Анекдоты дня за 01-05-2026, за вчера, год назад, 2 года назад
5.
Поехал мужик с тещей на дачу. Выпили вечерком. Теща не старая, мужик хоть куда, ну и совратила она его про между делом. Мужик протрезвел, расстроился, жену любит, что теперь делать - не знает. Приезжает домой, грустный, сам не свой, звонит в дверь. Открывает жена, видит его и сразу: - Ты чего какой, что произошло, что было? Мужик (в сердцах): - Еб твою мать!
|
9.
Здравствуйте. Моему мужу 36, мне 34. У нас есть дочка, которой 11 лет. В семье у нас все дружат, обстановка весёлая. Муж работает 3/3, я работаю каждый день до обеда. Однажды я освободилась раньше и придя домой очень удивилась... Мягко сказать. Захожу в комнату, на диване сидит дочь не переодевшись в школьной форме и играет в планшет, муж сидит рядом и облизывает её ноги в колготках... Дочь увидев меня никак не отреагировала и продолжала смотреть в экран. Муж же сказал: да ты не стой, заходи... Я была в шоке. Что это такое? Позже выяснилось, что у них это уже второй год такой ритуал по приходу со школы якобы массаж после школы. Дочери приятно, а муж как ни в чем не бывало целует ноги. Муж говорит что ничего страшного в этом нет. Я волнуюсь нормально ли это. С интимом у нас все хорошо, 3-4 раза в неделю. Всех всё устраивает. Забыла написать, что муж фетишист и любит таскать мои ноги. Теперь оказывается не только мои. Подскажите как мне с ним поговорить и как поговорить с дочерью. Надеюсь на ваш совет.
|
|
11.
"Три мушкетёра" на современный лад: Мага из отдалённого аула приезжает в Москву, и его дядя Казбек, возглавляющий охрану президента, устраивает его к себе на работу. Мага снял хату на Чистых Прудах, за которую не платит, а ещё и пиздит арендодателя, ебет его жену и пиздит судебных приставов. И вот четыре сотрудника охраны президента - Мага, Резван, Сослан и Зелимхан бегают по Москве, пиздятся со службой безопасности патриарха, поебывают Наташу, которая делает ногти жене президента и бухают в ночных клубах. В это время жена президента спит с послом США и сливает тому государственные секреты...
|
|
14.
"Три мушкетёра" на современный лад: Мага из отдалённого аула приезжает в Москву, и его дядя Казбек, возглавляющий охрану президента, устраивает его к себе на работу. Мага снял хату на Чистых Прудах, за которую не платит, а ещё и пиздит арендодателя, ебет его жену и пиздит судебных приставов. И вот четыре сотрудника охраны президента - Мага, Резван, Сослан и Зелимхан бегают по Москве, пиздятся со службой безопасности патриарха, поебывают Наташу, которая делает ногти жене президента и бухают в ночных клубах. В это время жена президента спит с послом США и сливает тому государственные секреты... . Госпидя, это же как раз про Зе, а не про Москву!
|
|
25.
Самое простое сочетание вина и еды: то, что охотится на нас, едим с красным вином, то, что пытается ускользнуть - с белым. ==. На вас охотится говядина? Бе- едненькие... ==. Ну-ну... Попробуй на себе испанскую энсьерро (забег от быков), тогда твое мнение о безобидности говядины сильно пошатнется. ==. Нукай дальше, ямщик Негонила Шадей. Может, тебе хоть кобыла твоя скажет, что быки на людей не охотятся. Они могут погоняться за отдельными дебилами, но при этом не охотятся. Дадут заслуженных трендюлей и уходят. Забегалло понималло?
|
|
26.
Археолог Александр Бутягин, освобождённый из-под ареста в Польше, рассказывает в своём интервью 1 каналу: "Я завтракал в отеле, когда ко мне подошли две женщины - подполковник и майор - и попросили отойти с ними поговорить"... Вот что значит идти непонятно куда в гостинице с незнакомыми женщинами!
|
|
33.
ИА «Панорама». Редакция «самого достоверного агентства России» объявила о самоликвидации.
Причина, озвученная главным редактором в наспех склеенном пресс-релизе, проста до зубного скрежета: реальность окончательно и бесповоротно обогнала пародию.
«Мы проиграли. Честно. Когда мы выдумывали новость про то, как депутаты запретили высаживать кактусы в офисах под угрозой изъятия детей, это был шедевр абсурда. А теперь это плановая повестка Госдумы на вторник».
|
|
34.
Одно из самых недооцененных условий прогресса — стандартизация. В Европе 1789 года существовало более двухсот пятидесяти ТЫСЯЧ различных единиц измерения — каждая провинция, каждый город, иногда каждый цех имели свои локтя, фунты, бушели. «Парижский локоть» был не равен «лионскому», а «нормандская сотня» означала 120, потому что там считали дюжинами. Меры были привязаны к конкретным практикам — «акр» означал площадь, которую один человек может вспахать за день и потому в горах он был меньше, чем в долине.
В 1791 году французское Учредительное собрание поручило Академии наук создать универсальную систему мер. Принцип выбрали красивый: метр должен составлять одну десятимиллионную часть четверти земного меридиана. Тогда два астронома — Жан-Батист Деламбр и Пьер Мешен отправились в семилетнюю экспедицию, чтобы триангуляцией измерить дугу меридиана от Дюнкерка до Барселоны. Это было время террора, войны с Испанией и оккупации. Их арестовывали как шпионов, ставили под подозрение в революционных трибуналах, обвиняли в роялизме (поскольку они работали с дореволюционными астрономическими таблицами). Деламбр завершил северную часть, Мешен застрял на юге — и в Каталонии обнаружил в собственных измерениях ошибку, которую он скрыл от коллег. В результате платиновый эталон метра получился немного длиннее десятимиллионной части меридиана. Метр распространялся по миру медленно: Франция — 1799, Нидерланды — 1820, Германия — 1872, Россия — 1899, США так до сих пор полностью не перешли на метрическую систему. Это приводило ко множеству ошибок и аварий.
До 1841 года каждый английский механический завод нарезал болты со своим шагом и углом профиля. Это означало, что если у вас сломался болт на станке Манчестера, заменить его в Шеффилде было невозможно. Инженер Джозеф Уитворт обошел главные британские заводы, измерил болты, усреднил параметры и в 1841 году предложил единый стандарт. Это первый в истории успешный промышленный стандарт международного уровня — британская резьба распространилась по всей империи и за ее пределы, а потом конкурировала с американской резьбой и метрической ISO. Именно отсюда начинается взаимозаменяемость деталей, без которой немыслимо массовое производство.
В Британии 1830-х годов шла настоящая война за стандартную ширину железных дорог. Существовали две разные системы (Стефенсона и Брюнеля) и в местах их пересечения пассажиры были вынуждены пересаживаться, а грузы — перегружаться, что вызывало хаос. Парламентская комиссия приняла закон, обязавший все новые линии строить в стефенсоновской колее. Аналогичная история произошла в США в 1886 году, когда всего за два дня около 13 000 миль южных железных дорог одновременно перешили с пятифутовой колеи на стефенсоновскую, чтобы интегрироваться с северной сетью. Это была крупнейшая инженерная операция XIX века, и о ней почти никто не помнит.
В 1778 году французский оружейник Оноре Бланк в присутствии американского посла Томаса Джефферсона продемонстрировал, как из ящика случайно перемешанных частей мушкетов можно собрать рабочее оружие, не подбирая детали. Это произвело на Джефферсона огромное впечатление и он привез эту идею в США и хотя сама система во Франции после Революции заглохла, в Америке ее подхватили государственные арсеналы, на которых была налажена машинная нарезка стандартных частей. Сначала стандартизация распространилась на оружие, потом на швейные машины Зингера, велосипеды, печатные машинки и в итоге автомобили Форда.
Железные дороги были бы невозможны без стандартизации времени. До 1883 года в США каждый город жил по местному солнечному времени, и разница между Бостоном и Нью-Йорком составляла около 12 минут. Для пешехода это не имело значения, для дилижанса — тоже, но для железной дороги это был кошмар: расписание на крупной американской ветке могло включать до сотни локальных времен, и это было одной из главных причин крушений. Уильям Фредерик Аллен, секретарь съезда железнодорожных управляющих, разработал систему четырех часовых поясов и убедил все главные дороги страны принять ее одновременно — в полдень 18 ноября 1883 года американские города перевели свои часы на единое поясное время. Многие города сопротивлялись, но проиграли. Через год в Вашингтоне состоялась Международная меридианная конференция, которая приняла Гринвич за нулевой меридиан и установила систему мировых часовых поясов.
Была длительная война за концертное «ля» — 440 герц. Высота ноты ля первой октавы «плавала» с XVII по XIX век: в Венеции XVII века «концертный тон» (mezzo punto) звучал примерно на современных 460 Гц, в немецких церквях XVIII века тот же ля разных органов гулял от 380 до 480 Гц — то есть разница между двумя «ля» в соседних городах могла быть больше полутора тонов. Бах, переезжая из Лейпцига в Дрезден, переделывал свои кантаты, потому что иначе певцам было невозможно их петь. В XIX веке оркестры повышали строй, потому что более высокий тон дает более яркое и звонкое звучание духовых, а каждый дирижер хотел блистать. Это разрушало голосовые связки певцов, особенно сопрано — Верди в 1884 году яростно протестовал и предлагал зафиксировать «итальянский ля» на 432 Гц, который тогда считался разумным компромиссом. После долгих споров Международная конференция по стандартизации в Лондоне в 1939 году приняла решение: концертный ля = 440 Гц. Интересно, что главным аргументом была не музыка, а радиовещание: BBC и другие национальные вещатели остро нуждались в общей точке для трансляции концертов, и нота-камертон 440 Гц транслировалась в эфире как технический сигнал.
Была война за количество клавиш у фортепианной клавиатуры. Победил стандарт фирмы Стейнвей, утвержденный в 1880 году — 88 клавиш: 52 белые и 36 черных. У клавикордов и клавесинов XVI–XVII веков было 4–4,5 октавы, у молоточкового фортепиано Кристофори (1700-е) — около 4,5, у инструмента, на котором работал Бетховен — 6 (отсюда «лишние» сонаты, не помещающиеся на старых инструментах). Лист и Шопен играли на 7-октавных. Стейнвей добавил еще четверть октавы вверх и три ноты вниз — частично из коммерческих соображений (чтобы инструмент был больше, чем у конкурентов), частично потому, что некоторые композиторы это требовали.
Была война за стандарт MIDI, который спас электронную музыку потому, что в начале 1980-х каждый производитель электронных синтезаторов (Roland, Yamaha, Korg, Sequential Circuits, Oberheim, Moog) использовал собственный закрытый протокол связи между инструментами. В результате студийная электронная музыка уже существовала, но ее нельзя было легко интегрировать — подключить синтезатор Roland к секвенсору Sequential Circuits было невозможно. Производители смогли договориться и протокол MIDI был опубликован полностью бесплатно, без лицензионных отчислений. Без MIDI не было бы ни современной поп-музыки, ни домашней звукозаписи
Была война за стандарт контейнера и «Война токов» — за стандарт электроснабжения (постоянный против переменного), долго шла война за стандарт раскладки клавиатуры. Были войны за размер кредитной карты, водительских прав, пропусков на работу, гостиничных ключей и транспортных карт.
Были и проигранные войны, в которых стандарта достичь не удалось (и уже не удастся). В результате сегодня в мире сосуществует около 15 несовместимых типов розеток.
Из сети
|
|
Предложить анекдот
← 30-04-2026 01-05-2026
01-05-2025 01-05-2024 01-05-2023