Анкета: - Вы - еврей? - Нет, я не еврей.

Анкета: - Вы - еврей? - Нет, я не еврей. - Хорошо, значит вы не еврей? - Я же
сказал, что я не еврей. - Отлично. Последний раз спрашиваю. Вы еврей? - Да не
еврей я, не еврей! - Что вы горячитесь? Я так и пишу, что вы - еврей. - сейчас
как дам в морду! - Вот теперь я вижу, что вы не еврей. Тогда переходим ко
второму вопросу анкеты. А ваши родители не евреи?..

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

еврей вижу тогда дам морду переходим ваши

Источник: vysokovskiy.ru от 2004-11-17

еврей вижу → Результатов: 12


1.

В отделе кадров: - Вы - еврей? - Нет, я не еврей. - Хорошо, значит, вы не еврей? - Я же сказал, что я не еврей. - Отлично. Последний раз спрашиваю. Вы еврей? - Да не еврей я, не еврей! - Что вы горячитесь? Я же так и пишу, что вы - еврей. - Щас как дам в морду! - Вот теперь я вижу, что вы не еврей. Тогда переходим ко второму вопросу анкеты. Ваши родители - евреи?

2.

В 2 часа ночи с неизвестного номера приходит эсемеска: «Алешин, зайди в Одноклассники». Обычно я не сплю в это время, посидеть до утра за компом – святое. Заинтригованный, вспоминаю пароль от Одноклассников, захожу туда и вижу сообщение от одноклассницы Ленки Ефременко: «Не спишь? Можно тебе сейчас позвонить?»
Вообще-то я не люблю ни с кем разговаривать, тем более по телефону, тем более в 2 часа ночи, тем более со своими одноклассницами (список «тем более» можно продолжать), но, влекомый любопытством, пишу: «да не вопрос, звони, Лен».
Звонок.
– Алё-о-о-о-о-ошин, приве-е-е-е-е-ет!!! – слышу голос из дремучего прошлого с типичным южнорусским гэканьем, по которому сразу ясно, что «а девочка пьяна». – Алёшин, мы тут со Славкой Гурьяновым сидим, сексом занимались только что, Алёшин, ты скажи ему, что мы с тобой не трахались! А то он мне не верит!
– Да трахались, – басит качок Славик на заднем фоне.
– Со Славкой?! – несколько удивленно переспрашиваю я. Дело в том, что у Гурьянова вообще-то молодая жена и двое сыновей в Москве, да и у Ленки в ее Краснодаре взрослая дочь и муж еврей.
– Нет, – говорю, – Слав, у нас ничего не было.
Действительно, это и сексом-то назвать нельзя, что у нас когда-то было: за час до того, как я уйду в армию, в комнате, где спало двенадцать человек, какие-то 15-секундные барахтанья…
– Не было, – говорю, – ничего!
– Конечно, не было, – трещит Ленка, – а он не верит!
Ефременко – и все это в школе знали, – преследовала меня года три в старших классах, но я был неприступен. Я вообще не смотрел на своих одноклассниц как на женщин; правда, на выпуском я слегка приударил за Катькой Поярковой, так уж она преобразилась в ярко-красном коротком платье, открывшем ее загорелые спортивные ножки. Уже спустя 3 года я узнал, почему сразу после того памятного выпускного Пояркова неожиданно исчезла с моего горизонта: оказывается, Ефременко устроила драку и пообещала Поярковой изуродовать ее на всю оставшуюся жизнь, если та от меня не отречется.
– Алешин, ну скажи ему еще раз, что мы с тобой не спали! Представляешь, он меня к тебе ревнует! Мы с ним решили жить вместе, кстати!
– Круто, – говорю, – а у вас же семьи у обоих вроде бы?
– Да нет, он, считай, уже развелся, собирается в Новороссийск переезжать. Я тоже разведусь. Ну скажи ему еще раз, что мы не трахались!..
– Нет-нет, Слав, никогда, ты же знаешь, что я не стал бы тебе врать! Ну поздравляю вас, офигеть!
– Ну вот и я ему говорю! Не трахались мы! Спасибо!
– Да трахались, – опять миролюбиво басит на заднем фоне Славка, полковник в отставке. – Кому вы рассказываете.
– Ой, опять заладил!.. Ну ладно, Максим, приезжай к нам на свадьбу! Приглашаем!
– И Славик тоже приглашает? – спрашиваю на всякий случай. – Ну вы крутые, конечно, ребята, поздравляю еще раз!
История эта меня, надо сказать, зацепила: вот это поворот, оба бросили свои семьи и сошлись через 28 лет после окончания школы! Я вот считаю себя уже староватым для подобных поступков.
Пару дней назад написал Ленке в Одноклассниках: ну что, скоро свадьба-то?
– Ой, Максим, – ответила мне Ленка со множеством смайлов, – даже вспоминать смешно. – Славик со своей опять сошелся, та приехала с детьми типа папу повидать, ну а Славик он же такой слабохарактерный… Так эта тварь потом еще мне сюда писала, что я семью разбиваю! Вот это уже не смешно, пришлось просить Славку, чтоб он на место поставил свою половинушку… Да и я замужем уже 24 года, коней на переправе, как говорится, не меняют... В общем, все счастливы! Слушай, скажи, кстати, моему мужу, что мы с тобой не спали, он мне надоел уже!
– Ага, – говорю, – обязательно скажу. Ну давай, удачи тебе!
Вот так история, охренеть!

3.

Мы и немцы.

Первый раз я увидел живого немца в 1993 году. Сейчас странно вспоминать о том времени. Помните, когда каждую многоэтажку обступали круглосуточные ларьки, в которых торговали спиртом, сникерсами и порошкаим «Зуко», а престижными считались работы проституткой или бандитом? Да знаю, помните.

Но мне идти в бандиты не хотелось, и, когда на работе стали на часто и серьезно задерживать зарплату, я эту работу бросил. И нанялся на стройку.

Тут — легкое отступление.
Если кто помнит, последний директор СССР, совершенно рехнувшись, повелел моментально вывести войска из Германии. Не верящие своему счастью немцы не пожалели денег на этот Исход. Потом Горбачева скинули, деньги разворовали, а забытые вояки стали жить в России, в палатках. Потихоньку разбегаясь. И вскоре уже Ельцин поехал к немцам за помощью. Те повздыхали, но снова дали деньги. Правда, потребовали, чтобы абсолютно все работы предъявлялись немецким представителям.

И дело завертелось. В российской глубинке, с нуля, возводились военные городки. Моя стройка как раз была из этого проекта. Странная, скажу вам, была стройка. Заказчик — Минобороны, контракт выиграл «Самсунг», строили турки, которые потом наняли русских, которые наняли белоруссов, которые наняли таджиков.... А конролировали немцы. К которым я и нанялся. И вот несколько случаев, что остались в памяти:

1. Священную тишину инженерного здания ЦВУ нарушает рев герра Шиллинга, инженера-электрика. Слышно, как он метется по коридору, сыпя веселыми ругательствам. Наконец входит в комнату, где собрались строители-контролеры. Он возбужден, он счастлив. Он ненавидит Россию всей душой, и никогда не упускает случая об этом напомнить. Вот и сейчас он радостно демонстрирует, как он говорит, «русише теодолит», который он купил за доллар у мастера краснодарской бригады, тянущей ЛЭП. Это — ржавая гайка, подвешенная на шнурок. Шиллинга прет от радости. Это - его день. Захлебываясь «шайзами», он объясняет, что так «эти говнюки» проверяют вертикальность опор. Просто держат перед собой на вытянутой руке гайку, как отвес.
Кто-то тоже ржет, присутствующим русским неловко. Но пожилой строитель Дитер вдруг советует Шиллингу заткнуться. «Клаус» - говорит он, - «Я увидел у них этот способ еще неделю назад. Сначала тоже удивился. Потом взял свой теодолит, и вечером перемерял все поставленные ими столбы. Ты будешь удивлен, но ни одна из опор не выходит из наших допусков. Наш контракт не требует определенных средства контроля, а раз так, то и говорить не о чем».

2. Для встречи нового инженера из Германии в Москву посылают машину с шофером (кореец из узбекского аула) и девушкой-переводчиком (воздушным созданием, только что закончившим пед). Они возвращаются, опоздав часа на четыре. Немец при этом выглядит как-то пришибленно. Позже, освоившись, он рассказывает: «Это был мой первый приезд в Россию. И буквально каждое впечатление было шоковым. Шереметьево, туалеты, мусор, Москва, небритые грязные люди, ларьки... Потом шесть часов езды по вашим страшным дорогам. А потом машина заглохла. Мы стояли в полном одиночестве между каким-то полем и лесом. Ночью. Ваш шофер открыл капот, и похоже, страшно удивился, увидев там мотор. Шло время, а он все стоял, курил, и иногда стучал ботинком по колесу. Иногда, для разнообразия он дергал за провода. Я реально замерзал. Я был раздавлен. И тут случилось то, что меня добило окончательно. Эта ваша девочка, которая на ужасном немецком все это время пыталась меня отвлечь, вдруг вылезла из машины, подошла к шоферу, поговорила, отпихнула, и стала сама, с помощью ножа Swiss Army, который оказался в ее сумочке, что-то крутить в моторе. При этом она светила маленьким фонариком, который тоже оказался в ее косметичке. А через час мы поехали. Когда она вернулась в машину и увидела мой открытый рот, то сказала, что был забит карбюратор. У ее папы такая же Нива, и очень часто, когда она едет на ней сама, приходится прочищать жиклер. И добавила :”Бензин у нас — полное говно».

3. Из-за ошибки в контракте выясняется, что некому провести отделочные работы в небольшом здании. А сроки не терпят. Нужно кровь из носу найти штукатуров. Делать нечего, еду в соседний город Ельня. Там — о радость — нахожу целую бригаду строителей. Предлагаю шабашку. На наступающие выходные. Все отказываются. Причины: надо картоху сажать, именины у брата, рыбалка... Я поясняю еще раз. «Ребята, - говорю я,- я три месяца в стройотряде штукатурил. Я вижу объем. Мне нужно три-четыре человека. На два выходных. Мы обеспечиваем транспорт, инструменты, материалы, и даже обеды. Я узнал, вы сидите без дела и без зарплаты четвертый месяц. За два выходных вы получите, как за полгода. Хватит и на картошку, и на подарки. Ну что?». Пауза. Потом кто-то лениво отказывается: «не, братан, не парься. Тут же два дня стратить надо...»

4. Немца-строителя Матеру не любит никто. Он выглядит тихим и вежливым дедушкой. Который ласковым голоском объясняет, что брак не пропустит. И стоит на своем. И все его слушаются. Особенно после того, как он отказался принять фундамент подстанции, а подрядчик плюнул на инспекцию, и все же возвел здание. Подстанция простояла несколько месяцев. На Матеру давили даже военные заказчики, убеждая, что все нормально. Но тот моргал голубенькими глазками за толстыми стеклами очков, и терпеливо повторял: «Это плохое качество. Вам потом будет сложно это исправить». В результате подрядчика заменили, здание сломали, переделали фундамент, и возвели новое.
Так вот, однажды при приемке первого из жилых домов он велел налить в ванных комнатах по два ведра воды, затем опечатал подъезд, и приехал наутро смотреть течи на потолках. Течи были. Матера тихо попросил переделать гидроизоляцию во всем доме. Бригадир, здоровенный белорус, потеряв терпение, стал орать на «недобитого фрица, который приперся со своими фашистскими правилами» и лезть драться. Как ни странно, немец понял некоторые слова. «Во-первых, я не фашист, а австрийский еврей», - сказал он - «и, если женщины отвернутся, то я вам покажу доказательство. А если вы почистите зубы, то я дам вам его попробовать.
А что насчет немецких норм, то вы заблуждаетесь. Вам их не достичь. Абсолютно все, то я от вас требую, это ваши же собственные строительные правила. Пожалуйста, хоть иногда читайте СНиП».

4.

Поскольку я наполовину еврей и наполовину русский, то русские и еврейские наци меня часто принимают за «своего» или, наоборот «за чужого». Так что я часто наблюдаю их кухню то изнутри, то снаружи и все время попадаю в забавные ситуации.
Иду как-то по Москве и вижу паренька, который стоя на деревянном ящике, высунув язык от усердия пишет на стене «Жиды, убирайтесь в свой Израиль».
Подхожу сзади, наблюдаю. Потом кашлянув для привлечения внимания спрашиваю:
- Парень, ты что сионист?
Он чуть не свалился со своего ящика:
- Што-о?! Я?! Да я этих…
- Ну а зачем тогда сионистские лозунги пишешь?
- Какие-такие сионистские?
- Ну, это же главная идея всех сионистов, что евреи должны собраться в Израиле. Не слышал что ли?! Ты в энциклопедии посмотри. (Было это давно и гугла тогда не существовало).
На следующий день иду вдоль той же стены. А там: «Жиды, добро пожаловать в Россию!»
(www.levitski.com)

5.

Умирает старый еврей. Собралась вся большая семья: знают, что наверняка деньги припрятаны.
- Папа, скажите перед смертью, где деньги?
- Не скажу, дети мои, пока Сара не покакает.
- Папа, зачем это сейчас?!
- Не скажу, пусть сначала покакает.
Что делать, денег-то хочется, пришлось Саре поднапрячься.
- Ну что, папа, а теперь-то скажете?
- Берите ложки и все ешьте это Сарино говно.
- Папа, зачем?
- Ешьте, иначе ничего не узнаете!
Все дружно взяли ложки и съели. А что делать?
- Ну, а теперь, папа, скажете, наконец, где деньги?
- Вот что, дети мои. Денег у меня нет, но я вижу, что могу спокойно умирать: с голоду вы не умрёте...

6.

Аэропорт Мюнхена. Старый еврей с большим чемоданом бродит среди транзитных пассажиров, задавая разным людям один и тот же вопрос:
- Звиняюсь, но как ви относитесь к еврейскому вопросу в Германии?
В ответ, от всех он слышит примерно следующее:
"О, это ужасная трагедия, то что нацисты сделали с евреями во время второй мировой до сих пор не дает нам, немцам - покоя, заставляя испытывать жгучий стыд и чувство вины, выплачивая компенсации жертвам холокоста и государству Израиль..." и т.д. и т.п.
Наконец, один из опрашиваемых отвечает:
- А я, считаю что поделом им, и политику Гитлера в отношении евреев - поддерживаю! И сейчас, хорошо бы все это повторить!...
- Теперь я вижу: Вы единственный здесь честный человек! Мине нужно в туалет - посмотрите за моим чемоданом.

7.

Да, хочу рассказать, как я стал евреем.
Еще когда паспорт получал, увидел ошибку в написании моей фамилии. Спрашиваю, как же так, ведь ошибка. Служащая паспортного стола отвечает, что у них есть инструкция, как правильно писать нерусские фамилии, так что в паспорте все правильно. Но это же ошибка, говорю. Не никакой ошибки, все по инструкции, отвечает. Да что ж я, не знаю, как свою фамилию писать, что ли? Грамотные стали, говорит...

Устроился я как-то на работу. А напарник говорит, что сразу распознал во мне еврея.
- Вот как? - говорю. - И как же?
- А у меня аллергия на евреев, - отвечает, - А как ты только появился, у меня в горле запершило.
- Здорово, - говорю, - в самый раз тебе в СС работать.
Но что с дураками толковать, сам поглупеешь. Мне лично все равно, каких бы кровей я ни был, себя и своих родителей уважал бы так же. Ну нехай себе я еврей, ничего обидного для себя в этом не вижу. А может, наоборот, стоит гордиться?

Умер отец. Вынесли гроб во двор. Зеваки собрались. Кто-то спрашивает в толпе, кого хоронят-то?
- Да еврея какого-то.
Я обернулся на голос и говорю:
- Ну что вы мелете, какой еврей! Совсем охренели, что ли. Умеете читать, так прочтите на ленте. Фамилия немецкая, как у шефа гестапо. Мюллер.
- Евреи все могут, - был ответ. - И в гестапо забрались.

Ну вот, люди добрые, так я стал евреем, и прекрасно себя сознаю. Вот только неясно, кто же такие евреи и кто нацисты?

8.

В одной фирме у начальника отдела кадров не было ушей.
Ну, то есть напрочь - вообще не было! И никто не мог
в эту фирму никак устроиться, потому что, как только
зайдет в кабинет, сразу:
- Ой! А что это у вас с ушами?
Ну, дядька тот сразу начинает кипятиться и посетителя
выставляет вон. И вот однажды приходит к нему старый еврей.
Заходит, говорит:
- Здгавствуйте !
Ну, мужик, настороженно так (ждет ведь, что про уши будут
спрашивать!):
- Здравствуйте.
Ну, еврей молчит, кабинет осматривает. Мужик:
- А что, вы разве ничего не замечаете?
- А что? Вот смотгю, кабинет у вас хогоший такой...
- Да нет! Вы что, на лице у меня ничего не замечаете?
Присматриваясь:
- Да нет. А что такое?
- Ну, смотрите внимательно!
- А-а-а, вижу, вижу. Вы в контактных линзах.
- Почему вы так решили???
- Потому что, если бы у вас были уши, вы бы носили очки ...

9.

У иудеев существует понятие "бармицве", это когда мальчику
исполняется 13 лет, то над ним сотворяют некий обряд, и он уже
считается взрослым человеком.
Так вот, приходит еврей в синагогу и обращается к раввину:
- Ребе, извините, вот мой кот, так он прожил у меня 13 лет,
я бы хотел сделать ему бармицве.
- Пан Цудечкис, я вижу, вы немного повредились в уме. Бармицве
делается людям, а не котам!
- Но ребе, я вас умоляю, так этот кот мне как сын, так он такой
хороший и умный, не всякий человек еще такой бывает! Сделайте
бармицве, это же такая благодать!
- Пан Цудечкис, я вижу, вы родились недоношенным! Может, по-вашему,
я теперь всем собакам, козлам и т. д. в нашем местечке обязан
буду бармицве делать! Тогда я не хочу быть раввином!
Ну тот, натурально, завыл, зарыдал, вцепился в раввина:
- Ну ребе! Я умоляю, живите 120 лет! Этот кот особенный, вы даже
это себе и не представляете! Он такой благочестивый, что попросил
меня пожертововать нашей синагоге 1000 долларов!
- Ой! Ой! Ша! Ша! Ша! Вам, пан Цудечкис, не следовало бы и родиться
на свет! Вы что тут с меня уже сорок минут все печенки вынимаете!
Вы что же сразу не сказали, что ваш кот - тоже еврей?!!!

10.

Анкета:
- Вы - еврей?
- Нет, я не еврей.
- Хорошо, значит вы не еврей?
- Я же сказал, что я не еврей.
- Отлично. Последний раз спрашиваю. Вы еврей?
- Да не еврей я, не еврей!
- Что вы горячитесь? Я так и пишу, что вы - еврей.
- Щас как дам в морду!
- Вот теперь я вижу, что вы не еврей. Тогда переходим ко второму
вопросу анкеты. А ваши родители не евреи?..

11.

Переполненный автобус. Стоит солдат и поглядывает на часы.
Вдруг солдат бьет по лицу стоящего рядом мужчину и отворачивается. К
пострадавшему пробирается другой пассажир и начинает его избивать.
Идет суд. У солдата спрашивают, за что он ударил человека.
- Как за что?! он наступил мне на ногу, и я дал ему пять минут,
чтобы он хотя бы извинился, но он не извинился. Ну, я ему и врезал!
У второго подсудимого спрашивают:
- А за что вы избили человека?
- Стою, значит, в автобусе. Вижу солдат, а рядом с ним - еврей.
Солдат долго смотрел на часы, а потом вдруг ка-ак впаял тому еврею!.. Я
и подумал, что по всей стране началось!..

12.

Мчится поезд. Вдруг машинист видит, что на путях стоит еврей. Неожиданно поезд
сходит с рельс и через поле мчится к лесу. В кабину машиниста врывается
испуганный начальник поезда:
- Ты чего, с ума сошел?
- Понимаете, - объясняет машинист, - еду я, вдруг вижу на путях еврей стоит...
- Так и надо ж было давить его! - восклицает начальник поезда.
- Я и хотел, а он к лесу побежал!

13.

В купе поезда едут молодой человек и пожилой еврей. Ложась спать, молодой
человек спрашивает:
- Не скажите, который час? Пожилой еврей, не ответив, поворачивается к стенке и
засыпает. Утром молодой человек с удивлением спрашивает:
- А почему вы мне вчера не ответили который час?
- Видите ли, - отвечает еврей, - Я бы ответил вам который час, вы бы мне
сказали, что вы тоже едете в Бердичев. Мы бы разговорились. Я вижу, вы приятный
человек, пригласил бы вас к себе. Дома у меня дочь-красавица Роза. Она бы
накрыла на стол, посидела бы с нами. Вы бы в нее влюбились, попросили у меня ее
руки. А, скажите, зачем мне зять, у которого даже часов нет?