Анекдот от

Директор вызывает главбуха к себе в кабинет и спрашивает:
— Вы вчера задержались на работе до 10 часов вечера. Чем это вы там занимались?
— Как обычно, — отвечает тот, с_веркой, с_водкой…

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

занимались обычно водкой веркой отвечает вечера кабинет

Источник: anekdot.ws от 2018-7-15

занимались обычно → Результатов: 12


1.

ТРАВМАТ. (Продолжение Истории от 14.01.2018)

…Мы пошли в милицию просить защиты от хулиганов. Хотя, на самом деле, не совсем так. Давно не испытывая иллюзий относительно работы наших законов, судов и всей системы организации правопорядка я «шел подуть на воду». Не хотелось бы услышать когда то и вдруг на допросе:
– Кто-кто там пьяный на сограждан с пистолетом кИдался?…

Однажды, мы с компанией тогда еще занимались торговлей, я «подуть» поленился.
В один из наших магазинчиков, бодрой, весенней блохой впрыгнул пизденыш участковый и из отдела бижутерии конфисковал два ящика китайских ножей. Это так в протоколе было записано, с понятыми конечно - все по закону. Только ножи эти были сувенирными ножичками-муляжами боевых ножей «крокодила» и «бабочки». Лезвия при длине шесть с половиной сантиметров имели трех миллиметровый обух, а при попытке заточить для карандашей, с них облетал анодированный слой и проступал металл желтого цвета. К чему это я, читайте дальше.
На всякий случай я позвонил девчонкам в торговый отдел администрации и рассказал об инциденте, меня заверили что это «фигня» и рекомендовали забыться. Я так и сделал, и не было бы этого отступления в повествовании, если бы однажды мне не пришла повестка на допрос. Женщина майор холодно заявила о том, что в отношении меня возбуждено уголовное дело и шьют мне незаконную торговлю холодным оружием.

-Да ну что Вы, прАво?,- охуеет нормальный человек от такой подачи.
А женщина в серой юбчонке – ЕБЛЫСЬ, на стол «Заключение экспертизы» основанное на лабораторных исследованиях. И вы, О-П-А… И блядь, лезвие оказывается боковую нагрузку какую-то охуенную выдерживает, и твердость ему китайские кузнецы хлеще булата наклепали:
- Пиздец тебе, барыжный товарищ!- А вы снова глазами хлоп-хлоп:
–Ну эта, вы ручку стальной ложки высуньте в тугую щель, так на ее то «боковую нагрузку» почитай только, что коня нельзя повесить.
-А не ебет, а не ебет! Вот заключение, вам на первый раз - в тюрьму, а нашему пизденышу участковому - звезду лучистую!

Я к Жене, другу прокурору, Женя ржет:
-Не печалься, говорит,- ступай себе с Богом, гуляй там себе на просторе.
А мне офицерша дословно:
-А чож вы сразу не сказали что у вас такие друзья? - А у меня слов то было столько, что даже и не было. Поэтому и шел сейчас «дунуть», но домой я все-таки по пути заскочил, и оставил пистолет.

В просторном фойе ГУВД в этот вечерний час было не людно. В окне дежурного, откинувшись на спинку стула, маячил майор. Рядом стоял еще один служивый и они, коротая дежурство, лениво усмехались и перебрасывались репликами. Очко в их окошке было плотно задвинуто куском плексигласа и голосов слышно не было. Я завис по пояс в окне и с законопослушной улыбкой:
-Здравствуйте! – Майор повернул глаза в мою сторону, посмотрел мимо, отвернулся и без кивка продолжил беседу. Зная свой не выдержанный характер, заодно списывая собственную нетерпеливость на недавнее возбуждение и алкоголь, я настроил себя на вечность. Минут через пятнадцать вечность закончилась - меня они не замечали.
Я слегка стукнул в окно:
-Можно вас отвлечь? – Знаете такую невербалку, «как ты меня достал»? Это когда сначала медленно-медленно к тебе поворачивается голова, а глаза с трудом отрываемые откуда то снизу, из космоса потом долго и удивленно фокусируются на тебе. Майор проделал это красиво и без вопроса выплюнул:
-Че.- Я это прочитал по губам. «Че», блядь? Мне просто стало скучно валяться на диване темным и холодным, зимним вечером. И ничего лучшего, как отвлечь от выполнения служебных обязанностей и доебать доблестного стража порядка, я не придумал:
-Да тут напали на нас…
-И че.- Я его почти не слышал.
-Куртку порвали…- он не отреагировал.
-За штуку баксов…- майору стало скучно и он отвернулся. Троллить этого козла в открытую, тем более подшофе, было опасно. Я прикинулся дураком. Подождав еще пару минут громко постучал по закрытому очку и проорал словно в танк:
-Скажите, а как это у вас делается?
-Что делается?
– Ну это, заявление что ли? - Майор вряд ли заглотил наживку с моим новым образом, но люк открыл.
-Пишите. - Я окинул взглядом фойе – ни стола, ни бумаги с ручкой. Супруга протянула мне авторучку. Майор стараясь навсегда вычеркнуть меня из памяти снова отвернулся. А я снова постучал и радушно улыбнулся:
-А на чем? Здесь бумаги нет.
-У меня тоже нет.- Я улыбнулся еще шире, ну ты сука.
-А че ты лыбишься? - Понравиться майору мне решительно не удавалось, да и вряд ли его беспокоили мысли о том, за чей счет он живет.
Я продолжал стоять. Кроме меня его никто не беспокоил, даже не звонили, и еще дольше выдерживать паузу было уже не нагло, а глупо. Еще через несколько минут он это прочувствовал и поднял трубку. Сверху спустился молодой человек «по гражданке», провел меня по темным коридорам в свой кабинет и после получасовой писанины мы расстались.

Продолжения этой истории я не ждал, но она продолжилась уже на завтра легко и просто.
У меня в конторе, к тому времени, уже года два работал агентом молодой чел. Ему тогда было лет двадцать пять и после армии он уже успел послужить контрактником. Кроме того, что мы вместе работали, мы оба «тащились» от «Сплина», и часто балдели на совместных рыбалках. Да, еще и соседями были. Мы как соседи и познакомились. Я обычно курил в окно, и со своего третьего этажа и частенько видел его бодро забегающим в подъезд. Опрятный, подтянутый. Однажды я свистнул, махнул подняться ну и вот с тех пор.
С утра значит в офисе, я начинаю накидывать ему историю про Короткого и Длинного, а он меня перебивает:
-А с ними маленькой засранки не было?
-?- А он мне в ответ называет их имена, фамилии и где живут:
-?
-Этот Длинный - нарик конченный, мы с ним по малолетке в одной компании ТАК тусили, ну и тех знаю. А евоный папа – народный депутат, вот. - А моя супруга рядом стоит:
-Как фамилия говоришь? – И достает из сейфа папку с документами. Улица такая то, дом такой то? Он кивает, а супруга протягивает мне листок:
- Телефон его мамы.
-?
-Они у нас сделку оформляют.
Ну мама конечно мне ответила что сын никуда из дома совсем не выходит и только и делает что смотрит телевизор, а желание кого ни будь угандошить ему совсем не присуще и даже невыносимо чуждо.
Тем не менее, насмотревшись телика, на следующий день он пришел. Предварительно заручившись посредством мамы, моим пониманием якобы неудачного розыгрыша, и вообще «дурацкой ситуации», он принес объявленную мной сумму на лечение куртки, промычал «извините», а я забрал заявление.
Спрашиваю потом у своего коллеги:
-А как ТАК, вы «тусили»? – А как, говорит, выловим кого ни будь в темноте, отмудохаем и «ноги». И немного удивился:
- Обычно никто не сопротивлялся:
- Ну вы и уроды,- сказал я ему, а он кивнул.

2.

Сказка.
Жила-была в стране Орла, на среднем ее западе, одна фирма. Занималась она разными околокомпьютерными делами для предприятий: программки разные писала, устанавливала да сопровождала. И была она частью большой компании, с филиалами по всему миру и главным офисом на родине принца Гамлета. Пару десятков лет назад начался у фирмы расцвет, который продолжался лет десять. Но постепенно таких фирм стало много, а денег у клиентов на подобное - наоборот, мало. Ну или, во всяком случае, так они говорили. Последние годы фирма выживала в основном за счет контрактов на годовое обслуживание. Это когда клиент денежки платит один раз, а потом весь год измывается над сотрудниками фирмы, как только может, ибо уплочено. Да и денежки те, по сравнению с прежними-то миллионами - слезы...
И работал в той фирме, ну скажем, Паша. Вы правильно угадали: роду-племени он был отнюдь не навахо, а как раз наоборот. Наш. В конце 90-х Паша приехал в Страну Орла из России: по межфилиальному переводу, как программист. Осел, освоился, в фирме его очень ценили за быстроту и качество работы - никто с ним и близко сравниться не мог. Но при этом по служебной лестнице особо не продвигали - ибо бейсбол Паша ненавидел всем нутром, подлизываться к начальству не умел, и вообще: ну какой из него менеджер, с его-то рязанской рожей? Так что за два десятка лет дослужился Паша до начальника службы техподдержки: по сути, главного программиста, который пашет наравне со всеми, но вдобавок еще и отчеты всякие пишет.
Как дела на фирме пошли не очень, понял Паша, что надо отчаливать. Нашел себе другую фирму, которая пока еще не заменила всех своих программистов на славных сынов Шивы. И зарплата там была побольше. И вот пошел Паша с заявлением об уходе к директору, в пятницу после обеда.
А директор сидит за своим экзекьютив-деск и печалится. Посмотрел на Пашино заявление, головой покачал - ну вот и ты, говорит, уходишь. И правильно, через месяц-другой наш филиал все равно закроют, не приносим мы головной фирме никакой прибыли, а лишь одни убытки. Будут вместо нас разные гупты по скайпу клиентов лечить на своем хинглише.
И надо было Паше дождаться, когда заявление его подпишут, да идти себе - но что-то вдруг у него екнуло. Взял он у директора из рук бумагу: "Месяц, говорите? Ок". Повернулся и ушел, ничего не сказав.
А в понедельник на работу не вышел. И во вторник тоже, и в среду. По законам орлиной страны вообще-то если человек три дня на работе не появляется, и никаких вестей о нем нету, то он считается уволенным. Но в среду - пришел Паша в офис к восьми, глаза красные от недосыпа - и прямо в кабинет к директору. И вот так с порога, без здрасьте-как дела - сразу к делу (а вы еще спрашиваете, чего его по службе не продвигали - политеса ж не знает совсем!). "Знаю я, говорит, что у нас послезавтра истекает срок контрактас А*** - дозвольте я возьму на себя заключение нового договора".
А надо сказать, что эта самая компания А*** была клиентом особо противным даже на фоне всех остальных. И сотрудники ее издеваться любили ну прям изощренно, и при любом поводе платить она отказывалась наотрез, да еще требовала вернуть ранее уплаченное. И каждый раз накануне перезаключения контракта на новый год борзость А*** возрастала геометрически: они таким образом себе еще чего-то пытались выторговать. А еще была у того клиента сильно лютая служба компьютерной безопасности, которая всех сторонних пользователей имела не по-детски при каждом удобном случае. В общем, и не имели б с этим клиентом дела - но головная контора бы этого не поняла... Так что директор махнул рукой и сказал: валяй. Ты ж все равно увольняешься, на тебя все и повесим, если что.
Паша, услышав это, умчался к продажникам. Отдал там нужные инструкции - те аж за сердце схватились. Но, созвонившись с директором, поняли: все так. И сделали как велено.
В общем, ушел клиенту договор на подписание, а в нем - цена обслуживания, против текущей, увеличена в пятнадцать раз. Да еще условия всякие вставлены такие, что клиент за каждый дополнительный чих платить будет ого-го.
Клиент договор получил - и, мягко говоря, удивился. Звонит сразу директору - а тот отвечает, мол, договором занимается наш начальник отдела сопровождения мистер Пол такой-то, давайте я вас с ним соединю. Клиент удивляется еще больше: не привык он, чтоб его так мордой об стол. Повизжал немного, а в конце бросил: мол, ничего перезаключать не буду, даже если вы мне теперь предложите цену в один доллар, и всем расскажу, какие вы плохие.
Ну ладно. Проходит еще день, наступает то самое послезавтра, с которого наша фирма этому клиенту уже ничего не должна. И - ровно в восемь нуль-нуль - опять звонок. Тут уже клиент не визжит, не орет, а просто рычит. Оказывается, пять минут назад все компьютерные системы его славного предприятия - внезапно приказали долго жить. И оживить их никто не может никакими силами. Естественно, клиент подозревает, что наша фирма каким-то боком к этому причастна, и грозит карами египетскими.
А директор ему отвечает: мы бы вам помогли - но, вы ж помните, договора-то нету. А без договора мы может только если предоплата в размере XX тысяч долларов, политика у нас теперь такая корпоративная. И да, вы ж знаете, банковский перевод когда еще идет - так что, может, вы кредиткой? Ну или наличные можем принять.
Клиента от такой наглости, похоже, переклинило. Бросил трубку. Еще через пятнадцать минут - уже другой голос в телефоне. Известная юридическая фирма извещает, что ее только что наняли для защиты интересов клиента, и потому они сейчас же направляют официальное требование, но еще до этого устно настоятельно просят прекратить заниматься ерундой и сделать все как было, плюс заплатить им за труды - тогда, может быть, вас, дорогие компьютерщики, не будут бить очень больно. В смысле сумма иска будет меньше.
Директор опять вежливо отвечает: по этому вопросу свяжитесь, пожалуйста, с нашими юристами. И дает им номер.
А телефон тот - очень крупной адвокатской конторы в Городе Желтого Дьявола. Из тех, что обычно защищают разных политиков и знаменитостей - и берут гонорары, сравнимые с годовой выручкой нашей фирмы.
И дальше идет судебная тяжба: месяц, другой, третий. Директор все это время по офису ходит белый-белый. И на Пашу при встрече глядит очень внимательно. А Паша - ваяет себе программки, как и прежде, да отчеты свои начальниковые сдает как положено. Никуда он не ушел, остался на своем месте, да еще и от зарплаты отказался. Но о последнем только директор в курсе.
И вот, через три месяца - суд выносит вердикт. Никакой вины нашей фирмы в происшедшем нету, авария произошла целиком по вине клиента. Плохо смотрели за своими системами. Соответственно, с них - компенсация нашей фирме за ущерб деловой репутации. Клиент - в шоке, для него вдруг дело оборачивается банкротством. Которое проворачивается буквально за пару недель - и новым собственником клиента становится та самая адвокатская контора из желтодьявольного города, которая его через какое-то время удачно перепродает. Еще интересная подробность: главным доказательством невиновности нашей фирмы стала как раз служба ИТ-безопасности клиента: не смогли они, как ни старались, обнаружить ни следов взлома, ни ни каких-то подозрительных закладок в программном коде. Все было чисто, как слеза ребенка. Дошло до того, что подозревать уже стали саму СБ - и они-то и стали главными сторонниками теории "оно само".
Ну а наш клиент, получив выигранные денежки - стал рассылать всем своим клиентам, у кого срок подходит, новые контракты. Тоже с сильно повышенной ценой обслуживания. И остальные-то - тоже сначала опешили - но потом так подумали... В общем, дешевле выходило согласиться на эти условия. И, главное: все исключительно добровольно, просто везде ж люди сообразительные и понимающие...
А Паша наш - стал вице-президентом фирмы, получил опцион на акции, и даже самый главный начальник из головной принцегамлетовой страны - прилетал лично его поздравить. Потому что такие ценные сотрудники - на дороге не валяются.
А знаете, что ему помогло? Дружба конечно. Ну, во-первых, в 90-е, еще когда Пашка был студентом радиофака политеха - были у него закадычные друганы Колян и Миха, такие же программеры. Вот про них-то Паша в первую очередь и вспомнил в ту пятницу, когда чуть было не уволился. Нашел обоих в соцсетях: те компьютерной стезе не изменили, только занимались теперь такими делами, о которых вслух говорить не принято, и работодатель у них был соответствующий. Но Паше, тем не менее, услугу оказать не отказались - тем более что намекнул им Паша, что знает он одного там президента одной жутко вредной фирмы, что, по слухам, хранит на своем личном компе данные о своих оффшорных счетах. Паша краем глаза это увидел, когда раз пришел тому президенту сломавшийся принтер менять...
А еще вспомнил паша о Юрике и Толике. В те же 90-е они грызли гранит юридической науки в вузе, у которого была одна с политехом общага. А потом решили создать биржу - и Паша им с компьютерами помог. А потом на них бандиты наехали - и Паша смастерил небольшое такое устройство, пославшее главаря этих бандитов в космос, в виде мелких частей правда. В общем, был Паша парнем отзывчивым, а денег за свои труды не брал, все приговаривал: вот вы станете крутыми адвокатами, тогда сочтемся. И Юрик и Толик - стали-таки ими. Только не у себя в Ыйске, и даже не в Москве - а в самом крупном городе Страны Орла, где много богатых политиков и знаменитостей, которым нужна юридическая помощь. Но, что характерно: друзей старых не забыли. И, когда Паша в субботу днем, прямо из аэропорта, после трех часов полета, как был неспавши и немывшись - нарисовался у них на пороге адвокатской конторы - по телефону такие дела не обсуждаются - то выслушали они его, и предложение его приняли. С другой стороны, работка была не сказать чтоб сложная, правда, последний раз они таким занимались еще в России.
Ну а дальше - все как по нотам. Районный судья, к которому попало дело стараниями адвокатов клиента - внезапно взял самоотвод. Вместо него дело взял другой - который клиента знать не знал. СБ, решившая было сфабриковать улики - тоже вдруг резко передумала. Почему так - никто не знает, а те, кто утверждает, что к ним ко всем якобы приходили какие-то странные люди с очень неорлиным типом лица - врут, бессовестно врут. Не было ничего такого.
Вот такая вот история, ребята. Хотя, может и соврал я вам все. Я ж сказочник известный.

3.

Баллада о четырех страшных воплях

Рассказали восхитительную историю, но длинная получилась, зараза. Сократил как мог. Кому много буков, скролльте.

Конец 80-х. Три свежевылупленные первокурсницы, подружки из отдаленного поселка, приступили к занятиям во владивостокском вузе. Проблемы у них вызвали вовсе не лекции, а обычные уроки физкультуры. Это были, наверно, самые здоровые девки на всем курсе. Но упражнения типа «тачка» (одна подруга шагает на руках, другая держит ее за ноги), прогулки верхом друг на друге, и даже просто бег трусцой всем стадом, им показались невыразимо дебильными.

Самым страшным испытанием оказался козел. У себя в поселке они навидались козлов натуральных и в переносном смысле, но вот коварный гимнастический снаряд был им внове. Козел оказался анальным злыднем. Вроде бы шибко сигали, но поотшибали об него все свои попы, и особенно копчики.

Однажды заметили они в полутемном холле фанерный щит, а на нем список спортивных секций. Записавшись на них, можно было оказывается не ходить на эту чертову физру.

Увы, ассортимент секций был весьма ограниченным. Почти все они уже были заполнены более расторопными первокурсниками, а те, что оставались, напоминали паноптикум. Секцию по грёбле, например, Света удачно срифмовала с неприличным словом. Объяснила подругам, что вот только могучих плечей им и не хватало, для удач в личной жизни.

Хорошим вариантом там выглядела секция по художественной гимнастике. Они подошли к тренеру на нее записаться, отчего он чуть не проглотил свой свисток. Дело в том, что по комплекции девушки представляли собой прекрасные, но излишне щедрые дары приморской тайги, для этого вида спорта противоестественные.

Тренер был челом деликатным, и вместо того, чтобы выразить эту простую мысль, понес какую-то ахинею про то, что им в очень скором времени предстоит стать будущими матерями, и тяжелые нагрузки могут отрицательно сказаться на здоровье плода. Целомудренные подружки заалели до пунцевого цвета. Света, как самая бойкая, решительно бухнула, что все они до выпуска рожать не собираются. Готовы к любым, даже самым тяжелым физическим нагрузкам (лишь бы избавиться от обоих этих козлов – мысленно простонала она).

- Ну, а раньше вы занимались художественной гимнастикой? – вдруг осенило тренера.
- Нет, но мы ходили на танцы! Умеем скакать на скакалке! Ходить на лыжах! Стрелять из ружья! Ставить капканы! - наперебой залопотали девчонки. Наташа невпопад добавила, что она посещала даже кружок мягкой игрушки.

Тренер торопился и выдал главный отпугивающий козырь – что им нужно купить на эти занятия. Я всего не упомню из рассказа Светы, но сам изумился, как много. Там нужен был и специальный топ типа купальника, и короткая юбочка определенного размера, и чешки (типа балетных тапочек, но совсем другое), и дрын с длинной цветной лентой, и обруч для упражнений дома.

Засада была в том, что полки магазинов Владивостока были к тому времени девственно пусты. Найти всё это для трех девчонок было покруче, чем собрать 30 крышек от кока-колы и получить за это приз. Расчет тренера был явно на то, что услышав этот список, они наконец отвянут. Сказал, что места в группе пока есть, но запишет он их, только увидев эти комплекты. С тем и убыл, криво ухмыляясь.

Через неделю он чуть не подавился своим свистком вторично. Девчонки торжествующе предъявили ему все три комплекта этой художественной хрени. Один бог знает, чего им это стоило. У тренера просто язык не повернулся им отказать – записал, сообщил расписание занятий и место, дворец спорта. Ну или дом физкультурника, я не помню – в общем, очень большое здание.

Занятия начинались ровно в 7 вечера. На первое девушки пришли за полчаса. Хотели заранее освоиться со спортивным инвентарем, чтобы совсем уж не садиться в лужу. Инвентарь им предстояло увидеть впервые, кроме воспоминаний от спортивных передач по телику. Холл здания был пустынен. Мимо несся щуплый мужичок, впоследствии идентифицированный ими как администратор Михалыч. Они сообщили секцию, объяснили, что впервые, и спросили, куда им дальше идти.
- Спортзал №6, вооон там по коридору. Но сначала сюда – в раздевалку, там наденете спортивную форму. Если ячеек свободных нет, переоденетесь прямо в спортзале, ничего страшного, это полностью женская группа.

Ячеек свободных оказалось всего две, кое-как удалось затолкать туда вещи. Девушки с волнением облачились в новые наряды и глянули в зеркало, воинственно сжав дрыны с лентами. Вместе они производили сильное впечатление. Перефразируя классика, все худенькие девушки похожи фигурами друг на друга, а вот все одаренные природой одарены по-разному.

Точеная талия Наташи приятно контрастировала с ее мощным бюстом, на котором вместо топа был обычный купальник. Других в продаже не было. Не по размеру маленький, он готов был лопнуть и улететь вдаль, как проколотый воздушный шарик. Юбочка Марины норовила задраться в балетную пачку спереди на ее выразительных ляжках. А прекраснопопая Света в таком прикиде представляла собою зрелище почти порнографическое.

Девушки довольно долго осмысляли увиденное. Резюмировала Света:
– Ой, девки. Как по одиночке мерили, вроде ведь нормально было. А вместе выглядим, как бляди по вызову. Позор один. Ладно, гимнастки эти худющие пусть завидуют, главное чтобы парни в таком виде не увидели!

Выглянула из двери раздевалки в щелочку.
- Ура, коридор пустой! Ну-ка, живо подорвались до зала №6! За мной бегом марш!

Подруги именно подорвались. Разогнаться было где, коридор был просто громаден. Увидев заветную дверь с большой бляхой №6, влетели. Это оказался большой боксерский зал. Они обомлели.

Догадываюсь, что это напоминало фильм "Троя" с Брэдом Питтом. Гимн мужской красоте и силе. Мощные вспотевшие торсы, кое-где посверкивали и задницы переодевавшихся.

Парни их не сразу заметили. Они были заняты – кто бил морду друг другу, кто грушу. Длинные руки, приземистые широкоплечие фигуры, суровые лица. Смахивали на орангутангов. Так девчонки потом их и прозвали – между собой, разумеется.

Посреди возвышалась спиной к ним исполинская горилла – тренер. Его партнер заметил девчонок первым. За доли секунды перед тем, как отправиться в нокдаун, он успел встретиться с ними взглядом и улыбнуться. Тренер отправил его в полет со зверским ревом:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТАТ!!!

Как потом выяснилось, это был его постоянный возглас. Типа «Ом-хохом!» у буддистов. Исполнялся с потрясающей энергией и харизмой. После такого вопля даже мышь бросилась бы тут же бить морду коту Ваське. К счастью, девушки не видели выражения его рожи при этом. Но всё равно, Света потом признавалась, что после такого вопля, когда все парни вдруг обернулись и уставились на девушек вместе с тренером, ей остро захотелось сделать книксен и обоссаться одновременно.

Смеха, однако, со стороны парней не последовательно. По их лицам медленно расползались восхищенные, недоуменные, недоверчивые улыбки. Они как будто боялись спугнуть эту стайку забредших к ним ненароком прекрасных нимф. Такие рожи бывают у тех, кому в передаче «Скрытая камера» внезапно вываливают под нос голые сиськи.

Света собрала остатки духа и энергично помахала дрыном с лентой:
- Привет, ребята! Мы – ваша группа поддержки! А что, художественная гимнастика в этом же зале?

Тренер вдруг яростно заорал:
- Михалыч, я же сказал тебе прибить номер!
с такой громкостью, что Михалыч его несомненно хорошо расслышал. Где бы он ни находился. Вот тут все парни разом и грохнули. Девушки, вообще не врубившись в тему с номером, на всякий случай тоже захихикали. В зал ворвался Михалыч. Глянув на девушек, тут же зашелся скрипучим смехом а-ля дед Щукарь. Хор был еще тот.

Оторжавшись, тренер вышел наконец из образа жуткого Кинг-Конга и добродушно объяснил:
- Девушки, извините пожалуйста. Художественная гимнастика в шестом зале, дальше по коридору. А это девятый. Просто у таблички шуруп отвалился, и она вверх ногами перевернулась…

Перевернувшаяся табличка сломала лед в отношениях залов 6 и 9. Группы первокурсников были только что набраны, худенькие гимнастки мало интересовали свирепых боксеров. А вот на секси-трио боксеры стали заходить после своей секции. Постепенно разглядели и других девушек, любуясь их упражнениями. Завелись ухажеры. Всех девушек, кого некому было провожать поздним вечером, стали провожать орангутанги. Живо разобрались между собой по симпатиям. Возможно, крепко набив перед этим друг другу морды на предыдущем занятии.

Появился ухажер и у Светы. Оказался очень застенчивым, несмотря на устрашающую физиономию и фигуру. Провожал до дома всегда, но целоваться не лез. И вообще держался ровно. Типа, случайно мимо проходил. Звали его Гошей. Однажды, когда под ногами уже кружили золотые и огненные листья, предложил ей остаться в зале №9 после занятий – поставить ей самозащиту. Она согласилась. Дал он ей поначалу довольно странные задания, а поглядев, поставил ей не самозащиту, а диагноз:
– Знаешь, Света, драться все-таки не бабское дело. Во всяком случае, не твое. Против гопников не устоишь. Как ни тренируй. Спринт вот у тебя неплохо получается. Мало таких бегучих видел. Но дыхалка так себе. На длинной дистанции мужик все равно догонит. В твоем случае идеальная тактика такая – выбираешь из гоп-компании самого трезвого и жилистого. Обычно это лидер группы. Он к тебе и пристанет. Твой единственный шанс – неожиданный, меткий, сокрушительный удар по яйцам. Ноги у тебя сильные. Но все равно - только ему, дальше спринт. Ну что, давай тренироваться.
- Эээ, Гоша, а тебе не будет больно?
- А ты попробуй попади!

Попасть Гоше по яйцам оказалось действительно не проще, чем голыми руками кастрировать дикобраза. Он был феноменально увертлив. Начав с осторожных пасов, Света вскоре уже яростно фигачила вовсю. Поняла, что даже задеть бедро этой поджарой неуловимой фигуры, не говоря уже о ее яйцах, было невозможно. Он как будто танцевал сумасшедший брейк. В крайних случаях, отбивал удары бережными движениями вездесущих рук. Света танцы любила и заценила пластику.

Через пару дней тренировок Гоша начал откровенно скучать в своих увертываниях. Стал развлекаться пародиями на фирменный рык своего тренера. Про результат. Но на разные лады. Фантазия его была неистощима. Света была смешлива и уходила хохотать при каждом вопле, как в нокаут. Но Гоша в этих вокальных упражнениях слегка расслабился. Через неделю он дождался результата. Она собралась, сосредоточилась, и отвесила в абсолютном убеждении, что Гоша и на этот раз как-нибудь выкрутится. Собралась полюбоваться причудливому прыжку мастера. Но Гоша слегка зазевался. Его вопль можно записать как:

МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТААААУУУУЫЫЫЫБЛЯЯЯЯЯ!!!

На этом упражнения по яйцам были решительно Гошей закончены. А вскоре закружились первые снежинки и наметилась трещина в их отношениях – Света влюбилась по уши в своего преподавателя. Молодой, представительный, обходительный. Потрясающе интересен в разговоре и весьма инициативен в отношениях. Застенчивый орангутанг Гоша с ним рядом не стоял. С ним и поговорить-то было толком не о чем. Разве что по яйцам ему фигачить, да и это уже пройденный этап. В общем, когда Гоша, заметив ее гуляющим с преподом, хмуро пригрозил набить ему морду, Света сказала так:
- Дай мне определиться. Если увижу его избитым – у тебя никаких шансов. Никогда.
Гоша бить морду не стал, и вообще отстал.

Однажды, когда снег накрыл наконец этот бесснежный город, случилось Свете гулять с преподом в тихом парке вечером. К ним пристали порядком бухие гопники. Один с ходу засветил в табло преподу, другой нежно, но крепко обнял Свету.

И тут с ее возлюбленным случилось поразительное. Он дал такого деру, что позавидовал бы любой спринтер. Испарился в мгновение ока. Растаял, как снежинка на ресницах. А Света осталась наедине с тремя гопниками. Грусть.

Действовала автоматически, молниеносно. Лидер компании на уровень Гоши не потянул. Прозевал с первого удара. Такому воплю могли бы позавидовать даже мамонты в период гона.

Второй от нее в ужасе сам отлепился. Хотела она допинать обоих, но вспомнила завет Гоши и выдала свой фирменный спринт. Преследовавших не оказалось.

А с Гошей они через год поженились. Долго откладывали детей. Сначала до выпуска, потом грянули «один раз живем» 90-е. Дооткладывались до того, что сейчас у них пятеро. Заводили по мере становления бизнеса, с большими перерывами. Планировали двух - мальчика и девочку. Но Гоша упертый – как Авраам родил Исаака, так и он должен был родить сына. А сын никак не получался, шли только дочки. Света тоже очень переживала.

Когда в пятый раз перестали предохраняться, уже в середине нулевых, он в отчаянии заорал в самый неподходящий момент:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТА-А-АТ!!!

Если говорить об оргазме, то результат этим воплем был безнадежно испорчен. Ибо трудно сочетать оргазм с хохотом. Но получилось наконец - у них родился сын. Веселый растет парень…

4.

Венерологом я был недолго, собственно, меня это никогда и не прельщало, хотя в начале 90-х вполне себе гарантировало кусок хлеба с маслом.
Тем не менее, целых четырех месяца меня интенсивно обучали этой нужной, и в принципе несложной, но очень уж специфической профессии. Этого мне вполне хватило – теперь у меня в «багаже» есть дюжины две любопытных венерологических историй, которыми могу здесь поделиться. Это, в общем-то, все, чем изучение венерологии смогло мне пока пригодиться – ну, спасибо ей и за это.
Пару историй я в очень усеченном виде рассказывал в комментах лет 5-7 назад, думаю, их мало кто помнит с тех времен. Для самых памятливых могу сразу пообещать, что версии будут «расширенные и дополненные».
При всех недостатках периода распада Союза как минимум один положительный момент у СССР точно был – число больных заболеваниями, передаваемыми половым путем (ЗППП), в конце 80-х было минимальным. Помню, на весь наш большой город-миллионник за четыре месяца моего обучения было не то три, не то четыре случая сифилиса.
Один из случаев был интересен лишь личностью пациента – это был известный дирижер из Москвы, который просто не хотел светиться с таким диагнозом в столичных клиниках (ну, трахнул дежурную по этажу в какой-то провинциальной гостинице где-то на гастролях...).
А те три случая, что остались, расследовались по полной программе, хоть и без привлечения ментов – так тогда было положено, никакой анонимности венбольных и сокрытия контактов не допускалось…
Один из пациентов был шофер дальнобойщик, подхвативший сифилис от плечевой где-то в районе МКАД. Там была интересная ситуация. Трахнул он плечевую, и при этом простыл (в октябре дело было). Приехал он в родной город на следующий день сексуально удовлетворенный, но с температурой 38 С. Тем не менее, родную жену он таки успел поиметь, после чего его на скорой увезли в больницу с тяжелейшей пневмонией. Он провалялся в больнице почти месяц, чуть концы не отдал, но – пневмонию у него вылечили. Высокими дозами антибиотиков. Которые параллельно вылечили его и от начинающегося сифилиса (подхваченного от плечевой). И вот этот шофер возвращается, голубчик, домой, здоровый, практически стерильный – а там его встречает родная жена. А у жены за этот месяц первичный сифилис уже перешел во вторичный. И она его, голубушка, только что вылеченного от сифилиса, повторно заражает ЕГО ЖЕ сифилисом. Через пару недель он идет к врачу с шанкром на члене. Диагноз – ПЕРВИЧНЫЙ сифилис. Обследуют жену – ВТОРИЧНЫЙ сифилис. По всем канонам – она источник заражения, а он чист, аки голубь небесный. «Признавайся, сука, с кем спала». А она – честная женщина, спала только с мужем, плачет, готова руки на себя наложить. Недели две врачи мучались с этой парой, но потом все же восстановили истинный ход событий. Более того, по описанию, данному шофером, и ту плечевую нашли потом, месяца через два. Нашли, кстати, во Львове… Сейчас такое даже и представить нельзя, контакты никто не разыскивает, даже и права не имеют, тем более Львов теперь вообще другая страна…
Между прочим, наша зав отделением была полностью уверена тогда, что термин «плечевая» возник от того, что дама сия «кладет голову на плечо водителю во время поездок». Все попытки мужской части нашего отделения рассказать ей какие-то базовые вещи насчет «плеча перевозок» не увенчались успехом.
Второй случай был такой – одинокая деревенская бабушка, лет 75, из дальнего района, вернувшись раз с огорода в свою избу, увидела сидящую на столе большую крысу. Бабушке это не понравилось, она махнула на крысу рукой, чтобы ее прогнать, а та, не будь дура, вцепилась ей в руку и прокусила палец до крови. На следующий день бабушка поехала в ЦРБ, показаться врачу, обработать укус, и узнать, нет ли бешенства в районе, а то, может, и уколы от бешенства делать пришлось бы. Ехать в ЦРБ было долго, бабушка приехала туда поздно, и врач, принимавший ее, сказал: «Бабуся, чего тебе на ночь глядя домой теперь тащиться, твой автобус уже ушел, давай мы тебя дней на 5 в больницу положим, пообследуем, а если ничего не найдем, там сразу выпишем».
Положили бабку в больницу, больше, как бы сейчас сказали, по социальным, а не по медицинским показаниям, ну а наутро – как учили, анализ мочи, анализ крови, реакция Вассермана. RW оказалась, не поверите, 4 креста (++++, все очень плохо). Повторно взяли кровь, уже более специфичный метод использовали – все равно ++++. Сифилис, однако! Стали к бабке подкатывать, мол, когда последний раз с мужиком-то была, бабуся… Та краснеет, и говорит, что, кажись году в 1968 согрешила с дедом со своим, ныне уж покойник он, лет 10 тому как. В ЦРБ с венерологами швах, так что отправляют бабку в область. При этом все соседки узнали, что «у Никитичны – сифилис», аж запретили ей из общего колодца воду брать, она уж очень сильно переживала. Приехала Никитична в областной КВД, а там и увидели, что сифилис-то у нее – врожденный, со всеми характерными признаками (зубами, голенями, и т.п. – кому интересно, милости просим в Википедию). Начали расспрашивать о родителях, о семье. Та рассказывает, что она самая младшая, у матери ее было 5 беременностей, первая закончилась выкидышем, следующая – ребенок родился, но умер примерно года в полтора, второй дожил лет до десяти, и тоже умер от какой-то непонятной болезни. Еще один брат болел и умер лет в 40, она вот дожила до 75 лет, и есть еще у нее младшая сестра, 70 лет, живет там-то и там-то, ничем не болеет, да и сама она ни разу – до этой крысы проклятой – к врачу за свою жизнь не обращалась, все было хорошо, вот только детей не было. Нашли сестру, сделали анализы – у той тоже ВРОЖДЕННЫЙ сифилис. Т.е. согрешили папа с мамой где-то в самом начале XX века, несмотря на это, сами выжили, ну и родили детей, которым передали свою инфекцию. Первенец получил спирохет больше всех и не справился с такой нагрузкой. Чем дальше от момента заражения, тем меньшую дозу спирохет передавала мать своим детям, тем здоровее они были, и тем дольше жили. Если бы не та злополучная крыса, то две младших дочери, не обращаясь в своих деревнях к врачу, так бы никогда и не узнали, что всю жизнь были больны сифилисом.
А вот и третий случай - в одной воинской части дочь капитана и поварихи гарнизонной столовой решила пойти по стопам матери и устроиться в столовую после окончания десятилетки (в 17 лет). На предварительном медосмотре - вторичный сифилис. Что, как, у родителей чуть не инфаркт с инсультом. Как положено в советское время было – начали выяснять возможный источник заражения «капитанской дочки». Выяснилось, что минимум 40 подчиненных ее папы-капитана ее трахали - за бесплатно! - за последние полгода (мы лечили сифилис, а не занимались моральным обликом советских военнослужащих, поэтому предыдущие периоды нас не интересовали). Всех, кого она вспомнила, голубчиков, мы доблестно профилактически (!) пролечили - признаков заболевания не было ни у кого! Девушка была по-своему не дура, и выбирала для секса преимущественно военных в чине не ниже лейтенанта. Один лишь у нее был в списке контактов рядовой – москвич, сын какого-то генерал-лейтенанта, короче, мальчик перспективный. Но, как потом случайно оказалось, не она одна «полюбляла» этого генеральского отпрыска. В Москве, как мы потом выяснили, оный генеральский сынок (18 лет) за милую душу «пользовал» 40-летнюю секретаршу своего папы. Она ему минимум раз в неделю звонила в его в/ч по «вертушке», а тут она попросила его к телефону, а ей ехидным голосом говорят: «А ваш Вася уже неделю как от сифилиса лечится!» Она на следующий день прилетела к нему, устроила разборку, причем он после этой разборки ломанулся вешаться, но его устерегли, мы накачали его антидепрессантами, короче, все было с парнем хорошо. Часть лейтенантов начали нам «сдавать» свои дополнительные половые контакты, за пределами в/ч – оказалось, что в в/ч с «шефскими визитами» любили наезжать дамы из райкома комсомола, числом 3-4 одновременно, причем каждая дама за «сеанс» обычно имела контакт с 5-7 военными. Мы вызвали тех дам, был большой скандал в райкоме, но сифилисом нас тот райком не «порадовал», была только у тех дам гонорея, и то не у всех, да вши лобковые. С учетом огромного числа возможных половых контактов расследование цепочки сильно затянулось, в итоге мне рассказывали уже после завершения моего обучения концовку той истории.
Как в итоге выяснилось, «капитанскую дочку» заразил ее же школьный учитель физкультуры, он заразился от любовницы, жены местного врача скорой помощи, бисексуала, которого заразил его партнер-наркоман, убежавший к тому времени на Кавказ... И только там его следы затерялись, хотя всю предыдущую цепочку наши эпидемиологи доблестно выявили и пролечили, кого надо было.
Сейчас это рассказывается и слушается как сказка, т.к. никого сейчас не ищут, даже у заболевших имени уже не спрашивают. Какая уж тут теперь профилактика – немудрено, что с такими, мягко выражаясь, свободными нравами, в 90-е, при разрушении системы выявления контактов больных с ЗППП, сифилис, гонорея, да и СПИД – рванули ввысь…

5.

В 2 часа ночи с неизвестного номера приходит эсемеска: «Алешин, зайди в Одноклассники». Обычно я не сплю в это время, посидеть до утра за компом – святое. Заинтригованный, вспоминаю пароль от Одноклассников, захожу туда и вижу сообщение от одноклассницы Ленки Ефременко: «Не спишь? Можно тебе сейчас позвонить?»
Вообще-то я не люблю ни с кем разговаривать, тем более по телефону, тем более в 2 часа ночи, тем более со своими одноклассницами (список «тем более» можно продолжать), но, влекомый любопытством, пишу: «да не вопрос, звони, Лен».
Звонок.
– Алё-о-о-о-о-ошин, приве-е-е-е-е-ет!!! – слышу голос из дремучего прошлого с типичным южнорусским гэканьем, по которому сразу ясно, что «а девочка пьяна». – Алёшин, мы тут со Славкой Гурьяновым сидим, сексом занимались только что, Алёшин, ты скажи ему, что мы с тобой не трахались! А то он мне не верит!
– Да трахались, – басит качок Славик на заднем фоне.
– Со Славкой?! – несколько удивленно переспрашиваю я. Дело в том, что у Гурьянова вообще-то молодая жена и двое сыновей в Москве, да и у Ленки в ее Краснодаре взрослая дочь и муж еврей.
– Нет, – говорю, – Слав, у нас ничего не было.
Действительно, это и сексом-то назвать нельзя, что у нас когда-то было: за час до того, как я уйду в армию, в комнате, где спало двенадцать человек, какие-то 15-секундные барахтанья…
– Не было, – говорю, – ничего!
– Конечно, не было, – трещит Ленка, – а он не верит!
Ефременко – и все это в школе знали, – преследовала меня года три в старших классах, но я был неприступен. Я вообще не смотрел на своих одноклассниц как на женщин; правда, на выпуском я слегка приударил за Катькой Поярковой, так уж она преобразилась в ярко-красном коротком платье, открывшем ее загорелые спортивные ножки. Уже спустя 3 года я узнал, почему сразу после того памятного выпускного Пояркова неожиданно исчезла с моего горизонта: оказывается, Ефременко устроила драку и пообещала Поярковой изуродовать ее на всю оставшуюся жизнь, если та от меня не отречется.
– Алешин, ну скажи ему еще раз, что мы с тобой не спали! Представляешь, он меня к тебе ревнует! Мы с ним решили жить вместе, кстати!
– Круто, – говорю, – а у вас же семьи у обоих вроде бы?
– Да нет, он, считай, уже развелся, собирается в Новороссийск переезжать. Я тоже разведусь. Ну скажи ему еще раз, что мы не трахались!..
– Нет-нет, Слав, никогда, ты же знаешь, что я не стал бы тебе врать! Ну поздравляю вас, офигеть!
– Ну вот и я ему говорю! Не трахались мы! Спасибо!
– Да трахались, – опять миролюбиво басит на заднем фоне Славка, полковник в отставке. – Кому вы рассказываете.
– Ой, опять заладил!.. Ну ладно, Максим, приезжай к нам на свадьбу! Приглашаем!
– И Славик тоже приглашает? – спрашиваю на всякий случай. – Ну вы крутые, конечно, ребята, поздравляю еще раз!
История эта меня, надо сказать, зацепила: вот это поворот, оба бросили свои семьи и сошлись через 28 лет после окончания школы! Я вот считаю себя уже староватым для подобных поступков.
Пару дней назад написал Ленке в Одноклассниках: ну что, скоро свадьба-то?
– Ой, Максим, – ответила мне Ленка со множеством смайлов, – даже вспоминать смешно. – Славик со своей опять сошелся, та приехала с детьми типа папу повидать, ну а Славик он же такой слабохарактерный… Так эта тварь потом еще мне сюда писала, что я семью разбиваю! Вот это уже не смешно, пришлось просить Славку, чтоб он на место поставил свою половинушку… Да и я замужем уже 24 года, коней на переправе, как говорится, не меняют... В общем, все счастливы! Слушай, скажи, кстати, моему мужу, что мы с тобой не спали, он мне надоел уже!
– Ага, – говорю, – обязательно скажу. Ну давай, удачи тебе!
Вот так история, охренеть!

6.

Случай на границе

Довелось мне служить в пограничных войсках в самом конце 80-х. Служил я на заставе, на границе Карелии и Финляндии. Шел восьмой месяц службы, а стало быть, был я уже «слоном». Служил со мной на полгода старше призывом (уже «черпаком») мой земляк, сержант Андрей Илиев по кличке Болгарин. В силу землячества взял он надо мной шефство, так что приходилось мне постоянно слушать нудные рассказы о его похождениях в нашем родном городе Саранске. Как ловко он там кадрил девок, пьянствовал и наваливал люлей местным «металлюгам» и «нефарам».
Единственный вид службы и работы, особенно у молодняка — «слонов» — и «духов», как мы, был наряд — обход государственной границы, он же дозор, на вверенном нашей заставе участке около 15 километров. Деды тоже ходили в дозор, но редко, в основном замыкающим. При этом остальные деды мирно существовали в казарме, смотрели телек, резались в «штуку», готовили дембельские кителя и альбомы, мечтательно рассказывали друг другу, кто чем займется на гражданке.
Дозор состоял из трех человек: кинолога с собакой, связиста и замыкающего, он же старший дозора, обычно сержант или дед. Я служил кинологом, и была у меня прикрепленная служебная собака — овчарка по кличке Дик.
И вот в один из обходов границы произошел такой случай. Идем мы по тропе, по своему маршруту. Неожиданно Дик начал лаять, мелкими рывками пытаясь увлечь меня за собой. Я не поддался, резко одернул поводок и дал команду псу умолкнуть. Мы остановились. Болгарин достал бинокль и принялся рыскать глазами по ближайшей местности. А местность, надо отдать должное, просто на загляденье: сосны, березы, осины, ручьи и небольшие речушки с чистой водой…
Через какое то время его взгляд остановился, он снял бинокль с шеи и с довольной ухмылкой школьника-хулигана подозвал жестом меня. Я подошел. Болгарин передал бинокль и показал в ту сторону, куда еще несколько минут назад лаял Дик. Я взял оптику и направил на небольшую опушку в пролеске, куда он показывал, и опешил. На полянке занимались эээ... размножением два диковинных зверя, что-то среднее между медведем и барсуком.
Нужно сознаться, что я никогда не был силен в биологии видов и не понял, что за звери передо мной. Посмотрел на Андрея, а он говорит: «Гляди, слоняра, росомахи сношаются!» Сказал он это, конечно, в более грубой, но оттого не менее понятной форме.
После чего скинул легким движением руки с плеча автомат, передернул затвор, прицелился и пустил одиночный выстрел в сторону зверей, охваченных страстью.
Стрелок он, надо сказать, был отменный, и с единственного патрона попал самцу прямо в шею. Тварь мучилась недолго. Когда мы подошли, а до «мишени» расстояние было не более 100 метров, он уже издавал предсмертные звуки. Дик снова стал лаять, но я его к зверю не подпустил — слишком велика вероятность подхватить чумку, бешенство или еще какую болезнь, которыми лесные твари сами не болеют, но часто являются их носителями.
Самка довольно оперативно смылась в кусты, да и, судя по всему, у Болгарина тратить второй патрон, за который придется потом отчитываться, желания не было. Он достал «зачулкованный» им на стрельбах патрон и вставил его в магазин.
Потом он довольно осмотрел жертву, но трогать ее не стал. А на недоуменный вопрос, который я хотел задать, но не посмел, словно прочитав мои мысли, ответил: «Потому что не фиг устраивать тут всякие безобразия!» На него, впечатлительного, мол, это плохо влияет.
И мы спешно зашагали вперед. Вероятность того, что выстрел слышал кто-то на заставе, равнялась нулю, но в казарме нас уже ждал горячий ужин и вечерний телевизор.
По пути я, конечно, обдумывал все произошедшее, но упрекнуть Болгарина в аморальном поступке не решился. Жалко было зверя, но что поделать, если солдату грустно...
Шли дни, неделя сменяла другую. После злополучного убийства минуло уже десять месяцев. Болгарин стал дедом, реже ходил в наряд. С садистским удовольствием он каждое утро пробивал «лося» свежеприбывшим духам и спрашивал у них, сколько ему осталось до дембеля.
70, 45, 30, 20 дней... Время тянулось медленно, но Болгарин уже предвкушал будущее: скорую дорогу домой, море алкоголя, любимый мотоцикл и грудастых податливых девок из окрестных колхозов, приехавших в Саранск осваивать профессию швеи-мотористки. А также радостное будущее без ранних подъемов в 6:00 утра, без чертовой сечки и бикуса, без пьяного замполита, страдавшего от «афганского синдрома», который постоянно мучил нас по ночам, объявляя построения, и изнурял физическими нагрузками — прокачиванием.
И вот за три дня до дембеля, по старой погранцовской традиции (а традиции и неуставные обряды советской армии тогда еще свято соблюдались, с попустительства замполитов и командиров), наш дембель Болгарин пошел в свой последний дозор.
Было раннее майское утро, казалось, все живое молчит в обычно шумном лесу. И только ветер чуть сильнее обычного заставлял шелестеть листву.
Мы прошли уже почти половину маршрута, миновав пролесок, на котором когда-то тлели останки несостоявшегося отца — самца росомахи, пока их окончательно не обглодали и не растащили местные хищники и падальщики, оставив лишь череп да несколько костей.
Болгарин вопреки уставу шел не последним, а вторым, напялив по дембельской традиции кепку на самый затылок и куря сигарету марки «Опал». В это утро, как, впрочем, и в большинстве случаев, мы нарушили устав и шли не на необходимом расстоянии в 30-50 метров, а всего в 5-7 метрах, чтобы слышать друг друга при разговоре. Сзади, примерно в 20 метрах от нас, шел связист, моего призыва.
Мы обсуждали уже не помню что, какую-то ерунду, как вдруг я услышал звук падения. Обернулся. Передо мной лежало тело Болгарина, но без головы. Голова валялась рядом, в метре от него, а чуть правее стояла росомаха и смотрела прямо мне в глаза…
Это продолжалось всего мгновение. Зверь повернулся в сторону кустов и дал деру. Мне же еще понадобилась пара секунд, чтобы прийти в себя. На удивление, Дик не только не залаял, но не издал звука вообще, спрятался за меня, прижав уши.
Я бросил поводок, скинул автомат и выпустил весь рожок в сторону убежавшего зверя. Как потом выяснило следствие, ни одна пуля его даже не задела. Подбежал ошалевший связист и начал орать, что он все видел...
Видел, как нечто бросилось с дерева, под которым проходил сержант, и одним движением лапы, как капустный кочан от кочерыжки, отделило голову Болгарина от шеи, после чего он еще по инерции сделал один шаг и рухнул.
Я нагнулся к голове Болгарина. Глаза его были открыты и выражали они нечеловеческий ужас. Я запомнил их на всю жизнь.
Тело сержанта сначала увезли в комендатуру, а потом, через четыре дня, в запечатанном цинковом гробу отправили из части домой в сопровождении вечно пьяного старшины и двух «слонов».

Командиры и военные следователи, конечно, сначала не поверили в нашу историю. Нас заставили сдать анализы мочи на наркотики. Меня и связиста долго допрашивали.
Следствие привлекало местных егерей и охотников. Из их рассказов следовало, что росомаха — зверь очень умный и осторожный. Не каждому охотнику доводилось его видеть. А еще у нее уникальный нюх, по нему она и могла запомнить своего обидчика, а потом выследить.

Опять же как показало следствие, судя по когтям, шерсти и помету на дереве, росомаха много раз приходила на это место в ожидании своей жертвы.
Дело закрыли через три месяца. Официальная версия — несчастный случай, сержанту оторвал голову медведь. Остаток службы я провел в подразделении, ходя в наряд то по столовой, то занимаясь с собаками.

С тех пор минуло уже 18 лет. В лес я иногда хожу по грибы и часто озираюсь по сторонам. Мне все еще кажется, что эта чертова росомаха прячется где-то поблизости.

Евгений Белослудцев, ДМБ-1989.

7.

Эта история из глубокого детства, когда водка была СУРГУЧОВАЯ, и как бы ловко отбивали, красиво открывали! Вот иногда горлышко бутылки откалывалась и такую тару не принимали в магазинах по 12 копеек за бутылку. Я с сестренкой обычно "пасли" отца с мужиками когда выпьют и спрячут бутылку от матери. Находили и сдавали, получали 100 граммов монпансье, вкуснятину. Бутылка проверялась на целостность как - правильно, продавщица вставляет палец и прокручивает по горлышку. А бракованные уходили для сбора березового сока.
Далее про березовый сок. Делаются насечки и расставляются бутылки, баночки и самим в это время можно повоевать с деревянным автоматом пока капает. Если ты заигрался, за твоей тарой другой присмотрит, выпьет или отольет в бидончик. И чтоб тара не пустовала ее восполняли, не отходя от кассы. Тут Г. Малахов отдыхает, мы уже тогда усиленно занимались уринотерапией. Ты что-то отлил в бидон и восполнил, или тебе.
Вот дружочек М, тоже отлил и решил восполнить. Это надо было слышать рев раненного тигра, что-то с визгом и всхлипыванием, но у нас смех. Парень слишком плотно прижал к горлышку, она оказалась отбитая, и хорошенький порез по самому чувственному месту!

8.

Жертва брендирования или история одного увольнения.

В первые годы после открытия наш тюменский филиал по продаже спецодежды показывал вполне неплохие результаты. Помните, как тогда было до кризиса? Оборот рос, ассортимент расширялся, все должники рассчитывались вовремя или почти вовремя. Главной задачей было лишь привезти товар на склад, а дальше можно было и расслабиться, чем все мы, в общем-то, и занимались во главе с нашим тогдашним директором.

Поставив продажи на поток, дальше он особо не напрягался и весь день сидел у себя шаря в интернете и лишь изредка выезжая к наиболее крупным клиентам на переговоры. Сам он за рулём с определённого момента почему-то не ездил, заведя себе для этого персонального водителя.

Где уж он его отыскал нам было неведомо, но крендель тот оказался редкостный. С виду маленький такой добродушный мужичонка возрастом под полтинник, но, несмотря на годы, жутко озабоченный и практически постоянно, выражаясь современным языком, находившийся в активном поиске.
По причине этой своей чрезмерной любвеобильности он регулярно попадал в различные роковые треугольники, из-за чего частенько проходил у чужих мужей курс лечения от половой зависимости. Но настроение это ему никак не портило, и он весело рассказывал нам какие-нибудь свои новые заморочки, совсем не унывая из-за очередного фингала под глазом.

Звали мы его Диваныч. На самом деле, был он Иван Иваныч, но поскольку всё своё свободное время он сидел возле секретарши на диване в холле, то это прозвище так к нему и прилипло. Дивану, кстати, он со временем изменил, перебравшись в коридор, чему предшествовало следующее.

По соседству с нашим офисом, в конце коридора долго пустовало помещение, которое всё же кто-то заарендил под студию йоги. Новые хозяева сделали там ремонт, повесили у входа шарики с фонариками и наклеили на дверь плакат с девушкой в длинном индийском платье. Ходили к ним, главным образом, какие-то молодые девчушки и волосатые пареньки ботанического вида. Из-за двери слышалась тихая приятная музыка, вкусно пахло ароматическими свечками и, зная пристрастие нашего водилы к таким вещам, кто-то напел Диванычу, что это открылся салон эротического массажа.

Вот с того времени тот обычно и торчал в нашем коридоре, нахально подмигивая приходившим на занятия девушкам, и понимающе похлопывая по плечу парней, сочувственно спрашивая самых худеньких:
– А чё даром-то…. не дают?
Словом, кадр он был ещё тот, но мне, честно говоря, нравился.

И вот однажды собралась к нам с контрольным визитом наша московская «генеральша». И хотя всё вроде у нас в филиале было нормально, но что в голове у начальства неизвестно, поэтому к её приезду мы готовились очень серьёзно.
Всем напечатали визитки, на входную дверь заказали новую табличку с нашим названием и слоганом «Спецодежда - дёшево!», в холле убрали со стен мишуру с новогоднего корпоратива и поставили пару стоек с образцами спецодежды.
Неожиданно высоко поднялся уровень санитарной культуры. В туалете починили шпингалет, обзавелись флакончиком с жидким мылом и даже начали класть в писсуар пахучие зелёные таблетки, которые, впрочем, несмотря на запрет директора, мы уже к обеду метко разбивали на атомы.
Диваныча, ввиду того, что по штатке его должность была нам не положена, загнали с коридора обратно в холл к стойкам со спецухой, дали в руки прайс и велели изображать продавца-консультанта, ответственного за работу с приходившими к нам клиентами.

Короче говоря, в нашем филиале происходило ровно всё то, что происходит в любой дочерней фирме, когда туда приезжает головное руководство.

Сама шефиня, по слухам, дама была неплохая, но строгая, и очень не любила бездельников. Поэтому всем нам было рекомендовано ни в коем случае не начинать рабочий день с чаепития и перманентно изображать какую-либо бурную деятельность.
С утра в день приезда нас потихоньку лихорадило. Ожидая начальство все бродили по офису с деловым и независимым видом, отворачиваясь друг от друга, словно танцоры танго. Наконец директриса прибыла, оказавшись довольно крупной средних лет женщиной, с приятным лицом и крепкой деловой хваткой, которую она начала сходу нам демонстрировать, с порога раздевшись прямо в холле и дотошно изучив взятый у Диваныча прайс.

Мы уже испугались, что сейчас она устроит ему допрос, но тут на наше счастье, явно польстившись на нашу новую вывеску, к нам забрели какие-то две тётки барыжного вида. Тётки были довольно симпатичные и Диваныч, не изменяя своим принципам, тут же принялся их обхаживать, предлагая приобрести что-либо из нашего ассортимента.

Директорша, одобрительно посмотрев на это его рвение, решила ему не мешать и прошла к нам, менеджерам, где в течение часа довольно обстоятельно с нами общалась. После чего она проследовала в кабинет директора выйдя оттуда вместе с ним только к обеду.
Пообедать они собрались где-то в городе и почти уже туда отправились, как вдруг выяснилось, что, пока наша гостья ходила по кабинетам, куда-то исчез её плащ, который она повесила в нашем холле на стойку со спецодеждой.

Разыскивать пропажу вышел весь наш коллектив, во главе с директором.

- Светлый такой с поясом – растерянно объясняла «генеральша», обращаясь преимущественно к нашим девушкам – подкладка в клетку…. с красным…..
При словах про подкладку откуда-то сзади послышался вздох и приглушённый матерок, заставив всех присутствующих оглянуться на стоявшего там Диваныча.

- Откуда ж я знал – виновато забубнил тот – она сперва тёмный хотела… маркий, мол.. ваш-то.… А потом говорит, ладно, давай этот, больно уж подклад красивый…

Оказалось, что пока директриса вела с нами беседы, наш водитель, применив всё своё обаяние, умудрился впарить её плащ одной из двух зашедших к нам на вывеску тёток, перепутав его с рабочим влагостойким плащом ценою в четыреста рублей, указанным в прайсе.
В холле случилась немая сцена. Все с ужасом уставились на Диваныча, который, смутившись покраснел и лишь молча разводил руками, словно стюардесса, показывающая основные и запасные выходы.

- Это же Барберри.. – оторопело произнесла наконец «генеральша» непонятное Диванычу слово - оригинальный.. я ж в Милане… во флагманском бутике покупала….
Впрочем, в этот момент вперёд уже выдвинулся наш директор, переведя Диванычу сказанное в кратко-неприличных, но уже понятных ему терминах.

Ситуация была хуже не придумаешь. Пришлось срочно менять планы и ехать по магазинам, которые оставили в душе нашей проверяющей далеко не лучшие впечатления. Кое-как она подобрала себе какую-то курточку, и, отказавшись от обеда, вернулась к нам в офис в скверном и дурном настроении.

Насчёт Диваныча всё решилось однозначно:
- Уволить – распорядилась она нашему директору – это у вас не менеджер. Он плащ рабочий от Барберри отличить не может, Кто, вообще, такого тупака на продажи поставил!?
Вот так мы тогда и остались без Диваныча, о чём впоследствии даже жалели, хороший был мужик, позитивный.

А почему мне вспомнилась эта история?
Да просто иду на днях с гаража, слышу вроде окликает кто-то, смотрю – Диваныч. Постарел немного, поседел, но такой же весёлый. Сидит в каком-то минивэне, рот до ушей, а за ним полный салон девок.
- Ух, ты – говорю, когда он вылез – это что у тебя за девичник?
- Каждый день – смеётся – да через день у меня такой девичник.
Оказалось, трудится он сейчас водилой в фирме «по вызову». Сутки отработал, вторые дома. Жизнью доволен чрезвычайно.
- Девок сейчас у меня как пыли, хочешь подгоню тебе кого по старой памяти? Вон – кивнул он головой - сейчас в машине смена сидит с Екатеринбурга. Они дома на «Конфи» трудятся, а здесь подрабатывают, не поверишь – конфетами пахнут!!
- Спасибо – говорю – подумаю, если конфетами.

Поболтали мы с ним, попрощались и я дальше домой двинул. А по пути даже порадовался за него, честно говоря…. Оно ведь всегда хорошо, когда человек на своём месте.

9.

Вечером пошли гулять. Ну, и в магазин заодно. Купили сосисок, хлеба, идём обратно.
Сидит котёнок. Прямо посреди дороги. Маленький такой, дохлый. Глазки луп-луп. Хвостик дрыг-дрыг. И морда какая-то такая... обреченная. Чего ждёт - непонятно. Там вобще место такое, ждать нечего. Только если бампером в лоб. Слева забор, справа кусты. Машины редко ездят, люди считай не ходят.
Шкет говорит - давай дадим ему сосиску? Я - ну давай.
Почистили сосиску, положили на обочине. Стал с урчанием эту сосиску в себя запихивать.
И тут я так краем глаза - хоп! Из кустов - ещё пятеро. Таких же.
И вот я когда увидел, как они в цепь разворачиваются, я сразу подумал - зря мы этой дорогой пошли. А когда молча стали нас полукольцом охватывать, думаю - может вобще не надо было в этом городе квартиру покупать? И один так сразу - пацаны, это тут у вас не сосисками случайно пахнет? А другой просто без предисловий лапой в пакет полез. Наглые, сука, как цыгане. Да и просто неприятно же. Вечер, пусто. Никого нет. Нас двое, их шестеро...
Хорошо, у нас сосисок как раз шесть было. Мы сосиски отдали, и пока они с ними занимались, мы тихо-тихо пятясь, назад, в магазин. Самим-то тоже что-то есть надо.
Из магазина выходим, я говорю - может другой дорогой пойдём? Шкет - ага.

Они так действуют, да. Когда вы идёте в магазин, то никого как бы нет. Но когда вы идёте обратно, нагруженные белыми шуршащими пакетами, они высаживают на дорогу самого жалкого и дохлого. Знакомая тактика, да? Так действует шпана. К дяденьке подходит такой вот задохлик, и говорит: "Дядь, дай пятнадцать копеек"
"Иди нахуй, мальчик!" - говорит дядя.
И тут из-за угла выходят пятеро, и ненавязчиво интересуются - "Ты зачем, дядя, нашего брата нахуй послал?"
И обступают.

У нас роль такого подставного выполнял Стручок. Стручок был постарше, и он был заводилой. Но внешности вполне подходящей. Маленький, сутулый, и в свои семнадцать на четырнадцать едва тянул. Вместе с тем был резкий как бритва и взрывоопасный как нитроглицерин. Многие обламывались об эту его невзрачность.
Кроме функции приманки от такого человека требуется хорошее знание психологии. Он должен слёту принять решение, к кому стоит подходить, а к кому лучше не надо. Стручок этим навыком владел в совершенстве. И ошибся только раз. Когда мужик с простоватым деревенским лицом, вместо того что бы отвесить попрошайке подзатыльника, широко улыбнулся, порылся в штанах, и протянул монету. Вот тут Стручку надо было насторожиться, и играть отбой. Но всё случилось так, как случилось. Сперва этот мужик с добродушным лицом быстро и непринужденно отоварил всю нашу ударную группу, а когда мы бросились врассыпную, безошибочно вычленил главаря и погнался за Стручком. У того, несмотря на всю его прыть, шансов считай не было. Мужик оказался из категории людей, привыкших доводить любое начатое до конца. И гонял Стручка за милую душу. Спасло Стручка только отличное знание местности. Мы все потом конечно хорохорились, но урок, который преподал нам этот мужик, был хорош.
Обычно такие игры заканчиваются или зоной, или армией. Стручку повезло, его призвали раньше, чем посадили. Попал в афган. Как-то во время совместной операции вытаскивал из-под обстрела капитана-десантника с перебитыми осколками ногами. Пёр на себе, а когда упали в какую-то щель и отдышались, раненый вдруг говорит.
- Ну что, шкет? Попался всё таки?
Командир разведгруппы десанта оказался тем самым мужиком с обманчиво добродушным лицом.
Стручка тогда тоже зацепило. Он потом получил Красной Звезды, а капитана после госпиталя комиссовали.
Теперь Стручок вместе со своими пацанами ездит к нему в Тюмень, на рыбалку.

Вот так и эти. Шпана шпаной. Днём бомбят водил на заправке, ночью идут на стройку, к таджикам. Тук-тук, мяу-мяу, открывайте, уфмс. Пожрать есть чо? А вечером выходят на большую дорогу. Отоваривать редких беспечных граждан, которые в сумерках возвращаются из магазина.

Мы на следующий день нашли в морозилке мясо какое-то, разморозили, порезали, пошли туда. Сидят на заборе. Увидели нас, бегут. "Привет, пацаны! Чо-как? Пожрать есть чо?"
Выложили им мясо на пакет.
Шкет спрашивает:
- Почему они на пакете не едят?
А они мясо конечно тут же всё с пакета растащили, в грязи вываляли, сидят урчат.
- Ну, наверное им так удобнее.
- Грязь же, микробы.
- Да ничего страшного.
Шкет на меня посмотрел, и сказал с укоризной.
- Да? А я помню, я маленький когда был, ты мне не давал варенье с пола слизывать.
Надо же, какой злопамятный мальчик растёт.

10.

Встречаются два соседа:
- Ты че, пособие по сексуальному удовлетворению партнерши купил?
- С чего ты решил?
- Вчера, на ночь глядя, у вас кровать как обычно заскрипела. А потом вместо пары легких стонов, твоя жена как начала кричать, визжать... Вот я и решил.
- Вчера когда мы этим занимались, я ногой за штору зацепился, на жену гардина упала...

11.

Прочёл вчера, как мужик разговаривал на украинском...
Детство моё прошло во дворе, где половина семей были армяне - потомки
семей, бежавших в Россию во время турецкой резни. Жили все очень мирно и
так прижились, что все русские в нашем дворе неплохо понимали армянскую
речь, а уж армяне так обрусели...
Часто соседки усаживались во дворе под огромным орехом и, болтая,
занимались своими делами. Одна армянская бабуля стала торопить внука в
школу.
Моя бабушка спрашивает её - на каком языке, обычно, они разговаривают в
семье, без посторонних.
Та, с гордостью, отвечает, что с детьми и внуками говорит всегда только
на армянском, чтобы не забывали родной язык. Причём, они в роду все
говорят на чисто литературном армянском.
В это время её внук, наконец, побежал в школу. Бабка привстала и кричит,
вдогонку:
- Ашот! СматрЫ, трамваИ падножкА на ходу челнЫс!
Моя бабушка улыбается:
- А сейчас ты внуку на каком языке кричала?
Та, с удивлением:
- Конечно на армянском!