- Скажите, пожалуйста, товарищ милиционер, вы что, и ночью здесь стоите? - Бывает, что стою. - А ночью разве здесь не опасно? - Было бы опасно, разве я бы здесь стоял?
|
здесь ночью → Результатов: 126
1.
ВЫРВАЛОСЬ МАМЕ
Вырвалось, написал ночью маме, лежащей на больничном с болями в сердце:
Мамочка моя любимая, напрасно ты называешь себя, бывает, глупой и бесталанной.
Согласен с тобой, здесь то в последнее время разве что Игорь Тальков то толковый и был.
Более то почти и не было никого.
А кто и был, навроде таланта Прыжова - тех мы и не видели почти.
Знаешь ли ты, мама, кто такой Прыжов?..
Вот и я почти не знаю.
Да и Прыжова убили сильно раньше.
Игорь Тальков твой, Иешуа III, и мой теперь уже, на порядки выше над благоденствующими и обласканными властью Шевчуками, Гребенщиковыми, Сашами ЗаднимиСтанами Хирургами "Ночными Волками", они же "Ручные волки", и Расторгуевыми в тельняшках и военных галифе.
При том, что Расторгуев даже не служил в армии, по состоянию здоровья.
Да, этот широкомордый торжественный любимец Царя нашей России,
"Мы с конём по полю идём..
Только мы с конём по полю идём..
Только мы с конём..
По полю идём..
Только мы с конём по полю идём", -
Аж за сердце схватился, как душевно и мило.
Любимая Музыка же, священная почти, аж Самого Президента России.
Вечный любимчик этот мордастый, в гимнастерке он военной с конём, с суровой и всёпонимающей лживой широкой рожей, Расторгуев, и не служил даже.
Зато в военной гимнастёрке аж ест и спит, про то, как он с конём то, и с конём сё.
И с полём по коню идём.
Позорище.
И корейца то этого, Цоя, убили.
Никакой "аварии" там не было, убитого его уже привезли "к месту аварии".
За "Мы хотим перемен!"
И прочее.
Как и всех, кто открывает рот:
"В страну не дураков, а гениев".
Мне, кроме тебя, мама, никто Талькова не ангажировал, за все мои 46 лет жизни.
Не так уж ты и проста, мама, и не глупа точно.
Многие Талькова то сейчас и не знают.
Или знать боятся.
Или знать не хотят.
Включая питерских корефанов Самого.
Как и паскудные евреи-анестезиологи комфортненько в их враждебных ареалах и подобные им.
И недобитки здесь.
Следовательно, хватит уже говорить о себе, де, ты глупа.
Побольше бы нам здесь таких, как ты, глупых людей.
И да, мам, Игорь Тальков первый открыл эту тему "Если закатать рукава пиджака по локти, выкинув его потом в помойку, стильно же будет да и похуй" задолго до этих полупидоров лицемерных из Comedy Club, с пермским евреем Денисом Добровольским во главе, он же "Паша Воля".
P.S.
Игорь Тальков - Летний Дождь.
P.P.S. Занятно, что один из порядочных убитых людей в 90-хх в Media - казак с польско-немецкими корнями.
Как и Константин Константинович Рокоссовский, собственно.
Рокоссовский поплатился зубами, Талько - черепом.
Продолжайте снимать сериалы про героические синие околыши.
И не забудьте снять рекламу про то, как всем понравилось.
Эти восхищённые зрители по федеральным каналам в primetime, "Ну очень круто, очень достоверно. А какие эффекты. Я почти плачу".
"Папа! А можно мы на это говно и завтра пойдём?!"
"Да, конечно, доченька. Я в восхищении".
|
|
2.
Совсем не смешно.
Этот крик души - вообще не для этого ресурса и не на эту площадку, но скажу.
Ибо основные читатели, комментаторы и многие из авторов – это те, кто уехал из страны и проживает где-то в обустроенной Европе, далёкой «свободной» Америке или Канаде, «обетованной земле» - Израиле. Те, для кого Россия – рашка, люди, живущие в ней - совки или ватники и для которых всё, что случилось в ней за последнее столетие – объект критики, насмешек или фальсификации. Вижу, как вы перемалываете кости друг другу, с каким упоеньем поливаете грязью свою (когда-то) страну.
Милые мои, вы хоть что-то пытались изменить, хоть чем-то пытались помочь своей Родине, месту, где родились и выросли, получили образование? Где жили ваши родители, лечили вас участливые, бескорыстные врачи с большим добрым сердцем, учили внимательные, строгие, но справедливые учителя.
Я живу здесь с рожденья. Вижу леса, посаженные нашими дедами и отцами. Построенные ими дома, заводы, школы, больницы, каналы, ГЭС, железные дороги. И глубоко благодарен им за это. Они думали о нас, они хотели, чтобы их дети и внуки жили лучше.
А вы, уважаемые, что вы сделали для своей Родины? Н И Ч Е Г О! Вы просто свалили туда, где лучше. Да, ради бога!
Никого не обвиняю и ни в чём не упрекаю.
И когда выхожу ночью на балкон, я вижу не убогие серые панельные многоэтажки, а добротные дома с большими участками, лесами, прудами - родовые поместья, в которых счАстливо могли бы жить большие семьи моих соотечественников. Территория у нас позволяет – вон какие пространства! Живи не хочу.
Мы могли бы так жить. Но увы!
Причин, почему этого не случилось, великое множество и я не собираюсь их здесь перечислять.
Но я верю, что когда-нибудь, непременно, мы, или наши дети, или наши внуки будут так жить. И до последнего своего вздоха я буду делать всё, чтобы приблизить этот момент.
А вам, покинувшим свою Родину в тяжёлое для неё время, Бог судья и ваша совесть. Время нас рассудит.
|
|
3.
История ну очень не смешная и совсем не интересная. Можно даже не читать, а просто тупо поставить минус и листать дальше. Вот, думаю, специально тупые тексты писать, что ли. Антирекорд поставить. Хмм, это мысль.
Есть у меня хорошая знакомая, Лена. Ей слегка за семьдесят, но по уровню бодрости и физического здоровья она легко оставит в дураках большинство офисного планктона. Пока молодёжь жалуется на давление от погоды, Лена берет рюкзак и штурмует горы. Залезть на 1300 метров, с грузом и спуститься в тот же день? Пф-ф! И это при том, что накануне она отпахала 12-часовую смену, легла в полночь, а в пять утра уже бодро шнуровала берцы. Мамма миа, женщина-терминатор!
Лена — широкая русская душа, может и рюкзак с барского плеча скинуть и зеленым рублем одарить. Слона на скаку остановит и хобот ему оторвёт. По какой-то неведомой причине я ей приглянулся с первого же похода. Видимо, сработала магия «чистой материнской любви». И сразу уточняю для гусаров: у нас ПРОСТО ДРУЖБА. Разница в 30 лет — она мне как мать.
Но есть в этой героической биографии и слабое звено — внук Санёк. Ой избаловали пацана и мать и бабка, при молчаливом согласии отца! Тот вообще в воспитании сына участия не принимал по ходу, только членские взносы заносил. Санек туда, Санек сюда. " Хочу на баскетбол — на тебе, хочу тряпки — на тебе, хочу, хочу, хочу — да не вопрос!" И шо у нас выросло? Сплошная нецензурщина. Теперь Лена плачет крокодильими слезами "Что мол, выросло-то, за что мне это, ой горе горькое?" Действительно, загадка века.
Апогей случился, когда будущий хозяин жизни пришел как-то ночью бухой в мясо. Лена в шоке, в первый раз такое, давай звонить отцу этого будущего алкаша. Инвестор приехал, а что он может? Попрыгали над бездыханной тушкой, поистерили друг с другом, в сухом остатке разошлись по домам, сильно довольные друг другом.
Утром эта святая женщина купила бутылку водки и с лицом серийного убийцы вылила всё содержимое на голову спящему Саньку. Пробуждение было эпичным. Парень в ужасе:
- А-а-а!!! Кхм, кхр, кха, кха! Что такое? Ты что совсем уже!? Маразм подъехал!?
- Нравится!? Вкусно? Купить тебе ещё водочки? Я сбегаю.
- Нет-нет! Не надо! Не хочу!
- Да ладно! Ты ж теперь взрослый, пить уже можно, давай!
- Не-не-не! Не надо!
- Ну смотри. Не хочешь, давай как хочешь, а хочешь так давай. Я ещё здесь, если что. Свистни, я сгоняю.
Шоковая терапия сработала — у Санька теперь аллергия на бухло. Завязал с первого дубля. Это ж надо. Учитесь, люди.
Потом случилась любовь. Санёк нашел восточную девушку и внезапно осознал, что для полного счастья и гигиены ему не хватает... обрезания. Семейный клан в ауте, а парень непреклонен: «Хочу быть чистым!» Видимо, планировал переезд в жаркие страны, где без этого тюнинга жизнь не мила. На аргументы о том, что миллионы «негигиеничных» людей как-то выживают, Санёк только высокомерно молчал. К счастью, любовь завяла раньше, чем дошло до скальпеля. Гигиена спасена, до следующей знойной красавицы.
Но Лена не унимается. Недавно нашла у него в комнате женские трусы. У человека советской закалки логика простая: если вещь не на тебе, значит, ты — извращенец и фетишист. Мы пытались объяснить, что радоваться надо — хуже было бы, если бы трусы оказались мужскими. Не помогло. Лена осталась при своем мнении, продолжая проводить регулярные обыски.
Теперь её будни — это борьба с газировкой и сигаретами. Сиги — в помойку, лимонад — в унитаз, а пустые бутылки, скрученные в бараний рог, ехидно водружаются на видное место в комнате внука. Санёк в бешенстве, обещает поставить замок, Лена обещает новые репрессии. Веселье, как в лучшем реалити-шоу.
Сейчас Санёк уехал учиться за бугор.
У Лены трагедия, плачет:
- Как я скучаю без него!!! Не за кем следить, не с кем ругаться, голову интригами не загрузить.
Тот тоже хлебнул жизни за пределами уютного гнезда, поумнел слегка. Звонит:
- Я тоже очень соскучился по вам, бабуль!
Ну, что ж, будем надеяться, что этот сериал будет со счастливым концом. Или хотя бы не грустным.
Соломон, по ГОСТу, горячий привет.
|
|
4.
[b]Смертельный закос под невменяемость[/b]
ПРЕДИСЛОВИЕ. Истории, о которой я расскажу, уже примерно шесть десятков лет. Но она крепко врезалась в мою детскую память, может, отчасти оттого, что за всю последующую жизнь я ни с чем подобным не сталкивался.
А побудила меня изложить ее история с Долиной и продажей ее квартиры с последующей судебной отменой продажи без решения о возврате полученных Долиной денег покупателю. Пока что там очень много тумана в главном после закрытого судебного рассмотрения: 1) была ли установлена недеспособность Долиной при продаже, а если не была установлена, то при чем здесь добросовестный покупатель квартиры и то, как Долина распорядилась полученными от покупателя деньгами, либо при чем покупатель, если эти деньги были насильно у Долиной отняты, неважно психически или физически; 2) откуда появился единственный покупатель на квартиру Долиной, продаваемой по цене вдвое ниже рыночной, ведь куча риелтеров должна была набежать на такую дешевку; 3) почему полностью отсутствуют комментарии о том, исследовался ли возможный сговор между мошенниками, обманувшими Долину с деньгами, и покупателем квартиры за дешевку.("Было хорошо, было так легко/Но на шею бросили аркан/Солнечный огонь, атмосферы бронь/Пробивал, но не пробил туман...")
В отличие от упомянутого закрытого суда, в моей истории, полной драматизма, был полностью открытый суд, и более того, по характеру своему даже показательный. Тем не менее, ряд вопросов по существу до сих пор остался для меня без ответа.
Эта история, возможно, обогатит читателя иным ракурсом взгляда на закос (имитацию) под невменяемость. Во всяком случае, сам я такого ракурса больше за жизнь не встречал.
Судите сами.
САМА ИСТОРИЯ. Середина 60-х, райцентр удаленного захолустья Целинного тогда края. Телевидения в этом райцентре из-за большой удаленности от города там тогда не было еще совсем. Народ, издревле всегда желавший "хлеба и зрелищ", хлеб имел первоклассный из хорошего целинного зерна, а информационную потребность значительно удовлетворял устными средствами. А из видео самыми значимыми были полеты ракет с Байконура на темном небосводе и атомные грибы днем (последние к середине 60-х уже прекратились, а телевидение еще не пришло, но уже пришли будоражущие слухи о том, что собираются строить ретранслятор! Но пока народ оставался активным в устных каналах информационного обмена).
И вот поселок потрясла весть: Убийство молоденькой девушки! С одновременным ранением в руку парня с ней,- одним выстрелом из ружья! Убийца успешно задержан милицей практически прямо на месте преступления! Несмотря на время немного после полуночи темной весенней ночью и отсутствие освещения на месте преступления! Парень с девушкой сидели на лавочке возле детского садика, судя по последствиям выстрела, в обнимку. И, фантастика, неподалеку от места преступления жил молодой очень спортивный милиционер из спортивной семьи (брат его был физруком в нашей школе) со звучной русской фамилией, и он не спал, а стоя в одних трусах гладил брюки своей милицейской формы. И он услышал звук выстрела и затем истошный крик, выскочил тут же в чем был и разглядел убегающего человека с ружьем, настиг его, скрутил и доставил в милицию, до которой было несколько сот метров.
И вот убийца сидит теперь в милиции. Стали появляться и другие подробности. Парень был русский, кричал так истошно, что некоторые жители вблизи тоже его слышали. Убийца- глава казахской семьи, накануне у него дома были гости, хозяин напился и отрубился. Гости через некоторое время к полуночи разошлись. Хозяин после полуночи проснулся, вышел из дому с ружьем и совершил преступление. Затем стали появляться несколько иные подробности: Вместе с гостями ушла и жена, а хозяин, проснувшись и не увидев жену дома, по-видимому, решил, что та пошла блядовать, пошел с ружьем искать ее, чтобы застрелить за измену. И дальше выдвигалась версия, что он с пьяных глаз спутал сидящую с парнем девушку со своей женой и выстрелил.
На этом слухи затихли, за исключением того, что убийца все еще сидит и сидит в местной милиции, в областной центр его не отправляют, как обычно бывает при особо тяжелых преступлениях, видать, не могут никак решить, как с ним поступить. Широко было известно, что совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения является отягчающим фактором. Но с другой стороны, если человек совершил преступление в приступе белой горячки, то его в тюрьму вроде не садят, а отправляют в психушку.
Летом поселок потрясает другая весть: Убийцу никуда не отправят, его будут судить на месте, но ПОКАЗАТЕЛЬНЫМ судом, и, возможно, расстреляют! Для этого прибудут люди из областного суда.
В моем школьном умишке возникали картины, наверное, из фильмов о гражданской или первой мировой, где по приговору скоротечного полевого суда человека расстреливают перед строем! И здесь соберут, наверное, представлял я, народ на пустыре, быстро осудят и расстреляют. Показательно.
Все оказалось прозаичней. Прибыл состав выездной сессии областного народного суда. Местом проведения этой сессии был выбран зал Районного дома культуры. Вход- свободный. За исключением свидетелей, которых держали за закрытыми дверями в соседнем помещении и вызывали по одному. И их назад уже не выпускали из зала до окончания заседания.
Я пробрался, стараясь быть неприметным, чтобы не выгнали, в до боли знакомый мне зал, на сцене которого я играл самого Ленина на худсамодеятельности-лениниане, да так, что своим чудовищным искажением образа вождя мирового пролетариата вогнал в страх весь зал из родителей и учителей! (подробности в https://www.anekdot.ru/id/1324499/). В неосвещенном зале на 120-130 мест было примерно 20-40 зрителей на разных заседаниях. За все заседания я не заметил больше ни одного детского лица в зале.
Сцена была хорошо освещена, и на ней располагался состав суда и другие участники процесса. Хотя это и вызавало, на мой взгляд, ассоциации с театральным действием. Все приехавшие члены суда были европеидного вида, выглядел также типа русским и адвокат. Из "народного радио" я узнал, что это был не назначенный судом адвокат, а нанятый за деньги женой обвиняемого. При это, как оказалось, жена эта по прибытии адвоката обратилась за денежной помошью к людям, потому что приготовленные для адвоката деньги, со слов жены, кто-то спер через открытое окошко, деньги якобы лежали на подоконнике. Ей вроде помогли.
Подсудимый был возраста лет эдак 35-40, на вид типичный клерк, в черном костюме, белой рубашке и черном галстуке, по-юношески стройный, двигался в этой одежде совершенно непринужденно. Интеллигентное казахское лицо, умный взгляд широко раскрытых глаз. Такого рода люди работали в районных управленческих структурах типа райфинотдела, банка, совхозных управлений и др. Я зашел не в самом начале и, по-видимому, пропустил оглашение его анкетных данных. Говорил он на хорошем русском языке. Суд его подробно расспрашивал о его действиях, непосредственно предшествующих преступлению. Он рассказал про гостей, про то, как лег спать, про то, как потом с ружьем вышел из дому, а зачем, не может вспомнить. А что было дальше, ничего не помнит. Совершенно. Вплоть до следующего дня, когда он очнулся в милиции.
Жена его совершенно спокойно на допросе сказала, что когда муж вышел с ружьем из дому, она спала, и посему ничего не видела и не слышала (В то время как в народе до этого уверенно говорили, что жена тогда ушла с гостями!).
Милиционер, который в одних трусах задержал и доставил обвиняемого, показал в качестве свидетеля, что тот явно удирал с места преступления, и ничего неадекватного милиционер в действиях обвиняемого не заметил.
Но самую крупную вишенку на торт положил милиционер, дежуривший в ту ночь в милиции, тоже привлеченный как свидетель! Это был молодой, с сержантскими лычками парень-казах, высокий и с армейской выправкой, говоривший четко и коротко. То ли это был недавний след от армии, то ли еще вдобавок какая- нибудь школа/курсы милиции. Он показал, что задержанный вскоре после его привода попросился в туалет. Милиционер туда его отпустил. Это был деревенский дощатый сортир во дворе милиции. После того, как задержанный вернулся назад, милиционер пошел осмотреть сортир, и обнаружил в выгребной яме нож. (Не знаю, входила ли такая проверка в должностную инструкцию дежурного милиционера или нет, но я в любом случае снимаю перед ним шляпу за добросовестную службу!).
И словеса обвиняемого о том, что он ничего не помнит, в пересечении с показаниями двух милиционеров, похоже, у всех стали восприниматься как явное фуфло.
Адвокат в своей речи, неяркой, маловыразительной, которую я не всю понял, явно акцентировал, что подсудимый не отдавал себе отчета в том, что тогда делал.
Суд завершил очередное послеобеденное заседание.
В народе поползли слухи, что суд определяется между двумя вариантами- 15 лет либо расстрел. Тогда не то что пожизненного, но даже больше 15 лет не давали. В народе пошли недовольные суждения: это явно много,- за убийсто на почве ревности тогда давали 8 лет, а если у него было помрачение сознания, то его вообще не в тюрьму, а лечить должны!
На следующий день к нам домой зашел один знакомый молодой, живший неподалеку. Он был взволнован и сходу начал говорить моим родителям, что что мол такое творится, одни русские в суде, и казаха засуживают! Если суд приговорит его жестоко, то МЫ его у суда отобьем!
Один из моих родителей спросил его, а дальше что, вы собрались воевать с властью? На что горячий молодой ответил, что они его в горах спрячут, в пещере! И, быстро допив чай, удалился.
То ли в 3, то ли в 4 часа пополудни было объявлено заседание с оглашением приговора.
Я пошел, с некоторым мандражом, а вдруг там будет как в фильмах про басмачей, с перестрелкой?
В зале было все как обычно, в полутемном зале как обычно было немноголюдно. Но тут произошло то, что на прежних заседаниях никогда не было: Из бокового входа один за другим стали быстро выходить милиционеры, которые быстро, будто хорошо отрепетированнно, расселись полностью на двух передних рядах. Ни одного знакомого лица я не успел разглядеть, как и ни одного белокожего. Они все были как на подбор высокого роста, атлетического телосложения, в сапогах, с портупеей и с кобурой на боку. В одном ряду было где-то 12-16 мест, точнее не вспомню.
Ввели подсудимого на сцену. Судья огласил приговор, которым подсудимый за убийство без мотива приговаривается к высшей мере наказания- смертной казни через расстрел. (Именно так: к смертной казни через расстрел, а не к расстрелу).
-Подсудимый, Вам ясен приговор?
-Да. (Совершенно спокойным будничным голосом)
После чего милиционеры с первых двух рядов молча и быстро перестроились в две шеренги перед сценой, лицом друг к другу, на примерно метровом расстоянии между шеренгами. И между этими шеренгами повели приговоренного, к двери по направлению к заднему выходу, к крыльцу которого привозили на воронке подсудимого.
Я стремглав, боясь опоздать, побежал через передний выход к заднему крыльцу. Воронок стоял с окрытой задней дверью, в полуметре от стены, нависая днищем над верхом крыльца сантиметров на 20- 30. Кроме меня, ни людей ни машин рядом не было. Появление дополнительного "взвода" отборной милиции, возможно, охладило горячие умы. Появился из открытого дверного проема приговоренный, он своими ногами шагнул в воронок, и тот почти что сразу поехал. По направлению в центр поселка, где находилась и милиция. Никакого сопровождения не было. Он так один и ехал, пока не скрылся из виду.
В народе говорили, что приговоренных к расстрелу отправляют на урановые рудники, там они больше 2-3 лет не живут.
Где-то через год отец, придя домой обедать и садясь за стол, сказал матери, что сейчас видел судью, и тот сказал, что из соседнего областного центра пришла бумага о том, что приговор приведен в исполнение.
Жену приговоренного я больше не видел и ничего о ней не слыхал. Может, перехала к родственникам.
П.С. Что творилось в головах участников процесса, до сих пор остается предметом размышлений.
1. Адвокат: Полагаю, что он почти что сознательно подводил подсудимого к расстрелу, отрабатывая свои бабки за то, чтобы реноме жены подзащитного осталось судом незапятнанным. Трудно представить, чтобы он надеялся на то, что суд не зацепится за факт, что подсудимый через считанные минуты после убийства вполне осознанно избавлялся от улик, в том числе сбросил свой нож в сортир.
2. Суд: Не удосужился задуматься, может ли человек, будучи в здравом уме, ранее ни в чем криминально не замеченный, вдруг взять да и убить без всякого мотива другого незнакомого ему человека. И не удосужился допросить других гостей о деталях завершения званого ужина.
3. Про психологический расклад супругов не берусь размышлять вслух. Не Достоевский.
П.П.С. Полагаю, что те два ряда милиционеров прибыли из города главным образом для обеспечения безопасности суда после получения тревожных сигналов о настроениях в народе. И, возможно, они сопровождали и суд и воронок в дальней степной дороге до областного центра. Где из-за каждого холма можно ожидать неожиданность.
Возможно, это был некий прообраз ОМОНа.
П.П.П.С. В фильме "Вокзал на двоих" главный герой берет вину за совершенное женой ДТП на себя ради того, чтобы его жена не попала в тюрьму. Благородно!
Но не припомню ни одного произведения, чтобы муж брал вину жены на себя, при этом осознавая, что получит смертный приговор.
|
|
5.
И Родина щедро кормила меня картошкой с тушенкой…..
После окончания техникума в родном Новокузнецке судьба (и немного фортуна) забросила в 1992 году нас, четверых особо отличившихся студентов, в Москву, продолжать грызть гранит науки в Государственной Академии Управлении (что на Выхино).
С деньгами тогда не то чтобы было плохо. Их просто не было. Особенно в самом начале, когда мы только приехали.
Чтобы студенты питались не только этим самым гранитом науки, наши родные подкармливали нас железнодорожными посылками-передачками, состоящими, как правило, из картошки, тушенки, макарон, детского питания и различных вареньев-соленьев — что у кого было в подвалах и закромах или выдавалось в счет зарплаты.
В то время передача этих посылок выливалась в самую настоящую эпическую сагу со стороны как отправляющих, так и встречающих.
При отправке я, в силу понятных причин, лично не присутствовал, но, судя по обрывочным рассказам непосредственных участников, это был «веселый» квест.
Сначала упакованную в картонные коробки снедь нашим героическим родственникам нужно было дотащить до неблизкой остановки автобуса на Ильинке, дождаться его (ходили они по никому не понятному расписанию с интервалом от получаса до полутора), с боями влезть, потом пересесть (так же с боями) на другой автобус на Запсибе, идущий уже до ж/д вокзала, дотащить посылки до поезда, плюс как-то договориться с какой-нибудь проводницей-бессребреницей на провоз этой контрабанды за шоколадку.
Все это занимало часа 2-2,5 в одну сторону, поэтому в конце этой эпопеи они по праву могли насладиться строками из известного фэнтэзи - стиха Маяковского, написанных про героических людей Новокузнецка, которые по периметру «опоясывали» площадь перед вокзалом «Я ЗНАЮ-ГОРОД БУДЕТ, Я ЗНАЮ-САДУ ЦВЕСТЬ, КОГДА ТАКИЕ ЛЮДИ В СТРАНЕ В СОВЕТСКОЙ ЕСТЬ», понимая, что - да, действительно, есть…
Со стороны же встречающих основная проблема была в том, что для получения этих даров волхвов нужно было встретить на вокзале прибывающий в 5.20 утра поезд Новокузнецк-Москва.
Ни на первой электричке, ни на метро к этому времени мы никак ни успевали, поэтому был выбран единственно возможный для нас вариант — ночевка на вокзале.
В то время Казанский вокзал, куда приходил наш продуктовый поезд из Кузни, представлял собой дикий микс из цыганского табора, ночлежки для бомжей, КПЗ и базара.
Прибыв в час ночи на последней электричке и офигев от такого шапито, мы поняли, что ночь нам предстоит долгая и «веселая» - сесть там было некуда, не говоря уже о том, чтобы прилечь.
Побродив по окрестностям вокзала, мы набрели на стоящую на запасных путях с открытыми дверями электричку, где и решили заночевать. Была уже середина осени, электричка, конечно же, не отапливалась, но там хотя бы можно было лежать.
Правда, недолго мы «нежились» на деревянной скамейке, по удобству больше похожей на орудие инквизиции, т.к. нас довольно скоро выгнали оттуда доблестные стражи правопорядка, дозором обходившие свои владения.
Они сильно удивились присутствию там нашей гоп-компании — судя по всему, мало какой бомж приходил ночевать туда в такое время года.
Хорошо, что мы в то время всегда с собой носили волшебный документ - студенческий билет. При его виде милиция, как правило, теряла к тебе всякий интерес — ибо что взять с безденежных студентов.
Пришлось возвращаться обратно на вокзал. Поскитавшись по нему какое-то время, кое как нашли где присесть. Я отчаянно пытался хоть немного покемарить — перед этим всю ночь что-то праздновали, да и до этого мой сон не отличался продолжительностью и регулярностью в соответствии с заветами дедов и прадедов - «гуляй, пока молодой».
Но поспать не очень получалось. В памяти из той ночи остались обрывочные воспоминания:
….1:45 Тормошат — с трудом открываю глаза— вижу пару каких-то подозрительного вида мужиков с бегающими глазами
- Брат, купи золотое кольцо, 785 проба, за полцены отдам, очень деньги нужны.
- Мужики, такой пробы не бывает, идите продавайте свою блестящую медяшку где-нибудь в другом месте
….2:10 Кто-то нудно и плаксиво гундосит над ухом:
- Подайте денежек на пропитание, мы сами не местные, дом сгорел, билеты украли, деньги отобрали и пр.
- Твою ж мать, отстаньте, вон мужики золото продают, у них попросите.
….2:50 Опять будят — на этот раз непонятно что ищущие и проверяющие очередные граждане милиционеры
— Здравствуйте, ваши документы, что делаете ночью на вокзале?
Снова показываем студенческие, попутно рассказывая про то, что нам с малой Родины картошку передали, чтобы с голоду не померли, поезд ждем-встречаем. Магический билет снова сработал - эти тоже отстали.
….3:10 Крики и шум в углу — доблестная милиция кого то «отоваривает», видимо, что-то в документах или в ответе не понравилось…. Да дайте ж уже поспать!
…..3:45 Только прикорнул — опять настойчиво трясут, теперь какие то коротко стриженые рожи в кожанках и спортивных костюмах
- Мы из такой-то-там бригады, курируем Казанский вокзал, чтобы у вас не было проблем - нужно нам заплатить за нахождение здесь ночью.
Опять по схеме — мы студенты, ждем посылки с едой, сами не местные, в общем - откуда в жопе алмазы. Но с этими так просто не прокатило
- А что это у вас тут за коробки? За их отправку налог - делитесь с нами их содержимым.
Но у голодных студентов хрен так просто что-нибудь отожмешь. Быстрее всех проснувшийся Вадик живо сориентировался:
- Так там пустые банки, зачем они вам?
- Какие еще нах#й банки, хорош 3,14здеть.
- Обычные, стеклянные — домой обратно отправляем.
В подтверждение Вадик пинает коробку с этими самыми банками, откуда раздается характерный звон (да, пустые стеклянные банки от присылаемых солений были священны и неприкосновенны, их ни в коем случае нельзя было оставить себе или не дай бог выкинуть — нужно было вернуть домой, чтобы они были заново наполнены, закатаны, отправлены - дабы круг замкнулся).
Гопники-крышеватели так сильно охреневают от такого когнитивного диссонанса (судя по всему, отправки пустых банок за много тысяч верст в их практике еще не было), что резво отваливают, не став проверять остальные коробки (хотя там как раз и был джентльменский набор новокузнецкого спекулянта начала 90-х — костюм Adidas-Adibas-Abidas разной степени аляповатости, ликер Амаретто и кроссовки из свежеубитого дермантина с тремя коряво пришитыми полосками — несколько предприимчивых новокузнецких родственников и знакомых передали деньги на приобретение этого сокровища за малую толику оного).
…..4:20 - Молодой, красивый, дай тебе погадаю, всю правду расскажу.
Блин, как же спать хочется, главное- не придушить кого-нибудь — аж Антон Павлович Чехов вспомнился с его рассказом про то, до чего доводит длительная бессонница.
- Златозубая гражданка, шла бы ты от греха куда подальше гадать — вон, например, тем коротко стриженным, когда их дальняя дорога с казенным домом ждет.
….5:15 - Граждане встречающие, поезд Новокузнецк-Москва прибывает на 3-й путь.
Ура! Наконец-то! Посылки забрали, банки и не только передали, а через пару часов на горизонте уже маячила первая пара в академии.
Только сейчас, вспоминая это, начинаешь осознавать, какая жопа тогда творилась, если нормально было отправлять картошку из Новокузнецка в Москву и пустые банки обратно, и как всем приходилось пахать и крутиться, чтобы из нее как-то выбраться. В то время как-то не особо задумывались об этом — «что думать, прыгать надо».
Поэтому большое спасибо всем родным и близким, кто помогал нам выживать в это непростое время.
С другой стороны, нет худа без добра - та ночь сильно замотивировала меня искать другие источники дохода-пропитания, и вскоре я стал отправлять домой вместо пустых стеклянных банок вполне себе полные с кофе, и появилась возможность не катать картошку - путешественницу через полстраны.
Но это уже совсем другая история.
|
|
6.
Эквадор - страна красивейших женщин, которые следят за собой, как россиянки. Это было в начале нулевых. A также там было очень много «Жигулей», которые гоняли по горным дорогам, но эти «Жигули» были еще советского выпуска.
Кито — столица Эквадора. Ну, почти столица, если не придираться к географии. Город стоит прямо на экваторе — то есть солнце там не просто светит, оно висит над тобой, как лампа допроса, и говорит: «Ну что, признавайся, зачем ты сюда приехал?»
Высота — три тысячи метров. Это не шутка. Когда выходишь из автобуса, у тебя не столько чемодан тяжёлый, сколько воздух лёгкий — его просто нет! Дышишь, как будто экономишь кислород для следующих туристов.
А климат — благодать! Всегда двадцать градусов. И днём, и ночью, и зимой, и летом — термометр там в отпуске, не двигается. Погода — как в рекламе кондиционеров: идеально, скучно, стабильно. Даже местные не знают, что такое «плохая погода» — максимум, если кофе остыл.
Но самое интересное — это путь туда. Аэропорт у них, видите ли, не в Кито. Потому что в горах самолёты садить некуда — там и коза-то не всегда сядет!
Эта история не о красивых женщинах, а о безумных водителях Эквадора.
Так что едешь ты наверх по серпантину, крутому, как курс доллара. И вот только ты привык к виду облаков под ногами, как водитель вдруг решает, что обгонять на поворотах — это эквадорский вид спорта.
Когда вы на дороге, тo рядом с вами едут и профессора, и воспитанные люди, и не очень. Поэтому на дороге много конфликтов возникает. Это как раз про таких водителей, которые не оценивают риск как следует.
Ну, в общем, про дураков на дорогах...
Едем мы, значит, вверх по дороге в Кито — того самого, что в Эквадоре, а не в Японии. Дорога — как спагетти, навитая вокруг гор, внизу — облака, наверху — коза на обочине и крест в память о предыдущем водителе.
Наш шофёр — весёлый парень по имени Пабло. В его глазах сверкало то ли солнце, то ли адреналин. Он ехал быстро, будто опаздывал на собственное переизбрание.
— Пабло, — говорю, — не обгоняй на поворотах!
Он кивает, улыбается и… на следующем повороте снова выскакивает на встречку.
Встречные сигналят, тормозят, кто-то крестится, кто-то фотографирует. Я уже мысленно пишу завещание, а Пабло радостно говорит:
— Сеньор, не бойтесь! Здесь все дороги с двумя полосами: одна вперёд, другая — на тот свет!
Через пару километров пробка — внизу «Жигули» под автобусом, как бутерброд. Не все живы, двое с заднего сидения что уцелели, выглядят так, будто получили персональное приглашение от Сан-Педро.
Показываю Пабло на аварию:
— Видишь?
Он кивает с важным видом:
— Конечно. Плохой водитель. Надо было обгонять быстрее!
|
|
7.
ВНЕ ЗОНЫ ДОСТУПА.
Историей Mghost о потерянном телефоне навеяло)).
Утро на японском предприятии, которым я остался рулить после отъезда японцев, началось интригующе. Стук в дверь кабинета, робкая пауза и в приоткрытой двери показалось застенчивое лицо нашей новой упаковщицы Татьяны.
- Виктор Сергеевич, доброе утро, я нашла это в женском туалете, на раковине, - в ее протянутой руке поблескивал синим небольшой телефончик, - это не наш, я уже всех поспрашивала.
- Положи на стол, я разберусь, - мне в ухо параллельно бубнил головной офис, я читал квартальный отчет и краем глаза отслеживал падающие в ящик письма.
Раскидав основную рутину, я вызвал к себе по очереди руководителей отделов, и поручил им осторожно вычислить хозяина телефона. К обеду Танюхина версия подтвердилась – никто из наших телефон не терял. Интересно девки пляшут... Сегодня понедельник. Значит телефон, скорее всего, появился здесь в воскресенье, когда дежурила вторая смена.
Тем временем слухи о таинственном телефоне, найденном на закрытом предприятии, уже поползли по отделам. Я основательно потряс своего осведомителя и выяснил, что вчера наш 50-летний красномордый сервис-инженер Серега в воскресную смену решил, так сказать, совместить приятное с очень приятным и вызвал проститутку. На секретное предприятие! А-хре-неть! Под камерами и через проходную!!! Как уж там они развлекались, осведомитель тактично умолчал. Но тетя в запаре забыла телефон, когда прихорашивалась в туалете.
Серега, сука, значит, ты тут вместо профилактики оборудования и заточки ножей… Ах ты ж..
Однако. Телефон запаролен, никто на него не звонит, а Серега не колется. Меня ж дико разбирает любопытство. Сам я никогда не пользовался подобным сервисом и мне оччень интересно было, что ж за кралю купил себе наш толстопузый, жадный и вечно недовольный коротышка Серега.
И тут, словно прочитав мои мысли, телефон игриво засветился, и зазвучала веселая мелодия. На экране было написано «МАМА». Я молнией метнулся к нему:
- Алло, здравствуйте, не бросайте трубку, ваша дочь забыла свой телефон у нас в офисе» - вскричал я.
- Да… Знаю… Это я…, - низкий голос, с хрипотцой, с паузами, словно в сомнении.
Я не хотел, чтоб она приезжала на работу. И назначил ей встречу на нейтральной территории. Сегодня же.
Тогда я был молодым руководителем, и многие вещи еще делал сам. К тому же. Мне очень хотелось ее увидеть. Этот спокойный низкий голос. Без истерик, без условий, без извинений и благодарностей. Это было так необычно… И так волнующе…
И вот, на парковку возле большого торгового центра медленно въехала потрепанная, тонированная в ноль ауди. Из нее, озираясь, вышли два дюжих, бритых наголо парня. И… чуть позже, с заднего сидения выпорхнула небольшого роста, хрупкая девушка в черной кожаной куртке, мини-юбке и ярко-рыжими волосами. Ей на вид было не больше 16..
Я, ошарашенный, вышел из машины и направился к ним. Пацаны, с интересом оглядев меня, деловито забрали телефон, пожали мне руку и, буркнув: «Тетеря», затолкали девчонку обратно в салон.
«Охх… И вот этот ребенок прошлой ночью приезжал к Сереге???» - я потянулся за сигаретой и заглушил двигатель…
|
|
8.
Со слов приятеля- что- то его на воспоминания молодости потянуло. Как у людей за короткое время может меняться настроение.
Петербург. Начало девяностых.
Жена моя, пока дети не подросли, не работала. А на лето они уезжали на юг – к тестю. Солнце, фрукты, пляж- курорт. А я оставался один в городе, деньги зарабатывать и охранять квартиру.
Однажды мы с корешем за компанию наохранялись так, что проснувшись утром, я думал, что умру, и жалел, что не умер вчера.
Блин, это сколько ж мы накануне выпили- то? Помню, что ещё в "24 часа" ночью ходили- догоняться. Валерка только под утро ушёл, а я отключился. Так и заснул, не раздеваясь.
Смотрю на себя в зеркало – башка всклокочена, глаза красные, небрит – красавец. И мысли как- то туго шевелятся – даже до конца додумать не получается – но ясно одно – организм срочно требует лекарства.
Сую в карман каких- то денег, ключи, тапки надел – до ближайшего ларька метров сто. Выхожу на улицу- лето, солнце, граждане довольные спешат по своим делам. Красота.
Небольшое отступление. Замок на входной двери имел ехидную особенность – если снаружи ключ поворачиваешь на сто восемьдесят градусов, он отпирается, а если только на девяносто – дверь заперта, но открыть её можно только изнутри. Именно так я её и запер- рука дрогнула. Правда понял я это не сразу.
Ларёк, пиво – реальность постепенно возвращается, можно перевести дух. Сижу на лавочке в сквере, улыбаюсь, в себя прихожу. Отпустило. Взял ещё пивка, пора домой.
Ага. Не тут то было. Стою перед запертой дверью, ключ ни туда ни сюда не повернуть. Зае…ись, приехали. Для пущего осознания ситуации – первый этаж, на окнах решётки, дверь стальная, усиленная. В кармане ненужные ключи, немного денег, тапки на босу ногу, мятые штаны, футболка. Семья на юге, в квартиру не попасть, что делать – не знаю.
Это сейчас вытащил телефон из кармана, нашёл в интернете ближайшую компанию- «Вскрытие замков», через час- полтора всё в порядке. А тогда- справочник «Жёлтые страницы», и звонить из телефонной будки.
- Бл…дь! БЛ…..ДЬ!!!!
……………………………………………………………………………………………………………………… здесь опять непечатно.
Обошёл квартиру- с улицы вставлял решётки, когда ремонт в квартире делал – вызвал мастеров, грамотно сработали, красиво- в размер, и солидно – такое ломать жалко. А со двора – от прежних жильцов досталось – похоже сами ставили, да и решётки спёрли откуда- то- не по размеру – снизу сантиметров на пятнадцать- двадцать выше подоконника, а до верху вообще не достаёт – но туда и не допрыгнешь, в принципе защитная функция сохраняется.
О, что вспомнил- на кухне, где окна во двор, на окнах шпингалетов нет, отломаны – рамы просто так закрываются- сдвинешь потуже- нормально держится. Дом девятьсот двенадцатого года, центр, старый фонд. Потыкал кулаком, открыл. Не, мне в эту щель не пролезть – наивная идея.
Вышел опять на улицу – глядь, двое пацанов, лет по шесть- семь.
- Стоп, граждане, мне нужна ваша помощь!
- Вам чего, дяденька?
- Пошли, покажу.
Входим во двор-
- Вот смотри, я тебя сейчас подсажу, заберёшься в окно- на кухню. Оттуда направо, через коридор в прихожую. Нужно просто открыть замок на входной двери – он снаружи не открывается- мне домой не попасть.
Пацаны оказались понятливые- пока я одного в окно запихивал, второй мне говорил, что он спортом занимается, тоже запросто пролезет.
Ровно через полминуты я был уже у себя в квартире. Уф.
- Э, погодите! Возьмите вот, на мороженое вам – спасибо, вы не представляете, как меня выручили.
Отдал им все деньги, что в кармане оставались.
Посидел. Помолчал.
Открыл бутылку пива и пошёл готовить себе завтрак. Никогда я ещё не завтракал с таким аппетитом и удовольствием. Да и абстиненция куда- то улетучилась…
|
|
9.
Пансионат «Солнечная Нефтянка» c грудастыми фотомоделями c ногами от ушей.
В Венесуэле есть озеро, которое все называют Маракайбо. Озеро полусолёное, неглубокое, с линиями электропередачи прямо поверх воды и железобетонными скелетами брошенных платформ — будто динозавры нефтяной эры решили искупаться и передумали. Там же — одно из старейших в мире нефтяных месторождений.
Я приехал во время кризиса 2009-го и сразу увидел перспективу: рай для пенсионеров! Зимой +20, летом +27, солнце — безлимит. Ставим коттеджи с солнечными батареями прямо на заброшенные буровые платформы, моторку у крыльца — и живи себе: хочешь — в большой город, хочешь — через пролив в Карибское море. Главное — не забывать, что на дне лежит метр тяжёлой нефти, как слой шоколадной глазури. Только шоколад этот… на вкус — асфальт.
— Это у нас маракайбский «Наполеон», — пояснил Педро, местный специалист по всему. — Нижний слой — битум, верхний — морская соль.
Наши водолазы, чинившие подводные нефтяные трубы, после погружения вылезали чёрные и блестящие, а потом долго отмывали водолазные костюмы… бензином. Дельфины при этом живут как ни в чём не бывало, блестят как новенькие автомобили. Крабы тоже бодры — иногда слишком. Наши как-то наловили, сварили… Один краб оказался у меня в тарелке и сразу объяснил, почему морепродукты иногда называют «нефтепродуктами». Больше я в гастрономические эксперименты не лез.
Зато с бензином вышла романтика. Там он стоил пять центов за литр. Пять! В другой реальности это почти бесплатно — как улыбка или совет тёщи. Я приехал на базу за сорока тоннами топлива, а мне выдали ещё семьдесят «сверху» — акция щедрости. По нефтебазе ходили военные с оружием, присматривали за директором и персоналом — как при совке парторги. Если экономика неэффективна, ей требуются такие надзиратели для порядка.
— Ребята, вы, кажется, переборщили, — говорю.
— Ничего страшного, — улыбается стивидор. — Море большое, всё поместится.
От этих слов на душе стало тепло, как у греческого капитана, который покупал десятки тонн советской нефти за пару джинсов и каталог «Quelle».
Ночь перед вылетом домой я провёл в гостинице при казино. Столы длиной в десятки метров ломились от яств, сногсшибательные венесуэльские официантки пленительно улыбались. Прогуляться по вечерним улицам Маракайбо не удалось — слишком опасно: говорили, что ночью лучше не останавливаться на красный — ограбят; патрули и «птенцы Чавеса» останавливали всех подряд. В Венесуэле так и шутят: «На красный ночью не тормози — береги кошелёк».
Утром дельфины проводили меня до пирса. Хорхе подпрыгнул ещё раз, как печать «сдано». Ветер пах свободой, манго и слегка — октаном. И я подумал: если где-то и строить дорогу к светлому будущему, то здесь асфальт есть точно.
Рейс был через Майами. Венесуэльцы нас не проверяли — от слова совсем. Зато проверяли красивые американские стюардессы — они же исполняли обязанности иммиграционных офицеров. Девушка начала задавать вопросы. Я улыбнулся: «Девушка, почему вы такая строгая? Такие вопросы стюардессам не положено задавать». — «Я сейчас не стюардесса», — ответила она, поулыбалась, поставила штамп — и всё-таки пустила в Майами.
Венесуэла и Россия — сёстры: красивейшие женщины, бескрайнее гостеприимство и расточительное отношение к ресурсам. Чуть не забыл про инфляцию: за год моего пребывания, по ощущениям, боливар рухнул с «четырёх за доллар» до «пятисот», и никто даже не удивился — просто стали улыбаться шире.
А главное — когда бензин по пять центов, смех действительно бесплатный. И иногда этого достаточно, чтобы всё работало. Даже крабы — но их, всё-таки, лучше не есть.
|
|
10.
ПЕСНЯ О КОСМОСЕ
В 1984 году актёр Георгий Епифанцев вспоминал...
У нас есть напротив МХАТа в Москве "Артистическое кафе". Там всегда есть свободные места, там уютно, хорошо... И вот, в это кафе часто ходят космонавты. И очень часто ходил Юрий Алексеевич Гагарин. Я много раз говорил Высоцкому: "Давай подойдём к Гагарину, чокнемся с ним, чтобы потом детям рассказывать, что мы с Гагариным знакомы". Но Высоцкий каждый раз меня останавливал, говорил: "Жора, опять твои кубанские замашки! Ты так сообрази, на что ты замахиваешься?"
Ну, действительно, это неудобно, неинтеллигентно - подойти к человеку, когда он ест, - навязываться. У нас, вообще, с Высоцким была такая игра: что он - интеллигентный, он - москвич, интеллигентный человек, а я - из провинции, такой грубый человек.
Высоцкий никогда не проходил мимо, если обижали и оскорбляли женщин. Всегда вмешивался, сколько бы их не было, всегда подходил и говорил: "Ну вот, зачем ты женщину обижаешь? Ну что ты пользуешься тем, что я интеллигентный человек, и ничего не могу с тобой поделать? Но вот рядом со мной Жора, он - не интеллигентный, грубый... Жора, давай!..". А потом он уже заступался за меня.
Но нам повезло. Уже в более официальном месте нас столкнула судьба с Гагариным. Познакомили нас с ним, и потом мы сели уже тоже за столик, уже в другом месте. Вчетвером сидели, беседовали долго... И есть свидетель того разговора, тогда он сидел в штатском, приятель Гагарина. Я потом его встретил в военном и очень удивился:
- Ты что, - говорю, - тоже, что ли, космонавт?
Он говорит:
- Да так, немножко…
Я говорю:
- А ну, откинь шинельку - что у тебя там блестит? -
А здесь - две Звезды.
Я говорю:
- Здрасьте! Как твоя фамилия?
Он говорит:
- Моя - Климук.
Он помнит об этом разговоре. И в числе прочего Высоцкий спросил Гагарина: "А вот, если нам придётся играть космонавтов, вот - как там в космосе, чисто по человечески: чем жить, чем дышать? Какое главное ощущение в космосе?" На что Гагарин ответил: "Ну смотрите, - говорит, - я могу сказать, мне-то ничего не будет, но это - государственная тайна. Вам может попасть, если вы разгласите её. Самое главное ощущение в космосе, чисто по-человечески, это - страшно. Вот это чёрное-чёрное небо, вот эти яркие-яркие звёзды на этом чёрном небе... И вот, туда, в эту черноту зачем-то надо лететь".
И вот, через два месяца мы были с Высоцким в Тбилиси, жили в одной гостинице, в разных номерах, но ночью перезванивались, потому что Высоцкий тоже работал по ночам, (другого времени не было) писал. И вот, так в шестом часу вдруг он позвонил: "Жора, бегом ко мне! Если б ты знал, что я написал!". Я ему всегда стереотипно отвечал: "Ну да, прям таки я и побежал! Один ты у нас пишешь, больше никто ничего не пишет!". А он: "Нет, прибежишь, если узнаешь, что я написал, о чём. Я написал песню о космосе!". Конечно, очень большая радость была для друзей, для близких, что Высоцкий стал писать о космосе. И я пришёл к нему, и он прочёл начало песни космических бродяг. Посмотрите, как это написано со знанием предмета... "Вы мне не поверите и просто не поймёте...". Эту песню Высоцкий долго потом обрабатывал, работал над ней, ещё несколько месяцев дорабатывал. Но иногда писал очень быстро. Особенно, если это песни были с юмором. Вот, юмор ему очень помогал работать, и эти песни он писал легко.
В это же утро он вдруг говорит: "Ну ладно, сейчас я эту отложу, потом буду работать, серьёзная песня. А сейчас напишу ещё одну про космос, но с юмором". И взял ручку, и просто не отрываясь, написал песню, которая называется "В далёком созвездии Тау-Кита".
|
|
11.
Подозрительное купе.
Не устану признаваться в любви к поездам. Стук колёс, запах шпал, звон стакана на столике. Но главное — это возможность выспаться. Как только поезд тронулся, и проводница выдала вам накрахмаленное белье, тянешься за матрасом, углы у простыни загибаешь, чтоб не съехала, и взбиваешь подушку. Через час уже посапываешь.
История эта произошла в конце декабря. Я собиралась в Архангельск на Новый Год, но с покупкой билета затянула — оставалось лишь две верхние полки в купе у туалета.
Купе я не люблю. Атмосфера там другая. Нет какого-то единения с пассажирами в вагоне. Сидишь в своей каморке и скучаешь. Да и соседи в купе очень уж важны. 20 часов с ними за закрытыми дверями ехать. «Лишь бы попались адекватные» — молилась я всю дорогу до вокзала.
В своё околотуалетное купе я пришла за полчаса до отправления поезда и ждала попутчиков. Через 15 минут у двери остановилась женщина лет сорока и очень глубоко выдохнула: «Ну слава Богу не мужик!»
Не успела она закончить предложение, как сзади к ней подкрался о боже! мужчина и поинтересовался: «35 место здесь?» Женщина, которая секунду назад так искренне радовалась, помрачнела.
Как оказалось, мужчина и женщина должны были занять нижние полки, я — верхнюю. Второе верхнее оставалось пустым.
Втроём мы уселись на нижнюю полку и молча ждали отправления поезда. На лице женщины читалось беспокойство. Она пристально смотрела на мужчину и пыталась считать с его лица все его наклонности. Возможно, она работала профайлером, и по её выражению лица я поняла — перед нами точно маньяк.
Поезд тронулся, проводница принесла белье, я резво забралась на верхнюю полку, заправила постель и с огромным наслаждением провалилась в царство Морфея.
Через час меня разбудили. Женщина-профайлер аккуратно трясла мою руку и шептала:
— Девушка, вы спите?
Удивительно, что она не смогла считать такое простое человеческое состояние, как сон, с моего сопящего и похрапывающего лица. Уже тогда у меня закрались подозрения, что профайлер она так себе.
Женщину звали Мария, и она очень сильно была взволнована:
— Вы видели мужчину, который с нами едет в купе? Он сейчас вышел, поэтому я решила вас предупредить, что он очень подозрительный тип. Он таааак на меня смотрит.
— Как?
— С вожделением!
— Как? — поперхнулась я.
— Советую вам не спать ночью, я вот точно не буду. Или можем спать по очереди, чтобы наблюдать за ним.
В эту минуту в купе вернулся подозрительный вожделеющий мужчина. Он посмотрел на двух женщин, которые шептались до его прихода и вдруг резко замолчали, прожигая его взглядом. Мой сон улетучился как и надежда на предстоящую спокойную ночь.
Колёса стучали, на столике дребезжал стаканчик чая, а наша соседка пошла в туалет.
— Странная она какая-то, не находите? — обратился ко мне мужчина с нижней полки.
— Кто?
— Ну наша соседка. Что-то смотрит всё на меня, прожигая глазами.
— Все мы немного того, — постаралась я разрядить ситуацию.
Мужчина захрапел, а наша женщина-профайлер вернулась. Она сразу же бросилась ко мне с новостями:
— Я обо всё договорилась. Каждый час к нам будет заглядывать проводница.
— Зачем?
— Проверять мужика.
Теперь сна у меня не было ни в одном глазу. Вот часы пробили 12, и я увидела, как проводница тихонечко заглянула в наше купе. Она осмотрела меня, соседку и мужчину. Всё в порядке. Он спит, а мы с женщиной таращимся.
Ровно через час история повторилась. Проводница приоткрыла дверь и прошмыгнула в купе. Она встала над мужчиной, рассматривая его.
— Спит? — шепнула профайлерша.
— Ага, — ответила проводница.
В этот момент стакан на столе брякнул громче обычного, и мужик открыл глаза. Он увидел проводницу повисшую над ним. С верхней полки на него пялились мои глаза, а сбоку женщина вытянула шею, как страус, и до сих пор старалась прочитать что-то по лицу бедолаги.
— Чаю? — выпалила расстерявшаяся проводница.
— Я хочу домой. Женщины, мне кажется, что вы планируете меня задушить во сне. Ради бога, дайте доехать до Вологды. 4 часа осталось, — взмолился мужик.
В Вологде вожделеющий мужчина выбежал со своими пожитками, даже не попрощавшись.
|
|
12.
Окопы медицины.
Разница между фронтовиками и тыловиками громадная и вряд ли преодолимая, что в военное время что в мирное.
Возьмём, к примеру, мою область — медицину.
Мы, в окопах, воюем, по локти в человеческих трагедиях, в нелёгкой борьбе с недугами, кровью, слезами, грязью и потом.
А вот другая часть медицинского истэблишмента — сидит в чистых кабинетах, строго от 9 утра до пяти вечера,чистенькие, уютные. Меткое их прозвище — « костюмы», suits.
Отношусь я к ним настороженно, бюрократия должна оправдывать своё существование активностью, редко принося пользу и облегчения окопникам, скорее, надоедая своими часто бессмысленными и глупыми ограничениями, новыми правилами и инструкциями.
Я, со своей стороны, боец переднего края, следую больше духу медицины чем придуманным предписаниям.
У меня есть профессиональные рекомендации и стандарты лечения, неписаные законы товарищества и взаимного уважения к коллегам и подчинённым.
Как-то так сложилось — начиная с 17 лет я на передовой, никакого желания быть начальником, просто стараюсь быть настоящим профессионалом.
И надо же было тому случиться — лет 15 тому назад общим собранием врачей меня выдвинули на должность главного врача госпиталя.
Я отнекивался, пока старый и очень уважаемый мною хирург не пристыдил меня — Миша, нас, врачей, мало, каждый из нас по очереди тянул эту лямку, давай и ты впрягайся.
Делать нечего, надо так надо.
Отвлекусь — медицина очень сильно изменилась, врачи из свободных художников превратились в служащих госпиталя.
Раньше, лет 20 назад — мы были решалами, главные администраторы выслушивали наши решения, брали под козырёк и бегом исполняли наши предложения.
Сейчас всё изменилось, кто девушку угощает — тот её и танцует, деньги на наши зарплаты идут из госпиталя, роль цеховой демократии свелась к формальностям, всё решают бюрократы разных уровней.
Отвлёкся, извините.
Итак, я, того не желая, стал одним из начальников.
Занятие очень нудное, работа не пыльная, но скучная до зевоты и дрёмы, я с недосыпу( дежурства никто не отменял!)частенько кемарил на совещаниях.
Что входило в мои обязанности?
Представлять врачей на заседаниях совета попечителей госпиталя, интервью новых врачей, открытие привилегий( самая важная часть моих обязанностей — проверить готовность и способность и степень образования новых врачей).
Многое было в новинку, к примеру, весьма уважаемые коллеги, как и мы все, каждые два года подавали на возобновление привилегий для работы в нашем госпитале.
Довольно толстые файлы: курсы повышения квалификации, поощрения, публикации, наказания и проступки.
Вплоть до вождения в нетрезвом виде 20 лет назад или попытки вынести товар из магазина, не заплатив.
Иногда приходилось отказывать в привилегиях — особенно при попытках что-то негативное скрыть.
Поучительное чтение, надо сказать…
А вот и история.
Расширенное заседание совета попечителей и администрации госпиталя, я припёрся прямо из операционной, в зелёной заляпанной униформе, времени переодеться не было, да и операционная страда не закончилась.
Сижу и дурею от скуки — годовой финансовый отчёт, бубубу, цифры и таблицы, здесь мы деньги теряем, тут вот зарабатываем, зарплаты повысили медсёстрам, иначе их бы сманили другие госпиталя.
Час мытарств, ура, подходит к концу и тут главный администратор объявляет о решении Совета наградить выдающихся работников госпиталя.
Кого это, интересно?
Медсестра? Врач?
Никогда не догадаетесь — две прачки!!
Всех в госпитале знаю в лицо и по имени, от сантехника до дворника — этих двух видел мельком, имён не знаю.
Оказывается, сломалась что-то в прачечной, серьёзно так сломалась, дней десять ремонтировали.
А без прачечной — госпиталь не функционирует, бельё больным, хирургическая униформа — максимум один день запаса чистого белья. А в округ входит и реабилитационный госпиталь и госпиталь для хронических больных.
Так что без чистого белья — никак.
Уже к вечеру первого дня ситуация стала безнадёжной, хоть госпиталь закрывай и выписывай всех домой…
И вот тут эти две пожилые женщины, наши прачки, приняли решение — найти выход из этого безнадёжного положения.
Они, одни, ночью, загрузили грязное бельё и поехали в коммерческую прачечную, работающую круглосуточно, где кидаешь монеты и стираешь, такие прачечные популярны среди студентов, малоимущих и бездомных.
И всю ночь одна занималась стиркой, а другая моталась по ночному городу, разменивая свои кровные на четвертаки.
И госпиталь выстоял, операции шли по плану, пациенты лежали на чистом белье, гордые хирурги переодевались в чистую униформу — обычные будни госпиталя…
Я был потрясён, скажу честно… такая преданность своему делу, знаете, растрогала меня до глубины души…
Воображение у меня богатое — глубокая ночь, спящий город, платная прачечная да бензоколонки, всё закрыто, все спят — а две мексиканские героини сражаются за свой « Титаник»…
Администрация подключилась, им послали помощь и наменяли денег, стало полегче, они спали поочерёдно.
И выдюжили, прачечную починили, их наградили, конечно, и пригласили на Совет попечителей — поблагодарить и выслушать их рассказ.
На ломаном английском они описали свои мытарства, их рассказ был полон юмора, особенно эпизод, когда бездомный бродяга, стирающий свои вещи, увидел всю эту суету и … предложил поделиться четвертаками!!
Считайте меня сентиментальным и пафосным — но эти две женщины преподали мне бесценный урок — успех приходит только в условиях хорошей команды и чувства ответственности — за всё и всех.
Совещание закончилось, все пожимали им руки — я просто подошёл и обнял. И поблагодарил.
Много лет прошло, но я вспоминаю эту историю каждое утро — переодеваясь в чистую хирургическую униформу.
Стало быть, прачечная работает, корабль плывёт, они постирали мне одежду, я даю наркозы, хирурги оперируют, костюмы продолжают бесконечные заседания — « и мир опять катится по своей наезженной колее»…
Это Стейнбек, рекомендую.
Michael [email protected]
|
|
13.
В финской школе питание бесплатное. Организован шведский стол, ребенку разрешено брать столько еды, сколько хочется. Есть отдельные блюда для вегетарианцев, для ребят с аллергией, без глютена, без лактозы. Только хлеба около шести сортов.
И это ещё не всё!
1. Финское образование — бесплатное. И все остальное — обеды, экскурсии, принадлежности для школы — тоже бесплатно. Если ученики живут дальше чем в 2 километрах от школы, их подвозит на уроки и домой школьный автобус. Все это оплачивает государство: на образование выделяется целых 12,2 % общего бюджета страны.
2. Оценочная система в Финляндии 10-балльная, но до 3-го класса в финской школе оценок не ставят. С 3-го по 7-й — оценки словесные: от «посредственно» до «отлично». Свои баллы знает только сам школьник. Ругать за оценки здесь не принято, они используются для того, чтобы мотивировать ребенка совершенствовать свои знания и корректировать его индивидуальный учебный план.
3. К каждому ученику индивидуальный подход
Здесь на одном уроке ученики могут выполнять разные по сложности задания — в зависимости от того, что им по силам. Дети с разными физическими и умственными способностями учатся вместе. Если ребенок не справляется, учителя организуют для него индивидуальные занятия. Дополнительно преподаются и другие предметы, например, родные языки для детей эмигрантов.
Считается, что школьник сам может выбрать, что для него полезнее: когда ему неинтересен урок, он может заниматься чем-то своим — читать книгу или шить.
4. В финских школах нет школьной формы. На уроки можно ходить в чем угодно: никаких требований к одежде не предъявляют.
5. Дети здесь не обязаны сидеть за партой. Во время урока они могут расположиться в креслах или прямо на полу. В теплую погоду уроки проводят на свежем воздухе, на травке возле школы или на специальных лавочках, выстроенных амфитеатром.
6. Домашних заданий очень мало. Финские учителя считают, что дети должны отдыхать и проводить время с родителями, а не за уроками. Домашние задания занимают немного времени и могут быть очень интересными: например, на уроке истории могут попросить взять интервью у бабушки, чтобы выяснить, какой была жизнь в 50-х годах, и найти отличия между тем временем и современной жизнью.
7. А экзаменов нет вообще
Финские учителя говорят: «Готовить нужно либо к жизни, либо к экзаменам. Мы выбираем первое». Поэтому экзаменов в школах Финляндии нет. Учителя могут по своему усмотрению провести контрольную, но обязательным считается только стандартный тест в 16 лет, по окончании средней школы.
8. Здесь учат только тому, что пригодится в жизни. Главное, чему здесь учат детей, — это умение учиться и адаптироваться к новому, постоянно изменяющемуся миру. Зубрить ничего не нужно — ведь можно просто заглянуть в википедию.
9. Все школы одинаково хороши. Выбирать школу в Финляндии не принято, все ходят в ближайшую к дому. Здесь нет «элитных» школ, они все одинаковы: где бы ребенок ни жил, он имеет доступ к учебному заведению с квалифицированными учителями, качественными учебными материалами и полноценным питанием.
10. В школе проводят вечеринки с ночевкой. Иногда дети берут спальные мешки и вместе с учителями остаются в школе на ночь — смотрят кино, играют, спят в спортзале на матах, а утром угощаются завтраком с мороженым. Ну как не любить такую школу? Нам бы тоже не захотелось уходить из нее — ни днем, ни ночью! (с.)
|
|
14.
«Когда первого фрица я убила, ни есть, ни пить не могла». Воспоминания снайпера Антонины Захаровой
Снайпер Антонина Захарова ушла на фронт добровольцем и прошла путь от Варшавы до Эльбы. На ее счету было восемь солдат противника. Девушка проявила отвагу на поле боя, успешно выполнила ряд ответственных заданий. Она всегда заботилась о том, чтобы ее товарищи могли вернуться домой живыми и здоровыми.
В сегодняшнем материале рассказываем подробности боевого пути сержанта. Вы узнаете, за что она была награждена орденом Славы III степени и что вспоминала о войне.
Антонина родилась в 1923 году в Москве. Когда началась Великая Отечественная, девушка училась в восьмом классе. В начале войны Захарова хотела отправиться на фронт добровольцем, но ее не взяли из-за возраста.
Тогда она устроилась токарем на станкостроительный завод имени Орджоникидзе. В свободное от работы время Антонина дежурила на крышах, тушила зажигательные бомбы в бочках с водой или песком. Ее отряд обнаружил немецкую диверсантку, которая подавала световые сигналы самолетам противника.
В октябре 1941 года фронт стремительно приближался к Москве, завод стали эвакуировать в Нижний Тагил. Захарова отказалась уезжать, вступила в комсомол, пошла в военкомат, но получила новый отказ.
Тогда Антонина поступила в ремесленное училище, где изготавливала мины для фронта. После многочисленных просьб девушка все же была зачислена в ряды Красной Армии. В 1942 году она проходила службу в 50-м зенитном полку, который прикрывал воздушное пространство на подступах к Москве в районе станции Булатниково.
Но Захарова хотела оказаться непосредственно на передовой. В конце 1943 года она добилась того, чтобы ее перевели в снайперскую школу. В ноябре 1944 года Антонина прошла курс обучения и попала на фронт под Варшаву. Вскоре началась напряженная боевая работа. Вот что снайпер вспоминала об этом:
«Когда первого фрица я убила, вернулась, ко мне пришел журналист, хотел взять интервью. Чего уж говорила — я не знаю, но я ни в этот день, ни на следующий ни есть, ни пить не могла. Я знала, что он фашист, что они напали на нашу страну, они убивали, жгли, вешали наших, но все-таки это человек. Такое состояние что…
Второго когда убила, тоже было ужасное состояние. Почему? Потому, что я же в оптический прицел его видела: молодой офицер. Он смотрел, вроде, на меня, и я вдруг его убила. Но это же человек! В общем, состояние ужасное. А потом уже чувства как-то притупились. Убивала — вроде так и положено».
В начале 1945 года Красная Армия начала наступление в Польше. В середине января дивизия, где служила Захарова, штурмовала Варшаву. Для ближнего боя ее отделение снайперов, состоявшее из десяти человек, вооружили пистолетами-пулеметами. Девушкам также выдали большой запас гранат.
Немцы оказывали упорное сопротивление, но 17 января 1945 года Варшава все же была освобождена. Советские войска продолжили наступление на запад. Вот что вспоминала Антонина Захарова:
«Когда форсировали мы Вислу, там какая-то была высота. Нас, девушек, и еще человек 5-7 ребят оставили держать эту высоту, а наша часть шла дальше, гнала фашистов. И нам пришлось два дня ее держать. Ночью немцы старались взять "языка".
Если бы знали, кто перед ними, конечно, они бы нас растоптали. Но они не узнали. Мы не допустили этого. Отбивали атаки, я даже стреляла из противотанкового ружья и пулемета. Отдача у него очень сильная. Здесь тоже не пришлось из винтовки стрелять, только иногда использовала ее прицел для наблюдения. Мы высотку эту удержали, а потом наши подошли».
Девушка особенно отличилась 11 февраля 1945 года. В тот день колонна ее дивизии была обстреляна немцами, засевшими в лесу. Захарова первой бросилась с винтовкой на врага. За ней двинулись снайпера ее отделения и бойцы учебной роты.
В результате стремительной схватки вражеская засада была уничтожена, пять немцев было взято в плен. Командир отделения снайперов сержант Захарова в этом районе лично уничтожила двух немецких солдат. За свои заслуги Антонина Александровна Захарова была награждена орденом Славы III степени.
Весной 1945 года Антонина дошла до Эльбы. Перед самым окончанием войны ей довелось встретиться лицом к лицу с немецким солдатом. Вот что она вспоминала об этом:
«Был случай, мы очищали лес. Конец войны, солдат мало, конечно. Снайперов послали опять с автоматами, но винтовки всегда при нас. С одной стороны мы, а с другой —наши разведчики. И вот мы шли друг на друга и забирали в плен, кто там попадался.
Я тут отпустила мальчика. Такой он был заморыш, а у меня брат маленький, тоже такой примерно. Я пожалела его — не убила, и не взяла в плен, хотя конечно не должна была этого делать.
Почему отпустила, не убила? Разве однозначно ответишь?
Знала: Гитлер стал отправлять на фронт даже подростков. Возможно, воспротивилась и женская натура: от самой природы нам не свойственно убивать. А пришлось. Вынудили фашисты. Так я оправдывала свой поступок тогда. Так думаю и сейчас».
Антонина дошла до Победы. Вместе с ней вернулись домой и все десять девушек-снайперов ее отделения. В мирное время Захарова окончила техникум и Московский государственный экономический институт.
В 1953 году вышла замуж за свою школьную любовь, Николая Сергеевича Котлярова (1923-1992) и взяла его фамилию. Работала старшим экономистом в Госплане СССР и Госнабе СССР. В начале 1980-х вышла на пенсию. Много лет участвовала ветеранском движении Москвы.
Антонина Александровна Котлярова ушла из жизни 6 августа 2020 года в возрасте 97 лет.
|
|
15.
Не читайте до обеда советских газет.
Я бреду босиком по раскаленному солнцем разрушенному городу, старательно выбирая путь среди бетонного крошева и кусков арматуры. Вокруг ни одной живой души и не у кого спросить, куда же меня занесло. Через пару безмолвных кварталов у меня появляется подозрение, что я здесь не один и кто то следит за мной. Еще через полсотни шагов у меня крепнет уверенность, что наблюдатель следует за мной на небольшом отдалении, и это существо не имеет никакого отношения к роду человеческому. Каким то непостижимым образом приходит мысль, что тварь явилась из самой преисподней поиграть с жалкими людишками, слишком много о себе возомнившими. Меня накрывает паника, я пытаюсь бежать, но почти сразу спотыкаюсь и падаю навзничь. Лежа на животе, я не слышу никаких шагов, зато слышу тяжелое дыхание, которое становится все ближе и ближе, и вот уже я отчетливо чувствую его своей голой спиной. Неизвестное существо обнюхивает меня, а затем трогает своей горячей лапой.
Я просыпаюсь с застрявшим в горле криком, пытаюсь как то вдохнуть и понять кто я и где нахожусь… Рядом, пытаясь меня приобнять, лежит и тяжело дышит мне в бок пятилетняя дочь - у нее простуда, вот и пришла ночью за поддержкой к такому же больному папе…
Мораль - читать новости вредно не только перед обедом, но и на сон грядущий. Особенно при высокой температуре и при наличии желающих забраться к тебе под одеяло без предупреждения. Ваше воображение дорисует картинку Стивену Кингу на зависть!
|
|
16.
THIS IZ ЗАСНЕЖЕННОЙ СИБИРИ...
Где-то в середине 80-х, вскоре после Нового года, начальник мой в НИИ в Сибири с воодушевлением ждал визита иностранного ученого. После которого подразумевался ответный визит начальника. Обычно начальник сам ездил в аэропорт встречать иностранных коллег, а тут почему-то поручил мне, молодому тогда еще не только душой сотруднику. А незадолго до этого дня и столбик термометра тоже почему-то опустился аж до отметки -47.
Начальник мне объяснил, что ночью ко входу в общагу, где я обитаю, подъедет директорская "Волга" с водителем, и поедете в аэропорт за городом, там я отрекомендовываюсь в VIP-зале, жду гостя с раннего утреннего московского рейса. Этого гостя, отдельно от пассажирскго потока, служба VIP-зала доставит прямо в этот зал. Приветствуешь гостя, и сразу ведешь к машине, и везешь первым делом в НИИ для встречи с начальником. И смотри, не перепутай! (Дитям мороженого, а не мне гостя мороженого!)
Я волновался с «обмундированием»: зимние ботинки у меня были хилые на такой мороз, их "дерьмантин" становился колом уже и на морозе до минус сорока, и стопы почти так же (добротные зимние кожаные сапоги были тогда еще в дефиците, у меня их тогда не было, у спекулянтов на барахолке дорогущие, в морозы переходил на валенки). А в валенках как-то не очень интеллигентно встречать иностранного гостя. Может, директорская "Волга" и в такие мороза внутри еще достаточно теплая? Рискнул,- выйду к "Волге" в ботинках, а если водитель будет в валенках, сбегаю быстро в общагу, переобуюсь.
Не сомкнув глаз, смотрел в окно. Часа в два-три ночи появляется у подъезда задрипанной общаги директорская "Волга". Выскакиваю, здороваюсь. Водитель, с лицом сурового чекиста молча кивает мне, и мы едем. На ногах у него были как бы короткие торбаза (из оленя) до икр. Торбаза выглядят намного эстетичней валенок, но из Якутии тогда сильно пресекали их вывоз, и коллеги оттуда говорили мне, что в аэропорту тщательно досматривают багаж, и кроме как на себе, торбаза не вывезешь. Наверное, опасались тамошние власти, что всех олешек на торбаза переведут, для удовлетворения широкого спроса на них на необъятных просторах страны. Машина оказалась прекрасно отрегулированной, без посторонних шумов, было тепло и не дуло. Но мне в моих ботинках было страшновато, когда ехали по пустынной загородной заснеженной местности в средине ночи, где не было в тот момент на таком колотуне ни одной встречной машины. К счастью, доехали без проблем. Но коротко-голенищные торбаза водителя у меня стояли всю дорогу перед глазами.
В просторном VIP-зале, несмотря на ночь, сидела за столом свежая и бодрая администратор, приветливая женщина, которая сообщила, что самолет из Москвы уже летит, все по расписанию. Одной застекленной стороной зал смотрел на взлетно-посадочную полосу (ВПП). За стеклом было темновато и тихо, казалось, аэропорт весь отдыхал, и только VIP-зал бодрствовал.
По прошествии некоторого времени администратор сообщила, что в районе аэропорта стоит туман, и непонятно, разрешат ли посадку. Взлянул на ВПП. Она вся была как бы в снежной пороше, а воздухе висела как бы мелкая снежная взвесь (слово "нано" тогда в повседневном обиходе еще не употреблялось), которая медленно, но опускалась на ВПП. Я впал в задумчивость. Из которой меня вывел громкий душераздирающий вой со стороны ВПП. Это начала работать "шайтан-машина": машина типа панелевоза с установленным на ней мощным турбореактивным двигателем начала медленно двигаться вдоль ВПП. Струя из двигателя сдувала осадки с полосы в стороны. А очищенная полоса вновь медленно покрывалась белой порошей. Шайтан-машина проехала два раза по полосе и затихла. И весь аэропорт вновь в тишине, никаких объявлений по радио.
Приветливая администратор через некоторое время сообщила, что по метеоусловиям встречаемый самолет ушел на запасной аэродром в другой город Эмск. И что там сейчас температура -51, но метеоусловия получше.
Я впал вновь в задумчивость, что же делать, могу ли я держать директорскую машину и сколько? Позвонить некуда,- рабочий день в НИИ еще не начался. Ждать начала рабочего дня и звонить начальнику? А директор меня выгонит за самоуправство, приведшее к неподаче ему служебного транспорта к началу работы?
Тут в VIP-зал энергично входит в голубой пилотской форме молодой человек с комсомольским значком на лацкане. И возбужденно-возмущенно говорит администратору по сути следующее: "Ну что он там себе думает, этот командир корабля? Ведь он полетел в закрытый для иностранцев город!!!" (Я тут холодею, во какая заваруха начинается из-за моего гостя! Не окажусь ли ненароком встречающим иностранного шпиона?). А молодой человек в форме продолжает: "А ведь он знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город! И мы ему предложили на выбор два запасных аэродрома, - один в Эмске, другой в Эльске, и он знал, что Эльск- открытый для иностранцев город! Но он решил лететь именно в Эмск, а не в Эльск! А ведь ему еще в Москве сообщили, что на борту находится группа туристов из Франции!!!" (Тут у меня немного на душе отлегло,- мой гость- и не турист и не из Франции!). А молодой энергичный человек в форме тем временем продолжает, поднимая руку с листом бумаги: "Вот я здесь все это в служебной записке уже изложил, и приписал снизу, что по прилету к нам в Энск с командира будет затребована объяснительная, почему он выбрал закрытый для иностранцев город, зная, что на борту находится группа туристов из капстраны!"
После чего этот молодой человек, по-видимому, дежурный по службе полетов, так же энергично удалился. (Через несколько лет комсомольцы страны с идейно-пламенными взорами быстро, пожалуй, быстрее всех "в воздухе переобулись" из младокоммунистов в капиталисты. Образ этих комсомольцев возникал у меня перед глазами в виде того "авиакомсомольца", так лихо документально оконтуривающегося в неожиданно меняющихся условиях).
Вскоре после ухода "авиакомсомольца" появляется женщина, тоже энергичная, но в белом поварском одеянии. И обращается тоже к администратору со следующим по сути: "Они же там в закрытом городе не знают, как кормить иностранцев, а по нормам Аэрофлота мы их должны кормить, причем по международному стандарту, с этим у нас строго!" Администратор через несколько звонков по межгороду добирается до завпроизводством в ресторане в Эмске. И завпроизводством из нашего Энска начинает по телефону рассказывать своей коллеге детально и конкретно все, начиная от холодных закусок и кончая раскладкой ножей, вилок, ложек и ложечек, их количеством и качеством, а также их местоположением и т.д.
А что делать мне? Подхожу к освободившейся администраторше и интересуюсь, какие виды на метео имеются. Задумчиво глянув в сторону ВПП через стекло, администратор сказала, что пока солнце не выйдет, туман вряд ли рассеется. И что аэропорт откроют не раньше, чем через 5 часов.
Опуская подробности дальнейших перипетий скажу, что самолет прилетел в наш Энск немного раньше, чем через 5 часов. Гость рассказал, что было на борту. По салону обьявили, что рейс по метеоусловиям вместо Энска совершит посадку в Эмске, что там немного побудем, а потом полетим в Энск, извинились за беспокойство и небольшую задержку с прибытием в Энск. В салоне через некоторое время у части пассажиров вдруг возникло оживление, веселье, чуть ли не ликование. Это была группа туристов из Франции. Оказывается, кто-то из них знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город, и рассказал об этом остальным. И о, Парижская богоматерь (или что там в таких случаях восклицают), как им повезло,- они побывают в закрытом советском городе!!!
...К спустившимся с трапа пассажирам в городе Эмске с температурой -51 автобус подъехал через некоторое время. Группа туристов, одетая сравнительно легко по сравнению с советскими пассажирами, разительно выделялась среди остальных не только по одеянию. Они, в кепочках и шапочках, курточках и пальтишках, энергично прыгали с улыбками на лицах, ведь они- в закрытом советском городе! Фантастика! Некоторые хмурые капитально одетые советские пассажиры смотрели на них, как на идиотов.
В Сибири же не все французский понимают, звиняйте! Но минимум в одном из сибирских городов есть улица Робеспьера. И заканчивается она комплексом зданий Следственного изолятора (!). В отличие от самого Робеспьера, казненного во Франции без всякого суда и следствия. Не уверен, что кто-нибудь из тех туристов знал об этом нюансе с улицей Робеспьера и узнал ли во время тура. Да я и сам до сих пор не знаю, является ли такая топографическая близость двух объектов здоровым сибирским послегулаговским юмором (Типа "Да здравствует наш советский суд, самый гуманный суд в мире!") или случайным совпадением.
Но те французские туристы, судя по рассказу нашего гостя, были просто счастливы в заснеженной Сибири при температуре -51 по Цельсию да притом еще и в закрытом городе!
Нашего же гостя мы дополнительно экипировали добротно по погоде, и заметно было, что он, как ни старался делать непроницаемым свое лицо, несколько дней все-таки радовался, что ему довелось увидеть и ощутить настоящие сибирские морозы!
П.С. Мотивация командира корабля по выбору запасного аэродрома мне так и осталась неизвестной. Расстояние до каждого из указанных ему двух запасных аэродромов было почти одинаковое.
П.П.С. К сему прилагаю криогенную справку, на всякий случай: При захолаживании где-то между -60 и -70 по Цельсию обычный спирт, с 4% влажностью, начинает как бы загустевать, становится как глицерин, а потом его вообще уже тяжело помешивать. Но капелька на вкус становится сладкой, без всякой горечи. Пока не разогреется во рту.
Но смотрите не перепутайте, дитям- мороженое!
Всех с наступающим старым Новым годом!
|
|
17.
Сильные желания все же сбываются. Это правда. Очень похоже, что их записывают, а потом исполняют. Но из-за небесной бюрократии эта сбыча происходит не моментально. И совсем не так. Как будто скандальная мойра-приемщица злобно выбрасывает ваш залежавшийся заказ. Дабы отбить желание обращаться впредь.
Вот, все детство я мечтал о велосипеде. Научился кататься, выпрашивая у друзей. Но родители почему-то жались купить. Я помечтал, вырос, да и забыл. А вспомнил про мечту уже после распределения, когда у меня на балконе как-то сами собой появились аж три ненужных велика. Которые потом раздарил.
Как и все советские пацаны, романтизировал войну. Мечтал о подвиге, как в кино. Чтоб поверглись враги, а у меня такая повязка на лбу, орден, и верная подруга неимоверной красоты. Домечтался. Всю зиму на второй чеченской. Чудом вырвался целым. Этого хватило, чтобы навечно получить рвотный рефлекс к окопам и пальбе. И к непросыхающим, безумным командирам. И к геббельсам из телевизора.
Не обошла и тюремная доля. Которую, под гитару и портвейн, так сладко воспевали во дворах пятиэтажек. Похоже, высшие силы тоже сочли за мечту. И она настигла, через десятки лет. Но исполнитель мечт и здесь не подвел: всего лишь показал мою глупость, дав версию лайт. Два месяца СИЗО . Где не оставляло желание, чтоб на всю эту мерзость упала ночью огромная бомба. Как следствие - до сих пор стараюсь избегаю ублюдочного русского шансона.
Была работа. Ответственная, нервная и тяжелая. В самый сложный год вышло всего лишь пять выходных. Тогда мечталось о другой службе - поспокойней и поденежней. Сбылось, получил. Но теперь скучаю по прошлому драйву.
Сбылись мечты о дальних странах. Они казались фантазиями, когда их загадывали в компании молодых инженеров. На прокуренной кухне. Глотая смесь Ройала с Амаретто. Но - случилось. Увидел и пирамиды, и Ниагару, и Гиндзу. Только для того, чтобы понять, что на ЮТюбе они выглядят лучше.
И так - про все. Про любовь красавицы. Про поесть диковинные блюда и попить бухло книжных героев. Про верную собаку и огромную кошку. Про говорить на иностранном. Про детей и внуков. Про написать повесть. Про выиграть в лоторею. Про дом, дачу и машины. Все сбылось. А вот сбылось - не как мечталось.
И сдается мне, что своими желаниями я уводил в сторону свою истинную линию судьбы.
Поэтому в этот Новый Год не стану ничего загадывать. Ни к чему. А в эту волшебную полночь просто расслаблюсь.
И улыбнусь.
|
|
18.
Как быстро стать широко известной в узких кругах.
А утро, казалось сначала, было самым обычным. Живу одна с дочерью школьницей, и на сегодня договорились с ее классной руководительницей встретиться в школе, обговорить кой-какие классные дела. Я не вхожу в родительский актив, но иногда помогаю, чем могу, если есть у школы такая потребность. И хоть школа большая, классную и всех учителей, преподающих у нас, знаю. Классная сказала, что у нее как раз первого урока не будет, и решили, что я подскочу, порешаем проблемы, и потом сразу на работу поеду. Школа наша относительно недалеко и дочка ходит сама пешком, но сегодня поехали на машине. Погода не очень, темновато и снег ночью упал. Собирались долго, ехали аккуратно, но успели буквально за 3 минуты до звонка на первый урок. Притормозила у входа, дочь поскакала в школу, а я решила найти где можно припарковаться. Увы, первый круг вокруг школы был напрасным, второй тоже. Блин, настроение портится, захожу на третий. Замечаю, что ворота ограждения школы с тыльной стороны, выходящие на небольшой технический дворик, приоткрыты. Решила рискнуть, заехать на недолго и припарковаться в уголочке потихоньку. Стала в уголочке возле какой-то железной будки, похожей на металлический гараж, благо и снежок возле нее был как раз немножко почищен. В школу зашла когда первый урок уже минут 15 шел. На входе, как и положено, охрана, паспорт покажи, ФИО в журнал записали, куда и к кому иду - тоже. С классной порешали проблемы минут за 20, и я поспешила на работу. Выйдя из класса, понимаю, что в школу тоже спешила собираться, поэтому в туалет перед выходом не сходила, поэтому это лучше сделать здесь и сейчас, чем мучиться в машине по дороге. Нахожу женский туалет, заскакиваю и офигеваю… Осенний Лондон. Только в Лондоне, хоть туман и такой же, только он куревом не воняет. Заскакиваю в кабинку, стараюсь быстро сделать свои дела, но смог такой, что просто задыхаюсь. Ничего себе школьницы и порядки в школе, думаю себе. Чтобы хоть как-то продохнуть, решаю перед выходом из кабинки хотя бы дезиком из сумочки брызнуть. Брызгаю, выхожу… Перед дверцей стоит, видимо, техничка пред или пенсионного возраста в строгой кофте и со строгой гулькой на голове. И смотрит на меня неодобрительно. Я ей на ходу возмущенно замечаю «Проветрили бы лучше поскорее, чем просто стоять, а то скоро дети на перемену выйдут!» Выскочила в коридор и понеслась к выходу на свежий воздух. И тут на телефон приходит какое-то уведомление, на ходу смотрю, читаю. Штраф блин пришел, штаааааааф. Ну и как, блин, я могла по-другому там проехать, если впереди было все перекопано ? На эмоциях громко вырывается «Б-дь!!!» . И тут же резко торможу, чуть не врезавшись в стоящего передо мной. Поднимаю глаза и вижу какую-то старшеклассницу. Видос отпадный – юбка мини, блузка с большим декольте еле сдерживает грудь третьего размера, яркая помада и стрелки на глазах дополняют «портрет». А я еще удивлялась, что в туалете накурено. Почему уверена, что старшеклассница, - не мамаша чья-то, как я, так как без вещей, и не учительница младших классов , так как у тех дресс код классический и наша директриса следит за этим. Презрительно обхожу и быстренько к машине. Издалека замечаю, что на территорию школьного заднего дворика проник какой-то бомжик и теперь трется возле моей машины. Хорошо, что вовремя вышла, думаю. Ускоряюсь, чтобы подскочить и прогнать. Почти дойдя, замечаю, что лицо у него не пропитое, как обычно, да и трезвый вроде. Немного отлегло. Понимаю что не совсем бомж, что ничего не спер из машины и денег просить не будет. Уже хорошо. А так постарше меня будет, сутулый, унылое грустное лицо и прикинут в какой-то нелепый супер поношенный секонд. Подхожу к машине, открываю дверцу, а он стоит рядом и смотрит на меня. И тут начинает «Девушка, а можно …» Боже, со мной еще бомжи не знакомились! Хотела сразу послать, но, с трудом, сдержалась и решила помягче отшить. Говорю «Дорогой, конечно же нельзя, ты же не бухой и понимаешь, что далеко не прынц и шансов у тебя меньше чем ноль. А хочешь лямура, так остепенись, работу себе найди, помойся, приведи себя в порядок и одень что-то хоть чуток приличное. После этого, может какая-то нетребовательная клуша и снизойдет до тебя!». Довольная собой и окончанием школьной суеты прыгаю в машину и еду на работу. Через час на работе все это уже забылось, как обычная ежедневная текучка.
Вечером приезжаю домой, в коридор выскакивает встречать меня дочка. Видит меня, и у нее при этом глазки становятся как у какающей белочки. С ходу выдает «Мама, а что это такое было с тобой сегодня в школе?» Так, не поняла… «Давай подробнее рассказывай, что имеешь ввиду.» Та и рассказала. После второго урока ее нашла завуч старших классов и просила передать маме, что курить вообще вредно, а делать это в школьном туалете не только некультурно, но и запрещено, тем более после это просить ее еще и проветрить туалет. На попытку дочки оправдаться за меня и сказать, что мама не курит вообще-то, не поверила и только головой покачала. После четвертого урока ее нашла, как выяснилось, новая школьная психолог, которая пришла работать только четыре месяца назад сразу после окончания института. Та просила передать, что она достаточно взрослая, чтобы решать как одеваться и что носить, и не стоит по внешнему виду пытаться так строго судить о моральном облике человека. А уже после уроков на выходе из школы ее нашел, как выяснилось, школьный завхоз, муж их школьного врача. Тот просил передать маме, чтобы она больше не парковалась на школьном хоз дворе и не подпирала свой машиной вход в школьный технический склад, в который тот не смог с самого утра попасть, чтобы взять необходимое для сантехнических работ в школе. И когда он ей это говорил, она сказала, что был каким-то смущенным и смотрел при этом в сторону.
«Мама, что у тебя было сегодня такого в школе?» Все еще пыталась допытаться дочка. «Ничего, ничего» сьехала с темы я. И подумала, как легко, оказывается, быстро стать широко известной в узких кругах. И еще подумала, что это ж все трое сегодня не поленились через школьного охранника вычислить меня и мою дочку, чтобы передать эти «приветы».
|
|
19.
"Книжки в советской армии - тема благодатная", часть 2
Не люблю вспоминать службу в армии, тяжело далась. Но мы о книгах!!!
Папаня мой был военный инженер - "белая (блин) кость воротничка", интеллихенция. К "линейной" службе он меня никак не готовил, уповая на институтскую военную кафедру. Вырос я, значит, книжным очкастым мальчиком и благополучно учился на 1-м курсе гражданского вуза, когда родина в середине 80-х годов ХХ-го столетия сменяла правила и загребла в советскую армию кому исполнилось 18 лет без разбору.
А мама была врач, не из последних, в её власти лежало пририсовать мне 3 диоптрии к близорукости, плюс вовремя невыявленный врождённый порок сердца, для верности.
Но! но... это означало бы "потерю лица" среди отцовских сослуживцев и моих сверстников.
Женский голос нерешительно озвучил вариант, два мужских голоса решительно его отвергли. Оld soviet school.
Первые полгода службы я пробегал "курсантом" в учебке, по окончании которой меня вдруг решили оставить здесь же в "подразделении обеспечения учебного процесса". Потому что я умел выставить диафрагму фотоаппарата, а потом проявить плёнку и напечатать бумажные фото - искусство, ныне забытое...
Так вот, переход из состояния бесправного "курсанта" в состояние сержанта "обеспечения учебного процесса" ознаменовался резким увеличением количества свободного времени, в армейском понимании. И куды ж я его тратил, на блядки в Мулино? щаз, в библиотеке.
Библиотека была полковая, не сказать что шедевр. Но "Владелица", назовем её Лариса Петровна, держала некий "спецхран" между последним стеллажом и стеной. Оттуда она выдавала чтиво только проверенным клиентам. Пёстрые в бумажной обложке томики "Подвиг", приложения к журналу "Сельская молодёжь"; серия "Военные приключения" и т.п. Что-то вообще воспрещалось выносить, что-то давали "с собой".
Однажды она дала мне "с собой" книгу из спецхрана "Солдат трёх армий" Бруно Винцера, мемуары немецкого офицера. Так получилось, что я читал её в наряде дежурным по роте, глубокой ночью, когда припёрся "проверить службу" командир соседней роты капитан (дурацкая фамилия типа Безденежных, Бескровных) пусть будет Безземельных. И конфисковал книжку, скотина. Причём пообещал: "прочитаю - верну !"
Первую неделю я тупо не ходил в библиотеку.
Вторую неделю я тупо читал подшивки журналов в читальном зале.
В третью неделю Лариса Петровна выпытала у меня, что случилось: чувствовал себя стукачом, но рассказал...
На следующий день капитан Безземельных при свидетелях отдал мне книгу, а я радостно вернул её в библиотеку.
...Кто ж знал, что Лариса Петровна приходилась женой замполиту полка, но не меняла фамилию в замужестве ?
|
|
20.
Юрий Антонов. «Дети не хотят с ним общаться, все жёны от него ушли, поэтому любовь он отдаёт более ста животным, живущим с ним в одном доме».
В восьмидесятые годы сложно было представить, что Юрий Антонов, исполнитель знаменитых песен: "Крыша дома твоего", "Как прекрасен этот мир", "Не рвите цветы", "Родные места", будет проживать свою старость в одиночестве. Хотя семья-то у него есть и довольно большая: более сорока кошек, двадцать собак, около тридцати белок, три павлина, утка, петух и несколько других видов птиц. С такой компанией явно не заскучаешь, но всё же всем нам хочется человеческого тепла, поддержки и любви близких, а у Юрия Антонова этого нет. Дети не особо хотят с ним общаться, а все жёны от него ушли. Как так вышло? Расскажем в статье. Приятного чтения!
Про творчество Юрия Антонова говорить можно очень долго. Его лирические песни проникали в душу слушателей, да и как человек он был многим приятен: простой, добрый, мудрый и, что важно, семейный. Вот только личная жизнь у него не складывалась. Ещё в двадцать три года Юрий впервые женился на сотруднице "Ленконцерта" Анастасии. Любовь была большая и страстная. Жена помогала певцу с развитием музыкальной карьеры: писала вместе с ним песни, занималась организацией его концертов, подбирала для выступлений одежду, и, при всём этом, занималась домашним бытом. Между ними никогда не возникали разногласия, не было никаких споров, обид. Юрия Антонова в супруге раздражало только одно - её желание переехать в Нью-Йорк. Она была одержима этой идеей. Раз за разом она пыталась уговорить мужа переехать, а он хоть и злился в глубине души, но спокойно ей отвечал: "Если хочешь - обязательно переедем, но чуточку позже". Юрий Антонов постоянно и нарочно переносил дату переезда, надеясь, что жена со временем оставит мысли о переезде позади. Твёрдо и решительно сказать ей что-то вроде: "Никуда мы не поедем!" он не мог, так как не хотел огорчать супругу. Он, правда, любил её с невероятной силой. В какой-то момент жена устала от его обещаний и поставила перед ним выбор: "либо мы переезжаем прямо сейчас, либо расходимся навсегда". Певец ответил, что в таком случае он в первую очередь должен попрощаться с родственниками, и когда встретится со всеми - купит билеты и начнёт собирать вещи.
Поговорив с родственниками, Юрий Антонов понял, что не готов от них уезжать. Он абсолютно точно начал бы по ним безумно тосковать, да ещё и карьера на Родине складывалась более, чем удачно, а что его ждало в Нью-Йорке? Говорил он только на русском языке, знакомых за рубежом у него не было, а работу там ему никто не предлагал. Да, жену он любил, но жертвовать ради неё всем было, мягко говоря, нелогично. Поэтому он вернулся домой и грустно, чуть ли не плача, сказал жене: "В общем, езжай в свой Нью-Йорк одна". И она уехала, причём сразу же, как только с ним развелась. Это был один из самых продуктивных периодов работы Юрия Антонова. Он специально нагружал себя гастролями, а в свободное время только и делал, что писал новые песни, чтобы забыть о предавшей его жене. Вскоре в его жизни появилась ещё одна женщина - Ирина Безладнова. Официально певец с ней не расписывался, но долго жил с ней под одной крышей в гражданском браке. "Нас не столько связала любовь друг к другу, сколько творчество" - вспоминала сама Ирина - "Я приложила руку к написанию нескольких его песен, но на одной только музыке семью не построить. Мы разошлись, потому что не было сильных чувств".
Опять Юрий Антонов остался один, но ненадолго. В тот момент, когда певец расстался с Ириной, о нём знала уже вся страна, а также он был невероятно богат, потому что буквально все его концерты собирали аншлаги. И это не просто какие-то ресторанные или концертные заведения, а огромные стадионы! Понятное дело, что у такого успешного певца были миллионы фанаток, которые с радостью согласились бы лечь с ним в постель, а уж стать его женой и подавно. Сам же Юрий Антонов ответственно подходил к выбору пассий. Интрижки и скоротечные романы его не интересовали. Он хотел по примеру своих родителей построить крепкую семью. Как-то во время концерта певец обратил внимание на милую девушку нерусской внешности. Это была его большая поклонница Мирослава Бобанович, которая приехала из Югославии специально, чтобы увидеть кумира вживую. После концерта, девушка получила разрешение пройти к артисту и его команде в гримёрку. Юрий Антонов, как он сам говорил, влюбился моментально. Мало того, что Мирослава ему сильно понравилась внешне, так у неё ещё был и ангельский голосок, который хотелось слушать бесконечно, а ещё певец надолго запомнил её неповторимый приятный запах, напоминающий смесь весенних цветов. Юрий видел её в первый раз, но уже готов был пойти за ней на край света. Всего через пару недель после знакомства он поехал за ней в Югославию. Там же певец сыграл с ней свадьбу, но совместная жизнь продлилась всего семь месяцев. Так вышло, потому что Юрий Антонов быстро заскучал по Родине, а Мирослава хоть и любила его, но навсегда переезжать из Югославии отказывалась. Но отношения на этом не закончились. Они ещё долго общались - теперь, как друзья.
Третий официальный брак Юрия Антонова с женщиной по имени Анна стал последним. Певец наивно верил, что с Анной-то он точно проживёт до самого конца своей жизни. Вскоре у них родилась дочь Люда. В семье всё было прекрасно, но в итоге брак всё равно распался. Снова инициатором развода стала жена, которая, как и самая первая любовь артиста, мечтала переехать за рубеж, а именно - в Париж. Юрий Антонов сразу поставил её перед фактом, что никуда он переезжать не будет и переубедить его не получится, а она в ответ заявила: "Ну, тогда - развод. Здесь я жить не собираюсь и оставаться здесь дочке не позволю". Нужно отметить, что решение о переезде она приняла не просто так. Всё-таки это были лихие девяностые и ситуация в стране стремительно ухудшалась с каждым днём, а Анна действительно переживала за будущее их общего с певцом ребёнка, поэтому и уехала в Париж, где, по её мнению, было безопасно и спокойно. С тех самых пор и по сей день Юрий Антонов высылает для дочери деньги, но повзрослевшая Людмила, кажется, не особо это ценит. Она крайне редко приезжает к отцу, да и не особо желает общаться с ним по телефону.
Ещё у Юрия Антонова есть внебрачный сын Миша. С ним у певца сложились более хорошие отношения, нежели с дочкой, но это отнюдь не значит, что они часто видятся. В одно время Антонова "съедало" чувство одиночества, ведь ему не с кем было поговорить, кроме друзей, да и те постоянно заняты работой и далеко не всегда могут с ним встретиться. В этот депрессивный период певцу пришла идея - купить огромный коттедж, который смог стать бы домом не только для него, но и для брошенных животных. Таким образом он хотел избавиться от одиночества. Примечательно, что он был очень богат ещё с советских времён, но на роскошь деньги не тратил. Коттедж в престижном столичном районе Грибово - это его единственная большая покупка за всё время, не считая автомобиля и двухкомнатной квартиры, которую он приобрёл ещё на заре своей карьеры, чтобы съехать от родителей. Большая часть скопленных за всё время денег ушла на удобные вольеры. В них со временем поселились более ста животных: кошки, собаки, белки, птицы разного вида. Только ночью он держит их в вольерах, а утром, когда просыпается, отпускает на волю. Они безумно его любят, а он любит их.
Юрий Антонов говорил: "Представляете, как тяжело запомнить всех их поимённо? Двадцать четыре на семь с ними нахожусь, но до сих пор путаюсь в именах. Думаю, что они не обижаются. Они лучше меня живут - забочусь о них больше, чем о себе". В возрасте 79 лет следить за таким количеством животных, конечно, сложно, поэтому певцу время от времени помогает двоюродная сестра, которая поселилась от него неподалёку, да и сын Миша, хоть и редко, но всё же приезжает помочь отцу. Юрий Антонов считает себя счастливым человеком, но, по его словам, женской любви сильно не хватает, и чувство одиночества, несмотря на жизнь среди сотни животных, никуда не делось.
Текст взят из сети
|
|
21.
Мои пять копеек в вековом противостоянии между сторонниками содержания кошек и собак.
По секрету – мне вообще кажется, что в городских условиях естественное существование животных сильно ущемлено – вот если частный дом с участком – там и кошкам и собакам раздолье. Так что в городе я вообще противник заводить зверьё. Так и говорил детям- никакого зверья, только после моей смерти.
Жизнь, однако, любит распоряжаться по своему.
При одном из переездов, от прежних хозяев нам досталась в наследство кошечка- более бестолкового создания я себе представить не могу. Прежний жилец из жалости подобрал котёнка на помойке- а так как сам вёл достаточно рассеянный образ жизни, то и зверёныш приохотилась к свободе и вседоступности.
Первое, что мне пришлось делать – вычищать продукты её жизнедеятельности из пространства между рам (а накопилось изрядно), затем ставить стекло, вместо расколотого – кошка весьма удивилась, и вероятно обиделась, вскочив с размаху на подоконник, и не найдя там привычного лаза в свой туалет.
Я поставил ей две кюветы в коридоре, возле двери в санузел – эпоха была начало девяностых, покупать специально кошачие наполнители многим казалось дикостью – я просто рвал ей туда газеты в клочья, и менял их периодически.
Кошка быстро поняла, для чего служат сии приспособления – и больше ни одной лужи на полу у нас не появилось.
Но.
Твёрдый продукт выкладывался не в кювету, а исключительно и принципиально под дверь – каждое утро начиналось с одной и той же процедуры – дверь была слегка перекошена и скребла по полу, аккуратно размазывая ровным слоем на площади в половину квадратного метра то, чем нас одарила эта легкомысленная дрянь.
Кошка отлавливалась, ей вежливо читалась нотация – слегка повозив мордой по изгаженному полу, потом я усаживал её в чистую кювету и всеми доступными способами в очередной раз пытался объяснить принцип применения девайса.
- Слушай, может она по Русски не понимает? Что- то в ней есть от Перса – это жена ехидничает.
- Я не знаю, как сказать на Фарси - «Срать надо только сюда». Ну отливать же правильно научилась? Не понимаю…
Пол тщательно отмывался, кошка уходила заниматься гигиеническими процедурами, а на следующее утро всё повторялось опять.
Эта пушистая дрянь, привыкнув к моему неодобрительному отношению, научилась прятаться, когда меня видела. Это при том, что и воду в миску, и положить пожрать зверюге- было моей обязанностью.
Хотя, в общем, тварь была невредная, своевольная только. Обои не драла, обувь хозяевам и гостям не метила, вела себя в общем- то вежливо- не царапалась, не кусалась. Правда на руки не шла, и гладить себя детям особо не позволяла. Не то, чтобы шипела, просто уворачивалась, и забиралась на кухне под плиту – там у неё убежище было.
Старшая дочка придумала ей кличку - Мазонт. Что это значило, не знал никто, у барышни в шесть лет была такая фантазия.
Время шло, я злобно продолжал по утрам мыть пол в коридоре, Мазонт продолжала прятаться от меня под плитой.
Как- то мне повезло купить на ужин здоровенную форель. Я бросил рыбину на стол–
- Жена, посмотри в кухне, что у нас на ужин нынче! А сам в прихожую – переодеваться.
Напоминаю, начало девяностых, в магазинах просто ничего нет.
- Что на ужин? Тут нет ничего.
Иду на кухню-
- Как нет?
На полу валяется форель, с аккуратно обожранным хребтом – от головы до хвоста. Рядом, вжимая голову в плечи, и поджавши хвост, уже понимая, что сейчас последует, сидит Мазонт с крайне виноватым видом.
После того, как я взял мерзавку за шкирку, собираясь примерно наказать, она выпучила глаза и от всей души выдала сольную оперную арию – это никак не походило на мяв, больше было похоже на нечто среднее между воем и рыданием – перевожу с кошачьего-
- Хозяин! Милый! Ну не смогла я! Не устояла перед искушением! Не наказывайте слишком строго! Я больше никогда, никогда!!!
И обосралась.
Я швырнул эту сволочь под плиту, мучиться угрызениями совести и зализывать душевные раны, а сам пошёл за тряпкой, убирать с пола продукты её жизнедеятельности.
Жена смеётся.
То, что осталось от рыбины, семья есть, разумеется отказалась. Я запихнул останки в пакет- утром выкину на помойку, и мы стали фантазировать, что можно приготовить на ужин – жрать- то хочется…
Ночью слышу- на кухне какая- то возня. Встаю, включаю свет – Мазонт, пригласивши в гости двоих котов со двора – мы жили тогда на первом этаже, и форточки были открыты, весёлой компанией доедают на полу то, что осталось от рыбы.
Ну это уже просто наглость.
Коты, обгоняя друг друга, стартанули в форточку со свистом, Мазонт смотрит на меня со смесью виноватого недоумения –
- Дык, а что? Ну раз вы не стали есть, не пропадать же добру? Ну я живу ведь здесь, что мне уж и гостей пригласить нельзя?
И шмыг к себе, под плиту. Дрянь.
Утром я выкинул на помойку обглоданный рыбий скелет. Мазонт высунулась из под плиты, и проводила его печальным взглядом.
История наших взаимоотношений закончилась неожиданно – я точно не знаю, но вроде, если у кошки нет усов, она теряет ориентацию в пространстве? Кто из детей пошутил – обстриг усы животной? Не знаю. Она и раньше иногда уходила погулять во двор- но всегда возвращалась. А в тот раз не вернулась. Предпочла свободу крыше над головой? Выбрала для себя более естественную среду обитания? Может влюбилась, и потеряв голову от страсти, ушла жить к своему избраннику на соседнюю помойку? А может вообще имел место какой- нибудь несчастный случай?
Не знаю. Но надеюсь, её кошачий бог не дал ей бесславно сгинуть в суровых городских джунглях…
P.S. Прошло много лет. Дети выросли, давно живут самостоятельно.
У младшей дочки проживает кошачья семья – двое громадных Майн- Кунов- килограммов по восемь- десять живого веса.
А старшая завела Сеттера- Гордона, но вышла замуж и уехала в Европу. Так что, теперь это моя собака. Дружим. Зимой пёсу будет уже двенадцать лет…
|
|
22.
ЖАЛОБНАЯ КНИГА В НЕБОЛЬШОМ КУРОРТНОМ ИСПАНСКОМ ОТЕЛЕ. *.*.*. Американцы: Безобразие! По телевизору только местные каналы. Русские: Супер! В номере есть телевизор! *.*.*. Американцы: Это какое-то средневековье! В гостинице сломался терминал и к оплате не принимают кредитки. Русские: Эти ребята с жиру бесятся - двери вместо ключей открывают кредитками! Надо завтра проверить, есть ли на них деньги? *.*.*. Американцы: Безобразие! Полчаса ждали портье, чтобы он отнес наши вещи в номер. Русские: Капец! Пока оформлялись на ресепшене, какой-то мужик в костюме гусара пытался несколько раз спереть наши чемоданы. Еле отбились! *.*.*. Американцы: Кошмар. В туалете такой тусклый свет, что затруднительно бриться. Русские: Это безобразие. В туалете такой слабый свет, что невозможно читать. *.*.*. Американцы: Ну и сервис! В номере всего одна розетка, да и то - не подходит для ноутбука. Русские: Ну и сервис. В номере всего одна открывашка, да и то - без штопора. *.*.*. Американцы: Безобразие! В гостинице платный вай-фай! Русские: Беспредел! Соседи американцы закрыли доступ к своему ноутбуку и через них не подключиться к вай-фаю. *.*.*. Американцы: Безобразие! Вода в бассейне такая холодная, что не искупаешься. Русские: Вода в бассейне супер! Пять минут - и пиво холодное, и сам трезвый! *.*.*. Американцы: Это безобразие! Бар в отеле не работает днём! Русские: Это кошмар! Ночью в баре нечего поесть: нет ни первого, ни второго! *.*.*. Американцы: В гостинице слишком однообразный завтрак: только омлет и мюсли. Русские: В гостинице слишком однообразный завтрак: каждый день в одно и то же время, причём, когда я ещё сплю. *.*.*. Американцы: Кошмар! В этом отеле всего две шапочки для душа. Русские: Классно! Прямо в номере два прикольных подарка для жены и дочери. *.*.*. Американцы: В гостинице бюрократия: не пускают за шведский стол без карточки гостя. Русские: В гостинице беспредел! Не пускают к шведскому столу с авоськой. *.*.*. Американцы: Совершенно неполиткорректный отель! Уже второй день по телевизору показывают одни русские каналы. Русские: Кошмар! Толян потратил полтора часа, чтобы по всем каналам поймать кабельную сеть как у себя в Тюмени. *.*.*. Американцы: Ужасный отель. Здесь в лифтах накурено! Русские: Странный отель. В лифтах почему-то запрещается ездить в смокинге. Так и написано всюду: «Nо smоking!» Хорошо, хоть курить можно! *.*.*. Американцы: Дурацкий отель! В номере запрещено курить, а в туалете нет душа! Русские: Ну и отель! Вчера закурил в номере - сработал душ. Причём в середине комнаты и сразу с пеной. *.*.*. Американцы: В номере было так много непонятных кнопок, что для разъяснения пришлось позвать консьержа. Русские: В номере было очень много непонятных кнопок. Решил разобраться. Через минуту в номер вбежали консьерж, уборщица, официант и бригада пожарных. Под звуки радио, DVD и шум кондиционера. *.*.*. Американцы: Безобразие! Вчера утром на 18-м этаже больше 15 минут ждали лифт, а ни один из них так и не приехал. Русские: Тут очень надежная техника. Вчера полчаса прыгали во всех лифтах, а ни один из них так и не сломался! *.*.*. Американцы: В фойе гостиницы слишком мощный фонтан - когда проходишь мимо, всегда задевает брызгами. Русские: В фойе гостиницы слишком глубокий фонтан - не достать монетки... *.*.*. Американцы: Это безобразие! В гостиничный ресторан нас не пустили с баночкой кока-колы! Русские: Это беспредел. Нас не пускают в наш номер с мангалом! *.*.*. Американцы: Над кроватью висит такая большая картина, что, если она вдруг упадёт, может нас покалечить! Русские: В номере висит такая большая картина, что вынести её незаметно не получится *.*.*. Американцы: Безобразие! Выставил на ночь в коридор ботинки, чтобы их почистили - утром ботинок не нашёл! Русские: Вчера какой-то идиот выбросил совершенно новые ботинки! И надо же - как раз мой размер! *.*.*. Американцы: В этой гостинице странные аниматоры. Вчера один их них, надев противогаз, таскал детей на спине. А потом поливал деревья из огнетушителя! Русские: Жуткий отель. Вчера какой-то иностранец вызвал полицию, помешав нам с детьми играть в МЧС. *.*.*. Американцы: В гостинице было так мало камер наблюдения, что я опасался за купленные сувениры. Русские: Сувениров привёз мало, потому что в гостинице было много камер наблюдения. М. Задорнов.
|
|
23.
Продолжение. Начало здесь:
https://www.anekdot.ru/id/1467868/
И здесь:
https://www.anekdot.ru/id/1473976/
Снова о кошках.
"Это что?", - громко подумала Муся, немного обалдевшая от первых родов.
"Это кошка!", - ответила я. - котов трехцветных не бывает. Хотя..."
На свет спешил второй малыш.
"Это снова кошка?" - Муся явно не понимала зачем ей столько кошек.
"Не знаю", ответила я, пытаясь разглядеть новорожденного.
Котейка был мокрый и казался трехцветным.
А что с ними делать дальше она уже знала сама. Нужный файл в памяти подтянулся почти мгновенно, как только прошло первое удивление.
Больше Муся уже моим мнением не интересовалась, семьей своей занималась сама, я только раз в пару дней меняла подстилку в коробке на чистую. Все время своего материнства она курлыкала как журавль. С нами же всегда только обиженно мякала. Без причуд, противным голосом. А к детям такие переливы в ней проснулись!
Первый месяц это были замечательные малыши. Они крепко доставали маму и почти не трогали нас.
Даже муж мой, сильно удивленный проделками "разожравшейся Кошади", котятами был очарован. Пока однажды кошачья семейка не покинула коробку. И тут нам досталось.
Ночь была их любимым временем суток. Мы стали запирать их на кухне, потому что они были везде.
Утром мне нужно уходить, а я понимаю, что вижу только Глашу, Лёвы нет нигде. А Лев забрался за кровать, под декоративный экран батареи, горячей в марте, и выбраться не может. Хорошо, что муж не успел уйти на работу. Он справился - открутил экран. Иначе имели бы кошачье жаркое. Пришлось закрывать от котов все щели.
Глашка обожала забраться в глубину шкафа и заснуть там часа на 4, пока я ищу ее. Ей там хорошо спалось. А мне опять мерещились пирожки с котятами.
Если ночью им удавалось выбраться из кухни, мы находили их у себя в постели. Малый размер помогал котейкам легко проникать под закрытыми межкомнатными дверями, а их мамаша им в этом люто завидовала.
Кошачья иерархия предполагала, что молоко должно быть выдано Муре и лишь потом котишкам, хотя предназначалось им. Она серьезно обижалась.
А как проходило обучение кошачьим премудростям! Я никогда не знала, что коты и кошки так отличаются. Программы, записанные у них в головах для взросления, опирались на абсолютно разные способы освоения мира. Глашка быстро освоила лоток и научила маму кошку пользоваться когтеточкой, доказав, что драть обои на стене и получать за это тапком "не айс", а столбик когтеточки просто создан для разнообразных игр.
Но вот есть другой корм, кроме маминого молока, она отказывалась почти до самого своего переезда от нас в два с лишним месяца. Что то внутри нее запрещало ей подбирать из миски вкусняхи для котят, которыми лакомился ее брат. Кошка не хотела быть автономной. Это становилось проблемой: котят уже ждали будущие хозяева. А мы не смогли бы её отдать.
А вот Левка долго не понимал для чего нужен лоток. Потом проследил за мамой и стал пользоваться ее закрытым домиком-туалетом. Лев был обучаем! Глаша же пользовалась инстинктами, заданными от рождения, кошачьей программой. Оба способа прекрасно работали и коты росли чудесными.
Продолжение следует.
|
|
24.
Однажды...
Ночью меня разбудил яростный стук в дверь. Пришлось вставать. За дверью несмотря на уличный лютый мороз стоял один из Морозовых. Это не каламбур, фамилия у него такая. Вообще их несколько братьев и каждого природа здоровьем не обидела.
-У тебя же есть трактор? - дыхнув на меня свежим перегаром поинтересовался он.
-Есть. - на всякий случай не стал врать я, - и Беларусь и ДТ гусеничный.
-Давай гусеничный, там Толян камаз сбил.
Толян один из братьев которому при дележке здоровьем отвалили больше всех. Но все же меня охватили сомнения.
-Так тебе не ко мне надо а к фельдшеру, он в соседнем доме живет, - пробормотал я.
-Да на какой хрен мне фельдшер, водила ведь не пострадал, нужен трактор. Камаз с кювета дергать.
Его слова мне добавили сомнений
-Так, а Толян?
-Так, а хрен ли Толян, я ж говорю это он камаз сбил.
Бля, то ли я не выспался, то ли перегаром от этого Морозова надышался на свежем воздухе, но здесь было что-то не так. Я даже мысленно не мог представить эту картинку.
-Ну давай сходим посмотрим, может и Белорусем управимся, - понимая, что спорить и тем более вникать в суть произошедшего с его слов бесполезно, произнес я. - Далеко? Подожди я хоть оденусь.
-Здесь на трассе за поворотом. Но Белорусем вряд-ли, Толян его нехило уебал.
Оделся я довольно шустро. А как бы вы оделись если бы получили такую новость. Путь к месту аварии, а это была именно она, занял минут двадцать. Бля, Морозов не врал, действительно камаз в кювете, рядом Толян который руководил спасательными работами в полном здравии и на собственных ногах. Водила кряхтел что-то там подкапывая в снегу очень старательно. И я решил все же разобраться в обстановке.
Оказывается, Толян с братаном решили съездить в соседний поселок. Вышли на трассу голосовать, но кто ночью остановится при их-то фигурах. Стояли братья посреди трассы чтобы удобней было тормозить транспорт идущий в обоих направлениях. А уж куда ехать они водиле уже бы на месте объяснили. Но никто не тормозил. Скорость снижали, но останавливаться не собирались. Так же начал ползти и этот камаз, но у Толяна уже кончилось терпение и когда он с ним поравнялся он что было силы впорол кулаком по зеркалу заднего вида. Зеркало от удара прислонилось к боковому стеклу кабины. Сделало оно это очень резко, удар соответствовал, водила вздрогнул испугался и крутанул руля заваливаясь в кювет. Со стороны Толянова братана все выглядело именно так как он рассказывал. Веря в недюжинную силу братана он ясно несмотря на ночную темь видел как братан сшиб камаз с одного удара. Все соответствовало действительности.
-Сейчас водила подкопает и мы с братаном его и так выпихнем. - заявил Толян. Водиле оставалось только верить и копать снег он начал еще интенсивней. Бля, и ведь выпихнули.
|
|
25.
Работа на заводе, отдых перед сменой, рев мотоцикла за окном...
Специально для этого поста съездил сегодня на Заводскую улицу - сфотографировать цех ЭФК-3 и вентиляционную трубу на нём.
Цех экстракции фосфорной кислоты № 3 выглядывает здесь из-за бытового корпуса. Над его крышей виднеются три трубы. Среднюю, что повыше, ставила наша бригада.
В 79-м году закончил школу. Мне было 16.
В ВУЗ сразу не поступил - устроился слесарем-монтажником в ВМУС-7 у нас в Воскресенске.
Пришел в бригаду, и мы меняли эту вентиляционную трубу в цехе ЭФК-3.
До этого стояла сплошная стальная. Она проржавела от паров кислоты. Мы её разрезали на части, сняли, и ставили тоже стальную, но из гуммированных секций, - с нанесенным внутри резиновым покрытием.
Секции стыковались фланцевыми соединениями, а между фланцами мы укладывали резиновую прокладку.
Поскольку диаметр трубы был примерно метр, то прокладку, чтобы не сместилась при стыковке, надо было укладывать на клей.
Мне бригадир сказал: "Найди бутылку, и сходи в инструменталку за 88-м клеем".
Я был парень хозяйственный, и, поскольку между вагончиков монтажников валялось множество бутылок от водки и портвейна, пришел в инструменталку с двумя емкостями. Которые там и наполнил.
Одну бутылку принес в бригаду, вторую - вечером отнес домой, и поставил в шкафчик с инструментами. Мало ли - когда пригодится.
Слесарем монтажником отработал до армии, в 84-м демобилизовался, и устроился на наш Воскресенский химкомбинат аппаратчиком.
Производство на ВМУ непрерывное.
Аппаратчики тогда работали в три смены по восемь часов:
- 08-16;
- 16-24;
- 00-08.
Четыре смены в день, четыре - вечерние, четыре - в ночь. Потом - отсыпной, выходной, и снова в день.
На работу надо приходить не впритык, а минут за 10-15 - чтобы принять смену.
А молодой же... погулять, то да сё...
Очень скоро стал ответственно относиться к отдыху. Хоть как, но перед первой сменой надо в полночь лечь спать. Чтобы в шесть нормально встать, в семь - выйти из дома, в 07-40 прийти в цех, переодеться, в 07-50 принять смену, и нормально отработать.
А у нас пять девятиэтажек образуют большой двор.
И дорога вдоль этих пяти домов вокруг двора...
И однажды летней ночью просыпаюсь от рева мотоциклетного мотора под окнами.
Проревел он мимо меня, - удалился... Вроде даже со двора выехал...
Пытаюсь заново заснуть.. Засыпаю, - мотоцикл приближается снова. И снова проносится под моим окном... И так - несколько раз.
Следующая ночь - тоже самое.
И каждый раз заснуть - мука.
А утром вставать тяжело, и работать потом трудно.
Третья ночь...
Сквозь сон слышу этот мотоцикл. Приближается... Проезжает мимо... Уехал... Не могу заснуть... Снова приближается...
Вскочил - мечусь по комнате - чем в него кинуть из окна... Горшков цветочных в моей комнате нет, открываю шкафчик с инструментом... Молоток и плоскогубцы - жалко... Бутылка водочная с 88-м клеем! Клей внутри давно засох, но почему-то я не выкинул её после дембеля!
Хватаю эту бутылку, выглядываю в окно - мотоциклист приближается.
Аккуратно выталкиваю бутылку на дорожку, проходящую под окнами, она падает на асфальт донышком, подскакивает, ударяется теперь горлышком, снова подскакивает не разбиваясь, мотоциклист это всё видит перед собой. Он бросил взгляд вверх по окнам, свернул в арку, и уехал.
Навсегда!
А проезжая по улице Заводской, на эту трубу обязательно поглядываю... В сентябре будет 45 лет, как я чалил там на крыше блоки для её подъема.
|
|
26.
Я не люблю готовить. Я делаю это всю жизнь, так много и часто, как будто это мое самое любимое хобби. Но это не так. На самом деле хобби у меня другое: я люблю покушать. И пока в семье готовила мама, мне это занятие было по душе.
Но прошли годы, и я вылупилась из семьи мамы в семью собственную с минимумом хозяйственных навыков, потому, что интернета ещё не было, а учить меня маме было некогда. Мама много работала.
А ведь в стародавние времена, когда мне было тринадцать, и в мире было еще столько неизведанного, готовить мне ужасно нравилось. Так как от меня этого никто не требовал, я делала это с особой страстью. Попробовать хотелось всё, но все-таки выпечка манила больше.
Самой простым в исполнении, на тот момент, а это было начало 80-х, мне показалось безе. Взбиваешь яйца с сахаром, пихаешь в духовку и ... На слове "взбиваешь" конструкция давала сбой. Взбивать вручную венчиком выходило хлопотно, а миксер, дефицитное чудо, прикупленное мамой по случаю, мне не выдавали, вдруг сломаю?
Как я поняла, пользоваться этой замечательной приблудой было совсем не сложно. Скоростей только две, ножи и венчики закрепляются внутри, и радуй себя безе сколько хочешь.
Мы с Наташкой, моей школьной подругой, от нечего делать решили покулинарить.
Ну и как тут без миксера? Достали из шкафчика, установили венчик, загрузили яйца и сахар, а дальше всё пошло не по плану. Крышка на стакане для взбивания закрывалась как то не очень. Вроде вставила в пазы, закрутила, но все равно: шатко как-то.
Ну, может оно так и должно быть? А может крышка не та, их две там было, одинаковых с виду. Я ж впервые пользуюсь то!
Сдвигаю рычажок пуска, и, чтобы побыстрее взбилось, сразу на вторую скорость перевожу. Поначалу придерживаю руками, но помню, что мама не держала, машинка сама работать должна, без рук! Решаю отпустить и...
Крышку снесло на первом же обороте, я залегла на пол, чтобы не убило. А миксер, тем временем, продолжил ровнехонько украшать смесью яиц с сахаром всю кухню, каждую стеночку, и окно и дверь, наметая слой за слоем красивые сахарные сугробы, застывающие сверкающими белыми каплями, как на краешке стакана для коктейля в баре. Повезло также моим лицу и волосам, когда я рискнула оторваться от пола, чтобы выключить шайтан-машинку. А Наташка наблюдала историю из-за приоткрытой двери, она в гостях, а здесь сегодня так интересно!
Дело было зимой, темнело рано. После дизайнерских работ по украшению кухни сладким, я вооружилась тряпкой и... Тут у нас в поселке свет отключили. Ненадолго, ночью обратно дали.
Ну мы и со свечами посидели неплохо, а вот сахарно-яичная смесь за это время успела изрядно засохнуть. Отмывать и отскребать её пришлось уже днем, после школы. Мама, приехавшая уже в темноте, и сумевшая оценить дизайн кухни лишь утром, пообещала научить пользоваться миксером, и дать по шее, если не отмою.
Великая трудозатратность процесса напрочь отшептала меня от изготовления сладкого. Безе больше не хотелось.Так я с выпечкой и завязала, перешла на супы и второе. Их тоже интересно готовить. И мясорубка вращается, пусть и в другой плоскости. Хотя если постараться, можно и дизайн потолка забубенить, способ я теперь знала.
Хуже готовки я не люблю только ремонт. А один ремонт, как известно, равен трём пожарам и пяти переездам. Чего же тут любить?
|
|
27.
Поворотник.
Кончался август… День на пастбище тоже заканчивался… Начинался августовский вечер. Вместе со стадом я был уже недалеко от верхнего конца деревни. Подъехал товарищ на новеньком отцовском Иже… Поздоровались.
- Ты сегодня в поселок? - спросил он.
- Нет, я ещё завтра на пастбище, у бабушки десять овец и две козы, поэтому стадо надо шесть дней пасти…- ответил я.
- Сегодня вечером, чем занят? - поинтересовался товарищ.
- Да, собственно, ничем. У дяди Васи, нашего соседа, телевизор сломался, даже кино вечером не посмотреть.
- А ко мне брат двоюродный приехал. Давай вечером вместе на футбольное поле выберемся… Костерок пожжем, картошки поедим?
- Давай. Во сколько?
- Сейчас шесть вечера, ты домой ужинать?
- Да, - ответил я, - сейчас стадо в деревню заведу, на пруд, искупаюсь, поужинаю и готов. Грядки поливать уже не надо, всё выросло…
- Ну, значит, часиков после восьми, на поле встретимся.
- Что взять? Картошки, помидоров?
- А ты на мотоцикле?
- Нет, Урал, сломанный стоит, отец на Минске в поселок уехал, будет запчасти заказывать.
- Ну и не таскай тогда… Мы с братом на мотоцикле будем, привезем…
- Понял. До вечера.
Товарищ кивнул, топнул ногой по кик-стартеру и полетел по тропинке к себе. Иж бодро трещал мотором и блестел на солнце хромированными выхлопными трубами. Да, хорошая вещь! Проводив взглядом Иж с гордо восседавшим на нем приятелем, я направился к деревне. Козы уже гордо шли во главе стада, овцы бежали следом. Прошел за стадом до нижнего конца деревни, хозяева поили и загоняли овец и коз домой.
Собрался, натянул старые кеды, переложил из пастушеской сумки в карман ножик и спички.
- Бабушка, я ушел.
Футбольное поле находилось примерно посредине пути до соседней деревни, до деревни было около полутора километров, поэтому идти было недалеко. Между деревнями были две дороги, одна полевая, другая шла по лесу. Футбольное поле находилось на опушке, от лесной дороги его отделяли деревья, по краю футбольного поля, со стороны поля ржаного, росли черемухи, рябина, вязы… Невысокие, но тоже отгораживали.
Солнышко уже зашло, наступили вечерние сумерки. Заливались птицы, трещали без умолку кузнечики, жужжа натужно рядом пролетел шмель. Свернул с дороги в прогалину между кустами рябины, зазвенели комары. На краю футбольного поля стоял знакомый мотоцикл. А, вот и приятель… Поодаль его брат…
Двоюродный брат приятеля был постарше его на год, имел то же имя и фамилию, когда о братьях говорили, то просто, называли имя во множественном числе. Порознь же они именовались, большой и маленький. Лето они оба частенько проводили в деревне у своей бабушки, жила она в середине деревни, возле поворота на ферму. Старший брат тоже был участником многих наших летних проказ.
- А мы тут уже дровишек набрали. У тебя спички есть?
- А как же, а вы, почему не взяли?
- Да, забыли… Друг на друга пронадеялись.
- Ясно. Где будем костерок делать?
- А давай, как и в прошлый раз, подальше от сосен, возле дальних ворот, от кустов недалеко, там кострище осталось.
- Давай. Да и ветерок с поля лучше обдувать будет.
Разожгли костер, стемнело. Красота! Ветерок приносит то запах нагретого за день соснового бора, то запах осенних полевых цветов… Горит костер, потрескивают угли… Неподалеку отдыхает мотоцикл, отблески костра отражаются в выхлопных трубах и стекле фары… Мотоцикл пахнет особым запахом, свойственным именно двухтактным моторам, в них в бензин добавляют масло, поэтому, он и пахнет смесью масла и бензина. Те, кто ездил на двухтактных мотоциклах, знают и помнят этот запах! Запах юности…Запах дороги…
- Ну что, картошку заряжаем?
- А вы картошку взяли?
- Да, и картошку, и помидоры, - сказал старший брат. - И еще кое-что взяли, ты такое и не пробовал…
- А что это, дай гляну… Это ром?! Кубинский?! Где взял?
- Да, это я из города привез! У нас в соседнем районе еще перед олимпиадой его на спиртзаводе стали разливать по бутылкам, а везут из Кубы!
- Ни хрена себе!!! Не только не пробовал, даже и не видел ещё… а какой он на вкус? Сильно крепкий?
- Я его и сам ещё не пробовал, сейчас попробуешь и нам расскажешь, - со смехом сказал старший.
В костерке, под углями лежит картошка, пламя стало меньше, а вокруг стало темнее… Небо… В городах звездное небо выглядит по-другому, ну звезды и звезды, и что? В городе засветка городская мешает разглядеть главное. В сельской местности, в лесу, на даче, безлунной ясной ночью очень хорошо виден млечный путь. По небу на самом деле, идет выраженная полоса звезд, и правда, похожая на разлитое кем-то молоко. Вот и здесь, над головой бездонное черное небо, мириадами звезд раскинулся млечный путь… Тем, кто этого не видел, об этом бесполезно рассказывать, всё равно, что дальтонику объяснять про цветной телевизор.
- А у тебя стакан есть? – спросил младший.
- Да откуда, я же без сумки… а в мотоцикле нету?
- Так Иж без люльки, отец отцепил после сенокоса и оставил в поселке, она, говорит, мне пока не нужна… На рыбалку без нее удобнее. Вот за грибами начнёт ездить, снова прицепит…
- Ну дела, я из горла не умею…
- Да и мы с братом тоже не умеем…
- Что делать будем? Не ехать же домой за стаканом?
Взгляд упал на мотоцикл. Да, жаль, что коляски нет… Ладно, надо что-то делать. Так! А ведь поворотники по виду напоминают пузатые рюмки… Идея!!!
- Отвертка есть?
- Зачем?
- Поворотник снять…
- Зачем?!
- Как зачем, он и будет стаканом!
- Нет отвертки…
- Ладно, ножик, то у меня есть.
Болтики поддались… Поворотник снят. На нем резиновое колечко, поэтому он чистый внутри, пыли нет. Ну что, надо пробовать…
Первый поворотник налили мне, как автору идеи, да и как самому младшему. С интересом смотрят братья на меня… Как пойдет? Толстоват край, непривычно… Это не стакан… Ну да ладно, не до роскоши! Ой упало… Внутрь, в смысле, упало… Так, помидорку сверху, срочно… Успел! Можно вдохнуть.
- Ну, как пошло? Как на вкус? – это младший.
- Попробуй, узнаешь…как только это взрослые пьют?! – отшутился я.
Хорошо! Из костра выкатили несколько картофелин, разрезали одну, готово. Горячая, рассыпающаяся и дымящаяся на разрезе, печеная в костре картошка! Мне жаль людей, которые не пробовали это кушанье! Конец августа, ночь, звезды, прогорающий костер, мотоцикл без одного поворотника обиженно глядящий на нас поблескивающей в свете костра фарой, печеная картошка, еще один поворотник с ромом…
Ночь, звёзды, кузнечики и догорающий костер, всполохи зарниц по горизонту… Как у Егорова «были мы шумны, беспечны, чуть пьяны, а значит, вечны…», пятнадцать лет от роду и огромная жизнь впереди, манящая невообразимыми возможностями. И не в роме вопрос, пьянила открывающаяся впереди новая жизнь, новые горизонты, новые города, новые знакомства, новые приключения!!!
Сейчас, вспоминая себя тогдашнего, как я хочу снова оказаться на том футбольном поле, снова смотреть на костер, вдыхать запах остывающего мотоцикла и ароматы поля и соснового леса, снова выпить рома из поворотника и закусить помидоркой и печеной картошкой… Снова оказаться пятнадцатилетним…Чтобы снова млечный путь над головой и вся жизнь еще впереди.
|
|
28.
Приключения безбашенных коммерсантов.
1993.
Однажды рано утром, в начале ноября 1993 года, мы завели машину, столкнув её с горочки, и отправились на ней на запад, в Беларусь.
Курс рубля к "зайчику" был выгодным, а челночество в ту пору набирало обороты. В магазинах было пусто, и полстраны искало, где бы купить подешевле, продать подороже, а на разницу жить. Зарплаты не поспевали за инфляцией, работать на госпредприятиях становилось невыгодно, цены были отпущены еще в 1991-м, и стали рыночными. Ну, а рынок был стихийным.
Итак, мы едем в Беларусь.
В багажнике небольшая горка запчастей на "Жигули" на всякий случай, 3 запаски и пара 20-ти литровых канистр с бензином. С ним тогда и у нас, и у белорусов было сложно, и на заправках собирались длинные очереди.
Немного предыстории:
В августе 1993-го у нас угнали машину, старую, раздолбанную "копейку" Жигулей. И нам пришлось срочно искать ей замену. "Копейку" на ходу тогда можно было взять примерно от 800 $, но этой суммы у нас не было. Я в ту пору зарабатывала долларов 70 по курсу, муж перебивался починками отечественных автомобилей в гаражах, систему оплаты имел гонорарную, а стало быть, не регулярную.
Автомир вокруг был отечественным, иномарок в стране было еще немного.
По знакомству прикупив почти "в хлам" убитый автомобиль, тоже "копейку" середины 1970-х, муж занялся реставрацией.
Машина была сгнившей, предстояло много сварных работ по кузову, переборка ходовой и так далее. После предстояла покраска, а краску мы смогли найти только ярко-красную. Покрашенный автомобиль сильно напоминал пожарную машину, и муж решил, что ему это не подходит. У друзей нашлись черная и белая краска, полученный микс был цвета шоколада, в результате чего восстановленные "Жигулики" стали симпатичного коричневого оттенка.
В палитре отечественного автопрома такого цвета ещё не было, и мы были первооткрывателями. Ну, а дальше, как в мультике про капитана Врунгеля: "как вы яхту назовёте, так она и поплывёт!".
День отъезда был прохладным. Первый снег, выпавший в конце октября и учинивший на дорогах "день жестянщика", таять не собирался.
Нас было четверо: муж, брат мужа, его друг и я. Мужу и мне по 24, брату мужа 19, его другу 22. Поездка, в наспех собранном автомобиле, нас не пугала. Едет и ладно.
Набрав на всех 800 долларов капитала, мы рассчитывали не только отбить путешествие, но и несколько заработать.
Заводить машину и дальше предстояло "с толкача", так как аккумулятор был практически убитым. Выяснилось это не сразу, но что ж теперь поездку отменять?
С шутками и прибаутками мы ехали в сторону Калуги, и уже на первой сотне километров наш аккумулятор начал кипеть. Запах шел в салон и скоро стало совсем не весело. Отказало реле регулятора, и в Калуге мы собирались найти ему замену. Но до Калуги нужно было еще доехать с окнами, открытыми настежь в ноябре. Было понятно, отчего кабриолеты зимой так и не прижились в наших широтах.
На наше счастье реле в Калуге было найдено, и перебрав генератор на продуваемой всеми ветрами обочине, мы снова тронулись в путь.
Через час примерно вышло солнце, жить стало веселее, к тому же автомобиль опять не давал нам скучать. Автосигнализация, а мы, наученные горьким опытом, решили защитить автомобиль от угонщиков, сначала понемногу, а потом все увереннее, начала орать. Вероятно перезарядка аккумулятора подействовала на нее скверно. Пешеходы и соседние автомобили не понимали сути нашего "веселья" и шарахались от нас кто куда. Снова пришлось остановиться и заняться ремонтом. Сигналку отключили.
Впереди была Брянщина.
Первую остановку мы запланировали почти на границе, в посёлке Забрама, что в Климовском районе Брянской области. У мужа там жили родственники. А заночевать мы собирались в пустующем доме бабушки мужа, что был в соседней деревне за рекой. Итого, в первый день пути, мы планировали пройти 650 км.
Ехать пришлось осторожно, дорогу редко где чистили и было скользко.
Резина у нас была б/у, и только наш юный возраст и хроническое безденежье, были оправданием езды на ней по зимним дорогам.
Как меня тогда мама отпустила?
За пять километров до Забрамы на "Жигулях" начал подклинивать ступичный подшипник, после колесо совсем заклинило, и в населенный пункт мы гордо въехали задом. Вперед колесо уже не проворачивалось, машина стала неуправляемой и двигалась теперь только на задней скорости.
Забрама встретила нас песчаными дорогами, развалинами старинного монастыря и почти полным отсутствием фонарей. Темно и загадочно. И мы пятимся.
Взяв ключи от домика бабушки, мы пешком пошли в деревню за рекой. Она звалась забавно - Скачок.
Мост через реку Снов был ветхий, деревянный. Местные жаловались нам, что по документам здесь давно стоит бетонный мост. Раньше в этих местах были дороги между населенными пунктами России, Беларуси и Украины, а после развала Союза ездить здесь перестали. Везде поставили пограничные посты и пограничников. А тайные тропы остались только контрабандистам. Но и они чинить мост не собирались.
Переехать реку на машине задом по ветхому мосту в полной темноте мы не рискнули. Такой "скачок" был нам не по силам.
В старом щелястом домике нашлась печка, её удалось растопить и организовать ужин. Утром, как рассвело, пришла пора чинить автомобиль. Болгаркой удалось срезать приварившийся к ступице подшипник, а новый - чудом удалось найти у местного населения.
Немного обалдев от привалившей удачи, мы быстро починились и тронулись в путь. В Злынке была последняя заправка, а после уже граница.
Позже граница между Россией и Беларусью стала не столь явной, все же союзные государства, а тогда мы прошли через пограничный пост, и нашу машину досмотрели и уточнили цель поездки. А потом отпустили.
День был морозным.
Впереди лежала Беларусь. И вот что приятно: снег там был убран, и дороги были идеально чистыми.
Мы радостно покатили навстречу конечной точке нашего путешествия. В Ганцевичах нас ждали: деловой партнер моего свёкра обещал нашей делегации еду и кров. Да и сам свёкор вот-вот должен был подъехать.
Двигаясь в сторону Ганцевичей, мы тихонечко молились, чтобы больше ничего не случилось с машиной.
В Беларуси вдоль дорог так же много крестов и обелисков, как у нас на Смоленщине. Война забрала в этих местах каждого четвертого жителя. Жуткая статистика. И хотя крест перед въездом в населенный пункт называют поклонным и приписывают ему защитные свойства, мы, пионеры 80-х, при виде крестов пугались.
Зато качество дорог, что тогда, что сейчас, нам здесь очень нравится. Чувствуется, что к ним здесь относятся бережно.
Невезение наше, оставив в покое нас, переметнулось к моему свёкру. Он выехал из Москвы в Ганцевичи на довольно свежем 41-м 'Москвиче", и должен был присоединиться к нам спустя сутки. Отъехав километров 30 от границы, ночью он налетел на бордюрный блок, лежащий посреди дороги. Взорваны были два колеса, чудом сам не убился и, чтобы добраться до помощи, он вынужден был ехать на диске с обрывками резины самой малой скоростью довольно долго, несколько часов. Может не зря у нас с собой было три запаски?
Отец мужа имел в Ганцевичах деловые интересы, что то связанное со строительной техникой, и весной они, муж с папой, в эти края уже ездили. А после принимали белорусского партнера по бизнесу у себя в Москве.
Нас с дороги сразу поселили в двухкомнатной квартире, в пятиэтажке по соседству.
Квартира использовалась именно для деловых визитов как гостинница. На кухне было все для хранения и приготовления пищи: посуда, холодильник и т.д.
В комнатах были кровати с чистым постельным бельем. В ванной была горячая вода. Рай да и только. За 36 часов в дороге мы, изрядно измученные, хотели завалиться спать, но нас позвали в гости. Пришлось идти, после отдохнем.
На следующий день поехали искать, чем бы выгодно закупиться.
Нас, конечно, интересовали разные товары. Но больше всего в ту пору известен был замечательный белорусский трикотаж.
Как ни странно, но его мы почти не взяли. Озвученные цены не сильно отличались от московских. Получалось, что купить что-то можно только себе, в единичном экземпляре. Но мы, тем не менее, подходящие товары для себя нашли: недорогое, но качественное постельное белье, замки багажника на первую модель Жигулей, домкраты на восьмую, еще что-то.
В маленьких сельских магазинчиках случалось найти "острый" российский дефицит, здесь никому особо не нужный.
А ведь целью поездки был сыр.
Мама моего мужа родом из этих мест. Здесь она в юности окончила техникум мясо-молочной промышленности, а после вышла замуж в Москву. А ее однокурсница стала директором молокозавода в Барановичах. И так как она несколько раз в год бывала наездами в Москве, с поездками, аналогичными нашей, то сыр в семье моей свекрови предпочитали строго белорусский. До конца своих дней свекровь была фанатом всего белорусского, и продуктов в первую очередь.
Предполагалось, что мы привезём в Москву на продажу сыр, но получилось так же, как и с трикотажем. Только себе, иначе поездку нам не окупить.
Но тем не менее в Барановичи мы заезжали, мамину подругу проведали, местные магазины обшарили и купили...
Более странной покупки до этого мы не делали. Мы купили копчёных кур в полутушках. Килограммов 30, не меньше. В Москве они стоили в разы дороже, а значит был шанс продать на стихийном рынке у метро, а тогда такие были у каждой станции. Продать то, что съесть не успеем. Нам и самим ужасно нравилась белорусская курятина!
На улице был минус. Все наши припасы и покупки, а также личные вещи хранились в машине у дома. Пока однажды утром мы не поняли, что машина вскрыта, а многих, большей частью личных, вещей не хватает.
Сигнализацию, как вы помните, мы отключили ещё под Калугой, не вынесла она закипевшего аккумулятора и, заглючив, орала дурниной. Теперь же мы стали легкой добычей местных жуликов. Поездка на глазах становилась убыточной! И хоть воры не покушались на запчасти, а именно на них мы предполагали выручить больше всего, но досада от потери заставила моих мужчин пару ночей по очереди сидеть в машине и слушать музыку. Больше нас грабить не рискнули.
Прошерстив магазины и магазинчики Брестской области, мы через пять дней уехали домой. Обратно через Забраму и щелястый домик за рекой.
В общей сложности поездка заняла неделю и обратно мы добрались без приключений. Мы проезжали мимо партизанских стоянок под Брянском, побывали в Ганцевичах и Барановичах, увидели как живут люди в Беларуси и прониклись любовью к этим местам. Позже, спустя 20 лет, мы через территорию Беларуси, по скоростному шоссе ездили на Мазурские озёра в Польшу, а в другой раз отдыхали в санатории под Минском.
А в 2014 на белорусско-польской границе, в Бобровниках, нас развернула прекрасная польская ведьма-пограничница с обещанием, что мы на "шипованной резине в Евросоюз не въедем". Мы больше и не въезжали.
Но это уже совсем другая история. И я расскажу ее в другой раз.
А пока нам предстояло распродать товары по знакомым и друзьям, запчасти раздать в коммерческие магазины для реализации, и стоя у метро продавать копчёных куриц. Правда немного, остальных мы все-таки съели.
В апреле следующего, 1994 года, ребята повторили свою поездку, но уже без меня. Мама категорически отказалась меня отпускать.
|
|
29.
У страха глаза велики
Сегодня ночью случилось землетрясение. Лёгкое, 4,2 балла, но так как глубина точки бабаханья всего 7 км, довольно ощутимо.
Начну с конца. С утра ржали как ненормальные и разъехались по школам и работам. А было так.
Около трёх ночи со двора раздался лай собаки. Гавкает он басом, да к тому же начал таранить входную дверь и судя по звукам пытался её вынести с косяком.
"О господи, ну что там опять, ёжик тебя запинал, дебил?" - и я снова провалилась в сон. И тут меня кааак толкнул КТО-ТО! В момент я приняла полувертикальное положение и на всякий случай поджала ноги. Тихо. Но почему-то очень страшно. Что это было? Воры? Ведь и собака лаяла.
"Кто здесь?" - охрипшим голосом спросила я тишину.
И снова наверху начали вышибать дверь. Зачем-то я громко заорала. А сверху слышу приглушённый плач дочери! Я рванула наверх, наплевав на всех грабителей и привидений.
В коридоре картина ещё интереснее. Дочь в пижаме пытается выдавить дверь на улицу, но снаружи её явно кто-то вдавливает внутрь. И тут вдруг гул и под ногами проносится табун бегемотов - новый толчок. Пса больше не слышно, наверное умер от сердечного приступа...
С утра мы хохотали:
-"Ты чего реветь начала?"
-"А ты зачем кричать стала?"
-"Я думала, кто-то в дом забрался."
-"А я решила, раз ты орёшь, значит всё, апокалипсис!"
-"Нетфликс надо меньше смотреть!"
...а собакин кстати выжил и по моему очень рад, что мы тоже - война войной, а обед по расписанию!
|
|
30.
Анна Степановна была женщиной строгой, но справедливой. Её муж, Василий Петрович, имел одну весьма неприятную привычку: он упорно писал в раковину на кухне. Анна долго терпела, но, в конце концов, решила, что с этим надо что-то делать. Она начала с простых мер. Поставила на раковину табличку: « Здесь не писают». Василий Петрович, прочитав табличку, улыбнулся, но привычку не изменил. Тогда Анна пошла на более радикальные шаги. Каждое утро, когда Василий Петрович собирался на работу, Анна наполняла раковину холодной водой и клала туда пару льдинок. Когда Василий, сонный и не подозревающий, подходил к раковине, его ждал неприятный сюрприз. "Что это за морозилка?" - вопрошал он, но Анна только пожимала плечами: "Наверное, морозильник сломался." На следующей неделе Анна решила сделать раковину ещё менее привлекательной. Она купила специальную пахучую жидкость для прочистки труб с отвратительным запахом. Время от времени она добавляла её в раковину, и Василий начал замечать, что раковина больше не пахнет свежестью лимона. "Анна, у нас раковина чем-то воняет!" - жаловался он. "Наверное, старые трубы," - спокойно отвечала она. Но кульминацией стала идея с неожиданной сиреной. Анна тайно установила датчик движения в раковину, который активировал громкий сигнал, когда Василий подходил слишком близко. Однажды ночью, когда Василий снова решил воспользоваться раковиной, дом наполнился оглушительным звуком сирены. Василий подпрыгнул от неожиданности, пролив на себя воду из стакана, который держал в руках. "Анна, что за чертовщина?" - закричал он. "Наверное, сигнализация," - ответила она, пряча улыбку. После месяца таких « неожиданностей» Василий Петрович окончательно понял, что раковина - не место для его нужд. И хотя он так и не узнал, что все это было проделками его жены, Анна Степановна довольна улыбалась, глядя на своего мужа, который теперь аккуратно пользовался туалетом.
|
|
31.
Племянника своего, Вовку, Григорий Иванович любил. Так получилось, что свои дети у него давно выросли, жили самостоятельно, а брат его младший семьёй и детьми обзавёлся поздно, да и неустроенный был – жизнь так складывалась. Поэтому шестилетний Вовка частенько гостил у дядюшки. Вот и в этот раз, на майские выходные он с удовольствием приехал к дяде Грише на дачу.
Парень был неглупый, смышлёный, вечно с вопросами приставал – видно, дома им не сильно занимались. И то сказать, отец с утра до вечера пашет – семью обеспечивать, а мама (бестолковая, с точки зрения Григория Ивановича) не работала, торчала с утра до вечера на собраниях своей дурной секты - не то сайентологов, не то свидетелей Иеговы – мы тут люди простые, в сортах дерьма не разбираемся.
- Вовка, ты где? Принеси мне шуруповёрт из сарая!
Надо было дверцу задней калитки поправить - покосилась.
- Дядь Гриша, можно спросить, а чудеса бывают?
- Конечно бывают. Ещё какие.
- А правда, какие?
- Какие? Ну ты вопросы задаёшь. Всякие. Бывают добрые - о таких потом всю жизнь с теплом вспоминаешь, бывают непонятные – только чувствуешь нечто потустороннее – вроде бы безвредное, но чужое и могучее настолько – аж страшно становится. А бывают и недобрые чудеса. Ледяные, злобные. С такими лучше не сталкиваться. Ну, от человека здесь мало что зависит. На то они и чудеса.
- А меня вот мама позавчера в магазин послала, ну я там на стойке её кошелёк и забыл - домой пришёл, она как раскричалась! Пришлось обратно идти. Кошелёк за стойку завалился, представляешь? И там лежит. Ну разве не чудо?
- Что же это за чудо? Просто стечение обстоятельств. Повезло.
- И что тогда настоящее чудо?
- Сложно сказать. Когда это происходит - понимаешь, что в нашем, привычном мире такого быть не может, а оно всё равно случается. Когда на тебя, как волной накатывает чувство, что ситуация – явно из потустороннего, и сделать ты с этим ничего не в состоянии, а в силах только ждать событий, и наваливается не то ужас, не то восторг – или и то и то вместе. Говорю же сложно объяснить.
- А с тобой так бывало?
- Бывало.
- Дядь Гриша, расскажи?
- Хех. Таких и слов–то нет в человеческом языке, чтобы это рассказать. Мне тогда лет было, как тебе теперь. А отца твоего ещё и вовсе на свете не было. Отправили меня на месяц под Зеленогорск - в детский санаторий. Ничего так, интересно. И Новый Год там встречали. Санки, лыжи, ёлка, снежная баба – красота.
- Однажды ночью я сам не понял, от чего проснулся. Не то тревога непонятная, беспокойно. Будто что-то происходит, а что - не пойму. Прилип носом к окну и гляжу на улицу. Ночь, снег, полная луна светит ярко, как прожектор, небо чистое, звёздное, для Ленобласти это редкость. Заснеженная ровная поляна и тишина. И вроде как никого вокруг – один я на всём белом свете.
- Вот от этой тишины и чувства одиночества полезли мне в голову мысли всякие – о бесконечности. Это точно кто-то свыше на меня посмотрел – откуда у шестилетнего пацана такие мысли? Я сейчас могу это сформулировать – а тогда и слов-то таких не знал.
- Как попробовать представить себе, где кончается космос? И как уложить в голове понимание, что он не кончается нигде? И что время тоже бесконечно? И чем больше я об этом думал, тем больше приходил в состояние безумного восторга – было ощущение, что прикоснулся к чему- то настолько громадному и великому, что становилось жутко страшно – вот именно так – смесь мистического страха и звенящего восторга. А оно, это великое, вовсе оказалось и не страшное совсем– будто кто- то улыбался сверху, подбадривал меня извне– не бойся, это мир так устроен, а сегодня ты с ним познакомился. Переворот сознания.
- Долго смотрел. Как заснул – сам не помню. А проснулся с ощущением радости и тепла– хожу и всем улыбаюсь как дурак- от уха до уха. Несколько дней потом эта радость во мне сидела, пока не растаяла. Но на всю жизнь осталась память, что в детстве довелось душой прикоснуться к такому- великому.
- И ещё – с той поры способность у меня чудная появилась – если рассказываешь что- то, или сам для себя фантазируешь, можно представить всё это так, что почти неотличимо от реальности получается – говоришь смешное, становится смешно, страшное – страшно, мелодраму представляешь – чуть ли не слёзы на глаза наворачиваются - эмоции испытываешь самые настоящие. Это вроде как подарок получился – в память о пережитом. Вот такое было у меня в детстве настоящее доброе чудо.
- Здорово. Дядь Гриша, а мне так можно?
- Не знаю, наверное можно. Говорю же – от человека это не зависит. Чудеса помимо нас происходят- на то они и чудеса.
- А злые чудеса, они какие? Ты таких не встречал?
Григорий Иванович помолчал. Вздохнул печально-
- Я не встречал. А вот тётка моя, твоя двоюродная бабушка рассказывала. В блокаду, в сорок втором году, они снимали дом недалеко от Финской границы – по реке Сестре. Войны там почти не было, было вроде противостояние. Постреливали иногда, но не часто. Батальон, в котором служил её муж, стоял совсем недалеко от них – всего пять километров. Можно было повидаться.
- Злое чудо- это очень страшно. Не дай Бог такое пережить.
Снится ей сон – будто бы муж дома, сидит на лавке и переобувается. Чистые портянки намотал. Улыбка на лице странная- тётка говорит- я смотрю, а он свои старые сапоги надевает.
- Серёжа, робко так говорю, что же ты эти сапоги взял, они же тебе малы стали? Вот же новые есть?
- А он так взглянул в глаза и отвечает – Катюша, а мне теперь уже всё равно… и таким тоном, вроде добрым, но оторопь берёт- до жути.
- Сказал, а мне будто иголку ледяную в сердце вонзили. Проснулась, вся в поту, руки трясутся, взгляд этот до дрожи пробирает. Так до утра и проворочалась, заснуть не получилось.
Не так что- то, что- то случилось, неспроста такой сон.
Как рассвело, тётка пошла к военной части. Её знали там, встретили. Командир в глаза не смотрит, фуражку снял-
- Горькая весть у меня для вас, Екатерина Павловна. Сергея больше нет, погиб. Одно утешает, если можно так сказать – во сне погиб, не мучился. В блиндаж попал снаряд, товарища его пополам, а ему ноги оторвало.
Он говорит, а тётка рот руками закрывает чтоб не закричать, зубы сводит, зажмурилась от ужаса, и только мысль стучит – так вот почему тесные- то сапоги в пору пришлись!
- А во сколько это случилось?
- Сегодня ночью, около трёх часов.
Именно тогда, когда сон этот проклятый приснился.
Похоронили там же, в Белоострове. Тётка, пока жива была, ездила на могилу, ухаживала. А мне рассказывала, что сон тот забыть не может, и взгляд его- прямо в глаза, и фразу - …мне теперь всё равно.
...............................
- Вот такие «чудеса» тоже бывают, Вовка. Пошли обедать. Ты «Незнайку» дочитал? Нет? Вот после обеда будешь мне читать вслух. Там все чудеса добрые…
- Дядь Гриша, а ты говорил, ещё безвредные чудеса бывают, расскажи, а?
- Ну ты пристал. Они не безвредные, они просто сами по себе. Иногда случайно столкнёшься непонятно с чем – потом думаешь – бррр, не то нечисть, не то вообще дурь какая- то.
- Лет десять назад, или побольше, не помню уже, ехали мы с Украины, с самого Закарпатья в Питер. Выехали рано, утром, часов в пять – повезло что вовремя успели – потом буран начался, и перевал на Карпатах закрыли. Сестра твоя там концерт давала – играла на пианино в Чинадиевском замке. Из за этого задержались, и пришлось спешить – Новогодние выходные кончаются, на работу пора.
Поэтому по пути решили не останавливаться на ночёвку- в принципе проехать можно, хоть и далеко для одного раза. От Мукачево на Брест, дальше Минск, Витебск, Псков и домой. Всего около тысячи восьмисот километров - это кстати, мой рекорд по продолжительности езды без отдыха.
Останавливались только на заправках и пару раз перекусить. От Бреста до Минска дорога ровная и пустая- я решил поспать, и отдал руль дочке. Ни фига не подремалось – не могу я заснуть, она тогда ещё неопытный водитель была – волновался за неё- как тут заснёшь? И ехала гораздо медленнее меня – километров восемьдесят, а я- то гнал сто сорок.
- После Витебска, к границе Белоруссии подъехали уже глухой ночью. От границы до первого Российского посёлка – Опочка называется, дорога платная, но скверная – хуже нет. Узкая, без обочин, не остановишься – а ну, как кто за тобой едет, не разглядит, и в задницу влетит со всего маха?
Жена с дочкой повалились, спят без задних ног, разморило, я вцепился в руль, стараюсь не заснуть. Там всего километров сорок по глухому лесу.
Но эти сорок километров мне надолго запомнились. Когда сморило за рулём, что только не придумаешь, чтоб не заснуть – я и семечки грыз, и анекдоты себе вслух рассказывал, отключил печку и приоткрыл окно – ветром физиономию обдувает, вроде пободрее.
- Вот так эта борьба со сном и продолжалась – ну не могу, клинит и клинит- глаза сами закрываются. А дальше вообще мистика началась – то в реальность качнёт, то в потусторонщину – гляжу, натурально лешие из за стволов выглядывают – мохнатые такие, черти, глаза у них красные, светятся. Любопытствуют, глядя на нас.
- Деревья ветвями машут, переговариваются – что этому дураку надо здесь в такую пору? Заснёт, разобьётся же, и семью угробит.
- Нет, эти люди странный народец- не берегут себя совершенно. Им и так в мире недолгий срок отмерян, а они и того не хранят.
- Дядь Гриш, что, деревья ПРАВДА разговаривали? В самом деле? Так бывает?
- Ну ясно, разговаривали. Как помню. Оно же мне чудилось – но голоса вроде слышал отчётливо, и видел, как они двигались. Только что дорогу не перебегали.
Скорость сбросил, глаза выпучил, страшновато – вроде и не сплю, но точно одновременно пребываю в двух параллельных реальностях.
Как доехал до Опочки, не помню. Остановился на первой же заправке, часа полтора вмёртвую спал, отключился. Потом кофе горячего попили, позавтракали. А на свежую голову я эти оставшиеся четыреста километров запросто проехал.
Вовка смотрит с широченными глазами-
- Так значит, всё, что в сказках про леших, водяных и кикиморов пишут- правда?
- Конечно правда. Пошли обедать, говорю, а потом Незнайку читать будем.
Вот такой, понимаете ли, племянник любознательный… Всё ему сразу расскажи.
А то, что жена у Григория Ивановича (тётушка Вовкина) – настоящая ведьма, что на все воспоминания мужа о сверхъестественном, смотрит немного свысока, и снисходительно, она- то гораздо ближе ко всем этим параллельным мирам – колдануть может так, что любому не поздоровится- об этом помолчим.
Но хороший племянник растёт - наш парень. И с тётушкой дружит – есть, кому способности передать…
|
|
32.
Нахлынуло…
Включаю 9-го, утром перед работой ТV, а там военный парад прямо из Белогорска. Муха-бляха я же там, с полвека назад, в двухгодичниках служил. Черным лейтенантом, командиром взвода. Белые служили при штабах, поближе к столице, а я со многими другими залетел аж в Амурскую область в КДВО/Краснознамённый дальневосточный округ/(как дурила вляпался опять), рядом с еврейской АО, где сегодня днём с огнём не найдёшь нормального еврея, и ЗБВО/Забайкальский военный округ/(Забудь вернуться обратно). В тех самых местах, где дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут. Так нам на исправление ещё присылали «штрафников» из западной группы войск, у одного из них я повзаимствовал немецкие хромовые сапоги на платформе, которые почти не снимал два года. Места прохождения службы были диковатые, но красивые. Бескрайные соевые поля Приамурья, капризная речка Зея, тайга на севере. Глухари, тетерева, кочующие стада косуль… Погода, правда, не подарок и особенно зимой. Сейчас где-то там Зейская ГЭС, космодром Восточный… Испохабили природу, но куда деваться. Так, на чём я остановился. Привалила, значит, в КДВО толпа двухгодичников после окончания вузов. Ребята крепкие и молодые. Со всех концов необъятной страны. И сразу после копеечной стипендии приличное офицерское содержание и бесплатный пролёт проезд в любую точку Советского Союза. Большой соблазн для любителей выпить и закусить. Правда, можно было купить в этих местах хорошие книги. Но не книгами одними жив человек. Остается ещё спорт. Но кто сказал, что спортсмены не пьют. Не верьте. Офицер должен быть хорошо выбрит и слегка пьян. Обед в гарнизоне. Дружно валим в нашу столовку. Обычное меню: солянка, рис с бараньей нарезкой и вместо минералки или компота стаканчик Плиски. Замечательный напиток, но если встретишь шапочного знакомого, так я его и повстречал, одной бутылкой не обойдёшься. Сталкивались когда-то в строй отрядах. Теперь он тоже лейтенант, зам. начфина дивизии. Вертаемся через спортивное поле в общежитие, пятиэтажное здание из силикатного кирпича. Навстречу ком. дивизии с проверяющим из округа. Зам.начфина пытается отдать честь. Такой восьмипудовый «мышонок» с дворянкой ножкой 37-го размера. Падает. Увлекает меня за собой прямо перед лицом высочайшего начальства. Так я вошел в контакт с начальником гарнизонной гауптвахты майором Петровым. Первые заслуженные трое суток. Майор - отличный здоровенный мужик. Трое суток детального изучения уставов и оформление всяческой наглядной агитации. – А дело было в сентябре. Сидели двое на губе, и двое, как не странно, лейтенанты. Нам было что и пить и есть, газет с уставами не счесть. Нам дайте карты, нам дайте карты. С утра майор Петров входил и нас в порядок приводил и говорил внушительно и строго: А коль не хочешь ты добром плакатным выводить пером – сиди до гроба, сиди до гроба. А двухгодичники в тоске стучат конями по доске, на волю выходить не торопятся. Здесь нет вина, здесь нет девчат, здесь ночью лисы верещат. Куда податься, с кем пободаться.- Были ещё куплеты. Забыл, не помню… Потом у меня с майором Петровым сложились нормальные деловые отношения. /Да, в качестве лирического отступления. Военные сборы, ещё студентами мы проходили в Самборе, что подо Львовом. Наш командир сборов попросил написать песню для роты будущих лейтенантов-химиков. Через несколько дней рота маршировала на стрельбище, что находилось на старом разрушенном еврейском кладбище, потом в столовую под мои дурацкие куплеты: Чеканят шаг химические роты, девчонки затихают у ворот. Мы выручаем матушку пехоту и наши армии ведем вперёд. И т.д… Заработал благодарность от командира сборов. А офицер звёздочкой повыше заметил: «Соловей, узнаю тебя по твоим копытам». Был у меня в части друг из славного Львова, были друзья и в самом Самборе, где с моим приятелем расслаблялись в самоволках. А теперь дети и внуки моих кодатошных российских и украинских друзей убивают друг друга./Полнейший идиотизм. Уму непостижимо /. Что был обязан делать любой командир взвода, помимо работы с личным составом? Ходить в патрули и караулы. Караулы – эта охрана складов и проверка постов. Распределение солдат по сменам. Заряжай, разряжай. Главное, чтобы спросонок никто себе ногу не прострелил или не потерял магазин от автомата. Летом терпимо, зимой не фонтан. Патрульная служба на порядок веселее. Приходишь к майору Петрову. Он даёт тебе 2-3 солдат и маршрут патрулирования. Добавляя при этом: «Не приведёшь двоих,- сядешь третьим». Маршрут простой: сам гарнизон, железнодорожная станция, там рядом ресторан - забегаловка «Голубой Дунай», потом Кильдым, весьма специфическое строение, где жили выпушенные на свободу и осевшие рядом с гарнизоном заключенные, ну ещё редкие вызовы на жалобы местного населения, которые попадали к майору Петрову. Милиции, как таковой, не было, её обязанности тоже выполняла патрульная служба. Собственно я вырос не в столице, а за Люберцами, в Раменском районе в поселке Фабричная. Там у нас был клуб с библиотекой и бесплатными спортивными секциями, совсем не то, что сегодня. Секцию бокса вёл Сан Сыныч, из бывших тяжёловесов, так он, даже нас легковесов, научил держать удар и давать ответку. Спасибо ему за это. В обязанности патруля входило задержка солдат без увольнительных и не только. Рядом был стройбат, какие-то летунские курсы, ещё на станции и у «Голубого Дуная» изредка возбухали вышедшие на волю бывшие заключённые/а всяких тюряг в местах этих хватало, была даже одна женская/, так что можно было при желании без труда выполнить разнарядку уважаемого начальства. Петров говорил: Не усердствуй. Нарвёшься на нож. Домой должен вернутся живым. – Вернусь, лишь бы не нарваться на кастет. Прорвусь, как чирь на..попе. Были, конечно, разные случаи. Шагаешь мимо «Голубого Дуная», а там прапор, из летунов, стоит на четвереньках в придорожной луже и вопит: «Иду на взлёт! » Что-то, наверно, удачно загнал из вверенного ему имущества. Так его свои же и заберут. Или даёт Петров вводную, поезжай на зерновой склад, разрули обстановку. Местные позвонили. Бытовуха. А там офицер из летунов, загулял с женой завсклада. Мужа выгнал. Сидит пьяный и довольный. Вязать старшего по званию одно удовольствие. Петров, его протрезвевшего, всё равно отпустит. По субботам в доме офицеров устраивались танцы. По окончании оных - напряжёнка. Подтягивались деревенские пацаны, чтобы двухгодичники, в основном холостые, не уводили клёвых девчат. А самое ответственное мероприятие перед учениями и смотрами - зачистка Кильдыма. Петров со своими бойцами окружает здание, я со своим патрулём прохожу по двухэтажному бараку и вышвыриваю из комнат дембилей и старослужащих, тех кто не успел выпрыгнуть из окон. В коридор выходит латышка Регина, дама баскетбольных размеров. У неё на руках дремлет усатенький лейтенантик из Таджикистана. «Не отдам…» рычит Регина. Картина маслом. На этом я прекращаю своё повествование, по прочтении которого можно убедиться, что автор был и остаётся совком со слабой надеждой на свет в конце туннеля.
|
|
33.
Ностальгия по Социализму- кто помнит. Посвящается Советским воинам- Афганцам.
Записано со слов моего одноклассника. Возможны неточности в деталях.
После восьмого класса Серёга пошёл в автодорожный техникум, что на улице Салова. Из Купчино ехать- почти рядом, и там можно было права получить. Да ещё сразу и на легковушку и на грузовик.
Поэтому, когда после техникума его призвали в армию (шёл 1981 год), обладание заветной книжкой сразу повысило его уровень для военкомата.
Перед самой службой произошёл такой казус – Серёга потерял паспорт. Всё перерыл- нет, блин, как не было. Пришлось идти в милицию и срочно выписывать новый. В кармане уже повестка, полез в шкаф, поменять бельё на получше- там же раздеваться придётся на медкомиссии- и вот он, потерянный – среди носков затесался.
Чёрт его дёрнул отдать в военкомате старый, а новый, действительный, припрятать и сохранить. Вообще за такой подлог можно крепко по заднице получить – но никто в суете на это не обратил внимания.
Служить его отправили в Подмосковье, в Кантемировскую дивизию, в учебке Серёга освоил профессию механика- водителя БТР- он от грузовика почти и не отличается.
Кантемировская считалась «придворной» дивизией – то есть внешнему лоску уделялось внимания больше, чем в других таких же частях. Да ещё дедовщина. Первое время это сильно не напрягало, но потом стало надоедать, поэтому, когда на очередных политзанятиях желающим было предложено написать заявления на продолжение службы в «ограниченном контингенте Советских войск в республике Афганистан», Серёга подписался одним из первых.
Самолётом до Ашхабада, оттуда на грузовиках под Кушку – почти шестьсот километров. Часть занималась охраной конвоев в Герат и под Кандагар. Маршруты – когда через горные перевалы, когда по долинам и пустыне в предгорьях.
Устроились, познакомились. Пошла служба. В первый свой конвой Серёга шёл не без некоторого мандража- однако обошлось без приключений – зато безумно интересно. Ночью в горах холодно до минус двадцать, а днём по равнине – жара до плюс сорок. Красота исключительная – раньше он не видел таких ландшафтов. И это же ещё была какая никакая, но заграница, другая страна, другая культура.
- Запомните воины, наше присутствие здесь – помощь братскому народу в борьбе против империалистов – говорил политрук на занятиях. Географическое положение Афганистана таково, что кто контролирует эту территорию, тот во многом диктует свою волю всему Ближнему Востоку. Это понимали ещё в Российской Империи, в противостоянии с Великобританией в середине девятнадцатого века. В двадцатом веке, после второй мировой, когда Британия вынуждена была вернуть независимость своим бывшим колониям, на её место здесь пытается встать Америка. Ситуация обострилась настолько, что нам пришлось вмешаться.
- Кроме политического аспекта, есть и другое значение, не менее важное. Афганский план и опиумный мак – наркотики, весьма востребованные у международных криминальных структур. В сущности, это бандиты, и с ними тоже надо бороться.
Насчёт борьбы с бандитами- это куда ещё, а вот косячок засадить – на это многие в части крепко подсели. В Туркмении этого добра тоже было предостаточно. Серёга шибко не злоупотреблял, опять же если залетишь, мало не покажется – вплоть до дисбата, но прислонялся – даже понравилось. Это вам не портвейн пить из горлышка в парадной.
А вот Сашка Крюков с Воронежа – раздолбай и охламон, такой же мехвод, как Серёга – этот без плана жить просто не мог. Кликуху себе заработал – Гуинплен. Перегоняли однажды машины колонной, он следующим номером за Серёгой, пылища до небес, не видно вообще ни хрена, Сашка башку в люк высунул, и очередной косяк давит. Впереди выезд на перевал, Серёга тормозит, и получает мощнейший удар в зад. Саня, бля, тормозных огней не заметил. БТР- штука бронированная, от удара ничего не поломалось, кроме этого раздолбая –он наделся открытым ртом на закраину люка, разорвал себе пасть до ушей, и вышиб все зубы. Сидит, зубами плюётся, кровища хлещет, а сам хохочет, как дебил, не может остановиться- во как вштырило. Из госпиталя вернулся через месяц, зубные протезы ему сделали, но рожа из за шрамов стала точно, как в романе у Гюго - «Человек, который смеётся».
В Афгане колонны стояли дня по два, по три. Туда возили продукты, боекомплект, обратно раненых. Двухсотых в пластиковых пакетах тоже доводилось. Сопровождению делать было особенно нечего, повадились шляться на базары – говяжью тушёнку, солярку можно было выменять на импортную технику – всякие Шарпы и Панасоники. В Союзе этого ничего не было, и дома такое добро очень выгодно продавалось. Если удастся протащить, конечно.
Иногда получалось, иногда- нет. Начальство в основном смотрело на это сквозь пальцы – по настроению. А как- то по настроению, после очередного рейса все машины остановили, не доезжая километра до части, устроили общий шмон, свалили всю импортную технику в стороне, на пригорке, личный состав с оружием построился в шеренгу.
Командир скомандовал-
- Огонь!
Ну что сделаешь, пришлось расхерачить всё в клочья. Повеселились, бля, от души постреляли.
Случались и другие перестрелки. Колонны периодически обстреливались, дороги минировались душманами. Надо было быть повнимательнее. Но на этом маршруте духи в серьёзные стычки не вступали – обстреляют колонну, и сразу уходят в горы.
Как- то Серёга подобрал в заброшенном ауле книгу. Типа – на раскурку бумага пригодится. Тоненькие такие листки, почти прозрачные. Не пригодилось. Спросил у местного аксакала на рынке – что это? Тот аж затрясся –
- Это Коран, священная книга. А сможешь ещё привезти? Хорошие деньги дам.
В СССР ни Библию, ни Евангелие тогда было не купить. А Коран- тем более. Ни на Русском, ни на Фарси. Серёга задумался. Он этих Коранов в Герате на рынке в лавке у входа много видел – от дорогущих с тиснёной кожей, до самых дешёвеньких, в бумажной обложке.
За ту книжку дед дал ему целых пятьдесят рублей – при том, что рядовые в СССР получали тогда довольствие три восемьдесят, а сержанты- семь рублей в месяц. Опасно, конечно, если за магнитофон можно было максимум отсидеть сутки на губе, то за Коран – это уже идеологическая, мать её, диверсия – дисбат обеспечен. С другой стороны, спрятать книжку гораздо легче, чем двухкассетный Шарп.
Время шло, служба продолжалась. Серёга был уже старшим сержантом, гонял тех, кто помоложе –
- Воины, вы не на Родине, бля, или будете точно делать, как сказано, или вам пиз..ец. Здесь Афган, здесь разгильдяи долго не живут.
Ну кем надо было быть, чтобы снаряжая ленту крупнокалиберного пулемёта, треснуть по перекосившемуся патрону молотком? Дебил, первогодок. Оглох и лишился трёх пальцев. Повезло, что только один патрон разорвало.
Серёге везло. Несколько раз влетал было под обстрелы, но ни разу не был задет. И машина на подрыв не попадала. А тот, свой последний конвой, что их подразделению довелось сопровождать- запомнил надолго.
- Мехводы, ко мне! Выход в пять утра, пехота в расположении, первым идёт ефрейтор Савченко. Проверить боекомплект, заправиться. Всем всё ясно? Вольно, разойдись.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
- Товарищ капитан, разрешите обратиться? Позвольте мне первым идти? У Савченко второй рейс, зелёный он ещё совсем, рано ему колонну возглавлять.
- Сержант, у тебя дембель когда?
- Три недели осталось.
- Может не полезешь вперёд? Поедешь домой непокоцаным? Разведка утверждает, что духи в этом районе активизировались.
- Да я везучий, товарищ капитан. За полтора года – даже синяка ни одного не было.
- Ну давай. Чтоб и в этом рейсе тебе повезло, как раньше.
- Есть, спасибо!
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..
Машина, идущая первой, имеет самые высокие шансы подорваться на мине. Но и двигается с хорошей видимостью, а не глотая пыль от впереди идущих.
Пехота расселась на броне, БТРы заняли свои места в колонне, и конвой двинулся.
Часа через два с половиной Серёга поймал- таки свою мину. Удивительно, но рвануло под задним левым колесом- ахнуло так, что он треснулся головой о потолок кабины. Машину завалило на бок, пехота рассыпалась вокруг, занимая места для стрельбы. В ушах звон, Серёга выполз через башенный люк – глядь, Урал, что шёл за ним следом, упёрся в его БТР передним бампером, и скребёт колёсами по щебню, разворачиваясь поперёк дороги. Видать, водиле крепко досталось.
Колонна встала, кто- то орёт матом, стрельба – духи аккуратно чешут из укрытий, наши отстреливаются, прикрываясь бронёй.
Серёга дополз до Урала, забрался в кабину – водила весь в крови, но вроде дышит. Перетащил его рывками на пассажирское место, сел за руль.
Дал несколько сигналов, сдал задним ходом, и рванул вперёд – чтобы освободить путь, и вывести колонну из под обстрела. По бронежилету, висящему на водительской двери, несколько раз сильно ударило – стреляют, гады.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
Ушли. Несколько человек ранило, но двухсотых- ни одного.
- Ну ты, бл..дь, точно в рубашке родился. Мало, что все с машины целы, сам цел, да ещё сумел так быстро отреагировать. Я на тебя представление напишу, на Красную Звезду – считай, ты же всю колонну спас – ещё пара минут, нас бы там так раскатали, что мама не горюй!
- Спасибо, товарищ капитан, служу Советскому Союзу!
- А это что у тебя? Зацепило, что ли?
Действительно, правая рука слушалась похуже левой, и вся в крови.
- Всё, сержант, ты своё отвоевал. Давай в санчасть, без тебя справимся. Сам дойдёшь?
- Так точно, вроде несильно цапануло.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
На дембель Серёга выбрался только через полтора месяца. Осколок, что вытащили у него из плеча, сохранил на память. Зашёл в казарму, попрощался, вытащил заныканный гражданский паспорт из тайника, и деньги, что заработал на Коранах. Завернул в штаб, за предписанием.
- Его…в! Сержант! Молодец, что зашёл. Давай руку, прощаться будем.
- Удачи вам, товарищ капитан.
- Вот что, тут сейчас бортом трёхсотых повезут в Ашхабад, давай- ка с ними – я договорюсь.
- Спасибо, товарищ капитан, ещё раз – удачи! Счастливо вам.
На вертолёте получилось гораздо быстрее, чем пылить по жаре на грузовике.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Каждый отслуживший знает, что такое «дембельские понты». Серёга переплюнул в этом многих, если вообще не всех – подумаешь, вышитый парадный китель с аксельбантом из парашютных строп! Он ехал домой в джинсах, армейской американской куртке и ботинках – в Ашхабаде на базаре купил. Прикрепил к куртке два значка – «специалист первого класса», и об окончании техникума.
Из родного оставил только тельник, и панамку- Афганку. Вначале взял себе билет в плацкарт по воинскому предписанию, а потом вернулся в кассу, и купил СВ – гулять так гулять. Денег с собою было чуть меньше двух тысяч – мог себе позволить.
Сидит на перроне, до отправления минут десять, пьёт пиво, мимо- милицейский патруль. Посмотрели, заинтересовались.
- Молодой человек, вы кто такой, откуда? Предъявите документы.
- Да дембель я, домой еду – вот военный билет, билет на поезд и предписание, всё, как полагается.
- Да, всё в порядке. Извините, бдительность.
Так, блин. От ментов отгавкался. Но ментяра, видать инициативный попался, энтузиаст хренов. Через пять минут на перроне появляется военный патруль. Немного помявшись, представившись, что- то нечленораздельно промычав о причинах проверки, офицер тоже попросил предъявить документы. Серёга нагло вытащил из левого кармана гражданский паспорт –
- А в чём дело? Я в гости к однополчанину приезжал- служили вместе.
- Извините, у нас предписание. Всё в порядке, следуйте своей дорогой.
И уже из окна тронувшегося поезда, Серёга увидел, как на перрон выскакивают давешний мент- энтузиаст, со старшим военного патруля. Не удержался, помахал им рукой из окна. А потом прошёл в СВ – даже если и передадут вперёд по линии, искать его будут только в плацкарте. Так оно и вышло – до Ленинграда никто не побеспокоил.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..
Отгулявши недели две, Серёга дошёл наконец до военкомата – сдать предписание и поставить отметку в военном билете.
- Что ж вы так долго, товарищ старший сержант?
- Как все, а то вы не знаете? Пока не протрезвился, до военкомата не доберёшься.
- Ну, поздравляю вас с возвращением, каждый раз приятно говорить это воинам- интернационалистам, улыбаясь, говорил пополневший старший лейтенант, ставя печать в военник. Серёга этого старлея помнил – тот его два года назад на службу оформлял. Полез в шкаф за личным делом.
- Вот как! Тут на вас представление на награду – поздравляю, орден Красной Звезды! С честью, стало быть долг свой исполнили. Мы вам сообщим, когда, чтоб, значит в торжественной обстано…
- А это что такое? Тут рапорт ещё, чушь какая- то. Из управления ГУВД Ашхабада – какие- то подлоги с документами? Улыбка медленно съезжает с физиономии, старлей начинает краснеть.
- Ну это я случайно паспорт с собой на службу прихватил. Так получилось. Так он мне и не пригодился ни разу- только вот на вокзале…
- ЧТООО? Да вы понимаете вообще, что говорите? Да это же воинское преступление! Да за это под трибунал! Встать, смирно!
- Слышь, бля, старлей, ты пасть- то захлопни? А тон этот хамский, для тёщи своей прибереги, если борщ невкусный сварит. Ты мне штамп в военник минуту назад поставил? Всё.
- И ещё – сильно орать будешь, гляди, сам под трибунал не загреми – тот- то паспорт ты у меня забирал, твой косяк – посмотри на подпись в личном деле. Кстати, можешь на память себе оставить – мне он на хрен не нужен, да он и недействителен.
У старлея морда багровая, глазами сверкает, но сделать ничего не может – штамп- то действительно уже поставлен. Нагадить, однако ухитрился, сволочь. Орден свой Серёга так и не получил.
А уже гораздо позже, в восемьдесят девятом, его вызвали в военкомат, и вручили медаль- «от благодарного Афганского народа»- между собой все прошедшие Афган, её называли «спасибо, что ушли».
|
|
34.
Конечно этой же ночью меня подняли. Пришел какой-то «фазан» толкнул в бок и сказал:
-Пойдем деды зовут.
Страшно ли было, да пожалуй нет. Видимо уже выработалась привычка. Когда тебя метелят толпой корейцы сломав об твою голову доску а потом пинками забивают под уходящий поезд вот там было страшновато. А здесь поезда не было.
Деды чифирили, человек восемь, большинство сидело на кроватях, а один лежал. Все началось с лекции об уставных взаимоотношения. Мне даже поведали о судьбе того ефрейтора который сейчас лежал в медчасти с поломанной переносицей и как он правильно себя вел по отношению ко мне. Я молчал и вникал. Но потом тот кто лежал изогнулся и захреначил мне ногой в горло. Попал в кадык и заорал:
-Ты все понял салабон?! - я смог только кивнуть головой в знак согласия, потому что не мог восстановить дыхание.
-Что ты понял?! - в этот момент я уже смог прохрипеть.
-Понял, что пиздец тебе! - и схватил с тумбочки граненный графин. Одним ударом превратив его в «розочку» о батарею отопления. И взмахнув ею перед лицами дернувшихся остальных кинулся на обидчика.
Тот оказался довольно шустрым перемахнув на другую сторону кровати. И так же шустро ломился по проходу в сторону выхода из казармы. Но я знал правило — взял нож бей! И от наших не уйдешь! Поэтому бежал следом. И у меня было преимущество, я ведь одел сапоги, а он походу был даже без носков. Поэтому чуть не сбил заходящего в тот же выход дежурного офицера части, а для меня последовала команда — стоять воин!
Я дисциплинированно остановился. Не помню отдавал честь или нет.
-Куда он побежал? - непонимающе взревел офицер.
Я скромно пожал плечами в незнании:
-Может поссать захотел?
-А это что за херня?! - показывая на «розочку» в моих руках произнес он.
-Да графин разбил когда слазил с кровати, выкинуть хочу, - смотря честно в глаза заверил я. - готов понести взыскание.
Офицер оглядел казарму, дневального на тумбочке и не увидев ничего подозрительного, скомандовал:
-Отставить. С утра доложишь старшине. А сейчас отбой.
И я поплелся на свою кровать. Больше в эту ночь меня не поднимали, вероятно боялись, что старшина разбитые графины на всех поделит. Да и офицер беспрерывно шарахался так видимо мне и не поверив.
От дальнейших разборок меня с утра спас командир части. Но это другая история, расскажу как будет время.
|
|
35.
Чита… как много в этом слове. Я люблю Читу. Во-первых, туда летают самые подготовленные пилоты. Географически взлетно-посадочная полоса расположена как бы в яме среди лесных сопок. Глиссада при заходе на посадку крутая. Там самолет при посадке как-бы делает пикировку. Приземлились, зашибись, живы. Во-вторых, люди там внешне суровые, но добрые внутри. Когда садишься в такси и пристегиваешься ремнем, водитель смотрит на тебя как на дурака, ты чё пристегнулся? Успокойся, сейчас быстро довезу. Это при том, что на некоторых дорогах на обочине стоят могильные кресты, типа неудачно ездили. В-третьих, один американец, в качестве волонтера попал в Читу, садил со всеми русскими лес, ну там, выкапывешь ямку, садишь саженец елки и прикапываешь .Сам американец был одет в форму американского пожарника, с соответствующей каской на голове. Ага, попал в Читу, красавец. Здесь все гостеприимны. Американец ушел в запой, просрочил визу, ФСБшникам его пришлось принудительно выдворять из страны, сам он не хотел уезжать и возвращаться в Америку. Губернатор Забайкалья номинальный, он как бы есть, но его как бы и нет, народ сам занимается тем, чем им хочется. На пролетающие ночью НЛО здесь никто не обращает внимание, типа повседневность, летают инопланетяне ну и хрен с ними. Вот такое краткое наблюдение.
|
|
36.
Истории на сайте разные. Раньше назывались смешные, теперь просто истории. Бывают и смешные. Например, студенческие.
Народ в общаге бухает, почти полночь, сессия.
Зашла речь о спортивных достижениях.
Спорим, до лампочки ногой не достанешь!
На бутылку?
На бутылку!
Спорщик становится под лампочку и бьет ногой вверх, почти шпагат, сантиметра три не достает, и плюхается на пол.
- Эх ты, смотри как надо! Подходит, подпрыгивает, и бьет ногой вверх. Мимо! Плюхается рядом с первым.
В этот момент дверь в комнату открывается и заходит еще одно пьяное чмо, видит последнее действие.
- Кто ж так бьет!? Вот как надо!
Разбегается, подпрыгивает, колени в прыжке поджимает к животу, и в верхней точке бьет ногой вверх. Попал!
Яркая вспышка, тело валится на тех двоих на полу, два коротких вскрика, сверху на них падают осколки стекла. Снизу из кучи раздается голос:
- Мудак. Где мы теперь лампочку среди ночи возьмем?
Другая студенческая история, пошлая.
Кто-то выдвигает аксиому, что невозможно подряд без закуски и запивона выпить 10 наперстков водки. Тут же находится опровергатель.
- Легко! Наливай!
На пузырь?
Чего мелочиться, литр!
Кто-то убегает искать у девчонок наперсток, скидываемся и посылаем гонца за бутылкой. Слухи в общаге распространяются мгновенно, когда гонец вернулся с пузырем (4.12, 3.62 последний раз пил в 1978) комната была битком набита зрителями.
Условия, спора - выпить 10 наперстков водки в течение 5 минут не запивая и не закусывая.
Наперсток налит, время пошло. Первые три улетели секунд за семь, на четвертой спорщик принял задумчивый вид. Выпил четвертую и пятую, но уже со значительной паузой. Шестую и седьмую со значительным усилием. После восьмой зажал рот руками и взял паузу примерно на минуту. Тело билось в конвульсиях, а мимика напоминала участника чемпионата мира по клоунаде. На пятой минуте выпил девятую, зажал рот руками, с глаз текли слезы.
Ну давай, чего ты, последняя.
Десять секунд ... С глазами полными слез выплеснул в рот последний наперсток, долго держал водку во рту, наконец сглотнул.
- Все? Я выиграл?
Шквал аплодисментов. Его рука тянется за графином с водой, но донести до рта не успевает. Стол и окружающих орошает содержимое его желудка. Упс!!!
Пользуются успехом душещипательные.
На работе коллега хоронил кого-то из родителей, не помню за давностью лет, мать или отца. Второй родитель скончался лет 20 назад, похоронен на старом закрытом для захоронений кладбище. Коллега возжелал похоронить родителей вместе, немного места сбоку было, если убрать столик и скамейку. Обегал кучу инстанций, с трудом получил разрешение. В обед похороны, утром поехал проверить копщиков, готова ли могила.
Приехал, сидят, не работают.
Слышь, хозяин, такое дело. Стали копать, обнаружили старое захоронение. Придется тебе на новом кладбище место искать.
Да вы что, мужики? Через 3 часа похороны. Ничего сделать нельзя?
Ну как нельзя... Можем подчистить втихаря, потом фанеркой подопрем сбоку и глиной замажем, заметно не будет. Но с тебя литр.
Времена андроповские, водки не достать. На похороны выдавали вроде ящик.
Делайте, водка будет.
Откуда я об этом знаю? Коллега носил в себе этот тяжелый секрет всю оставшуюся жизнь, не поделился даже с женой и детьми. Я был в бригаде копщиков.
На ура приветствуются бойцовские истории. Один из местных мастеров этого жанра - МК.
Идем с другом Серегой в парк на танцы, лет на примерно по 20, костюмчики, брюки клеш. На остановке подходит малявка лет 12.
- Пацаны, закурить есть?
- Молод еще, вали отсюда!
Через километр нагоняют на 4х мотоциклах, семеро лбов и этот мелкий с ними.
- Ты кого молокососом назвал!?
Спешиваются, обступают Серегу полукольцом, малявка в центре, пальцы веером, в рожу Сереге тычет. Я Серегу знаю и шкету не завидую, сейчас огребет. Ко мне, оттесняя в сторону, пододвигается один из семерки:
Пацан, к тебе претензий не имеем, ты только не вмешивайся.
Бью ему ногой в пах, попал не очень хорошо, сгибается, но не падает.
Ко мне дергаются еще двое, слышен вопль - малой свое огреб.
Бью первого в челюсть, садится на жопу, но тут же вскакивает. Отскакиваю от удара второго в сторону и пытаюсь достать ногой в бочину, мимо. Тут встает тот самый первый, которого я по яйцам...
Танцую, стараюсь держать одного перед собой, чтоб он мешал двум другим ко мне на удар подобраться. Если собьют, хана, запинают.
Как там Серега, наверное, забивают уже, вчетвером то? Кидаю взгляд мельком, а нет! Жив, курилка. Сорвал с одного из мотоциклистов каску и лупит их по мордам. На противоположной стороне зеваки стоят, человек пять, слышу крик - позвоните в милицию!
Когда набежать успели, секунд несколько прошло! Или мне так кажется. Слышу визг тормозов, посреди дороги тормозит ментовский автозак. Слава богу, кстати то как! Перехожу в наступление, бью от души в рыло ближнему, он падает.
Слышу тарахтение мотоциклов, заводятся и сматывают.
Держи, Вовка, держи, не дай уйти!
Смотрю на Серегу, он схватил за рукав одного из нападавших и тянет к земле, каска валяется рядом. Тот вырывается, оставляя в руках у Сереги один рукав. И попадает под мой прямой в челюсть. Не повезло, падает на спину, я наклоняюсь, и раза четыре с двух рук успеваю вдарить в рожу.
Потом чувствую, парю над обочиной и лечу, прямо в раскрытую дверь автозака. За мной залетает Серега, потом этот пострадавший, следом закатывается каска. Боже мой, парень, что с тобой? Вся морда сплошное мессиво, живого места нет, все в крови. Смотрю на свои кулаки, сбиты до костяшек. Неужели я?
Пацаны, скажите что я ваш, с вами был, а эти на нас напали. Отблагодарю!
Серега снимает пиджак, на спине разорван по шву.
Козлы, вы мне за пиджак ответите, новый почти.
За пиджак ответили... оплатили как по себестоимости за новый костюм. Серегина мать зашила шов на спине, и он еще в нем несколько лет проходил.
А бывают веселые эротические. Тут несомненный мастер жанра уважаемый СМ.
Не помню какой праздник, выпили на работе. Немножко. На улице уже темно, хоть и весна. Одна дама (незамужем), захныкала.
А как я по темноте домой добираться буду? Метров 300 от обстановки.
Один джентельмен (женат) вызвался проводить. По пути от остановки в киоске прикупили бутылку шампанского. Или две. Не в курсе. И шоколадку. Вроде одну. Не уверен.
Посидели, выпили, пообщались. Хозяйка предложила:
А давай в карты поиграем.
Да ну, ты что! Гусары денег не берут!
А на раздевание. В дурака.
А давай!
Правила были жесткие. До последней тряпки. У проигравшего есть шанс отыграться на желание. Желание здесь и сейчас, ничего на потом и ничего материального.
Оставшись без двух носков коллега крепко призадумался. Девушка для девушки в карты играла весьма неплохо. Во-первых, она помнила всю колоду, которые вышли и которые на руках. Во-вторых при этом совершенно уже не важно. Допили шампанское, и со второй бутылкой и фужерами перебрались на кровать, а то ноги стали мерзнуть (ага, я же говорил что две было!).
Под занавес. Он сидит в трусах, она без всего.
Ну что, на желание, или по домам?
Ты что, идиот!? Я тебя зря раздевала, что ли!!!
Ах да. Кадета Б забыл. Армейские истории.
Про буханку хлеба из танка при выстреле холостым не буду, писали уже. Но летит с таким свистом... Ротный мне потом с глазу на глаз знатных люлей ввалил, а я думал и не слышно будет за грохотом выстрелов, учения же. Стреляют!
Как самогонку со свояком в карауле пили - уже писал. Я его в свою полевую одел, и провел в часть. Жены наши подстригли слегка, усы подравняли, выдал за командировочного с другой части, в каптерке отсиделся, солдат байками развлекал. Выходной был, посты развел, закрылись и бутылочку оприходовали, сержанты службу тащат. Потом он поехал в город за второй, чуть караулу не попался в автобусе, изображал спящего. Но я его не дождался, жены его из дома не выпустили.
Стою, курю. Ночную тишину разрывает автоматная очередь. Звонок с пятого поста. Нападении на пост! Боевая тревога!
Народ обученный (а еще вернее сказать, задроченный), что делать все знаеют, через полминуты бежим цепью в парк. Навстречу часовой, белый даже ночью, заикается:
Таварыщ летнант, я в человека стрелял...
Что, где, говори яснее. А он одно да по тому - я в человека стрелял.
Наконец вьехали в ситуацию. Некто, скорей всего дембель, полез ночью в бокс снять с чужого танка деталь и на свой поставить. Часовой его засек:
Стой, стрэлать буду!
Тот к забору. Часовой очередь на поражение. Я потом смотрел, бетонный забор 3.5 метра высоты с колючей проволокой по верху. Перелетел аки птица. А вдоль забора на уровне груди пять выбоин в бетоне. Счастливый, как тот еврей между струйками. Прошли с разводящим на ту сторону, я с фонарем кровь искал, слава богу, нету.
Должил дежурному по части - пиши рапорт. После сдачи караула к зам по вооружение с рапортом на списание патронов.
Старлей! Никогда не поверю, что у тебя патронов в заначке нет!
Да найдутся, товарищ майор. Но в карауле же номерные.
Да забей, кто их проверять будет! Через месяц инвентаризация, спишем и заменим.
Конечно, я не Хемингуэй. Кстати, он, я думаю, тоже много плюсов не набил бы. Слишком уж напыщенно пишет. В топы не стремлюсь. Если удалось вызвать у кого улыбку, и на том спасибо.
Интересующихся моим творчеством приглашаю на мою страницу в самиздат http://samlib.ru/editors/b/beljaew_w/
PS: Кстати о птичках. Господин Вернер, где моя звезда за историю # 571037 от 05.04.2012 (+1704) ?
|
|
37.
- А знаете, господа, почему соседнее село Астафьево называется? - Нет - Рассказывают, что стоял здесь как-то государь Пeтр Великий со своим войском. Проснулся утром в хорошем настроении, вышел из шатра и слышит, что начальник караула грозится строго наказать уснувшего ночью часового. « Оставь его!» благодушно велел самодержец. В честь такой царской милости и переименовали село в Астафьево. - А всегда ли государь был в добром настроении? - Нет, конечно, скорее наоборот. - Тогда понятно, почему соседнее село Ипатьево назвали
|
|
38.
Памяти девяностых, отчасти в позитивном ключе. Кто помнит.
Васька Коль был по рождению этнический немец, но родился в северном Казахстане, в небольшом посёлке под Кустанаем. Посёлок делился примерно пополам – часть чистую и аккуратную занимала немецкая колония во главе со старостой- Рудольфом, а вторая половина – казахи, там погрязнее и понеряшливее. Казахскую половину возглавлял некий Карим- утверждал, что он в законе, но похоже, преувеличивал, хотя несколько ходок у него было, и мужик был жёсткий.
При СССР у них этнических конфликтов не возникало, однако в девяностые, когда Казахстан стал независим, в северных жузах (в переводе - "союз" или арабское "ветвь") появилась традиция презрительного отношения к русским.
Русские стали уезжать, посёлки пустеть, казахи постепенно опускаться к привычному, почти кочевому образу жизни.
Пастухи в сезон перетаскивали свои юрты иногда за сотни километров– степь бедная, корму скоту и воды найдёшь не везде. Средневековье, короче.
В Васькином посёлке не сразу, но распространилась, а потом и была подтверждена такая информация – в Германии этническим немцам при репатриации сразу дают гражданство и полный соцпакет – пенсии старикам, страховки, льготные ссуды на жильё и обзаведение.
Уехала одна семья, потом вторая. Информация подтвердилась. Жизнь в объединённой Германии по качеству в разы превышала возможный уровень в независимом Казахстане.
И народ потянулся в Европу. Васька упирался до последнего-
- Это мой дом! Тут мои предки двести лет жили!
Однако, за паспортом сходил, не поленился. Казахского гражданства немцы ещё не получили, и паспортистка выдавала им паспорта на бланках СССР.
- Тебя как записывать, по русски, или по немецки? В Германию едешь, давай по немецки запишу.
- Никуда я не поеду! Здесь жить буду.
- Отца как зовут? Степан вроде? Штефаниус, стало быть. А Василий как по немецки? Базилиус?
Так и записала. И стал Васька по паспорту Базилиусом Штефаниусовичем Коль. Нарочно не придумаешь.
Мужик был добрый, простоватый, по немецки почти не говорил – так получилось, не шибко образованный, зато со стальным характером – это не упрямство было, а могучий внутренний стержень. Ещё в шестнадцать лет ему довелось отбиться однажды в степи от стаи волков – ружьё было с двумя патронами и нож. Рассказывал, что километра три полз, рубаху разорвал, чтобы кровью не истечь. Добрался. Выжил.
Я видел потом эти шрамы, в бане вместе парились – производит впечатление.
Мир в посёлке перевернулся, когда какой- то родственник Керима изнасиловал дочку Рудольфа – он давно пытался к ней клинья подбивать – но Рудольф сказал, пусть не мечтает, мы с такими родниться не будем никогда. А тот напился, и напаскудил – безнаказанность почуял, когда русские стали уезжать.
За такое там убивают. Рудольф поговорил с Керимом, условились встретиться под вечер, за холмом, подальше от посёлка- разобраться.
- Эй, Руди, слушай, уезжай уже к себе в Германию, теперь наше время настало, что ты нам сделаешь?
Керим собрал своих дружков –бандитов, человек пятнадцать, приехали загодя, осмотрели всё вокруг, уселись, косячок по кругу гоняют.
А по немецким посёлкам такие новости разлетаются со скоростью света - и к назначенному часу за холм стали собираться колонисты из других диаспор.
На грузовиках, на мотоциклах – и все с оружием. Собралось больше ста человек, Керим кричит –
- Руди, выходи! Мы вдвоём подойдём, возьми кого с собой, поговорим!
Васька пошёл с Рудольфом. А рядом с Керимом этот его родственничек с блудливыми глазками. Не понимает ещё, что происходит.
- Руди, слушай. Давай договоримся…
Рудольф с двух стволов высаживает в грудь родственничку по заряду картечи, и Кериму-
- Мне с тобой говорить не о чём. Ты можешь меня убить, но тогда никто из ваших живым отсюда не уйдёт.
Васька это так рассказывал – Керим с пистолетом, у меня обрез двустволки в руках, родственничек издох сразу, ситуация- круче некуда, но Керим не на меня смотрит, а на Рудольфа. И не стал стрелять. Дрогнул.
Мы постояли ещё, глядя, как бандиты утаскивают труп, потом разъехались.
А через три дня Рудольф с семьёй уехал в Германию. Васькина родня уже месяца четыре там была, осваивалась – но он же упрямый –
- Это мой дом…
Нашёлся добрый человек из казахов – ночью, тайком постучался-
- Вась, слушай, нехорошо у нас. Керим неделю не просыхает, пьёт, молчит, но глаза волчьи. Он не в законе, просто смотрящий, а тем, что не выстрелил тогда, авторитет свой на ноль помножил. Ему сейчас, если не ответит по понятиям, блатные укорот сделают. Рудольф уехал, он тебя будет кончать. Не говори никому, что я сказал тебе – я помню, как вы с отцом моей семье помогали. Решай сам, что делать.
Васька уехал в соседний посёлок, оттуда, через знакомых продал, за сколько заплатили, дом, скрылся в Алма- Ату, дальше самолётом в Москву, и уже из Москвы- Люфтганзой в Ганновер.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Я с ним познакомился так – у его приятеля (Эрих Эрте) был свой магазин, ориентированный на бывших русских немцев. Продавали всё – продукты, спиртное, инструменты, скобянку – стандартный сельский магазинчик с широченным ассортиментом, как это у нас принято – но для Германии это было экзотикой. Всего в Фатерланд перебрались тогда несколько миллионов русскоговорящих немцев, выросших в СССР, и обладавших тем, во многом советским ещё менталитетом.
Охренев от открывшихся возможностей и уровня жизни, они напокупали всего, что дома не могли себе позволить – «элементы сладкой жизни»- роскошную немецкую бытовую технику, цветные телевизоры, видеомагнитофоны – и прочее, о чём в Казахстане даже не мечтали.
А раз есть видеомагнитофон, хочется посмотреть фильмы, с детства любимые – что в Германии не только днём с огнём не сыщешь, а и названий таких никто никогда не слышал.
Мужики почесали в затылках, переглянулись, и поехали в Россию. Отчего они выбрали Питер, я не знаю, но получилось так, что именно я снял трубку, когда они по найденному справочнику пытались обзвонить пиратские видеостудии. Я тогда был администратором на одной из таких – вот такой забавный факт биографии.
Поговорили. Встретились. Мужики выдали мне примерный список и количество – что бы они хотели приобрести, я сформулировал примерные цены. У Васьки с Эрихом это вызвало не то, что энтузиазм, а чуть ли не эйфорию.
У нас тогда уже было так не принято, но они –избалованные вековыми традициями, и по- немецки честные и порядочные, привыкли к такому образу деловых отношений – просто отдали мне требуемую сумму, и отправились в гостиницу- расслабляться.
Дня за три я собрал по студиям их заказ – надо мной смеялись в голос– ну кто в конце девяностых купит в Питере сразу по пятьдесят кассет с фильмами- «Летят журавли», «Весна на Заречной улице», «Дело Румянцева», «Иван Бровкин на целине»?
Все были так рады, вытряхивая со складов пыльный залежавшийся неликвид, что на блокбастеры – а они тоже были в списке, мне делали максимальные скидки.
Когда я объявился в гостинице, предъявил отчётные документы и вернул почти треть денег сдачей, Васёк твёрдо сказал
– Слушай, давай к нам в долю? Эрих, ты не против?
И я стал членом такого коллектива. Немного дополнительной информации. Средняя оптовая цена видеокассеты с фильмом тогда – доллар десять. В Германии оптовые цены – от шести до восьми марок, но оптом уходила только часть, а в розницу кассеты уходили по цене до двенадцати марок. Доллар стоил по курсу около двух марок. Ребята забирали по полторы- две тысячи фильмов в месяц – и рынок было не насытить, такой был спрос- вдобавок они были ограничены размерами микроавтобуса и возможностью ездить в Питер.
Утром я помог им выбраться на Выборгское шоссе – они решили ехать не через Польшу, а через Финляндию – а из Стокгольма на пароме до Ганновера.
У Эриха уже был немецкий паспорт, а у разгильдяя Васьки – ещё Советский, со справкой на немецком языке о предоставлении вида на жительство, и номера очереди на получение гражданства.
Из Германии они ехали так – Эрих на границе с Польшей просто показал свой паспорт, и пограничник поленился даже посмотреть на Васькины документы. А на границе Польши и Белоруссии свой Советский паспорт предъявил Васька –поляку наплевать, а белорусы привыкли, что по этой трассе постоянно гоняют купленные в Европе подержанные автомобили, и тоже не стали проверять и придираться.
Но в Финляндии не прокатило. Эриха с машиной пропустили без проблем, а Ваську задержали. Вдобавок выяснилось, что срок действия его Советского паспорта истекает через два дня.
Приплыли, блин. Васька звонит мне вечером, не знает, что делать – ещё два дня, и он – бомж без гражданства, без документов со всеми вытекающими. В Финляндию не пускают, а в Кустанай ему возвращаться не просто нельзя, а нельзя от слова «совсем». Зарежут на хрен сразу.
- Ладно, говорю, ложись спать. Завтра решим, что делать.
С утра пораньше я смотался в Выборг, забрал этого охламона из гостиницы, отвёз в Пулково – у него денег не хватило, пришлось добавить на билет до Берлина- ему же оттуда ещё до Ганновера добираться на перекладных.
Отправил. Вот так я приобрёл себе доброго товарища, и делового партнёра. Так и пошло – мне присылали факсом список заказа, я собирал требуемое, мужики приезжали, дня два- три оттягивались в гостинице – в Германии таких загулов они себе позволить не могли, потом ехали домой- до следующего визита.
Эриху тоже очень нравилось. Мы несколько раз крепко выпили вместе, он жаловался, что его многочисленная родня, посмотрев на успех, пристаёт к нему, чтобы устроил всяких родственников и племянников на работу к себе.
- Отказать трудно, мы должны поддерживать своих, налоги огромные- половину прибыли съедают. А в роду у нас традиция, помогать родственникам. Мы же бароны бывшие, Остзейские- из Восточной Пруссии.
- О как. Так ты себе визитки- то закажи не с фамилией Эрте, а фон Эрте?
- Не Эрте, фон Валленсберг. И замок наш, говорят, ещё до конца не развалился. Хотелось бы съездить, посмотреть.
Бизнес этот продолжался не очень долго – примерно полтора года, пока те же бывшие русские немцы не раскусили, что фильмы на русском языке лучше писать на месте, чем таскать автобусами из России. Появились свои пиратские студии, возникла конкуренция, и тема заглохла.
Последний раз Васька с подругой, впоследствии его женой, останавливались у меня на недельку в Питере – моя жена с детьми была в отъезде, а что вы будете на гостиницу тратиться? Места достаточно.
Дальше дороги разошлись, и больше мы не виделись – но я и сейчас вспоминаю то время, как отпуск – передышку среди героических девяностых – когда смотришь, как вокруг люди выживают изо всех сил, а сам работаешь не напрягаясь три- четыре дня в месяц, но получаешь за это полторы- две тысячи баксов.
Так что я слегка лукавил, когда в прошлых рассказах о девяностых заявлял, что не люблю вспоминать ту эпоху – были там у меня и светлые странички.
|
|
39.
Будни коммунального хозяйства. Бытовые зарисовки. Посвящается Питерскому снегопаду.
В 2010-11 году в Питере была очень снежная зима. На крышах лежали равномерно распределённые сугробы с полметра толщиной – пока было холодно, это мало беспокоило городские коммунальные службы.
Но к середине февраля стало выглядывать солнышко –и начали появляться громадные сосульки – несколько раз в городе были зарегистрированы падения этих монстров – с прямой опасностью для пешеходов.
Было принято историческое решение –крыши чистить. В бюджете поскребли по сусекам, и на крышах стали появляться отчаянные выходцы из южных республик, которые до этого, вероятно, снега и вовсе никогда не видели.
Им выдали страховочные пояса, тросы и инструменты – лопаты и нечто не имеющее названия – лом, к концу которого приварена металлическая часть топора – лезвием вниз. Лопатами сгребался с крыши снег, а этими копьями (першами, не знаю, как ещё назвать) скалывался лёд с периметра.
Работа закипела. Не знаю, сколько остарбайтеров было нанято, но примерно к концу февраля с большинства крыш города снег был счищен, и опасность падения сосулек осталась в прошлом.
А потом настал март, стало появляться солнышко, и в городе закипел один из самых масштабных скандалов за последние годы- боюсь сказать у скольких сотен (тысяч) домов, жестяные крыши оказались с просечками по всему периметру – эти Равшаны и Джумшуды лупили по льду со всей силы, и естественно пробивали лезвиями топоров и кровельную жесть. Что обеспечивало верхним этажам неизбежные протечки.
Получилось так, что мы жили в то (как, впрочем и сейчас) время именно на последнем этаже. Квартира угловая, крыша двускатная, двоим комнатам повезло – если и капало, то несильно, а вот третьей комнате и кухне не повезло конкретно – тёмные потоки по стенам изрядно украсили интерьер – и это только после ремонта. Бл…дь.
Написали заявление в жилконтору, особо ни на что не надеясь, и я установил себе рабочую вахту – как только опять выпадало немного снега, лез на крышу, и счищал его – иначе, как начнёт таять, половина воды будет на стенах.
Когда пришла весна – для Питера это примерно начало апреля- снег закончился, а если появлялся мелкий дождик, то почти совсем не протекало – вода, когда она жидкая, движется быстрее, и успевает проскочить в водосточную трубу. А снег, развалившись на крыше, медленно тает - и эти сволочные ручейки, пока доберутся до сборного жёлоба, ухитряются найти себе отверстие поближе – и просочиться ко мне в квартиру. Физика для шестого класса - раздел "Гидродинамика".
Настал май. И вот тут (я боялся спугнуть невероятную удачу) произошло чудо. Иду домой – глядь, на крыше какие- то мужики возятся. А внизу, как раз возле угла дома, под нашей квартирой, с машины разгружают листы кровельной жести. Подошёл поближе, посмотрел – оцинковка, правда потоньше, чем стояла – у нас 1 мм, а тут не больше 0,7.
Залез на крышу, познакомился с бригадой – нормальные такие мужики, с Белоруссии, кровельщики со стажем – всем за пятьдесят.
- Мужики, а не маловато будет такой толщины? Это мы как раз над моей квартирой сейчас стоим, беспокоюсь, чтобы протечек не было.
- Да не вопрос, подкинь деньжат, мы тебе в два слоя положим.
Я, довольный дал им десятку – у них глаза на лоб – неизвестно, кто из нас был более доволен. Не избалованы Белорусские кровельщики левыми заработками.
На следующий день на стене дома появился плакат –
«Ведутся работы по замене кровли здания по адресу….
Главный прораб Ш…нко….О.В.
Телефон +7 921… 25……….15
Городской телефон 444…..42 (это в нашей жилконторе на Заневском)
Срок проведения работ – 15.05.2011 – 10.06.2011».
Но.
Чтобы укрепить балку для подъёма и спуска, они разобрали часть кровли- как раз над моей квартирой- получилась дыра площадью метров десять. Залез на чердак, поздоровался. Балка для подъёма прикручена проволокой к стропилам – ну понятно, что иначе её не укрепить, но всё равно как- то стрёмно – мне ранее не приходилось жить в доме без крыши.
Надобно отдать должное бригаде – пол на чердаке под отверстием они застелили полиэтиленом в несколько слоёв.
Ну ладно, думаю, три недели переживём.
На следующий день гляжу – молодцы мужики, красиво работают. Снимают полосу от периметра до конька, старую жесть в аккуратную кучу вниз, на чердаке смонтировали стол – подгибать край жести, один гнёт, один на подаче, двое сразу укладывают. За день уже три полосы сделали. Прикинул – такими темпами они и раньше, чем за отмеренный срок управятся.
А потом начался бардак.
Дня три бригады на крыше не видно – я звоню прорабу, трубку не берёт. Звоню в жилконтору – никто ничего не знает. Залез на чердак – нет даже тени присутствия человека. Ни инструментов, ни пакетов с обедами, ни шмоток переодеться. Они просто ушли. Как потом выяснилось, прораб пытался их обмануть с оплатой, и они разругались.
Блин. Что деньги мои пропали и двух слоёв жести не будет, это ладно, а что дальше- то? Они разругались и уехали, а дыра в крыше над моей квартирой осталась?
Нормально.
Примерно через неделю я этого прораба всё- таки выловил. Мелковатый такой мужик, глазки хитренькие, особенно, когда проникновенным тоном он вещал мне, что всё в порядке, что на следующей неделе уже выходит на работу другая бригада, чтоб мы не волновались…
Бригада вышла. Но проработала чуть больше недели.
Чтобы не терзать читателей этой сказочкой про белого быка, скажу сразу – эпопея эта тянулась всё лето, за три месяца сменилось четыре, или пять бригад, были такие, что вообще по- Русски не говорили, да и жили прямо там- на чердаке.
Повезло, что не было сильных дождей. Ага. Вот и тогда я так подумал – и сглазил.
Просыпаюсь ночью – что за шум? Блин, авария – на кухне дочка возится с тазами – ливень такой, что через два метра уже ничего не видно. По стенам течёт чуть- чуть, но сквозь отверстие в потолке, куда установлен крюк для люстры льёт, как на Ниагаре. Дочка подставляет тазики, и бегает выливать воду в унитаз – как раз хватает времени вылить один, и вернуться, как другой уже полон. Уточнение- соседи под нами тоже недавно закончили ремонт.
Стой, говорю, не так. Открываю окно – хлещет- просто загляденье. Летняя гроза во всей красе. Взял таз побольше, наполняется, я его прямо за окно – а что стесняться? Третий час ночи, и под таким дождём всё равно никого нет. Жена сунулась, выругалась, и ушла. Втроём на кухне всё равно делать нечего.
Подводящие провода и провода от люстры были соединены не скруткой в изоляции, а контактной группой – и значит, концы были голые. Я не сразу разглядел – в этом колпачке, который прикрывает крюк и провода- что устанавливается вплотную к потолку, вода кипит. Блин…
Выключил люстру, кипеть перестало. Включил мебельную подсветку, чтобы не бегать в темноте. И вот так часа полтора мы развлекались, пока дождь не кончился, и Ниагара не иссякла.
Это переполнило чашу терпения.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………здесь самым грубейшим матом.
С утра я пошёл в жилконтору- скандалить. Знал, что по утрам прораб там ошивается. Вхожу. Сидит, глазками бегает.
- Ну что, говорю, тебе разъяснять ситуацию, или сам понимаешь, после вчерашнего ливня?
- Ну, я, ну пойм…ите… Не всё же завис…ит… Я стараю…сь…
Я его, мерзавца так легонько беру за шкирку, приподнимаю из за стола и медленно, глядя в глаза-
- Значит так, крысёныш. Морду тебе набить мне раз плюнуть. Если сильно сопротивляться попробуешь, могу вообще в больницу отправить. Только мне не это нужно, а нужно мне, чтобы ты работу закончил, сука. Давай, постарайся, а? Не доводи до греха? Думаешь я ваших схем не знаю? Ты, деньги получив, вначале в городское управление откат занёс, а потом стал думать, как бы себе побольше отлизнуть. Поэтому и кровельщиков кидал. Поэтому и бригады уходили. Всё. Хватит. Начинай работать, а то плохо будет.
Отпустил. Этот хорёк бледный сидит, мычит что- то. Окружающие – а там несколько тёток ещё присутствовали – смотрят с испугом и молчат.
Навёл, блин, шороху.
Но психическая атака – этого для таких сволочей- явно недостаточно. Через пару часов отойдёт, и станет думать, как бы и рыбку съесть, и на ёлке задницу не оцарапать.
Ну, и я начал действовать.
Посоветовался с приятелем- юристом, и совершил сразу два акта страшной кровавой мести. Написал заявление в горпрокуратуру – у них есть страничка «Официальная приёмная» на сайте, написал заявление в районный суд, но ответчиком обозначил не прораба, а сразу городское управление жилищного хозяйства- именно они оплачивали из своего бюджета это безобразие. Примерно прикинул уровень материального ущерба, умножил цифру на два, и отправил в качестве претензии.
Вошёл во вкус, нашёл контакты телестудии, занимающейся городскими новостями, и пригласил бригаду- для освещения этого вопиющего произвола.
Удивительно, но сработали все три варианта. Прокуратура ответила мне на почту, что делу присвоен входящий номер, и они будут держать меня в курсе, в суде выдали справку, что будут рассматривать, а съёмочная группа приехала на следующий день.
Три человека – типа режиссёр, оператор, и барышня- телеведущая с микрофоном и кучей наводящих вопросов. Снимали у нас дома, на чердаке и на крыше. Я ещё отдал им флэшку с фотографиями одной из работавших бригад – которые там спали, ели и, гм, отправляли естественные надобности. Хорошо, что уходили в самый дальний угол чердака – и в нашей стороне не воняло. Материала минут на десять хватило бы – можно сляпать довольно едкий репортаж.
Тут ещё был один аспект – по негласной информации, бюджетными потоками по программе очистки крыш от снега и наледи, а потом и по ремонту кровли, управлял сынок тогдашней губернаторши города- В. Матвиенко. Она как раз сворачивала дела, перебираясь в Москву, и такой репортаж мог бы послужить хорошим (пинком под зад) добрым прощанием с Северной столицей – так помахать вслед платочком народной избраннице – многие в городской администрации были бы ОЧЕНЬ довольны.
Прошла неделя. И представьте – возымело. Да так возымело, что к концу августа крыша была полностью закончена. Мало того – не знаю, было ли оно в первоначальной смете, но нам весь чердак застелили минераловатой, и укрыли фольгированной термоизоляционной плёнкой – чердак неотапливаемый, но и неизолированный.
Теплопотери от жилой части здания неизбежно греют жестяную кровлю изнутри, что усиливает подтаивание снега – а значит и образование сосулек. Теперь часть проблемы с таянием была ликвидирована.
Ну и завершающий анекдот. Звонит прораб- «Можно зайти к вам ненадолго?»
- Ну, заходи.
Заходит.
- Я к вам, вот. Хочется договориться, гм, по соседски, так сказать, по человечески… Ну войдите в положе…
- Да ладно, не мнись, что надо- то?
Вижу, что побаивается.
- Я вот, хотел бы, значит, вам это- ремонт в общем компенсировать. И, только просьба к вам –принёс, это бланки. Заявления, что у вас претензий нет. А о размере компенсации мы договоримся…
Ага, взяли- таки за задницу красавца. Не зря я шороху наводил.
- Ну, это к хозяйке. Жена! Тут с тобой поговорить хотят.
Через двадцать минут счастливый прораб чуть ли не со слезами на глазах, уходил кланяясь, и пятясь задом, а жена еле сдерживала смех.
- И сколько ты с него содрала?
- Не спрашивай. Тут на три ремонта хватит, и ещё отметить в ресторане.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
Вишенка к пирожному – я нашёл на чердаке упрятанную под серебряную плёнку совершенно новую болгарку Bosch. Очевидно кто- то из остарбайтеров украл, а вытащить не успел. Сколько лет прошло, до сих пор ей пользуюсь.
Да, а телесюжет на экраны так и не вышел – вероятно именно потому, что помахать вслед платочком было всё же чревато….
|
|
40.
Памяти девяностых (не совсем конечно, скорее восьмидесятых) – для тех, кто помнит. Теперь попробую пошевелить свои воспоминания в позитивном ключе.
Машка была младшей сестрой моего доброго приятеля – я познакомился с этой оторвой, когда нам было по пятнадцать лет, а ей - шесть. Я приехал домой к приятелю как раз в её день рождения. Кто знает, существовала такая дурацкая традиция, в день рождения подёргать именинника(цу) за уши по количеству прожитых лет.
Первое, что она сделала, когда я весело попытался ухватить её за уши – с размаху разбила мне нос кулаком. Ну посмеялись, вот какая задира растёт – я пошёл на кухню, кровь споласкивать, а день рождения продолжился.
Машка была для всех нас, вроде как младшей сестрой. Мы помогали ей делать уроки, пару раз всей толпой явились в школу, чтобы одноклассники посмотрели и поняли, что эту обижать – чревато. Впрочем, она сама там всех обижала. Боевая девка была. Вечно в синяках и ссадинах – но никогда не унывала. Иногда принимала участие в наших походах и приключениях, веселилась.
Родители у Машки были в разводе, и так получилось, что наша мужская компания немного заменяла барышне отсутствие отца. Она и выросла на наших глазах.
Брат мой, на её пятнадцатилетие написал такую эпиграмму в поздравление-
Да ей бы ночью в сабельной атаке
Иль с гарпуном на лодке в океане
Но в этой голове - одни собаки
Всё с возрастом пройдёт, поверь, Машаня
А собак она действительно любила – в доме у них постоянно паслись брошенные щенки, что она притаскивала со всех помоек - не могла пройти мимо.
Однажды зимой она увязалась с нами в поход – чёрт понёс на ночь глядя – зимой темнеет рано, ну и мы заблудились в лесу. Часа полтора блуждали по колено в снегу, потом нашли остатки заброшенной деревни – там и ночевали на морозе градусов девятнадцать, в полуразваленном доме. Водки хлебнули, завалились на пол друг к другу вплотную – чтоб теплее, так и спали. Машка ни разу не мякнула, не пожаловалась – только уже на обратном пути, видно было, что слишком устала, а жаловаться не хотела, гордая - мы её по очереди усаживали к себе на плечи верхом – так и ехала. Выбрались, никто не замёрз.
Потом на какое-то время наши дороги разошлись – мы заканчивали институты, кто-то женился, я успел развестись, встречались нечасто. Не то, чтобы компания совсем развалилась, просто с возрастом меняются приоритеты, и на бестолковые приключения уже не тянет.
Единственно, что исполнялось довольно неукоснительно – хоть раз в год, но мы старались выбраться в ту деревню, которой не нашли тогда в зимнем походе - на шашлык с баней. Там у бабушки Машкиного брата был дом. Громко звучит – это всего лишь нежилая маленькая полуразвалившаяся хатка, но баня в деревне действительно была - экзотическая, топилась реально по чёрному - то есть печь с каменкой трубы не имела, и дым уходил через отверстие в потолке.
Нужно было встать пораньше, натаскать дров и воды, растопить эту дурацкую печь - наверное я был единственным, кто мог её довести до состояния, когда можно было попариться. В деревне жили (доживали) четыре старухи – и каждый раз благодарили нас, потому, что когда нам надоедало париться, там оставалось ещё достаточно воды и тепла – можно было помыться.
Самое запомнившееся, что мы там сделали – высадили вдоль дороги аллею берёз – поглумились маленько – от дерева до дерева вдоль дороги – три метра шестьдесят два сантиметра, а поперёк - четыре двенадцать. Кто не знает – 3,62 и 4,12 - столько стоила водка тогда в СССР. Мы копали ямы, таскали саженцы и воду, а Машка с рулеткой размечала места для посадки. Неожиданно получилось доброе дело – зимой, когда просёлок заносило снегом, в темноте трудно было не заблудиться – деревушка была глубоко на отшибе. А теперь, по аллее идти – мимо не промахнёшься.
Кстати, я проезжал там недавно, свернул с дороги посмотреть - деревья до сих пор стоят – только разрослись за эти годы, конечно.
Машаня много лет занималась спортом – женским боксом, лет с двенадцати. Получила первый разряд, в соревнованиях разных участвовала, медалей куча – она не кичилась заслугами, но награды свои хранила.
Выросла девочка – превратилась в яркую и симпатичную девушку – только характер остался –вредная и ехидная, но с правильными понятиями - настоящий «свой парень». А в нашей компании выросла традиция – всем вместе отмечать её день рождения.
Со своим будущим мужем она так познакомилась – Машка на курорте сдуру вляпалась в скандал с какими-то гопниками - но в смысле участия - получилось с точностью до «наоборот» - трое мерзавцев пытались избить сильно поддавшего мужика – а она ввязалась, одному сломала челюсть, второй с сотрясением мозга отправился в больницу, а третий убежал.
Юра – так её мужа зовут. Ну, для нас во всяком случае. Юрий Владимирович официально.
Нормальный такой мужик – постарше нас, а уж Машки - тем более, под сорок ему уже было, напился тогда до соплей, оттого, что переживал сильно развод с первой женой. Стерва была.
А вообще, он не просто мало пьющий, а почти вообще не пьющий. И постоять за себя ОЧЕНЬ может. Служил в Афгане, прапорщик-сверхсрочник, орден Красной Звезды я случайно увидел у него – он никогда не показывал своих наград. Вышел в отставку, работал в МЧС. В Чернобыле отметился – ликвидировали последствия. Действительно правильный мужик, достойный, только неуклюжий маленько.
Это была самая бестолковая свадьба, из тех, где мне довелось присутствовать.
Машка безоговорочно «пригласила» (возражения не принимались) меня и мою тогдашнюю, гм, подругу - Верку, в качестве свидетелей. Ну, мы конечно согласились с удовольствием – Верочка с Машкой дружили, несмотря на разницу в возрасте.
Тут надо сделать небольшое отступление. Материна старшая сестра – моя тётка, подарила мне как-то свою швейную машинку. И это стало моим небольшим хобби – я шил себе одежду. Вначале попроще, потом выше уровнем – даже зимние куртки вполне прилично получались.
Мы с Верой скинулись – и в качестве подарка Машане на свадьбу, оплатили ей такой красивый праздничный костюм – ткань выбирала Вера, у неё вкус поярче, чем у меня, она же заказывала пошив в ателье – должно было прилично получиться.
И вот, бл.... Накануне свадьбы Верка звонит мне, ревёт – ей вернули ткань, выкройки, и извинившись, сообщили, что закройщик ушёл в запой - ничего сделать не можем.
- Лёнь, ну ты же шить умеешь? Давай попробуем?
Пи..дец. Вот ситуация.
- Ну приезжай.
Ткань была роскошная – ярко белый плотный (вроде) батист с шёлковыми вышитыми узорами – розами пепельно-серебряного цвета. Бл…дь. Я с таким вообще никогда не работал. Ответственность. Блузка – жакет с укороченными рукавами и высокими манжетами, и длинная расклиненная юбка.
Хорошо, что по выкройке всё было достаточно просто – в принципе можно справиться. Ну и начали. С жакетом я провозился часов пять – надо же было эти узоры от вышивки аккуратно друг с другом сопоставить – там миллиметр в миллиметр стыкуешь, это же не ватник, а свадебный наряд.
- Верка, говорю, раздевайся, манекеном будешь. Иначе красиво не получится. И прямо на ней складывал, и стачивал части выкройки.
- Так, я теперь сшиваю, а ты давай, крои юбку – там всего четыре клина – ошибиться трудно. Ночь на дворе – иначе не успеем.
И пока я строчил на машинке этот жакет, Верочка ножницами расхерачила остальную ткань – напрочь поломав соответствие рисунка вышивки. Дура, блин. Ну, собственно, это я дурак, что ей доверил.
Звиздец. Верка плачет, я мучительно пытаюсь сфантазировать, что тут можно сделать.
- Стоп, не булькай. Вот здесь держи, фасон меняем, сзади будет подлиннее.
И два задних клина на юбке стали длиннее сантиметров на восемь, относительно передних. Передние укоротили. А соединяли мы их по бокам пластмассовыми кнопками, как и застёжки на жакете – почти невидимы, и очень прилично получилось- с разрезами до середины бедра.
Спать нам до утра оставалось часа три – но нельзя же безнаказанно заставлять подругу часами стоять полуголой? Так, что часа полтора поспали, и поехали.
Пока девчонки колдовали с костюмами и с косметикой, мы с Машкиным братом употребили по сто пятьдесят грамм, и я отключился. Удалось ещё поспать минут сорок. Разбудила меня Машаня-
- Лёнька, ты волшебник!
Смотрю на неё – действительно красивый костюм получился. И главное – ей идёт.
Ну, и вот значит, свадьба. На удивление немало гостей – человек тридцать. Мы с Веркой стоим рядом с женихом и невестой, свидетели как никак, эта легкомысленная (невыспавшаяся) дрянь, слегка пооблокотившись на меня, кладёт мне голову на плечо с доброй улыбкой от уха до уха –
- Верка, шепчу тихонько, ты что делаешь? Давай построже, мы же свидетели. Кто тут вообще замуж выходит – ты в зеркало на себя посмотри – тебе бы лимона дольку сожрать, у тебя на роже написано, как будто ты всю ночь протрахалась!
- Вот, вот, пусть все смотрят, и завидуют.
Тихонько так отвечает.
Зараза. Ну, сам выбирал, она мне нравилась.
Как их там называют, работников ЗАГСа – тётечка эта с перевязью через плечо, по ритуалу задаёт вопрос – согласны ли вы стать мужем и женой?
- Жених, ответьте –
- Да-
Это Юрик довольно пробасил.
Потом делает полшага к невесте, неуклюже наступает ей на подол юбки сзади, слегка задевает её плечом, Машка отодвигается, кнопки на юбке лёгкими щелчками расстёгиваются – юбка падает на пол
- Невеста, ответьте –
Машка, сверкнув задницей на весь зал, и грациозно присев, ухватывает разошедшиеся края, и прямо с корточек, поднимаясь, отвечает –
- Да, конечно да.
А потом обнимает пунцового от стыда Юрку, и повисает у него на шее. Надобно отдать ему должное – он поднял невесту на руки, и крутанул несколько раз – все присутствующие расхохотались и зааплодировали.
Это была самая красивая свадьба, из тех, где мне довелось присутствовать.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Они живут вместе уже больше тридцати лет. В начале века уехали на ПМЖ в Люксембург, дети их говорят на четырёх языках, внуки есть, Юрик уже не работает – ему сейчас за семьдесят, но тех четырёх пенсий, что он получает – военную, как участнику боевых действий, от МЧС, как Чернобыльцу и просто по возрасту – и Российскую и Люксембургскую- вполне хватило бы на приличный образ жизни, даже если бы Машка вообще бездельничала.
Но Машаня закончила там курсы программистов и вполне успешно работала по контрактам. Пока не споткнулась однажды об объём и сроки очередного задания. Тогда она наняла на помощь студентов университета – и неожиданно получилось так, что к ней стали обращаться в поисках подработки.
Сейчас у неё своя фирма, она выполняет государственные контракты, и я даже боюсь представить себе размеры оборотов, за которые отдувается её бухгалтерия.
Последний раз мы с ней общались на юбилей – по старой традиции, отмечать Машкин день рождения – когда ей исполнился полтинник.
- Машаня, с днём рождения тебя! Помнишь ещё традицию?
- Лёнька, спасибо, что позвонил! Конечно помню! И не забуду никогда, что свадебный костюм шил мне ты!
- Ты вспомни ещё, как ты мне нос разбила, зараза…
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Вот такая у меня есть хоть не родная, но по настоящему младшая сестра… Вишенка к пирожному – у них свой приличный дом в хорошем районе, и с ними там живут четыре собаки.
|
|
41.
Когда я жил в Кишиневе, я не умел торговаться. Потому что практики не было. Ведь как оно было в советских магазинах? Прейскурант! Цену на молдавскую мебель Кодры установили еще три года назад в Москве. В Госплане. Проехали! Вот если бы можно было бы изобрести машину времени, то тогда можно было бы махнуть в Москву поторговаться. Но машины времени тогда не было.
Вот. А когда я переехал в Израиль, то там меня стало сильно напрягать, что торговаться надо было везде и всегда. Скажем, ты покупаешь холодильник фирмы Тадиран. Так это надо обойти шесть магазинов, в каждом поторговаться полчаса. Получается, что три часа уходит на один Тадиран, хотя могло бы уйти и десять минут.
Помню, в Израиль переехал Яша из Сиэттла. Он там работал в Майкрософте, но решил жениться на Ане из Холона. И он купил билеты в Израиль. И репатриировался.
После Майкрософта Яша был очень продвинутым. Первым делом он захотел купить себе домой рабочее кресло. Мы-то все сидели на обычных стульях, но Яше нужно было навороченное кресло с изменяющейся высотой, углом спинки и подлокотниками. А где его взять? Мы не знали. Пошли вместе в мебельный магазин на шуке Кармель.
- Эйн бэайя, - сказал нам хозяин магазина. – Нет проблем. Заплатите, а завтра я вам ваше навороченное доставлю.
Но он не доставил ни завтра, ни послезавтра. Ни через две недели. Мы пошли к нему опять. Он повел нас вниз на склад. Склад был забит мебелью.
- Твое кресло там, - сказал хозяин и показал на дальний угол комнаты. – Я за день этот завал разберу, доберусь до твоего кресла и доставлю вам его.
Еще через две недели мы опять пошли к нему.
- Отдавай деньги, - решительно сказали мы. К нашему удивлению, он не стал спорить. Сразу отдал. Но зачем ему все это было нужно? Я думаю, это ему было просто приятно. Взять у кого-то деньги, и пусть они у тебя месяц полежат. Ему это было в кайф, я предполагаю.
Яша пошел к знакомому юристу, и тот составил ему договор о покупке кресла. Если не доставляют в течение недели – штраф 50 шекелей. Если две недели – 100 шекелей. С этим договором Яша начал ходить по мебельным магазинам, но ему теперь сразу отказывали. Договор, впрочем, читали, причмокивали от удовольствия, и смотрели на Яшу с уважением.
- Ты приехал из Арцот хА Брит? – спрашивали. – Из Америки? Тогда все понятно. Договор? Ха! Но если ты из Арцо ха Брит, то почему говоришь с акцентом Брит Гамуацот?
Наконец, на Яшиной работе, узнав о его сложностях, отдали ему кресло начальника отдела. А тот себе новое заказал по каталогу из Арцот хА Брит. Из Америки.
Я быстро привык к тому, что в Израиле, если ты покупаешь себе даже сандалии, надо торговаться. И я полюбил торговаться. Все время хотелось что-то купить, и сбить цену процентов на 20. Это всегда можно. 20 процентов – запросто.
Но это если торговаться с евреями. А с арабами это была совершенно иная торговля. Скажем, ты идешь в Иерусалиме мимо арабской лавочки. А там висит кожаная куртка. И если хозяин лавочки увидит, что ты не проскользил по ней равнодушным взглядом, а задержал его на секунду, то он вскочит, побежит за тобой, и еще квартал будет уговаривать тебя купить его куртку. За 800 шекелей. Потому что это настоящая кожа. Сделано в Италии. К концу квартала цена падала до 80 шекелей. Меня это поражало. В десять раз? Ничего себе. От торговли с арабами я получал гораздо большее удовольствие, чем от наших братьев евреев.
Вскоре я поехал на конференцию в Пизу. После лекций гулял там по городу, и мне какой-то африканец предложил купить у него африканскую шляпу. Мы с ним сразу стали торговаться. Так как он не знал английского, мы торговались с помощью калькулятора. Он печатал свою цену, а я свою.
- 25 евро, - напечатал он.
- 10 евро, - напечатал я.
- 20 евро, - напечатал он.
- 9 евро, - напечатал я.
- 15 евро, - напечатал он.
- 8 евро, - напечатал я.
Он сразу согласился. Ведь 8 евро – это лучше, чем 7.
В Израиль я возвращался с гордостью. Я открыл новый способ торговли! На понижение. Мой способ позволял резко сократить время торговли. До них же обычно все доходит после двух или трех итераций. Быстро.
А потом я переехал в Америку. Америка мне сильно не понравилась. Практически нигде невозможно было поторговаться. Нельзя в супермаркете на кассе сказать, а сделайте мне 10%-ную скидку. В аптеке тоже цены фиксированные. Словом, никакого удовольствия.
Главное, что? Ведь в процессе торговли между тобой и продавцом появляются скрепы. Вы уже не чужие друг другу люди! Вы заключаете сделку, жмете друг другу руки. С уважением. А в Америке у меня с продавцами не возникало духовных скреп. Здесь люди друг другу чужие!
Что мне особенно не нравилось в Америке, это то, что в тех немногих местах, где все же можно было торговаться, это можно было делать очень короткое время.
- 100 долларов, - говорит продавец.
- 80, - говоришь ты.
- 90, - говорит продавец.
И все! Надо соглашаться. Дальше торговаться уже невежливо. И вообще, что это за торговля? А где аргументация? Что, просто цифры называть? Да это же любой дурак сможет!
Наконец, пришла пора покупать мою первую новую машину. В дилершипе. А в дилершипах торгуются. За день до покупки машины я долго не мог заснуть. Волновался. А не разучился ли я торговаться?
В дилерше моим продавцом оказался Али, палестинский араб. Я был готов заплатить 16 тысяч, а он отдавал за 18. Он что, с дуба упал? 18 тысяч? Серьезно?
Мы с Али сели за его стол, немножко поторговались. Полчаса, для разминки. Он сбавил цену до 17900.
Али пошел к себе в комнаты и сварил нам кофе с кардамоном. По-арабски. Мы пригубили его восхитительный кофе.
- Матай ихие ха шалом? – спросил меня Али на иврите. – Когда наступит мир? Сколько можно воевать? Если можно жить в мире и согласии?
- Может 17800? – предложил Али. Мы продолжили торговлю.
Через час мы оба чувствовали, что между нами появились духовные скрепы. Мы нравились друг другу. Мы уважали друг друга. Словом, в дилершипе я оторвался за бесцельно прожитый в Америке год. Наконец! Наконец-то! После этих пустых американских улыбок я нашел родную душу!
После трех часов торговли Али сбавил цену до 17 тысяч.
- Я проголодался с тобой, - сказал мне Али. Он пошел к себе в подсобку, и принес пластиковые коробочки с принесенной из дома едой. Колбаски кюфта, дико перченные. Салат хацилим, и вообще несколько салатов. Дикой свежести! Али дал мне пластиковую тарелку, поделил свой обед на нас двоих.
- Видишь, - сказал Али, и показал на фотографию одинокого дома на горе. – До образования Израиля это был дом моей семьи. А потом пришли вы, евреи, и отобрали его у нас.
- Давай за 16900? – предложил он.
После его истории с домом мне стало очень стыдно, и стал испытывать чувство коллективной вины. И я чуть было не согласился. Но, присмотревшись к его фотографии, я узнал на ней место, на котором я был неделю назад, во время поездки в Израиль на конференцию. И там экскурсовод мне все про этот дом рассказал.
Оказывается, никто его ни у кого не забирал. Этот дом построили евреи еще лет за 20 до образования Израиля. А арабы из низины на них нападали. И вот евреи, живущие в этом доме, узнали от арабов на базаре, что ночью придет группа боевиков из Сирии с ружьями, и этот дом у них отберет. Тогда евреи тут же пустили на базаре слух, что у них есть секретное оружие, которое им прислал из Лондона Ротшильд.
Придя домой, евреи сняли с телеги колеса с осью, обернули все это паклей и просмолили. И прикрепили множество полых труб. Когда боевики из Сирии приблизились к их холму, евреи подожгли паклю, и пустили колеса вниз. Прикрепленные трубы издавали громкий свист. Это была еврейская версия органа Баха, так сказать. Сирийские боевики в страхе бежали, и холм остался за евреями.
Когда я там был неделю назад, я купил в туристическом киоске фотографию этого холма. И точная копия этой моей фотографии висела у Али на стене. Ага, дом твоей семьи, конечно.
Дешевые трюки Али и его наглое вранье укрепили меня в моей решимости торговаться до конца.
- Я не дам ни цента больше 16 тысяч! – заявил я.
После чего мы торговались еще час, и Али сбавил цену до 16100.
- Больше не могу, - сказал он.
- Ну, что ж, - произнес я, поднимаясь со стула. – Видимо, не судьба.
Али потерял ко мне интерес, и я пошел к выходу, краем глаза наблюдая за ним. Он копался в компьютере и не следил за мной. Я вышел из здания, подошел к своей припаркованной машине. Через стекло дилершипа я видел, что Али даже не смотрит в мою сторону. Я сел в машину, завел ее. И медленно поехал к выезду. Я специально ехал медленно, чтобы дать Али возможность меня перехватить. И он не выдержал. Побежал за мной. Я остановился, спустил стекло.
- И что, - с изумлением спросил меня Али. – Ты торговался пять часов, и теперь уедешь, ничего не купив?
- Да, - ответил я уверенным голосом.
- Ладно! – сказал Али. – Уговорил! 16 тысяч!
Мы вернулись в дилершип.
- Я добавлю 100 долларов из своих денег, - сказал мне Али. – Чтобы ты смог купить машину за свои 16 тысяч. Потому что я тебя за эти пять часов полюбил! Я делаю это ради мира между нашими народами!
Слух о моей удачной торговле пошел по всему Пало Алто, где мы тогда жили. И через неделю Маша сказала Сене.
- В это воскресенье ты идешь с Вадимом в дилершип. И тоже покупаешь машину за 16 тысяч!
Когда Али увидел Сеню со мной, он деланно закрыл руками лицо, потом воздел руки к небу.
- Только не это! – воскликнул Али. – Опять ты!
Впрочем, еще до торговли он побежал к себе в подсобку и сварил нам кофе с кардамоном.
- Для постоянных клиентов, - подмигнул он мне.
- Али! – сказал я. – Мы можем сидеть пять часов и торговаться. Но зачем? Отдай сразу за 16 тысяч.
- Ой, ой, ой, - запричитал Али. – Ты себе не представляешь. После тебя меня вызвал к себе начальник. И он меня так ругал. Сказал, что еще раз такое, и он меня уволит.
- Все, что я могу для вас сделать, - сказал Али. – Это отдать машину за 17800. И не просите о большем!
- Я согласен, - неожиданно и смущенно произнес Сеня, глядя куда-то в сторону.
Я не мог поверить своим ушам. 17800? Серьезно? Сеня! Твою дивизию! А зачем же тогда меня надо было приглашать? Зачем тратить мое драгоценное время? Главное, этот паразит Сеня лишил нас с Али всякого удовольствия. Торговаться пять минут? Да где это видано?
Я обиделся на Сеню. После этого мы не ходили к ним в гости месяц! Я не хотел его видеть. Но потом Маша приготовила салат хацилим и рыбу Святого Петра по иерусалимски на гриле, и пришлось идти. Рыба была очень вкусной, и я почувствовал, что моя обида на Сеню прошла.
Ольшевский Вадим
|
|
42.
Я умирал несколько раз и каждый раз удачно
Первый раз случился в довольно далеком детстве мы жили в военном городке на окраине города Горького на Федосеенко. Рядом воинская часть, городская свалка, два оборонных завода и железнодорожный узел.
Вот там-то все и случилось. У нас было одно время такое развлечение ходить тягать поезда на железную дорогу. В этом месте формировались эшелоны и поэтому можно было запрыгнуть на движущийся вагон на подножку и катиться на нем какое-то время несколько километров после спрыгнуть. Иногда поезд разгонялся очень сильно и слезть с него было уже нельзя приходилось ехать до следующей станции по дороге поезд проезжал различные технические полустанки и станции. И вот идет поезд мы все запрыгиваем на эти подножки и едем. И видимо я ехал спиной вперед и не видел что там спереди. И вдруг мне начали махать ребята а я подумал они просто дурачатся и тоже им начал строить рожи и орать типа "а-а-а".
Но в какой-то момент я вдруг понимаю что они мне объясняют и поднимаюсь на несколько ступенек вверх по вагону оборачиваюсь и вижу, что поезд уже проезжал полустанок, который расположен так близко от вагонов буквально несколько сантиметров и если бы я не сообразил подняться на эти две ступеньки вверх меня бы просто размазало по этому бетонному помосту. Ведь напомню расстояние между бетонной плитой и вагоном буквально десять сантиметров, так сделано специально для удобства разгрузки вагонов.
В тот момент я наверное вспомнил бы все молитвы мира, но я их попросту не знал было советское время в религию никто не верил, тем более дети. Это была моя первая смерть.
Второй раз смерть подкараулила меня в армии, в которой я служил два года. Я отучился в учебке, но очень условно, водить БМП я не умел я все это время служил писарем, тем не менее за какую-то провинность расскажу как-нибудь в следующий раз об этом. Короче за какую-то провинность меня высылают с этой воинской части в регулярный войска и я оказываюсь в ЗГВ (Западная группа войск ГДР). Ну и попадаю в пехотную мотострелковую роту в разведвзвод, где прохожу службу. Жизнь солдата это конечно отдельная тема вот, а здесь я просто служу в мотострелковом батальоне и...
Каждый день мы чистим и готовим свою бронетехнику, мы там её вылизываем и надраиваем. Так как она постоянно выходит в поле на ученья, её бесконечно нужно чистить и содержать. Мы живем там. Обычный день в огромном ангаре мы внутри и снаружи БМП занимаемся работой. Стоя за БМП затягиваюсь сигаретой и что-то не так... Я стоял облокотившись спиной на бетонную стену ангара передо мной многотонная БМП и... Вот не колеса, а гусеницы казалось бы, но она покатилась на меня, а между нами 50 сантиметров, она катится я скольжу в бок. Я спиной протираю стену. Ш-ш-ш-ш-ш. Буквально выскользнул в сторону она только чиркнула мне по ватнику и своим задом БМП продавила бетонную стену и выгнула её немного наружу и остановилась.
Ну просто там все закричали катится-катится и после бронемашина остановилась. Оказывается какой-то солдат внутри лазил на месте механика-водителя и случайно скинул ручник и поэтому стоявшая под наклоном 17 тонная броневая машина пехоты покатилась на стоящего за ней солдата на меня. Так я умер второй раз.
Третий раз я умер от инфаркта, но это вовсе не интересно. Чтобы чуть оздоровиться решил начать ходить пешком. Начал с двух-трех километров по палате потом вышел на ежедневные 10-15 километров в день и так ходил года два-три стал себя лучше чувствовать о всяком сердце и думать забыл и решил сделать рекорд по пешей прогулке в день. Сам для себя. Спортивный интерес. Думаю дам 50 километров день и для сердца полезно и весело.
Прошел из конца в конец весь город несколько раз и намотал 38 километров. Бодренько пришел домой поел и даже не попив как следует воды лег спать.
Ночью обезвоживание и инсульт. Об этом у меня есть рассказ про мертвую руку, потом как-нибудь расскажу. Так я умер в четвертый раз. Это было достаточно глупо с моей стороны не попить воды после 38 километров пешком. Там в реанимации во второй раз в своей жизни понял что мое призвание быть блогером реаниматорщиком который снимает сюжеты со своим участием из реанимаций города. Ведь я уже побывал в трех реанимациях.
Но это я шучу. Решил что не буду больше ходить пешком по многу буду в рамках 10 километров в день жить. Врач который лечил меня в 13 больнице, выдающийся доктор кардиологических наук профессор и практикующий врач Илья Григорьевич Правка выдал мне справку, что я физически здоров и могу работать станочником на заводе Нижегородские моторы группы ГАЗ, чем я и занимаюсь. Вам тоже всем желаю здоровья и поменьше умирать)
В комментариях жду ваши истории о том, как у вас это было.
|
|
43.
Доброго всем дня!
На прошлой неделе написал две истории, эту и еще одну про кипу, подарок из Иерусалима, и хотел отправить в выпуск в субботу, но теперь отложу в долгий ящик пока разборки у них не закончатся.
Поэтому выкладываю историю про Девочку Свету.)
Девочка Света была довольно красивой хотя и не использовала косметику от слова совсем.
Девочка света помимо этого была еще и кандидатом в Мастера спорта по самбо и армейскому рукопашному бою, поэтому за глаза мы иногда шутили что Девочке Свете как все ее называли за глаза, похер накрашена она или нет, она любого пацана если возьмет на удушающий заставит полюбить себя и без косметики.)
Мы относились к ней как коллеге по тренировке, беззлобно подкалывали да и она не хотела какого то другого отношения.
Она так же обливалась потом на тренировках, ходила со ссадинами и сбитыми руками и практиковалась на улице даже чаще чем ее собратья мужского пола.
Она жила в районе который даже по меркам нашего города выделялся криминогенной обстановкой под названием Нахаловка, где местные ее довольно хорошо знали и не доебывались, зная что могут огрести и от нее и от группы поддержки от совершенно не интеллигентных отмороженных рукопашников.
Но всегда находились желающие докопаться до симпатичной девушки бредущей ночью по темной улице. Частенько это заканчивалось нокаутом. Два случая про которые я слышал от участников событий с той стороны и ментов.
Случай первый (со слов Светки).
Шла Девочка Света в одиннадцать часов с тренировки и никого не трогала, на лавочке возле остановки три мрачные личности распивали пивас.
Один весь в наколках, только откинувшийся с зоны перец сказал своим шестеркам чтобы они привели к нему вон ту телку с сумкой так как ему очень захотелось женской ласки.
Девочка Света не сразу поняла что от нее хотят эти маргиналы так как слушала на плеере свои любимые саундтреки к фильмам Брат и Брат-2.
Вынув наушники она с удивление переспросила что этим джентльменам нужно?
- Слышишь ты, тебя зовет человек познакомиться!
- Ребят вы бы отдыхали дальше а мне домой пора.
- Слышишь ты соска! Не выебывайся!
После этого один из них совершил фатальную ошибку схватив ее за куртку.
Дальше со слов Светы.
- Такой подарок, как на тренировке я ему выполнила захват и крутанула аж хрустнуло.)
- Светик а второй?
- Че второй? По яйцам получил.)
- А синий?
- Вот из за него в ментовку попала!
- Че заяву накатал?
- Нет, это ж не по понятиям было, блатные бы не поняли.)
- Просто я им стекло остановки пробила, менты оборжались.)))
Вторая история произошла на рынке Восточный где торговали люди тоже восточной наружности (со слов милиции).
Идет Света никого не трогает, возле ханайки с шаурмой стоит толпа восточных человеков, и один цокая языком очень громко говорит так чтобы все услышали - Вай! Очень хороший жопа у этой телки и я бы ей вдул ей прямо здесь.
Толпа одобрительно захихикала закивала головами.
Света не сбавляя хода проводит двойку в голову и сказавший это падает очень неудачно на асфальт отправляясь в нокаут.
Ни один из толпы даже не дернулся.
Опять милиция и опять потерпевший хоть и попал в больничку со сломанной челюстью и сотрясением головы без мозга но так же отказался писать заяву.)
у нас сложилось мнение что Свету Терминатора испугать невозможно ничем, до одного случая.
Мы тренировались в начале нулевых в одном ведомственном зале с бассейном в центре города где ремонт последний раз делали перед олимпиадой, в раздевалках ржавые трубы и женской одну окрестили только потому что в ней было маленькое зеркало и тумбочка.
Вечер, мы собираем лапы, мешки пьем чай.
Вдруг послышался дикий визг Светки с криками -Уйди ссука! Ааааа! Убью!)
Мы ломанулись в раздевалку спасать Светку от маньяка, хотя какие там маньяки в ведомственном зале?
Влетаем в раздевалку.
Картина маслом!
Голая Светка стоит на тумбочке а напротив нее в углу на задних лапках стоит охуевший от визга мышь.)
Светка воет и не обращая внимания что все тупо уставились на нее просит - Ребята убейте эту гадость!
Ну мы же не звери, взяли мыша в руки и вынесли его на лестничную клетку и выпустили.
Пошли после тренировки выпить пива, весь вечер обсуждали что Светка наша ничего такая красотка, и сиськи и жопа красивые а мы и не замечали.
И тогда до меня дошло что за напускной крутостью Светки кроется обычная тонкая женская душа.)
Только после этого кличка Терминатор как то сама исчезла и сталась другая - Наша Мышка!))
Прошло больше двадцати лет, наша Мышка вышла замуж, родила четырех детей и работает в своем любимом спорте!)
12.10. 2023 г.
|
|
44.
Рубрика – «дорожные истории».
СПб, середина девяностых, зима. Я неплохо зарабатывал, занимаясь поставками насосного оборудования.
Надобно отметить, что поездка эта не задалась с самого начала. ЛАЭС (Ленинградская атомная) оплатила мне два консольных насоса. Параметров указывать не буду, но весили эти монстры чуть побольше трёх тонн каждый, и забирать их надо было в Москве, в Южном порту. Я заказал машину- трёхосный камаз в транспортной компании, договорился о сроках, и мы поехали.
В тот раз удалось только выехать из города, как двигатель начал троить, а потом застучал. Я пожал плечами и поехал на перекладных обратно, а водитель пошёл искать телефон, чтобы вызвать подмогу.
Прошло три дня, приезжает тот же камаз и тот же водитель.
- Починился?
- Вроде да, вылечили.
Ехали долго, холодно, дорога обледеневшая, ни развязок, ни объездов тогда не было, до Южного порта добрались уже ночью. Я нашёл какую-то гостиницу (общагу уровнем «минус три звезды»), но водитель предпочёл ночевать в машине – так спокойнее.
С утра, пока решили вопросы с погрузкой, пока оформили все документы, прошло полдня. Пообедали и тронулись домой. У гружёной машины сцепление с асфальтом лучше, поэтому ехать можно немного быстрее. Но у этого камаза были, очевидно свои планы - и в Твери (бывшем Калинине) он опять начал троить, и застучал.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………здесь непечатно.
Покупатель ждёт насосы, а я неделю не могу организовать доставку. Устроились на ночлег, позвонили в Питер, вызвали тягач. Сутки бездельничали – я болтался по городу, а водитель ходил кругами возле машины – охранял, типа. В холодной кабине сидеть скучно, а мотор не завести – заклинит.
На следующее утро пришёл тягач – такой же трёхосный камаз, только он положил себе в кузов здоровенную бетонную штамбу в несколько тонн – иначе он нашу гружёную машину и с места бы не сдвинул.
Вместо переднего бампера у тягача был приварен швеллер – тогда это было модно – дальнобойщики называли такие приспособления «тридцать сантиметров жизни». Закрепили «инвалида» жёсткой сцепкой, и таким автопоездом потихоньку поехали. Кто помнит кабину камаза – там три сиденья. Мне досталось среднее.
От поста ГАИ на выезде из города нам удалось отъехать всего километра три. Там небольшой пологий поворот, а сразу за ним - пригорок. С этого пригорка нам навстречу вылетает уазик с брезентовым верхом, теряет сцепление с дорогой, и его начинает крутить, как корову на льду – причём нацеливается он точно в нас – по центру кабины.
Водилу за рулём звали Валерка, а с инвалидного камаза – Санёк.
Санёк орёт «Бей его, бей его на х…й!», остановить нашу гружёную махину невозможно, наша скорость километров пятьдесят, да у уазика под восемьдесят – что гарантировано обеспечивает ему превратиться в лепёшку под колёсами тягача.
А дальше так. Валерка выкрутил руль, и мы нырнули в канаву. Ощущения неописуемые – куда там Американским горкам. Вниз, ух! Вверх - ах! Ситуация усугублялась тем, что летели мы точно на столб линии электропередач. Оба мужика съёжились и отклонились каждый в свою сторону – от столба подальше. А я сдуру и от стресса только откинулся назад, и ноги растопырил. Сейчас мы его сшибём на хрен.
Нас спас второй камаз – с насосами. Он в свою очередь провалился в канаву, подломил жёсткую сцепку, и за счёт этого нас развернул. Столб пронёсся мимо кабины сантиметрах в десяти. Мы дружно подскочили, треснувшись головами о крышу кабины, и ухнули обратно- вниз на сиденья.
Прочесть этот текст займёт в несколько раз больше времени, чем понадобилось на само событие.
Итак ситуация. Машины сложились в букву Л, один камаз мордой в канаве, другой – задницей. Оба насоса и бетонная штамба валяются на земле, из кабины пришлось выпрыгивать – передние колёса тягача висят в воздухе.
Выпрыгиваем. Всех трясёт от адреналина, но все целы. В двадцати метрах от нас поперёк дороги стоит нераздавленный уазик с ободранным боком – всё-таки ему удалось слегка прислониться ко второму камазу - из него медленно выползают водитель и трое пассажиров.
Их трясёт покруче нашего – пока продолжалась эта карусель на льду, они могли успеть несколько раз попрощаться с жизнью.
Водитель - молодой парень, восемнадцать лет – это я после узнал. Пассажиры – его отец – директор совхоза, дядюшка – главный инженер, и свояк – агроном. Родственники. Водитель третий день как на работе, права получил две недели назад.
Мужики с бледными мордами, икают, дышат через раз, в себя приходят. А водитель сидит на корточках, лицо совершенно серое, говорить не может, глаза выкатил, скулит тихонько. Трясёт его - хоть динамомашину прилаживай, электричество добывать. И жуткая вонь – что на морозе двадцать градусов даже удивительно, но штаны у него были совершенно полные. Обделался.
Повреждения оказались на удивление минимальными. У обоих грузовиков поломаны борта, согнута жёсткая сцепка и всё. Насосы целы, а бетонной дуре вообще ущерб нанести невозможно.
Когда все пришли в себя, директор-папа обматерил сынулю- водителя от души – «Сука, на хер я тебя взял, больше ты у меня не работаешь, на х..й! В армию, бл..дь пойдёшь к еб…ни матери, чтоб я тебя не видел!»
Орёт, плюётся, руками машет – а тот сидит на корточках и только голову в плечи вжимает.
- Петрович, бля, что ты разорался? Угомонись, бля... Ну живы все, вон водиле с камаза спасибо скажи.
Валерке Петрович жал руку, обнимал, чуть не плакал – понятно же, что он реально спас жизнь всем четверым, нырнув в канаву – мы-то наверху ничем не рисковали – а уазик как раз под швеллер бы и вписался - «тридцать сантиметров жизни» это для нас жизни, а для них - верная смерть.
Санёк с Валеркой только ржут, вспоминая, как я в кабине коленки растопырил - " Ну, А..ныч, у тебя яйца-то видать каменные, если ты ими столб сносить собрался!"
ГАИ я дожидаться не стал, поехал на перекладных в Тверь, автокран ловить – машины вытаскивать. Это сейчас по телефону можно всё организовать, а тогда встаёшь на перекрёсток, и поднимаешь руку. Остановятся - повезло, нет - стоишь дальше.
А вот когда мы с крановщиком подъехали, поплохело уже мне -
- Мужики, вы что, ох…ели? Это же линия на пятьдесят тысяч вольт, мне со стрелой и рядом то находиться запрещено, не то, что из под неё что-то вытаскивать. Как хотите, я на хер уезжаю - если её коснуться, от автокрана ни хера не останется.
То есть Валерка, чтобы спасти уазик, реально рисковал жизнью – ну и мы за компанию. Если бы не второй камаз, мы бы этот столб непременно пополам переломили, и положили провода себе на крышу.
Однако, делать что-то надо. Водитель автокрана посадил меня в кабину и подбросил до какой-то стройбазы – попробуй тут кого- нибудь уговорить, может повезёт?
Повезло. Нашёлся романтик – правда и цену заломил немалую.
Автокрану, чтобы вытащить оба камаза, и погрузить в кузова разбросанное барахло, пришлось раскорячиться так, что это полностью перекрыло движение по шоссе. На минуточку позвольте напомнить – это была всего лишь трасса всесоюзного значения С-Петербург – Москва.
Довольно скоро мы собрали приличную пробку – но никто не жаловался, наоборот, все от души предлагали помощь. Без предложенной кем-то кувалды, нам например, вообще не удалось бы расцепить машины – так заклинило сцепку. А потом, этой же кувалдой, на месте попытаться эту железяку разогнуть в исходное состояние – что не получилось.
У «инвалида» под бампером два крюка, у тягача одна сцепка.
Поэтому железяка (две сваренные в форме буквы Л трубы), будучи надетой идеально выдерживала буксируемый автомобиль по центру. А так, с одной трубой, получилось, что задний камаз оказывался на полкорпуса левее переднего, да ещё его болтало, как, извините, говно в проруби.
Таким подстреленным в задницу автопоездом двигаться быстрее десяти километров в час было просто опасно. Да ещё мы занимали не полосу, как все, а полторы – и обогнать нас было весьма затруднительно. Представляю, сколько матюгов в свой адрес мы собрали по пути.
Утром мне нужно было кровь из носу быть у заказчика, поэтому я вышел где-то в Вышнем, вроде Волочке, и поехал в Питер поездом. А мужики добрались только к следующему вечеру. Закончилось всё благополучно, никто не умер, насосы были доставлены почти вовремя, а когда я проверял бухгалтерские документы, оказалось, что слегка ошибившись в свою сторону, сделал такую на насосы наценку, что эти дорожные приключения окупились с лихвой.
Ну и вишенка к пирожному. Пока мы там, на шоссе у этого пригорка с поворотом ковырялись, ещё три легковушки вылетели, кувыркаясь точно так же, как тот семейный уазик. Правда, им больше повезло – все съезжали на обочину, в снег. Приятного, конечно мало, но ни одна из машин не была повреждена.
Всем удачи на дорогах!
|
|
45.
В выходной день решили с супругой сходить в кино, да и продуктами закупиться заодно.Ну пока женщина соберется...
Я, чтобы не спариться в куртке в квартире, предупредил жену, что подожду на улице у подъезда. Дело было весной, оттепель, а ночью подморозило, суперкаток был просто везде.
В соседнем подъезде живет собака, соседи держат, породу не знаю, не разбираюсь, но что-то бойцовое, вроде бы и некрупная, но ряшка шире моей, да и зубищи уважение вызывают. Кстати, абсолютно неагрессивная и добродушная псина, спокойно гуляла без намордника и поводка, под присмотром хозяев естественно.
Стою у подъезда, жду супругу, мимо идет бабка, на поводке соседская собака, бабку я правда никогда прежде не видел, но может соседям родственница или знакомая какая, собачку выгуливает по доброте душевной. К слову бабка явно на кривой кочерге, шатало ее болезную качественно. В дальнейшие события я не вмешался, хотя наверное должен был, прошу прощения.
Из соседнего подъезда выходит собака, с ранее упомянутой как две капли воды, ни разу не отличить, это "наша". Буквально пару секунд собаки смотрят друг на друга, далее обоюдная атака. Бабка, держащая на поводке свою собаку, с криком (цензура не пропустит) рыбкой летит вперед, и получается, что начавшийся собачий бой происходит в основном поверх бабки. Из подъезда выходит сын хозяйки соседской собаки с приятелем, пареньки лет 12-ти. Растерявшиеся парни мечутся около дерущихся псин и верещащей бабки. Бабка орет, мол, оттаскивай свою собаку, паренек обхватывает свою псину за загривок и пытается оттаскивать. Второму пареньку бабка орет, типа, че встал, помогай, после чего тот начинает фигачить по собакам, не отличая своих и чужих. Бабка орет, бей свою, а не мою собаку, испуганный парнишка переносит "огонь" ближе к "своей" псине, и, промазав, качественным ударом с ноги тушит в голову своего приятеля, тот, находясь в качественном нокауте, валится на бабку. Из подъезда, явно на шум, тупо в халате выскакивает хозяйка "нашей" собаки, вмешательство ее правда ситуацию не улучшило. Не найдя ничего лучшего, она схватила свою собаку за задние лапы и попыталась оттащить. Как я упоминал, на улице очень скользко, женщина, не удивительно, поскальзывается, и на пятой точке "влетает" в общую кучу. Я решаю вмешаться в разборку, но тут появляются силы правопорядка, мимо шлепает наш участковый.
- Что здесь происходит???
А уже реально не понять, катается клубок, из которого периодически, появляются ноги, руки, лапы, головы, как человечьи, так и собачьи, визг и мат стоит первостатейный.
Участковый подходит ближе, наклоняется, и тут в сознание приходит соседский парнишка, и начинает хаотично сучить ногами. Классическая подсечка, а много ли фактически на льду надо, участковый с криком (цензура) валится в общую кучу, повторно вырубив несчастного паренька.
Наконец то вышедшая супруга застала меня в процессе растаскивания в разные стороны непонятной ей груды существ.
Медицинская помощь никому не потребовалась.
|
|
46.
У Вовочки старший брат женился. Наутро после свадьбы гости просыпаются, мать жениха зовет всех к столу завтракать. Все являются, кроме новобрачных. Ждут, их все нет. Ну, сели, завтракают. Мать жениха: - Ну что же они не идут? И тут Вовочка (улыбаясь): - А я думаю... Мать - раз ему подзатыльник. Молчи, дурак, здесь гости. Время к обеду, мать жениха опять накрывает стол, напитки, закуски. Все к столу, новобрачных нет. Мать: - Да где же они? Вовочка (похабно улыбаясь): - А я думаю... Бац, опять по уху. Ну, на ужин та же история, нет новобрачных. Мать уже в панике: - Ничего не понимаю, почему их нет? Вовочка (закрывая уши): - А я думаю... - Ну говори. - А я думаю, когда вчера ночью брательник в шкафу вазелин искал, он мой клей для авиамоделей по ошибке взял.
|
|
47.
У каждого из нас есть знакомые – люди с непростой судьбой, вызывающие глубокое уважение.
Мне хочется поделиться историей о моём напарнике – звали его Борис Николаевич, для меня- просто Николаич. Работали вместе почти два года на теплотрассе.
Мужик был неленивый, добродушный и словоохотливый – правда с образованием слабовато. Но рассказывал интересно. Ему было уже за шестьдесят (действие происходило в середине восьмидесятых), до теплотрассы работал грузчиком – но тяжеловато должно быть стало, вот и сменил профессию.
Отступление. От своего отца, от матери, от материных братьев (все воевали) я никогда не слышал ни одного рассказа о войне – не желали рассказывать.
Отец один раз раскололся-
- Слушай, говорю, а можно такой вопрос, вы на передовой задницу чем вытирали?
- Зимой снегом, летом травой, листьями…
- А весной?
- Не помню, я в госпитале лежал…
Николаич же рассказывал много и охотно – пообщаться с ним было очень интересно.
Его призвали в июле сорок первого, и сразу отправили под Лугу – в оборону. Неразбериха, говорил была. На отделение выдали три винтовки, две сапёрные лопатки и гранату. Остальное по месту получите, сказали. Шли пешком – от Кировского завода в Ленинграде.
Фон Лееб рвался к городу, развивая наступление. Лужский рубеж удержал его больше чем на месяц – в Ленинграде успели подготовиться. Но враг тогда был сильнее.
После затяжных боёв, в сентябре, группа армий Север в нескольких местах прорвала фронт и двинулась к городу. Часть Николаича попала под сильный артобстрел, и почти полностью была уничтожена. Сам он рассказывал об этом так –
- Ночью прихожу в себя в полузасыпанном окопе – голова бл..дь, кружится, звенит, не вижу ни хера – но вроде живой.
Выкарабкался, винтовку откопал, вокруг полазил – может ещё кто жив? Никого не нашёл. Что делать не знаю, куда идти – тоже. Где Немцы, где наши – неизвестно. Бухает где- то вдалеке, но в стороне города, значит за линией фронта оказался – заеб..сь попал, надо к своим пробираться.
Пошёл. До Ленинграда оттуда около ста километров – шёл ночами, днём боялся. Так никого и не встретил. Винтовку и документы сохранил – значит не дезертир. Как- то удачно не нарвался ни на Немцев, ни на наши патрули – пришёл прямо к себе домой, помылся, поел, выспался и утром – в военкомат. Так мол и так, рядовой Ле…в, часть номер такой- то, прибыл вот– желаю значит, дальше Родину защищать.
- Какая часть, говоришь? … Из под Луги? Так нету такой части, погибла она.
-А в Луге Немцы. А ты сам случаем не диверсант? Ну- ка сидеть здесь, не шевелиться! Сейчас разберёмся, кто ты такой.
-Ну и сижу значит, там в коридоре, говорит. Ни винтовку, ни документы не отобрали- повезло. Дожидаюсь, а сам думаю – вот попал, так попал. Они же долго разбираться не будут- кто знает, чего от них ждать?
Из соседнего кабинета высовывается офицер – морда красная – от недосыпа, должно быть.
- Кто такой?
- Рядовой Ле…в, часть номер такой- то, часть уничтожили, прибыл за предписанием.
- Документы?
- В порядке. Оружие – вот винтовка, и полторы обоймы ещё осталось.
- Тебя- то мне и надо. Обстрелянный?
- Так точно.
Выписывает предписание – смотри – вон во дворе машину грузят, там офицер распоряжается, бегом марш к нему!
И Николаич попал в партизаны. Тогда действительно формировали армейские отряды для отправки в тыл к противнику. Предполагалось, что в тылу эти подразделения сами будут пополняться выходящими из окружений солдатами и местными жителями. Собственно, так оно и происходило в дальнейшем.
Нападали на Немецкие гарнизоны, пускали поезда под откос, мосты и железные дороги взрывали – когда было чем. Снабжение- по воздуху, самолётами, или управляйся сам – в основном- трофейным оружием, связь с центром нечасто и тайком, чтобы Немцы не запеленговали.
На такой огромной территории у Германии разумеется не хватало возможностей контролировать каждый населённый пункт. Вот и управлялись – по мере сил отравляя существование Вермахту. Иногда успешно, иногда – дай Бог только ноги унести.
Был приказ – встретить спецпоезд, пустить под откос, всё, что можно- уничтожить. Подобрались засветло, выставили караулы, линию заминировали, сами сели в засаду. Стемнело.
Но Немцы тоже не дураки были – пустили вперёд дрезину с двумя платформами и прожектором, пулемёты, и команда автоматчиков. Как они разглядели установленную мину? Остановились, полезли снимать. Командир скомандовал «Огонь», а много там навоюешь с винтовкой- то, против пулемёта? Треть отряда за пять минут полегло, остальные – врассыпную.
Автоматчики преследуют – видно приказ был уничтожить отряд – мы им тогда крепко уже насолили. Бежим, стало быть, спасаемся. Тут река впереди – неширокая, метров тридцать, но я ж, бл..дь, плавать- то не умею ни х..уя! Разделись, сапоги и одежду кульком на головы, винтовку на шею – вперёд. Как выше горла перехлёстывать стало- всё, думаю, отвоевался.
Руками ногами молочу, ничего не вижу, пузыри пускаю. Водички хлебнул, тут товарищ меня прихватил за шкирку, вытащил на твёрдое – только узел со шмотками я утопил. Так и идём дальше – он оделся и в обуви, а я в исподнем и босиком. До места базы отряда идти километров сорок – решили найти хоть какой угол, переночевать, барахла какого поискать- мне одеться, а утром – в отряд.
Подходим к деревне – вроде тихо, чужими не пахнет. Пробираемся тихонько – глядь – свет в окошке. Стучимся – слышим идёт кто- то к двери.
Открывает – Батюшка. Поп то есть. Смотрит на меня, мелко крестится, потом мычит, и в обморок. Что за оказия? Входим в хату – старушки ещё две, тоже смотрят на меня с ужасом. Посреди хаты, на столе стоит гроб. А в гробу- такой же рыжий, босой, и в исподнем – даже внешне немного похожи.
- Не пугайтесь, говорю, мы партизаны, а не привидения. Нам бы заночевать?
Утром местные собрали какой ни есть одежёнки, опорки на ноги, и мы пошли.
Командир отряда правильный был мужик, и справедливый. А вот политрука прислали – полного придурка. Всё политинформации проводил, лозунги вслух зачитывал- со значением. Надоел всем.
Остановились однажды на ночлег в деревеньке – пять домов, три бабки. Выставили караулы по дороге – с двух сторон. Бабуля смотрит на нашего – снег на дворе, а он с сентября в летних ботиночках ходит –
- Милок, ты же помёрзнешь весь, на- ко тебе – вот валенки от сына остались, сам- то он на фронте, бери, бери, ноги береги…
Ночью тревога – Немцы. Тот сторожевой, что на дороге стоял, откуда Немцы шли, вовремя тревогу поднял - успели уйти, а второй – что с другой стороны на этой же дороге- тот самый, что с валенками – куда ему деваться? Вместе с нами и побежал.
Добрались до отряда. Отдышались.
Политрук построил всех, смотрит –
- Откуда валенки у тебя?
- Так бабуля подарила.
- Мародёрствуешь, стало быть? Почему не вернул?
- Там немцы уже в деревне были. Да и не так просто взял, подарила она…
Вывел при всём строе, и застрелил из пистолета.
…………………………………………………………………………………………………………………………………..
Командир услышал выстрел, вылез из землянки, поняв, что произошло, посерел лицом.
Промолчал. Скомандовал –
- Вольно, разойтись.
Мы потом только издалека слышали – как он матом обкладывал этого политрука. Субординация называется. Нельзя командирам в присутствии рядовых ругаться.
А политрук потом глупо погиб – сам на мине подорвался. Невнимательный был.
Не поленились, собрали, что осталось, в плащ- палатку завернули, яму вырыли –чтоб похоронить достойно.
Постояли над холмиком, помолчали.
Командир говорит – Ну, жил, бл..дь, бестолково, и скончался непонятно. Да и х..й с ним. Другого пришлют –может лучше будет. Память ему – всё ж за Родину погиб.
- Смирно! Салют!
Стрельнули вверх. Потом по сто грамм выпили на помин души.
- А вообще везучий я, Николаич говорил.
Сколько раз ранили – и всё по пустяку – там царапнет, тут приложится – даже в медсанбат идти было лень – тряпкой замотаешь – само заживёт.
Николаич в начале сорок четвёртого, когда фронт двинулся на запад уже серьёзно, когда партизанские отряды стали расформировывать, попал в батальонную разведку – с его опытом войны в партизанах – бесценный был боец. Сколько раз за линию фронта хаживал – только он сам знает.
Из серьёзных ранений – осколком пересекло на левой руке кости. Два пальца (мизинец и безымянный) скрючились вовнутрь – но немного двигались – сжать кулак было можно.
А вот второе – как из анекдота – Николаич плохо выговаривал слова – гнусаво, и с придыханием.
Это, бл..дь, мне осколок прямо в язык попал. Пополам рассекло.
Врач, когда лечились, пинцетом тычет, гад, ковыряет, вытаскивает железяку из языка, больно, сука до слёз, а он хохочет в голос – Ты у меня, говорит третий такой, за всю войну.
Только тебе больше всех повезло – зубы все целы.
Первый говорил, что в атаку шли, рот открытый, вовсю орал -«За родину», второй- «За Сталина»! А ты что кричал?
- А я, бл..дь, кровью захлёбываюсь, булькаю, кашляю, но честно отвечаю- «Лёха, ё..б твою мать, патроны где»?
Таких анекдотов Николаич рассказывал десятки.
По доброму рассказывал – весело и простодушно. Слушать его было – как Твардовского читать – из Василия Тёркина. Ни злобы от него, ни обиды – просто человек жил так- правильно делал своё дело. Сложилось просто, что пришлось повоевать.
В мае восемьдесят пятого года, у нас (ну, как и везде) в конторе провели митинг памяти – всем ветеранам торжественно вручались ордена Отечественной войны на сорокалетие Победы.
В президиуме актового зала сидят уважаемые люди – с орденами, медалями, в хороших костюмах. По очереди говорят добрые и правильные слова – о памяти, о преемственности поколений, о том, что забыть пережитое нельзя. Правильно говорят. Вдумчиво, и справедливо.
Потом по очереди начинают вызывать из зала награждаемых.
- Орден Отечественной войны второй степени присваивается…..
- Орденом Отечественной войны второй степени награждается -
Очередной ветеран поднимается на сцену, получает награду, улыбается, произносит слова благодарности, все аплодируют.
И вдруг –
- Орденом Отечественной войны Первой степени награждается Л..в Борис Николаевич – и все так с удивлением смотрят – а почему это ему -первой?
Мы сидим рядом в зале, он так подрывается вскочить, я ему вслед – Николаич, блин, плащ сними, куда ты в плаще на хрен?
Снял. Мне отдал.
А под плащём - выцветший армейский китель без погон – он так всю войну и прошёл рядовым – и с обеих сторон – награды от плеч до карманов. Первую степень ему присвоили, потому, что орден Отечественной войны второй степени он получил ещё в сорок пятом.
Я успел разглядеть Славу, Красную звезду и Отечественной войны. А медали пересчитать – это надо было специально постараться. Но "за отвагу" - там было несколько.
Жаль. Я закончил институт и перешёл работать в проектный отдел с теплотрассы. Наши пути разошлись – и больше мы не встречались.
Но покуда жив – считаю своим долгом хранить память о таких людях – и стараться рассказать о них всем – чтобы не забывалось.
|
|
48.
Про спорткар Audi TT
Будучи временно(?) проживающим в Канаде, я, естественно, искал работу. Все знакомые хором кричали: "Самое простое, выгодное и удобное - это доставка еды". Ну, хорошо. Права международного типа я имею, но в Канаде с такими работать нельзя. Сдал на канадские права категории G и вперед!
Это прелюдия.
На чем ездить?
Ответ - на машине. Однако, хотя выбор машин здесь огромен, все упиралось в деньги. Кредит мне практически недоступен, наличных не так уж и много, а покупать автомобиль, проехавший двести пятьдесят тысяч километров по убитым (ну... не все) канадским дорогам мне не хотелось. И тут УРА!!! Знакомые через знакомых сообщают: "Есть Audi TT 2011 года в аренду практически бесплатно за триста канадских долларов в месяц". Меня привезли посмотреть на это чудо. Оно было немного ударенное, поцарапанное, но, повторяюсь, немного. Хозяин сразу рассказал, что капот открывается с трудом (нужно два человека - один тянет ручку открывания капота, находящуюся в кабине, а другой шевелит самим капотом вверх-вниз, пока он не откроется), автоматическая регулировка фар не работает (фары тупо светят вниз, и свет от них видно из кабины на расстоянии двух метров). Фух... Ну, ладно. Ночью ездить не будем, а для открывания капота есть в помощь жена. Так и порешили (стоимость аренды действительно смешная, за два дня отрабатывается).
Итак вперед!!!
В первый же день работы оказалось, что эта скотина жрет много масла. Маленький дисплейчик сказал, что уровень масла минимальный. Заехали в магазин, купили литр. Я залил поллитра (не в себя) скотинке, и мы отправились дальше. Каково же было мое удивление, когда через пятьдесят миль (эта зараза, купленная в штатах, на одометре пишет в милях) скотина сказала, что опять хочет масла. Я долил еще 0,5. И благополучно проездил целых две недели (в среднем по сто миль в день, но не по хайвеям, а по плазам и жилым зонам).
Дальше все продолжалось вполне спокойно в течение полугода. За это время зверюга сожрала пять литров масла, тонну бензина и проехала пять тысяч миль. Но буквально вчера (время соответствует времени публикации)потребовалось позаливать некоторые жидкости, и мы с женой начали открывать капот. Как обычно, я дергаю рычажок открывания, а жена шевелит капотом. Пару минут мы провели в надежде, что капот откроется, а вот вам нет. Я тяну рычажок все сильнее, и все равно - нет. Я - еще сильнее, и рычажок (пластмассовый) ломается с нулевой перспективой вернуть его обратно. Ну, ладно. Взяв необходимые инструменты, ими уцепившись за остатки крепления рычажка, подергав как следует, с большим удивлением мы открыли капот. Я долил все необходимые жидкости до крайних пределов, и тут возник вопрос - а закрывать ли капот или оставить его на защелке?
Я вставил тряпку в в механизм запирания (капот держался на защелке). Оказалось, что в этом положении капота не работают дворники - они цепляются за заднюю часть капота. Пришлось вытащить тряпку и закрыть капот до конца. Это было сегодня. Что будет дальше - посмотрим... масло то доливать нужно будет.
И, кстати, что самое главное в этом описании. Капот открывается натяжением тросика, а багажник - электроникой (нажатием кнопки). И если разрядится аккумулятор, то багажник открыть невозможно. Ну а самое забавное - аккумулятор находится в багажнике!
|
|
49.
История одного спасения. Часть 1. Зима в Сургуте.
В моём родном Сургуте в конце лета 2016 года на территории стройки появился маленький щенок. Его взяли к себе люди, жившие в одном из дворов неподалёку.
В вагончик, который служил им домом, малыша не пускали. Оставили на улице, посадив двухмесячного хвостика на верёвку, привязанную к столбу, чтобы охранял двор.
День этих людей начинался и заканчивался водкой. На собаку им было наплевать. Они не давали ему ни воды, ни еды, ни укрытия. Маленького Васюньку (так его назвали недохозяева) кормили неравнодушные жители ближайших домов.
Ближе к концу ноября на улице уже был неслабый минус...
Однажды мне позвонила мама: «У нас во дворе чёрный щенок. Он так плачет. У него обморожены лапки и уши, он воет от боли. Сейчас минус двадцать пять, а ночью обещают сильный мороз. Я заберу его к себе».
В эту ночь термометры действительно показали за минус сорок, но Васюнька уже был в тёплой квартире. Накормлен и успокоен. Сколько таких же, как он, не пережили ту и другие морозные ночи по всей Сибири? Даже страшно представить...
Через пару недель моя мама шла мимо того вагончика. Увидела похмельного «хозяина» и спросила: «А где Васюнька?». «Как где? Где-то здесь, может даже у нас в вагончике». Или человек нагло врал, или действительно потерял связь с реальностью. «Собаку я у вас забрала. Вопросы есть?». Ответа не последовало.
Мама рассказывает, что один раз на прогулке они с Васюнькой оказались возле того самого вагончика. Когда он понял, где они, то зубами схватил поводок и потащил куда подальше, лишь бы его там не оставили...
Продолжение скоро будет ;)
|
|