ломались, и они очень горевали. Мудрец снова дарил им игрушки, но еще более хрупкие.
Однажды родители не выдержали и пришли к нему:
Ты мудрый и добрый человек, зачем же ты даришь нашим детям хрупкие игрушки? Они горько плачут, когда игрушки ломаются.
Пройдет совсем немного лет, улыбнулся мудрец, и кто-то подарит им свое сердце. Может быть, с моей помощью они научатся обращаться с этим бесценным даром бережнее.

8

Пару лет назад в Бостоне, США, мне довелось пообщаться с американской журналисткой которая прожила 12 лет в Москве, 3 года в Минске и еще не помню сколько лет в Афганистане. Она, что называется, находилась между работами 'between assignments' и должна была снова поехать в Афганистан через месяц другой. По-русски она говорила не только практически без акцента (хотя утверждала что язык у нее 'rusty'), но и использовала обороты только знакомые русскому человеку. Рассказала историю которая произошла с ней в Афганистане. Через знакомых 'на хвосте' ей удалось попасть на встречу старейшин в одном удаленном селении. Зашли в хижину, старейшины в тюрбанах сидели по кругу в центре. Ее (единственную женщину) посадили с краю и как бы игнорировали и даже косились не по-доброму – кто мол ее сюда привел. По-паштунски она говорила не очень, поэтому когда она что-то сказала чтобы 'поддержать беседу' лед обстановки не разбился, а даже наоборот. И тут она краем уха услыхала что кто-то в беседе употребил русское слово и наша героиня на чистом русском поинтересовалась: 'Вы говорите по-русски?'. Оказалось, что большинство старейшин владели великим и могучим в совершенстве так как получали высшее образование в СССР. В то время когда ограниченный контенгент Советских войск выполнял свой интернациональный долг, тысячи афганцев учились в СССР на юристов, докторов, учителей. Очень уважаемые в Афганистане профессиии и основа их теперешнего среднего класса (middle class). Беседа оживилась и потеплела и наша журналистка была принята как своя. Об СССР старейшины вспоминали с теплотой и благодарностью.

9

В одном селении на свадьбе тамада перепил шампанского и его стало немного пучить. А по ходу дела он должен был вскоре выстрелить из пистолета. Тогда тамада додумался под шумок выстрела и освободиться от мучившей его напасти. Но, о боже, пистолет дал осечку. Красный от стыда тамада убежал в горы и скрывался там десять лет. Затем он все таки решился спуститься, думая, что все давно уже забыто. Придя в село, он встретил маленького мальчика:
- Мальчик! Здравствуй! Я давно у вас не был. Что тут новенького произошло за последнее время?
- С тех пор, как тамада пернул, ничего особенного не произошло.

10

Раньше, когда кипяток был горячим, а деревья большими, строить было не в пример легче, чем сейчас. Князь с дружиною обычным порядком болтались по лесостепи в поисках приключений на свои и чужие задницы и натыкались на красивое место. Река шуршит, птички поют, зайцы по деревьям прыгают.

- Здесь! – указывала княжья длань в железной перчатке на холмик.

- Чо здесь-то, княже? – интересовалась дружина

- Город будет заложон, - добро прищуривался князь, помахивая булавой. - Понятно?

- Понятно, чего тут непонятного. - соглашалась дружина.

- Ну и хуячим! - итожил князь и уходил в ельник бороться с ближайшей медведицей.

Дружина же спешивалась, рассупонивалась, и начинала хуячить.

К вечеру третьего дня был не просто готов княжий терем, а в нем уже заводились теремные девки, княгиня, и даже пара княжичей.

Нынче все сложнее. Строительство начинается с проектирования, проектирование – с изысканий, а изыскания - с геодезии. Чем все это заканчивается лучше не задумываться. Откуда завелся первый геодезист никто не знает, даже Евклид с Пифагором отнекиваются. Но профессия нужная, необходимая, без геодезии на современной стройке никуда.

И вот в советское время в одной из республик среднеазиатской части СССР появилась геодезическая партия с заданием на съемку территории. То ли место для поворота северных рек хотели определить, то ли космодром лишний построить. Надо сказать, что геодезисты никому не нравятся. Потому что если ты сегодня увидел человека с теодолитом, то завтра на этом месте появится несколько экскаваторов и отроется котлован.

Прекрасно понимая, что геодезистов даже строители не любят, а рядовые жители могут просто побить, в партию приняли несколько специальных товарищей для налаживания контактов с местным населением.

- Местные жители – просто дикие люди, - сказал местный начальник, - для них тренога с прибором, как тореадор для быка, затопчут и глазом не моргнут, а наши товарищи, они свои, и с ними договорятся.

В результате опытного геодезиста с одним из таких товарищей послали в отдаленный кишлак. В селении к счастью вообще ни души не оказалось, ни дикой, ни домашней. То ли на работе, то ли попрятались все. Приехали, установили штатив, теодолит, уровень отрегулировали.

- Иди, - говорит геодезист специальному напарнику, - вешку вон у того угла забора на ходовую точку поставь, я за нее зацеплюсь.

Вешка - это у них прутик с бумажкой, чтоб сразу в окуляр увидеть. Отражателей, как сейчас к тахеометрам тогда не было, да и теодолиты координаты не запоминали. Бумажками обходились. Из записной книжки вырвал, на прутик нацепит и вперед метров на сто, к указанному углу забора. Товарищ вернулся.

- Поставил вешку?

- Поставил.

- Не вижу. Точно поставил? Иди проверь.

Товарищ топает к углу забора, вешки нет. Втыкает новый прутик, напяливает на него еще листок из книжки. Возвращается.

- Вешка-то где? Ты ее точно поставил?

- Да ставил я. Может ветром сдуло?

- Так нету ветра-то. Иди проверь.

Товарищ идет к углу забора. Сто метров, солнце. Сорок градусов в тени, только до той тени тыщу километров. Прутика нет. Оглядывается в поисках засады. Вокруг никого, тишина, не шевелятся даже редкие пыльные листья. Втыкает новую вешку, вешает бумажку. Тихо, на цыпочках, отходит метров пять и резко оборачивается. Вешка стоит, никого нет. Спокойным шагом возвращается к теодолиту.

- Где вешка? Ты поставишь вешку наконец или нет?

Товарищ возвращается обратно. Ничего нет, никого нет, все тихо. Мастырит предпоследний листок из книги на новый прут. Втыкает в землю. Отходит на пять метров и резко оборачивается. Вешка на месте. Удаляется еще на пять метров. Поворачивается. Из-за забора высовывается голова коровы, виноватыми глазами смотрит вокруг, глотает прутик вместе с бумажкой и убирается обратно.

Товарищ вопросительно смотрит на геодезиста, мол, я-то чего? Это корова, а она может вообще дикая.

- Так это тебя послали с местным населением договариваться, - пожимает плечами геодезист, - делай что хочешь, а вешку поставь.

С коровой они договорились, но к вечеру выяснили, что сняли не тот кишлак.

11

Жил-был в Чехии пивовар. Поставщиков обманывал, покупателям грубил, хмель буряком подменял, а на солоде, бывало, подчистую экономил. Да к тому же и готовое пиво с водой бодяжил. Приобрел он дурную славу не только в родном селении, но и по всей Чехии, где прозвали его Велкопоповицкий Козел

12

Жил-был в Чехии пивовар. Поставщиков обманывал, покупателям грубил, хмель буряком подменял, а на солоде, бывало, подчистую экономил. Да к тому же и готовое пиво с водой бодяжил. Приобрел он дурную славу не только в родном селении, но и по всей Чехии, где прозвали его Велкопоповицкий Козел.