Шутки про первым - Свежие анекдоты

Результатов: 2214

652

Турецкий гамбит, русский цуг-цванг

Старшину Прокопчука мучила головная боль. Впервые в жизни он не знал что делать. Два дня до отпуска, последний наряд, билеты в Ялту и тут вот такое. Заступая вчера вечером старшим наряда на охрану границы, Прокопчук сделал все по уставу, проверил оружие, обмундирование солдат, знание устава и маршрута движения. Два раза ночью обошел “секреты”, так называемые скрытые посты, за задержку доклада о прохождении контрольной точки сделал замечание ефрейтору Проклову и только под утро лег, не раздеваясь на два часа, оставив за себя старшим наряда сержанта Ложкина. Отдавшись в объятия Морфея, Прокопчук увидел страшный сон как его невеста Галя Полтавченко уходит от него под руку с каким-то армянином, бросая ему в лицо упрек в обмане, причем бежать за ней Прокопчук не может, так как ноги его связаны, а за локти его держат какие-то непонятные люди в штатском. Проснулся Прокопчук в холодном поту. Сидя на топчане, он услышал какие-то неуставные звуки в караулке и крамольная мысль о вещем сне проскользнула в его сознание, вызвав легкий озноб.
Через пять минут, выслушав сбивчивый рассказ первогодка Силуянова, что он только на секундочку закрыл глаза, а автомата уже нет, старшина прокручивал в голове варианты дальнейших событий. Потеря оружия солдатом при охране границы это ЧП, причем ЧП очень масштабное. Полетят головы командира заставы, замполита, выговоры всем вышестоящим командирам. Он сам садится вместе с солдатом на гауптвахту, правда в разные камеры, начинается следствие, итогом которого может быть увольнение из армии по служебному несоответствию, причем внутренний голос подсказывал Прокопчуку, что это еще не самый худший вариант. Накрывшийся отпуск и презрительная улыбка коварной Гали легким мазком завершали эту утреннюю картину. Действовать по уставу означало погубить всю свою пока небольшую карьеру в армии и будущую совместную жизнь с Галюсиком, как нежно называл ее старшина в перерывах между объятьями. Но как поступить старшина не знал. Живи по уставу – завоюешь честь и славу. Сейчас этот плакат, висевший возле столовой, вызывал у старшины нестерпимую головную боль.
Автомат видимо спер турецкий наряд, заметив, что солдат в секрете спит. Зачем он им, провокация или просто пошутить захотели – ломал голову старшина. Если провокация и он не доложит через 10 минут дежурному по заставе, то когда, об этом расскажут по BBC, Галюсику придется ждать его лет пятнадцать – двадцать из солнечного Магадана. Если нет, и турки хотели только покуражиться, то автомат они выкинут или спрячут. Вероятнее спрячут. Полторы тысячи долларов, а именно столько стоил АКМ на черном рынке, выкинуть рука не поднимется. У старшины бы не поднялась. Есть вариант договориться и выкупить, но действовать надо быстро и решительно, пока турецкий наряд не сменился. Экзотические варианты как то - отобрать автомат силой старшина не рассматривал, так как турки тоже с оружием, начнется перестрелка, что опять же приводит его в солнечный Магадан.
Вызвав виновника своей головной боли, старшина приказал ему выследить турецкий наряд и вступить с ними в переговоры, обещая им все что угодно, лишь бы автомат был на месте. Без автомата можешь сразу просить турецкое гражданство, злорадно пообещал Силуянову Прокопчук, где-то в глубине души даже желая, чтобы так и произошло, тогда за перебежчика вся вина ляжет на замполита, а он поедет в Ялту.
Вместе с Силуяновым старшина отправил сержанта Ложкина, отдельно проинструктировав его об открытии огня на поражение, если Силуянов будет уходить с турками или будет возвращаться от них без автомата.
Сам Прокопчук решил скрытно следить за Силуяновым и Ложкиным, справедливо полагая, что они могут рвануть к туркам оба или ситуация будет развиваться не по сценарию.
Такой многоходовой комбинации, придуманной за 5 минут, позавидовал бы сам Макиавелли. Под кажущейся простотой и крестьянской внешностью Прокопчука скрывались какие-то темные личности, цокот копыт которых оставлял в воздухе серный туман, удушливый запах которого растворял все упоминания об уставе.
С противоположного берега реки был хорошо виден турецкий пограничный наряд, расположившийся на лужайке около реки, по которой проходила граница. Старшина в бинокль видел смеющиеся лица турецких солдат, курящих сигареты. Их винтовки валялись рядом. Турки разглядывали автомат Силуянова и дико ржали.
Силуянов переплыл реку и начал подползать к туркам, Ложкин остался на нашем берегу, изготовившись для стрельбы лежа и наблюдая за ситуацией. Старшина видел их обоих и турецких солдат. Его не видел никто.
Судя по движениям Силуянова, торговаться с турками он был не намерен, в руке его была зажата саперная лопатка. Старшина запоздало понял, что Силуянов решил турок оглушить или убить и забрать свой автомат силой. Все, кранты – международный конфликт, обреченно подумал Прокопчук
Дальше ситуация начала развиваться настолько стремительно, что ни у одного из участников не оставалось времени прокачать ситуацию. На поляне неожиданно появился турецкий офицер. Турецкие солдаты вскочили по стойке смирно, один из них держал АКМ. Офицер взял АКМ, осмотрел его, выругался и размахнувшись швырнул автомат в реку. Старшина подумал, что поступил бы также и еще добавил бы солдатам. Словно услышав его, офицер развернулся и начал избивать солдат. Тут видимо в Силуянове проснулась классовая ненависть к белогвардейским офицерам или ему было жалко утонувший автомат, так или иначе он вступил в игру, одним ударом лопатки уложив офицера на землю. Затем он бросился в реку искать автомат. Турецкие солдаты, позабыв про свое оружие, бросились за ним и вскоре, обогнав его, плыли к нашему берегу, видимо понимая, что за нападение на офицера их по головке не погладят. Увидев, что Ложкин приготовился к стрельбе, старшина заорал – "не стрелять!" и выскочил на линию огня между турками и Ложкиным, затем встретил турецких солдат отборным матом и ударами крестьянских кулаков. Отбив нападение противника на социалистическое отечество, Прокопчук отвесил леща Силуянову, который, обнимая свой родной автомат, уже переплыл реку, и совершил с ним пробег обратно в караулку, подбадривая последнего пинками и матом. Ложкин после смены наряда доложил старшине, что турецкие солдаты, избитые своим офицером, а потом и нашим старшиной, всхлипывая, потащили тело офицера в лес на своей территории.
На этом история благополучно закончилась. Ложкин получил от старшины представление на повышение до старшего сержанта. Силуянов до конца службы был образцовым солдатом и нередко, находясь в секрете, первым обнаруживал проверяющего, заставляя последнего лежать уткнувшись лицом в землю до прибытия начальника смены. Старшина, съездив в Ялту, женившись на Галюсике, неожиданно уволился из армии, стал верующим, поступил в духовную семинарию. Иногда, отведав церковного кагора, он рассказывает эту историю и добавляет, что когда он лежал под знойным крымским солнцем на пляже в Ялте, радио BBC, волну которого поймал сосед старшины по лежаку, передало об участившихся случаях неуставных взаимоотношений турецких солдат и офицеров.

653

Не мое (из Интернета)
Конец 1980-х годов. Последние годы существования Советского Союза. Глухая деревня на Дальнем Востоке.
Рассказ учительницы из этой деревни.

" Меня уговорили на год взять классное руководство в восьмом классе. Раньше дети учились десять лет. После восьмого класса из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из таких почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс.

Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Он просидел два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Парта в дальнем углу класса, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь.

Я боюсь их всех. Они опасаются Ивана. В прошлом году он в кровь избил одноклассника, выматерившего его мать. Они грубы, хамоваты, озлоблены, их не интересуют уроки. Они сожрали четверых классных руководителей, плевать хотели на записи в дневниках и вызовы родителей в школу. У половины класса родители не просыхают от самогона. «Никогда не повышай голос на детей. Если будешь уверена в том, что они тебе подчинятся, они обязательно подчинятся», — я держусь за слова старой учительницы и вхожу в класс как в клетку с тиграми, боясь сомневаться в том, что они подчинятся. Мои тигры грубят и пререкаются. Иван молча сидит на задней парте, опустив глаза в стол. Если ему что-то не нравится, тяжелый волчий взгляд останавливает неосторожного одноклассника.

Районо втемяшилось повысить воспитательную составляющую работы. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать. Проповеди о высоком с хрустальным звоном рассыпаются в пыль. Действительно, зачем? Они живут так, как привыкли. Им не нужна другая жизнь.
Дома моих учеников раскиданы на двенадцать километров. Общественного транспорта нет. Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. И через пятьдесят лет здесь будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся.

Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки. Да и зачем что-то говорить? Как только я расскажу, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы его не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью: «Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь.

Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна.

— Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос.

— Вань, иди домой, попутку поймаю.

— А если не поймаете? Обидит кто?

Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее. Я говорю, потому что при звуках собственного голоса мне не так страшно идти рядом с ним по сумеркам в тайге.
Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание. «Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню».

У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением. Мне легче, чем другим учителям: я веду у них географию. С одной стороны, предмет никому не нужен, знание географии не проверяет районо, с другой стороны, нет запущенности знаний. Они могут не знать, где находится Китай, но это не мешает им узнавать новое. И я больше не вызываю Ивана к доске. Он делает задания письменно. Я старательно не вижу, как ему передают записки с ответами.

В школе два раза в неделю должна быть политинформация. Они не отличают индийцев от индейцев и Воркуту от Воронежа. От безнадежности я плюю на передовицы и политику партии и два раза в неделю пересказываю им статьи из журнала «Вокруг света». Мы обсуждаем футуристические прогнозы и возможность существования снежного человека, я рассказываю, что русские и славяне не одно и то же, что письменность была до Кирилла и Мефодия.

Я знаю, что им никогда отсюда не вырваться, и вру им о том, что, если они захотят, они изменят свою жизнь. Можно отсюда уехать? Можно. Если очень захотеть. Да, у них ничего не получится, но невозможно смириться с тем, что рождение в неправильном месте, в неправильной семье перекрыло моим открытым, отзывчивым, заброшенным ученикам все дороги. На всю жизнь. Без малейшего шанса что-то изменить. Поэтому я вдохновенно им вру о том, что главное — захотеть изменить.

Весной они набиваются ко мне в гости. Первым приходит Лешка и пристает с вопросами:

— Это что?

— Миксер.

— Зачем?

— Взбивать белок.

— Баловство, можно вилкой сбить. Пылесос-то зачем покупали?

— Пол пылесосить.

— Пустая трата, и веником можно, — он тычет пальцем в фен. — А это зачем?

— Лешка, это фен! Волосы сушить!

Обалдевший Лешка захлебывается возмущением:

— Чего их сушить-то?! Они что, сами не высохнут?!

— Лешка! А прическу сделать?! Чтобы красиво было!

— Баловство это, Светлана Юрьевна! С жиру вы беситесь, деньги тратите! Пододеяльников, вон полный балкон настирали! Порошок переводите!

В доме Лешки, как и в доме Ивана, нет пододеяльников. Баловство это, постельное белье.

Иван не придет. Они будут жалеть, что Иван не пришел, слопают без него домашний торт и прихватят для него безе. Потом найдут еще тысячу поводов, чтобы завалиться в гости, кто по одному, кто компанией. Все, кроме Ивана. Он так и не придет. Они будут без моих просьб ходить в садик за сыном, и я буду спокойна — пока с ним деревенская шпана, ничего не случится, они — лучшая для него защита. Ни до, ни после я не видела такого градуса преданности и взаимности от учеников. Иногда сына приводит из садика Иван. У них молчаливая взаимная симпатия.

На носу выпускные экзамены, я хожу хвостом за учителем английского Еленой — уговариваю не оставлять Ивана на второй год. Затяжной конфликт и взаимная страстная ненависть не оставляют Ваньке шансов выпуститься из школы. Елена колет Ваньку пьющими родителями и брошенными при живых родителях братьями-сестрами. Иван ее люто ненавидит, хамит. Я уговорила всех предметников не оставлять Ваньку на второй год. Елена несгибаема. Уговорить Ваньку извиниться перед Еленой тоже не получается:

— Я перед этой сукой извиняться не буду! Пусть она про моих родителей не говорит, я ей тогда отвечать не буду!

— Вань, нельзя так говорить про учителя, — Иван молча поднимает на меня тяжелые глаза, я замолкаю и снова иду уговаривать Елену:

— Елена Сергеевна, его, конечно же, нужно оставлять на второй год, но английский он все равно не выучит, а вам придется его терпеть еще год. Он будет сидеть с теми, кто на три года моложе, и будет еще злее.
Перспектива терпеть Ваньку еще год оказывается решающим фактором, Елена обвиняет меня в зарабатывании дешевого авторитета у учеников и соглашается нарисовать Ваньке годовую тройку.

Мы принимаем у них экзамены по русскому языку. Всему классу выдали одинаковые ручки. После того как сданы сочинения, мы проверяем работы с двумя ручками в руках. Одна с синей пастой, другая с красной. Чтобы сочинение потянуло на тройку, нужно исправить чертову тучу ошибок, после этого можно браться за красную пасту.

Им объявляют результаты экзамена. Они горды. Все говорили, что мы не сдадим русский, а мы сдали! Вы сдали. Молодцы! Я в вас верю. Я выполнила свое обещание — выдержала год. В сентябре мне дадут первый класс. Те из моих, кто пришел учиться в девятый, во время линейки отдадут мне все свои букеты.

Прошло несколько лет. Начало девяностых. В той же школе линейка на первое сентября.

— Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали?

Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка:

— Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память.

— А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела?

— Ванька! Это ты?!

— Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой.

— Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих.

Он легко вошел в девяностые — у него была отличная практика выживания и тяжелый холодный взгляд. Через пару лет он действительно купит большую квартиру, женится, заберет сестер и братьев и разорвет отношения с родителями. Лешка сопьется и сгинет к началу двухтысячных. Несколько человек закончат институты. Кто-то переберется в Москву.

— Вы изменили наши жизни.

— Как?

— Вы много всего рассказывали. У вас были красивые платья. Девчонки всегда ждали, в каком платье вы придете. Нам хотелось жить как вы.

Как я. Когда они хотели жить как я, я жила в одном из трех домов убитого военного городка рядом с поселком леспромхоза. У меня был миксер, фен, пылесос, постельное белье и журналы «Вокруг света». Красивые платья я сама шила вечерами на машинке.

Ключом, открывающим наглухо закрытые двери, могут оказаться фен и красивые платья. Если очень захотеть".

656

История красивая, яркая, страстная, но до боли короткая.
В 28 лет Сергей Гриньков со своей партнёршей по фигурному катанию, Екатериной Гордеевой успел выиграть два Олимпийских золота. В 28 лет Сергей Гриньков умер прямо на льду…
Жизнь Сергея Гринькова – это история любви. К сожалению, это печальная история любви, которую нам от первого лица рассказывали сами герои этой истории. Прямо с экранов телевизоров.
Родившись 4 февраля 1967 года, Сергей Гриньков, сам того не зная, до 1981 года шёл по жизни рядом с девочкой на четыре года младше, жившей в одном из соседних домов.
Они ходили в одну и ту же общеобразовательную школу – номер 704, но знакомы не были – для этого была слишком велика разница в возрасте. Они ходили в одну и ту же секцию по фигурному катанию, но также не пересекались.
Сергей с пяти лет, как и Катя с трёх, пытался построить сольную карьеру. К 1981 году стало понятно, что у ребят для одиночного катания прыжки недостаточно высоки. Их представили друг другу – так и произошло их первое знакомство, ставшее для обоих, как и для всего мира, судьбоносным.
Ей было всего 10 лет, ему – 14, и тогда они еще не знали, что судьба свяжет их навсегда не только в спортивном плане.
Заметив потенциал молодых спортсменов, их пригласил к себе самый именитый на тот момент тренер, Станислав Жук. Именно под его руководством в 1986 году пара впервые завоевала звание чемпионов мира. Юной Кате было всего 14 лет – рекордный тогда возраст за всю историю мировых первенств по фигурному катанию. В том же году они стали вторыми на чемпионате Европы и завоевали серебро на чемпионате СССР.
Всего год спустя, в 1987 году, перейдя к новому тренеру, Станиславу Леоновичу, пара выиграла все крупные соревнования, в которых принимала участие: чемпионат мира, первенство Европы и чемпионат СССР, а значит к Олимпийским играм 1988 года Гриньков и Гордеева подходили в статусе главных фаворитов.
В 1988 году Сергею был 21 год, Кате только исполнилось 17, но уже было заметно, что ребят скрепляют далеко не одни только партнёрские, спортивные интересы.
Возможно, именно такая духовная близость и помогала им идти вперёд, выигрывать все соревнования, включая и Олимпийские игры, которые покорились им с удивительной легкостью. Интересно, что произвольный танец, вошедший в историю фигурного катания, как настоящий шедевр, был исполнен под «Марш Мендельсона».
Год спустя у пары родилась дочь, Дарья. В это время они много выступали на зарубежных турнирах, принимали участие в большом количестве коммерческих проектов. За искренность и идеальную технику, а также за ту огромную любовь друг к другу, в США и Канаде их полюбили и прозвали G&G – по первым буквам фамилий.
Похожие прозвища американцы дают исключительно звёздам кино и эстрады. Вновь, но уже в другой обстановке, законные муж и жена, Сергей и Екатерина, услышали этот отрывок через три года, 20 апреля 1991 года на собственной свадьбе. К тому моменту они не только успели стать четырёхкратными чемпионами мира, но и завершить свою любительскую карьеру, перейдя в театр Татьяны Тарасовой, где можно было не только заниматься любимым делом, но и получать за это неплохие деньги, что в начале 90-х в нашей стране было очень важно. Ради заработка было решено даже пропустить Олимпиаду-92. Ещё год спустя, в 1993 году, в Международном олимпийском комитете, видимо, поняли, какую огромную долю рынка они теряют, категорически запрещая парам, ушедшим в профессионалы, принимать участие в Олимпиадах, и слегка смягчили свой устав, позволив желающим вернуться и поучаствовать в переходных играх 1994 года. Гриньков и Гордеева воспользовались этой возможностью. Вернув статус любителей, Сергей и Екатерина повторили свой успех 1987 года, выиграли чемпионаты страны, Европы и мира, но в этот раз, к своей россыпи золотых медалей, они добавили ещё и награду высшей пробы с пятью Олимпийскими кольцами на ней. После этого триумфа пара вернулась в профессиональный спорт, уступив дорогу к олимпийским свершениям молодым. Но ненадолго… 20 ноября 1995 года Сергей Гриньков во время тренировки в Лейк-Плэсиде получил обширный инфаркт и скончался прямо на льду, во время тренировки.
Попрощаться с Сергеем Гриньковым пришли тысячи москвичей. Многие не скрывали слез, не могли поверить, что у сказки о двух безумно влюбленных друг в друга людях может быть такой трагический финал. На хрупкие плечи Кати легли все заботы о семье, дочке, доме. Почти все приходилось делать самой. Ее поддерживали друзья из шоу «Звезды на льду» — Кристина Ямагучи, Катарина Витт, Виктор Петренко, Оксана Баюл, решившие посвятить одно из своих выступлений памяти Сергея Гринькова.
Катя по задумке организаторов должна была присутствовать на этом представлении в качестве зрителя. Но она решила, что будет сама танцевать... Одна, без Сергея, но для него...
«Я начала волноваться, что потеряюсь на катке, что я такая маленькая и меня никто не увидит. Но заиграла музыка, включился свет, и все мучения вдруг прошли.
Прислушиваясь к своим ногам, прислушиваясь к Сергею, я почувствовала двойную энергию. Я точно знаю, что никогда не смогу так станцевать вновь», — рассказывала Гордеева о своем возвращении на лед. Впервые выйдя на ледовую арену одна, фигуристка стала участвовать в соревнованиях профессионалов и танцевать в шоу «Звезды на льду». Это помогало оправиться от потери. Да и дочка Дашенька стала подрастать, а вместе с ней стали расти и заботы о ней. «Да, я танцую за деньги, — говорит Екатерина. — Ведь фигурное катание — это тоже профессия. И я зарабатываю этим себе и своему ребенку на жизнь»....
Через год после смерти Сергея в Америке вышла книга «Мой Сергей. История любви» на английском языке. Эпиграфом к ней стали строчки из стихов Анны Ахматовой «Я улыбаться перестала…»

Я улыбаться перестала,
Морозный ветер губы студит,
Одной надеждой меньше стало,
Одною песней больше будет.
И эту песню я невольно
Отдам на смех и поруганье,
Затем, что нестерпимо больно
Душе любовное молчанье.

657

Америка. Идет заседание суда. Ответчица 86-летняя старушенция. Рассказывает: Дело было так. Тихим солнечным днем сидела я в скверике на скамеечке и кормила голубей. Вдруг подсаживается ко мне молодой человек и кладет руку мне на бедро. Сначала я хотела возмутиться, но он стал нежно и ласково меня поглаживать, и мне стало так хорошо, что я промолчала. Ведь прошло уже сорок лет, с тех пор, как я последний раз была с мужчиной. Потом он стал гладить мою грудь и мне стало еще лучше. И тогда я воскликнула: "Бери меня, бери меня всю. Я вся твоя! " Но тут он вскочил и крикнул: "С первым апреля вас, бабушка! " Скажите, Ваша честь, что я сделала не так, застрелив этого негодяя?

661

Я волком бы выгрыз бюрократизм...
В соответствии со знакомым всем жителям больших городов (и наверное, малых....не знаю, просто в сознательном возрасте там не жил) регламентом, превратившимся уже в традицию, освященную временем, в нашем квартале и, соответственно, доме, отключили горячую воду. Ну, отключили и отключили, не привыкать. Две недели можно как-то перекантоваться с помощью тазика с теплой водой, тем более что погода установилась в режиме давно грозящего, но пока не очень-то и страшного глобального потепления. И все-таки, отсутствие горячей воды в квартире чревато рядом мелких, но крайне неприятных своим количеством и повторяемостью бытовых проблем, не говоря уже о лишних затратах времени.
Но вот, наконец, настал долгожданный и глубоко выстраданный день Ч. Естественно, никто не ждал, что горячая вода польется из крана немедленно после того, как заветный листок календаря будет оторван - все-таки, не в Германии живем. Хотя и у нас такое иногда случается - сам я ничего подобного не помню, но как будто кто-то рассказывал. Как и ожидалось, ни в час Ч, ни в последующие часы ничего не произошло. Ну что же, мы народ терпеливый, будем ждать. Часы ожидания плавно перетекли в дни - один, второй, третий. Пора было звонить и задавать извечный русский вопрос - что, в натуре, творится? По усталому голосу дежурного я понял, что был не первым, и даже если не 1001, то наверняка одним из последних, кто проявил то, что дипломатами принято называть "глубокой озабоченностью". Ремонт идет, ждите. Как только так сразу...А я что могу?
Проблема достигла такого уровня накала, что даже местная власть в лице ЖЭКа поняла, что необходимо узнавать у вышестоящих инстанций и доводить до народа правду, сколь бы горька она ни была.
В результате чего на стенах дома появилось объявление следующего содержания (привожу почти дословно, во всяком случае суть послания передана один к одному):
Организация по ремонту теплосетей сообщает, что в настоящее время занимается ремонтом теплосетей, которые нуждаются в ремонте, и горячая вода в дома будет подана сразу же после того, как ремонт теплосетей будет произведен в полном объеме.
Подпись: Организация по ремонту теплосетей.
Я понимаю, что любая история из жизни, сколь бы правдива она ни была, нуждается в легком флере вымысла или преувеличения, хотя бы просто потому что..ну, пусть потому, что так принято.
Но тут, мне кажется, нечего ни убавить ни добавить.
Хотя по-моему, лучше бы им просто написать: а пошли бы вы все на....Достали!
Так хоть было бы понятнее, да и намного честнее!

662

На свадьбе. Свидетель и свидетельница по традиции пошли собирать мелочь с гостей - "на мальчика, на девочку" - на кого больше наберут, тот первым у молодых родится. Очень пьяный гость: - Так мы на девочку уже скидывались. Жениху перед мальчишником.

663

На дворе шёл примерно 1998-ой год.
К этому времени у меня уже больше года дома был компьютер. Я был первым пользователем первого компьютера в отделе… Молодой, весёлый, и вся жизнь впереди!
И вот ко мне, как к опытному пользователю подходит коллега и спрашивает:
- А как сделать…
За давностью лет я уже и не помню, что ему было надо… но это и не важно! Я ему объясняю:
- Вот заходишь сюда, потом сюда, сюда… ставишь галочку и будет тебе счастье!
Я у него потом спросил: "Почему ты спросил именно это?" Внятного ответа не получил. В общем, он у меня спрашивает:
- Как ставишь галочку?
Ни секунды раздумий! Я ему:
- Леня, ты меня извини, но не мне тебе рассказывать как Галочку ставить!!!
Ржали все кто слышал, ржал Лёня! Мужик с очень хорошим чувством юмора… у него жену Галей зовут :)

664

Навеяно историей про "конец электричества" https://www.anekdot.ru/id/1237551/
Просыпаюсь как-то утром воскресенья, привычно спускаюсь позавтракать в ресторанчик отеля - а ресторанчик заперт. Вокруг темно и тихо - никто не смотрит телевизор в холле, никто не заваривает матэ из кулера (дело происходит в Буэнос-Айресе, Аргентина).
Спускаюсь к портье, он сидит с тусклой аккумуляторной лампочкой. Нету, грит, электричества во всём квартале, а мож и во всем городе. Даже светофоры не работают.
Хотелось есть, продуктов не имелось. Я побрёл по пустынной улице куда глаза глядят, в поисках позавтракать.
Город я знал ещё плохо. Не помню, ездили ли в тот день автобусы и такси, но метро точно не работало. Поэтому я топал строго прямо, чтобы на обратном пути не заблудиться.
Потом с помощью гугла выяснилось, что злой и голодный я прошёл в общей сложности 4 километра до первого огня светофора.
Никогда в жизни я так не радовался работающему светофору!
Вскоре нашлась и открытая пиццерия. Фееричный получился завтрак.
Вернувшись в отель, увидел хозяина ресторана, который уже раскочегарил у входа мангал и жарил гамбургеры. Вопрос с обедом отпал.
В понедельник свет был. Первым делом я прикупил фонарик и батарейки.

665

6 августа 1961 года в космос отправился советский летчик Герман Титов. Этот полет был вторым по счету, но не по значению...
Титов был в шестерке претендентов на первый полет в космос. Однако не прошел.
Сразу после полета Гагарина в космос в СССР стали усиленно готовиться ко второму полету. Его планировали как более продолжительный по времени. Выбрали Германа Титова.
В космосе Герман Титов пробыл по тем меркам долго: 25 часов и 11 минут. Ему удалось вручную сориентировать корабль «Восток-2». Также он совершил 17 витков вокруг Земли. За это время он успел пообедать, поужинать и рассмотреть 17 космических зорь.
Ветеран Великой Отечественной войны Е. П. Потехин стал свидетелем приземления космонавта №2 Германа Титова на краснокутской земле.
«Картина для чисто земного восприятия была довольно необычной. Оплавленная, еще пышущая жаром сфера спускаемого аппарата диаметром более двух метров, опутанная стропами парашютной системы, и в нескольких сотнях метров от нее фигура Германа Титова, также «закутанного» в свой парашют.
Первым к космонавту подоспел на мотоцикле бригадир 2-й полеводческой бригады колхоза «40 лет Октября» Н.И. Андреев, который к моменту нашего появления уже помогал Титову распутывать лямки парашюта. Освобожденный совместными усилиями Герман Степанович выглядел после перенесенных перегрузок неважно. Серое, землистого цвета лицо, покрытое бисеринками пота, замедленная координация движений - все говорило о громадном напряжении последних минут полета и катапультирования.
Но в первую очередь он направился к спускаемому аппарату. «Нужно забрать кассету с записями исследований и режима работы приборов», - пояснил космонавт №2. После того, как кассета оказалась у него в руках, Титов успокоился и решил «сориентироваться на местности». «Ребята, а где я приземлился?» Отвечаем: «Красный Кут, примерно в ста километрах от Энгельса». «Однако...». Видимо, координаты посадки не совсем совпали с намеченными. «Ну, не беда, главное к телефону побыстрее добраться».
Через десять минут Герман Титов уже звонил из кабинета первого секретаря райкома партии. Сначала дали Саратов. Краткое сообщение о приземлении, которое Титов передал первому секретарю обкома партии А.И. Шибаеву, прервалось включением правительственной связи. В телефонной трубке ясно прозвучало: «На проводе – Кремль». Поднявшись со стула, Титов по-военному четко отрапортовал: "Товарищ Первый секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, Председате Совета Министров СССР. Летчик-космонавт Титов полет космического корабля «Восток- 2» по заданной программе завершил. Самочувствие хорошее. Готов к выполнению нового задания партии и правительства».
Такое вряд ли повторится еще раз. В один день в стенах райкома партии находился настоящий (!) космонавт, который несколько часов назад вращался на орбите Земли, и одновременно раздавался живой, а не с телеэкрана, голос Генсека.
После рапорта Титов заметно расслабился, порозовел лицом, просто, по-дружески улыбался всем собравшимся и делился своими впечатлениями о заключительной стадии приземления: «Все «наверху» нормально было, и вот те на: несет после катапультирования прямиком на железнодорожную ветку, а там товарняк громыхает. Прудок еще небольшой просматривается. Ну, думаю, только бы не под колеса, уж лучше искупаться. Но все-таки подергал стропами и, слава Богу, на поле вырулил».
Несколько раз сфотографировались с Германом Титовым, передавая из рук в руки фотоаппарат, чтобы каждый из присутствующих обязательно попал в кадр.
Райкомовские девчата нанесли разной снеди, овощей, фруктов. Но Герман Степанович попросил только стакан горячего чаю. Как чувствовал, что спокойно перекусить не придется. И точно. Вскоре появились военные. Кабину спускаемого аппарата «отбуксировали» по воздуху через весь Красный Кут на аэродром летного училища. А космонавта там уже поджидал прибывший спецрейсом военный самолет.
«Волга» председателя райисполкома была в полном распоряжении Титова, но пробиться к ней оказалось делом сложным. Слух о приземлении космонавта №2 с молниеносной быстротой разнесся по округе. Центральная площадь города, на которой находилось здание райкома партии, к этому моменту была уже «запружена» людьми. Все хотели увидеть и поприветствовать живую легенду, услышать хотя бы несколько слов от настоящего космонавта.
Герман Степанович, невзирая на спешку, упрашивать себя не заставил. Поднявшись на праздничную трибуну, он тепло поблагодарил жителей города за радушный, сердечный прием на саратовской земле.
Но служба есть служба. В назначенное время Титов уже был на аэродроме летного училища. Спускаемый аппарат загрузили в отсек военно-транспортного самолета, а плотное кольцо врачей уже «отсекло» космонавта от провожающих. Весь в медицинских приборах и паутине датчиков, он успел лишь на мгновение выглянуть в иллюминатор и помахать на прощание рукой...»
В качестве награды за пройденное космонавт получил «Волгу» со специальным номером — 02. Такая же была у Юрия Гагарина. Машины коллег отличались только этими номерами — у первого космонавта, разумеется, была с номером 01. Также Герману Титову вручили Звезду Героя Советского Союза.
На момент полета Г.С. Титову было всего 25 лет, и по сегодняшний день его возрастной рекорд еще не побит – он остается самым юным человеком, побывавшим на орбите.

666

Была у мужика пасека. Повадился к нему медведь лазить - мед таскать... Мужик и капканы ставил и из ружья по нему палил, ничего не помогает... Сидит грустный, газету читает, видит объявление: опытный охотник на дикого зверя. помогу в любой ситуации. Ну мужик думает:- профессионал, похоже! позвоню! Звонит, объясняет проблему. Через час приезжает такой огромный мужик с ружьем и маааленькая собачка с ним - такса! Тот с ходу берет быка за рога:
- Значит так, Я - Федор, это - на собачку - Кефирчик! где косолапый?
- Да вон он, на дерево залез, наблюдает, ждет пока я спать пойду!
- Делаем так: я лезу на дерево, пугаю его, он падает, Кефирчик заныривает ему в зад, выедает его изнутри, шкуру продаем, на выручку вместе бухаем! И, ты мне ничего не должен! Пойдет?!
Ну мужик само собой согласен...
Подходят к дереву, Федор и говорит: Давай повторим, Я на дерево, медведь падает, Кефирчик в жопу, шкуру пропиваем! запомнил?! Да, запомнил.
Федор подходит к дереву, оборачивается,- Тоочно запомнил?! Да да, запомнил,- ты на дерево, медведь падает, Кефирчик в жопу, шкуру пропиваем!
Федор поплевал на руки, полез...
Тут мужик кричит,- стой стой, а ружье то зачем тогда?
Федор -блядь, чуть самое главное не забыл! ЕСЛИ первым упаду Я,- УБЕЙ КЕФИРЧИКА!!!

667

Ворчать старики Вяткины начали сразу как только увидели гостей. Первым делом им не понравился Анин наряд.
— Это кто ж тебя так, внученька? — запричитала бабушка, увидев дырки на её джинсах, — собаки чтоль тебя драли?
— Как словно без матери растёшь, — метнула она косой взгляд в сторону невестки.
Вышедший на крыльцо дед тоже ахнул.
— Ты это, Нюрка, ты давай не стесняйся, скидывай штаны-то, ща бабка быстро заштопает.
— Это гранж, деда, — фыркнула Аня, — стиль такой, ничего вы не понимаете.
Дед недовольно нахмурился, но сдержался увидев Бурова. Буров был институтским однокашником их сына Михаила, но если Мишка трудился программистом в крупной торговой сети, то Буров пошёл дальше, в науку. Худой и растрёпанный он и походил на какого-то полусумасшедшего профессора из фильма про злодеев.
— Он уже докторскую пишет, а сам где-то в оборонке работает, — шепнула невестка Тамара старикам, — нейросвязи какие-то им материализует.
Вяткины уважительно посмотрели на Бурова и больше ничего не спрашивали.
Сам Буров вёл себя скромно, в разговоры особо не влезал и всё больше молчал, поблёскивая стёклами толстых очков.
Лишь время от времени он доставал из кармана блестящий приборчик похожий на калькулятор и быстро пощёлкав кнопками что-то записывал в небольшой блокнот.

Обедать решили сесть в беседке, так и не дождавшись внучки, что залезла на чердак, где связь по её мнению была получше. Там она сосредоточилась на экране своего телефона почти не обращая внимания на звавших к столу взрослых.
— Поела б хоть по-людски, — сердился дед, — антенна скоро на голове вырастет!
— Да ладно, не ругайся, попозже поест, — вступился за дочь Мишка, — ну поколение такое, не могут они без телефонов...
— Мы же смогли, — возразил дед, — жили же как-то, книжки читали, мечтали о чём-то...
— Мы о другом мечтали, а сейчас все блогерами хотят быть или звёздами инстаграмма. Всё энергию и время на интернет тратят, лишь бы...
— Верно! — Буров так неожиданно вскочил из-за стола, что все вздрогнули, — все мечтали... а ведь это тоже энергия... и если ещё учесть временной коэффициент...
Он взволнованно прошёлся вокруг беседки не замечая никого и вдруг, словно что-то вспомнив, почти бегом направился в дом.

Вот тут-то всё и произошло, как только он ушёл.
Вроде бы сперва как громыхнуло. Или скорее даже сверкнуло, как в грозу молния.
А может и молнии никакой не было. По крайней мере единого мнения в этом вопросе впоследствии так и не получилось. Это дед потом говорил про молнию, остальным же привиделось какая-то дымка и зеленоватое мерцание, когда к ним снова вышел Буров.
Когда всё рассеялось, стало заметно, что в образе собравшихся произошли просто потрясающие изменения.
Дед стоял в космическом скафандре с надписью СССР на гермошлеме. За лицевым стеклом были видны его выпученные от удивления глаза, которыми он смотрел на свою супругу.
Перед нею, одетой уже в белоснежный халат, стояла тележка с нанесённой спереди полукругом надписью МОРОЖЕНОЕ. Верхний лоток был открыт, оттуда шёл пар и виднелись аккуратно уложенные батончики эскимо. Бабка ошарашенно поправила накрахмаленную косынку на голове, достала один серебристый батончик, развернула его и осторожно откусила.
Их сын Михаил Вяткин, сидел на капоте невесть откуда появившейся, наглухо затонированной чёрной "девятки" с лежащей на панели барсеткой. На нём была кожаная куртка-косуха с выглядывавшей из-под неё толстой золотой цепью, спортивные штаны с лампасами и кроссовки "Адидас". На всех присутствующих он смотрел тоже удивлённо, но нагло, по-бычьи наклонив вперёд бритую голову. В руках Мишка умело вертел чёрные чётки-"змейки".
Его жена Тамара выглядела ещё необычней с высоким начёсом на голове, в перламутрово-розовых лосинах, кожаной мини-юбке и на высоченных каблуках. Кроме того она беспрестанно жевала резинку и выдувала пузыри накрашенным ртом, игриво поглядывая на почему-то совсем не изменившегося Бурова.
К счастью, их дочки не было видно.
— Слышь ты, овца, — сказал Мишка супруге каким-то странно-гнусавым говорком, — ты чё на него пялишься, ты меня провоцируешь что ли? Нет, ты, скажи, ты чё меня провоцируешь?
— Отстань, — Маринка громко расхохоталась и подойдя к Бурову кокетливо ему подмигнула, — моё дело на кого пялиться.
— Тьфу! — плюнула бабка и подняв деду экран гермошлема дала ему откусить эскимо, — так и знала, что она проститутка, прости господи.
— Я не проститутка! — окрысилась невестка, перестав от возмущения жевать, — Я вообще-то ведущий специалист! И, между прочим, на хорошем счету! Мало ли кто кем хотел в детстве стать!
Тут все присутствующие переглянулись и оглядели друг друга как-то по новому.
— Погоди-ка... — Михаил встряхнул головой и подняв к лицу правую руку осмотрел сидевшее на его среднем пальце огромное золотое кольцо-печатку, — так это твой... кварковый перенос?
Буров лишь пожал плечами.
— Ты ж говорил, что это невозможно, что это принципиальный запрет, как вечный двигатель у физиков, как...
— Я и сам ещё не очень понимаю, — Буров сунул руку в карман и осторожно вытащил свой прибор, — реноватор же на зарядке стоял, а я решил периоды по поколениям выставить, может напряжение прыгнуло и вот...
Мишка озадаченно покачал головой, затем снова осмотрел свою печатку и угрюмо нахмурился:
— И чё, долго мне теперь пальцы гнуть?
Дед промычал что-то под гермошлемом и бабка достала новое эскимо.
— Если увеличить выход в пьезорезистивном инверторе... — задумчиво сказал Буров, — но надо батерейки поменять для начала.
— В "Околице" у нас батарейки, — выдохнул дед, сумевший приоткрыть гермошлем, — до конца проулка и налево.

Мишка с Буровым вышли на улицу, но тут же невольно остановились.
Над соседским забором торчал высокий флагшток по которому ползло бело-синее полотнище военно-морского флага. Откуда-то из глубины двора звучала мелодия "Варяга".
Они переглянулись и не сговариваясь заглянули через калитку.
Флаг поднимал Серёга Глазырин, их сосед напротив. Дотянув флаг до верха он отступил на несколько шагов, отдал честь и замер приложив руку к фуражке с якорем.
— Пойдём, — сказал Мишка Бурову, — ну его нахрен, он с детства всё морем бредил.
— Значит охват шире, чем я думал, — задумчиво произнёс Буров, когда они прошли пару домов по улице, — и, не дай бог, радиальный.
И это его предположение вскоре получило веское подтверждение.
Стоило им повернуть за угол, как перед ними словно из-под земли вырос какой-то здоровяк в чёрной балаклаве и камуфляже с нашивкой ОМОН.
Мишка дёрнулся было в сторону, но спустя мгновение был профессионально уложен подсечкой в придорожную траву лицом вниз. Прижимая Мишку коленом к земле омоновец ловко выхватил и-за спины дубинку и замахнулся на Бурова.
— К забору встал быстро! И руки держи, сука, руки, чтоб я видел!
— Витька, ты что ли? — прохрипел снизу Мишка, — Отпусти, больно же, это я, Вяткин!
Омоновец убрал с Мишки ногу и приподнял маску.
— Тю, Миха, а я тебя и не узнал, думал братки какие заехали. Я ж теперь вроде как за порядком присматриваю. А ты чего, в блатные что ли сдался?
Мишка встал, отряхиваясь и покрутил шеей.
— Типа того... а ты, Витёк, значит, омоновцем в детстве мечтал стать.
— Точняк, помню раньше всё хотел... — Витька даже вздохнул, — да только батя сказал нахер ему надо мента ростить.
Он приладил дубинку за спину, полностью сдёрнул маску и почесал затылок.
— А сегодня, не поверишь, только в котельную на смену собрался, как что-то вдруг словно перещёлкнуло и я уже в форме...
— А жена как? — спросил Мишка, — тоже поменялась?
— С Иркой вообще беда, — снова вздохнул Витька, — она ж в школе в Москву всё хотела на актрису поступать, а стала учителем. У неё и сегодня уроки в расписании, а она только и делает что переодевается, да вон, сами посмотрите..
Витька дёрнул задвижку на двери, и они зашли во двор.
Ирина стояла на крыльце дома в накинутой на плечи кружевной чёрной шали с бледным и каким-то нервным лицом. В красиво вытянутой руке в длинной перчатке дымилась тонкая сигарета.
Увидев гостей она порывисто к ним повернулась и спросила несколько приглушенным голосом:
— Вы знаете, что я думаю о Бергмане, обо всех этих его полутенях и откровениях?
Мишка с Витькой переглянулись и промолчали.
— И что же? — осторожно поинтересовался Буров.
— Мне кажется, я смогла бы у него сыграть, это как раз мой стиль, моя сценическая техника.
— Вы полагаете...
— Это несомненно, хоть и по многим причинам невозможно. — она изящно стряхнула пепел в сторону, — Но главная драма в том, что я здесь, здесь в этой глуши с тонким культурным слоем и абсолютно чужим мне по уровню человеком!
— Я щас тебя к колодцу пристегну, — пообещал Витька и звякнул наручниками на ремне, — выровняешься.
— Двинем мы, — сказал Мишка, — нам в магазин успеть.
Больше по дороге они никого не встретили. Пусто было и в самой "Околице", лишь продавщица Нинка Галкина одиноко сидела в своём углу.
Увидев вошедших посетителей она озабоченно прищурилась и крикнула:
— Следующий!
Мишка сразу заметил, что Нинка тоже изменилась - на носу у неё появились очки, а её обычный сиреневый сарафан сменил белый халат и такая же докторская шапочка.
Буров подошёл к кассе и Нинка привстала из-за прилавка.
— На что жалуетесь? — она взялась за висевший на шее стетоскоп и послушала его грудь. — Что конкретно беспокоит?
— Да, вроде ничего... — опешил Буров.
— Самый типичный для терапии случай, — фыркнула Нинка, — ничего не болит, ничего не беспокоит, а потом мы уже и не болезни лечим, а последствия. Ну, так что же, молодой человек?
— Сплю плохо, — нерешительно сказал Буров, — просыпаюсь часто, а ещё...
— Буров! — не выдержал Мишка, нервно крутанув чётки, — ты чё, в натуре, повёлся-то, какая она тебе докторша!
Буров вздрогнул и пришёл в себя:
— У вас батарейки есть? Пальчиковые?
— И пальчиковые есть и мизинчиковые. — Нинка сердито посмотрела на Мишку, — А вам, мужчина, хорошо бы почки проверить, синячки у вас под глазами...
— Давайте две, — Буров достал бумажник.
— Сто восемьдесят за две штуки, сейчас я вам выпишу, — Нинка пробила на кассе чек и строго посмотрела на Бурова, — вот, возьмите, завтра покажетесь.

— Дурдом на выезде, — протянул Мишка, когда они вышли наружу, — ты, давай врубай рысью свой хреноватор, мало ли, может кто снайпером хотел стать.
— Боюсь самому мне теперь нельзя, — Буров помедлил, — я уже использовал первичный преобразователь,
— Так давай я щёлкну, — предложил Вяткин, — говори куда жать.
— Тебе тоже нельзя, — Буров вставил батарейку и захлопнул заднюю крышку — есть риск самопроизвольного разрушения симметрии...
— Слышь, ты чё подпрыгиваешь? — рассердился Мишка, — Ты меня провоцируешь что ли? Диктуй конкретно чё делать!
— Понимаешь, я всегда хотел стать учёным, — сказал Буров, — С детства хотел и стал. И поэтому обратный магнитный момент при низких энергиях меня и не затронул, следовательно...
— Ты давай не мороси, — поморщился Мишка, — проще с людьми общайся.
— Проще говоря, нам надо найти такого же, кто стал тем, кем мечтал. Думаю сигнал всё же был линейным, направленным вдоль улицы. Кто-то обязательно собой остался.
Мишка ненадолго задумался.
— А пошли сразу к Андреичу, — предложил он, — Андреич тут типа председателя, пусть собрание объявит, сразу и вычислим.
Дом председателя с виднеющейся зелёной крышей был совсем рядом, на другой стороны улицы. Они дошли до ворот и Мишка уже поднял руку к звонку как вдруг где-то совсем рядом раздался резкий приближающийся звук сирены. В тот же миг в конце улицы показалась красная пожарная машина с включенными синими маячками. Распугав всех окрестных собак она на большой скорости промчалась мимо Мишки с Буровым оставив после себя лишь облако пыли.
— Дела... — присвистнул им вслед Мишка, — это ж Андреич рядом с водилой и сидит, в пожарники по ходу в детстве метил.
Он задумчиво оглядел улицу.
— Можно тогда до Михеева дойти, это фермер тут местный, у него по идее полдеревни работает, да и сам мужик дельный...
Дом фермера был, наверное, самый большой в селе, возвышаясь двумя этажами над всеми соседскими крышами.
Массивные чугунные ворота были приоткрыты и Вяткин просунув голову громко поздоровался. Никто не ответил и они вошли внутрь.
Во дворе никого не было и они прошли дальше, за дом, откуда доносился какой-то шум.
Супруга Михеева в голубой униформе стюардессы стояла в дверях свинарника и старательно вещала, не обращая на доносившееся громкое хрюканье:
— Дамы и господа, в целях безопасности полёта просим вас не пользоваться личными компьютерами и телефонами во время взлёта и снижения нашего...
Увидев Вяткина с Буровым она приветливо улыбнулась и, поправив на голове пилотку, вытянула руку в белой перчатке:
— Аварийный выход, граждане пассажиры, находится прямо и налево.
Самого фермера, одетого в чёрный берет и куртку, заляпанную красками они обнаружили на заднем дворе возле бани.
Михеев стоял спиной к ним замерев перед мольбертом с натянутым пустым холстом и казалось дремал.
Вяткин откашлялся:
— Иван Сергеевич, нам бы пообщаться...
Михеев вздрогнул и резко обернулся.
— Тише! — он взмахнул рукой с зажатыми в ней кистями. — Поймите же наконец, что только живопись может почти буквально изображать тишину, и как покой и как некую высшую гармонию образа...
Он замолчал, подозрительно осмотрел гостей и нахмурился.
— А вы вообще кто? Вы мне мешаете, вы закрываете перспективу и вообще выйдите из мастерской! Немедленно!
— Чё понту по ним ходить, — сказал Вяткин, когда они снова оказались на улице, — сам же видишь, мы тут все переопылились.
— Но кто-то ж должен был мечтать попроще, — сказал Буров, — поприземлённей что ли...
Мишка внезапно остановился.
— А пошли к депутату! — показал он на стоявший впереди домик с висящим над крыльцом флагом, — вот уж кто всегда хочет на халву прожить! У него тут в администрации приёмная, щас зайдём и спросим как с гада.

Сельский депутат Александр Ворюшкин оказался у себя. Высокий и худощавый, со спутанными лохматыми волосами и всклокоченной бородой, он стоял у открытого окна держа в руках стопку смятых и исписанных листов бумаги.
Увидев гостей он нисколько не удивился, а казалось даже обрадовался.
— Вот, послушайте из последнего... посвящается ей, — он загадочно откашлялся и тщательно завывая продекламировал:

Сидишь и смотришь в кактусы как Эмма Бовари
а помнишь целовалися мы в поле до зари
дурманили нам головы душистые хлеба
и плыли облакастые июльские неба

— Неба? — переспросил Мишка и не выдержав засмеялся, — все семь сразу?
Ворюшкин же совершенно не обидевшись достал из стопки новый листок и кратко объявил - Хокку!

Гвоздь измены я бросил
на лунную дорогу
плачет сакура
но работает шиномонтажка

— Гениально, — похвалил Буров и покосился на Вяткина.
— Ладно, почалили обратно, — безнадёжно махнул тот рукой, — бесполезняк дальше тему мылить...

По дороге домой они услышали отдалённые раскаты грозы, а вскоре прогремело совсем рядом и хлынул сильный, по-настоящему майский ливень. Когда они основательно промокнув уже дошли до своего переулка, дождь закончился также резко, как и начался. Сосед Серёга Глазырин в полосатой тельняшке сидел на своём заборе и глядел вниз, в сторону речки в большой морской бинокль.
— А ты чего мокнешь, Серёг? — спросил его Мишка, на что тот лишь отмахнулся, гордо заявив:
— Это не дождь, а морская пыль.
К приходу Мишки с Буровым во дворе ничего не изменилось, все только переместились от дождя в беседку.
Тамара красила ногти пурпурным лаком, а дед доедал очередное эскимо.
— Шоколадное поступило, — сообщила бабка, — по одиннадцать копеек...
— Урааа! — внезапно донеслось с чердака.
Аня кубарем слетела по лестнице и радостно хохоча принялась скакать вокруг беседки.
— Что случилось? — поинтересовалась Тамара, — шубу подарили?
— Я там на сено легла и заснула, а когда проснулась, смотрю... — Аня помедлила и победно выпалила, — а у меня теперь миллион подписчиков! Вау! Как я и мечтала!
Мишка вопросительно посмотрел на Бурова, и тот удовлетворённо кивнул в ответ.
Аня перестала прыгать и удивлённо осмотрела всех присутствующих
— А вы чего все так вырядились? Косплеите что ли? Мааам, пааап?
— Ничего, — Мишка толкнул Бурова локтем и тот вытащил из кармана свой прибор, — греби, тьфу, то есть иди сюда, Анечка, нам тут надо одну кнопку нажать.
Аня подошла и неуверенно пожав плечами осторожно поставила палец на красную кнопку.
Все замерли.
— Поехали! — прогудел из-под гермошлема дед и махнул рукой.

(С)robertyumen

673

Эра двоечников настала. Эра, эпоха, чудовищное, могучее поколение двоечников и неучей. Нет, они и раньше были, но еще несколько лет назад они не так сильно бросались в глаза. Как-то стеснялись своей безграмотности, что ли. А сейчас они, такое ощущение, везде.
Они популярны. Безграмотные звезды. Косноязычные лидеры мнений. Не умеющие двух слов связать законодатели мод.
Все эти люди, которые никак не могут понять разницу между «тся» и «ться». Которые говорят «я думаю то, что». Говорят «координальный» вместе «кардинальный» — видимо, и Ришелье в их версии был «координалом». Которые заявляют, что «мне показалоСЯ», или «я разочаровалаСЯ». Никак не могут забыть кошмарное слово «вообщем». И другие, многие другие.
Они уже не стесняются ничего.
И ладно бы только блогеры были безграмотными. Блогеры вообще умудрились за краткое время своего существования сделать все возможные ошибки и покрыть себя любым известным позором, так что само слово «блогер» в нашем обществе носит пренебрежительно-несерьезный оттенок. На фоне понтов, самолюбования, воровства, накрутки подписчиков, откровенной грубости, глупости и хамства какая-то там безграмотность уже не выглядит как порок.
Но безграмотность проникла уже в святая святых – в СМИ. В место, которое держалось дольше всех. Где должна быть хоть какая-то редактура, хоть какой-то второй взгляд. Нет. Сами редакторы уже не знают, что к чему. И ладно бы модные журналы, нет – солидные политические издания на полном серьезе обсуждают вопросе о «приемнике Президента», хотя слово «приемник» — это, скорее, что-то из радионауки, в отличие от слова «преемник», которое и пишется, и читается по другому.
Всем наплевать на грамотность. Всем. Никакой вычитки, никакого свежего взгляда. Афиша с фильмом Нуртаса Адамбая заявляет о «фильме Нуртаса Адамбай» — хотя фамилия «Адамбай» прекрасно склоняется, прекрасно, так же, как и Хемингуэй. Но только в одном случае – если речь идет о персонаже мужского рода. Если бы это был фильм какой-нибудь Нургуль Адамбай – тогда склонять не следовало бы. Но не понимают разницы, не понимают.
Безграмотность везде и во всем. Неучи везде. Эти Неучи – лидеры мнений. Неучи – популярные блогеры. Неучи дают интервью и учат других жить. Люди, которые сами не удосужились научиться – учат других. Перевернутое время, ей-богу.
И вот я точно знаю, в чем причина. Все ведь просто — эти люди не читали в детстве, и не читают сейчас. И я точно знаю, что с этим делать. Точно знаю, как безграмотность лечится. Будь моя воля, я бы собрал в одном месте всех этих редакторов модных журналов. Всех этих блогеров. Этих безграмотных журналистов.
Всех этих пишущих людей, которых на пушечный выстрел нельзя подпускать к тексту. Всех этих молодых и дерзких. Собрал бы, и заставил читать. И читать не журналы. Не блоги. Не модных писателей, не какого-нибудь дебильного Коэльо, не какого-нибудь популярного Харари, который под видом откровения публикует кошмарный наукообразный бред.
Нет.
Чехова бы они у меня читали. Чехова, Антона Павловича. Возможно, тогда они бы узнали, что вот это кошмарное построение фразы «переступая порог ресторана, возникает ощущение, что ты дома» (реальная фраза, из казахстанского модного журнала) – так вот, это построение фразы называется «анаколуф», и его первым простебал безжалостно именно Чехов. И это ощущение переступает порог ресторана, а не ты, двоечник.
Чехова. Толстого. Шекспира в переводе Пастернака – и самого Пастернака. Каверина. Домбровского. Бунина. Вот кого.
А в интернет я бы им запретил заходить в принципе. До тех пор, пока не смогут правильно применить «тся» и «ться». Десять раз из десяти. Некоторые, наверное, никогда не смогли бы это сделать – но таким людям отлучение от Интернета только на пользу.
Да, я поступил бы именно так. Жаль, что такое вряд ли возможно.
Ерджан Ессимханов

674

Моя подруга — обладательница третьего размера груди, чем она меня, обладательницу размера "полторашка", постоянно старалась задеть. Однажды большой и дружной компанией поехали мы на озеро, где все прыгали с тарзанки. Подруга прыгнула, нырнула в воду и вынырнула она уже с первым размером и в компании двух накладок для груди.

675

Заскочил домой на обед. Первым делом по своему обыкновению пошел мыть руки, только начал открывать дверь - она захлопывается. "Дорогой, не подглядывай", – донесся игривый голос жены, и я, в той же манере довольный собой ответил: "Да что я там не видел" – и открыл дверь.
Оказывается, голого соседа в ванне с женой я действительно еще не видел.

676

История десятилетней давности, но вспоминаю постоянно. Однажды в комментариях под статьей про Porsche Cayenne кто–то разместил фото вот этого автомобиля как пример отчаянного безвкусия московских мажориков. Я загуглил, кто же это такой нахальный.

«Кайен» был подарен дистрибьютором Porsche Московскому правительству, а оно по каким–то причинам отдало его Московской службе пожаротушения. Автомобиль попал в руки к начальнику службы, Евгению Чернышеву, и пока вся история выглядит банальной взяткой.

Но нет. Евгений Чернышев переделал «Кайен» в полноценный пожарный автомобиль, и из пятиместного тот превратился в трехместный: половину салона заняли баллоны со сжатым воздухом, огнетушители, маски, резервуары, сабельная пила, набор цепей, запасной аккумулятор. На передке появилась профессиональная лебедка, на крыше — маячки. Cayenne, помимо мажористости, является ещё и хорошим внедорожником, плюс весьма динамичен, что позволяло Чернышеву оперативно выезжать на место событий.

Евгений Чернышев уже будучи начальником всё равно первым приезжал на пожар и начинал работать сам, за что получил прозвища «Тушила» и «Разведчик». На его счету была ликвидация 250 пожаров, включая крайне сложные возгорания Останкинской башни, Манежа, МГУ... И Cayenne был для него не способом доминировать над окружающими, а этаким служебным псом.

Евгений Чернышев погиб 20 марта 2010 года из–за обрушения крыши при тушении бизнес–центра на 2–ой Хуторской в Москве. До этого он успел вывести пять человек. Ему было 46 лет.

Для меня это история даже не про геройство, а про человека, который любил своё дело настолько, что даже подаренный Cayenne не застил ему глаза. Такие люди есть и сейчас, но, к сожалению, иногда это становится очевидным только после смерти. При жизни мы пишем о других.
********
P.S.
Фотография этого парня имеется.
Но мне не нравится, когда тыкают картинками текст.
О чем может говорить карточка человека, погибшего ради своего дела на благо людей.
Он такой же как все мы, нормальные люди.
******
Кому интересно, может сходить по ссылке.

677

История снимка, который обошел весь мир

На этом снимке самая известная в то время актриса мира Джина Лоллобриджида влюблённо смотрит на самого знаменитого тогда мужчину мира, Юрия Гагарина.
В июле 1961 года этот блистательный снимок обошёл весь мир. По самым приблизительным подсчётам его тогда опубликовали почти 600 мировых газет и журналов.
В столице с 9 по 23 июля проходил 2-й Московский международный кинофестиваль.
"Я был тогда мальчишкой, 22 года, внештатником Агентства Печати «Новости», еще учился в МГУ. Я не мог облажаться. Я слишком любил фотографию и хотел снимать, – рассказывает Борис Кауфман, знаменитый московский фоторепортёр. - Нам очень поздно об этой встрече сообщили. Я примчался в Министерство культуры: в комнату не войти, плотный ряд спин, никто не хотел пропускать фотографа. От входа начинается длинный стол. Там, у дальнего конца стола, и общаются Гагарин и Лоллобриджида. От отчаяния, что не сниму нужный кадр, я нырнул под стол и пополз на четвереньках вперёд: чьи-то ноги меня пинали, чьи-то спокойно отодвигались.
В конце стола упёрся в женские ноги, думаю, что делать? Наверное, я засопел от напряжения. Скатерть приподнялась и на меня уставилась министр культуры СССР Екатерина Фурцева. Увидев меня, она опешила: «Что ты тут делаешь, мальчик?» Но в положение вошла. В итоге я один работал на такой выгодной точке.
Юрий Гагарин, услышав несколько щелчков, перестал крутить головой и стал немного разворачиваться в мою сторону, а когда мероприятие закончилось, спросил: «Я-то тебе хоть попал в кадр?» «Попал!» – заорал я под хохот Фурцевой и ее чиновников.
О чем говорили на этом собрании, Борис Кауфман не помнит. Это и неудивительно: фотограф, как обычно, был занят только тем, чтобы «поймать» нужный кадр. В тот день он «ловил» взгляд Джины, которая смотрела на Гагарина как зачарованная.
Много лет спустя выяснилось, что собрание в Минкульте прошло по инициативе кинодивы. Когда Джина в 1961-м прилетела в Москву, ее первым делом спросили, с кем бы она хотела встретиться. «Они явно ожидали, что я назову фамилию Хрущева, но мне до его персоны не было никакого дела, – вспоминала актриса. – Я попросила Екатерину Фурцеву познакомить меня с Гагариным. Она это устроила. В его улыбку и озорной взгляд хоть немножко, но были влюблены тогда все женщины планеты. И я не стала исключением. Когда мы гуляли по ночной Москве, Юра подарил мне свою фотографию, на обороте которой написал: «Я видел много звезд на небе. Но такой, как ты, нет».
В одном из интервью Лоллобриджида призналась, что до сих пор хранит это фото и покрывает его поцелуями. Актерское кокетство?
Тот фестиваль 1961 года стал, возможно, первым настоящим светским событием в советской стране. Полет Гагарина почти превратил здешний железный занавес в занавес театральный – приятный и загадочно манящий.

678

xxx: ...А снилось мне сегодня будто стою возле развалин какой-то старинной крепости (не, крепость не я развалила) и слушаю повествование экскурсовода: «Первым в истории примером неравенства было, когда на рыцарском турнире одной группе рыцарей выдали вместо пик пляжные зонтики, а другой — зонтики для коктейлей».

679

Сентенция

Как-то раз, случилась у нас на пароходе частичная смена экипажа. Дело было летом и грузились мы тогда в одном из портов Прибалтики. Новый капитан, по фамилии Степанов, и матрос Шурик прибыли на судно в один и тот же день.

Первым на пирс въехал матрос Шурик. Его привез вытянутый, как такса, лимузин в сопровождении длинной кавалькады свадебных машин, школьного духового оркестра и поддельного хора цыган с чучелом белого медведя на колесиках. Ярко-алая роза, вдетая в петлицу итальянского пиджака матроса Шурика, идеально сочеталась с его бабочкой на шее.
Несколько позже к судну подошел и капитан Степанов. Он был в нелепой оранжевой панаме, серой брезентовой ветровке и еле-еле тащил за собой два огромных клеенчатых баула с вещами.
- Это что? – спросил Степанов у портового докера, мотнув головой в сторону праздничной толпы у парохода.
- Нашего Шурика в рейс провожают! – гордо ответил тот.
- Сегодня у него свадьба?! – удивился Степанов.
- У Шурика? – докер улыбнулся, - Нет, конечно!

Подойдя к трапу, вновь прибывший капитан с удивлением обнаружил чучело медведя на месте вахтенного. Медведь, стоявший на задних лапах, был с повязкой дежурного на левом ухе, и рацией, периодически шепевшей из распахнутой пасти чучела.
Неожиданно, хор цыган, громко и фальшиво, запел: «Пей до дна, dear mister seaman, пей до дна, Шурик ты наш дорогой!» и Шурик выпил.
- Что здесь, черт возьми, происходит? – Степанов сурово посмотрел на матроса с пустой рюмкой в руке.
- Это? – Шурик оглянулся вокруг, - Спешил на судно. Поймал попутку – оказалась свадьба!
- А вахтенный где?! – сменный капитан злился все больше и больше.
- Здесь я! Внутри медведя! – раздался голос из чучела.
- Что вы там делаете?! – зарычал Степанов.
- На вахте у трапа стою, - ответило чучело.
- Но почему внутри белого медведя?! - окончательно взбеленился новый капитан.
- Так свадьба же! Вот медведь и белый! - объяснил вахтенный.
Степанов открыл рот, на мгновение замер, потом выдохнул и закрыл рот, так ничего более и не сказав.

Наверху, на палубе парохода, загудел электромотор судового крана и на пирс спустилась грузовая сетка.
- Товарищ капитан, - матрос Шурик, широко улыбаясь, обратился к Степанову, - Давайте сюда ваш багаж. Мы его сейчас быстренько на борт погрузим!
- Не надо! Я сам! – зло ответил тот и, тихо матерясь, начал карабкаться вверх по узкому трапу, толкая один баул перед собой, а другой волоча позади себя.

Ему почти удалось подняться на борт, когда его передний баул, зацепившись углом за леер ограждения, качнулся и полетел вниз, увлекая за собой капитана вместе со вторым его баулом. Клубок из серой ветровки, клеенчатых баулов и оранжевой панамы выкатился с трапа судна на причал и там распался на четыре составные части. По неестественно вывернутой ноге неудачливого бауловладельца было понятно, что у сменяемого капитана в этом порту подмены уже точно не будет.

- Около восьмидесяти процентов производственных травм в торговом флоте происходят на трапе судна, – менторским тоном сказал матрос Шурик и, залезая в грузовую сетку, продолжил, - Вот я, к примеру, трапом стараюсь вообще не пользоваться! Только не в первый день в рейсе!
Закончив свою нравоучительную сентенцию, Шурик, подняв голову вверх, крикнул: «Эй, на кране! Давай там вира помалу!»

Спустя полчаса, когда парамедики, приехавшие на вызов, фиксировали Степанова на носилках, наш капитан, ставший в этом порту бессменным, наклонился к своему несостоявшемуся преемнику и сказал:
- Повезло вам! Ой, как повезло! Так быстро и так легко отделаться от матроса Шурика! Класс! Не то, что в должность, вы даже и на палубу судна умудрились так ни разу и не вступить! Только с матросом Шуриком познакомились и всё - сразу в госпиталь!

681

Как истинный букинист, книги для чтения я в основном не покупаю, а беру почитать в обмен на что то свое, с последующим обменом впечатлениями и восторгами от прочтенного. Недавно попалась оригинальная книжица - История богатств и состояний в российском государстве. Прочитаешь - сразу поймешь что к чему и почему. Реально, отпадают все вопросы по сегодняшнему состоянию дел. Менталитет же формируется поколениями, и поменять то, что формируется за много веков, крайне сложно. Если коротко изложить основные мысли:
- Начиная со становления Руси Все без исключения ключевые богатства создавались исключительно за счет близости к власти. Даже крестьянин, ставший очень богатым купцом, зачастую богател на господрядах и активно давал на лапу кому нужно.
- Крайне редко богатство держалось на протяжении нескольких поколений, почти всегда оно либо делилось, либо ( что чаще) проматывалось наследниками
- Об "олигархах" былых времен помнят только если они оставили после себя крупные объекты культурного наследия ( кто из вас сходу вспомнит Второва или Стахеева - а ведь Третьяков по сравнению с первым был просто мелким коммерсом, говоря нынешним языком)
- заработанные или наворованные деньги тратились на роскошную жизнь, при этом о системном накоплении богатства вопрос стоял нечасто
- реквизиции и конфискации - куда же без них! От этих форм отъема собственности в той или иной степени пострадало большинство крупных состояний, опять же начиная с древнейших времен.
- вывод денег за границу начался ещё сильно до Меньшикова, так же как и распродажа культурного наследия.
- к вопросам о сносах зданий, которыми так грешат наши столичные власти - здания сносились ВСЕГДА, причем чем глубже копнуть тем более ценные памятники были снесены. Сколько сейчас в столице боярских палат? Думаете их снесли при Сталине? А вот и не угадали... и не при Лужкове с Собяниным. Пораньше, сильно пораньше.

К чему это - да к тому, что когда говорят, что вокруг творится полный пипец- я понимаю, что на самом деле Просто Ничего Не Поменялось:)))

P.S. Книжка чудесная, всем советую. Обменял на "Страну Хризантем" Келлермана.

682

Решили три священника поп, мулла и раввин искупаться в озере. Пока они купались, собрался народ на берегу. Первым стал выходить поп. Прикрыл рукой наготу, схватил одежду и мигом в кусты. Аналогичным способом вылез мулла. Раввин же, когда вылезал из озера закрыл руками ЛИЦО, и схватив одежду умчался в те же кусты, где одевались его "коллеги"
- Брат, обратились к раввину поп и мулла, кажется ты не то прикрыл руками, когда из воды выходил.
- Я, таки незнаю, как у Вас, отвечал Ребе, но мои прихожане знают меня в ЛИЦО.

685

Мои родители поженились в 1961 только потому, что 31 декабря 1960 загс дальней стройки коммунизма оказался закрыт до 3 января.

Пришли третьего числа, выяснилась проблема: нужны свидетели со стороны жениха и невесты. Отец сходил на улицу, за пару минут отловил и привел обоих.

3 января 2021 отпраздновали бриллиантовую свадьбу, более счастливой пары я не знаю, результат - двое детей, весьма им признательных, что они тогда встретились.

Мой первый брак стоил мне практически всех сбережений, привезенных из США. Нам не дали расписаться сразу, выделили на раздумья месяц. Процедура заключения брака заняла дофига времени и рассорила меня с невестой, потому что за этот месяц я успел получить два гранта и вынужден был уехать по ним обратно в США, отложив свадьбу не задумываясь - какое имело значение, что какая-то чужая авторизованная тетка поставит закорючку, если мы и так жили вместе?

Ну, если бы она кадилом махала, была рукоположена и празднично одета, в этом было бы церковное таинство. Знак уважения если не к конкретному попу-представителю церкви, то к святым, которые среди нее попадались неоднократно, и ритуалы которых он в меру сил соблюдает.

А эта загсовая тетка что? Вариант Кисы Воробьянинова, отдел регистрации гражданских состояний смертей и браков. При одном взгляде на нее хотелось переодеть, косметику смыть и нарисовать заново, постричь, помыть, а также весь этот месяц подержать на диете с активными физическими упражнениями и дать нормальное образование на уровне начальной школы, чтобы одним своим видом и речью не позорила нашу свадьбу. Где еще, кроме постсоветского пространства, вы видели бракосочетающий напомаженный торт на коротких ножках? Одним своим видом она намекала, во что может превратиться невеста, если будет много жрать по ночам и сидеть на жопе все остальное время.

Прелестной же невесте моей этот акт представлялся столь важным, что она три часа мужественно просидела на утренней зорьке, пока ей делали свадебную прическу с прикрепленной насмерть фатой, после чего ее даже обнять нельзя было, не рискуя вырвать волосы. А мне пришлось спать эту ночь спать отдельно, у родителей. Рано утром скакать под проливным дождем в лучшем костюме, крепя на авто отвалившиеся декорации.

По прошествии двух десятилетий, мне нас обоих юных просто жалко. Невеста была сногсшибательна - предыдущего жениха, перспективного потомка внезапно разбогатевших комсомольских деятелей, со всеми видами на скорый выезд в США, она отшила из внезапно нахлынувшего омерзения - он к ней прижался во время медленного танца, а в паху оказался мягок, как будто бы и не было там ничего. Говорила об этом с искренним недоумением. Похоже, с ней никто до этого медленных танцев без эрекции не танцевал.

У нас тогда получилась всем свадьбам свадьба: и занятные квесты на сообразительность, устроенные лучшими подругами невесты перед входом в нашу квартиру, от них я промок уже до трусов, и полсотни гостей погуляли вовсю в одном из лучших ресторанов города.

Свадьбу всю эту я организовал сам за три дня после очередного трансатлантического перелета, счета подписывал не глядя - надо, так надо. Но без всякого опыта - это была моя первая свадьба, и я искренне надеялся, что последняя - у нас в роду так принято, чего мелочиться на такое событие, раз деньги есть. Невесту любил, жизнь с ней собирался до гроба, и что я за мужик такой буду, если нашу свадьбу сам организовать не в силах.

Ну и разумеется, чего-то недосмотрел или недолепил по мелочи. Невыспавшаяся невеста впала в истерику и отчитала меня при людях. Мне остро хотелось развестись примерно через полчаса после росписи. Брачная ночь была первой за время знакомства, когда мы не спали вместе. Лучше бы нам сразу поставили эту закорючку, как отцу с мамой, без всех этих свадеб - может, до сих пор счастливо жили бы вместе. Хорошие отношения у нас наладились только после развода и до сих пор сохранились - никому ничего друг от друга уже не нужно, но обоим нравится общаться за треть планеты, родная душа. А когда были вместе - женщины не то чтобы злопамятны, но всё помнят и мстят чисто подсознательно, даже если простили.

А вот другая история, из жизни моих хороших старинных знакомых - девушке парень, случайно встреченный на пляже, понравился настолько, что она пустилась плыть за ним вслед, не умея плавать - на надувном матраце. Разговорились, заплыли далеко за буйки, и тут матрац лопнул. Девушка стала тонуть и застенчиво в этом призналась. Парень был крепок и повлек ее на себе к берегу. К ним бросились спасатели и первым делом оглушили его веслом, чтобы не мешал спасать обоих. Очнулись оба на дне спасательной лодки, лежа носом к носу, телом к телу. Так начиналась любовь. Но потом кто-то из них что-то нечаянно ляпнул. Он решил, что она явно намекает про пора расстаться. А она - что намекает он. Ну, оба скрепя сердцем и расстались.

Встретились потом через год случайно, в кинотеатре, далеком от обоих своих районов. Недавно отпраздновали свою золотую свадьбу. Еще одна счастливая пара из тех, что знаю лично. Они тогда были студенты, свадьбой и ее обычаями особо не заморачивались. У кого что нашлось - на то и выпили, много танцевали и играли под гитару. Невесту никто и не думал похищать, выкупы и квесты не затевали, списком приглашенных не заморачивались. Кто захотел, тот и пришел. Профессиональный тамада им вообще был не нужен - в их кругу друзей каждый тамада.

Благодаря этой паре инженеров ходит сейчас по планете прекрасная девушка, летают многие спутники, стоят от Калининграда до Чукотки электрические вышки, а сама пара отсиживается сейчас на своей даче, где засадила всё цветами и охотно приглашает на шашлыки. А ведь могли бы и не пойти в тот кинотеатр. Или ляпнуть пару слов, из-за которых расстались бы навсегда. Иные жизни бы сложились, иные люди родились бы или не родились.

Когда б вы знали, из какого сора рождаются все наши ссоры.

687

Когда-то я недолго работал в небольшом то ли пансионате, то ли санатории, то ли доме отдыха за городом, который при совке принадлежал крупному и богатому заводу, а в 90-е отправился в самостоятельное плаванье как то ли гостиница для мимопроезжающих дальнобоев, то ли бордель выходного дня для ухвативших удачу за хвост.
Как-то раз наш пансионат абонировала под двухнедельные "сборы" Академия футбола из областного центра. Новёхонький "Неоплан" привёз пару десятков мальчишек, возрастом где-то от 10 до 15 лет. Первым, что удивило, были несколько мамочек, которые шли за своим чадами и несли выглаженную футбольную форму на плечиках и в чехле на молнии.
Дальнейшие наблюдения подтвердили первое впечатление. Мальчишки вели себя высокомерно и заносчиво, официантку в столовой подзывали небрежным "Э!", хотя она по возрасту годилась им если не в бабушки, то как минимум в матери. За всё время, что они жили в нашем пансионате, я не видел их не то что уставшими, а даже просто вспотевшими.
Апогеем их "сборов" стала вечеринка в номере - то ли чей-то день рожденья, то ли какое-то своё спортивное событие - после которого будущую гордость отечественного футбола накрыл массовый дрист. Тут же примчались мамочки на дорогих машинах и начали грозить нам всеми карами - и потребнадзором, и прокуратурой, и всем, чем только можно, обещали нас оштрафовать, закрыть, посадить и вообще стереть в порошок. А мы показали им записи с видеокамер, где из дитятки тащат через фойе пакеты с пивом и энергетиками, какую-то закусь, кто-то торт нёс здоровенный, и как ещё потом они за догоном бегали, благо магазин недалеко. Мешок с мусором из их номера, с бутылками, объедками и коробкой от торта старший администратор приказала горничным отнести в кабинет директора и запереть на замок. Мамочки и заткнулись.
Так вот, эти люди могут что-то выиграть только у таких же, как они сами. Они идут в футбол не для того, чтобы преодолевать, превозмогать и выигрывать, не для того, чтобы побеждать вопреки всему, как сборная СССР в Сеуле в 88 году. Они идут в футбол за звёздным образом жизни. За миллионными контрактами, за вечеринками, клубами, курортами и ресторанами, за дорогим бухлом и длинноногими моделями.

689

Опытная старая проститутка

Алеся Казанцева пишет:

«Как-то раз я работала на проекте с молодой группой. Очень молодые все там были, подростки 20-25 лет. И я. Мне 41 год.

Обычно я обхожу такие компании стороной, откровенно их боюсь. И вообще, если иду по темной улице и вижу толпу взрослых мужиков, то опасаюсь не так сильно, как если бы навстречу шла группа молодежи. Молодежь всегда более жестокая, хотя бы потому, что они не знают, что такое боль.

Но продюсер меня очень попросил поработать на том проекте, потому что ему было 47 лет. Вместе бояться не так страшно.

Весь проект меня не покидало ощущение, что ребята разбили копилку. И скинулись на очень дорогую, но старую и опытную проститутку. (Я работаю ассистентом режиссёра). Режиссер и оператор смотрели на меня издалека и шептались: «Ты иди ее спроси!» - «Нет, сам иди и спрашивай!»

Они подходили оба и типа: «А вот вы можете сделать нам вот так?»
Я говорила: «Ну, могу».
Они: «А вот так?»
Я говорила: «Ну, могу».
И они такие: «Уиии!»

Мы приезжали выбирать объект для съемки рекламного ролика. Режиссер с оператором заходили, терли пальцами подбородок и говорили: «Ну это поздний ренессанс, нам нужен ранний». Я думала: «Не выебывайтесь, это всего лишь кафе». Они говорили: «Нам нужно искать еще». Мы с продюсером отвечали: «Понимаете, клиенту очень нравится этот объект». Они говорили: «Нет, нам надо смотреть дальше».

Я делала сто усилий в день, чтобы не закатывать глаза, иначе бы они сломались, как у советской куклы, и упали внутрь черепа. Продюсер мне иногда писал сообщения: «Измени выражение лица, сейчас очень заметно».
Я представляла, как в это же кафе заходит любой знакомый мне опытный 50-летний режиссер и говорит: «Блять, что за хуйня, зачем вы меня сюда привезли, кто локейшн-менеджер, кто этот хуесос?» Мы бы сказали: «Понимаешь, клиенту очень нравится этот объект». Режиссер бы ответил: «Ну да, я и говорю, что объект отличный, больше не надо никуда ехать и смотреть». А оператор бы вообще ничего не ответил, потому что его бы не было на этой встрече. Взрослые операторы почти не ездят уже. Они присылают своих бригадиров по свету. Те стоят с такими красными напитыми лицами и говорят: «Все понятно, сделаем».

Недавно продюсер Дима, который работает уже много-много лет, начал обзванивать список группы, который дал ему молодой режиссер. Ни одного имени продюсер Дима из этого списка не знал. Он набрал номер одной девушки (художницы по костюмам) и предложил ей проект. На что девушка ответила, что она уже давно ушла из профессии. Продюсер Дима, который работает много-много лет, схватился за голову. Когда ты успела в нее войти, чтобы уже выйти?

Один раз я работала с художницей по гриму, которую звали Лесли. На самом деле, она была Лизой, но просила называть ее Лесли. Мне казалось, что я все время зову овчарку. "Лесли, Лесли, надо поправить грим". Еще у нас в группе было много таких имен, сейчас модно среди молодежи. Я себя чувствовала какой-то крестьянкой среди этого. Они друг другу: "Ирэн! Гала! Мика!" И тут я, какая-то старорежимная Алеся, стою в простом платье посреди поля, ем сырую картошку.

Короче, мы ездили в сто разных кафе и искали ранний ренессанс.

Я терпела каждый свой шаг, физически сложно было переставлять ноги. Я не хотела просто даже идти. Не могла говорить, выдавливала слова, как из пустого тюбика зубной пасты. Я была крайне вежлива, как никогда вообще! Постоянно получала сообщения от продюсера про свое лицо. И вздыхала, как больная корова. Потом режиссер и оператор захотели кофе. Они не так сказали, они сказали: «Нам нужен кофи поинт». У продюсера со звоном упали глаза в череп, как велосипедные звонки от детского «Лёвушки». Потому что любой опытный взрослый режиссер сказал бы: «Ебануть бы кофейку!» Или: "Где мой кофе, пидарасы?!" Режиссёры умеют найти слова, которые тебя одновременно парализуют, но и заставляют бежать.

Мы припарковались около кофейни. Режиссер и оператор сказали: «Нам био разлагаемое безлгютеновое эко-кофе на ромашковом протеине с лавандовой пенкой и безлактозной карамелью».

Я на это все смотрела, смотрела, говорю им: «Секундочку!»

Зашла за угол, а там супермаркет. Я им почти кричала в лицо: «У вас есть большие стаканы бумажные?! СРОЧНО!!! Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ!!!» Они говорят: «Есть!» Я прямо на кассе вырывала пробку из просекко и налила себе четверную порцию в огромный кофейный стакан. С гигантской лактозой и глютеном. Весь магазин так проникся, что они мне даже насыпали льда. Потом я вышла, но тут же вернулась и купила еще такого же кофейку продюсеру.

Оператор с режиссером сразу превратились в очень интересных и смешных людей, мы с продюсером включились в поиск ренессанса, пошел дождь с градом, начался шквальный ветер – то есть даже погода улучшилась.
И вот эти огромные стаканы весь день нас примиряли с тем, что мы уже не молоды. И ещё с тем, что мы никогда больше молодыми не станем.»

***

Именно старой опытной проституткой я и чувствую себя в большинстве случаев.

Клиент только говорит, что хочет открыть кафе, а ты уже знаешь не только где, сколько на это нужно будет потратить и какую прибыль оно может принести (в идеале), но и то, что он будет упорно настаивать на самой оптимистичной посадке и максимальном среднем чеке, что вычеркнет все риски и заплатит за ремонт в полтора раза больше, потому что нужно, "чтобы смотрелось".

И что всех своих денег нет, но половину дает партнер, который ему полностью доверяет и не будет ни во что вмешиваться - и что конечно же он будет.

И что первым администратором будет племянница, и чем все это закончится.

К концу первой фразы ты уже можешь с точностью до трех месяцев предсказать дату первого банкротства - а с момента вашей встречи не прошло и минуты.

И ничего, ничего нельзя с этим сделать, это знание невозможно передать, хоть вывернись наизнанку. Примерно к 18 годам человек уже уверен, что он сам знает все на свете, и ему нужны лишь технические исполнители.

- У нас уникальный проект, вы такого никогда не видели!

- Предоплата 50%, будет готово через неделю.

690

Был у нас в мединституте еще в советские годы профессор, старичок такой. Сейчас его уже нет в живых. Как-то раз пришел он на лекцию с небольшим чемоданом, достал из него противогаз, надел на себя, затем достал какую-то колбу с жидкостью, открыл ее и громко, насколько можно было сказать в противогазе, объявил, что в колбе находится сильно пахнущее вещество и что те, кто почувствуют запах, пусть поднимут руки. Через несколько секунд начали поднимать руки первые ряды, потом следующие и так далее. Когда резкий и едкий запах дошел до нас, сидящих на последних рядах, первым рядам уже стало плохо. Стали открывать окна и давать нашатырь, так как некоторые студенты стали терять сознание. И вдруг профессор снимает противогаз и выпивает содержимое пробирки. Потом говорит, что в пробирке была дистиллированная вода и что он показал нам насколько сильна сила внушения. Еще он сказал, что если бы он сказал нам, что запах этой жидкости смертельно опасный, то у нас здесь уже были бы трупы.

А теперь представьте, когда все средства массовой информации непрерывно говорят о смертельном вирусе на всей планете. Что, по-вашему, будет происходить?

692

Настройщик пианино настраивает инструмент в комнате отдыха психбольницы.
В комнату заходит мужчина и включает телевизор. Орущий телевизор мешает настройщику работать, но он решает не спорить, а просто подходит к телевизору и молча его выключает. Мужчина странно смотрит на настройщика и снова включает телевизор. Так повторяется несколько раз. Первым не выдерживает настройщик:
- Послушайте, я пытаюсь настроить пианино и для этого мне нужна тишина.
Тогда мужчина рассмеялся и сказал:
- Я телевизионный мастер и пришел починить телевизор. Я думал, что вы сумасшедший и просто стучите по клавишам.

693

Среди знатоков, то есть любителей интеллектуальных игр типа "Что? Где? Когда?", эта история ходит уже лет пятнадцать, а прочей публике пока неизвестна.

Любительские игры отличаются от всем известной телепередачи тем, что в них не надо беседовать с ведущим. Играет сразу много команд, капитан пишет ответ на бумажке и сдает в жюри. Звучит в одной игре такой вопрос:

"Как ни старались американцы, однако и в этом Советский Союз их опередил. В июне 1965 года первым из американцев это сделал Эдвард Уайт. Назовите фамилию гражданина Советского Союза, сделавшего это раньше".

В одной команде игрок говорит:
- Я знаю! Это Евгений Леонов. Он в фильме "Полосатый рейс" голую жопу показал. В Голливуде нельзя было, у них цензура, кодекс Хейса еще не отменили, а наши решились.

Версия вроде прикольная и правдоподобная, капитан пишет на бумажке "Леонов" и сдает.

Ведущий:
- Правильный ответ - Леонов! Речь идет об Алексее Леонове, который первым вышел в открытый космос.

Это яркий пример того, как получить правильный ответ через жопу.

694

Забрал сына из садика. Идём по улице, разговариваем о жизни, погода отличная, вдруг он спрашивает:
– Пап, а когда я в военкомат пойду?

Такого вопроса от шестилетнего мальчишки не ожидал.

– Рано тебе ещё, лет через двенадцать, – говорю.
– А ты когда?
– Я уже старый, военкомату давно не нужен. Почему ты заговорил на эту тему?

Оказывается, в саду пятеро мальчишек играют в военкомат: Андрей, Артём, Саша, Коля и мой Антон. Коля, такой упитанный и розовощёкий парнишка, у них именуется Батяня Комбат. Есть ещё старшина, солдат, сержант и водитель уазика. Мой Антон – солдат.

– Папа, а отведи меня сейчас в военкомат. Просто хочу посмотреть.

Я согласился, только сказал – завтра, сегодня уже поздно.

Утром, часов в восемь, Антон уже стоял у нашей кровати.

– Военкомат ещё закрыт, рано, – пробормотал я.

Сын достал телефон, показал график работы этого учреждения – с половины девятого. Я вздохнул, отправился готовить завтрак. Сын помогал, посматривая на часы.

В девять выползли на улицу. Минут десять на автобусе, пару минут пешком, и вот он, военный комиссариат нашего района. Антон разволновался: он первым из всего садика побывает в настоящем военкомате, пацаны обзавидуются!

Пошли к главному входу. На первом этаже толпились молодые парни, призыв в разгаре.

За обшарпанным коричневым столом сидела немолодая женщина в белом халате и маске, посмотрела на нас удивлённо. Я отправил Антона рассматривать фотографии на стене, шёпотом объяснил ситуацию.

К моему удивлению, женщина не рассердилась, спросила, как зовут сына, сказала несколько слов другой сотруднице. Потом обратилась к мальчику:
– Пойдём, Антон, покажу тебе одно интересное место.

Взяла его за руку, и мы отправились на второй этаж. Попутно она рассказывала о службе, танках, солдатах. Сын слушал в полном восторге.

И вот мы оказались перед большой дверью. За ней – актовый зал, красные кресла, трибуна, флаг. Мы забрались на трибуну, Антон с огромным интересом всё рассматривал, трогал. Открылась дверь, в зал заглянула женщина, что-то передала нашей рассказчице, улыбнулась мальчику и помахала рукой.

Тут дама, сопровождавшая нас, обратилась к сыну:
– Антон, от имени всего военного комиссариата разрешите вручить вам грамоту как самому молодому и решительному солдату нашего города.

И протянула ему красивый бланк с указанием фамилии и имени, а также небольшой флаг Российской Федерации и маленький плакат с календарём, на котором изображено здание военкомата.

Ребёнок был в полнейшем восторге. Мы поблагодарили сотрудницу военкомата, сын тронул меня за рукав и попросил:
– Папа, сфотографируй меня здесь.

Пользуясь случаем, хочу сказать вам, Регина Игоревна, огромное спасибо за подаренные нам с сыном положительные эмоции.

Из письма Алексея,
г. Челябинск

695

Решила я вчера потестить новенький металлоискатель, подаренный мужу на ДР. Все как надо, изучила инструкцию, выбрала место, взяла все необходимое и в путь. "Разберёшься?" - осторожно спросил муж перед моим отъездом. "Пффф, чё я, дурнее тебя что ли?" - дерзко ответила я, и уехала в поля, под старую деревню. Чувство лёгкой наживы накрыло меня с первым же сигналом металлоискателя. Вот оно, здесь, под ногами, я везунчик. Копаю, ничего нет... Сигнал без устали твердит, что все-таки есть. Ну думаю, ладно, может проволочка какая-нибудь. Или гвоздик. Не желая терять времени, перехожу дальше, а там опять заманчиво звенит.. Да ё-моё, и опять ничего.. В общем, полдня я там рыла, вскопала соток 10 целины. И ничего стоящего, пара консервных банок, крышки от лимонада и ржавое ведро. Сказать устала, это ничего не сказать. Психанувши на искатель и на весь мир, поехала домой. Всю дорогу жалела о потерянном времени, и силах, затраченных впустую. Приехала, раздеваюсь, ноги гудят, сапоги ещё зараза, тяжёлые.. И вот тут меня накрыло.. Сапоги тяжелые.. ну ооочень бляха тяжёлые.. с железными вставками в носках...

697

Май 17, вечер.
Возвращаясь сегодня домой на самокате, на одной из улиц нашего города, я стал свидетелем следующей безобразной сцены: пешеход совершил тычок в плечо проезжающего продуктового курьера, после чего тот вместе с велосипедом упал. Тут же вскочив и эмоционально выругавшись, курьер побежал по направлению к обидчику. Между ними завязалась драка. После обмена ударами, пешеход вырвался и попытался убежать, однако рассерженный велосипедист догнал его и стал навязывать свой стиль борьбы в партере.
Пожалев, что уже выключил камеру на телефоне, я проехал мимо, объехав по широкой дуге. Не могу сказать, что был на стороне кого-то из них. Я видел, что велосипедист проехал по узкому тротуару мимо пешехода на большой скорости достаточно близко, иначе он просто не смог бы получить тычок от пешехода. Но пешеход начал физическое воздействие первым. При этом курьер был обычной курьерской национальности, а у другого были русые волосы и кучерявая борода, но это, в принципе, уже ни на что не влияло. Но, вмешавшись на стороне любого из них, я стал бы неправ вместе с тем, кому помог. А если начнешь таких разнимать, можно самому потом с ними уехать в полицию, если не скорую. Собственно, то же самое можно сказать об арабо-изральском конфликте.

698

- Петрович, а что ты думаешь, почему Бог создал человека именно последним? Ведь Всемогущий мог бы сделать его и первым. - Чтоб человек не доставал его своими идиотскими советами. После человека Бог, похоже, создал только гиену и бегемота.

699

== Про песочек ==

Однажды по нашей улице прогрохотал самосвал, развернулся, сдал задом и высыпал рядом с моей калиткой кучу песка.

Песок был морской. Серого цвета и немного влажный; его было приятно трогать, брать в горсть и пересыпать между пальцев. В нём попадались маленькие, круглые створки раковин и ещё крохотные, похожие на рожки единорогов, ракушки.

Главное: я, в целом умиротворённо, сказал, что вот, мол, купил себе песок.

И тут же у меня появился новый друг, который сказал, что обязательно завернёт вечерком к моему дому и наберёт немножечко песка.

Для котика.

А никаких-таких наполнителей для котиковых туалетов тогда ещё не было, и что мне в конце концов, жалко что ли, если вдруг кто-то возьмёт немного песка для этого дела? И, конечно, я сказал — да-да, заходи — и думать забыл об этом.

Потом прошло некоторое время и принялся нервничать Собака.

Все владельцы котиков в радиусе 16-ти вёрст от моего дома прознали, что есть на свете такое вот счастье — большая куча песка. И она лежит себе просто так, впустую, занимая место на и без того перенаселённой планете.

И Собака стал смотреть через сетчатый забор, как всякие типы подходят и сыпят этот морской песок в свои пакетики. Вместе со створками раковин и рожками маленьких единорогов.

А потом Собака как-то прознал, что вся эта свистопляска из-за котиков.

А у Собаки насчёт котиков имеется особое мнение. Если о собаках он, Собака, знает, что все они раньше были ангелочками, имели крылья и поселились в этом мире лишь из-за того, что должен же быть кто-то рядом с человеком приличнее него и время от времени служить ему примером; то котики, по мнению Собаки, проскользнули в мир когда кто-то неплотно притворил дверь в Аду. А может, этот кто-то их специально выпустил.

Сатана-то.

И вот Собака начал нервничать, и я, глядя на него, тоже.

Да ещё, вдобавок, вспомнил, что русские же люди. Те самые — запустившие сына своего народа в космические дали и взявшие пару раз Берлин. И они не так давно вообще являлись советским народом и имели общую социально-классовую структуру и мировоззрение.

И если задуматься, то они не только кучу песка, они вообще одну шестую часть суши могут легко растащить при случае.

Потому как нет ничего в этом мире невозможного для нас, для русских.

А друзья моего Собаки тоже не зевали.

Каждая, извиняюсь, собака не могла спокойно пройти мимо кучи.

Нет.

Ей непременно нужно было сесть на неё и нагадить. Да ещё затем встать — и начать разбрасывать песок задними лапами так, чтобы он летел как можно дальше и посыпАл тротуарную дорожку и проезжую часть.

А ежели эта тварь была с хозяином, то тот стоял рядом, ослабив поводок, и умильно так — у ты, моя собаська! — пялился, как она удобряет мой песок, которому это, кстати, вовсе и ни к чему.

А потом один господин явился за партией песочка посреди ночи.

Может, он днём стеснялся, или при солнце его совесть мучила, а при луне это проходило. Не знаю. А, может, он думал, что раз у меня есть Собака, то где-нибудь и ружьё наверняка припрятано.

Собака, ясное дело, его учуял и поднял хай. А мимо, по газовой трубе, навстречу друг другу шли как раз два кота. Они оба так засмотрелись на Собаку, что не заметили, как столкнулись мордами. И они тут же обо всём забыли и принялись орать дурными голосами, боясь начать драку, но отступать так просто не желая.

Я уже спал, но проснулся и понял, что надо с этой истерикой что-то делать.

Включил на улице свет и вышел во двор.

Совестливый гражданин убежал, а Собака кричал:

— Открой калитку, спусти меня, Алексеич! В ляжку вцеплю-у-у-сь!!!

Первым делом я кинул в кота камнем.

Обычно, если я кидаю во что-нибудь камень, то я попадаю, куда хотел. Так у меня само-собой выходит. А по котам я кидаю иначе: выбираю камешек помельче, или вовсе комок земли помягше, и кидаю его так, чтобы промахнуться метра на два.

Я и в этот раз так сделал.

Но у одного котяры вдруг сдали нервы и он побежал. Чтобы аккурат с этим камнем встретиться. Это, получается, я нечаянно взял 'упреждение по цели'.

Никакого урона камень коту не нанёс, но он тут же стал орать на весь район:

— Здесь не любят котов, здесь не любят котов!!!

А все окрестные собаки, конечно, тоже проснулись и пошли лаять на все лады, не понимая в чём дело, но вторя моему Собаке, да ещё слыша все эти кошачьи вопли.

В Париже, той ночью когда там резали гугенотов, было, небось, не в пример тише и благолепней.

Тут я сказал:

— Заткнитесь. Мне рано на работу вставать.

Ну, Собака угомонился, а вскоре и все остальные.

А утром я пошёл на работу только затем, чтобы написать заявление на один день за свой счёт. Дома я сколотил во дворе короб из досок и за день весь песок с улицы перенёс в него.

А потом я сидел, пил холодное пиво, а Собака лежал рядом, косил глазом и выпрашивал арахис.

И жизнь как-то поспокойней, я вам скажу, дальше пошла.

Иной раз появлялся какой-нибудь одинокий котиковладелец. Смотрел непонимающим взглядом на то место, где совсем недавно была куча песка, а потом осторожно заглядывал ко мне во двор.

Там он видел Собаку, который ничего такого не делал, а просто широко разок-другой зевал, смотрел в сторону и думал: "Ну, давай, брат — перекинь ногу через забор"!

Но человек ни руку, ни ногу через забор не совал, а просто уходил. У него, наверное, тоже было какое-нибудь особое мнение по поводу собак.

Может, даже предвзятое.

(c) nik.rasov


P.S. Когда-то я обнаружил, что в украинском языке слово "собака" — мужского рода.
И мне понравилось, как это звучит. С тех пор в рассказах, где фигурирует мой пёс, я называю его Собакой. :)

700

Смерти вопреки

"Командир танка «М-4 А2» 58-й гвардейской танковой бригады (8-й гвардейский танковый корпус, 2-я гвардейская танковая армия, 1-й Белорусский фронт) гвардии младший лейтенант Алексей Афанасьев отличился в боях за город Люблин (Польша).
23 июля 1944 года его танк первым ворвался в центр города, огнём и гусеницами уничтожил большое количество боевой техники и живой силы врага, рассеял колонну противника, потом захватил мост и удерживал его до подхода основных сил. В конце боя гвардии младшего лейтенанта Афанасьева выбросило из горящего танка взрывной волной. Обожжённого и контуженного, его подобрали местные жители."
***** ***** *****

Штурм Люблина к середине дня 23 июля 1944 года был в полном разгаре когда танк Алексея Афанасьева появился в центре города, что для обороняющихся немцев стало неприятной неожиданностью. Танк на полном ходу двигался и маневрировал стреляя из пушки, броня гудела от лязга немецких пуль и осколков гранат. Несколько раз танк тряхнуло от попаданий снарядов в его лобовую броню, перед глазами командира и экипажа проносились огненные хвосты от летящих фаустпатронов.
Удар снаряда сбоку перебил гусеницу и заставил танк остановиться, но не смотря на это экипаж продолжал сражаться – стреляло орудие и пулемёты. От второго попадания в танке вспыхнул огонь, и командир отдал приказ покинуть броню.

Поляки жители ближних домов стали очевидцами смертельного боя, который проходил на их глазах посреди главной площади города и видели как танк, который первым ворвался в центр города Люблин, был подбит и загорелся. Из него смогли выбраться двое. Из командирского люка на землю спрыгнул младший лейтенант, из другого люка выбрался раненный танкист–водитель.
Окружившие танк враги поползли к ним, ведя огонь из автоматов и желая захватить в плен. Из окна дома по танкистам бил пулемёт. Танкисты бросили в сторону наступавших врагов по нескольку гранат и отстреливались из автоматов. Плотный огонь автоматных очередей и пулемёт не давали им возможности отбежать. В горящий танк попал ещё снаряд из пушки, которую немецкие артиллеристы выкатили из подворотни старинного дома. Теперь они били по краснозвёздной машине прямой наводкой. Следующий снаряд пробив боковую броню танка, попал в укладку боевых снарядов.
Взрыв был такой силы, что башню танка отбросило на двадцать метров. Когда красноармейцы выбили немцев из центра и бой передвинулся к окраине, жители подошли к танкистам.
Механик-водитель был убит взрывом, а офицер... ещё подавал признаки жизни. Его сильно обожжённого и контуженного взрывом, польские жители передали медикам советского полевого госпиталя.

Представляя командира танка А. Афанасьева к высшей награде Родины, командование и боевые товарищи считали его погибшим.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 августа 1944 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм гвардии младшему лейтенанту Афанасьеву Алексею Николаевичу посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Когда через несколько дней Алексей очнулся в госпитале, то первое что он произнёс: «Где я?».
Потом он начал понемногу осознавать окружающее:
– Мы город взяли?
– Взяли, взяли, – успокоил его военврач, – выздоравливай, герой.
– Кто герой? Героев хоронят с почестями, а я живой пока.
– Ты хоть помнишь как тебя зовут, кто ты и что было до того как сознание потерял?
– Помню, – обожжёнными губами прошептал танкист, – я младший лейтенант Афанасьев. Я командир танка.
– Молодец. По документам так и есть. Значит, в строй мы тебя вернём. Здоровье и характер у тебя железные, да и звёзды, видно, так сошлись, что ты жив остался.

Командир героического танка Алексей Николаевич Афанасьев смерти вопреки остался жив. Лечение в госпитале было долгим, но довелось ему, командовать танковым взводом и штурмовать Берлин.
Знамя бригады с прикреплённым к нему орденом нёс по Красной площади на параде Победы 24 июля 1945 года герой Советского Союза гвардии старший лейтенант Афанасьев.

<< ← 910111213141516171819 → дальше →

Партнеры

Реклама