Анекдоты про прозвище |
Однокурсник мой Яков Морозов, чистокровный мордвин, эрзя. Так что поосторожнее с определением национальности по фамилии. Сказанул как-то, что в городе люди живут, как вороны на деревьях. Очень ёмкое определение, надо сказать. И что же вы думаете? К нему тут же пристало прозвище - ворона. Хотя он истинно деревенский парень.
|
Продолжаю свои истории про казино. Сегодня про Крокодила и его новую жизнь.
Юру по прозвищу Крокодил – невзрачного типчика неопределенного возраста с красными глазами – в казино знали все. По профессии Крокодил был музыкантом, но предпочитал играть только в карты и рулетку. Он торчал в казино годами и круглосуточно, а питался в основном бесплатным пивом. Больше всего на свете Крокодил гордился рекламным календариком казино. Помимо девушки-дилера и рулетки, со спины были сфотографированы сидящие за игровым столом игроки, причем один из них попал в кадр не полностью. По части туловища, руке и уху Крокодил уверенно опознал себя и с календариком не расставался.
Не знаю, откуда появилось его странное прозвище. Когда мы познакомились, он был уже вполне состоявшимся Крокодилом, и по-другому его никто не называл. На самом деле Юра был не грозной рептилией, а скорее рыбой-прилипалой. Он мог часами сопровождать выбранную жертву, радоваться выигрышам, переживать при проигрыше, давать «ценные» советы и до хрипоты спорить с дилерами. И все это ради того, чтобы, выбрав удобный момент, выпросить сторублевую фишку. Полученную сотню Крокодил быстро проигрывал, и все начиналось сначала.
Обычно администрация казино не любит подобных персонажей и быстренько запрещает им вход, но безобидного и доброжелательного Крокодила не трогали. Он был чем-то вроде местного домового.
Но однажды Крокодил исчез. И никто не знал куда. Его не было в казино с месяц, и это было удивительно и даже слегка тревожно. Уж не случилось ли чего... Но потом случайно встретил его на улице.
– Да решил завязать с казино, – важно сообщил Крокодил. – Глупости это все!
– Похвально, – говорю.– И чем занимаешься?
Крокодил приосанился:
– На Маркса букмекерскую контору открыли. Теперь только там!
***********
Много забавных и слегка олитературенных воспоминаний в моей книжке.
https://www.litres.ru/book/mih-sazonov/samcovyy-kapkan-72360712/
|
|
Серёга и карательная медицина
В детском саду у меня было прозвище «Профессор». В краткой, бытовой версии. Полная же, официальная включала ещё и научную специальность – «…кислых щей». Впрочем, с одногруппниками я общался мало и в основном, что называется, по делу. Вот, например, как-то раз скооперировались мы с главным местным хулиганом Серёгой, сыном нашей медсестры. Решили прогулять утреннюю зарядку, что считалось почему-то серьёзным преступлением. Выбрали заранее удобную позицию за кустами. Улучив момент, сбежали с построения, короткими перебежками достигли своего убежища. И оттуда снисходительно наблюдали за тем, как одногруппников принуждают размахивать руками и приседать. А затем от скуки принялись их пародировать, глумясь и втихомолку ухохатываясь.
Если бы у нас было побольше мозгов, то мы легко сообразили бы, что наблюдательный пункт выбран так себе, не очень удачно. Прямо под окнами медицинского кабинета на втором этаже. Откуда Серёгиной маме прекрасно видны были и наше убежище в голых осенних кустах, и наши гнусные пантомимы. Вскоре нас, естественно, взяли с поличным и повели в этот самый кабинет, обещая болезненные уколы в воспитательных целях. Я уколы сильно не любил и слегка приуныл. Серёга же, наоборот, держался орлом, посмеивался, иронизировал и взывал к логике.
- Послушай, Профессор. – говорил он мне рассудительно. – Ну ты же вроде неглупый мужик. Где это видано, чтобы уколы в воспитательных целях ставили. Да быть такого не может. Уж ты поверь, я же сын медицинского работника, в таких делах-то разбираюсь как-нибудь. Укол – это, брат, штука серьёзная. Его у нас только по медицинским показаниям делают. Да и то в крайнем случае, если выбора нет... Так что это всё – голимые понты. Воспитывает нас мамаша, на пушку берёт. Напугать – это да, постараются. До конца будут фасон держать, чтоб мы обделались хорошенько. Но чтобы реально укол влепили – да ну, нет, хрень какая, быть такого просто не может.
Так, на кураже, лихо он и держался до самого финала. Похохатывал, когда нас завели в кабинет. Хмыкал, когда нас заставили снять штаны. Залихватски мне подмигивал, когда его мама набирала из ампул в шприцы аскорбинку. И даже когда подошла к нему со шприцем, цинично ухмылялся: зырь, мол, как старается, во марку держит, всё как по-настоящему, по-взрослому. Но мы-то понимаем, что недолго музыке играть, щас уже заднюю дадут, никуда не денутся, клоуны.
В итоге, когда шприц со щипучей злобной аскорбинкой всё-таки воткнулся в Серёгину задницу, тот оказался к этому абсолютно не готовым. В долю секунды его рожа жутко перекосилась, ехидная гримаса мгновенно сменилась выражением полнейшего изумления. И на весь детский садик разнёсся истошный, отчаянный вопль – не столько боли, сколько ужаса и недоумения. Привычная, стройная, выверенная картина мира у человека просто рухнула. Затем пришёл и мой черед…
В качестве родительского напутствия нам было рекомендовано общественных законов больше не нарушать. А уж если всё-таки решим нарушить, то не так, как сегодня, по-лоховски. Подготовиться к этому основательно, всё хорошенько продумать – и не попадаться.
|
|
16 октября - день рождения самого остроумного человека Великобритании!
«Климат в аду, конечно неприятен, но зато какое общество».
...
«Я живу в постоянном страхе, что меня поймут правильно».
...
«Когда со мной сразу соглашаются, я чувствую, что я не прав».
...
«В жизни бывают только две настоящие трагедии: одна — когда не получаешь того, чего хочешь, а вторая — когда получаешь».
...
«Когда Добро бессильно — оно Зло».
...
«Недурно, если дружба начинается смехом, и лучше всего, если она им же кончается».
...
«Я слышал столько клеветы о вас, что теперь уверен: вы – прекрасный человек».
...
«Никогда не следует доверять женщине, которая называет вам свой возраст. Женщина, сказавшая это, может рассказать что угодно».
...
«Это хорошо, что вы курите. Каждому мужчине нужно какое-нибудь занятие. И так уж в Лондоне слишком много бездельников».
...
«Работа – последнее прибежище тех, кто больше ничего не умеет делать».
...
«Только поверхностные люди не судят по внешности».
...
«Есть люди, которые знают всё, и, к сожалению, это всё, что они знают».
...
«Мой ирландский акцент был в числе многого, что я позабыл в Оксфорде».
...
«Или я, или эти мерзкие обои в цветочек».
ОСКАР УАЙЛЬД
(16 октября 1854 — 30 ноября 1900) - один из самых популярных представителей модернизма позднего периода Викторианской эпохи, всемирно известный английский писатель, драматург и поэт ирландского происхождения, автор девяти пьес, одного романа - «Портрет Дориана Грея», множества стихов, рассказов, очерков и остроумных афоризмов, за которые получил прозвище «Принц Парадокс».
Фото: cтудент Оксфордского университета Оскар Уайльд, 3 апреля 1876 года.
(с)
Из сети
|
|
Эзоп и медведь
Всё-таки старые русские актеры, это главный архив Мельпомены и театральные междусобойчики с ними, подчас интереснее любого спектакля. За столом зашел разговор о старых Чеховских экранизациях и первое место естественно заняли "Медведь" с Жаровым, "Драма" с Великой Раневской и "Анна на шее" с эстетичнейшим Вертинским. Один актер по ассоциации вспомнил свою историю связанную с "Медведем"...
В их театр поступила молодая актриса, причем во первых мажорка в квадрате (папа директор театра, а жених сын чиновника из Управления культуры, где работала ее маман, ну и вдобавок абсолютно бездарная.
Так вот именно к этому актеру ее и прикрепили в качестве стажерки-воспитанницы. Они с ней играли в "Медведе", где она дебютировала в роли Елены Ивановны Поповой, «вдовушка с ямочками на щеках» и тут она ну никак не могла конкурировать с Ольгой Андровской из одноименного фильма.
Актер заставил ее несколько раз пересмотреть этот фильм не пожалев личного кинопроектора (видаки тогда в провинции были еще редкостью). Но все было тщетно. Особенно у актрисы не получался знаменитый рефрен: "Медведь, медведь, медведь". И на его беду так сложилось что в вечер репетиционного дня ему пришлось срочно идти заменой на спектакль "Кремлевские куранты", на роль часовщика, того самого, который рассказывал Ленину и Дзержинскому басню Эзопа про Лису и Львицу.
На спектакле ожидались солидные гости из Центра, так что актер по его словам почти не пил, но осадок от занятий с актрисой оставил след в подкорке и посему, во время пересказа басни, он вместо того, чтобы сказать каноническую фразу: "Но зато это лев", на голубом глазу произнес: "Но зато это медведь". Ленин и Дзержинский, его старые друзья и коллеги, не показали виду, видимо решив, что это очередной "Гопкинс" (актерская шутка на пари), зрители пропустили этот диссонанс мимо ушей, а даже посмеялись оценив "юмор". Но директор прибежал разбираться, а за дверью гримерки торчало Большое ухо (прозвище парторга).
Когда директор ворвался в гримерку, актер уже малость подправил нервы и был в боевом настроении и в ответ на наезд директора, сам перешёл в атаку, сказав, что не мог себе позволить поганить слух товарищей Ленина и Дзержинского символом Британского империализма, который, как известно является львом и посему заменил его на нашего медведя, который круче любого льва. Пристыженный директор удалился, а парторг потом пожал актеру руку и не стал его вычеркивать из гастрольного списка в Болгарию.
А молодая актриса сыграла в "Медведе" достаточно прилично (наверное ямочки на щеках поспособствовали).
|
|
Говорят, что десять лет назад, в самом сердце Монреаля, на площади дес-Фестиваль произошло событие, которое до сих пор передаётся из уст в уста. В тот год город решил впервые устроить «самую внушительную рождественскую ёлку на континенте». Заказали дерево — огромное, 25-метровое, канадское, гордое.
И вот наступил тот самый день. Горожане собрались, дети прыгали, взрослые щёлкали фотоаппаратами, а ведущий громко объявил:
— «А сейчас — встречайте! Главная ёлка Монреаля!»
Публика ахнула… но не от восторга.
Перед ними стояло нечто.
Дерево выглядело так, будто его вырастили на диете из одного клена-сиропа и постоянного стресса. Оно было тонким, как Wi-Fi-сигнал в метро, и кривым, как дорога после канадской зимы. Каждая ветка торчала в свою сторону, а макушка явно пыталась покинуть место происшествия.
Одна бабушка прошептала внучке:
— «Милая, не смотри. Оно само грустит, что оно ёлка.»
Туристы спрашивали:
— «Это современное искусство?»
Местные вздыхали:
— «Нет, хуже. Это подрядчик был выбран по тендеру.»
Один ребёнок заплакал, потому что «ёлка похожа на гигантскую зубную щётку». Собака рядом пыталась на неё лаять, но потом передумала — решила, что эта форма жизни может быть заразной.
Городские власти мужественно объясняли:
— «Это экологично! Это… эээ… минимализм!»
Но народ быстро придумал прозвище:
«Монреальская Ёлка-Инопланетянин»
К вечеру появились первые мемы:
— ёлка в виде кактуса,
— ёлка на диете,
— ёлка, которая «видела слишком многое».
Один парень даже написал в Твиттере:
«Если бы Дед Мороз увидел это, он бы развернул сани и улетел обратно в Лапландию.»
Но знаете что? Через пару дней монреальцы полюбили эту ёлку.
Она стала символом города: неровная, уникальная, немного странная — но всё равно любимая.
И с тех пор говорят:
«Если можешь полюбить монреальскую ёлку — ты можешь полюбить кого угодно.»
|
|
Римский папа призвал европейцев не бояться мигрантов-мусульман: "Ливан является примером того, как христиане и мусульмане могут жить вместе и быть друзьями».
Папа Римский Лев критикует тех католиков, которые считают, что массовая мусульманская иммиграция в Европу представляет угрозу христианской идентичности Запада:
«Эти страхи создают те, кто выступает против иммиграции и стремится не впускать людей, которые могут прибыть из другой страны, из другой религии».
Он говорит, что Ливан является примером того, как «христиане и мусульмане могут жить вместе и быть друзьями».
Только вот история Ливана немного отличается от речей Папы Римского...
В 1950–60-е годы Ливан считался одним из наиболее стабильных и процветающих государств Ближнего Востока. Благодаря выгодному географическому положению на побережье Средиземного моря, наличию развивающегося сектора услуг, туризма, а также развитой банковской и финансовой системы, Бейрут превратился в региональный финансовый и культурный центр. За эту привлекательность и относительную стабильность Ливан получил неофициальное прозвище «ближневосточная Швейцария».
До начала 1970-х страна воспринималась как место, где живут разные общины — христианские и мусульманские — с традицией сосуществования, относительно процветающая экономическая и банковская система, развитый сектор услуг и туризма.
В оценках 1960-х–70-х годов можно встретить цифры, согласно которым христианство оставалось доминирующей религией (христиан — большинство), что отличало его от большинства арабских стран региона — около 52–55 % христиан, 38–44 % мусульман.
После арабо-израильских конфликтов — в особенно войн 1967 и 1973 годов — значительное число "палестинских беженцев" - многие из которых были боевиками террористических организаций, связанных с ООП оказалось в Ливане.
Начиная с 1969–1970 годов "лагеря беженцев" и палестинские общины Ливана постепенно переходили под фактический контроль ООП.
ООП стала «государством в государстве» на части ливанской территории — со своей администрацией, вооружёнными формированиями, экономической и социальной инфраструктурой. То есть она фактически придала "беженцам" в Ливане автономию — с контролем над лагерями, в ряде случаев судом, полицией и сбором «своих» поборов.
Такая автономия, вместе с ростом числа "беженцев" и активностью вооружённых группировок, существенно подрывали традиционную структуру власти и безопасности Ливана, усиливая нестабильность и провоцируя конфликты на межконфессиональной / межобщинной почве.
Когда в апреле 1975 года начались вооружённые столкновения (известный эпизод — «Автобусная резня»), одна из сторон конфликта — "палестинские беженцы" — участвовала на стороне мусульманских и левых формирований против христиан.
Началась 15-летняя гражданская война, после которой Ливан так и не восстановился ни политически, ни экономически, и до сих пор государство во многих отношениях остается несостоявшимся.
Государство страдает от того, что находится под сильным влиянием вооруженной сектантской милиции (Хезбалла), которую само государство не в состоянии разоружить, и которая часто служит интересам иностранных держав (Ирана и Сирии), а не самого Ливана.
Эта Хезбалла втянула Ливан в войны с Израилем в 2006 и 2023 годах, еще больше разрушив и без того ослабленную экономику.
Значительная часть христианского населения была вынуждена искать убежище за границей. Война, насилие, межобщинные столкновения, разрушения и нестабильность, экономический коллапс, политическая нестабильность, утрата влияния и социальных позиций — все это стало мощным стимулом для эмиграции и сделали возвращение не привлекательным.
Христиане Ливана превратились из большинства населения во всего 25% менее чем за 6 десятилетий после того, как не смогли выиграть гражданскую войну, которая во многом была вызвана массовым притоком мусульман, называвших себя «беженцами».
В общем, Ливан - "отличный пример", почему не нужно бояться массовой миграции из мусульманских стран.
|
|
На самом деле неправильно думать, будто все студенческие истории - это непременно про пьянки и совершаемые во время оных непотребства. Бывало и иное...
В 80-е годы на истфаке МГУ курс истории зарубежного искусства читал волшебный Глеб Иванович Соколов, по студенческому прозвищу «Глебушка». В прозвище этом не было ни капли неуважения или презрения, Боже упаси — исключительно нежная любовь. Просто пообщавшись с Глебом Ивановичем несколько минут, его уже нельзя было мысленно назвать как-то иначе. Высокий, худощавый, в золотых очках, улыбчивый и добродушный — как же он читал свои лекции! К сожалению, на письме нельзя воспроизвести интонацию. Но звучало это примерно так, как если бы актер ТЮЗа рассказывал со сцены маленьким детям увлекательную сказку — с драматическими паузами и не менее драматическими интонациями. «Посмотрите на этот антаблемент!» - восклицал Глеб Иванович, включив очередной слайд с каким-нибудь древнегреческим храмом. (Пауза, голос переходит в драматический полушепот). - «Что вы здесь чувствуете?» (Еще более длинная пауза, голос драматически понижается, и дальше чуть нараспев) - «Напряже-ение...» Или вот: идет зачет, в аудитории Глеб Иванович с десятком счастливчиков, весь прочий курс беснуется за дверями. Дверь тонкая, вместо стекла просто фанерка, внутри весь этот птичий базар прекрасно слышен. В какой-то момент Глеб Иванович, утомленный шумом, выходит в коридор и драматично восклицает: «Товарищи!» (пауза, далее на полтона ниже) - «Пожалуйста... потише». - (Опять пауза, еще ниже на полтона) - «А то я буду...» (Пауза, тон еще ниже и чуть нараспев) - «...свирепствовать...»
Зачет этот на самом деле был подобен экзамену — билеты, в каждом по три вопроса, и один из них предписывал дать словесное описание некоего произведения искусства — картины, статуи или архитектурного сооружения — дабы показать знакомство с образцами. И вот одному студиозусу попадается задание описать некую статую эпохи архаики. Лекции студиозус прогуливал, в музей имени Пушкина не ездил, и статуи оной в глаза не видал. Но он смутно помнил, что все архаические скульптуры создавались по определенному шаблону (статичная поза, лицо почти без выражения, проработка деталей более примитивная, чем в эпоху классики и тем более эллинизма и т. п.). И решил студиозус попробовать выехать на эмоциональной подаче. «Когда я увидел эту статую», - начал он вдохновенно, воздев очи к потолку, - «я был поражен тем, сколь малыми средствами древний скульптор смог добиться такой выразительности. Эта неподвижность... Эта архаическая улыбка, когда уголки губ лишь чуть приподняты... Эти простые локоны... А эти глаза — у статуи они пустые, но мы знаем, что греки в дальнейшем раскрашивали их красками...» - все это по нарастающей, с соответственными интонациями и мимикой. Краем глаза он видел, что Глеб Иванович аж весь подался вперед и даже рот приоткрыл. «Действует!» - мысленно ликовал студиозус. - «Надо давить дальше...»
В какой-то момент он приостановился, чтобы набрать воздуху, и тут-то Глеб Иванович сумел вставить давно рвущееся из него слово. «Молодой человек!» - возопил он со слезами в голосе. - «Она же без головы до нас дошла!»
Говорили, что зачет он все же ему поставил. Возможно, что и за эмоции. А может, просто по доброте.
|
|
