Идут маневры.

Идут маневры. Солдат вечером заходит в кабачок. Денег ему, конечно же, не
хватает. Хозяин уговаривает его продать автомат.
- А как же я буду завтра стрелять? - говорит солдат.
- Ну, это ведь все равно маневры, так будешь стрелять холостыми. Наставишь на
"противника" палец и закричишь "та-та-та"! солдат согласился. Утром идет, а
навстречу выходит солдат "противника". Он поставил палец:
- Та-та-та-та-та-та! А тот, раскинув руки и изображая самолет:
- Ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

солдат противника палец стрелять маневры закричишь

Источник: vysokovskiy.ru от 2004-1-20

солдат противника → Результатов: 17


1.

Про ВОВ и «фашистскую» блокаду Ленинграда.
Блокада Ленинграда, о чем в СССР политкорректно не вспоминали, осуществлялась преимущественно немецкими (национал-социалисты), финскими и испанскими (фашисты) войсками. Вот о фашистской части блокады и поговорим.
Испанская 250-я (так называемая Голубая или Синяя) дивизия была набрана из добровольцев. Мотивация к службе у добровольцев была различна. Прежде всего - отомстить за погибших в Гражданской войне (та, на которую, в свою очередь, СССР поставлял добровольцев - «испанских летчиков») от рук советских военнослужащих. Также были те, кто просто хотел «свалить из страны» с фашисткой диктатурой Франко. Впрочем, воевали и просто за деньги - деньги платили как испанские власти, так и немецкое командование, в сумме выходило очень неплохо.
Сама идея создания «Голубой дивизии» в Испании имела 2 основные причины. Во-первых, это позволило фашисткой Испании сохранить нейтралитет и не втянуться в «большую войну». Во-вторых, имел серьезное значение «фактор сдерживания». Его целью было показать немцам, что испанская армия достаточно боеспособная, и в случае, если они решатся на вторжение, легко оккупировать Испанию не получится. А такие планы у Гитлера были, поскольку перекрытие Гибралтара серьезно осложнило бы доставку войск и техники противника к Африканскому фронту.
В июле 1941 дивизия, насчитывавшая примерно 20 тыс. человек отбыла из Мадрида и была переведена в Германию для пятинедельной военной подготовки. Начиная с Польши, дивизия продвигалась на фронт пешим маршем.
В дивизии «хромала» дисциплина.
Еще в Польше несколько солдат ушло в самоволку в штатской одежде и они были задержаны гестапо (из-за своей внешности они были приняты за евреев.) Товарищи отбили задержанных в бою.
Когда в оккупированном Новгороде власти организовали выдачу молока беременным женщинам, в пункте выдачи каждое утро выстраивалась очередь, в которую потихоньку стали пристраиваться солдаты «Голубой дивизии». Они мирно стояли вперемешку с беременными женщинами, не требуя себе лишнего. Получали общую норму и чинно удалялись. Но бургомистр Морозов, возмущённый тем, что молока катастрофически не хватает, как-то пришёл в управу в состоянии алкогольного опьянения и «спустил одного из испанцев с лестницы». Упавший испанец вскочил и разрядил в городского голову магазин своего пистолета.
У Советского командования дивизия считалась слабым звеном. Однако во время операции «Полярная звезда» по освобождению Ленинградской области, которая проводилась на участке фронта под Красным Бором длиной почти в 60 километров, четыре советских дивизии (приблизительно 44 тысячи человек) и 2 танковых полка не смогли прорвать оборону испанцев и понесли на этом участке большие потери.
Немецкому генералу Гальдеру после этого боя приписывают следующие слова: «Если вы увидите немецкого солдата небритого, с расстёгнутой гимнастёркой и выпившего, не торопитесь его арестовывать — скорее всего, это испанский герой». Эта фраза до сих пор висит в клубе ветеранов 250й дивизии в Мадриде.

2.

Нартов рассказывает, что как-то Петру I и его спутникам довелось наблюдать в лондонском парке Воксхолл единоборство английских боксёров, среди которых выделялся огромный шотландец богатырского телосложения, побеждавший любого, кто осмеливался ему противостоять.

Возвратившись в свою резиденцию, Пётр рассказал об увиденном сопровождавшим его в путешествии гвардейским гренадёрам и спросил, не хочет ли кто-либо из них померяться силой с лондонским атлетом. На единоборство вызвался мощный, плотного телосложения гренадёр, «бывалый в Москве часто на боях кулачных и на себя надеявшийся». К сожалению, Нартов не называет имени гренадёра, но из рассказа видно, что тот обладал не только огромной силой, ловкостью и бойцовской сноровкой, но и сметкой, расчётливым и умным тактическим мышлением. Понимая, что он встретится с какой-то новой, незнакомой ему манерой боя, гренадёр попросил разрешения прежде посмотреть схватки англичан. «А приметя все ухватки их, уверял государя, что он первого и славного бойца сразит разом так, что с русскими впредь биться не пожелает».

Пётр улыбнулся, довольный уверенностью солдата, но строго спросил: «Полно, так ли? Я намерен держать заклад, не постыди нас». — «Изволь, царь-государь, смело держать. Надейся, я не только этого удальца, да и всех с ним товарищей вместе одним кулаком размечу…» — пообещал гвардеец, а чтобы его слова не выглядели пустым хвастовством, рассказал, что не раз в одиночку с успехом противостоял за Сухарёвой башней натиску целой кулачной стены.

Среди нескольких англичан, с которыми Пётр I находился в дружеских отношениях, был «командовавший на море» маркиз Кармартен, сын старого английского политического деятеля Томаса Осборна — герцога Лидса. К этому герцогу через несколько дней после описанных выше событий Пётр был приглашён на званый обед.

Беседуя с хозяином, царь искусно перевёл разговор на английских бойцов, которых недавно видел, и уверенно заметил, что его гренадёр «первого их витязя победит». За несколько месяцев пребывания в Британии Пётр успел неплохо изучить английский характер и точно знал, какой будет ответ. Находившиеся рядом лорды очень почтительно, но вместе с тем твёрдо заявили, что его высочество, к сожалению, заблуждается. Они совершенно уверены в «силе и мастерстве победителя своего, против которого никто стоять не мог». В подтверждение таких слов предлагали даже, если угодно государю, держать заклад. Рассчитывая именно на это, Пётр принял пари на крупную сумму — в пятьсот гиней, однако счёл нужным оговорить, что его солдат придерживается не английской, а русской манеры ведения боя, и предупредил лордов: «Но ведайте, господа, что мой боец лбом не бьётся, а кулаками обороняется».

Обед у Кармартена состоялся 20 апреля (по сведениям князя Щербатова, который вёл «Журнал, или Поденную записку блаженныя и вечнодостойныя памяти Государя Императора Петра Великого…»). Поскольку Пётр I на следующий день покинул Британские острова, схватка русского гренадёра с англичанином могла состояться 20 или 21 апреля 1698 года.

«К сражению был назначен сад Кармартена». Там собрались британские вельможи, вся царская свита и семьдесят гвардейцев, сопровождавших царя в путешествии. Проникло в сад и немало английского простонародья — «черни», как говорил Нартов.

Вышли бойцы, и все увидели, что внешне петровский солдат значительно уступает шотландскому гиганту. Просто не верилось, что гренадёр сможет устоять. К тому же ещё до боя «англичанин богатырским своим видом, при первом на соперника своего взгляде, уверял уже почти каждого зрителя, что сие есть для него малая жертва». Сама «жертва», однако, не проявляла никаких признаков беспокойства.

С первых же секунд поединка шотландец всячески старался вызвать гвардейца на атаку. Но у солдата был выработан свой план боя, и он твёрдо его осуществлял. В конце концов, уверенный в силе своего коронного удара головой, английский атлет не выдержал и ринулся в атаку сам, целясь поразить противника в грудь. Этот приём неоднократно приносил силачу чистую победу. Зрителям показалось было, что удар дошёл до цели, но в последний миг гренадёр успел обрушить свой увесистый кулак на нагнутую шею атакующего. Это был удар хорошего тяжеловеса, и шотландец рухнул на землю как подкошенный.

Объективные англичане хотя и были явно огорчены, но встретили убедительную победу русского аплодисментами и хвалили его. А Пётр I, никогда не лезший в карман за словом, повернулся к свите и, не скрывая насмешки над таким малопочтенным «употреблением головы», сказал: «Русский кулак стоит английского лба! Я думаю, он без шеи».

Действительно, всем казалось, что схватка стоила шотландцу жизни. Долгое время он лежал без сознания. Позвали лекаря, и он привёл боксёра в чувство. Вопреки английскому обычаю справедливый Пётр одинаково наградил и победителя, и побеждённого. Тот и другой получили по двадцать гиней из выигранного царём заклада. Кроме того, Пётр «весьма старался, чтобы английского бойца вылечили; сего ради, подозвав к себе лекаря и наказывая о излечении, дал врачу двадцать гиней».

«Потом, — писал Нартов, — государь приказал тут же всем своим гренадёрам прежде бороться, а после между собой сделать кулашный бой, чтобы показать лордам проворство, силу и ухватки русских богатырей, чему всё собрание весьма удивилось, ибо все находившиеся при Петре Великом в путешествии гренадёры выбраны были люди видные, рослые, сильные и прямо похожи были на древних богатырей».

Итак, русский боец в решительной схватке победил одного из предшественников первого чемпиона Англии легендарного Джеймса Фигга. В сущности, шотландец и сам был тем, кого англичане называли «чемпйен», то есть защитник — боец, защищающий свою славу сильнейшего. Потерпев поражение, он потерял эту славу. И кто знает, не будь этой схватки с петровским гренадёром, быть может, англичане провозгласили бы своего первого чемпиона страны по боксу на два десятилетия раньше…

Из книги Г. Шатков, И. Алтухов «Жестокие раунды» (Страницы истории профессионального бокса), 1979 г.

3.

Дню Победы посвящается...

Так получилось, что про уникальный бой под Расейняем мы знаем благодаря непосредственным участникам тех событий, правда, с противоположной стороны. В 1945 году высокопоставленные немецкие офицеры официально оказались в плену у США. Фактически же их использовали как военных советников для будущей возможной войны с СССР. Кое-что американцы знали, о чем-то догадывались, но один из докладов, предположительно генерал-полковника Франца Гальдера, просто шокировал военных США.

23 июня 1941 года недалеко от литовского городка Расейняй советские танки перешли в контрнаступление. По подсчетам командования Красной армии, им должны были противостоять не более двадцати танков группы "Зекендорф", количество артиллерии и пехоты в расчет не бралось совсем. Из состава 2-й танковой дивизии был взят батальон тяжелых танков КВ, которые еще ни разу не встречались немцам на фронте. Задача была проста - атаковать противника во фланг и тем самым заставить его отступить к реке Дубисе. Но на деле все обернулось танковым боем, где против 20 советских танков было около сотни немецких.
На ранних этапах войны у Германии не было танков, способных пробивать 70-миллиметровую броню КВ. Это способны были сделать только противотанковые пушки или некоторые виды артиллерии. Поэтому в первые минуты боя удивлению немецких солдат не было предела. Снаряды их танков Pz-35 не оставляли на броне "сталинского монстра" даже вмятин, а вот ответные выстрелы КВ крушили все на своем пути. Прошло всего несколько мгновений, а все поле было усеяно раздавленными немецкими танками, и батальон КВ уже двигался сквозь вражескую пехоту, его целью была артиллерия. Когда и она большей частью превратилась в металлолом, послышался гром - зенитные орудия немцев стали бить по танкам прямой наводкой. Под градом снарядов, потеряв несколько машин, батальону удалось отступить, оставив после себя полный хаос.

Первое знакомство с "Климентом Ворошиловым" приятным для фашистов не вышло - было уничтожено несколько десятков Pz-35, батарея артиллерии калибра 150 миллиметров, десятки противотанковых пушек, грузовиков, а потери пехоты исчислялись сотнями. Но второе появление КВ заставило уважать эту машину всех немецких командиров.

В нескольких километрах от истерзанной танковой группы "Зекендорф" находились ее коллеги - группа Рауса. Дела здесь шли гораздо лучше, потерь практически не было, город Расейняй был взят, а отдельные стычки с Красной армией тревоги не приносили. Но вот однажды вечером, 23 июня, в пределах видимости дороги на Расейняй появился танк. По всей видимости, это была модификация танка КВ - КВ-2, которая оснащалась 152-миллиметровой танковой гаубицей, но документальных свидетельств этого не сохранилось. Если же это был и вправду он, то остается только представить, какой ужас охватил танкистов легких немецких танков группы Рауса, которые увидели его рано утром.
На первый взгляд танк выглядел брошенным - уж очень неважное место было для засады. Если же там кто и был, то окружить и уничтожить танк в чистом поле было для немцев проще простого. Скорее всего, советский экипаж отстал от своего взвода или сломался, а значит, не представлял опасности. Однако как только на дороге появилась колонна немецких танков и автомобилей, монстр "ожил". Первым же выстрелом он взорвал грузовик с горючим, дальше поочередно уничтожил несколько противотанковых пушек и танков, а потом опять принялся "щелкать" грузовики с провизией. Когда шоссе стало напоминать ад, а в груде металла с трудом узнавались немецкие танки, КВ успокоился. На его корпусе было несколько небольших вмятин и сколов, но пробить его броню никто не смог. Правда, после боя танк не отправился дальше, а продолжал неподвижно стоять прямо на дороге, как будто бы не мог пошевелиться.

Происшествие у Расейняя встревожило немецкий штаб, так как эта стычка говорила о скором наступлении советских войск в районе этого шоссе, а неуязвимый КВ выглядел лишь приманкой. Понимая опасность ситуации, руководство решило немедленно бросить на участок все доступные танковые резервы. Спустя сутки на дороге появились новые колонны серых немецких танков, а вместе с ними были 88-миллиметровые зенитки, для которых броня КВ не была непробиваемой.

Со стороны ситуация казалась абсурдной и дикой: целая армия, а против нее одинокий КВ, который опять выглядел так, будто экипаж его уже покинул. Но вскоре "Климент Ворошилов" опять встретил гостей раскатистым взрывом снарядов. Первой пострадала зенитная 88-миллиметровая пушка, ее практически сдуло попаданием 152-миллиметрового снаряда. Наступление советских танкистов было уверенным: танк, еще один, еще одна пушка… Но теперь немцы поняли, что перед ними не передовой танк русского наступления, а всего лишь одна машина с отчаявшимся, но не сломленным экипажем внутри.
Минуты наших танкистов были сочтены, самоотверженный танк буквально растерзали. Пользуясь численным преимуществом, Pz-35 хладнокровно окружили одинокий КВ, в то время как оставшиеся в строю 88-миллиметровые орудия осыпали танк градом снарядов. После тринадцатого попадания КВ перестал двигаться. Но даже тогда фашисты не осмелились тронуть заговоренный танк. Лишь выждав некоторое время и убедившись, что враг уничтожен, немецкие солдаты рискнули приблизиться к нему. Но когда они подошли на расстояние в несколько метров, башня танка неожиданно стала поворачиваться в их сторону - экипаж был еще жив! Перепуганные солдаты стали разбегаться, кто куда, но несколько брошенных в кабину советского танка гранат довершили судьбу доблестных красноармейцев…

Изумленные немцы нашли в танке тела шести отважных танкистов. Целых двое суток один танк с 6 танкистами сдерживал танковую группу и несколько сотен пехотинцев! Война войной, но воинские подвиги во все времена чтили и союзники и противники, поэтому геройский экипаж был похоронен немцами с воинскими почестями.

В 1965 году танкисты были перезахоронены на воинском кладбище под Расейняем, имена трех солдат до сих пор неизвестны. Личные вещи подсказали имена двух бойцов: Ершов П.Е., Смирнов В.А. и лишь инициалы третьего - Ш.Н.А. В память о тех событиях недалеко от места легендарного боя, у деревни Дайняй, есть воинские мемориал, посвященный безымянным красноармейцам.

4.

История это давняя, ну относительно конечно. В те времена государство считало ученых некими отбросами общества, паразитами на шее рабочего класса. Ученые отвечали государству этому взаимностью и потому стремились при любом случае слинять из этого царства победившего пролетариата. Именно так и поступил кандидат биологических наук Василий Распупкин, уехавший в дальние страны через научную экспедицию в Лаос, Вьетнам и Камбоджу. Правда страны чистогана совсем не ждали там Васю. Денег нет, языка Вася не знает, жить можно только в центре самого криминального района города и то только потому что дома и квартиры там пустуют из-за разгула бандитизма. Васю не трогали, а что с него взять, все его приданое это баночки с червячками и термитами Южной Азии. Наивный Вася думал, что свободный запад спит и видит Васины научные изыски про пищеварение членистоногих. В общем беда, да и с визой, купленной у китайцев на рынке Бангкока тоже светит совсем не лонг айленд. Но Бог - он все видит и помогает. По некоему наитию и старой привычке стал Вася расселять своих термитов и жучков в заброшенном доме, в котором обитал. Термиты и термиты, все у них регламентировано - одни строят, другие кушают, третьи охраняют. Вот эти третьи - так называемые солдаты - оказались какими то неправильными. Никаких челюстей, как у нормальных термиторов, у них не было, в драку лезут но как-то странно странно - попой вперед. Педарасы боевые подумал Вася и решил написать статью о термитном гомосексуализьме. Пока случайно не раздавил пару попных бойцов. Получившаяся вонь оказалась настолько злой, что потрясенный Вася наконец то понял смысл маневра азиатских солдат - они должны быть раздавлены, чтобы своей вонью разгонять противника. Ну вы догадались что потом стало с Васей. Теперь он известный ученый химик, совладелец ряда компаний по производству как парфюмерной продукции, так и отравляющих веществ. В принципе это одно и то же. А благодаря чему? Научному предвиденью и аналитическим способностям настоящего ученого. Учтесь, господа, учитесь.

5.

Министр обороны Шойгу принял новую военную доктрину: в случае военного конфликта российская армия в кратчайшие сроки обеспечивает противника палатками, одеялами и горячим питанием. Сытых и сонных солдат эвакуируют вертолетами, чтобы оставить поле боя за собой.

6.

ПЛАСТИКОВАЯ БУТЫЛКА

Так, ерунда, конечно, но вот пошел сегодня мусор на помойку выбрасывать, увидел груду пустых пластиковых бутылок, да и вспомнилось мне, как я впервые познакомился с этой обыденной сейчас, но диковинной в прошлом тарой.
В самом начале девяностых годов я служил в армии. И вот к одному из солдат нашей не большой части приехали какие-то родственники проездом из Москвы, накормили его всякой снедью, да и укатили, оставив пакет провианта и невиданную ранее двух литровую бутылку пепси колы. Еду слопали, колу выпили, а вот легкую прозрачную бутылку с яркой этикеткой и плотно завертывающейся крышкой поставили в роте на тумбочку дневального вместо графина с водой. Вся часть, включая офицеров, ходили смотреть на эту бутыль, восхищаясь полетом мысли капиталистических производителей из числа вероятного противника. Даже командир нашей части, совершая утренний обход своих владений, взял за правило «глотнуть водички» из этой чудесной бутылки, особенно когда он был «после вчерашнего». Пил он большими глотками, весело пыхтя в густые усы и шумно двигая гладко выбритым кадыком. И вроде как даже становился добрее после этого. У «дедов» эта емкость была в особом почете: без нее не обходилась ни одна пьянка. После отбоя бутылку бережно доставляли в столовую, где старослужащие смешивали в ней водку с появившимся тогда ликером «Амаретто» и пили с невероятным удовольствием. После чего бутылку мыли, и трезвый «дух» аккуратно приносил ее на место.
Но — ничто не вечно. Через пару месяцев разорвалась и пришла в негодность истертая уже к тому времени этикетка. Допустивший это молодой боец был сильно бит. Синяки вскоре сошли с его лица, а солдаты привыкли к новому виду любимой бутылки. Месяца четыре спустя случилась новая беда. Один недотепа решил помыть ее горячей водой, и набулькал в нее из чайника кипятка. Не выдержав такого обращения, бутыль съежилась, превратившись из двух литровой в полутора литровую с какой-то неясной формой. Этому солдатику досталось еще крепче. Но бутыль не сдалась, и продолжила нести свой пост на тумбочке дневального. А еще через месяц произошла катастрофа. Наполовину пустую бутылку поставили около электрического обогревателя, и вся ее верхняя часть расплавившись согнулась и сильно деформировалась. Для всех это было тяжелое зрелище: любимая бутылка стояла склонив свою синюю голову-пробку, словно солдат-ветеран, не выдержавший всех тягот и лишений воинской службы. На следующий день, командир, во время утреннего обхода, увидев этого покалеченного служаку, отправил его на дембель, приказав дневальному «выбросить этого инвалида» . Бутыль с тумбочки исчезла, а ее место вновь занял стеклянный графин. Долгое время я не знал, что с ней стало, но уже перед своей демобилизацией я, печатая фотографии для «дембельского альбома» в будке киномеханика, увидел старую знакомую. Кинокрут, видимо нагрев изуродованную пластиковую емкость, слегка ее выпрямил, и использовал для хранения остатков фото проявителя.
Вот такая история. К чему я все это рассказал? Не знаю. Но может быть кто-то, прочтя это станет по другому относиться к привычным вещам. Кто знает, может и у них есть душа?

7.

500 русских против 40 000 персов: невероятная история об отряде полковника Карягина

Поход полковника Карягина против персов в 1805-ом году не похож на реальную военную историю. Он похож на приквел к "300 спартанцев" (40 000 персов, 500 русских, ущелья, штыковые атаки, "Это безумие! - Нет, блять, это 17-ый егерский полк!"). Золотая страница русской истории, сочетающая бойню безумия с высочайшим тактическим мастерством, восхитительной хитростью и ошеломительной русской наглостью. Но обо всем по порядку.

В 1805 году Российская Империя воевала с Францией в составе Третьей коалиции, причем воевала неудачно. У Франции был Наполеон, а у нас были австрийцы, чья воинская слава к тому моменту давно закатилась, и британцы, никогда не имевшие нормальной наземной армии. И те, и другие вели себя как полные мудаки и даже великий Кутузов всей силой своего гения не мог переключить телеканал "Фэйл за фэйлом". Тем временем на юге России у персидского Баба-хана, с мурлыканием читавшего сводки о наших европейских поражениях, появилась Идейка.
Баба-хан перестал мурлыкать и вновь пошел на Россию, надеясь рассчитаться за поражения предыдущего, 1804 года. Момент был выбран крайне удачно - из-за привычной постановки привычной драмы "Толпа так называемых союзников-криворуких-мудаков и Россия, которая опять всех пытается спасти", Петербург не мог прислать на Кавказ ни одного лишнего солдата, при том, что на весь Кавказ было от 8 000 до 10 000 солдат.
Поэтому узнав, что на город Шушу (это в нынешнем Нагорном Карабахе. Азербайджан знаете, да? Слева-снизу), где находился майор Лисаневич с 6 ротами егерей, идет 40 000 персидского войска под командованием Наследного Принца Аббас-Мирзы (мне хочется думать, что он передвигался на огромной золотой платформе, с кучей уродов, фриков и наложниц на золотых цепях, лайк э факин Ксеркс), князь Цицианов выслал всю подмогу, которую только мог выслать. Все 493 солдата и офицера при двух орудиях, супергерое Карягине, супергерое Котляревском и русском воинском духе.
Они не успели дойти до Шуши, персы перехватили наших по дороге, у реки Шах-Булах, 24 июня. Персидский авангард. Скромные 10 000 человек. Ничуть не растерявшись (в то время на Кавказе сражения с менее чем десятикратным превосходством противника не считались за сражения и официально проходили в рапортах как "учения в условиях, приближенных к боевым"), Карягин построил войско в каре и целый день отражал бесплодные атаки персидской кавалерии, пока от персов не остались одни ошметки. Затем он прошел еще 14 верст и встал укрепленным лагерем, так называемым вагенбургом или, по-русски, гуляй-городом, когда линия обороны выстраивается из обозных повозок (учитывая кавказское бездорожье и отсутствовавшую сеть снабжения, войскам приходилось таскать с собой значительные запасы).
Персы продолжили атаки вечером и бесплодно штурмовали лагерь до самой ночи, после чего сделали вынужденный перерыв на расчистку груд персидских тел, похороны, плач и написание открыток семьям погибших. К утру, прочитав присланный экспресс-почтой мануал "Военное искусство для чайников" ("Если враг укрепился и этот враг - русский, не пытайтесь атаковать его в лоб, даже если вас 40 000, а его 400"), персы начали бомбардировать наш гуляй-город артиллерией, стремясь не дать нашим войскам добраться до реки и пополнить запасы воды. Русские в ответ сделали вылазку, пробились к персидской батареи и повзрывали ее нахрен, сбросив остатки пушек в реку, предположительно - с ехидными матерными надписями.
Впрочем, положения это не спасло. Провоевав еще один день, Карягин начал подозревать, что он не сможет перебить всю персидскую армию. Кроме того, начались проблемы внутри лагеря - к персам перебежал поручик Лисенко и еще шесть засранцев, на следующий день к ним присоединились еще 19 хиппи - таким образом, наши потери от трусливых пацифистов начали превышать потери от неумелых персидских атак. Жажда, опять же. Зной. Пули. И 40 000 персов вокруг. Неуютно.
На офицерском совете были предложены два варианта: или мы остаемся здесь все и умираем, кто за? Никого. Или мы собираемся, прорываем персидское кольцо окружения, после чего ШТУРМУЕМ близлежащую крепость, пока нас догоняют персы, и сидим уже в крепости. Там тепло. Хорошо. И мухи не кусают. Единственная проблема - нас по-прежнему десятки тысяч караулят, и все это будет похоже на игру Left 4 Dead, где на крошечный отряд выживших прут и прут толпы озверевших зомби.
Left 4 Dead все любили уже в 1805-ом, поэтому решили прорываться. Ночью. Перерезав персидских часовых и стараясь не дышать, русские участники программы "Остаться в живых, когда остаться в живых нельзя" почти вышли из окружения, но наткнулись на персидский разъезд. Началась погоня, перестрелка, затем снова погоня, затем наши наконец оторвались от махмудов в темном-темном кавказском лесу и вышли к крепости, названной по имени близлежащей реки Шах-Булахом. К тому моменту вокруг оставшихся участников безумного марафона "Сражайся, сколько сможешь" (напомню, что шел уже ЧЕТВЕРТЫЙ день беспрерывных боев, вылазок, дуэлей на штыках и ночных пряток по лесам) сияла золотистая аура 3,14здеца, поэтому Карягин просто разбил ворота Шах-Булаха пушечным ядром, после чего устало спросил у небольшого персидского гарнизона: "Ребята, посмотрите на нас. Вы правда хотите попробовать? Вот правда?".
Ребята намек поняли и разбежались. В процессе разбега было убито два хана, русские едва-едва успели починить ворота, как показались основные персидские силы, обеспокоенные пропажей любимого русского отряда. Но это был не конец. Даже не начало конца. После инвентаризации оставшегося в крепости имущества выяснилось, что еды нет. И что обоз с едой пришлось бросить во время прорыва из окружения, поэтому жрать нечего. Совсем. Совсем. Совсем. Карягин вновь вышел к войскам: -Друзья, я знаю, что это не безумие, не Спарта и вообще не что-то, для чего изобрели человеческие слова. Из и так жалких 493 человек нас осталось 175, практически все ранены, обезвожены, истощены, в предельной степени усталости. Еды нет. Обоза нет. Ядра и патроны кончаются. А кроме того, прямо перед нашими воротами сидит наследник персидского престола Аббас-Мирза, уже несколько раз попытавшийся взять нас штурмом. Слышите похрюкивание его ручных уродов и хохот наложниц?
Это он ждет, пока мы сдохнем, надеясь, что голод сделает то, что не смогли сделать 40 000 персов. Но мы не сдохнем. Вы не сдохнете. Я, полковник Карягин, запрещаю вам дохнуть. Я приказываю вам набраться всей наглости, которая у вас есть, потому что этой ночью мы покидаем крепость и прорываемся к ЕЩЕ ОДНОЙ КРЕПОСТИ, КОТОРУЮ СНОВА ВОЗЬМЕМ ШТУРМОМ, СО ВСЕЙ ПЕРСИДСКОЙ АРМИЕЙ НА ПЛЕЧАХ. А также уродами и наложницами.
Это не голливудский боевик. Это не эпос. Это русская история, птенчики, и вы ее главные герои. Выставить на стенах часовых, которые всю ночь будут перекликаться между собой, создавая ощущение, будто мы в крепости. Мы выступаем, как только достаточно стемнеет!
Говорят, на Небесах когда-то был ангел, отвечавший за мониторинг невозможности. 7 июля в 22 часа, когда Карягин выступил из крепости на штурм следующей, еще большей крепости, этот ангел умер от о3,14зденения. Важно понимать, что к 7 июля отряд беспрерывно сражался вот уже 13-ый день и был не сколько в состоянии "терминаторы идут", сколько в состоянии "предельно отчаянные люди на одной лишь злости и силе духа движутся в Сердце Тьмы этого безумного, невозможного, невероятного, немыслимого похода".
С пушками, с подводами раненых, это была не прогулка с рюкзаками, но большое и тяжелое движение. Карягин выскользнул из крепости как ночной призрак, как нетопырь, как существо с Той, Запретной Стороны - и потому даже солдаты, оставшиеся перекликаться на стенах, сумели уйти от персов и догнать отряд, хотя и уже приготовились умереть, понимая абсолютную смертельность своей задачи.
Продвигавшийся сквозь тьму, морок, боль, голод и жажду отряд русских... солдат? Призраков? Святых войны? столкнулся с рвом, через который нельзя было переправить пушки, а без пушек штурм следующей, еще более лучше укрепленной крепости Мухраты, не имел ни смысла, ни шансов. Леса, чтобы заполнить ров, рядом не было, не было и времени искать лес - персы могли настигнуть в любую минуту. Четыре русских солдата - один из них был Гаврила Сидоров, имена остальных, к сожалению, мне не удалось найти - молча спрыгнули в ров. И легли. Как бревна. Без бравады, без разговоров, без всего. Спрыгнули и легли. Тяжеленные пушки поехали прямо по ним.
Из рва поднялись только двое. Молча.

8 июля отряд вошел в Касапет, впервые за долгие дни нормально поел, попил, и двинулся дальше, к крепости Мухрат. За три версты от нее отряд в чуть больше сотни человек атаковали несколько тысяч персидских всадников, сумевшие пробиться к пушкам и захватить их. Зря. Как вспоминал один из офицеров: "Карягин закричал: «Ребята, вперед, вперед спасайте пушки!»
Видимо, солдаты помнили, КАКОЙ ценой им достались эти пушки. На лафеты брызнуло красное, на это раз персидское, и брызгало, и лилось, и заливало лафеты, и землю вокруг лафетов, и подводы, и мундиры, и ружья, и сабли, и лилось, и лилось, и лилось до тех пор, пока персы в панике не разбежались, так и не сумев сломить сопротивление сотни наших.
Мухрат взяли легко, а на следующий день, 9-го июля, князь Цицианов, получив от Карягина рапорт: "Мы все еще живы и три последние недели заставляем гоняться за нами половину персидской армии. P.S. Борщ в холодильнике, персы у реки Тертары", тут же выступил навстречу персидскому войску с 2300 солдат и 10 орудиями. 15 июля Цицианов разбил и прогнал персов, а после соединился с остатками отрядами полковника Карягина.
Карягин получил за этот поход золотую шпагу, все офицеры и солдаты - награды и жалованье, безмолвно легший в ров Гаврила Сидоров - памятник в штаб-квартире полка.

8.

Попал Рабинович в армию, и после курса молодого бойца направили его в
Чечню. Повоевал он месяц и запросился в отпуск.
- Рано тебе еще, - говорит комбат. - Отпуск заслужить надо.
- А как?
- Ну, добудь "языка".
Через день привел солдат пленного, и командир выполнил обещание. Но
вскоре опять Рабинович захотел съездить домой.
- Заслужить надо, сынок, - говорит комбат. - Вот если бы ты секретные
документы противника достал, карты там всякие, приказы...
Утром боец вручил командиру секретные документы террористов, получил
медаль, сержантские лычки и отправился в отпуск. Вернувшись с побывки,
Рабинович опять обратился к командиру с той же просьбой. Комбат, чтобы
тот отстал, велел ему добыть вражеское знамя, а особисты решили
проследить за удачливым воином.
Ночью идет герой в горы, а за ним особисты ползут. Подходит Рабинович к
лагерю чеченских боевиков, достает из-за пазухи знамя своей части,
размахивает им и кричит:
- Эй, ребята, это опять я! Давайте сегодня флагами меняться!

9.

ПРО АВТОМАТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ ПОЛЕТАМИ

Люди ошибочно полагают, что самолеты летают так, как им вздумается. А
вот хрен! Существуют специальные, очень сложные и умные системы слежения
за полетами.

Система такая обычно включает в себя поддатого диспетчера, пульт с
кнопочками и радар. На радаре видны зеленые точечки, означающие летящие
самолеты. Количество точечек зависит от того, насколько диспетчер
нетрезв.

В обязанности диспетчера входит:

1. Говорить летчикам, когда можно садиться;
2. Говорить летчикам, когда можно взлетать;
3. Говорить летчикам, на какой высоте можно лететь;
4. Говорить "ой, бля, пардон", если один самолет вдруг сталкивается с
другим или падает в море.

На ушах у диспетчера - наушники. Когда его подзаебывает слушать болтовню
летчиков, диспетчер переключает волну на канал "Ностальжи", и тогда
самолеты начинают летать кругами, боясь сесть - им же не видно сверху
ничего, они же - как дети...

Раз в два часа диспетчер наводит порядок в воздухе. Берет микрофон и
кричит: "тишина, бля, в эфире, кому сказал!". Летчики испуганно
умолкают, и диспетчер с чувством выполненного долга отправляется
покурить.

Вернувшись, диспетчер часто замечает, что точечек на радаре стало
заметно меньше. Это может значить, что: а) диспетчер немного протрезвел;
б) какой-нибудь самолет все-таки упал в море.

Но не думайте, что диспетчеру все сходит с рук - за каждый упавший в
море самолет из его зарплаты вычитается пять процентов.

Диспетчер уверен, что кнопочки на пульте существуют исключительно для
зажигания соседних с ними лампочек. При включении всех лампочек сразу
света хватает для того, чтобы читать газету.

Но, как правило, диспетчер нажимает кнопки только тогда, когда за ним
кто-нибудь следит, что бывает нечасто: диспетчеру всегда доверяют,
по-другому в авиации нельзя.

Тот, кто хоть раз побывает в диспетчерской, никогда больше не будет
летать на самолетах, а будет ездить только на поезде. Но это - глупо,
потому что железнодорожники тоже применяют автоматические системы
управления движением.


О ПРОТИВОГАЗАХ

Противогаз надевается на голову солдата для устрашения противника и
подавления его боевого духа.

Сами посудите: сидит противник в окопе, чай мешает ложечкой, никого не
трогает. Вдруг сверху свешивается хобот, появляются два стеклянных
глаза, и глухой голос говорит: "дай закурить".

Естественно, что противник проливает горячий чай себе на брюки, а это,
поверьте, очень больно. После такого инцидента противник долго еще не
может прийти в себя, а наш солдат в противогазе тем временем переползает
к другому неприятельскому окопу. Таким образом, один боец может за
полчаса вывести из строя небольшое противотанковое подразделение. А два
бойца - целый полк, за счет удвоенного эффекта неожиданности: один
говорит "дай закурить", другой говорит -"осторожно, чай не пролей".


ПРО УНИТАЗ

Человек использует полезный потенциал унитаза процентов на десять, не
больше. Да и вообще, использует совершенно неправильно этот тонкий
аппарат. Не по назначению.

Дело в том, что первоначально унитаз был изобретен в Италии, известным
скрипичным мастером Амати, и, собственно, унитазом в знакомом нам смысле
не был, а являлся музыкальным инструментом, типа альта или, скорее,
контрабаса. К открытой акустической камере был приделан гриф (там, где у
современного унитаза находится бачок), и такой инструмент издавал
неземные, чарующие звуки.

Но однажды к Амати заглянул его ученик, молодой Страдивари, и присел
покурить на этот шедевр великого мастера. С первой же затяжки он
сообразил, на что такая штука может еще сгодиться, - и цинично сообщил
об этом своему учителю. Амати обиделся, ученика своего непутевого
выгнал.

А Страдивари, не будь дурак, пошел к сантехнику Феллини и продал ему
гениальную идею за двести восемьдесят лир. А что из этого вышло, все мы
прекрасно знаем.

("Книжка про все")

10.

Идут ученья. Солдат подбегает к генералу:
- Мне не дали оружие.
Генерал:
- А ты пальцем противника "пиф-паф" - ты убит. Понял ?
- Понял.
Ползет солдат, на встречу ему ползет условный противник. Он ему пальцем:
- Пиф-паф - ты убит.
Противник встает с земли:
- О#$%л, ты, против танка c винтовкой ходить !?

11.

Занявшее оборону подразделение ожидало нападения превосходящих
сил противника. Командир старался поднять боевой дух своих
солдат:
- Ребята, надо сохранять хладнокровие. Хладнокровие - главная
вещь для солдата в бою!
- Сэр, - отозвался один солдат, - у меня такая холодная кровь,
что даже зуб на зуб не попадает.

12.

Занявшее оборону подразделение ожидало нападения превосходящих сил
противника. Командир старался поднять боевой дух своих солдат:
- Ребята, надо сохранять хладнокровие. Хладнокровие - главная вещь для
солдата в бою!
- Сэр, - отозвался один солдат, - у меня такая холодная кровь, что даже
зуб на зуб не попадает.

13.

После подъема солдат рассказал своему приятелю, какой видел сон:
- Мне приснилось, что на меня набросились двадцать солдат противника,
чтобы захватить меня в плен.
- Тебе надо было проснуться.
- Чтобы они подумали, что я испугался?

14.

Солдат с воодушевлением докладывал:
- Сержант! Я только что заметил несколько солдат противника вон в том лесу!
- Отлично, - сказал сержант. - Иди туда и захвати всех!
- Я готов, сержант. Но если вы увидите через некоторое время группу бегущих из
лесу, ради Бога, не стреляйте в первого!

15.

Занявшее оборону подразделение ожидало нападения превосходящих сил противника.
Командир старался поднять боевой дух своих солдат:
- Ребята, надо сохранять хладнокровие. Хладнокровие - главная вещь для солдата в
бою!
- Сэр, - отозвался один солдат, - у меня такая холодная кровь, что даже зуб на
зуб не попадает.

16.

После подъема солдат рассказал своему приятелю, какой видел сон:
- Мне приснилось, что на меня набросились двадцать солдат противника, чтобы
захватить меня в плен.
- Тебе надо было проснуться.
- Чтобы они подумали, что я испугался?

17.

В сентябре 1944 года американским саперам пришлось строить мост через реку
Весер. Как только они соединяли мостом берега реки, немцы открывали огонь из
88-мм пушек и сводили всю работу саперов на нет. Вскоре к возводимой переправе
подъехал джип. Его водитель еще не успел снять ногу с педали тормоза, как дверца
распахнулась, и из машины выскочил рассерженный генерал, требуя объяснений,
почему переправа не готова. Пропустив мимо ушей объяснения о прицельном огне
противника, генерал раздал всем указания и, уже направляясь к машине, властно
бросил через плечо:
- Переправа должна быть готова до наступления темноты! В это время недалеко
разорвался снаряд. Генерал прыгнул в джип, водитель дал газ, но прежде, чем
машина исчезла из виду, до солдат донесся крик:
- В крайнем случае к утру!