Результатов: 4

1

Навеяло рассказом про Толика на бельевой веревке. Данная же история произошла в одной из московских студенческих общаг, конкретно — в принадлежащем МГУ Доме студента на проспекте Вернадского, в обиходе «ДСВ». Здание это не совсем обычное, это 22-этажная свечка, вдобавок установленная на столбы, отчего ее иногда называли «дом на курьих ножках». Выше всех жили студенты-философы, а ниже всех студенты-юристы, из чего можно заключить, что распределяли этажи люди с юмором. Дело было в благостные времена Леонида Ильича. За вольнодумство тогда карали, а за пьянство не особо, чем народ вовсю и пользовался. И вот однажды зимой происходит очередная пьянка на одном из первых этажей, который в силу описанных выше особенностей архитектуры на самом деле находится где-то на уровне обычного пятого. Комната небольшая, народу много, в какой-то момент табачный дым уже напрочь забивает атмосферу, и принимается решение открыть окно. Открывается оно внутрь, что важно. Кому-то из особенно вспотевших этого кажется мало, и он усаживается на подоконник ногами наружу — подышать.
Спустя еще некоторое время у кого-то из сидящих вблизи окна начинает подмерзать спина, и он не глядя это самое окно закрывает.
В угаре вечера (ор, музыка, свет для уюта выключен и т. п.) отряд потери бойца не заметил. Заметили только, когда он начал ломиться в дверь снаружи. Как выяснилось утром — окном его вышибло довольно удачно, он упал не на бетонную отмостку прямо под окнами, а чуть дальше, в сугроб. Впрочем, все равно при этом сломал обе ноги, и как в таком состоянии сумел вернуться - не помнит.
Вывод: пьяному по колено не только море, но и пятый этаж.

2

ЖЗЛ.
Оказывается наше всё, солнце русской поэзии, Александр Сергеевич Пушкин был самым известным невыездным.
В отличии от своих коллег и знакомых дворян, которые катались в Европу регулярно, а некоторые так вообще как к себе домой. Саша ни разу ни покидал Россию как путешественник.
Детство и юность Александра Сергеевича пришлись на тяжелейшие наполеоновские войны, когда в 1800-1815 годах русский человек в Европе мог побывать только как солдат. Но Саша был тогда ещё слишком юн.
В последующие же 1815-1825 годы Пушкину не давал разрешения на выезд за кордон царь Александр I. Ведь Царь самолично распоряжался выдачей русским дворянам загранпаспортов. За вольнодумство, антирелигиозные произведения и возможное участие в декабристов Пушкину выезд был закрыт. Ну и естественно за то, что уже тогда Александр Сергеевич был очень известен и популярен. И вместо заграницы Поэт поехал в Михайловскую ссылку....
Николай I Пушкина вроде бы простил. И даже в Петербург вернул. Но устроил по полученной в Царскосельском лицее профессии - т.е. служащим Министерства иностранных дел. Должность эта не предполагала поездки за границу без официальной командировки. А ее Пушкину так и не предоставили.
Может Александр Сергеевич и планировал в будущем что-то изменить в этом вопросе, но это доподлино неизвестно.
Зато по России он напутешествовался вдоволь. Пушкин проехал и прошёл по родной стране тысячи километров - побывал буквально везде: в Крыму, на Кавказе, в степях Оренбуржья, Одессе и так далее. И конечно посетил поэт пару-тройку стран, которые при его жизни входили в состав Российской империи, но стали ныне независимыми: Грузию, Казахстан, Молдавию и т.д.
Единственный раз, когда поэт побывал за границей, произошёл летом 1829-го года, когда Пушкин принял участие в походе русских войск под командованием И.Ф.Паскевича на турецкий город Эрзурум. Это путешествие поэт впоследствии описал в своей книге "Путешествие в Арзрум". Но там тоже потом была история с присоединением этой территории к России.
Так что формально Александр Сергеевич был истинным невыездным не покидавшим земли родной.

3

Заведующая той лабораторией, в которую я в юности попал сразу после Университета, страдала (а точнее, вовсю наслаждалась) энергетическим вампиризмом и манией величия. Поочерёдно затаскивала сотрудников в свой кабинет и подолгу что-то проникновенно вещала, заглядывая в глаза. Доводила этим своих неустойчивых, нервных тёток до дурноты и окончательного обалдения. Уйти не давала - успеете поработать, а вот послушайте-ка, что я скажу.

Не избежал её гастрономического внимания и я. Но вы сами понимаете - работяга-аспирант, да ещё советский, загнанный и измученный недосыпом, да вырванный вдруг из гонки и усаженный на мягкий стул, да подвергнутый вкрадчивым, монотонным речам... Через пару минут я громко захрапел и чуть не свалился со стула. Был разбужен визгом возмущённого начальства - как же это так, тут такие важные руководящие установки даются, а я, гад, заснул! Непочтительность!! Вольнодумство! Что я ваще себе позволяю, как я мог!?

Пародируя её задушевные вампирические интонации и изо всех сил стараясь не заржать, пояснил, что у меня прикрытые глаза - это же ж наоборот, верный признак глубочайшей сосредоточенности! Ну как у Шерлока Холмса при титанической работе мозга, когда он обдумывал особо сложные задачи. Просто я предельно сконцентрировался!

Был исторгнут и от дальнейших вамп-сеансов освобождён, как некачественное сырьё.

4

Про кровавый царский режим.
Только что услышал по радио. Был (конец 19 — начало 20 в. в.) такой
очень известный композитор, автор романсов Николай Харито. Самый его
известный романс «Отцвели уж давно хризантемы в саду».
Так вот, будучи студентом он получил несколько лет ссылки за
вольнодумство и там заболел начальной стадией туберкулёза. И чтобы вы
думали, эти сатрапы, царские опричники и душители свободы, учитывая его
известность и популярность, а также проблемы со здоровьем, заменили ему
ссылку на лечение в течение 3 лет на курортах Швейцарии с зачётом этого
времени в срок ссылки.