количеством дней → Результатов: 19


1.

Как пить — каждый день понемногу или раз в неделю, но много?
Ученые, особенно британские, не устают исследовать влияние алкоголя на организм человека. Возможно, им просто нравится процесс. Но чем больше исследований, тем больше противоречий. С одной стороны, есть ряд болезней, от которых спасает алкоголь. С другой — то и дело появляются статьи с данными о вреде алкоголя.
Во многих странах есть официально рекомендованный максимум алкоголя, за которым начинаются вредные последствия. Его, как правило, дают из расчета на неделю, что ставит нас перед суровым выбором. Либо понемногу выпивать пять дней из семи, либо один раз как следует повеселиться.
Дать однозначный ответ тут непросто. Казалось бы, каждый день понемногу — хорошо. Нет ударных нагрузок на сердце, печень, почки, пищеварительную систему. С другой стороны, полностью продукты распада алкоголя выводятся из организма только за двое-трое суток. Так что при ежедневном употреблении они накапливаются. В итоге нагрузка на почки, печень и поджелудочную железу идет постоянно.
Не удовлетворившись мнениями ученых, два британских брата-близнеца, Крис и Ксанд Ван Тулликен, решили поставить эксперимент на себе. Для начала они на месяц отказались от алкоголя, что уже было подвигом, потому что выпить парни любят. Потом близнецы в «просушенном» виде прошли медицинское обследование. Сканирование и анализы показали, что оба совершенно здоровы и органы у них в идентичном состоянии.
Тогда братья начали алкомарафон. Исходили они из рекомендованного максимума на тот момент (2015 год) британским Минздравом объема в 21 порцию в неделю.
Если вы не в курсе, одна порция по стандарту Всемирной организации здравоохранения соответствует 10 мл чистого алкоголя, то есть 100 мл сухого красного вина, или 250 мл пива, или 30 мл крепкого напитка.
Крис в течение месяца каждый вечер выпивал без малого три порции. На практике это была треть бутылки вина — 250 мл. Как он признался, это меньше его обычной дозы. Зато и опыта ежедневного употребления, без единого перерыва, у него раньше не было.
Ксанду же приходилось выпивать 21 порцию за один вечер. Но тут эксперимент был слегка нарушен: про братьев снимало сюжет телевидение и все испортило. Для зрелищности Ксанду пришлось пить не вино (1750 мл), а водку — двадцать одну с половиной порцию по 30 мл. Всего 630 мл. Так что сравнение вышло не вполне корректным: вино и водка усваиваются по-разному.
За месяц эксперимента для регулярно употреблявшего Криса выпивка превратилась в рутину. Он отмечает, что сложно было останавливаться на 250 мл и было как-то скучно, а еще что продуктивность на работе у него заметно снизилась, несмотря на хорошее самочувствие. Для Ксанда же вся неделя превратилась в предвкушение пятничной попойки, от которой он получал массу удовольствия. Хотя со стороны процесс выглядел безобразно, а наутро естествоиспытатель жестоко болел.
По истечении месяца братья снова прошли медицинское обследование. Результаты оказались поразительными: состояние печени у обоих было одинаково скверное. Утешало лишь то, что оба уже знали: за месяц «просушки» организм способен восстановиться.
Главным же результатом стало то, что независимо от темпа употребления алкоголя 21 порция в неделю оказалась чрезмерным количеством, явно наносящим вред. Сейчас рекомендованный алкомаксимум в Великобритании на треть меньше — 14 порций в неделю. Хотя последние испытания британцев говорят, что и это много, лучше ограничиваться 12,5 порциями.
Знаете, каков допустимый уровень употребления алкоголя в России с точки зрения Минздрава? Три порции в день, или двадцать одна в неделю.

2.

Как я работал расклейщиком объявлений для репетиторов

* * * * *

Было это давно. Очень давно. Еще тогда, когда советские инженеры работали себе спокойно в своих НИИ и получали кто 120, кто 150 рублей, а кто и больше.
Я сам был таким инженером – но кроме того, я был молодым музыкантом и играл в рок-группе!, и как всем молодым музыкантам, нам очень хотелось чего? – конечно, славы и пр., само собой - но еще нам очень хотелось побольше денег, чтобы купить себе хорошую аппаратуру.
Денег у нас было мало. Я играл на чем придется, включая советский электроорган "Юность-73", который мы купили за 100 рублей. Вот судьба – сейчас в гараже моего дома в Калифорнии стоят три инструмента – Roland, Korg и Yamaha, и в те времена обладание любым из них сделало бы меня счастливейшим человеком на свете, а сейчас – стоят себе, раз в несколько лет я их достаю, подключаю, что-то записываю, а счастливым меня делают слова дочки перед сном - "Папа самый хороший. I am so happy.", и больше ничего и не надо.

Как-то раз наш барабанщик Вадик пришел на репетицию и сказал:
- Ребята, есть хорошая возможность подзаработать. У меня есть приятель – Антон, он знаком с репетиторами, которые занимаются с поступающими в вузы, им нужны расклейщики объявлений. 10 рублей за 4 часа работы в день, 20 дней.

200 рублей на каждого! Мы немедленно связались с Антоном, который подтвердил все цифры, но добавил, что перед тем, как нас "выпустят на расклейку", нужно будет встретиться с ним раза два-три для практических занятий.

Практических занятий!? Это ведь расклейка объявлений! Чему нас собираются учить – как лучше мазать и поменьше тратить клея, что ли!?

Но когда мы встретились с Антоном на следующий день у одного из ленинградских вузов, мы поняли, что клеить объявления – на самом деле не так просто, как мы думали.

Средний срок наклеенного репетиторского объявления у вуза в период поступления – 15 минут. У объявлений много врагов. Дворники, конкуренты-репетиторы, работники вуза - у них ведь свои курсы для поступающих. Объявления заклеиваются другими объявлениями. Бывает, что поступающий срывает объявление целиком.
Поэтому расклейщик должен следить за объявлениями и клеить новые. Вахта своего рода. Но, кроме того, расклейщик должен понимать, где именно нужно клеить объявления. Определять людские потоки у вуза. Замечать, где студенты задерживаются, например на остановках транспорта. Обращать внимание, есть ли телефонные будки поблизости.

Для демонстрации своих объяснений Антон наклеил два объявления – казалось бы, совсем недалеко друг от друга и сказал нам:
- Смотрите, на первое никто не будет обращать внимания, а со второго сорвут все телефоны за 10-15 минут.
Так оно и произошло.
- Запомните, ваша главная задача – не клеить объявления, точнее не только клеить объявления. Ваша задача – делать так, чтобы абитуриенты срывали телефоны и звонили. Если они не звонят – репетиторы видят, что вы не работаете. Если нет звонков, то неважно, сколько объявлений вы наклеили.

Результат совершенно не обязательно был связан с количеством затраченного труда. У одного из вузов, где у нас были практические занятия, весь поток людей шел через единственную трамвайную остановку. Поэтому расклейщику было достаточно помещать объявление на столб у этой остановки и следить за ним. Другие вузы были гораздо сложнее. Антон сказал, что у "сложных" вузов мы будем, как правило, работать бригадами по два-три человека. Он также сделал особый акцент на том, что внутри вузов объявления нельзя клеить никогда - только снаружи.

После двух практических занятий Антон решил, что мы готовы, и одним летним утром нам вручили по пачке объявлений и "выпустили на расклейку".

Работать расклейщиками нам нравилось. Всего четыре часа в день – с 10 до 2, на свежем воздухе, за хорошие деньги. Было приятно видеть абитуриентов, молодых и взволнованных – давно ли мы сами были такими!, опять оказаться на территории знакомых вузов – ЛЭТИ, финэк, политех, "холодильник" (институт холодильной промышленности, сейчас носит гордое название "Академия холода"), "тряпочка" (институт текстильной и легкой промышленности)...

Репетиторы были нами очень довольны и говорили, что количество звонков от вузов, где дежурим мы, всегда выше среднего.

Постепенно мы все лучше узнавали этот неизвестный нам ранее мир репетиторов и поражались его продуманности, организованности - вообще непохожести на то, что мы видели каждый день на наших основных рабочих местах.

Каждый год наши репетиторы снимали квартиру в центре города, близко к основным вузам, и оставались в ней до конца вступительных экзаменов. У них был железный принцип – ни один звонок не должен быть пропущен!
Поскольку из квартиры они не выходили, еду для них покупал и приносил один из расклейщиков, который получал за это 100 рублей в месяц. Сейчас эти суммы уже не производят впечатления, но в те времена, когда люди всерьез занимали три рубля до получки, такие деньги были очень хорошей платой за то, чтобы пару раз в неделю сходить в магазин.
Были продуманы даже такие вещи, как текст и внешний вид объявлений. Например, на них в строго определенных местах ставились крупные красные и синие точки для привлечения внимания. Кроме того, благодаря этим точкам мы, расклейщики, могли издалека видеть, висит объявление или нет.
Никогда не было такого, чтобы, например, вдруг не хватало объявлений или не было клея - все это нам выдавалось в любом количестве, и никто не призывал к экономии.

Для нас, расклейщиков, существовал специальный профессиональный термин – "мальчики". "Мальчики" клеили объявления – ой, ошибся! – делали "все возможное, чтобы абитуриенты срывали с объявлений телефоны и звонили". Кроме "мальчиков" были еще "девочки", которые совершенно не обязательно были лицами женского пола – напротив, почти все они были мужчинами. Задачей "девочек" было шататься среди поступающих и рекламировать репетиторов, используя свое красноречие и обаяние – рассказывать, например, как замечательно репетиторы помогли им самим. За каждый звонок "девочки" получали 15 рублей – за звонок! – даже в том случае, если он ни к чему не привел.

Со временем мы познакомились с некоторыми "девочками" – как наших репетиторов, так и конкурентов, и не раз наблюдали их профессионализм в действии. Бывало, что некоторые из них зарабатывали в день до 100 рублей и больше. Эта работа, конечно, требовала большей квалификации, чем наша.
Репетиторы говорили нам, что если у нас остается свободное время от расклейки объявлений, мы можем пытаться подработать как "девочки", хотя явно особых надежд в этой области на нас не возлагали, что поначалу нас обижало – как так! – мы же музыканты! – да мы ведь на сцену выходим! – и это у нас нет красноречия и обаяния!? – но очень скоро мы убедились в том, что наши шефы были правы – как мы ни пытались, за весь месяц дополнительные 15 рублей получил только я, причем совершенно неожиданно.

Как-то вечером я возвращался домой, проходил мимо одного вуза и чисто машинально решил наклеить объявление. Рядом со мной остановился молодой человек, по которому было видно, что он приехал из какой-то южной республики СССР и с акцентом, характерных для жителей тех мест, спросил:
- Слюш, а этот учител хороший, да?
- Да, очень хороший! – ответил я.
- А ты его знаешь? Может, скажешь ему, что я тоже хороший, чтобы он со мной учился?
Я пообещал замолвить слово и на следующий день один из репетиторов сообщил мне, что южанин звонил, назвал мое имя, и я получил так сомнительно заработанные пятнадцать рублей.

Напоследок о самих репетиторах. Чрезвычайно умные, необычные, очень энергичные и организованные люди, которые, на мой взгляд, абсолютно заслуживали те деньги, которые они зарабатывали – где-то несколько тысяч рублей за один месяц. Они не халтурили. Они на самом деле хорошо готовили к поступлению и мы видели, как благодарны были те, кто с ними занимался. О наших репетиторах шла слава – и они рассказывали нам, что самыми удачными годами у них были те, когда им удавалось снять ту же квартиру, что и в прошлом году – тогда им звонили и даже просто приходили знакомые тех, кто занимался за год до этого.

Мы им тоже понравились, и когда наша работа у них закончилась, они взяли наши телефоны - "чтобы быть в контакте с опытными ценными кадрами", как они сказали – и через год на самом деле позвонили и предложили поработать опять, но у нас уже разворачивалась профессиональная музыкальная карьера, начинались гастроли, и мы отказались...

4.

THIS IZ ЗАСНЕЖЕННОЙ СИБИРИ...
Где-то в середине 80-х, вскоре после Нового года, начальник мой в НИИ в Сибири с воодушевлением ждал визита иностранного ученого. После которого подразумевался ответный визит начальника. Обычно начальник сам ездил в аэропорт встречать иностранных коллег, а тут почему-то поручил мне, молодому тогда еще не только душой сотруднику. А незадолго до этого дня и столбик термометра тоже почему-то опустился аж до отметки -47.
Начальник мне объяснил, что ночью ко входу в общагу, где я обитаю, подъедет директорская "Волга" с водителем, и поедете в аэропорт за городом, там я отрекомендовываюсь в VIP-зале, жду гостя с раннего утреннего московского рейса. Этого гостя, отдельно от пассажирскго потока, служба VIP-зала доставит прямо в этот зал. Приветствуешь гостя, и сразу ведешь к машине, и везешь первым делом в НИИ для встречи с начальником. И смотри, не перепутай! (Дитям мороженого, а не мне гостя мороженого!)
Я волновался с «обмундированием»: зимние ботинки у меня были хилые на такой мороз, их "дерьмантин" становился колом уже и на морозе до минус сорока, и стопы почти так же (добротные зимние кожаные сапоги были тогда еще в дефиците, у меня их тогда не было, у спекулянтов на барахолке дорогущие, в морозы переходил на валенки). А в валенках как-то не очень интеллигентно встречать иностранного гостя. Может, директорская "Волга" и в такие мороза внутри еще достаточно теплая? Рискнул,- выйду к "Волге" в ботинках, а если водитель будет в валенках, сбегаю быстро в общагу, переобуюсь.
Не сомкнув глаз, смотрел в окно. Часа в два-три ночи появляется у подъезда задрипанной общаги директорская "Волга". Выскакиваю, здороваюсь. Водитель, с лицом сурового чекиста молча кивает мне, и мы едем. На ногах у него были как бы короткие торбаза (из оленя) до икр. Торбаза выглядят намного эстетичней валенок, но из Якутии тогда сильно пресекали их вывоз, и коллеги оттуда говорили мне, что в аэропорту тщательно досматривают багаж, и кроме как на себе, торбаза не вывезешь. Наверное, опасались тамошние власти, что всех олешек на торбаза переведут, для удовлетворения широкого спроса на них на необъятных просторах страны. Машина оказалась прекрасно отрегулированной, без посторонних шумов, было тепло и не дуло. Но мне в моих ботинках было страшновато, когда ехали по пустынной загородной заснеженной местности в средине ночи, где не было в тот момент на таком колотуне ни одной встречной машины. К счастью, доехали без проблем. Но коротко-голенищные торбаза водителя у меня стояли всю дорогу перед глазами.
В просторном VIP-зале, несмотря на ночь, сидела за столом свежая и бодрая администратор, приветливая женщина, которая сообщила, что самолет из Москвы уже летит, все по расписанию. Одной застекленной стороной зал смотрел на взлетно-посадочную полосу (ВПП). За стеклом было темновато и тихо, казалось, аэропорт весь отдыхал, и только VIP-зал бодрствовал.
По прошествии некоторого времени администратор сообщила, что в районе аэропорта стоит туман, и непонятно, разрешат ли посадку. Взлянул на ВПП. Она вся была как бы в снежной пороше, а воздухе висела как бы мелкая снежная взвесь (слово "нано" тогда в повседневном обиходе еще не употреблялось), которая медленно, но опускалась на ВПП. Я впал в задумчивость. Из которой меня вывел громкий душераздирающий вой со стороны ВПП. Это начала работать "шайтан-машина": машина типа панелевоза с установленным на ней мощным турбореактивным двигателем начала медленно двигаться вдоль ВПП. Струя из двигателя сдувала осадки с полосы в стороны. А очищенная полоса вновь медленно покрывалась белой порошей. Шайтан-машина проехала два раза по полосе и затихла. И весь аэропорт вновь в тишине, никаких объявлений по радио.
Приветливая администратор через некоторое время сообщила, что по метеоусловиям встречаемый самолет ушел на запасной аэродром в другой город Эмск. И что там сейчас температура -51, но метеоусловия получше.
Я впал вновь в задумчивость, что же делать, могу ли я держать директорскую машину и сколько? Позвонить некуда,- рабочий день в НИИ еще не начался. Ждать начала рабочего дня и звонить начальнику? А директор меня выгонит за самоуправство, приведшее к неподаче ему служебного транспорта к началу работы?
Тут в VIP-зал энергично входит в голубой пилотской форме молодой человек с комсомольским значком на лацкане. И возбужденно-возмущенно говорит администратору по сути следующее: "Ну что он там себе думает, этот командир корабля? Ведь он полетел в закрытый для иностранцев город!!!" (Я тут холодею, во какая заваруха начинается из-за моего гостя! Не окажусь ли ненароком встречающим иностранного шпиона?). А молодой человек в форме продолжает: "А ведь он знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город! И мы ему предложили на выбор два запасных аэродрома, - один в Эмске, другой в Эльске, и он знал, что Эльск- открытый для иностранцев город! Но он решил лететь именно в Эмск, а не в Эльск! А ведь ему еще в Москве сообщили, что на борту находится группа туристов из Франции!!!" (Тут у меня немного на душе отлегло,- мой гость- и не турист и не из Франции!). А молодой энергичный человек в форме тем временем продолжает, поднимая руку с листом бумаги: "Вот я здесь все это в служебной записке уже изложил, и приписал снизу, что по прилету к нам в Энск с командира будет затребована объяснительная, почему он выбрал закрытый для иностранцев город, зная, что на борту находится группа туристов из капстраны!"
После чего этот молодой человек, по-видимому, дежурный по службе полетов, так же энергично удалился. (Через несколько лет комсомольцы страны с идейно-пламенными взорами быстро, пожалуй, быстрее всех "в воздухе переобулись" из младокоммунистов в капиталисты. Образ этих комсомольцев возникал у меня перед глазами в виде того "авиакомсомольца", так лихо документально оконтуривающегося в неожиданно меняющихся условиях).
Вскоре после ухода "авиакомсомольца" появляется женщина, тоже энергичная, но в белом поварском одеянии. И обращается тоже к администратору со следующим по сути: "Они же там в закрытом городе не знают, как кормить иностранцев, а по нормам Аэрофлота мы их должны кормить, причем по международному стандарту, с этим у нас строго!" Администратор через несколько звонков по межгороду добирается до завпроизводством в ресторане в Эмске. И завпроизводством из нашего Энска начинает по телефону рассказывать своей коллеге детально и конкретно все, начиная от холодных закусок и кончая раскладкой ножей, вилок, ложек и ложечек, их количеством и качеством, а также их местоположением и т.д.
А что делать мне? Подхожу к освободившейся администраторше и интересуюсь, какие виды на метео имеются. Задумчиво глянув в сторону ВПП через стекло, администратор сказала, что пока солнце не выйдет, туман вряд ли рассеется. И что аэропорт откроют не раньше, чем через 5 часов.

Опуская подробности дальнейших перипетий скажу, что самолет прилетел в наш Энск немного раньше, чем через 5 часов. Гость рассказал, что было на борту. По салону обьявили, что рейс по метеоусловиям вместо Энска совершит посадку в Эмске, что там немного побудем, а потом полетим в Энск, извинились за беспокойство и небольшую задержку с прибытием в Энск. В салоне через некоторое время у части пассажиров вдруг возникло оживление, веселье, чуть ли не ликование. Это была группа туристов из Франции. Оказывается, кто-то из них знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город, и рассказал об этом остальным. И о, Парижская богоматерь (или что там в таких случаях восклицают), как им повезло,- они побывают в закрытом советском городе!!!
...К спустившимся с трапа пассажирам в городе Эмске с температурой -51 автобус подъехал через некоторое время. Группа туристов, одетая сравнительно легко по сравнению с советскими пассажирами, разительно выделялась среди остальных не только по одеянию. Они, в кепочках и шапочках, курточках и пальтишках, энергично прыгали с улыбками на лицах, ведь они- в закрытом советском городе! Фантастика! Некоторые хмурые капитально одетые советские пассажиры смотрели на них, как на идиотов.
В Сибири же не все французский понимают, звиняйте! Но минимум в одном из сибирских городов есть улица Робеспьера. И заканчивается она комплексом зданий Следственного изолятора (!). В отличие от самого Робеспьера, казненного во Франции без всякого суда и следствия. Не уверен, что кто-нибудь из тех туристов знал об этом нюансе с улицей Робеспьера и узнал ли во время тура. Да я и сам до сих пор не знаю, является ли такая топографическая близость двух объектов здоровым сибирским послегулаговским юмором (Типа "Да здравствует наш советский суд, самый гуманный суд в мире!") или случайным совпадением.
Но те французские туристы, судя по рассказу нашего гостя, были просто счастливы в заснеженной Сибири при температуре -51 по Цельсию да притом еще и в закрытом городе!
Нашего же гостя мы дополнительно экипировали добротно по погоде, и заметно было, что он, как ни старался делать непроницаемым свое лицо, несколько дней все-таки радовался, что ему довелось увидеть и ощутить настоящие сибирские морозы!

П.С. Мотивация командира корабля по выбору запасного аэродрома мне так и осталась неизвестной. Расстояние до каждого из указанных ему двух запасных аэродромов было почти одинаковое.
П.П.С. К сему прилагаю криогенную справку, на всякий случай: При захолаживании где-то между -60 и -70 по Цельсию обычный спирт, с 4% влажностью, начинает как бы загустевать, становится как глицерин, а потом его вообще уже тяжело помешивать. Но капелька на вкус становится сладкой, без всякой горечи. Пока не разогреется во рту.
Но смотрите не перепутайте, дитям- мороженое!
Всех с наступающим старым Новым годом!

5.

Возьму пол-литру, и не пожалею. Мазну с палитры женщин галерею...

Хотя в этом году день защитника отечества и женский день отделены друг от друга количеством дней больше обычного, воспринимаются они как единый день защитников отечества и женщин.
Может, оттого и возникло поначалу желание выписать галерею замечательных внешне и духом женщин, которых близко знал, и которые были близки к защитникам отечества. Заголовок стал уже вырисовываться,- "Афганка", либо "Женщина и военщина". Но потом поставил на этой затее жирный крест, чтобы не устраивать стриптиза личных отношений. И навспоминал галерею образов, с которыми у меня не было личных отношений,- из увиденного в жизни мной самим или знакомыми.

1. Транссиб, последние годы брежневского правления, или после него, но до Горбачева. Вовращаясь со служебной поездки, зимним вечером забираюсь в общий вагон проходящего поезда. Заплатив проводнику больше, чем по билету. (Проводники тогда, бывало, наглели, требуя денег "со штрафом", т.е. с суммой штрафа, которую они якобы отдадут контролеру за провоз безбилетника, ежели контролер объявится в вагоне).
Первый отсек от входа, сразу за каморкой проводника, был густо заполнен солдатами с лычками на погонах, среди которых выделялись погоны одного майора. Переместившись ко второму отсеку, тоже увидел солдат, но без офицера. Спросил, можно ли присесть, кивнули. Присел, ибо неизвестно, что дальше по вагону, а за мной шли еще вошедшие, был риск "провыбираться". Солдаты были и на первой, и на второй, и даже на третьей полках, и все на вид трезвые и молчаливые.

Топили в вагоне хорошо, ночь прокемарил не помню уже как. На следующее утро, направляясь из отсека, чтобы покурить в тамбуре, заметил молоденькую стройную девушку, стоящую в коридоре, лицом к первому отсеку, и вроде с кем-то в отсеке по-свойски расслабленно говорившую. Земляка/ов, наверное, встретила- подумалось мне. Картина эта выглядела в цветовой гамме как бы фантасмагорически, как фотошоп: пыльный и грязный общий вагон приглушенно-землистых тонов, где липкость почти всего, к чему ни прикоснись, казалось бы, даже передавалась висящим в воздухе пылинкам, солдат на солдате, и вдруг вкрапление усеянного цветами летнего луга! То было платье на стоявшей в проходе девушке. Преобладали как бы синие лепестки на белом фоне, местами красные элементики присутствовали. Праздничное платье с коротким рукавчиком, из добротной объемной синтетики, нормальной длины, прекрасно облегающее её фигуру. На ногах были ничем не примечательные, кроме облегаемых ими крепких стройных ног, однотонные рейтузы. Девушка была юна, на вид лет 17-19, стройна как статуэтка и приветливо-миловидна лицом.
Через некоторое время девушка возникла и перед нашим отсеком, и, мельком окинув всех в нем (я сидел внизу с краю у прохода) прошла вглубь к одному солдату, лежащему на полке, о чем-то кратко с ним неслышно для меня переговорила и ушла. Вблизи она тоже была красива фигурой, а лицо источало неподдельную доброту и приветливость.
Через непродолжитеьное время, может, минут через 20, девушка вновь возникла перед нашим отсеком. Я на этот раз не сидел, а стоял,- наверное, вернувшись с перекура. Она, как бы протискиваясь мимо меня вглубь отсека, прильнула ко мне упругой грудью, и, заглядывая мне в глаза, туго и плавно проскользнула мимо меня. Вновь о чем-то коротко переговорила с одним из солдатов на полке и ушла. Почти что повторяемость событий привлекла к себе внимание, и я заметил, что этот солдатик вскоре спрыгнул с полки, вышел, и через непродолжительное время вновь вернулся на полку.
Еще через некоторое время девушка вновь возникла перед нашим отсеком, и я в этот момент вновь стоял. Она еще более плотно прильнула ко мне грудью, как бы протискиваясь в глубь, и с еще большей тугостью протерлась об меня, откровенно заглядывая мне в глаза. Вновь после короткого разговора с очередным солдатиком вышла, а через некоторое время вышел и солдатик, вскоре вернувшись назад.

Поезд доехал до городского вокзала, где мне надо было выходить. К моему удивлению, эта девушка тоже выходила. Солдаты поехали дальше. Вид у девуши резко переменился: на ней было простое ширпотребное малинового света пальто из синтетики, с как бы прозрачными волосками начеса (редкостная затрапезность!) и незамысловатые сапоги и что-то на голове, небольшая сумка в руках. Типичная замухрышка из глубинки. Пояснила мне, что едет проведать брата, он унее милиционером прямо на этом вокзале и служит. В здании вокзала она окликнула первого увиденного милиционера и спросила его о чем-то, я толком не расслышал, народу было много, мешал гул. Милиционер ответил четко, слышно, что такого-то сейчас на вокзале нет, появится через три часа. Я повернулся к девушке, чтобы попрощаться, и услышал от нее: "А сейчас мы поедем к тебе". Чистый девичий голосок, с нотками нежности и стремления к гармонии. После короткого вихря мыслей в голове я ей ответил, что это, в силу обстоятельств, не представляется возможным. Никакого намека на оскорбительную реакцию на ее лице! То же приветливое спокойствие. Постояв с секунду, она полезла в карман пальто, и вытащила оттуда ворох дензнаков- трешки, пятерки. ни рублей, ни купюр иного достоинства там не было. Глядя на них с выражением, напонинающим девочку, собирающую фантики, она немного их пораспрямила, но не особо, и вновь засунула в карман. Я сказал ей прощальные слова и повернулся, чтобы уходить, и тут ощутил на своей ушной раковине поцелуй ее губ. А она тем временем своим язычком ласково по кругу облизала мне вход в ухо. Искусница! Показала, что она на меня не в обиде, и что я, цивильный и восточный, а не военный и славянского вида, ей тоже интересен. На том и расстались, и больше я ее не встречал.

Как относиться к ней? Кинуть в нее камень у меня рука не поднимается. А назвать девушкой с пониженной социальной ответственностью язык не поворачивается. Ну разве что девушкой с повышенной сексуальной отзывчивостью.
На мой взляд, ей очень нравилось, что она делала, и она бы это делала и без сования ей трешек-пятерок. Причем у нее это была не абстрактная похоть, а всегда личностно-ориентированное на кого-нибудь чувство. Эдакий любовный блиц-роман. Для сравнения, опишу рассказ своего знакомого, который после военной кафедры прослужил два года комвзвода. На тропинке утренней пробежки его солдат поджидала девушка. Весь или почти весь взвод совершал с ней соитие, а она в это время находилась в неизменной позе раком. А одно время прямо уже в здание казармы повадилась ходить одна барышня. Солдаты любили ее в подвале. Мой знакомый, узнав об этом, решил прекратить этот бардак. И вечером он взял солдатика, и отправился с ним обследовать подвал. В глубине подвала было очень темно. Вдруг куда-то исчез солдатик. Мой знакомый включил фонарик, который был у него, и нашел солдата, уже примостившегося сзади к девахе, стоявшей раком.
-Товарищ лейтенант, я ее поймал!- бодро и по-военному четко отрапортовал засвеченный солдатик.

2. Задумывающийся десантник.
Как соотносится нравственность вышеописанной девушки с нравственностъю девушки из истории ниже, я по прошествию десятков лет все еще затрудняюсь определить. Историю рассказал мне бывший десантник во время вступительных экзаменов, мы жили в одной комнате общаги. Он тогда не поступил. Может, и к лучшему. Наверное, это было не его. Он много задумывался о жизни, наверное, с него вышел бы писатель. А может, и вышел. Других столь крепко задумывавшихся о жизни десантников я не встречал.
В подразделении, где он служил, один из солдат получил письмо от девушки. В котором она сообщала, что так мол и так, встретила на своем жизненном пути другого и полюбила его, извини. На следующий день, на занятиях по огневой подготовке, этот солдат вдруг направляет ствол автомата себе в живот и делает одиночный выстрел. И через считанные секунды вдруг начинает палить вокруг. -Ля, мы во все щели попрятались!- Видать, агония, осознал, что умирает, решил других с собой утащить- сказал десантник. Офицер скомандовал пристрелить самострельщика. Подошел к трупу и сказал: "Собаке- собачья смерть!" Занятия продолжились. Никаких комментариев к этой истории десантник не выдал.
В один из следующих дней он рассказал другую историю. Начальство отрядило как-то раз его и еще нескольких затащить пианино на один из этажей дома, где жили семьи офицеров. Это пианино купила вдова разбившегося летчика из их части. Она осталась жить одна, без детей, после гибели мужа, никуда не уехала. Красивая, молодая и интеллигентная женщина. Они втащили пианино в гостиную. Там на одной из стен, во всю высоту, от пола до потолка, находилось фото мужа в форме, с улыбкой. Хозяйка усадила солдат за стол с чаем и сдобой к нему. Молодые здоровые парни пьют чай и пялятся на эту красивую одинокую хозяйку. Возникла как бы неоднозначная пауза. Наконец один из солдат, тщательно подбирая слова, начинает ей уважительно говорить, что Вы вот остались одна, а кругом столько достойных мужчин, Вы ведь могли бы устроить свою жизнь...
На что она спокойным обыденным голосом отвечает: "Ну как я могу, когда он у меня перед глазами стоит".
-Наверное, все-таки любовь есть- задумчиво прокомментировал на сей раз историю десантник.

3. Тени подзабытых предков.
3.1 В 1967 или 1968 году (н.э.) ехал я на поезде в общем вагоне где-то посреди между Москвой и Уралом в рамках летней школьной экскурсии. Эти поездки были громаднейшим окном в мир, ибо телевидение в наши края тогда не доходило. Я жадно вглядывался и впитывал все увиденное. Народ в общих вагонах зачастую вел неторопливые и нехитрые жизненно-бытовые разговоры. В один из моментов на боковых сиденьях напротив нашего отсека сидят две женщины средних лет, одна- лет 45-50, богато фигуристая и с приятным лицом тетенька. И эта тетенька, на вопрос соседки насчет мужа, отвечает: "Воюет еще. Как на войну ушел, так до сих пор не воротился". Через 22 или 23 года после войны! Ждет еще.
3.2 В Порт-Артуре (сейчас переименован в Лю-Шунь) есть русское кладбище, состоящее из двух частей,- дореволюционной и после, начиная с 1945 года. На дореволюционном, кроме многочисленных однотипных братских могил павшим в русско-японской войне, есть и индивидуальные размомастные захоронения. На одном из них видно внушительное каменное надгробие, а рядом с ним скромное надгробие на основе деревянного креста. Под первым покоится прах полковника царской армии, раненного на той войне. В русском госпитале там за ним ухаживала сестра милосердия, на 12 или 13 лет его старше. Она его выходила, стала его женой. Они прожили некоторое время вместе, до его кончины. На памятник ему она отдала все или почти все имеющиеся у нее средства. Остаток дней своих она прозябала там в бедности. Когда умерла, русская община там собирала деньги на скромное погребение. Эти две могилы зовут могилой влюбленных.
Прочел в интернете, что теперь служащие кладбища не пускают на дореволюционную часть группы туристов из России, говоря, что это уже не их история. Но у меня сложилось впечатление о душевности служащих, и что с ними при желании можно договориться.

За сим галерею образов женских прерываю, по причине перебора объема. До следующего раза.

В этот день, Восьмого марта,
Когда снега еще видны,
Поздравляю вас, девчата,
С лучшим праздником весны!

Вы всегда душою юны,
Сердцем пылким- горячи,
Вы- серебряные струны
И скрипичный ключ в ночи!

6.

Ностальгия по Социализму – кто помнит. Правда это были уже его последние капли.

Две осени подряд, в начале девяностых, мне довелось командовать студенческими отрядами в колхозе - на картошке. Была такая традиция в СССР. Формально мы работали вдвоём, и главным был доцент с кафедры физики, но он недавно женился, а посмотрев, как я управляюсь с этой компанией, с лёгким сердцем уехал домой, и появлялся в колхозе не чаще чем на пару дней в неделю.

В отряде по списку было сто восемьдесят человек, но реально где-то сто - сто двадцать. Компания самая пёстрая – от вчерашних школьников, до отслуживших дембелей, поступивших в институт по армейским льготам. Таких мы назначали бригадирами.

Здоровенное поле, трапецией, на несколько десятков гектар, длина борозды - от километра до километра восемьсот - это требовало каждый день вносить коррективы в длины участков для каждой бригады, следить за количеством работающих – чтобы количество приехавших соответствовало количеству уехавших – от нашего барака до поля было километров десять – пешком не больно-то дойдёшь, возили на грузовиках - колхоз выделил. Половина студентов несовершеннолетние, и я за них несу персональную ответственность.

Дня три процесс устаканивался, потом все втянулись, освоили технологию уборки, и дело пошло.

Трактор тащит картофелекопалку, вскрывая по две борозды сразу, сборщики укладывают картофелины в ящики, от поля до хранилища курсируют транспортники – те же трактора, только с прицепами - закинуть ящик картошки через высокие борта – не всем под силу, те кто послабее, от погрузки были освобождены.

Подъём в пять, по пути на поле останавливаемся у местной столовой на завтрак, днём нас возят туда же пообедать, заканчивали примерно часов в восемь вечера – зависело не от нас, а от логистики – картошку на поле оставлять нельзя – и требуется точно просчитывать по времени, заказывать ли ещё один рейс на доставку, и имеет ли смысл проходить ещё одну борозду механизаторам – организовывать всё это тоже входило в мои обязанности - работа в сельском хозяйстве далеко не так проста, как кажется со стороны.

Ужин, лагерь, душ, совет бригадиров – потом можно отдохнуть. Но реально получалось так, что раньше двенадцати мне до постели добраться не удавалось – всегда находились проблемы, за всем не уследишь.

Отопление

Барак двухэтажный, брус - вагонка, отопление от небольшой угольной котельной. Система была завоздушена и собрана настолько криво - даже не руками из задницы, а похоже, самой задницей - и на втором этаже было реально холодно. А если днём дождик – все приезжают насквозь мокрые, и посушиться негде. Это уже проблема.

Я облазил эту дурную систему, договорился с кочегарами – им было всё равно, поставил в верхних точках на радиаторах краны, и вывел на улицу продувочные шланги.

Если приоткрыть краники чуть-чуть, за окнами начинает капать горячая вода – не сильнее, чем конденсат с кондиционера. Но это - уже циркуляция, и радиаторы стали горячими. Когда это усовершенствование увидел главный инженер колхоза, он распорядился ничего не менять и не трогать – «Вы первый, говорит, кому удалось в этом бараке добиться, чтобы было тепло».

Отношения с местными.

Мы-то приехали на пару месяцев, и знали, что это не навсегда, а вот механизаторы-трактористы работали так постоянно – от темна до темна, без выходных.
Конец зимы – снегозадержание, потом - вспашка, сев, всякие прополки, несколько сенокосов, уборка – мы уехали в конце октября, а мужики пахали до снега. Дальше по плану ремонт и профилактика техники, и реально отдохнуть им удавалось пару недель в году на границе январь-февраль.

Когда я полюбопытствовал, сколько им за это платили, стало просто неудобно. Я аспирантом на кафедре получал в два раза больше – а ведь у них у каждого ещё своё хозяйство, тоже требует внимания и немаленького. Спать когда? Семьёй заниматься?

- А куда тут на х..й денешься? Привыкли, ху…ли. Семья, бл.., дети, родители старые – я один кормилец. Сам понимаю, что это пиз…ц, но жить-то надо? Вот так и живём, сука…

Говорить без мата мужики не умели – с этим приходилось мириться. И на правила и порядки им было похер – на такую работу желающих нет, уволить их было невозможно – что бы ни накосячили.

- А..ныч, слушай, бля, ты как хочешь, а завтра на меня не ругайся. День рожденья у меня, нажрусь в сопли. Честно, бля, заранее предупреждаю, на х..й.

Назавтра один из тракторов держался ровно, а не пахал поперёк и зигзагами, только потому, что борозды были глубокими. Тракторист был не просто невменяем – как он из кабины не вываливался - чудо. Он таранил телеграфные столбы, пару раз вспахал канаву и кусты на окраине поля, перепутал очерёдность борозд, но слава богу, не покалечил никого из студентов.

Рембо.

Этот парень служил во внутренних войсках в каком-то спецподразделении, что занималось конфликтами на зонах. С виду ничего особенного, но взгляд такой - побоишься «который час» спросить. Ни с кем близко не сходился, больше молчал. Капли его откровенности мне довелось добиться после того, как я устроил небольшую показуху – лёжа на спине, взявши двухпудовую гирю (правда двумя руками) на вытянутые руки, перекрестился ею несколько раз.

Руки при этом прямые, и вытягиваются максимально. Из за головы - к коленям, потом по сторонам по очереди. В точности повторить это смогли только двое самых здоровых парней – культуристов из Краснокамска. А вот разбить бутылку голым кулаком не смог никто.

Ну, занимался я спортом, даже норматив на мастера сдал – только звания не получил, я это для себя делал, не за звания и медали. А у студентов таким спектаклем лишнюю каплю авторитета себе заработал.

Вот он и рассказал мне немного о своей службе – что делал, как воевал, как дослужился до старшины, но потом пристрелил кого-то не того, и лишили его и звания и наград, и отправили дослуживать на женскую зону. Хуже женских зон - только сопровождать женские конвои.

А там, будучи старшим караула, он спас солдата-первогодка. У этого пацана зэчки отобрали автомат, привязали к столбу и изнасиловали. Группой, цинично и безжалостно. Как это делается я здесь писать не буду – это всё-таки развлекательный сайт, нечего сюда такую грязь тащить. Андрюха пристрелил троих, а двоих, сильно поломанных, доставил в комендатуру. Вернули звание и наградили. А пацана того отправили в госпиталь и потом комиссовали.

- Андрей, говорю, Вам бы в силовые структуры идти, что Вы к нам-то поступили?

- Леонид А…вич, я с Колымы, детдомовский, мне возвращаться некуда, а тут большой город, да и общага. Осмотрюсь, там и решать буду.

Я не успел застать этот скандал, знаю только от свидетелей. Группа наших романтиков попёрлась в посёлок на танцы - как будто не знали, что там обычно происходит.
Ну и естественно, без драки не обошлось. Андрей скомандовал своим – «Никому не соваться!», и в одиночку, голыми руками переломал восемь человек - местных гопников.

Отвёл, что называется, душу. Остальные разбежались.

Я потом ему характеристику писал, для следователя прокуратуры. Эти восемь терпил, если бы были без железа и ножей, запросто могли парня посадить надолго за превышение мер необходимой обороны – потому что там были не просто ОЧЕНЬ тяжёлые телесные повреждения, а до инвалидности в нескольких случаях.

До суда, насколько мне известно не дошло, ибо у потерпевших была слишком громкая репутация. Больше я Андрея не видел, и учиться он не стал. А вот вышедшая статья в местной газетке так и называлась – «Рембо».

Королева красоты с бездонными глазами.

Это действительно была победительница конкурса красоты – причём республиканского масштаба. Родом откуда-то из Коми, семнадцать лет. Я понятия не имею, какого чёрта её занесло в наш институт. Девка фантастически яркая, фигура, походка, манера держаться – всё не просто на уровне, а на самом высшем.

Я её вначале на переборку направил – считалось, что там работа полегче, в основном для девчонок, вчерашних школьниц. Там ей однако стало скучно, и барышня попросилась в поле.

- Леонид А…вич, а правда у меня глаза бездонные?

Кокетничает, коза.

- Правда, Алина, правда. Господь Вас не обидел внешними данными.

- А утонуть в них правда можно?

- Можно, можно. За Вами вон пол отряда ухаживать готовы.

- А Вы?

- Я не готов, не положено. Да и не утону я в Ваших глазах, не из таких выплывать доводилось…

Когда она появилась на поле, случилось чудо - две самые отстающие бригады начали работать лучше всех – я не сразу сообразил, пока не увидел, как она этих лодырей гоняла. Мат стоял громовой

– Ё…б твою мать, сука тараканья, где, бл…дь, ящики? Бегом, бл…я!

Я даже вмешиваться не стал – только мысленно поаплодировал – барышня нашла своё призвание.

Из отряда Алина уехала раньше почти на месяц – у неё был подписан контракт на рекламную фотосессию где-то на Балканах, а оттуда уже не вернулась.

Сухой закон.

Ещё на первом собрании я объявил, что если кого застукаю со спиртным, учится ему в институте или нет - будут решать в деканате. Для первокурсника - вчерашнего абитуриента, угроза веская. Очень ВЕСКАЯ. И действительно, если кто и выпивал, то делалось это с соблюдением самой жёсткой конспирации.

Каждый бригадир имел право в день отпустить одного человека на выходной. И вот возвращается из такой увольнительной один из студентов - не в лагерь, а сразу на поле – гляжу, прячет что-то под куст.

Подхожу - две бутылки водки. Приехали, блин. Стоит, смотрит виновато.

- Николай, я же всех предупреждал?

- Леонид А…вич, ну вот так вот, не удалось незаметно, залёт стало быть.

Парень после армии, совершеннолетний, работает - один из лучших.

- Вот что, говорю, я никому сообщать не буду, но добро это конфискую. Отдам после завершения всех мероприятий.

Ещё из ярких впечатлений –

Очередь в столовой, к раздаче, расталкивая и игнорируя окружающих, пробивается старуха в ватнике с каменным лицом и ледяным взглядом.

- Мадам, что ж Вы так бесцеремонно-то без очереди?

- На х..й пошёл. Мне бл..дь, везде без очереди можно, у меня сто двадцать лет трудового стажа.

- Сколько лет?

- А ху..ли ты думал, бля? Год за три война, год за три тюрьма – мне и в трудовую так записали, суки, когда реабилитацию оформляла.

Продавщица на раздаче -

- Пропустите, пропустите, это Васильевна, у нас её все знают…

Работа закончилась, отряд уехал в город, в лагере остались только несколько человек - прибраться, перетаскать матрасы и законсервировать барак к зиме. Утром придёт машина и поедем в город. Видели бы вы эти благодарные физиономии, когда вечером я вернул им конфискованную водку.

- Леонид А…вич, спасибо! А может и вы с нами?

- Нет, Николай, не положено. Субординация называется. Рано или поздно между нами на стол ляжет Ваша зачётка, и что ж Вы мне вместо ответа по билету будете напоминать, как распивали вместе? Спасибо за приглашение, но не положено.

Вот такие были колхозные будни. А последнее – в девяносто первом году мы уезжали крестьянствовать из Ленинграда, а вернулись оттуда уже в Петербург…

7.

Что женщина или девушка в бизнесе имеет весьма весомую роль, я могу утверждать даже несмотря на международный женский праздник который совсем скоро. Ведь даже тогда, когда я вижу даму в дорогой машине, норковой шубе и с бриллиантовым колье, я даже мысли не допускаю, что все эта она насосала. Ситуации бываю разные и еще неизвестно кто из партнеров в сексуальных утехах сделал для бизнеса больше. Есть такой случай в доказательство и у меня.

Когда-то, в самом расцвете сил и лет и потугах в формировании бизнеса, я видел в девушке только объект для совместного познания камасутры, ну или дао любви наконец. Любаша была не против. Эта симпатичная веселая женщина работала на районной реалбазе, кем-то в отделе реализации. И в один прекрасный день, а он именно таким и был, после нашей очередной сексуальной игры, она отдышалась и спросила:
- Ты же предприниматель у тебя деньги должны быть, - вопрос был интересный и в голове по глупости скользнула мысль, что же первое она попросит, шубу или золотые украшения. Но додумать не успел, потому что она после моей паузы продолжила - на вагон комбикорма хватит?- Моя пауза затянулась еще дольше, потому что после такого я немножко обалдел и замычал в раздумьях не хуже чем тот бык для которого этот комбикорм и предназначался. Но через пять минут все встало на свои места. - Склады пустые, клиентов готовых купить немерено, людей жалко и их скотину тоже, а на базе денег ноль и поэтому никаких поставок. Хотя я даже знаю где взять товар. - это было уже весьма интересно, смущало только то, что в этих комбикормах, крупах и муке, я был полный профан, если не сказать больше. - Ты не переживай, я тебе все объясню и подскажу, - успокоила меня Любаша, закидывая ногу и усаживаясь на мне в позе «наездницы», наверное чтобы удобней было объяснять. В общем в тот день я получал инструкции, в перерывах между соитиями. - Ты только не забудь Надежде Петровне, презентовать бутылку коньяка, да никакую не дешевку, а пятизвездочного. Она по телефону всегда говорит, что не против со мною выпить. Года три уже общаемся.

Через пару дней я уже брал билет на самолет. В кармане у меня была имеющая в то время хождение лимитированная чековая книжка, а в голове и на бумажке, все нужные адреса, явки и фамилии. Прилетел, устроился в гостиницу, прямо из номера набрал нужный телефон и договорился с Надеждой Петровной о завтрашней встрече. А вечером прогулялся до ближайшего магазина и купил коньяк и конфеты.

Вот правда на следующий день в коридоре у дверей зам.директора хлебокомбината пришлось просидеть долго. То у нее было какое-то совещание, потом куда-то надо было отъехать и единственное, что я успел рассмотреть, что Надежда, как женщина очень даже хороша, не смотря на то, что была старше меня минимум на десять лет. Выходя она кивнула мне головой в приветствии, посмотрела с интересом и попросила обязательно дождаться. А появилась только ближе к вечеру. Немного уставшая, но форм своих под деловым костюмом не потерявшая.
- Извини, - зайдя в кабинет, куда я проскользнул следом, произнесла она, - что хочешь взять? - А я, посматривал на ее весьма массивную грудь и обтянутую недлинной юбкой костюма попу, тоже весьма аппетитно выглядевшую на фоне двух стройненьких ножек и напрочь забыл все Любашины инструкции, - ну что определился? - поймав мой взгляд, немного зарумянилась в смущении Надежда. Определится не смог, а вот выдавить из себя, «а что есть», удалось - Есть крупа, - то ли сечка, то ли ячка, сейчас со временем уже и забылось, - есть отруби, есть комбикорм. Ты, кстати, как рассчитываться собираешься? - узнав, что чеком и взглянув в лимит книжки, которую я ей поднес к столу, попутно заглянув в вырез блузки. Достойно так обменялись взглядами. Она что-то прикинула, хмыкнула и сказала, что хватит только на один вагон крупы. - Сейчас бухгалтерия уже не успеет, я выпишу договор, а ты завтра с утра давай туда. Но был ли смысл за таким объемом ехать. Можно было и по телефону договориться. - добавила она, а я вспомнил о коньяке.
- Тут, Любовь Николаевна, просила вам передать презентик, да я и сам, всегда ищу личной встречи, никто ж не знает как оно дальше обернется. Какие планы могут возникнуть, - доставая из дипломата, коньяк и конфеты, произнес я.
- О, коньяк это неплохо, денек какой-то сегодня сумасшедший, - встрепенулась она, - только я пожалуй двери закрою если ты не против, не зашел бы кто. - И она щелкнула ключом в дверях. После чего достала откуда-то из шкафа две чайных кружки и поставила на стол.

Коньяк, как и любой другой алкоголь имеет чудодейственную силу. Он вскрывает, скрытые внутренние резервы. Я уж и не помню в какой момент где-то проскочила искра или я до чего-то нечаянно дотронулся, но началось такое, что все бумаги слетели со стола на пол и я воочию убедился, что страсть значит многое. И моя тут была практически ничтожна. Наверное с того момента я и не люблю смотреть порнофильмы. Ведь одно дело видеть, что все наиграно под камеру, а другое дело ощутить женскую страсть в натуре после полугодового Наденькиного воздержания со дня развода с мужем. Как потом выяснилось.

А, ерунда, разбили только телефон и настольную лампу, уронив со стола. Так сказать, производственные издержки. В общем подробности уже не помню, но было верх удовольствия. Все, что разбили и уронили собрали в урну для мусора и попал я в гостиницу ближе к ночи, немного покачиваясь. Хотя коньяк практически не пил, так один раз пригубил за компанию.
Отдышался, оклемался и стал звонить Любаше, благо в номере и у нее на квартире телефоны имелись, а междугородняя связь по Высоцкому была как всегда на высоте. Рассказал ситуацию с ассортиментом, ценами, количеством денег которые у меня имелись и услышал тяжелый вздох.
- У нас здесь цены сейчас почти в два раза выше. И ходит слух, что и в других районах на складах пусто, видимо объединению конец приходит. Как жаль, что у тебя денег маловато, я бы все моментально продала любой объем. - с тем и уснул. Но проснулся раньше обычного. Покоя не дали эти самые деньги и я вновь попросил междугородний телефонный звонок. Как раз к этому времени Елена Михайловна должна была быть на работе. И не ошибся.
- Елена Михайловна, звоню узнать насчет кредита, долго ли его оформлять?
- О, привет, а ты где? - выслушав, что далеко, почти за две тысячи километров, она тяжело вздохнула — то-то я смотрю давно у нас не появлялся, я уж думала новую любовницу завел. А много тебе нужно, я имею ввиду денег?
- Да чем больше, тем лучше. Я бы прямо завтра вылетел, оформили бы, да опять сюда.
- Опять на месяц? Ты имей совесть, я ведь скучаю. Знаешь, про инкассо в курсе? Бери договор и счета, а я подумаю как и что сделать. Факс найдешь наверно? А потом по приезду с твоим кредитом разберемся.
В общем, в конце концов, Люба с Надей определись с объемом и номенклатурой. Правда получился у них почти целый железнодорожный состав из девяти вагонов. Надю инкассо устраивало, тем более когда я решил увеличить объем и продлить срок своей командировки еще на три дня для оформления документов. Цены правда росли ежедневно, но договор был подписан и цена была зафиксирована. В РКЦ подтверждение на оплату поступило оперативно, видимо в банке «ждали для оформления кредита». Вот только оформлять его не пришлось. Потому что предоплат поступивших от Любашиных покупателей и так хватило к моему приезду. И я воочию подтвердил для себя народные мудрости, что лучше вместо ста рублей иметь сто подруг и то, что стоял бы член, а деньги будут.

PS. Конечно я всем этим женщинам остался благодарен и в денежном выражении тоже. Уж кому там на что хватило, на бриллианты или на шубу норковую с машиной, я не интересовался, но точно знаю, что они на это все, явно не насосали.

8.

Я переехала в США меньше года назад и сразу стала пользоваться Фейсбуком. Когда у меня началась тоска по родине, я нашла группу эстонце в Северной Америке и сразу же вступила туда. В один из дней я листала ленту и обратила внимание на пост о том, что стартовал поиск эмигрантов из Эстонии, которые приедут в страну и расскажут свою историю, программа называлась Back to our roots (или Назад к своим корням). Меня это заинтересовало, так как я имею за плечами опыт двух переездов в другие страны, опыт развития карьеры графического дизайнера. В тот же день я отправила свою заявку на участие. А через месяц получила приглашение и сразу же взяла билеты до Таллинна.

В глубине души я чувствовала себя героем книги Пауло Коэльо Алхимик. Я более 10 лет не живу в Эстонии. И мне предстояло снова вернуться на родину, но уже другим человеком. В Таллинне живут мои родители и бабушка. Они живут в той же квартире, где я выросла. Я эмигрировала из Эстонии когда мне было 23 года и конечно, большая моя часть жизни прошла здесь. Сейчас я живу в Чикаго, США. Поразительно, насколько сильно разбросаны эстонцы по всему миру - США, Канада, Гватемала, Колумбия, Аргентина, Бельгия, Швейцария, Швеция, Ирландия, Россия.

Уже в аэропорту я встретила одного из участника группы «Назад к своим корням» Эрки, я видела его фотографию в нашей группе на фейсбуке, а также я знала что мы летим одним рейсом из Чикаго. С остальными участниками группы мы встретились уже в центре Тарту, откуда отправились на юг Эстонии в Сетомаа. Я была в этой части Эстонии когда заканчивала художественную школу. Но это было очень давно.

Наша первая локация была как из миров Толкиена – аккуратные маленькие бревенчатые домики с папоротником и мхом на крыше, маленький пруд и речка рядом. Хорошее спокойное место, где наша группа начала знакомиться друг с другом. У меня было ощущение что некоторых ребят я как будто знала очень давно. Особенно я сблизилась с ребятами из Северной Каролины – их было 4 человека из одной семьи, они приходятся друг к другу двоюродными братьями и сестрами.

Здорово было снова окунуться в историю народности Сету. Особенно мне понравился мастер-класс по традиционным танцам Сету. В этой местности очень много необычных вещей, таких как пещеры Пиуза, огромная стена из оранжево-красного песка, холмы, летучие мыши и замки. Песок в этой местности иногда красного цвета, из-за содержания в нем железа. Но благодаря своим свойствам и качеству этот песок – отличное сырье для изготовления стеклянной посуды, бокалов и бутылок. Мало кто знает, но большинство стеклянных изделий в России сделано из эстонского песка, так и появились пещеры Пиуза. Они образовались после добычи сырья.

Во время смены локации мы остановились у берега реки, нам предстояло сплавляться на каноэ вверх по реке. Я была взволнована, это был мой первый опыт. Надо сказать, это было целое приключение, грести надо было 11 км. Или около 4х часов пока мы не достигли водяной мельницы. На нашем пути встречались упавшие деревья, пороги из больших камней, а также домики, утки и живописные песчаные обрывы. Руки мои устали сильно, так как я была на носу каноэ и помогала нашей команде избегать препятствий в воде, я же говорила им когда и куда грести, так совпало, что Эрки (из Чикаго) был тоже в нашей лодке из 3-х человек. Все это время мы болтали на эстонском и английском и я потихоньку начала вспоминать эстонский язык. Я его понимаю, но не говорила больше 10 лет.

Ну а после поездки – вкусный кофе на заправке и наш путь лежал в Тарту. В этом городе я была несколько раз, но очень давно, первый раз я посетила этот студенческий город еще будучи школьницей, а второй раз когда покупала свою первую машину.

Очень мне запомнился музей АНАА – это нечто потрясающее, он намного интереснее музея Science and Industry Chicago, здесь есть развлечения как для взрослых, так и детей. Очень познавательно.

Тарту отличный город для студентов, он маленький, но очень уютный. Стоит отметить Эстонский национальный музей. Эстония – очень продвинутая страна в плане IT. Так билет в руках не просто билет, а как флешка, ты можешь записать на нее информацию об интересных экспонатах и потом зайти на сайт и изучить информацию более глубоко.

Под Кохтла-Ярве мы посетили еще одно место, в котором я была очень давно. Здесь развернулся настоящий музей – это шахты горючего сланца. Мы спустились в подземелье, прокатились на поезде для шахтеров и изучили как добывали горючий сланец. Это очень тяжелый труд в суровых условиях. Техника огромных размеров, шумная, а также добыча сланца всегда сопровождается большим количеством воды из-за подземных течений. Работа шахтеров оценивалась в количестве собранного сланца в килограммах за день. Поэтому чтобы быстрее собрать сланец, породу вначале подрывали динамитом, а потом по пояс в воде шахтеры бежали собирать сырье. Не редко кто после этого болел. Подземные воды очень холодные, Эстония не Майами. Люди кто работал там – настоящие герои. После экскурсии мы обедали прямо в шахте, нам наливали из половника суп, дали булочку и компот. Была и забавная история от шахтера-экскурсавода. Он рассказал, что очевидно, в шахте нет туалета. Если сходить по маленькому проблемы не было, то когда нужно было по-большому - ходили в той части породы, которую собирались подрывать. А потом просто взрывали.

Самый высокий водопад нам увидеть не удалось – лето не было дождливым. Зато мы спустились к морю и там я нашла пару камней с окаменелостями – ракушки, водоросли, фрагменты застывших костей. Я подобрала пару деревяшек, от морской воды они стали серыми, также пару небольших камней с окаменелостями. Мне хотелось взять на память то, что будет мне напоминать о родине.

Локации менялись очень быстро и вот мы уже в великолепном парке с многовековыми деревьями, розами и усадьбой. Замечательный парк Ору на востоке Эстонии. Никогда в нем не была и прогулялась с большим удовольствием.

Наш путь лежал в дом отдыха на берегу озера Пейпси. Говорят что здесь можно увидеть северное сияние. Эта локация была моей самой любимой. Природа здесь какая то удивительная. А какие яркие звезды, я впервые за много лет увидела млечный путь. Я насобирала коллекцию ракушек на берегу, которые потом подарила Анни, она свои потеряла и очень расстроилась. Здесь же мы начали погружаться в создание презентации наших историй - почему иммигрировали мы или наши предки и какие корни нас связывают с Эстонией. Условно нас разделили на 3 группы: иммиграция до второй мировой войны, иммиграция во время второй мировой войны, иммиграция по любви и для улучшения жизненных условий. Моя история такова, что я могла бы входить во все группы. Сестра моей прабабушки эмигрировала в 1938 году в Германию и оттуда в США. Мои прадедушка и прабабушка жили в маленькой деревне и во время войны пережили две оккупации. Я же эмигрировала по любви в Россию и потом моя семья эмигрировала в США по работе. У меня виза для талантливых людей и сфера моего таланта - графический дизайн.

С этого момента со мной стали происходить странные вещи. Я очень сильно почувствовала историю печальную своей семьи. Мои прабабушка и прадедушка пережили на себе невзгоды второй мировой войны. Моего прадедушку Август-Эдуарда, учителя музыки, ветерана Первой мировой войны, человека без одной ноги, депортировали в Сибирь из-за доноса что якобы он убил русского солдата. Он уедет и больше никогда не увидит свою семью. Прабабушка, его жена, Адель-Юлиетта была выслана в Сибирь с двумя дочерьми(моей бабушкой и тетей) как жена врага народа. Дом заняли доносчики, хутор и все что было отобрали. Сейчас открыты архивы и можно прочитать протоколы допроса Августа-Эдуарда. Он знал немецкий(отец был немец) и русский, во время оккупации немцев прапрадед был переводчиком между немецкими офицерами и сбитым советским летчиком. Летчик предпочел застрелиться, но не сдаваться. А мой прапрадед был человеком справедливым и эмпатичным, он его по-человечески похоронил. По деревне поползли слухи. Оккупация сменилась советской, и доносчики солгали, они указали на дом Августа-Эдуарда и сказали что он убил советского солдата. Жена осталась без мужа и дома, пережила не самые простые 10 лет в Сибири, но потом была помилована новым советским режимом и вернулась в Эстонию. Но уже не в свой дом, а к родственникам.

Сейчас, как жена, и как свидетель тех событий что происходят в мире я понимаю ее историю как никогда. Бабушку, дочку моих депортированных прадедушки и прабабушки, которая прожила 10 лет в Сибири и безупречно говорила на русском я помню, но она рано умерла, мне было годика 3. Я очень много плакала и мне очень хотелось обнять моих родственников и сказать им что я их люблю.

Презентация была закончена и ждала своего дня Х в Таллинне. 20 сентября в музее оккупации мы расскажем каждый свою историю.

А пока - мы идем 5 км по деревянной дорожке посреди болот. Удивительные пейзажи с карликовыми деревьями, легкий туман и я как будто героиня из фильма Сумерки. Это был интересный поход.

По пути в Таллинн, со стаканчиком вкусного кофе в руках и конфетами фабрики Калев я смотрела в окно. Я очень люблю поездки в автобусе по Эстонии, мне очень хотелось, чтобы она не заканчивалась.

Ребята придумали смешные номинации и путем голосования мы выбирали призеров. Я стала лауреатом номинации “человек, который всех удивляет”. Честно говоря за эту поездку я сама от себя была удивлена. Все внутри у меня было перевернуто с ног на голову. Я почувствовала зарождение новых эмоций, которые были мне до сих пор не знакомы.

Таллинн мой родной город, я знаю здесь каждый двор. Но город растет и меняется, он очень современный с большим количеством офисов, компаний и развитым публичным транспортом. Здорово было посетить офисы компаний Wise по международным переводам и офис e-eesti. Я узнала для себя много нового по части дигитальных услуг, а также что можно переехать в Эстонию и найти работу в этом секторе. Я знаю что несколько ребят серьезно заинтересованы в переезде в Эстонию.

С большим трепетом я ждала экскурсию в Эстонскую Художественную Академию. В 2011 году я ее закончила и получила специальность графический дизайнер. Это самое лучшее образование! Кто бы мог подумать потом, что я стану востребованным специалистом, лучшим графическим дизайнером России и получу национальную и международные премии!

Мне нравилось место, где мы остановились в Таллинне - прямо у моря, где каждый вечер из окна номера я видела светящиеся паромы, двигающиеся в Хельсинки или Стокгольм.

20 сентября музей оккупации закрылся в 18 часов для специального мероприятия, а именно - нашей презентации “Назад к своим корням 2022”. У нас были специально приглашенные гости и мы. группа из 25 человек. Я готовила презентацию всей группы, выступали мы по очереди. Когда подошла речь моей части, в горле встал комок. А дальше читать я уже просто не смогла, слезы лились ручьем. У меня было ощущение, что мои прабабушка и прадедушка стоят рядом, как будто они положили мне руку на плечо и сказали - спасибо, что ты рассказываешь нашу историю. Как будто таким образом я их освободила на волю. Я прожила их историю через себя, что значит оказалась в их ботинках. Знаете я считаю что успешен тот человек, кто знает свои корни и помнит о них. И я о своих тоже помню.

И все, как будто в небо взлетел воздушный шар. Я думаю что мне нужен был этот опыт, я взглянула на мир другими глазами.

Наш лагерь подошел к концу, мы обменялись подарками и адресами, каждый улетел в свой город. Мы настолько сильно объединились, что первое время я ощущала одиночество и тоску. У меня еще было пару дней в Таллинне, которые я провела со своей семьей и купила запас любимых шоколадных конфет Маюспала, кофе и другие сувениры. Впереди меня ждал трансатлантический перелет в Чикаго.

В этой поездке я нашла много классных друзей, получила жизненный опыт, узнала новые грани своей личности. Это очень интересный опыт. Я пишу это сейчас и снова погружаюсь в эти эмоции. Что я могу сказать - я горжусь быть частью истории, культуры и национальности Эстонии.

Спасибо что дочитали.

Фотографии, бабушка
https://disk.yandex.ru/i/Ft92Vfst21BjlA

Прадедушка и прабабушка в день из свадьбы 20 февраля 1938 года
https://disk.yandex.ru/i/s8TANADaqO-URw

9.

Сказки дядюшки-переводчика.

Как я умудрился попасть в элитную школу в то сказочное советское время, не знаю, а родители не признавались. Но учился я не по месту жительства, где школьники имели доступ не только к кое-каким знаниям, но также и к порнографическим открыткам (сам видел) и наркотикам (этих не видел, но два ровесника получили смерть в молодости от передоза, а один – срок). Я посещал учебное заведение, гордо именовавшееся «школой с преподаванием ряда предметов на английском языке». Ряд предметов этот к моему появлению в стенах школы, изрядно поредел (а, может, никогда густотой и не отличался) и включал только сам язык, английскую/американскую литературу и технический перевод. А математика, физика, химия, биология, история и прочие предметы первой необходимости шли на уровне, но на чистом русском. Однако языком нас прогрузили сильно, как фактически, так и формально.

Фактическую нагрузку я ощутил, понятное дело, в самой школе, одиннадцать уроков упомянутых англоязычных предметов в неделю. А вот формальную крутизну почувствовал, лишь поступая на физфак. Получив в приемной комиссии экзаменационный лист, я обратил внимание выдавшей его девушки, что там забыли написать время и место тестирования по английскому. «Нет, не забыли», ответила она, указывая на полное титулование моей школы в моём уже перекочевавшем в ее руки аттестате, «просто с вами всё и так ясно».

Что именно со мной было «ясно», стало ясно, когда на первое занятие нашей группы по английскому языку явилась сотрудница учебной части, разыграв сценку из известного анекдота: «Ты, ты, ты и ты…» - «А я?» - «И ты. Пойдёте учить немецкий». И пошли мы, солнцем палимы, всё ещё довольно жарким сентябрьским солнцем. Учить с нуля новый язык, да еще почему-то по учебникам для химиков, было тем еще удовольствием, но это совсем другая история.

Я каким-то местом почуял (и оказался впоследствии прав), что мне не повредит наличие в зачётке результатов сдачи зачётов и экзаменов по английскому, с которого меня увели. Докопавшись до учебной части, я получил такое разрешение от них и преподавателя английского. Но сдавать предстояло экстерном, поскольку семинары по английскому и немецкому проходили, естественно, в одно и то же время. Позже, на третьем курсе, эта проблема ушла – академические группы рассортировали по кафедрам, а нашу группу немецкого языка, где все шесть человек попали на разные кафедры, не смогли. Занятия стали проходить вне сетки расписания, по вечерам. Именно тогда мы и попали к нормальной немке, обычно преподававшей на филфаке, той самой, которая в 1992 году убеждала нас, что наша страна теперь называется GUS («СНГ»).

Ну а пока подходило время первого зачета по иностранным языкам. Я спланировал всё чётко. Ближе к сессии расписание немного «поплыло» и последние два семинара по языку оказались сдвоенными. И я собирался прийти на этот сдвоенный последний семинар к «англичанам», чтобы хотя бы получить представление о том, чего ждать на зачёте. Я заранее закрыл все «хвосты» по немецкому, оставалось только сдать последнюю порцию «тысяч» – перевода научного текста с нужным количеством тысяч знаков. Стратегия моя была проста. В связи с надвигающимся концом семестра все мои товарищи по немецкому несчастью были немного загружены, и рассчитывали доперевести «тысячи» в начале семинара, пока кто-то другой сдает. Я, конечно, тоже был загружен, но напрягся и пришел уже с готовым переводом. Пяти минут не прошло, я всё сдал, был допущен к зачёту и получил возможность переместиться в рамках англо-саксонской парадигмы из ее второй части в первую.

И вот тут меня ждало потрясение. За что я тогда проливал свою кровь, зачем ел тот список на восемь листов, зачем переводил «тысячи» заранее? Зайдя на семинар по английскому своей академической группы, я услышал, как препод травит байки. Причем на чистом русском. Видимо, обязательная программа была уже пройдена, мучить бедных студентов добрый препод не стал, но и отпустить всю группу, не проведя положенное по расписанию занятие, он не рискнул.
Конечно, можно было тихо слинять с такого «занятия». Но что-то (уже второй раз за историю интуиция работает!) подсказало мне, что лучше остаться.

Оставшись, я вскоре понял, что препод изначально был военным переводчиком, а к нам попал по выходу в отставку. Начало первой байки, в частности, где именно он учился, так и осталось для меня тайной. К моменту моего появления на семинаре препод уже дошёл до того, как он был курсантом на казарменном положении, и его терзало не само это положение, а начальник школы (надо понимать, школы военных переводчиков), который был человеком прогрессивным и любил инновации.
Случилось этому начальнику прочитать где-то про гипнопедию. Если не знаете, это гениальная идея бормотать спящему человеку что-то на ухо. Бормотаемое откладывается на какой-то там подкорке, и человек запоминает это всю жизнь.
Курсанты в связи с этим запомнили на всю жизнь только одно. Спать на подушке с двумя вшитыми динамиками (чтобы курсант слышал их, лёжа на любой стороне подушки) очень неудобно. Разумеется, запрещалось спать без подушки, а стоящий «на тумбочке» дневальный должен был следить за этим и за работой магнитофона, по ночам же регулярно приходила инспекция. Если кто-то спал неправильно, группу поднимали по тревоге и объявляли двухчасовой марш-бросок по окрестным улицам.

Курсанты постепенно приучились спать «на кАмнях острых», твёрдость оных презирая. Но вот с эффектом гипнопедии вышло не так хорошо. Успеваемость не спешила подниматься, тем более, что преподавателям было сказано, что курсанты и так выучат слова во сне, и напрягаться на это не нужно. Но волшебная методика почему-то не спешила явить свои плоды.
И тогда начальника осенило: гипнопедия работает так слабо, потому что звук слабый. Курсанты – это же, можно сказать, будущие богатыри! И сон у них богатырский! А, значит, слабого бормотания недостаточно. Нужно включить динамики на полную!

Сначала вышла небольшая заминка. До этого все динамики какой-то местный кулибин подключил к одному магнитофону, который и крутил записи на вражеском языке. Поскольку выходная мощность магнитофона распределялась на все динамики, то есть на удвоенное количество курсантов в казарме, из них доносилось лишь слабое бормотание. Но начальник поднял свои связи в среде зампотыльства, и уже через пару дней в казарму был доставлен усилитель. Нет, не так: доставлен УСИЛИТЕЛЬ! Чудо отечественной ламповой электротехники приветливо мигало, в соответствии со своим происхождением, многочисленными лампочками и жрало мощность, сопоставимую со всем остальным оборудованием казармы. А заодно посылало на каждый динамик децибелы, вполне достойные смотра строя и выправки на плацу.
Для курсантов настали чёрные дни, точнее, ночи. Спать не получалось от слова «совсем», хотя такого выражения тогда не существовало, и рассказчик его, понятное дело, не употребил. Невыспавшиеся курсанты отсыпались на занятиях, успеваемость быстро достигла нуля, а местами упала ещё ниже. Преподаватели тоже были недовольны, поскольку потеряла смысл старинная армейская шутка. Это когда посреди занятия препод тихим ровным голосом командует: «Всем, кто спит…», а затем рявкает: «Встать!!!» Теперь вскакивала вся группа целиком.

Спасителем этой конкретной части человечества оказался один из курсантов. На фоне остальных гуманитариев-переводчиков он слыл технарём. Про него ходили легенды, что в отсутствие штопора он мог правильно рассчитанным ударом выбить из винной бутылки пробку, сохранив в целости и вино, и бутылку. В какой-то момент его осенила идея, он достал иголку, которую полагалось носить с собой каждому военнослужащему, и страшным шёпотом сообщил своим однокашникам: «Звук – это ток!» Офонаревшие от недосыпа гуманитарии нестройно переспросили в смысле: «Ну и что?» «А ток идёт по металлу!» Курсанты выразили разными способами полное непонимание.
Однако идея сработала. Теперь после отбоя дневальный аккуратно прокалывал провод, идущий от магнитофона к усилителю, иголкой. Она осуществляла не то что бы совсем короткое замыкание, но брала на себя основную мощность выходного сигнала магнитофона. На усилитель шла полная тишина, которую тот исправно усиливал. При появлении проверяющих дневальный быстро выдёргивал иголку, и динамики оживали. Конечно, при этом спящие получали внеплановую побудку, но побудка – это всё-таки не всенощное бодрствование и не двухчасовая пробежка. Курсанты начали высыпаться, преподы на занятиях вернулись к любимым шуткам, начальник был доволен: успеваемость пошла вверх по сравнению с недавним провалом.

Эта идиллия, наверное, могла бы продолжаться бесконечно, но однажды инспекция пришла под утро. Нет, не бойтесь, за курсантов: дневальный успел вытащить иглу. Проверяющие ушли довольные. Но после этого сонный дневальный воткнул иглу в провод, выходящий ИЗ усилителя. Произошёл небольшой фейерверк, вырубилось электричество во всём здании, но, главное – сгорел усилитель. Курсант-технарь еще долго недоумевал по этому поводу (и я недоумеваю вместе с ним, но провести экспертизу, понятное дело, не могу). При замыкании на выходе (!) усилителя, его предохранители остались целы (!!), при этом вышли из строя лампы (которые должны выдерживать ядерный взрыв по соседству!!!) и сгорели «пробки» в здании (!!!!).
Не иначе, имело место божественное вмешательство. Ведь починить усилитель или достать новый начальнику не удалось. Впрочем, он уже охладел к идее гипнопедии и задумал нечто новое. К тому же, приближалась пора экзаменов.

В этот момент рассказа прозвенел звонок, и препод прекратил дозволенные речи. Впрочем, он их продолжил на второй паре, и я также надеюсь продолжить рассказ о них в будущем.

10.

«Жаворонок» – так называлась снятая в 1965 г. на Ленфильме кинокартина о подвиге советских танкистов в годы Великой Отечественной войны (сценаристы – Михаил Дудин и Сергей Орлов, режиссеры – Леонид Менакер и Николай Курихин). События происходят в центре Германии в 1942 г., когда Восточный фронт подходил к Сталинграду и Кавказу и немцы, даже обжегшись под Москвой, все еще были уверены в своем фюрере и в своей победе. На артиллерийском полигоне для испытания новых противотанковых снарядов они использовали в качестве мишеней трофейные советские танки Т-34 с экипажами из пленных танкистов – по-существу, смертников. Единственной надеждой на выживание был умелый маневр в движении по предписанному маршруту, но редкие машины дважды выезжали на полигон, на это поле смерти. Подбитые танки горели, а оставшиеся в живых танкисты загонялись в бараки и пополняли следующие экипажи.

Однако одна «тридцатьчетверка» три раза выходила целой из этих смертельных игр. Немецкие военные инженеры сначала недоумевали, а потом решили: «Иван очень умело ведет свой танк и не подставляет борт». А представители вермахта стали обвинять инженеров в неэффективности их боеприпасов. Обстановка на наблюдательном пункте накалялась. Поэтому руководитель испытаний назначил на следующий день еще один отстрел. Машину было намечено пустить по неблагоприятному для нее маршруту, когда большую часть пути она будет вынуждена подставлять под снаряды свой борт.

Не зная об этом, экипаж, готовя машину, понимал, что четвертый выезд может быть последним. Было решено устроить в танке ложный пожар и, остановив его, заглушить двигатель. Когда же стрельба прекратится и к машине направится вооруженная команда, обследующая машину, подпустить ее поближе, внезапно завести двигатель и, развернувшись, на большой скорости вырваться как можно дальше за пределы полигона. А там видно будет что делать. Главное – вырваться из плена!

На следующий день события развивались по намеченному плану. Немецкие инженеры, артиллеристы и представители вермахта, увидев черный дым, валивший из люков остановившейся и заглохшей машины, нарушили инструкцию и, не дождавшись вооруженной команды, вышли из укрытия и направились к якобы подбитому танку. Когда до него оставалось всего несколько десятков шагов, его могучий мотор вдруг взревел. Танк развернулся и, оставляя за собой шлейф черного дыма, стал быстро уходить прочь. Тридцатьчетверка, без боеприпасов и с малым количеством топлива, стремительно неслась по гладким немецким дорогам, пролетая городки, гарнизоны, мосты. Ее появление в центре Германии наводило панику на немцев, вызывало радость угнанных в рабство советских женщин. Они видели в ней предвестника освобождения. Это был жаворонок грядущей победы!

Остановившись, танкисты стали думать, что делать дальше. Можно было бросить машину и разбежаться. Но в баках танка еще оставалось немного топлива. Значит, для танкистов война еще не закончилась. А так как неподалеку находился военный аэродром (об этом догадались, заметив идущие на посадку «Хейнкели»), было решено ворваться на него и передавить гусеницами все, что можно.

Увы, до аэродрома они не добрались, погибли по одному. И в конце концов «тридцатьчетверка», покинутая экипажем, – оставшийся еще в живых механик-водитель выскочил на ходу, чтобы спасти мальчика, оказавшегося на пути машины, – на малой скорости ушла в бессмертие…

В заключение этого берущего за душу фильма звучит печальная и торжественная песня на слова поэта-танкиста Сергея Орлова в исполнении незабвенной Майи Кристалинской.

Наряду с артистами, служебными собаками и лошадьми, в этом фильме предстояло сыграть свою роль и настоящей «тридцатьчетверке» образца 1942 г., с литой башней и 76-мм пушкой. Директор фильма Джорогов нашел и отремонтировал на танкоремонтном заводе эту красавицу. На студии рядом с ней стоял, как жертвенный агнец, старенький, но опытный и на ходу легковой «Ханомаг», которому предстояло стать раздавленным «танком».

Но некоторые сложные эпизоды нельзя было снимать в натуре. Было решено использовать съемочную аппаратуру, позволяющую работать с объектами, уменьшенными в три раза. На Ленфильме в то время работала группа великолепных специалистов-бутафоров, способных сделать все что угодно: макет линкора, рухнувшего моста с железнодорожным составом, слона, пуделя, трупа с оторванной головой… Но действующий, управляемый сидящим в нем человеком танк в 1/3 натуральной величины, они сделать не могли.

Долго размышляя, как выйти из положения, постановщики фильма вспомнили о картинге – новом тогда виде автомобильного спорта. Они полагали, что если на этот низенький, стелящийся по земле гоночный автомобиль установить фанерный танк в нужном масштабе, то все проблемы будут решены. А я в то время работал главным конструктором Ленинградского завода, выпускавшего строительные и дорожные машины для городского хозяйства. И для того чтобы занять досуг инженеров и рабочих опытного производства, предложил построить гокарты и организовать спортивные соревнования. С энтузиазмом мы взялись за то дело. Вскоре в Ленинграде появилось несколько десятков подобных машин разных классов и меня, как основателя отечественного картинга, избрали президентом секции Ленинградского городского автомотоклуба ДОСААФ.

Ленфильмовцы, придя на завод, попросили меня пристроить на гокарт макет съемочного танка. Как бывший танкист, я сразу понял, что эта бутафория не будет похожа на движущуюся «живую» тридцатьчетверку. Кроме того, гоночный гокарт с массой всего 70 кг, даже с водителем и с надстройкой, не будет способен эффектно давить автомобили и разрушать стены, что требовалось по сценарию. Я убедил в этом киношников и предложил сделать для съемок настоящий, действующий и движущийся, но только в три раза уменьшенный танк Т-34, управляемый сидящим в нем водителем.

Узнав о том, что я берусь за две недели изготовить чертежи этой машины, и имея у себя на студии прекрасно оборудованные механические мастерские, ленфильмовцы с радостью согласились. Мне были обещаны златые горы, но меня привлекал не гонорар, а возможность решить интересную техническую проблему. Как конструктор я, начиная с 1951 г., занимался разработкой небольших колесных и гусеничных машин, обладающих высокой поворотливостью и проходимостью. Танк Т-34 мне был хорошо знаком по послевоенной работе в Кубинке, и в 186-м танковом полку, где я был зампотехом танковой роты. Выпускавшаяся нашим заводом тротуароуборочная машина ТУМ-57 с бортовой системой поворота имела главную передачу с реверсом и двумя бортовыми фрикционами и сблокированными с ними тормозами, что по габаритам и мощностным характеристикам идеально подходило для маленького танка. Идеально подходил для него и двигатель внутреннего сгорания от мотороллера «Тула». Этот двигатель мощностью 8 л.с. с воздушным принудительным охлаждением был компактным и сочетал в одном общем картере коленчатый вал, коробку передач, сцепление и механизм запуска.

Сложнее было с размещением водителя. Расстояние от пола днища корпуса танка до потолка-крыши башни, уменьшенное в три раза в сравнении с Т-34, составляло всего 630 мм. Если посадить на днище модели мужчину среднего роста с выпрямленной спиной и головой, то не хватало 150 мм. При углублении места в днище на 50 мм и при наклоне головы вперед, поза водителя позволяла на короткое время, достаточное для проведения съемок, управлять машиной.

Рычаги управления бортовыми фрикционами располагались между ног водителя, как в «Шермане». Управление сцеплением мотоциклетного тросового типа находилось на левом рычаге, управление подачей топлива – на правом. В качестве рычагов использовались две половинки мотоциклетного руля. Бензобак емкостью три литра располагался над карбюратором.

Рабочие чертежи я делал дома, благо вся семья была на даче; их я передал в мастерские студии через 10 дней. Корпус модели был изготовлен из 4-мм листовой стали. Из нее же были выточены опорные катки, ведущие колеса и ленивцы. Гребневые, холостые траки и пальцы гусениц директор фильма умудрился заказать и быстро изготовить на Кировском заводе. С литой башней дело было сложнее. Из металла ее было невозможно быстро изготовить. Выручили студийные бутафоры: увидев, как мы со слесарем-сборщиком обкатываем по территории Ленфильма нашу игрушку без башни, они взялись сделать ее по моим фотографиям. По сути дела, эта башня была как бы крышкой, закрывающей голову и плечи водителя: она плотно входила в круглый проем крыши корпуса и не требовала крепления.

Машина развивала скорость до 18 км/ч, легко разворачивалась, преодолевала препятствия, брала подъем в 30° и могла пробить деревянный забор, построенный из не очень толстых досок. Управлять ею (без башни) было даже приятно. Моя танковая душа испытывала большее наслаждение, чем при езде на гокарте. Вспомнилось, как в 1947 г. в Кубинке офицеры-технари помоложе катались, ради забавы, на немецкой танкетке-торпеде, у которой был электропривод от двух танковых аккумуляторов. Но по плавности хода и простоте управления наш маленький танк превосходил немецкую «торпеду». Появилась мысль превратить малютку-«тридцатьчетверку» в подвижной тренажер для обучения вождению водителей танков. Через год эту задумку я и осуществил в Ленинградском военном округе (об этом будет рассказано в другой публикации).

Недостатком нашей игрушки было только то, что с установленной башней водитель ничего не видел впереди себя. Поэтому впоследствии, на съемках, пришлось прорезать отверстие в днище корпуса, через которое можно было держать курс по меткам, нанесенным на дороге.

Съемки фильма производились в павильонах студии и в Ужгороде. На первых съемках в студии, которые велись в дневное время, Джорогов попросил меня поуправлять танком. Директор завода, на котором я работал, начал ворчать: «Ты что, в артисты хочешь? Думаешь тебе больше будут платить?» Он сам, получая 200 рублей в месяц, платил мне 180. Я попросил Джорогова перенести съемки на вечер или ночь. Это было нелегко, но мое требование было выполнено. А съемочный эпизод был сложным. Танк, раздавив бензовоз и пробив стену солдатского кинотеатра, давя стулья, въезжает в зал. На экране в это время демонстрируется специальным проектором из стеклянной будки подлинная немецкая военная кинохроника тех лет: фюрер с поднятыми кулаками что-то кричит. В этот-то момент и нужно было въехать в экран и раздавить Гитлера. Таков был замысел режиссеров.

Три раза у нас не синхронизировались движения. Почти все бутафорские стулья были раздавлены, и каждый раз все повторялось сызнова. Зал задымлялся, машина старилась грязными мокрыми тряпками, чтобы не блестела, Гитлер начинал орать, и условным стуком по башне мне давали команду двигаться. Пробив экран и стенку, мне нужно было останавливать машину по меловой метке. Если бы я ее проскочил, то свалился бы со съемочного подиума высотой около метра. Только под утро все было закончено. Я, качаясь от усталости, шел по Кировскому проспекту к себе домой на Выборгскую сторону и думал: «И на кой черт я с ними связался?».

На съемках же в Ужгороде снимался эпизод, когда танк (модель) проезжает по деревянному мосту (тоже модели), который тут же рушится. Дело было рискованное, разъем моста удерживался чекой в месте начала разрушения. При выдергивании чеки с помощью длинной веревки мост и должен был обвалиться. По расчету операторов чеку нужно было выдергивать в тот момент, когда третий опорный каток ходовой части танка наезжает на разъем. Но водитель (местный танкист-прапорщик) наотрез отказался участвовать в этой съемке: «А если чеку вырвут на полсекунды раньше, что будет со мной в этом железном гробу с гусеницами?».

Решение было мудрым – танк через мост благополучно (с точки зрения съемок) протащили на тонкой проволоке-буксире, а мост вовремя рухнул. При просмотре фильма даже опытные танкисты не могли сказать, когда на экране появлялся дублер, неотличимый от настоящего танка. Во время последних павильонных съемок на студии известный артист-комик Филиппов, узнав у меня, что за всю работу я получил 250 рублей, сказал, что я дурак. За эту работу нужно было требовать не менее 5000 рублей…

В наше время, когда 100-тонный «Буран» при сильнейшем боковом ветре с посадочной скоростью в 200 с лишним километров в час был с ювелирной точностью посажен на аэродром, когда мы начинаем страдать, если не работает дистанционный пульт управления телевизором, когда системы управления на расстоянии достигли совершенства, описанное решение задачи может показаться смешным, наивным. Но не надо спешить с оценками. Через несколько десятков лет наши теперешние успехи тоже могут показаться детскими нашим потомкам.

Все течет, все изменяется, все совершенствуется. Такова диалектика жизни. Вот только великий подвиг нашего народа, наших воинов, наших танкистов навсегда останется высоким, светлым и неизменным.

Автор: Рем Уланов, Журнал «Танкомастер» №1 - 1998

11.

Отдельные представители "прогрессивного человечества" представляют собой интереснейший социальный феномен – демонстрируют ровно те пороки, против которых якобы борются. Вот особенно забавный случай.

Лет пять назад на голландском телевидении вышел любопытный сезон локализованной версии "Последнего героя". Там были два острова: один населяли мужчины, а другой – женщины. Правила объявили заранее, никто не выступил против. Идею поддержали и феминистки, которые вовсю верещали о том, сейчас-то они покажут, как будет выглядеть женское общество без ужасов патриархата.

И они показали. Ох, как они показали!..

Две группы были заброшены каждая на свой остров, снабжены небольшим количеством необходимых поначалу запасов и предоставлены сами себе. Обе начали с выстраивания иерархических отношений, но в мужской компании как-то обошлись без формального лидера: каждый стал заниматься тем, что считал необходимым. Кому-то было по приколу охотиться, другим – рыбачить или заниматься собирательством. Даже самый ленивый, когда ему надоело тупить на пляже, занялся изготовлением примитивной мебели. Еще одна группа решила строить жилище, которое впоследствии разрослось и усовершенствовалось. Поэтому через несколько дней на острове появилась маленькая процветающая цивилизация, день ото дня она становилась все более успешной.

Женщины также занялись рутинной работой. Сначала они придумали сушилку для шмоток и пляжных полотенец, а потом отправились загорать и болтать. Тут же выяснилось, что они не могут начать общее дело без достижения консенсуса между всеми членами группы. А поскольку их там оказалось не менее дюжины, этот консенсус так и не был найден. В течение нескольких эпизодов женщины съели все свои запасы, несколько раз вымокли под тропическим штормом, безуспешно боролись с песчаными блохами и в целом выглядели довольно жалко. В то же время мужской коллектив был весьма доволен собой. Естественно, в группе появлялись некоторые разногласия, но они, так или иначе, разрешались.

Тут авторы программы схватились за головы и справедливо решили, что надо срочно менять условия игры. Иначе их распяло бы общественное мнение. В рамках помощи женщинам к ним на остров были отправлены трое мужчин. В свою очередь, с женского острова на мужской отправились три женщины.

Поначалу трое мужиков, которым выпал жребий ехать к телкам, были крайне возбуждены по этому поводу. Но все несколько изменилось по прибытии.
М.:
– А где ваше жилище?
Ж.:
– А у нас нет жилища.
М.:
– А где же ваш провиант?
Ж.:
– А мы свой рис уже давно съели

Ну и все в таком духе.

В итоге трое несчастных парней попали в ад: вынуждены были вкалывать как волы, используя все навыки, полученные ими методом проб и ошибок в первые недели своего пребывания на острове, – строя телкам жилье, ловя рыбу, заставляя их собирать фрукты и ягоды про запас. Однако те только и делали, что болтали без умолку и загорали.

При этом три женщины, которых отправили на мужской остров, попали в рай: еда, кров и максимум мужского внимания нахаляву. Все свое время они проводили также – болтая и загорая.

Вот тут-то и начались вопли в медиа. Феминистская общественность подняла жуткий галдеж на тему о том, что телевидение поддерживает замшелые стереотипы и вообще: "такой хоккей нам не нужен!". Твердили, будто шоу не соответствует целям построения светлого будущего и его надо запретить.

То есть повели себя точно так же, как наши российские "люди с хорошими лицами": если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов! Начали манипулировать и лицемерить.

Им вежливо разъясняли, что происшедшее, конечно, может быть случайностью, но канал CBS тоже показывал в Штатах несколько сезонов аналогичного реалити, где мужчины и женщины были в разных группах. В большинстве ситуаций результат оказывался таким же – мужчины быстро кооперировались добывая еду, огонь и кров, а женщины тратили время и силы на болтовню, ссоры, поедание скудных запасов и скрупулезное выстраивание иерархии.

В меньшинстве эпизодов становление мужского коллектива тормозилось амбициями агрессивных персонажей, но ситуация, когда мужики не смогли самоорганизоваться, а женщины создали некое подобие функционального сообщества, не нашла отражения нигде, кроме мира дамских ванильных фантазий. И это то самое "сокровенное знание", которое феминистки будут оберегать от разглашения, как Мальчиш-Кибальчиш – свою военную тайну.

12.

Реальная история случившаяся несколько лет назад в США.

В одном американском городке Не суть в каком жила стандартная семья Стивенсонов. Папа + Мама + 2 детишек 7 и 10 лет да собака не важно какой породы. И была у этой семьи мечта увидеть Париж и нет не умереть а увидеть, поесть в их ресторанах, подняться на Эйфелеву башню, погулять по Елисейским полям и вернутся домой .
И вот накопив нужное количество денег на двух-недельную путёвку семья в полном составе отбывает в Париж ( собаку отдали друзьям на время ). Своей мечты никто из членов семьи никогда и не перед кем не скрывал и поэтому то что они улетают во Францию знали коллеги по работе , соседи , друзья , а так же многие в школе у детей . Короче довольно много народу . Узнал об этом как то и один местный воришка – домушник. В доме не будет никого целых 14 дней и поэтому можно не торопясь осмотреть дом и успеть вынести хоть всё .
И вот убедившись лично что семейство отбыло на отдых и дом пуст воришка забрался в него . Он не торопясь и в течении нескольких часов обшарил всё и набрал довольно порядочное количество интересных вещей которые можно было потом перепродать. Набралось аж на 2 чемодана и большой рюкзак. Здраво рассудив что выходить из дома через центральный вход с такой поклажей на глазах у соседей будет довольно рискованно ( вполне вероятно кто то увидит чужого человека выходящего с таким количеством вещей и неприменно вызовет копов ) наш воришка решил не рисковать и выйти через гараж а там уже огородами уйти не замеченным . Как это часто бывает в США гараж был встроен в дом и между ними была дверь .
Воришка с награбленным перешёл в гараж но так как обе руки у него были заняты он не успел зафиксировать тяжёлую железную дверь и она захлопнулась на замок со стороны дома .
- Не беда - подумал воришка.
- Я и так взял всё что хотел и мне нет смысла обратно возвращаться .

Но он горько ошибался . Дело в том что ворота гаража уже какое то время сильно глючили и открывались самопроизвольно поэтому отец семейства решил вернувшись из Парижа вызвать ремонтников и капитально их отремонтировать а пока он повесил на ворота большой навесной замок с улицы потому что только там были петли .
Воришка это понял только через какое то время безуспешно попытавшись открыть ворота гаража изнутри . Короче он оказался запертым в гараже на 2 недели да ещё и с награбленными им барахлом .
Но он не умер с голоду … На его счастье в гараже оказалась упаковка в 20 банок с пепси и большой мешок сухого собачьего корма .
Надо было видеть лица счастливого семейства только что приехавшего из Парижа и открывшего гараж , их ждала непередаваемая картина .
Тут же вызванная полиция забрала похитителя потом был суд и 6 месяцев тюрьмы. НО на этом не всё .
После отбытия наказания грабитель подал в суд уже на владельцев дома где он был заперт 2 недели заявив, что ситуация причинила ему незаслуженную психологическую травму ведь он будучи человеком был вынужден питаться не человеческой едой а собачим кормом ,был ограничен в передвижении и справлять свою нужду тут же . Присяжные посовещались и присудили мужчине полмиллиона долларов компенсации морального вреда.

13.

Про мою первую квартиру в Америке

Первой "своей" квартирой в Америке у меня была комнатка в доме приятеля знакомых моих знакомых. Дом был с тремя спальнями две из которых, хозяин дома Джерри, сдавал. Одну эль-сальвадорцу Карлосу, другую мне, сам Джерри жил в третьей. Кухня, гостиная, единственный совмещеный санузел "гавана", телефон, телевизор, мебель и посуда были общими.

Каким Джерри был пауком-эксплуататором, можно судить по условиям, которые он мне поставил на рент. Он сказал: "за комнату ты мне будешь платить $50.00 в месяц, если у тебя есть деньги. Если нет, будешь платить в другой раз. За телефон я плачу сам, ты должен платить только за свою лонгдистанс (междугородку). Если есть деньги. Если нет, будешь платить в другой раз. За утилити (коммуналку) я плачу сам. Если у тебя нет своей еды, ты ешь то что найдешь в холодильнике. Если у меня, или у Карлоса нет своей еды, мы тоже едим то, что найдем в холодильнике. Если в холодильнике нет ничего, тот у кого есть деньги покупает пиццу и пиво."

Условия были более чем приемлемыми и я их принял. В виде бонуса мне было позволено для своего частного бизнеса занять, стоявший во дворе "шикарный" гарден шед (сарайчик), размером примерно с коробку из под бананов и с таким же количеством дырок. Прибив на крышу несколько черных пластиковых мусорных мешков мне удалось добиться более равномерного распределения дождя внутри. Там я и делал свои первые заказы.

Жизнь в Джерриной общаге была размеренной и неторопливой. Джерри сваливал на работу часов в 6 утра тихо и незаметно. В 7 утра дом оглашался веселым разудалым свистом шедшего в душ Карлоса. В самом душе свист сменялся ариями из неизвестных мне латиноамериканских опер, переходивших в меланхолический тихий свист, сопровождавший процесс вытирания и бритья. По этому музыкальному сопровождению я всегда знал когда освободится доступ в "гавану".

Когда я вылезал из душа на кухню, ароматы убежавшего кофе и горелых бобов "чили" еще висели белыми слоями, но Карлоса уже не было. Первое время, за завтраком, я пытался пить мерзкий чай "липтон" из пакетика и жевать скучный сэндвич, но однажды Джерри спросил меня, по каким таким снобским мотивам я обижаю презрением Карлоса, который не доедает свой "чили" (оставляя половину бобов в кастрюле) и не допивает свой кофе, (оставляя половину в кофейнике) чтобы мне было чем позавтракать. Мне пришлось собрать в кулак всю свою волю и запасы английского и объяснить, что как истиный джентельмен, я не могу позволить себе жрать чужие объедки без официального приглашения. Через 15 минут ко мне в комнату зашел Карлос и мешая английский с испанским, сделал мне официальное предложения без стеснения пользоваться остатками его завтрака, которые он специально не выбрасывает в заботе о моем здоровье. С тех пор я безумно благодарен америке за изобретение диспозола (молотилке в раковине), который позволяет уничтожать остатки завтраков без опасения быть пойманым оскорблёным эль-сальвадорским джентельменом.

В остальном жизнь протекала весело и без напряга. После завтрака я садился перед телевизором учить язык по "Сезами Стрит" и американские нравы по "Мерит виз чилдрен". Tогда только вышeл в эфир третий сезон, Кристина Апплгейт была юной очаровательной девчонкой, и они пользовались бешеным успехом. Потом я пол дня работал в сарайчике выполняя мелкие заказы. Иногда Карлос приглашал меня прокатиться на его стареньком фольксвагене "Жук", который ему подарил какой-то мексиканский беженец, потому что за прием этого агрегата на свалку требовали 30 долларов, а этим сказочным капиталом даритель не располагал. Карлос был парнем рукастым и поставил это ржавое корыто на ход за пару дней. Порой нам составляли компанию несколько юных "мучачей" непрерывно хихикавших и ужасно напоминавших росийских петеушниц манерой краситься.

Однажды летом, я спросил у Джерри, почему трава вокруг дома такая желтая. Он озадачено поглядел на меня и спросил по-американски "а шо?". Я вспомнив свой гигантский садовый опыт [https://www.anekdot.ru/id/1121491/], убедил его, что если он мне доверится, то через пару дней вокруг дома будет изумительная свежая зеленая лужайка. Он пожал плечами и кивнул головой. На следущее утро я уже стоял на улице со шлангом в руках. Напоить иссохшую землю и возродить траву было моей первейшей задачей. И я ее выполнял по 5-6 часов в день с перерывами на поесть/перекурить. Ко мне временно вернулось детство и я получал безумное наслаждение от игр с поливальным шлангом. Дней через пять мне это приелось, детство вернулось в прошлое, к тому же зарядили дожди и лужайка так и осталась желтой. Примерно через две недели, 1-го числа, Джерри выписывал счета. Открыв один из конвертов он схватился за телефон и начал сперва вежливый, а потом очень нервный и шумный разговор на странную тему. Кому-то он доказывал, что у него во дворе нет спортивного бассейна для глубоководных прыжков с километровой дорожкой.

Когда он положил трубку, я попытался поддержать его в праведном гневе, сказав что почему бы этим асхолам не приехать и не убедиться лично в отсутствии бассейна. Но Джерри моего сочуствия не оценил и с подозрением спросил чем я занимался с такого-по-такое. Я ответил что напряженно, не жалея сил поливал траву. Джерри сказал что конкретно ЭТА трава сдохла лет семь назад, а теперь пришла его очередь и понурившись ушел в свою комнату.

От жизни на улице меня спас вернувшийся с работы Карлос. Узнав в чем дело, он ни слова не говоря, запихнул меня в свой тарантас и мы поехали за пиццей, пивом и текилой...

Часам к пяти утра, отмякший душой Джерри тяжело вздохнул, помахал над столом мятым счётом за воду и всхлипнув сказал: "на эту бумажку мы могли бы бухать долго..."

Эпилог

Пару лет спустя, уже освоившись в стране, я приехал в гости к Джерри и сделал попытку вернуть деньги за тот случай. Он отказался наотрез, сказав что у него тоже был похожий казус в юности, который ему простили.
"Pay it forward, man" - сказал тогда Джерри, что я и сделал, но это другая история.

14.

В небольшом ашраме в Дании я оказался старшим (по возрасту и по опыту) строительной группы волонтеров – мы обшивали гипроком стены и потолок большого зала для медитаций. Кроме меня в группе были два испанца и два аргентинца, поэтому естественно все вместе назывались «сеньорами». Сначала была еще рыжая американка Джессика, но она быстро сбежала на свежий воздух в огородники, и о ней мы больше говорить не будем.
Пару дней мы прибивали лаги и шлепали на них гипрок с шутками и прибаутками, пыль стояла столбом, а мне, наконец, пригодилось запавшее с детства в душу, но так и лежавшее там мертвым грузом звучное слово «каррамба!»
А потом в ашрам пришла Ксения. Худенькая большеглазая португалка окончила университет по классу дизайна, поэтому, естественно, кроме как в строительную бригаду ее было девать некуда. Еще на этапе распределения я осторожно спросил, как она относится к стройке, и она спокойно рассказала, как помогала дедушке-строителю в родной деревне.
Поскольку сомнения все же оставались, я разделил бригаду – сеньоров отправил работать в дальний угол, а Ксению взял себе на подхват.
Сначала оказалось, что я неправильно забиваю гвозди – ее дедушка делал не так. На просьбу показать, как надо, я в первый раз услышал это прекрасное «Я же девочка!»
Потом мы залезли на леса, я держал кусок гипрока, а Ксении нужно было его закрепить саморезом. Она взяла шуруповерт, нажала, зажужжала, уронила, топнула ногой и закричала, что я старый, страшный и вредный, и заставляю ее делать вещи, которые она делать не может по определению, потому что «Я же девочка!», и вообще ей сказали, что в огороде свежий воздух и весело.
Понятно, девочка испугалась. Нужен другой подход. Я цыкнул на сеньоров, которые ржали из угла и, по-моему, делали ставки, мы с Ксенией слезли с лесов, устроились поудобнее. «Вот смотри, – сказал я, – это совершенно не трудно. Эту штуку зовут «Макита». Сюда нажимаем, здесь крутится. Чем сильнее нажимаем, тем быстрее крутится. Попробуй.»
Попробовала, получилось.
«Отлично. Теперь смотри: берешь шуруп левой рукой, а Макиту правой… Ах, ты левша, еще лучше – берешь шуруп правой рукой, а Макиту левой, приставляешь шуруп к стенке, приставляешь Макиту к шурупу и потихоньку жмешь. Попробуй.»
Попробовала, получилось.
Так и пошло. Уже через полчаса Ксения лихо загоняла саморезы в стенку, но на меня все равно косила сердито.
Через несколько дней у нас снова появилось пополнение – к нам пришла ирландка, налысо бритая, с именем древней богини и удивительным количеством татуировок. Наш аргентинец, который гордился восходящим из-за горы солнцем, набитым на левой лопатке, ходил вокруг новенькой со странным выражением, а потом тихо спросил «Сколько их у тебя?». Ирландка задумалась и неуверенно протянула «Наверное, двадцать три…» Аргентинец совсем увял и потрясенно выдохнул «Я думал, что от одной умру, а ты вот!» И показал свое восхищение странными жестами.
Утром, на площадке, я снова отогнал сеньоров в угол, невинно глядя в сторону, попросил Ксению научить новенькую работать Макитой, а сам пристроился рядом подслушивать.
Девочки присели у стены. «Вот смотри, – сказала Ксения, – это совершенно не трудно…» Из-за моей спины послышалось фырканье – синьоры сдерживали смех. Я показал им кулак и продолжал наслаждаться своим педагогическим успехом.
На прощанье ребята испекли мне торт с надписью Spasibo tovarisch! Ксения подошла обниматься последней. Она обхватила меня руками, уткнулась носом в грудь и вдруг всхлипнула. «Эй, ты чего, – удивился я. – Люди, способные укротить Макиту, не плачут!» Ксения подняла голову, улыбнулась сквозь слезы: «Я же девочка!»

15.

Записки Казановы.

Начинаю цикл историй, под одним общим названием.

Написал, перечитал и аж сам заржал в голос, тоже мне Казанова выискался…, но начал своих женщин вспоминать и на третьем десятке сбился, не считая уж совсем одноразовых, ну загнул «рачком», кого-когда в подсобке или в подъезде, не вспоминать же таких всерьез… Решил название оставить, а вообще – старость, что ли подбирается? Раз таким подсчетом озадачился вдруг.
Как пел Лоза:
«Я уже многих не помню, с кем я когда-либо был,
С кем я напился бессонниц на перекрестках судьбы…»

Но, что было, то было: Любил я женщин многих, а женщины любили меня, ну может не совсем любовь в высоком смысле, а так, влюбленность, но тем не менее. В молодости бралось больше количеством, к зрелости пришло понимание «качества», нежности и красоты. Вполне отдаю себе отчет: внешность моя достаточно заурядная, ни какими-такими привлекательными особенностями лица, фигуры и прочими атрибутами никогда не отличался. Середнячок в общем.

Хотя был интересный случай в жизни, походил я несколько дней в «героях».

На институтской практике, уже после армии, получилось устроиться работать в одну интересную организацию, с достаточно молодым коллективом, но очень странным. Это я потом понял, что, они всем друг с другом делились и обсуждали, вплоть до самых интимных подробностей. И романы служебные там крутились по нескончаемому кругу и в разных вариантах, иногда многоугольных, а зачастую и просто перепихоны по случаю и обстоятельствам, начальник это даже, как бы поощрял и сам не брезговал. Вообще, надо отдать должное, очень дружно жили, дни рождения, праздники, совместные выезды на природу и тому подобное - постоянно все вместе.

Интересный момент: Каждое следующее поколение считает себя гораздо более продвинутым в плане секса. Я тоже в свое время так думал. Мы то, Ого-го, а отцы наши и тем более деды – что они там знали и умели? Представлялась: сплошная сексуальная безграмотность, кругом табу, и в лучшем случае, миссионерская поза чтоб детей делать. Убеждался в обратном много раз, и, если вспомнить описания тех же римских оргий, Калигулу, заметки с разгулов русских купцов и помещиков в «отсталой» России и прочие Кама сутры, понимаешь, что ничего нового с тех пор и не придумали.

«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем»
Книга Экклезиаста

На какой-то вечеринке, повод уже не помню, а я проработал там от силы неделю, зацепились мы с одной той девахой и уже через пару часов непринужденно придиванились в пустой комнате. В соседней, у накрытого стола, вовсю продолжается праздник, слышимость на уровне, но выпито уже немало, поэтому поровну и ей, и мне. У меня она далеко не первая, все по накатанной, но вот незадача, что-то у нее с женским здоровьем приключилось, при малейшей моей попытке чуть подальше засунуть, дергалась она, как от удара током, а при проявленной настойчивости начинала очень громко взвизгивать, да так, что в соседней комнате разговоры периодически стихали. Так «промучившись» «на полшишки» минут двадцать, послал я ее на…, в …, к гинекологу короче. И практически сразу ушел.

В понедельник, две встретившиеся мне тетки лет примерно 30 из бухгалтерии, как-то сразу трагически замолчали и оглядели меня с ног до головы, на мгновение задержавшись взглядом на уровне ширинки. Следующая тут же встреченная, тоже оценивающе посмотрела на меня, и загадочно поулыбалась в ответ на мое «здравствуйте». Проверил я себя всего, вроде нормально все, рубашка и штаны чистые, туфли одного цвета, шнурки завязаны, ширинка застегнута. Мужики в курилке, при моем приближении, вообще, как-то неловко замолчали, так что в итоге повисла неприятная пауза. Да, что ж такое? Неужели из-за той сучки?

Все оказалось проще и смешнее. Та дурочка, когда любопытные женщины, не откладывая, ее пытать стали, чего это она визжала, как поросенок, не придумала ничего лучше, как сказать, что парнишка я оказывается, с какими-то особо большими размерами мужского достоинства и что почти порвал ей там все. Но то ли особой веры той девке не было, то ли ради чистоты эксперимента, отрядили они от женской части коллектива еще одну, намного более опытную и уже рожавшую, типа проверить. Это мне потом один мужик разъяснил.

В пятницу начальник объявил, что после часу, работать заканчиваем и едем все без исключений на «наше место», на пикник с купанием (достаточно уединенное место на реке). Женщины заохали, что купальников не взяли, так шеф выделил каждой по белой фирменной футболке малоходовых 56-60-х размеров. Смотрелось, кстати, весьма эротично, особенно после купания. А мужчины мол и в семейных трусах покупаются, ничего страшного не случится.

Жанна, хоть и была мне не особо симпатична, и старше лет на семь-восемь, и страшненькая весьма на тот мой взгляд, повела себя так, что отказаться вообще не получилось, впрочем, не сильно то и старался. Да, и положа руку на сердце, в ту пору юношеской гиперсексуальности, как я мог отказать недвусмысленно настойчивой женщине в самом соку и в принципе с неплохой фигурой?

Один мой товарищ по молодости шутку юмора выдавал: Иногда так хочется, что готов трахать всё, что шевелится, а что не шевелится, то расшевелю и всё равно выебу.

Во время первого же купания, когда все из воды уже выходили, Жанна утянула меня на глубину и обвила всеми конечностями (русалка, бля), откуда сдрейфовали мы по течению до первого же большого куста, закрывающего стоянку с костром и навесом (метров 30-40). Там, прямо в воде и предались утехам. Выйдя на берег она, как ни в чем не бывало (или «как ни на чем не бывала», ха-ха), сразу отошла пошушукаться к группке женщин, накрывавших поляну.

И всё, всё после этого переменилось, через час уже мужики запросто общаться стали, а женщины вообще внимания обращать перестали на «студентика». Скорость передачи информации поразительная, никогда больше таких коллективов не встречал.
На основании показаний Жанны, как высококвалифицированного эксперта, был сделан общий вывод, что, как мужчина я вполне укладываюсь в среднестатистические рамки и ничего сверхъестественного, и супервыдающегося из себя не представляю. Жанна на меня после этого ноль внимания, впрочем, у нее партнеров хватало, в тот день еще «заплыв» с кем-то устроила. Когда все понял, причинно-следственную связь установил, даже обидно немного стало. Но практика и школа жизни замечательная получилась.

Теперь, с высоты прожитых лет, жизненного и любовного опыта, мое мнение, что выражение «Размер не имеет значения» не совсем верно, вернее верно только в том случае, если размеры находятся в среднестатистических значениях, мужчина не этим женщинам ценен. Но вот если отличаются в ту или иную сторону значительно, ну наказала природа, бывает, то тут да, и там, и там, уже и комплексы с предубеждением, и ранние проблемы с мужским здоровьем, и сексуальная дисгармония.
Кому это надо?

Была у меня в ту пору одна подружка, постарше, слегка за 30…
Ну нет, это уже следующая история.

Продолжение следует…

16.

Мое самое запоминающееся путешествие на самолете.

Мы вчетвером – я, жена и еще две женщины-родственницы – летели к нашему сыну на свадьбу, которую тот решил устроить на берегу океана в Пунта-Кане (Доминиканская республика). С самого начала мы опасались, что что-то может пойти не так. Первые подозрения начали закрадываться в мою голову, когда за несколько дней до полета отменили наш рейс через Шарлотту, с ее маленьким и достаточно удобным аэропортом, на рейс через Майами, где в аэропорту сам черт ногу сломит. Причем всего около часа между рейсами. Я созвал совет. Вероятность если не опоздать на стыковочный рейс, то по крайней мере потерять багаж возрастала в десятки раз. Обсудили варианты. Взять весь багаж с собой в самолет невозможно – платья и костюмы, как на саму свадьбу, так и на каждый день встреч с кучей родственников занимали много места, плюс все пляжные причиндалы. Взять минимум с собой не имело смысла – на свадьбу в минимуме одежды не пойдешь. Решили сдать все в багаж и ехать на авось.

И вот день вылета. Самолет – припаркованый, ждет нас. Рейс – по расписанию, посадка прошла гладко. Начали отруливать даже на несколько минут раньше. Все чистенько-гладенько. Неужели пронесет? Не пронесло. Не успев отъехать от терминала, самолет вдруг остановился. Минут через десять прошло объяление – «извините, нужно провести сервисные работы». Ну да, ночью у них на это времени не было. Через 30 минут – «все работы проведены, ожидаем разрешения на вылет». Так, еще есть надежда. Через 20 минут – «разрешение получено», еще через 10 минут – «мы долго стояли, нам нужно дозаправится». Пока стояли, до них не дошло, что керосин расходуют. Наконец, с опозданием более часа мы вылетели.

Надежда на опоздание стыковочного рейчас не оправдалась – тот самолет улетел до того, как мы приземлились. Вся толпа с нашего самолета рванула менять билеты, создав там громадную очередь. Около очереди на стене читаю – звоните по телефону ... . Звоню, попадаю на авиалинию, рейсов сегодня в Пунта-Кану больше нет, меняю билеты на Санто-Доминго вечером в 5 часов. Звоню в транспортную компанию, которая должна была встретить нас в Пунта Кане, пытаюсь договориться, чтобы встретили нас в Санто-Доминго. С трудом понимаю их спанглиш. Наконец-то пообещали за дополнительные деньги – ехать до курорта из Санто-Доминго гораздо дальше. Ага, а где-же наш багаж? Идем искать наш багаж. Его нет – крутится где-то в дебрях аэропорта. Пытаемся выяснить, как его отправить в Санто-Доминго. Все служащие аэропорта говорят друг с другом по-испански. А я думал, я все еще в Америке. Наконец один из них говорит, вам нужно оформить вот Это (чего я не понял), но он взял и на листочке Это написал и еще написал какие-то номера. С этим листочком мы еще поколесили по аэропорту и нас убедили, что вот Это сделано. Мы не сильно поверили, поэтому я перед посадкой подошел к агенту и попросил проверить, погружены ли наши чемоданы на этот самолет. Она чего-то там пощелкала и уверила нас, что да, чемоданы на самолете.

Вроде все образуется. Готовы к посадке. Но... самолет задерживается на час, на два, на три. В конце концов информация о рейсе исчезает вообще со всех табло и из всех самолетных баз данных. Народ в непонятках блуждает по терминалу. Дело к вечеру, терминал пустеет. Подлетает какой-то самолет, выгружает пассажиров. Еще час. Наконец-то объявляют нашу посадку на этот самолет. Время уже после 9-ти. Народ быстро грузится в самолет. Когда-же все это кончится! Сидим. Объявление – «извините самолет сломался, но к счастью у нас тут стоит другой, куда мы сейчас будем пересаживаться.» Почему бы не сесть в тот самолет два часа назад? Ну ладно, вылезли, подготовили нам второй самолет, залезли и наконец-то летим.

Прилетаем в Санто-Доминго. Багажа нашего, естественно, нет. Потеряли. Где он – никто не знает. То есть все наши потуги направить его из Майами в нужное место провалились. Но полночь, надо ехать. К счастью, транспортная компания нас героически дождалась. Погрузились, едем. Водила по-английски почти не говорит, но я как-то выяснил у него, что ехать два часа. Минут через 40 кто-то из женщин говорит – ну вот, едем быстро, будем раньше, чем через два часа. Накаркала. Только она закончила эту фразу, мотор начал издавать громкие и неприятные звуки. Водила сбавил скорость, но не остановился пока не проехал еще с полкилометра. Остановился у дежурящей полицейской машины. Объяснил мне, что для безопасности. Окей, мы в незнакомом государстве, ночью, посреди какой-то пустыни, со сломавшейся машиной, да тут еще и о безопасности волноваться надо! Водила сказал, что другая машина скоро будет. Скоро – это когда? Выслали из того-же Санто-Доминго, что в 40 минутах о нас. Дождались другой машины, погрузились, едем. Наконец-то подъезжаем к курорту. Выгружаемся, отпускаем водилу, идем устраиваться. Мужик на ресепшн спрашивает меня какой-то ваучер. Потом долго на меня смотрит и говорит – а вы ребята не в тот курорт приехали. Видимо, водила перепутал. У меня уже как спортивный азарт разыгрался. Ну что еще может пойти не так! К счастью, наш курорт был недалеко. Мужик организовал нам гольф-карт, довезли до нашего отеля. Устроились, завалились спать.

На утро у женщин – полная паника. Нужно встречаться с огромным количеством старых и новых родственников, а багажа – нет. Надеть – нечего. В дорожной одежде в 30-градусную погоду даже на улицу не выйдешь. Звоню в авиакомпанию – «мы ваш багаж найти не можем». Раз не могут найти, значит и не пошлют. Значит сегодня мы его вряд-ли получим, а завтра – вообще свадьба. Отправляю свою команду в маленький магазинчик гифт-шоп на курорте. Говорю – покупайте все, что увидите. Проведя там час и потратив около тысячи баксов, женщины немного воспряли духом. Хоть было в чем пойти на завтрак и на пляж. Но все потуги найти багаж проваливались – в авиакомпании его не могли найти. Подключил администрацию отеля – звонить в местный офис авиалинии чтобы общались на одном языке. Безрезультатно. Пришлось своим пообещать, что если вечером багаж не придет, всех завтра утром повезу в Пунта-Кану покупать новые свадебные наряды.

Наш багаж авиалиния так и не нашла, он сам прилетел, причем в Пунта-Кану, а не в Санто-Доминго, и к вечеру был доставлен к нам на курорт. После этого все начало приходить в нормальное русло, и свадьбу сына, и весь остаток отпуска мы провели прекрасно, постепенно забывая о наших злоключениях. А товарный чек на наши покупки в гифт-шопе я потом отправил в авиалинию и примерно через месяц они мне прислали компенсацию – чек на всю сумму и письмо с извинениями. Ну что с них еще взять?

17.

С интересными людьми жизнь сводила. Много их. Рассказ об одном из них. И чего вспомнилось? Запах блинов напомнил? Масленица ныне. Наверно длинно получится, да слов из песни не выкинешь.
Год 1997 заканчивался. Намеревался уже завершить командировку. Новый Год на носу. Досада. Бумажная волокита на пару дней. Домой страсть, как хочется. А задержаться придется. Зашел с целью ускорения процесса к местным операм. И услышал занимательную историю.
Возвращается морской посвету в гостиницу и попадает под проливной дождь. Такое зимой в Находке (Приморский край) дело не совсем обычное, но бывает. Вымок как мышонок и главное баксы промочил. Одежду на раскаленной батарее отопления развесил сушиться, а денежками импортными, количеством немереным после загранки, залепил стекло единственного в комнате окна. Сумрак таинственный в комнате. Заходит уборщица и видит все это великолепие. Остолбенела бабушка. А морской отогревшийся, ей ласково так из-под одеяла: - «Ну что замерла бабушка, три пол и иди себе поздорову, не видишь, устал я, всю ночь вкалывал». На столике открытый ноутбук (Япония – самый из первых, подавляющее большинство жителей нашей необъятной страны о существовании подобной техники тогда и не подозревало). В лапке выехавшей «кормушки» ДВДюшника бумажка покоится. С горбатой бумажки Франклин горделиво на тетку пялится. Подсохла соточка и на ноут спланировала. Пошутил на свою голову. Да и шутка старая. Если бы не ноутбук. Уборщица за дверь и тут же стуканула кому надо. Идите, мол, и берите фальшивомонетчика вместе с аппаратом. ППСники в комнату вломились, разбираться долго не стали. Фальшаки со стекла горстями содрали, в пакет комом, ноут под мышку, преступнику по рылу, руки заломив в отдел. Там разобрались сразу. Поржали с очумело крутящих головами сержантов, привезли одежду, да отпустили морского. ППСникам-то к рукам ничего не прилипло. Нафига им самодел, пусть и импортный. И это еще не все. Морской на выходе с обледенелого крыльца сверзился. Сберегая обеими руками ноут, подсек на жопе скатываясь, тех двоих сержантов. Курили парни на свежем воздухе, переживали. Так троих в травпункт и увезли. Потянутая ступня, сломанный мизинец, отбитый копчик. Ступня морскому досталась.
Пошел я в гостиницу заново устраиваться. А мне комендантша – твой номер уже занят, есть койка в двухместном. Перекантуешься? Только жилец там, нехороший. Скинул с плеча сумку, в номер пошел налегке. Посмотреть надо. Если «синяк расписной» мне там делать нечего. Захожу, сидит на койке тельняшка в синих семейниках. Нога в бинте, глаза злые, усы торчком. Все понятно. Морской на меня сходу наехал: «… Да достали уже, я идти-то не смогу, хоть несите…». Я ему: «Чего так-то? Я к вам пришел на веки поселиться…» И с чего решил, что я с милиции? В ответ: «У тебя на лбу написано: мент, переобутый…» Полусапожки чисто кожаные на мне форменные. Гарные такие, по тем голодным временам. Чудом в ХОЗО оттопырил. Объяснились. Сходил за сумкой, заселился. Собрался идти подхарчиться, посмотрел на морского, жалко его стало. «Чего купить может из съестного?» «Я тебя сам накормлю, водки возьми, знакомство отметим, а то неудобно как-то получилось…». А что? Мы люди не гордые, в командировке издержавшиеся. Принял Гранта, у таксиста, недалеко от гостинки отоварился. Таксист намеревался паленочки всучить, да тут от соседней Волжанки протяжно так: «Вас-с-ся!» Передумал прохиндей. Ненаблюдательный оказался, не в пример старшему коллеге. Молодой – глупый еще. Напоследок на остаток своих у бабок, путь и холодных, капустных пирожков, с детства любимых, набрал. Не поверилось мне как-то в это: «…накормлю…». И отсутствовал я вроде недолго. Возвращаюсь с «казенками» в карманах, а на столе... Икра красная в двухлитровке, вскрытые уже баночки с крабами. Желтые бананы (кстати, почему многие из моих ровесников бананы терпеть не могут? Недавно понял – они их в первый раз зелеными ели!). И о чудо! Настоящий кокос! Это сейчас не в диковинку. А тогда… Первый раз попробовал и разочаровался. Еще одной мечтой меньше стало. А главное вот что - ЗАПАХ! Домашний такой. Оладьи на кефире. Горячие еще. Горкой на целлофановом пакете, прикрытой не по холостяцки заботливо бумажными выдергушками. КАК?! ОТКУДА?! Морской на электроутюг показал. На нем и испек. «Главное – запах убрать, напоследок подошву утюга солью тщательно протирать, а то комендант спалит, могут и выселить». Так мы даже еще и пирожки погрели. Посидели, поговорили. Я о своем немного, он о своем. Я больше слушал. Занимательно, без опостылевшего мата, такое о морской жизни рассказывал! Заслушаешься. Оказывается пираты и тогда барагузили, просто замалчивалось это. Утром раздобыл я ему палку и уехал морской. И как-то не виделись более. Жаль. Хороший человек, холостяк, но хозяйственный и добрый.
Садовод.

18.

Эта история произошла еще в бытность мою студентом. В середине апреля каждый студент, даже последний раздолбай, старается до начала майских праздников погасить все "хвосты", а некоторые и сдать досрочно предстоящие :), для того, чтобы на 10 дней свалить в родные места. И так случилось, что накануне праздников я разругался со своими предками, поэтому домой ехать не особо хотелось, тем более был хороший повод остаться - у девушки, которая мне очень нравилась, 1 мая намечался День рождения. На том и порешил, отзвонился домой, сказал, что на праздники меня не будет.
Сразу поясню читателю, что за три месяца ухаживаний за вышеозначенной особой, которую звали Лиза, дальше поцелуев дело никак не шло. Причиной тому было строгое воспитание Лизы (еще бы, папа - местный военком), да и побаивались местные парни с ней связываться... А здесь такой момент - ее предки на двое суток собрались к родственникам в соседний район и должны были приехать только 3-го числа. В общем, решила Лиза встретить Днюху по-взрослому.
И вот первое мая, на заднем дворе томится на углях шашлык, стол ломится от закусок и горячительного, гости количеством 15 человек устроили неподалеку дискотеку. Всем весело и хорошо, водка под хорошее настроение проваливается в желудок, как в бездонную яму, что было часа через четыре, я абсолютно не помню, но... Проснулся от того, что утреннее солнце бьет через окно прямо по глазам. Переворачиваюсь на другой бок и чувствую, что в постели не один, открываю один глаз и наблюдаю перед собой Лизу в одной легкомысленной футболочке. Как себя вести, похмельные мозги подсказывать отказываются. Положение спасла сама Лиза просьбой притащить с холодильника минералку, а теперь картина: я в одних трусах шлепаю к холодильнику, достаю минералку для Лизы и початую бутылку водки себе, ставлю все это на стол и слышу из-за спины ироничное: "Сынок, кто же в одиночку похмеляется?" Я тупо оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с двухметровым дядей с красными, горящими глазами (тоже,как оказалось, с похмелья) и как завершающий штрих к картине - следом выходит Лиза в той самой футболочке... Честно говоря, в тот момент я уже мысленно прощался с родными и близкими, Лизка выглядела не лучше. Папанька повел себя на удивление корректно - набулькал мне и себе по стакану водки и со словами "Давай, чего уж там", чокнулся со мной стаканом. Пока Лиза юркнула в ванную приводить себя в порядок, мы с ее батей уговорили бутылку и принялись за следующую. В это время он и поделился сокровенным: "Да не бледней ты так! Не убивать же я тебя буду, тем более пили вместе. Я давно заметил, что Лизка в последнее время как царский рубль сияет, вот и решил жену уговорить на дочкино День рождения с ночевкой уехать, а рано утром посмотреть на ее ухажера. Не прогадал, как видишь. Да и не указ мы ей уже, взрослая стала." Вот такой вот прозорливый папка попался. Я потом часто к ним в гости приходил, а с их дочерью встречался до конца обучения, жаль, в дальнейшем не сложилось.

19.

Эта история произошла еще в бытность мою студентом. В середине апреля каждый студент, даже последний раздолбай, старается до начала майских праздников погасить все "хвосты", а некоторые и сдать досрочно предстоящие :), для того, чтобы на 10 дней свалить в родные места. И так случилось, что накануне праздников я разругался со своими предками, поэтому домой ехать не особо хотелось, тем более был хороший повод остаться - у девушки, которая мне очень нравилась, 1 мая намечался День рождения. На том и порешил, отзвонился домой, сказал, что на праздники меня не будет.
Сразу поясню читателю, что за три месяца ухаживаний за вышеозначенной особой, которую звали Лиза, дальше поцелуев дело никак не шло. Причиной тому было строгое воспитание Лизы (еще бы, папа - местный военком), да и побаивались местные парни с ней связываться... А здесь такой момент - ее предки на двое суток собрались к родственникам в соседний район и должны были приехать только 3-го числа. В общем, решила Лиза встретить Днюху по-взрослому.
И вот первое мая, на заднем дворе томится на углях шашлык, стол ломится от закусок и горячительного, гости количеством 15 человек устроили неподалеку дискотеку. Всем весело и хорошо, водка под хорошее настроение проваливается в желудок, как в бездонную яму, что было часа через четыре, я абсолютно не помню, но... Проснулся от того, что утреннее солнце бьет через окно прямо по глазам. Переворачиваюсь на другой бок и чувствую, что в постели не один, открываю один глаз и наблюдаю перед собой Лизу в одной легкомысленной футболочке. Как себя вести, похмельные мозги подсказывать отказываются. Положение спасла сама Лиза просьбой притащить с холодильника минералку, а теперь картина: я в одних трусах шлепаю к холодильнику, достаю минералку для Лизы и початую бутылку водки себе, ставлю все это на стол и слышу из-за спины ироничное: "Сынок, кто же в одиночку похмеляется?" Я тупо оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с двухметровым дядей с красными, горящими глазами (тоже,как оказалось, с похмелья) и как завершающий штрих к картине - следом выходит Лиза в той самой футболочке... Честно говоря, в тот момент я уже мысленно прощался с родными и близкими, Лизка выглядела не лучше. Папанька повел себя на удивление корректно - набулькал мне и себе по стакану водки и со словами "Давай, чего уж там", чокнулся со мной стаканом. Пока Лиза юркнула в ванную приводить себя в порядок, мы с ее батей уговорили бутылку и принялись за следующую. В это время он и поделился сокровенным: "Да не бледней ты так! Не убивать же я тебя буду, тем более пили вместе. Я давно заметил, что Лизка в последнее время как царский рубль сияет, вот и решил жену уговорить на дочкино День рождения с ночевкой уехать, а рано утром посмотреть на ее ухажера. Не прогадал, как видишь. Да и не указ мы ей уже, взрослая стала." Вот такой вот прозорливый папка попался. Я потом часто к ним в гости приходил, а с их дочерью встречался до конца обучения, жаль, в дальнейшем не сложилось.

Партнеры

Реклама