Анекдоты про россини |
2
Россини присутствовал на представлении оперы Моцарта `Дон-Жуан`, где одну из главных
партий исполнял знаменитый тенор Рубини.
Рядом с Россини сидел какой-то юнец, который довольно громко подпевал артистам, мешая
соседям слушать оперу.
Наконец Россини не выдержал:
- Какой все-таки мерзавец!
- Это вы по моему адресу? - спросил юнец.
- Нет,- тут же успокоил его композитор,- это я по адресу остолопа Рубини, который мешает
нам слушать вас!
|
3
Во время оккупации австрийцами Италии, в городе Болонье композитор Россини написал революционную песню, воодушевляющую итальянцев на борьбу за освобождение от австрийского ига.
Молодой композитор понимал, что ему небезопасно оставаться в городе, занятом австрийцами.
Однако уехать из Болоньи нельзя было без разрешения генерала. Россини решил пойти к нему и добиться пропуска на выезд.
- Кто вы? - спросил австрийский генерал.
Композитор назвал первую попавшуюся фамилию и добавил:
- Я музыкант и композитор, только не такой, как этот разбойник Россини, который сочиняет революционные песни. Я люблю Австрию и написал для вас бравурный военный марш, который вы можете дать разучить вашим военным оркестрам.
На другой же день марш был разучен и австрийский военный оркестр исполнил его на площади Болоньи.
А, между тем, это была та же революционная песня.
Когда жители Болоньи услышали знакомый мотив, они пришли в восторг и тут же подхватили его.
Можно себе представить, как был взбешен австрийский генерал и как он сожалел, что композитор уже за пределами Болоньи!
|
|
6
Композитор Шостакович проснулся утром рано, протер Глазунова, расчесал Бородина, погладил Лысенко и уселся завтракать. Поев Мясковского с Хренниковым, он запил Чайковским с Бизе. Вдруг он почувствовал себя Паганини, потому, что его начало Пуччини. Одев Шуберта, затем Шаляпина, он вышел на Дворжек и уселся возле Мусоргского. Вдруг раздался Бах с Шуманом, и образовалась Могучая Кучка. Сорвав Листа, покрытого Россини, он вытер Шопена и посыпал Гуно Глинкой.
|
|
8
Как-то на вечеринке в богатом доме, куда был приглашен Россини, одну даму попросили спеть. Она долго жеманилась, но в конце концов согласилась спеть каватину Розины из «Севильского цирюльника». Прежде чем начать, она обратилась к Россини:
- Ах, маэстро, если бы вы знали, как я боюсь!
- Я тоже, - отозвался Россини.
|
|
9
Проснулся однажды римский композитор Корсаков от какого-то Шумана (как оказалось, Глюк), продрал Глазунова, почесал в Бородине. Потом выпил Чайковского с Бизе, съел Штрауса под Сметаной, закусил Хренниковым с Мясковским, и такое у него в животе Пуччини сделалось! Он понял, что Стравинский. Вскочил, накинул Шуберта и выбежал во Дворжака, чуть на Глинке не поскользнулся. Посереди Дворжака сел на на Могучую Кучку Мусоргского. Бах! Брамс! навалил Гуно. Запахло Паганини. Римский композитор Корсаков взял Листа с капельками Россини и Скрябиным по Шопену.
|
|
10
Как-то раз Джоаккино Россини, уже снискавший славу и признание, был приглашён на званый обед в один роскошный особняк.
Вечер был изумительно хорош. Гостей, в ожидании трапезы, разместили на открытой веранде, залитой тёплым итальянским солнцем. Лёгкие беседы, изысканные закуски и тонкое вино создавали настроение неторопливого удовольствия. Аппетит, подогретый ожиданием, томно зрел в предвкушении пира, сервированного в соседнем, богато убранном зале.
И вдруг… из-за резных дверей донёсся оглушительный грохот, лязг и звон, словно внутри разразилась настоящая какофония падающей посуды. Дискант разбитых фарфоровых тарелок слился с басовитым гулом опрокинутых блюд и серебряным перезвоном столовых приборов. Музыка катастрофы!
Естественно, первым к источнику этого неожиданного «концерта» устремился маэстро. Вернувшись через мгновение, он с невозмутимым, даже слегка разочарованным видом сообщил встревоженным гостям:
— Успокойтесь, синьоры и синьорины. Ничего фатального. Это всего лишь служанка неловко зацепила край скатерти и обратила в руины весь наш будущий пир. Обед, увы, откладывается.
Он сделал театральную паузу, и в уголке его глаза мелькнула знаменитая лукавая искорка.
— А я-то, признаться, уже подумал… Неужто кто-то вознамерился исполнить для нас увертюру к «Тангейзеру» Вагнера...
|
|