История №1 за 30 августа 2011

РОЗЫГРЫШ
Было это давно. Мы – дивная компания из трех девушек, трех парней и двух
собак - отправились на трехдневный пикник. На речку. Запаслись вроде бы
всем необходимым – палатка, котелок, водка, даже удочка попалась. Но
разместившись на симпатичной полянке обнаружили, что напрочь забыли
взять питьевую воду. А на лимонаде ухи не сваришь…
Парни, недолго думая, заявили, что отправляются искать воду. (Чего её
искать – до аэропорта полчаса пешочком… и до ближайшего посёлка столько
же) И свалили.
Час.
Два.
Три. Блин, нету. Уже начинает доставать. Ну и решили развлечься.
Боже, кто сказал, что мужики чурбаны бесчувственные? Да какая колоритная
гамма чувств была нарисована на их физиономиях, когда они наконец
вернулись!!! Преобладало желание схватить каждому свою любимую и на
руках нести пять километров до больницы. Далее – серьезное беспокойство
– а успеют ли донести. И уже на донышке – «мда, выпить не удалось».
Натюрморт, который мы создали, был достоин какой-нибудь театральной
премии! Представьте картину: берег реки, расстеленное одеяло, три
девушки сидящие в обнимку и громко поющие каждая свою песню. И ноль
эмоций на внешнюю среду. А вокруг валяются 12 водочных бутылок. Пустых.
У ребят шок. Самый настоящий. Потом – подсчет: это ж по четыре бутылки
на каждую! За три часа! Снова шок – до больницы не донесём!
Когда уже началось: «Бегом к трассе, останови кого-нибудь. Они же сейчас
помрут! Да столько слон не выпьет!», мы сдались.
И снова удивились реакции наших мужчин. На их лицах высветилось самое
настоящее, искреннее счастье!!! Они нас целовать кинулись!
А уж когда мы достали из кустов баклажки из-под лимонада с перелитой
туда водкой… счастью не было предела.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

три воду столько искать шок снова нибудь

Источник: anekdot.ru от 2011-8-30

три воду → Результатов: 126


1.

Про срущего кота прочитал, вспомнилось.
6 лет назад взяли тайского котенка. Нам сразу сказали, что к лотку и когтеточке приучен папиными подзатыльниками, мама только кормила. Привезли домой, первые часы разведки, на руки дается, но во взгляде явно читается: "А вы, бля, кто?". Поставили лоток, еду, воду. Еда-вода используется, бегает, осваивается. К лотку ни шагу.
Утром проверили, лоток чистый, но никаких следов не обнаружено. Все вынуждены уехать на весь день, закрыли зверя в комнате, все туда поставили, возвращаемся, лоток чистый, и следов нарушения нет. Звоним, а какой наполнитель был?, отвечают гипсовый песок без запаха. Бегом в магазин, открываем пакет, начинаем насыпать в лоток, маленькое чудовище запрыгивает в лоток, прям под струю наполнителя и с блаженной мордашкой очень долго писает.
Через пару месяцев, со всеми прививками, взяли Кайфата (имя, которое царь изволил принять) с собой на улицу, он с удовольствием бегал по травке, исследовал окрестности, примерно через залез на руки и начал ругаться. Приносим домой, бегом в сортир, на улице же негде, наполнитель не шуршит.
P.S. О воспитании.
Три года назад в доме появилась Цирилла. И через год, естественно родила. Когда мелкие стали подрастать, поставили мелкий детский лоток рядом со шкафом-купе, где было оборудовано родильное отделение и ясли. Котята из шкафа вылазили еще редко и недалеко, в основном по одному-двое. Цири вышла, увидела лоток, покопала для приличия и что-то громко промуркала. Через минуту все вышли из шкафа и построились перед мамой в шеренгу. Далее была лекция около минуты, с демонстрацией копания и команда вольно, мелкие ушли в шкаф спать. Примерно через полчаса из шкафа вышел котенок, залез в лоток, сделал свои дела, закопал и ушел обратно...
P.P.S. Зверюг можно увидеть у меня в стограмме _arioch_vl
P.P.P.S. Про них еще есть что рассказать забавного, продолжения будут

2.

Дело было в 1988 году. Советским морякам, обучавшим в Биссау гвинейских коллег, местные жители подарили обезьянку, примерно вот такую, размером с кошку.

Тут же её нарекли Нинкой и определили постоялице жилплощадь около дома на тонкой цепочке (на ней негры и привели животину).

Нинка прожила в новом коллективе пару месяцев, проявляла сознательность и дисциплинированность, за это была переведена с цепи на вольное поселение. Цепочку убрали и она никуда не убегала, а потихоньку осваивала окрестности, подолгу проводя время с поросёнком Пеле, которого откармливали радисты узла связи, располагавшегося в нескольких шагах.

Однажды кого-то из наших моряков, ломающих голову, как скрасить досуг, внезапно осенила мысль: поставить зеркало и посмотреть, как Нинка отреагирует на свою копию.

Быстро принесли зеркало размером с тетрадь и поставили под нинкино дерево.
Все расселись на скамейки в ожидании шоу и не ошиблись.

Обезьяну поманили бананом с таким расчётом, чтобы ей пришлось пройти рядом с зеркалом. Ничего не подозревающая Нинка, предвкушая наслаждение лакомством, поначалу просто шарахнулась от какой-то твари идущей к её банану.

Нинка успокоилась и начала искать того, кто её напугал и так ловко скрылся. Готовая к мгновенному отпору, макака обследовала всё, но никого не нашла. Уже казалось, что опасность миновала и можно полакомиться бананом, как та же тварь опять направилась к законному нинкиному пайку. Тут уже Нинка успела разглядеть, что это была абсолютно чужая обезьяна, которая точно никогда не встречалась - значит банан в опасности!
Потом были обоюдные запугивания, агрессивные жесты и угрозы, односторонние крики и передразнивания. Мимика, продемонстрированная Нинкой и блистательно скопированная соперницей, была настолько выразительна и разнообразна, что мистер Бин с Джимом Керри рядом выглядели бы, как каменные болваны с острова Пасхи.

У всех присутствующих была истерика и судороги мышц живота, ибо истязание диким смехом продолжалось не менее получаса.

Нинка эволюционировала на глазах. Вершиной сеанса познания мира была картина, когда она, сидящая посреди двора, перед собой в руках держала зеркало, на её лице (мордой это я назвать уже не могу) было выражение какой-то вселенской задумчивости. Напряжённая работа мысли была в каждой её морщинке! Я уверен, что Энштейн, "рожающий" свою теорию относительности, не мог скорчить такого умного лица!

Буквально через три-четыре минуты, когда зрители уже начали отходить от хохота, в маленькую головку пришло озарение, пришло мгновенно! Осанка её изменилась, Нинка улыбнулась хитро, как следователь: "Ща я тебя, сволочь, выведу на чистую воду!" и резко повернула зеркало к себе тыльной стороной, чтобы чужая не успела спрятаться!

Чужая - успела! Озарение сменилось растерянностью и снова задумчивостью. Через минуту размышлений - опять озарение: "Всё! Теперь-то точно не уйдёшь!" Нинка напряглась и ещё быстрее развернула зеркало в противоположную сторону - чужая обезьяна опять оказалась проворнее.

За пару дней, убедившись, что пришелица, если её не трогать, тоже не проявляет агрессии, пищу не ворует, Нинка перестала обращать на неё внимание. Зеркало убрали.

Жаль, что видеокамера в те времена была ещё слишком большой редкостью. Нинка имела все шансы стать звездой Ютюба.

3.

Моя жена боится змей. Обычно она их просто боится. Но иногда панически боится. Панически боятся она их стала после того как увидела из окна нашего дома, как я стою и разговариваю с соседом, а у нас за спиной ползет метровая змея. После этого, недели три она перед тем как выйти из дома, она осматривала двор в бинокль, и что самое интересное, находила змей практически каждый раз. Она даже начала узнавать змей в “лицо”, что слегка умерило ее страх – она выучила, что возле дома живет только три змеи. Как только она находила всех трех, спокойно выходила из дома.

Однажды весной мы с ней пошли в небольшой поход. Шли вдоль горной речки. В какой-то момент решили пообедать и сели на здоровом камне который довольно далеко выступал в воду. Проходящие мимо люди приветствовали нас и показывали на что-то у основания камня. Мы махали им в ответ. На что они показывали, нам с камня видно не было.

Когда пришло время идти дальше, мы встали и увидели на что нам показывали люди - огромный клубок змей: у змей был разгар брачного сезона. Я еще только начал думать мысль про то, как мне сейчас придется уговаривать жену перепрыгнуть через этих змей, как оказалось, что уговаривать некого. Жена уже стояла на тропинке примерно метрах пяти от камня, причем никаких свежих следов на траве между камнем и тропинкой не было. Как это ей удалось сделать, причем сделать бесшумно, ни я, ни она так и не поняли.

В общем ... я прыгнул через этих змей, правда не сразу.

4.

Мои персональные премии Дарвина.
Это уже стало достаточно известным выражением, особо опасные тупости выдвигаются на присуждение этой премии, нацеленной на удаление из популяции особо глупых и деятельных особей.
И мы все читаем их с большим удовольствием, они действительно забавны, вызывают смех...
Вызывают они и чувство превосходства, читая, мы ощущаем себя куда умнее этих идиотов.
Зря, кстати.
Каждый из нас, кто больше кто меньше заработал себе такую же премию, а то и несколько.
Доказать?
Легко.
Вас, читатель, я не знаю, зато я знаю себя, знаю давно и хорошо.
Вы похожи, могу биться об заклад - за 30 лет в медицине я понял главную отличительную черту людей - их похожесть.
Отвлёкся, итак мои дарвиновские премии, самонаграждение ими.
Я, конечно, не могу соревноваться с такими гигантами высшей лиги дарвинистов, как, например, тот рэднек, который решил привести в порядок свой запущенный унитаз, сильно запущенный очевидно, ибо ему пришла в голову отличная идея - помыть его керосином, унитаз заблистал белизной за минуты.
И тут ему, (вы догадались, да?), приспичило по большой нужде.
Оправившись в сверкающий унитаз, он по старой привычке закурил...
Не, всё ничего было, пока он сидел и курил, докурив, однако, бычок в унитаз кидать было неразумно. Его зажаренную задницу нашли за 100 метров от дома, точнее, что от дома осталось.,,
Или вот палестинские террористы поехали с бомбой в ненавистный им Израиль, бомба была хорошая, злая, обещала много горя принести... но взорвалась на подъезде к границе, они поставили время взрыва по палестинскому времени, на час раньше запланированного взрыва, по израильскому времени.
Нет, таких высот я не достигал, иначе кто бы сейчас писал эту правдивую историю, я в малой лиге, мои глупости скромнее.
Она длинная, уж извините.
Реки в Латвии спокойные, равнинные, кроме Гауи.
Та побыстрее, особенно ранней весной, после таяния снега и дождей.
А вот впадающая в неё Амата вообще бурлила и была короткой, но очень энергичной речкой, вполне годной для сплава.
Я сплавлялся там пару раз с опытными ребятами на байдарках, классная вещь этот сплав, я стал соблазнять своих друзей пойти со мной, ребята, не пожалеете, чистый адреналин на чистом воздухе...
Соблазнил, байдарок мы не достали, решили сплавляться на чёрных надувных резиновых не то лодках не то плотиках.
Мнда...плохая идея, они были практически неуправляемы, вертелись вокруг своей оси и норовили застрять в ветвях упавших деревьев и прибрежного кустарника. Хуже того, риск пропороть их был велик, масса притопнувших стволов с острыми обломанными ветками.
Мы часто застревали, отталкивались веслами и руками, пока я, схватившись за нависшую ветку, не был выдернут из лодки и остался висеть над водой,
Ветка была достаточна толста, чтобы выдернуть меня из лодки, но недостаточно сильна выдержать мою тушку над водой, медленно макая меня в холодную воду и плавно пружиня меня наверх, после трёх повторов цикла воздух-вода-воздух мне надоело изображать поплавок во время поклёвки и я отпустил ветку и упал в воду, перешёл речку вброд и вылез на берег, мокрый-мокрый. И холодный и поумневший, одновременно: от веток можно отталкиваться, хватать их не надо.

Сплав по Мрас-Су, Кемеровская область, Хомутовские пороги, знаменитые.
Всю дорогу облизывались, предвкушали, но не судьба, прошли дожди в верховьях, река набухла и заревела, пороги стали непроходимы для нас, малоопытных байдарочников.
Хорошо, что у Саши, лидера нашей группы, хватило мудрости: не сможем, убьёмся, будем проводить байдарки на бечёвке, с берега.
Ох и тяжёлая эта работа, берега в валунах да скалах, громадные погибшие деревья валяются, не прогулка в парке, точно что нет.
Медленно мы пробираемся, главная задача - держать байдарку на двух бечёвках близко к берегу, параллельно ему, не дать стремнине шанса ударить в бок байдарки, вырвет из наших рук и поминай как звали, разобьёт байдарку о пороги, и палатка и провизия погибнут, а главное - на чём плыть, потеряв байдарку.
Сплоховала напарница, идущая сзади по моим следам: она ослабила контроль за кормой.
Нет, свою-то она сберегла, а вот байдарке пришлось худо, поток хищно набросился на подставленный бок и выдрал бечёвку из рук напарницы, потащил байдарку к центру стремнины...
Мишка, держи!!
Легко сказать - держи, сила у реки неимоверная, меня поволокло по валунам и топляку, якорь из меня получился так себе, байдарку тащило к середине реки, на пороги...
На наше счастье, поток завернул байдарку в заводь, подбежали ребята, освободили меня от бечевы, я оказал сам себе помощь, как медик экспедиции, порезался и ушибся неслабо.
Саша подытожил: героическая глупость и сейчас, 35 лет спустя, я с ним согласен наполовину, глупость и есть. Дарвиновская.

Так, надо покороче, глупостей ещё много.
Построенная нами землянка простояла всё лето и только чудом не стала братской могилой, укрепили мы её слабовато, подростки те ещё архитекторы хреновы.
Также мы проиграли соревнование с бобрами: их плотина и запруда простояли всё лето, наша - три дня, мы пренебрегли маленькой дыркой в основании дамбы и её размыло за пару часов, река полностью восстановила течение по руслу.

Медицинские премии: молодым я впопыхах влез пальцем в нитроглицериновую мазь, применяемую в кардиологии и только через пару минут рванул к раковине, смывать - вторая ошибка, горячей водой.
Такой раскалывающей башку пульсирующей головной боли у меня не было ни до ни после...
Молодым анестезиологом я попал на ротацию в туберкулёзную больницу под Ригой, кстати, одна из лучших больниц где мне привелось работать в Латвии.
Тяжелейшие случаи активного туберкулёза, не поддающиеся терапии, поступали в хирургию, даю наркоз для удаления части поражённого лёгкого, строгие меры защиты, ввожу в наркоз, устанавливаю трубку в трахею и по привычке нагибаюсь дунуть в трубку, устаревшая ныне привычка анестезиологов 80ых.
Нагибаю голову и чувствую сопротивление, палец заведующей отделения (блестящий специалист, кстати) отгибает мою голову от пациента...
Коллега, вы не хотите этого делать, открытый туберкулёз, однако...
Добрая умная флегматичная пожилая латышка, спасибо вам за мудрость.
Я же заслужил малую дарвиновскую премию, без сомнений.

Стройотряд, дома в Карелии, из брусьев, длинных и тяжёлых, из бревна выточенных, древесины в Карелии много...
Две премии: одна за самопогребение под брусьями, разрубил связку стоя наверху, на связке, ребята вытащили, разбросав кучу в секунды, отделался испугом и царапинами, премию вот получил..
Вторая - несём с напарником брус для длинной стороны дома, метра 4-5 брус, на плечах, дойдя до места - сбрасываем.
Напарник новый, сбрасывает брус на землю до окончания счёта, меня сильно и пружинисто стукнуло и откинуло в сторону, ему матюки, мне дарвиновскую, не прорепетировал счёт заранее, заслужил.

А вот и свежая дарвиновская, недавняя: электрошокер или тэйзер, для защиты моих шавок от больших собак или койота.
Заряжается от сети, держит заряд недели 2-3, также работает как фонарик.
Забыл зарядить, проверяю перед прогулкой, нету ни звука ни разряда, светит еле-еле.
Со словами - чё, совсем сдох, я решаю проверить на себе и прикладываю руку к шокеру , нажимаю на кнопку, нет, не сдох - затаился, достаточно сильно бьёт меня током...
Ну вот как тут не присудить дарвиновку?!?!
Разговорился я , однако, откланиваюсь, с надеждой, что кто-то подхватит тему и родится новый жанр: моя личная дарвиновская премия.
Буду ждать.

5.

Давно это было. Или: Первый опыт путешествия на плоту по реке.
Год 1975….1978 (Точнее сказать не могу, забыл).
Мы - народ артельный,
Дружим с топором.
В роще корабельной
Сосны подберём.
Православный, глянь-ка
С берега, народ,
Погляди, как Ванька
По морю плывёт.
А. Городницкий «Строителям Петровского флота»

В интернете очень много постов про детство, примерно моих сверстников. Копировать и цитировать ни один из них я не буду, но оговорюсь, все это было: и карбид, и шифер в костре, и войнушка, и индейцы, и выплавление свинца, и рогатки – луки – самострелы. И еще, ну очень много иных детских развлечений.
Но была и одна изюминка – у нас была Волга, со всеми прилегающими к ней оврагами и оползневой зоной*.
Год у ребенка, выросшего у нас, и примерно одного года рождения со мной, выглядел так:
- Лето, это Волга, купание до посинения, отогрев детского организма в горячем песке, посильная помощь рыбакам из рыбколхоза (сортировка выловленной рыбы: товарная грузилась в приходящие грузовики, а мелочь насаживалась на прутики и зажаривалась на костре для подкрепления сил растущих детей); поедание всего съедобного (нет, мы не голодали, но кто устоит против спелого паслена, солодки, неспелых коробочек мальвы и других подобных вкусностей);
- Осень, это школа (и ничего не поделаешь) и броски в оползневую зону (сталкеры!), для поедания совершенно ничейных яблок и груш;
- Зима, и мы катаемся на санках, в овраге, на дальность (секундомеров не было, засекать время прохождения трассы на наших скелетонах и болидах из бобслея нечем, и принцип прост – проехал дальше – ты чемпион).
- Весна, и о ней расскажу подробнее: «Ведь нам всегда будет сниться весна».
Весной сходил снег со склонов оврагов и обнажал жутковатые, и кстати смертельно опасные подарки Великой Отечественной - ни разу не нашел только пистолета, а так от штык-ножа до вполне исправного пулемета (мины, снаряды, бомбы не в счет, их не трогали).
Снег в оврагах таял и наполнял водой нашу маленькую речку – Елшанку.
Летом: речка-переплюйка (по колено максимум). Осенью – ручеек, зимой под снегом не видно.
Весной другое дело. Весной, во время таяния снега, на три-четыре дня, наша маленькая речка превращалась в шумную, стремительную реку. Она вылетала из огромной бетонной трубы под железнодорожной насыпью, и через километра два-три впадала в Волгу.
Четверо детей (скорее подростков, или недорослей) стояли на берегу Елшанки, они были заняты самым важным делом – пускали бумажные кораблики и любовались как поток уносит кораблики вдаль.
Назовем их так: Капитан (он решил, что будет капитаном), Боцман, мистер Сэмпсон и я.
Капитан, задумчиво глядя на очередной уплывающий кораблик, произнес: «Давайте построим плот и прокатимся на нем до Волги».
Решение о строительстве было отклонено сразу (паводок три-четыре дня, не успеем), но что-то поселилось в пытливых, но неокрепших умах.
Вот вы подумали, ну разве дети (пусть даже подростки) могут строить далеко идущие планы? Могут! И не только планировать, но и воплощать их в жизнь.
Мы задумали построить плот к следующему паводку, и в начале лета (каникулы!) идея приобрела четкие очертания.
Первоначально было решено строить из бревен, благо этого добра хватало – рядом деревообрабатывающий комбинат, к берегу которого, на лесотаску постоянно подводят плоты и беляны (ну это такой пятиугольный, в плане, многоярусный плот), стройматериал просто валяется на берегу. Быстро поняли, что бревно нужных нам размеров мы просто не поднимем, а его еще тащить километров пять до точки старта. Задумались, и думали долго, дня два.
Проблему решил Капитан (ну очень ему хотелось ощутить себя капитаном уже сейчас), он собрал совещание и сказал: «Я вчера смотрел Клуб кинопутешествий, в нём показывали каких-то людей, которые катались по горной речке на плоту, у которого снизу автомобильные камеры, а сверху настил из досок, вот. Но, правда потом они перевернулись и их долго спасали».
Камеры у нас конечно были (нет, ну вы подумайте, ребенок на Волге и без камеры – это ж просто нонсенс какой-то), но впереди почти все каникулы, и без камеры никак.
- Не. камеры понадобятся только весной (это Капитан), а вот помост сделаем сейчас, и будем хранить во дворе у Боцмана (он жил в двух шагах от предполагаемого старта), но камер нужно шесть штук, где-то надо достать две, это обеспечит нам дополнительную плавучесть (какие слова знает). Доски стырим на комбинате.
- Капитан, а этот помост просто лежит на камерах (Боцман), и как они им управляют?
- Не, камеры привязаны какой-то веревкой, широкой**, а рулят шестами, длинными*** спереди и сзади, они вроде ими от камней отталкиваются, но мы так не будем – камеры привяжем, а шестами от дна будем отталкиваться.
Работа закипела. Боцман пообещал негласно позаимствовать две недостающие камеры у старшего брата (ну ненадолго же, он и не заметит). Добыли веревку (бельевую), стырили доски, и из кленовой поросли вырубили четыре (не два) шеста, ошкурили их и положили их сушиться под навес во дворе у Боцмана. Сколотили помост, тщательно загибая и заколачивая внутрь загнутые концы гвоздей в доски (не проткнуть камеру).
Все было готово заранее (еще с осени), осталось дождаться весны, а она в том году запаздывала.
До конца весенних каникул оставалось всего четыре дня, и вдруг бурное потепление (ну, это как обычно – из шубы в шорты), речка резко вздулась, и мы поняли – пора.
Собрали наш плот, остудили камеры в в воде, подкачали в тугую, осторожно, по одному, с шестом в руках залезли на плот, и последний (Боцман) резко оттолкнул плот от берега и запрыгнул на него.
Действительность оказалась несколько иной, нежели мы задумали. Да, конечно волшебный полет по реке, но в каждом повороте мы тычемся в берег, наконец оттолкнулись, вышли на стрежень, и… Оказались выброшенными в Волгу причем сразу довольно далеко от берега. Шесты до дна не доставали, а грести шестом по меньшей мере бесперспективно. Экипаж охватило легкое уныние.
До берега метров тридцать - сорок, ах если б лето – прыгнул и доплыл, но, увы и ах – конец марта, водичка довольно прохладная, и мы в одежде. Есть, конечно и положительные моменты, например - плот устойчиво плывет, не качается и вообще, часа через два-три (ну четыре) и нас прибьет к берегу в Кировском районе (там Волга делает поворот налево). Романтика!
Романтика романтикой, а на воде прохладно и покушать захотелось, и попить, а количество припасов на судне стремится к нулю. Воду из Волги в разлив никто не пьет (призрак холеры помним все). Из дельных вещей присутствуют: весьма необходимые на открытой воде шесты, насос, перочинные ножи, коробки спичек и с солью, и еще метров пять бельевой веревки.
И движемся мы как-то странно – медленней чем рассчитывали да и своенравное течение норовит увлечь плот к левому берегу, точнее к острову Сарпинский, который обитаем, но до обитателей далеко и они на другой стороне.
Ситуацию разрулил РК (рабочий катер, их тогда на Волге было очень много). Он подошел к нам, его кэп наверное был очень удивлен, увидев четверых школьников посередине реки. Катер очень осторожно прижался к нам, нам кинули веревку, и спустили веревочную лестницу (сейчас, я бы сказал: штормтрап). Капитан (наш), как и полагается покинул судно последним. Никакие уговоры не заставили экипаж РК подобрать с воды наш плот, когда нас высаживали на берег, кэп, ну или шкипер, высунулся в форточку и проорал: «Скажите спасибо, что участковому ничего не скажу».
Вот и кончилась первая попытка путешествия по реке на плоту, интересно, как Боцман будет летом объясняться со старшим братом.
P.S. Тот, кто смотрит на нас с небес, иногда учитывает искренние порывы детей и подростков: Капитан, водит сухогрузы и танкеры (правда на реке); Боцман выработал полярный стаж на ледоколах (сначала механик, потом стармех); мне вместо вожделенного паруса достались многолетняя работа на заводе, связанном с ВМФ, и двухлопастное весло, я начал ездить в командировки и осваивать сплав по горным рекам; только мистер Сэмпсон к воде не имеет никакого отношения – а может и не сильно хотел он водных просторов.
Пояснения:
*В Нижней Елшанке в 1969 произошел сильный оползень, вниз съехали две улицы (правда без жертв и разрушений), некоторое время было очень странно видеть покосившиеся дома с садами далеко внизу.
** Ну, конечно – это парашютная стропа.
*** На каркасно-надувном плоту – это называется греби (такое длинное весло, при помощи которых плот смещается перпендикулярно потоку, а лопасть Капитан просто не увидел).
Волжанин.

6.

Очень много букаф. Ностальгическая. С благодарностью к первому тренеру.

В далеком советском детстве не было компьютеров и плэйстейшн. Но бывали свои маленькие радости. Например, играть во дворе в хоккей весь день напролет. Потому что мороз -46 и по радио объявили, что в школу можно не идти. Но это уже классика. А вот случай, произошедший со мной лично был несколько не типичный.

Была у нас в городе Станция Юных Техников - СЮТ. И среди прочих авиа-судо-моделистов и картингистов была в этой СЮТ парусная секция. Вел это парусную секцию весьма своеобразный и интересный мужик. Ни разу не педагог, но фанат своего дела. Художник, кстати, и весьма неплохой. Одним словом - тренер. Даже не так - Тренер.

Как-то раз, всё жаркое лето мы с пацанами под его руководством днями напролет чинили старую яхту, которую он купил в соседнем городе за... Тадам-с! Две бутылки водки! И еще четыре бутылки у него ушло на доставку этого старого корыта в наш городок на пристань. Когда наконец к 31 августа смогли-таки закончить ремонт, мы все дружно заныли:
" - А поход?? Мы же так мечтали на ней в поход сходить. А завтра уже первое сентября!!.."

Но Тренер успокоил нас - впереди выходные. Успеем в поход сходить. До ближайшего соседнего города и обратно.
Только судьба внесла свои коррективы. В первую же ночь похода, пока наша яхта стояла в закрытом уютном заливчике, разыгрался хороший шторм. Соваться в открытую воду на старенькой яхточке было бы самоубийством. Несколько дней мы провели любуясь большими волнами снаружи заливчика и пожирая гигантскую вкуснющую чернику, до которой в тот год не добрались ничьи алчные лапы, кроме наших. И, после того, как шторм утих, мы не стали возвращаться в наш городок, а продолжили поход по запланированному маршруту. По прибытию в соседний город Тренер, оставив нас караулить яхту, рванул на автобусе в родные пенаты. Там обошел всех родителей и честно огрёб от них по полной программе. Пришлось ему также пройтись по нашим школам и написать объяснительные. А также выслушать в свой адрес от профессиональных и "профессиональных" педагогов всё, что они о нем думают...

В общем, имел он моральное право после такого "строить" нас по своему усмотрению. Никто и пикнуть не смел. Одни только припухшие от удивления лица некоторых одноклассников чего стоили, после невзначай оброненной фразы: "В школу что не ходил? Да так... Мы на яхте с Тренером заштормовали - пришлось несколько дней в бухте отсиживаться, пока не утихнет"... В 9-10 лет это дорогого стоило.

А "строил" нас Тренер порой весьма жестко. На его шестиэтажные маты мы со временем даже реагировать перестали. А косячили, все равно, регулярно. Поэтому в случае особых косяков Тренер ставил нас строем и "прописывал" каждому сма-ачный удар в грудину. Как мы с пацанами тогда говорили "в душу". Что интересно, никому из нас даже в голову не приходило жаловаться. Например, родителям или еще куда-то на сторону. Заслужили - получили. Всё логично.

Как-то раз во время очередного такого прописыванья "в душу" один парнишка из наших, стоявший в середине шеренги, спросил:
- Имярек Имярекович! А можно мне не в "душу", а в живот?
- Э... М-мм... Это еще почему?
- А у меня там пресс!!
Тренер и мы все засмеялись. Тренер тут же остыл. И "прописка" прекратилась. Я стоял в конце шеренги - и мне в тот раз свезло...

Прошло несколько лет. Пацаны в секции были все старше меня на год. И после своего восьмого класса дружно уехали в соседний город поступать в мореходку. У меня же впереди был еще восьмой класс, после которого я умотал в Питер в физматшколу. А пока были летние каникулы. В яхт-клубе было затишье. Местный комбинат купил несколько каютных яхт. Для туризма и гонок. Сотрудники комбината выбирались в поход или погоняться только по выходным. Брали, разумеется, и меня. В том числе и потому, что я был самым опытным в клубе яхтсменом после Тренера на тот момент. На яхте обращаться на "Вы" зачастую некогда. И взрослые мужики - инженеры, начальники отделов, техники и так далее, солидные люди, уже с детьми, сразу сказали мне - "обращайся на ты, не парься". И у меня, тринадцателетнего на тот момент пацана, первое время рвался шаблон от того, что на яхте я командовал и говорил им "ты", а на суше не мог себя перебороть и говорил "Вы". Но мужики быстро всё освоили и сами стали хорошо управляться с яхтами.

В будние же дни того лета я маялся от безделья. И как-то раз, в понедельник, когда до следующего похода оставалась еще целая неделя, по привычке пришел на берег. Проверить, все ли в порядке. Посидеть на причале или в "кают-компании" - этакой гостиной на втором этаже того двух-этажного сарайчика-эллинга, который мы с пацанами построили за год до этого под руководством Тренера. Где лежат ключи я, естественно, знал, на правах одного из "старожилов" яхтклуба. В общем, убить время пришел. Но не удержался. Полез на одну яхту что-то поправить. Попутно заметил, что там было что-то не убрано с палубы внутрь каюты. Непорядок - могут украсть. Пошел в эллинг взять в тайнике ключи от каюты. Вернулся на яхту. Всё убрал. И тут как сорвало меня. Не стал запирать, а напротив - вытащил и поставил паруса, отдал швартов, запрыгнул на яхту выбрал якорь и почесал прокатиться. Катался часа два. Потом спохватился, что скоро конец рабочего дня и с завода по берегу пойдут мужики - запалят за этой самодеятельностью...

Через какое-то время я уже регулярно приходил на берег по будним дням ровно к восьми часам - когда на заводе уже шел рабочий день. Ставил паруса и ходил вокруг ближайших островов - километрах в пятнадцати от яхтклуба. Благо погода установилась такая, что после утреннего штиля ветер всегда был хороший - туда и обратно занимало часов пять-шесть. Но... Как-то раз вдруг попал в штиль у островов. Проторчал часа три-четыре. После начался хороший попутный ветер. Я обрадовался было - быстро до причала "доеду" как на трамвае. Поставил паруса на "бабочку" и полетел. Навстречу звиздюлям, вообще-то. Но я немного забегаю вперед...

Ветер потихоньку перешел в шторм. Пришлось встать в левентик и убрать грот. Пилил дальше под одним стакселем. Попутно аж ногами приходилось упираться в стенку кокпита, чтобы удержать руль - яхту то и дело пыталось кинуть в так называемый "брочинг". Подъемное перо руля на вертлюге повернулось аж из вертикального в горизонтальное состояние. Под напором воды от скорости. Зато скорость была - на загляденье. Особенно, когда на волну сядешь и едешь со скоростью волны...

Сейчас-то я понимаю - если бы я узнал, что мой ребенок в тринадцать лет такое вытворяет, наверное, прибил бы собственноручно. Попутно стал понимать и соглашаться с тем тезисом, что "мужчины - это случайно выжившие мальчики".

Уже издалека заметил на причале одинокую фигурку. В воздухе ощутимо запахло люлями. Как сказали бы Ильф и Петров, "Он понял, что сейчас его будут бить и возможно ногами". Но деваться было некуда - в первую очередь надо было побеспокоиться об яхте. Рассчитал траекторию, учтя что в этом месте илистый грунт, а ветер попутный, встал носом к ветру, отдал с носа якорь, вытравил достаточно якорного каната и выждал, чтобы якорь "встал". Убедился, что яхту не несет. Убрал стаксель. Стравил якорный канат так, чтобы корма яхты оказалась в метре-полутора от причала.
Тренер крикнул через порывы ветра - "Кидай конец!" Даже не добавил своих привычных "этажей" в тот раз. Но я сам, поймав момент, когда корма подпрыгнула на волне, выпрыгнул на причал, заложил швартов. После запрыгнул обратно на яхту. Аккуратно сложил паруса и все "концы". Убрал всё, что нужно в каюту и запер. Хозяйским взглядом окинул яхту - все в порядке. И запрыгнул обратно на причал, понимая, что тут мне и "маленькая беленькая лисичка" пришел...

На моё удивление, Тренер не был суров, а стоял и улыбался. В какой-то момент он даже рассмеялся. Сейчас бы я даже сказал, что он заржал. Я, весь в непонятках, стоял и ждал. Наконец, он стал серьезным и спросил:
- Знаешь, почему ты до сих жив?
- Неа...
- Потому что меня гордость взяла. Как хорошо, оказывается, я вас, оболтусов, обучил...

Через некоторое время тренер привел двух четвероклашек из поселка, который был неподалеку от нашего городка. Одного посадил на яхту вместе с собой. Второго "вручил" мне. И мы гонялись в режиме матчевых гонок в акватории нашего городка на тех каютных яхточках, попутно обучая новеньких пацанов. К островам тоже ходили. И в одной из таких гонок, до островов и обратно, я выиграл у Тренера его коллекцию из нескольких десятков журналов "Катера и Яхты", которые он поставил на то, что я не смогу обогнать его ни в одной из этих гонок. Целое сокровище для юного яхтсмена в те доинтернетовские времена! Да и не только для юного, вообще-то, в те времена. Люди тогда за этими журналами буквально охотились. Перерисовывали с них чертежи и, исправляя погрешности самостоятельно, строили по ним собственные яхты...

Сейчас я подозреваю, что он, похоже, специально один раз проиграл, чтобы меня поощрить. Все-таки, Тренер. Но тогда мне было 13. И я принял всё за чистую монету. Видя как он "сокрушается"...

7.

В продолжение темы чудо-целителей.

Года так три назад сранья заваливает ко мне участковый да не один - ещё пара автоматчиков и зачем-то фельдшер из местного отделения коновальни №4 районного управления здравоохренения. Думаю - хуяссе, прям расстрельная команда, где спалился то?
Начали издаля - как дела, ничего не беспокоит, жалобы есть, может, али предложения кондиционные - ну, говорю, предложение у меня пока одно - в плечо меня поцелуй, ты ж тоже не с главного начал.
Ну, перейдем тогда к главному - вчера отзвонились грибники, в посадках вдоль проселка жмуры валяются - не твоя ли работа? Не, говорю, я в тех посадках жмуров не сбрасываю, больно близко - а сам думаю - не пизданул ли я чего лишнего.
Ну, раз не твоих рук дело - окажи ка, брат, услугу - побудь понятым и заодно придумай на чем их забрать оттуда, а то у нашего уазика переднего кардана нет и он поэтому только по дороге ездит.
Ладно, говорю, мотоблок с телегой выделю - с вас мешки. И перчатки.
Собрались - покатились. Место и впрямь не особо наезженное, проселок лесовозами так расхреначен, что и камаз бы сел на мосты. Ну, у меня техника как раз для этих мест - телега как раз чтоб валежник из леса таскать и мотоблок с колесами от здоровенного квадрика, выменял в свое время.
Идем, шаримся, нашли, в общем, по запаху, три жмура, вид примерно суток на трое, городские. Кроме трехсуточного вида была ещё одна особенность - показались они мне поломанными изрядно. Присмотрелся. Да уж, попали парни в передрягу - били их страшно, много сломанных ребер, руки сломаны у всех, лица в кашу, короче - зверство одно. Менты меж тем карманы обшмонали, вытащили что можно, участковому протягивают. Тот смотрит, говорит, всё ясно, преступление раскрыто, грузите. Я ментам - грузите, хуле, я вам не грузчик, я извозчик. Погрузили, поехали. Доехали до уазика, тут участковый говорит - ээээ, Витя, фпизду мне это надо, кати их к своему фигваму, мы счас подъедем.
Думаю, ёбнулся наш Василий Патрикеевич, или, как минимум, чудаковат с годами становится. Да хуй с ним - куда он от трех пакетов с мясом денется.
Приехал, стою жду. Час жду. Приезжает. Один. Без свиты. Садись, поехали. А эти? - спрашиваю. Нахуй, не до них сейчас.
Думаю - бляя, чудит чота Патрикеич, внимательно надо за ним.
Сели, поехали, приезжаем - о, точно, а вот и лесовоз, а вот и водила - некто Миша, а вот ему и пиздец, ибо с таким еблом, с каким он нас увидел, только показания давать. Губу оттопырил, репа жаалобная, думаю, вот сцуко преступник потомственный, подикана с каторжан ещё генеалогию ведет.
Ну чё, спрашивает Патрикеич, точнее - чё за на то? Ты чо, Мишаблять, женился и ребенка заделал чтоб остаток жизни им письма жалобные писать из тюрьмы? Излагайбля, что за приступы чикатиловщины в нашем уютном и мало известном в центре районе?
Дак что, Патрикеич, не со зла ведь мы, точнее, без умысла. Пришли в воскресенье с отцом и братом с покоса - а дома бабка счастливаяя сидит - купила, говорит, чудо-аппарат, у проезжих городских светил медицины. Ентот аппарат в два счета все хвори излечивает без всякой бани и заодно воду и молоко стерилизует. И показывает Миша нам аппарат из блока питания телефонного и трех разноцветных светодиодов моргающих. Хуйня, что отдала лекарям все сбережения семейные, они ж ещё и брошюрку дали как этим аппаратом пользоваться правильно и чтоб хватило на всех. Говорит - ну, теперь и соседей всех вылечу, в два счета деньги отобьются.
Кинулись мужики вдоль по улице - искать благодетелей. Нашли их доме так в пятом от своего - да, сидят, показывают свое чудо-изделие очередной бабке, называя при этом благодать от разноцветных моргушек целебной фитотерапией. Ну-ка тормозните ка, сученята, говорит батя, я закуп хуйни в этом году бюджетом не предусмотрел. Да иди ка ты нахуй, уёбок - успели сказать чудо-лекари, после чего приняли горизонтальное положение, из которого впоследствии не вышли.
Пиздили их всей улицей, все мужики, дома которых обошли эти упырьки, пока хозяева работали. Потом подтянулись мужики с улицы, примыкающей к этой - день потому что у упырьков выдался урожайным. В общей сложности продали 16 приборов по 30-40 тысяч за штуку, разумеется по акции и со скидкой 70%.
После чего погрузили мясо на мишин лесовоз и отвезли в посадки, подзабыв, что от них рукой подать до полузаброшенной платформы, интересной летом только нескольким выросшим в этих краях городским грибникам.
Нда, сказал Патрикеич, так вот вы какие, народные лекари, посетившие на позатой неделе мою тещу. Которая теперь сидит тупо уставившись на разноцветную поебень и думает, что у нее началась деменция.
Короче так - я не знаю и знать не хочу каково это - посадить две улицы мужиков в деревне из трех улиц. Но и надеяться на вас, мужики - не могу, вы свою репутацию умных в моих глазах проебли напрочь. Поэтому - уже обращаясь ко мне - Витя, берикана вот этого простофилю в помощь и давай уже, организуй, так сказать, близкое знакомство этого гавна с червяками, надеюсь, понятно - там, где я их никогда не найду. И если тебе покажется, что кто-нибудь когда-нибудь раскроет таки нашу небольшую тайну - прикопай уже и Мишу там рядом или язык ему отрежь, в общем - прими меры, как говорится.
Ну что, говорю Мише - лесовоз твой, надеюсь, заправлен? Поехали уже, как говорится, придумывать куда это дерьмо утилизировать, путь неблизкий предстоит.
Ну, тут и сказочке конец, как говорится, приезжайте к нам исчо.

Для товарисчей впогонах - всё неправда, любые совпадения случайны.

8.

Решили мы с компанией смотаться на Тарханкут. Автобус заказали, загрузились, приехали. Температура в тени (если ее еще найдешь, ту тень) в районе +50, солнышко шпарит кипятком. Жарко - не то слово. По-быстрому спустились к морю, водичку пощупали, она как парное молоко. Приняли решение стать водоплавающими. Переоделись и пошли в воду. Все женщины в душе богини, и на смертных внимание не обращают. Вот и я, гордой походкой прошествовала к воде, не присматриваясь к "странному" поведению отдыхающих. Зря. Думала, что выход/вход в воду на четвереньках (практически на пузе) связан с желанием подольше в ней пробыть (жара дикая). Ну, звездень невероятная, гордо вошла в воду. Три шага я сделать успела. А потом упала. Камни под ногами скользкие ужасно. Хорошо в кепке была, козырек спас меня от удара о дно лицом (уперся в камень). Мои впечатления на этом заканчиваются, дальше со слов очевидцев: иду я, деловая, с лицом "вы все грязь под моими ногами", а потом падаю. На четвереньках, лицо под водой, вокруг пузыри, но спинку выгибаю и ножку вытянула, как в журнале. Смеялись с меня всем пляжем. А я чё, зато окунулась с головой (плавать не умею, потому не ныряю). От жары обалденно) Пока любовалась подводным миром, нашла вход в пещерку, в которой мы потом дружно залезли и напугали дайверов, чье тайное укрытие случайно рассекретили.

9.

Проникновенье наше по планете
Особенно заметно вдалеке

Начнём с того, что белых часто пугают чёрными. Типа, если ты такой крутой, пойди прогуляйся в чёрном районе. Возвратишься оттуда, тогда и поговорим.
Расскажу вам несколько историй. Я же с людьми работаю. Забираешь такого из тюрьмы или отвозишь, а он поговорить хочет с нормальным напоследок или на старт. Они произошли с разными людьми, но для простоты рассказ буду вести от одного человека.
Так вот, Игорь, чёрные, как мы, русские. Такая же психология. Украл, выпил, в тюрьму (с). Половина уже сидела, половина в очереди стоит. Вопросы между собой решают кулаком и оружием. В полицию стараются не обращаться. Одно время я с ними жил. Ну как жил? Босс мой инвестировал в недвижимость. Покупал за 15-30К дома на пару семей на юге Чикаго. Мы ремонтировали и он сдавал в рент. Пару месяцев ты там работаешь и через несколько дней уже видишь, где продают траву, сколько берут за экстази. При желании и что-то пожёстче купишь. Полиция не знает? Полиция крышует. Босс чикагской полиции получает около 350К, а полицай 35К. Вот они и добирают. Клиентов также не трогают. Какая проблема задержать белого водителя, вечером, в чёрном районе, к тому же едущего "против шерсти"? Но не задерживают - не распугивают клиентов.
Так вот. Обычно когда домик уже завершён или близок к завершению, приезжаешь утром, а он пустой. В смысле без холодильников, светильников, плит, стиралок, шкафчиков. Да что там окна и двери? Электрические провода вытягивают и водопроводные трубы. Даже воду не перекрывают. Ну вот босс и ищет желающих пожить на завершающем этапе. И это до последней заселённой квартиры. Был у нас случай, что 3 заселили, так одну обчистили и все обогреватели, кондиционеры с подвала и крыши сняли. В полицию, канешно, никто не позвонил.
Ах, да. Мало кто на такое проживание соглашался, а я всегда. А чё? По трефикам на работу-с работы добираться не надо. Днём получаешь за то что работаешь, а ночью за то что спишь. Да и девушек есть где принять. Ночью привезёшь - она и не знает где она. А всё новенькое, красивое.
Но ты ведь там живёшь. Даже по полгода иногда. Ходишь гулять, по магазинам, снег чистишь, траву стрижёшь. Проблемка в том, что нельзя сказать, что ты один из них, с этого района так сказать, ведь "и так видно синку, что ты не москаль". Сначала потихоньку тормозят по дороге с магаза. Мол чё, потерялся? Потом просят поделиться пару баксами! Дальше будут приходить на твой участок и делать, что хотят. У нас было два мужика, что дело до такой ситуации довели, что из дома нос не показывали и ещё им стёкла регулярно били. Один экономист хотел пешком ходить 7 км к своему дому по прямой улице, так на третий день его два квартала гнали и пиздили.
Я же "рос в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал". Поэтому стоишь спокойно, смотришь в глаза и объясняешь, что ты не потерялся. Ты тут живёшь. Баксы у тебя есть, но делиться ты не будешь, так как самому нужны. А откуда я такой борзый?.. Прихожу из магаза, а во дворе сетку с паркана снимают. На меня ноль на массу. Э, говорю, работнички, пиздуйте нахуй. Это моя территория и вынимаю телефон. А они так со смехуечками, не переставая работать, мол сьебись, мазафакер. Пока ты будешь звонить на полицию, пока они будут ехать, мы часть натяжек скрутим и смоемся. Через два часа опять. Ну и так под утро погрузим эту рабицу на машинку и уедем. Я в ответ только поржал. Не говорю, нига, (резкий столбняк), я никуда звонить не собираюсь. Я делаю твоё фото. Потом вышлю его своим друзьям. Если со мной что-то случится, чтобы они знали кого искать. А после этого поломаю вам ноги и выебу ваши чёрные задницы. А все потому, что я не мазафака, а русский. Ещё два шага к ним сделать не успел, а светлый их образ растворился в вечернем тумане.
Инвесторка выселила семью за неуплату. Те вроде ушли, но дом закрыт и кто-то там продолжает жить. Подъезжаем, открываю, заходим. Оппа, а там младшая дочь лет 14, её ребёнок годовалый и парень лет 25 на вид. Пока барышня пробует поговорить, он её отодвигает рукой и идёт на выход. Стаю в дверях. Он не заморачивается. Начинает открывать окно... Але, гараж! До прихода полиции все сидим на жеппах ровно. Товарищ не реагирует. Подскакиваю, хватаю за шею, валю на пол, походу обыскивая на наличие ножей и пистолетов. Парень в шоке. Белые должны бояться слово сказать, а этот бросается. А потому что я не белый, я русский. Тогда в ход идёт вторая серия. Малая начинает орать, что её насилуют. Хватаю за горло, прижимаю к стене. Видно, что она уже через это проходила - испугана и растеряна. Сейчас, говорю, прострелю твою дурную башку, если не заткнешься, а потом его удавлю и пистолет ему в руку вложу! Тишина и спокойствие до приезда полиции. Та на матрасе сидит и плачет, он лежит и не движется. Полицаям обрадовались, как маме. Те меня, канешно, обыскали. Только трудно найти то, чего не было. Соответственно и веры в рассказ никакой. У нас на руках решение судьи. Спрашивают хотим ли мы их посадить. Моя барышня уже сама чуть не описалась, а я говорю, что нет. Пусть выметаются. Те пробуют вещи какие-то собирать. Не, - говорят полицейские, - только то что в руках и нахер с пляжа. Паренёк пригрозить мне пробует судом, но полицайка спрашивает, что он здесь делал с несовершеннолетней и малым ребёнком. Парень затыкается и сваливает. Полицейские прощаются, подходят по очереди ко мне и жмут руку. Напоминают, что документы они проверили и в случае желания мы можем тех судить. С выхода один возвращается и тихо предупреждает, чтобы я сейчас с пистолетом не выходил, а то их могут заставить ещё раз меня обыскать. Я смеюсь и объясняю, что я русский. Ещё раз жмёт руку и они уезжают.
Прихожу вечером за деньгами за рент. Шесть квартир по 200-300$. Остальное доплачивает государство. На третьем этаже дверь открывает приходящий отец. Ну, живёт мужик с бабой, только не расписаны. Трое детей из пяти его. Она на полном государственном обеспечении, а он живёт за её счёт. Или своей способности размножаться. Уже второй месяц не платит 70$. Прошу Тамару (ага, такие имена). Нету, типа, её. Говорю, что это его последнее предупреждение. Завтра приду в 8 вечера и если не будет денег послезавтра с утра приеду с рабочими и выкинем вещи на улицу. Потому что я его не знаю (три года живёт) и квартиру снимал другой человек. Он в бешенстве говорит, что с деньгами, которые я насобирал, я ещё сегодня до дому не доеду. Объясняю чудику, что пристрелю каждого рискнувшего, а его к куче за наводку. Ещё из здания выйти не успел, а тут полиция. Мол, пистолетом размахивал и перестрелять всех грозил. Смотрят волком и руки на рукоятках. Э, - говорю, - гайсы. Я хороший парень, - перехватываю инициативу. Счас я стану личиком к стеночке, ножки поставлю пошире, ручки подниму повыше. Вы меня обыщите, с моего разрешения, и тогда поговорим. Соглашаются. Хлопают по карманам, ищут под мышками, за поясом. Успокаиваются, выслушивают, извиняются. На прощание заговорщицки сообщают, что могли б и машинку обыскать. В ответ даю визиточку, где большими чёрными буквами написано KGB. Гамма чувств на рожах, пока дочитываются, что это спортивный клуб. Ржут, что-то говорят один другому о crazy russian и поднимаются к должнику. За минуту уезжают. Пока я садился в машину чудик выбежал с деньгами ко мне. Извинялся. Да ниче, - говорю, - а то я уже думал в парке ли тебя закопать или в фундамент на новом доме залить. Обещает, что всё будет ок (и было) в будущем. Я ржу про себя. На репутацию надо работать, пока она не работает ещё на тебя.
Рассказывает мне съёмщик с первого этажа куда делась соседка со второго. Да, говорит, поссорилась с бойфрендом и он ушёл на автобус. Она подумала и догнала его на остановке. Подошла сзади и выстрелила в голову при всём народе. А ваши, русские, они не такие. У нас тут можно на ночь таких снять, покладистые. Не, говорю, это те, которых семья выгнала за что-то. А дома за блядство её б камнями на площади забили, а его б к медведю в яму бросили. Так я о таком и не слышал, - блеет. Ну поэтому и не слышал, что никто на такое внимание не обращает и не рассказывает. Ты же не рассказываешь, как яичницу на завтрак ел. Обыденное ведь дело. Поверил. Глаза как блюдца. А хули?! Имидж нужно беречь.
Года через два меня уже узнавали на новом доме. О! Ты, мол, тот русский, что жил там то и там то. Ну welcome to the neighborhood!!!

10.

Мама Гризли.
Давно это было. Дети были маленькими, сыну лет семь и дочери лет тринадцать. Мы возвращались с дальнего пляжа, куда мы ездили смотреть белуг и остановились у живописной косы посмотреть на лосося, идущего на нерест. Сезон нереста только начался, лосось еще был красивый и сильный. Горя от нетерпения увидеть лосося, мы забыли в машине фотоаппарат (время iPhone еще не пришло). Дочь вызвалась сбегать к машине за фотоаппаратом, а мы с сыном медленно пошли в сторону небольшой речушки, в устье которой уже боролся за право продолжить род упрямый лосось.

Коса делала полукруг по правую сторону от нас, по левую сторону был океан, примерно в 12-ти метрах от берега начинался лес, где сосна средних размеров была примерно с высоту Кремлевской елки. Помните, да? Главная елка страны. Так вот на Аляске каждая елка – главная. Речушка, впадающая в океан, как бы разделяла косу надвое.

Мы с сыном подошли к речушке. Лосось пер пузом по гальке, борясь с течением и стараясь продвинуться как можно дальше в пресную воду. Некоторые особо сильные рыбины преодолевали по три-четыре метра в один присест и отдыхали, готовясь к следующему этапу. Вдруг за нами со стороны леса хрустнула ветка. Мы одновременно оглянулись на звук. «Мама, смотри, мишки!» - восторженно воскликнул сын. Я не разделила его восторга. Совсем. Метрах в десяти от нас стояла мама гризли с медвежонком. Хуже нашей ситуации было только оказаться в зубах белой акулы.

Медведица была в холке примерно мне по пояс. Она была упитанная, с отличной бурой шерстью. Если бы у меня в тот момент осталась хоть капля юмора, я бы сказала, что медведица только что вышла от парикмахера. Она смотрела на меня своими глубоко-посаженными глазами, опустив голову, и не шевелилась. Ее малыш был этого сезона, то есть он родился зимой и сейчас ему было около полугода. Он издал какой-то радостный звук и направился к нам. На его мордашке было написано, что ему хочется поиграть. Его мамаша глухо рыкнула. Медвежонок остановился и нехотя вернулся на свое место рядом со строгой мамой. Весь его вид выражал разочарование.

К этому моменту я уже крепко держала сына за руку. Я держала его так крепко, что он взмолился, «Мама, мне больно!» «Сынок, - сказала я, пожалуйста, не смотри на медведей и делай все так, как я тебя попрошу. Если мама-медведица начнет рычать или бежать на нас, мы прыгаем в воду.» «Так вода же холодная,» - усомнился мой ребенок. «Ничего, сынок, станем белугами.»

Медведица продолжала сверлить меня глазами, но не шевелилась. Она явно ждала пока мы уйдем. Мы с сыном стали тихонько отходить, но у меня была еще одна проблема – дочь возвращалась с фотоаппаратом. Она была уже недалеко от нас. Чем дальше мы отходили от медведей, тем быстрее я ускоряла шаг. Наконец мы встретились с дочерью. «Мама, а почему вы так быстро вернулись? Там нет лосося?» - удивилась она. «Там есть даже гризли.»

Я еще долго отходила в машине, стараясь не думать о том, что бы было если бы медведица кинулась на нас. Сын рассказывал старшей сестре о нашей встрече с медведями и о медвежонке, который бежал к нему играть. Прошли годы, выросли и разъехались дети, но я до сих пор благодарна маме гризли за то, что она дала мне возможность уйти тогда и не тронула моих детей.

11.

До сих пор не очень понятно почему, но в мировом океане регулярно возникают одиночные «волны-убийцы» высотой до 40 метров. Появившись совершенно внезапно, они топят корабли, опрокидывают нефтяные вышки, разрушают береговые строения. Три подобные волны, одна вслед за другой, обрушилась на знаменитый пляж Бондай Бич в юго-восточном пригороде австралийского города Сидней 6 февраля 1938 года.

В то жаркое летнее воскресенье на пляже было примерно 35000 человек. Несколько сотен из них унесло в океан. Раньше это называли чудом, теперь это называют совпадением, но именно в этот день и именно на этом пляже проходили соревнования спасателей. Они немедленно прыгнули в воду и начали вытаскивать на берег обезумевших от паники людей. Вытащив на берег одних, сразу же отправлялись за другими. 100 человек почти не пострадали, остальным оказали помощь полиция и медики, которые немедленно прибыли к месту бедствия. В итоге из 250 потерпевших погибли только пять. И это тоже можно было бы назвать чудом, но, конечно, запросто можно объяснить решительными и грамотными действиями всех, кто участвовал в спасательных работах.

В то время австралийское общество столкнулось с неприятной проблемой. Разводы участились, а отцы, если дети оставались с матерью, совершенно не горели желанием содержать своих отпрысков. Поэтому некая Аделаида Прескотт, журналистка по профессии и феминистка по призванию, решила воспользоваться случаем и написала в своей газете, что все пятеро погибших злостно уклонялись от уплаты алиментов. Разумеется, при этом добавила соответствующую толику рассуждений о Божьей каре за пренебрежение родительскими обязанностями. Родственники несчастных обратились в суд, газета заплатила кучу денег в качестве моральной компенсации, журналистку уволили. Однако народ в то время еще верил в Бога и печатное слово, отчего воспринял гибридную новость совершенно серьезно. Ее перепечатали другие газеты. В результате число неплательщиков алиментов в Сиднее действительно резко уменьшилось.

Меня занесло на Бондай Бич весной 2014 года. Это очень красивое место, и вы можете убедиться в этом сами, посмотрев несколько фотографий на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале. В этот будний день пляж был почти пустым. Несколько серферов ждали свою волну недалеко от берега, местные радовались солнцу на зеленой травке, туристы рассматривали исторический павильон и граффити на бетонной стене между пляжем и газонами. О былой трагедии напоминала только скромная памятная доска. И тем не менее процент неплательщиков алиментов в Австралии до сих пор остается одним из самых низких в мире.

12.

MYSTERY SHOPPING

Прохладным осенним днем 2007 года мой приятель Валера сидел в приемной комнате автосалона Порше на углу 11-й Авеню и Вест 51-й Стрит в Манхэттене и наслаждался крепким горячим кофе. В Старбаксе такой кофе стоил бы 4 доллара – роскошь, которую он позволить себе не мог. Шел десятый месяц, как Валера потерял работу, и к настоящему моменту он был основательно на мели. Жалких остатков личного суверенного фонда еще хватало, чтобы платить за квартиру и электричество, но со всем остальным был полный швах.

Что же он делал в автосалоне Порше, - спросите вы? И я вам отвечу: - Зарабатывал деньги. Как? А очень просто. В Соединенных Штатах есть множество компаний, которые организуют mystery shopping или секретные покупки, чтобы собирать информацию о различных продуктах и проверять качество обслуживания. Начать работать для такой компании не составляет никакого труда: создаешь счет на их вебсайте и получаешь доступ к списку работ на сегодня. Выбираешь задание, которое тебе нравится, запоминаешь сценарий, выполняешь задание, посылаешь отчет. Через две - три недели получаешь деньги. Задания бывают всякие. Например, пойти в зал для фитнеса, провести там пару часов, а потом ответить на вопросы о приветливости и профессиональности персонала. Деньги за входной билет вернут согласно квитанции, ну и заплатят долларов 20-25 за труды. Немного, конечно, но и фитнес не работа. Занимаются mystery shopping как правило домохозяйки, у которых много свободного времени. И скорее для развлечения, чем для денег.

Валера занимался секретными покупками, чтобы экономить на еде. С утра выхватывал хорошие заявки на рестораны и, таким образом, бесплатно обедал или ужинал. Первое время он пытался брать и другие поручения, но после посещения парикмахерской в Гринич Виллидж зарекся. Тем не менее как выражаются американцы, никогда не говори никогда. В последний месяц Валере на глаза все время лезла заявка на автосалон Порше. По непонятной причине ее никто не брал, несмотря на внушительное вознаграждение в 200 долларов. Валера вчитался в требования, и ему стало понятно почему. Вроде бы все просто: явиться в автосалон, сказать, что хочешь купить базовую модель Порше Бокстер и сделать пробную поездку. Загвоздка была в требованиях к исполнителю. Заявка прямо указывала, что он должен соответствовать: жить в престижном районе, быть одетым в брендовую одежду, иметь на руке дорогие часы и вообще производить впечатление богатого человека. С наиболее трудной позицией (место проживания) у Валеры все было хорошо. После развода он задешево снимал у знакомого супера* крохотную студию в Верхнем Ист-Сайде, в двух шагах от Центрального парка. «Будь что будет» - решил наш герой и подписался на Порше.

Перейдя таким образом Рубикон, Валера осмотрел свежим взглядом свой гардероб и, не найдя ничего подходящего, решил купить все новое на кредитную карту, а потом сдать обратно. Ну и проделать тот же трюк с часами. Оставалось разобраться где именно одевается богатый и солидный народ. Покопался в интернете и выяснил, что президент Буш делает это у Брукс Бразерс. Туда и пошел. У входа его мгновенно подхватили два консультанта и промурыжили почти полдня. Из магазина Валера вышел с большим пакетом и чеком почти на две с половиной тысячи долларов. После этого идти в магазин Ролекса ему расхотелось, и он ограничился качественной подделкой всего за 120 долларов. Дома побрился, причесался, надел обновки, посмотрел в зеркало, полюбовался часами и... впервые с тех пор, как потерял работу, почувствовал уважение к себе.

Итак, стильный и даже где-то шикарный Валера сидел в глубоком кожаном кресле приемной автосалона Порше и наслаждался кофе. Немного поодаль в таком же кресле сидел безукоризненно элегантный пожилой японец и ковырялся в айфоне. Свой старенький телефон Валера достать не решился, а потому смотрел на левую из двух картин на противоположной стене и думал о том, что копировать современное искусство проще, нежели классическое. Разумеется, если имеешь дело с профанами. Тем временем айфон японцу, видимо, надоел. Он перевел взгляд на нашего героя, получил ответную формальную улыбку, и извинившись, заговорил:
- Принято считать, что на абстрактных картинах каждый видит свое. Вы все время смотрите на эту картину. Что вы на ней видите?
- А что здесь видеть? – удивился Валера, - Это паршивая копия картины Пауля Клее. Колорит искажен до неузнаваемости. Оригинал висит в цюрихском Кунстхаусе, называется «Uberschach». Значит, шахматы и изображены. И вообще это не абстракция, а экспрессионизм.
Несколько ошарашенный японец показал на вторую картину:
- А на этой?
- Это тоже Клее, «Пожар при полной луне». И тоже плохая копия. А подлинник, если я не ошибаюсь, - в эссенском музее Фолкванг.
- Господи, откуда вы это знаете?
- Интересуюсь искусством, - коротко ответил Валера.

Это была правда, но не вся правда. Вообще-то в прошлой жизни Валера был искусствоведом. Родился в Харькове. Там же до армии учился в художественном училище. После армии поступил в Ленинградский институт культуры, окончил его и по распределению уехал в Нижний Новгород, который тогда был Горьким. Работал в музее, учился в заочной аспирантуре. Все вроде было хорошо, но наступили 90-е. Волна эмиграции подхватила Валеру и выбросила на берег в Нью-Йорке. Первое время он не мог даже представить, что расстанется с искусством, но скоро понял, что без имени и связей ему не пробиться даже в смотрители музея. Тогда ему стало все равно, и он, как большинство знакомых, пошел на курсы программистов. Спросил у двоюродного брата, какой язык самый легкий. Брат сказал, что COBOL. Валера выучил COBOL и к большому собственному удивлению получил работу на третьем интервью. Появились деньги, но за них приходилось платить изнуряющей работой. Еще несколько лет он тешил себя иллюзией, что произойдет чудо, и он снова будет заниматься русским авангардом. Но чуда не произошло. Поэтому он безжалостно затолкал живопись куда-то в глубину сознания, чтобы не беспокоила. Даже перестал ходить на выставки...

Итак, Валера почти допил кофе, а в это время в проеме появился консультант и позвал японца. Японец жестом попросил его обождать, подошел к Валере, протянул руку, представился Джимом Накамура и пригласил нашего героя на ланч в «Бекко», итальянский ресторан неподалеку. Валера тоже представился и принял приглашение. Договорились на час дня, обменялись бизнес карточками. У мистера Накамуры на карточке было написано «Инвестор», у Валеры – «Эксперт в живописи». Эта карточка завалялась у него с той поры, когда он еще не потерял надежду работать по специальности.

Еще через пять минут появился другой консультант и пригласил Валеру. Он говорил с немецким акцентом и был по-немецки четок и деловит. Снял копию с водительских прав, сделал экскурсию по выставочному залу, принес ключи и дал Валере погонять на новеньком Бокстере по 11-й Авеню и боковым улицам. За полтора часа, которые пролетели как одна минута наш герой впервые в жизни понял, что машина – это не только от точки А к точке Б, а еще много чего. В результате, когда, согласно сценарию, сказал консультанту, что не может принять решение прямо сейчас, неизвестно кто был разочарован больше. К «Бекко» он шагал, как влюбленный после первого свидания: счастливо улыбался и разве что не пел.

В ресторане Валеру неприятно удивил сильный шум, но на втором этаже было гораздо тише. Японец уже ждал его за угловым столиком. После нескольких слов о погоде и прочих незначительных вещах мистер Накамура предельно вежливо перешел к делу:
- Я хотел бы поинтересоваться, если вы не возражаете, какого рода экспертизу вы предлагаете Вашим клиентам.
«Блин, - подумал про себя Валера, - ну не могу же я ему сказать, что пишу коды на COBOLе. Точно же подумает, что я над ним издеваюсь.» После этого рот нашего героя открылся и как бы сам собой уверенно произнес:
- Знаете ли, в Нью-Йорке и вокруг около миллиона русских. Среди них есть довольно состоятельные люди, которые интересуются русской живописью XX-го века. Я стараюсь помочь им сделать правильный выбор. Разумеется, с учетом соотношения цена – качество.
- Судя по всему, ваши русские неплохо вам платят.
- Не жалуюсь, - почти не соврал Валера, потому что жаловаться ему действительно было не на что.
- Знаете ли, - заговорил мистер Накамура после короткой паузы, - мы совершенно незнакомы, и все-таки я хочу рискнуть и попросить вас помочь мне в довольно щепетильном деле. Вы знаете, что такое mystery shopping?
Валера чуть не подавился своим карпаччо, но кое-как справился и киванием головой подтвердил, что, да, знает.
А японец продолжал:
- Я тоже некоторым образом вкладываю деньги в искусство и недавно заинтересовался русским авангардом. Как мне подсказали компетентные друзья, цены на него в Нью-Йорке все еще сравнительно низкие. Другие знакомые подсказали мне русскую галерею в СоХо, где, по их словам, можно приобретать интересные картины по разумной цене. Я там был, но окончательного мнения так и не составил. Поэтому я прошу вас сегодня же посетить эту галерею и поделиться со мной вашими наблюдениями. Почему именно вас? Потому что я никогда не видел вас на аукционах и могу предположить, что вы – лицо незаинтересованное. Конечно, я гарантирую справедливую оплату вашего труда, но ее размер я сейчас сообщить не могу. Она зависит от ряда обстоятельств. Рискнете?
- Рискну!
Новоиспеченные партнеры скрепили договор рукопожатием. Валера получил адрес галереи и приглашение на ужин в «Сасабунэ»** для подведения итогов.

Найти галерею оказалось легко. В ее витрине был установлен здоровенный экран, на котором сменялись самые известные картины, фотографии и плакаты художников русского авангарда. На двери висела табличка: «Только по предварительной записи». Рядом с табличкой наш герой заметил кнопку звонка и позвонил. Через минуту занавеска на двери сдвинулась, и Валера увидел постаревшее лицо своего сокурсника Игоря Хребтова.

На курсе, наверное, не было ни одного человека, который бы любил Игоря. Во-первых, он был заносчив, во-вторых, никогда не отдавал долги, в том числе карточные, а в-третьих, у него водились деньги и, по общему мнению, деньги нечистые. Источник денег был ясен: Игорь продавал иностранцам старые иконы. А вот происхождение икон было темным. Некоторые говорили, что он грабит деревенские церкви, другие – что на него работают несколько художников-иконописцев, специалистов по фальшаку. Никто, однако, не исключал, что он занимается и тем и другим. После выпуска Игорь получил распределение в Москву, и с тех пор Валера ничего о нем не слышал и никогда не вспоминал. Вспомнил, правда, один раз уже в Нью-Йорке, когда увидел магазин с русскими иконами недалеко от 5-й Авеню. А вспомнив, немедленно понял, что торговать Игорь мог только в плотной спайке с КГБ. И сразу стали понятны и терпимость деканата к его бесконечным прогулам, и хорошие оценки при нулевых знаниях, и распределение в Москву...

Постаревшее лицо Игоря Хребтова скрылось за занавеской, зато открылось дверь.
- Заходи! - пригласил Игорь, - Какими судьбами?
И снова, во второй раз за день, рот Валеры открылся и сам собой заговорил:
- Я тут у дантиста на Грин Стрит был. Заодно решил по СоХо пройтись. Увидел в витрине знакомые картинки, захотелось посмотреть на оригиналы.
Игорь улыбнулся ровно настолько, чтобы показать, что шутку он понял и что шутка ему не очень понравилась. А потом повел гостя через большое, похожее на склад помещение. Картины там присутствовали, но большинство из них были прислонены к темной стене и только некоторые стояли на подставках. Валера попытался их рассмотреть, переходя от одной к другой, но уже через несколько минут его попытка была пресечена:
- Ничего ты здесь не увидишь. Здесь у меня копии и недорогие полотна. А топовые вещи хранятся в специальном сейфе. Я их выставляю только во время аукционов. Пошли ко мне в офис.

В офисе стали вспоминать однокурсников, но разговор получился безрадостный: кто-то спился, кто-то умер, в олигархи тоже не выскочил никто. Перешли на актуальные темы.
- Ты каждый день в таком прикиде ходишь? – спросил Игорь.
- Конечно, нет! – засмеялся Валера, - Я работу ищу. Завтра у меня интервью в Чейзе***. Поэтому вчера я купил новый костюм. Сегодня в нем хожу, чтобы выглядел хоть немного ношенным. А послезавтра сдам, пока не стал слишком старым.
- А чем ты конкретно занимаешься?
- Программирую на COBOLе. А ты как сюда попал?
- От скуки. Работал в Министерстве культуры. В один прекрасный день стало обидно, что пять лет учился на искусствоведа, а занимаюсь перекладыванием бумажек. А тут такой тренд сверху пошел: продвигать русскую культуру за рубежом. Ну я через знакомых ребят нашел спонсора и открыл галерею. Уже пятый год в бизнесе.
- Нравится?
- Еще бы! Живу в центре мировой культуры, знакомлюсь с интересными людьми со всего света, путешествую и, что очень важно для меня, делаю полезную для России работу. Между прочим, если хочешь, у меня и для тебя есть работа. С ксивой ЮНЕСКО будешь ездить по небольшим городам на постсоветском пространстве, заходить в местные музеи, смотреть запасники. Если найдешь что-то интересное, дашь знать нам. Выкуп, вывоз – это уже наша работа, а тебе – 10% от финальной продажи. Подходит?
«Ах ты, гнида, – подумал про себя Валера, - в наводчики меня сватает патриот сраный. Залупу тебе на воротник!» А вслух сказал:
- Спасибо! Подумаю после интервью. Как тебя найти я теперь знаю.
Распрощались. Уже на улице наш герой вспомнил, что Игорь не предложил даже воду, но не почувствовал ни удивления, ни огорчения. Впереди был ужин в «Сасабунэ», и нужно было успеть принять душ и переодеться.

В ресторан Валера приехал первым, получил от метрдотеля меню и привыкал к ценам пока не приехал мистер Накамура и не сказал волшебное слово «омакасе»****. Сразу принесли графинчик с холодным саке и крохотные стопочки. Мистер Накамура налил своему гостю, гость налил хозяину, сказали «кампай»*****, пригубили. В ожидании еды обсудили Валерины успехи.
- Вас туда пустили? – поинтересовался мистер Накамура.
- Конечно.
- Почему конечно?
- Потому что мистер Хребтов мой однокурсник, мы вместе учились в течение 5 лет.
- Вы не шутите?
Вместо ответа Валера достал предусмотрительно захваченную дома фотографию и протянул мистеру Накамура. На снимке, сделанном скорее всего во время летней практики, группа студентов стояла на парадной лестнице «Эрмитажа». Мистер Накамура внимательно посмотрел на Валеру, нашел его на фотографии, затем показал на Игоря и продолжил:
- И что же вы можете сказать о мистере Хребтове?
- Все, что вы купите у него, будет или подделкой или краденым.
- Предположим. А картины он вам показывал?
- Скорее старался, чтобы я их не видел. Все что я успел заметить – два отличных полотна туркестанского авангарда: Подковыров и Карахан. Скорее всего подлинники и очень может быть, что из какого-то провинциального музея в Узбекистане. А Филонов почти наверняка подделка. Похоже, что сфотографировали его картину из тех, что в запасниках больших музеев, и по фотографии сделали неплохую в общем-то копию.
- А цены вы с ним обсуждали?
- Нет, не обсуждали. Не станет он со мной обсуждать цены. Он же прекрасно понимает, что меня ему не облапошить...
А тем временем принесли такие суши, что продолжать деловую беседу было бы просто кощунством и она сама собой прекратилась.

По пути домой Валера вновь и вновь перебирал детали прошедшего дня. Он никак не мог поверить, что все эти чудеса произошли с ним; и страстно желал, чтобы они продолжились, и смертельно боялся, что завтра вновь наступят серые будни. Дома вспомнил, что сегодня же нужно отослать отчет по автоцентру Порше, но так и не смог заставить себя работать. Плюнул на отчет и лег спать, но заснул только к двум.

Разбудил его зуммер домофона. Звонил швейцар, сказал, что к нему нарочный. Валера спустился вниз. Нарочный, молодой парень в велосипедном шлеме, вручил ему пакет и уехал. Валера поднялся к себе, посмотрел на часы - было уже около десяти. Открыл пакет. Там оказалась довольно толстая пачка 100-долларовых купюр. Начал считать и бросил после трех тысяч, а в пачке еще оставалось по крайней мере вдвое больше. «Вот так номер шоб я помер» - подумал Валера и одной рукой включил чайник, а другой телевизор. В телевизоре канал ЭйБиСи показывал выпуск последнх нью-йоркских новостей. Вдруг на экране появилось лицо Игоря, вслед заговорила симпатичная диктор:
- Сегодня утром известный русский арт-дилер Игорь Хребтов найден мертвым в своей квартире на Парк-Авеню. Следов насильственной смерти не обнаружено, однако на голове арт-дилера был полиэтиленовый мешок, туго обвязанный галстуком вокруг шеи. Полиция выясняет обстоятельства смерти. Основная версия - самоубийство.

Еврейская мудрость гласит: «В первую очередь человек думает о себе, затем – о своих близких, а после этого – обо всех остальных.» Валера не был исключением. Он заварил кофе, отхлебнул и предался печальным размышлениям на тему зацепят ли при расследовании его и даже есть ли у него алиби. Ясности в этих вопросах не было, что не радовало. Размышления прервал телефон. Звонила рекрутер. Спросила нашел ли он работу и сообщила, что есть контракт в Сити****** на 42 доллара в час. Продолжительность – полгода с перспективой продления, сверхурочные – 50% сверху. Одним словом, все как в прошлый раз. Выходить на работу завтра, интервью сегодня в час дня. Не встретив бурного энтузиазма на другом конце провода, стала извиняться, что не могла позвонить раньше, и добавила: «Да не волнуйтесь, они вас помнят. Интервью будет чисто формальным.» Дождавшись короткого «Спасибо, понял», пожелала удачи и положила трубку.

Уже не зная, радоваться ему или печалиться, наш герой включил компьютер, чтобы распечатать свежую копию резюме, и тут же зацепился взглядом за пакет с деньгами, о котором совершенно забыл. Хотел его спрятать в ящик стола, как вдруг заметил маленькую записку. Развернул. Прочитал короткий текст: - Спасибо! Жду вас в час дня у «Бекко».

Будь у Валеры больше времени, он бы наверняка уподобился буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя одинаково зелеными лужайками. Но у нашего героя не было времени даже на то, чтобы бросить монетку, Он уже закрыл дверь квартиры, но, куда поедет, все еще не знал. И только в тесном лифте, пока тот скользил вниз, вдруг вспомнил обитый серой тканью кубикл 2 на 2 метра, вечно недовольного менеджера, бесконечные унылые совещания и его чуть не стошнило. Вышел из подъезда, остановил такси, плюхнулся на заднее сидение и сказал одно слово: «Бекко».

...
Все места в Нью-Йорке, которые упомянуты в этой истории, являются совершенно реальными, как, впрочем, и сама история. Фотографии этих мест можно посмотеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.

...
*Домоуправ, также выполняет мелкие ремонты
**Один из лучших японских ресторанов Манхэттена
***Чейз Манхэттен Банк - крупный нью-йоркский банк
****Заказ на усмотрение повара
*****Универсальный японский тост. Означает «пьем до дна».
******Ситибанк - крупный нью-йоркский банк

13.

Моя тётя живёт в другом городе, очень далеко, поэтому приехать в гости друг к другу - большая проблема. Я был у неё в гостях лишь один раз, но этот один раз я запомнил на всю жизнь. Мы с братом были уже достаточно взрослые, уже учились, кто в институте, кто в училище. И вот как-то летом мы вдвоем решили навестить в кои-то веки нашу тётю. Брат уже был у неё один раз, а я так ехал впервые. Приехали неожиданно, мобильников тогда не было, телеграмму посылать не стали. И вот мы в гостях у тёти.
- Вы наверное проголодались? - чуть ли не с порога спросила тётя.
- Сейчас начнётся...- обречённым голосом прошептал брат.
- Что начнётся? - не понял я.
- Сейчас увидишь, - сказал брат.
- Вот, угощайтесь, - сказала тётя и поставила на стол три огромных салатника с разными салатами. Такое изобилие я видел только на Новый год и с удовольствием попробовал понемногу все три. Брат, к моему удивлению, даже не притронулся ни к одному.
- А ты чего не ешь? - спросил я.
- Успею ещё... - загадочно ответил брат.
- Ну что, перекусили? - спросила тётя - Сейчас есть будем.
Я непонимающе посмотрел на брата.
- Я предупреждал - ответил брат.
- Ты мне нормально сказать не мог? - обиделся я.
Далее шло первое. В суповых та... Нет, это были не тарелки, и даже не миски. Я бы назвал это тазиками. Содержимого одного тазика мне дома хватило бы дня на два. Наивно полагая, что на этом обед и закончится и не желая обижать тётю, я принял волевое решение съесть всё. С превеликим трудом мне это удалось. Но далее шло ещё и второе. На этот раз как раз в суповых тарелках. Ну это у нас они считались бы суповыми тарелками, а у тёти, наверное, шли за блюдца. Я долго смотрел на гору картофельного пюре с курятиной, судорожно пытаясь понять, как это всё впихнуть в себя.
- А ты что не ешь? Не нравится? - спросила тётя.
- Да нет, всё нормально, всё вкусно, - пытался оправдаться я, впихивая в себя через силу второе.
- Что-то ты плохо ешь, - не унималась тётя. - Худенький совсем...
Каким-то чудом, с многочисленными передышками, я впихнул в себя всё и сидел, не шевелясь, чтобы вся съеденная еда не полезла наружу. Я даже не мог говорить. И тут приходит старшая двоюродная сестра с огромным тортищем, килограмма на три.
- Я как в воду глядела, что у нас гости будут, - сказала она.
У меня из глаз чуть не полились слёзы. Торт есть я уже никак не мог. Свободного места в желудке не было. Жестами показав, что я не буду торт, я ещё полчаса просидел за столом без движения, молча наблюдая, как другие его уплетают. Вот такой получился неожиданный визит к тёте. Страшно подумать, что бы было, если бы она знала, что мы приедем.

14.

Баллада о Водных Процедурах или Рожденный Ползать Летать Не Может.

Я отношусь к людям, которым легко даются новые виды развлечений и спортивных упражнений. Добро пожаловать все что угодно от гонок на спортивном мотоцикле до новой позиции йоги в форме парализованной креветки. Но есть одно но . . . только если это развлечение не на воде.

Итак, история первая: катание на доске.
Гавайи, Остров Уахо (Oahu), северный берег. В тот день мы провели на поле для гольфа шесть часов. Муж – заядлый и опытный гольфер, от души намахался своими клюшками. Я же выступала в роли стонателя, вопросозадавателя, и нервомотателя. Надо ли сказать, что ближе к восемнадцатой лунке наш брак стал давать трещины. Поэтому когда мы вернулись домой, муж наотрез отказался куда-либо еще ехать и что-либо еще делать (со мной и сегодня) и демонстративно открыл банку пива. Чтобы не нарушать его нирвану, я поехала учиться кататься на доске.

Что такое доска? Представьте себе плоскую лодку. К ней выдается весло. На эту плоскую лодку-доску надо сначала взобраться, встать на колени, потом подняться на ноги, сохраняя баланс, и потом грести веслом равномерно справа-слева. Гребцу на ногу надевают браслет со шнурком, который прикреплен к доске. Если упал посреди моря-океана, доска всегда прямо тут «под ногой». Местные гавайцы на таких досках стоят как вкопанные и творят чудеса эквилибристики. Но на то они и местные.

Группа наша состояла из семи человек и инструктора. Он показал нам как и что делать, мы попрактиковались у берега, там где новоявленные гавайцы были в зоне досягаемости инструктора. Мы конечно все обязательно попадали с доски, некоторые не по одному разу. После практики, инструктор вывел нас подальше от берега, чтобы следующая группа могла начать практику.

Теперь небольшое отступление о Гавайских берегах. Так как Гавайские острова вулканического происхождения, берега там в основном очень крутые, то есть это нам не Азовское море, где можно километр идти и все будет по колено. А кое-где прибрежные рифы образуют природный бассейн такой как знаменитый пляж Вайкики (Waikiki). Нас же учили недалеко от причала для лодок, то есть никакого рифа там не было.

Инструктор вывел нас от берега метров на триста, там была уже и волна повыше и дно поглубже, очень даже поглубже. Я гребла последней из нашей группы. Баланс то я удерживала, но комфортно себя еще не чувствовала.

Неожиданно, темно-зеленая вода подо мной стала светлеть. Сначала я подумала что подплываю к рифу. Это была моя наивная первая мысль. Вторая мысль была намного трезвее, из глубины выплыла нехилых размеров акула. Она сделала плавный круг под моей доской и ушла куда-то в сторону, показав мне всю красоту своей полосатой спины и острый хвостовой плавник. Это была тигровая акула.

От страха я натурально онемела. Сердце упало куда-то в живот. Оно именно туда упало. Живот рухнул совсем низко. Дыхание перехватило. Горло сжало. «Пиздец котенку – больше срать не будет» - наконец-то посетила меня третья окончательно трезвая мысль, только котенком в ту минуту была я. От страха я перестала грести. Я застыла на полусогнутых ногах, выискивая глазами полосатую спину. Она пока не возвращалась.

К этому времени моя группа развернулась и погребла к берегу. Инструктор поравнялся со мной, чтобы поинтересоваться в порядке ли я. Я отрицательно покачала головой. «Я только что видела тигровую акулу» - ответила я. В ответ он молча указал на берег и стал подгонять группу. Позже выяснилось что никто из моей группы акулу не видел. Но во лжи меня никто не мог обвинить – бледное лицо и трясущиеся руки были лучшими доказательствами моей правоты. А еще меня потом долго и подло подташнивало.

Когда я вечером рассказала мужу эту историю в красках, с придыханием, с заламыванием рук и закатыванием глаз, он спокойно ответил, «Дорогая, ты зря так испугалась, акулы же не едят адвокатов, профессиональная этика не позволяет». К его счастью ноток сожаления в его голосе я не заметила.

История вторая: спуск на байдарках.
Национальный парк Еллоустоун (Yellowstone). Там же течет одноименная (с парком) горная река. Река эта принимает разные формы и развивает разную скорость в зависимости от ландшафта; она может быть широкой и спокойной, а может и валуны ворочать.

Моя семья твердо решила, что мы должны спуститься на байдарке по порогам реки. Но сразу оговорюсь, что эти пороги - это нам не Уральские реки, это в разы меньше и проще, так, подоить денюжку с наивных городских жителей, но шею свернуть все равно можно. Под напором семьи и практически под пытками я подписала бумагу, что в случае моей сломанной шеи компания ответственности не несет. Нам выдали каски, спасательные жилеты, и . . . как вы уже догадались, весла.

Наш рыжеголовый инструктор напоминал жердь не только по росту, но и по наличию мышечной массы. Вдобавок у него была такая длинная шея, что мы с дочерью не сговариваясь дали ему имя Цыпленок.

Теперь немного о нашей диспозиции на байдарке. Этот красный презерватив-переросток имел три ряда «скамеек.» На первый ряд инструктор посадил молодую пару (он и она). На второй ряд, для баланса, он посадил наших мужчин. Они оба под два метра ростом, муж играл в американский футбол, сын – хоккеист. И наконец на последний ряд сели мы с дочерью. Нет, я не буду утверждать, что мы с ней обе прямо таки Дюймовочки – у нас высокая и спортивная семья, но мы все же намного-намного меньше наших мужиков. Мы посмеялись что нам придется работать моторами и толкать футбольный и хоккейный балласт, расположенный в середине байдарки. На что балласт нам посоветовал заправиться бензином и заткнуться.

Краткая инструкция по технике безопасности для начинающих рабов на галерах. В руках весло. Это святое! Ступни ног надо подсунуть под переднюю резиновую перегородку («скамейку»), задницу сжать в кулачки, и этими кулачками держаться за байдарку. По команде инструктора мы должны были грести-грести-грести либо справа, либо слева, и по другой команде – поднять весла из воды.

Инструктор нас клятвенно заверил, что он три года работал на этом отрезке реки, и что никто еще ни разу с байдарки не упал и не убился. НО! Если вы все-таки упадете в воду (хотя этого никогда-никогда-никогда не случается), (1) ни в коем случае не гребите к берегу и (2) ни в коем случае не потеряйте весло, так как инвентаризацию и аудит еще никто не отменял.

Оттолкнулись. Поплыли. Попрактиковались с грести/не грести. Приближаемся к первому порогу. Скорость увеличивается. Быстрее. Еще быстрее. Чем ближе к порогам, тем сильнее задница сжимается в кулачки, только они что-то не очень цепляются за сиденье байдарки, с непривычки наверное. Удар. Следующее происходит на раз-два-три.

Раз! И мои ноги оказываются выше головы, я – космонавт Леонов в открытом космосе. Земля в иллюминаторе, земля в иллю . . . Два! Я – президент Путин, опускаюсь на дно морское в батискафе. Вижу амфор . . . Три! Блядь, вода холодная! Я посередине реки, в каске, в спасательном жилете, и с веслом в руке сплавляюсь на собственной жопе. И чем дальше я сплавляюсь, тем отчетливее я понимаю, что каску я надела не на ту часть тела. В дополнение, я убедилась что инструктор был совершенно прав в том, что первое желание упавшего с байдарки – это плыть к берегу. И второе желание – бросить на хрен это теперь уже ненужное весло.

Я описала наружность инструктора выше не потому что мне хотелось посмеяться над его внешностью, а потому что этому мальчику пришлось затаскивать меня обратно в байдарку. Это выглядело как цыпленок, вытаскивающий на берег лошадь. Дохлую лошадь. А что же ваши хваленые футболисты-хоккеисты? – спросите вы. И я вам честно отвечу, что когда мой муж понял что шею я себе все таки не сломала и он все еще женат, с ним случилась истерика. Он ржал и прикалывался надо мной пока не получил веслом по голове.

История третья: подводное плаванье.
Мексика. Канкун (Cancun). У нас с дочерью девичник – она и я. Путевку купила дочь в подарок маме. Поэтому когда она предложила поплавать в масках и поглазеть на океанских жителей, я, внутренне содрогнувшись, согласилась, дабы не обидеть любимое чадо. Предчувствия меня не обманули!

Желающих поплавать в масках оказалось около двадцати человек разных возрастов, размеров, пола, и цвета кожи. Мы погрузились на большой катамаран-яхту с парусом и понеслись по ярко-зеленым волнам Мексиканского Залива. Нам выдали маски и трубки, рассказали как надеть маску так чтобы она зажала нос и чтобы дышать можно было только ртом через трубку. Я уверена многие из вас это умеют делать с детства или хорошо натренировались уже в зрелом возрасте, но для меня вся эта катавасия была впервые. Весь инструктаж занял не более 15 минут.

Как я уже описывала в первой истории, чем дальше от берега, тем темнее вода в океане. Там где рифы ближе к поверхности воды, вода светло-изумрудного цвета. Туда то мы и направились. Катамаран бросил якорь недалеко от рифов. Мы надели ласты и спасательные жилеты темно-синего цвета и стали спускаться в воду. Нас разделили на две группы, на каждую группу было по-одному инструктору. Была дана команда надеть маски и плыть за инструктором. Мы с дочерью оказались в одной группе, но в воде все же потеряли друг друга.

Обещанные и разрекламированные океанские жители жили своей жизнью прямо под нами, нам только оставалось глазеть на них сверху, грубо нарушая их право на частную жизнь. И тут случилось то, что я никак не могу объяснить, то ли меня накрыло волной, то ли я слишком низко опустила голову и конец моей трубки оказался под водой, я всей грудью хватнула соленой воды.

Надо отметить что вода Мексиканского Залива не просто соленая – это как бы жидкая соль. Мне обожгло горло и нос, я закашлялась, сорвала с себя эту чертову маску и трубку, дышать было трудно, еще труднее при этом держаться на воде. Да в гробу я видела этих рыбок! – наконец-то я приняла единственное правильное решение. Я стала искать глазами свою дочь. Но современное поколение уже все знает и умеет, она была достаточно далеко от меня и я знаками показала ей, что я возвращаюсь на катамаран и ей не надо обо мне беспокоиться. Инструктор так же знаками показал команде катамарана, чтобы они встречали меня.

Ой, ну давайте добры мексикански молодцы, стелите ото красну дорожку и готовьте цветы и шампанское – я возвращаюсь в родные пенаты. Да не тут то было! Как оказалось, мы отплыли далеко от катамарана, хотя мне казалось что и не плыли то мы особо никуда и он должен быть прямо за спиной.

Спасательный жилет сковывал движение, в правой руке маска с трубкой (помните инвентаризацию и аудит никто не отменял), на ногах ласты с непривычки больше мешали, чем помогали. Пока я плавала среди людей, океан не казался таким огромным, но как только я осталась один на один с океаном, он незамедлительно показал мне свою силу и мощь и напомнил что это не моя среда обитания и «сидела бы ты, милая, на суше.» Но было поздно пить боржоми – печень уже отвалилась!

Как бы я не гребла своими руками, натренированными волейболом, йогой, и гантелями, расстояние между моей жалкой тушкой и катамараном стремительно увеличивалось. При этом катамаран смещался все больше по правую сторону, а передо мной до самого горизонта весело усмехался океан.

На горизонте виднелся военный корабль неизвестной страны. Это была моя последняя надежда на спасение, но я боялась что вояки примут меня за осиротевшего дитеныша кашалота (помните темно-синий спасательный жилет?) Ладно, доживем-увидим.

К этому моменту я уже окончательно выбилась из сил и отдалась воле океана.
Интересно, а что у вояк сегодня на обед? Но мои гастрономические размышления были грубо прерваны прилетевшим неизвестно откуда спасательным кругом. А, это катамаран меня все таки догнал.

Я поднималась на катамаран на дрожащих лапках. Меня облили пресной водой и отпоили пивом. Пиво было очень кстати, потому что по содержанию соли в организме я была уже почти вобла. Там меня ждали две новости: я попала в течение, которое меня пронесло мимо катамарана, вдобавок я обнаружила человек восемь пассажиров спокойно сидящих на палубе, попивая пиво или маргариту. Оказывается эти люди купили тур чтобы просто провести день в море, а не подсматривать за рыбками. А что так можно было?

В октябре этого года едем в Кабо (Cabo Sun Lucas), Мексика. Моя семья рассматривает вопрос: купальник маме не выдавать, из гостиничного номера не выпускать. Боюсь они решат этот вопрос положительно.

15.

Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только в этой двое арестантов. Домашний арест у них. Гошка с Генкой. Точнее Гошка и Генка по отдельности. Гошка своей бабушкой арестован, Генка своей. И сидят под арестом они отдельно. Им еще целую неделю сидеть.

Хорошо, что арестом обошлось. Тетка Мариша настаивала, чтоб высечь «прям сейчас» и по домам отправить. Не самая злая в деревеньке тетка, только ее дом как раз ближним был к помойной яме, а она взорвалась. Тут любая тетка разозлится, если испугается.

Тем утром Гошка рассказал Генке, как классно взрываются аэрозольные баллончики, если их в костер положить. И достал из-за пазухи баллончик. У бабушки сегодня дихлофос кончился. Гошка взялся выкинуть.
Генка сам знал, что они взрываются. Долго уговаривать не пришлось. Через полчаса и бабахнуло, и даже головешки в разные стороны раскидало.

- Хорошо взорвался, - оценил Генка, - у тебя один был?
- Один, - оптимистично вздохнул Гошка, - но я знаю, где еще взять. Меня послали в яму выкинуть, что за Маришиным домом, а значит, туда все их выкидывают, и там их много.

Надо сказать, что деревенская помойка от городской сильно отличается. В деревне никто объедки выкидывать не будет, – отдаст свиньям. А из других вещей выкидывают только совсем ненужное. Совсем ненужное – это когда в хозяйстве никак применить нельзя, не горит, или в печку не лезет, или воняет, когда горит. В деревенских помойках пусто поэтому. Баллончики от дихлофоса, или еще какого спрея, пузырьки из-под Тройного или Шипра, голова от куклы, керосинка, которую починить нельзя. Все видно. Только не достанешь.

Помойная яма иван-чаем заросла, бузиной и березками. Деревья сквозь мусор выперли. Когда к яме не подойти уже было, кто-то порубил и кусты, и деревья. И в яму ветки побросал, чтоб далеко не носить. Через хворост все видно, а не достанешь – провалишься.

А взорвать чего-нибудь хочется.
- А зачем нам их доставать, - к Гошке умная мысль пришла, - давай хворост подожжём и отойдем подальше. Пусть баллончики в яме взрываются. И яма заодно освободится.

Гошка и договорить не успел, а Генка уже спичкой чиркнул. Подожгли, отбежали подальше. Сидят на небольшом пригорке возле трех березок и одной липы. Ждут. Пока баллончики нагреются.

Они ж не знали, что в яму кто-то ненужный газовый баллон спрятал. Т.е. не совсем в яму и не совсем ненужный и не совсем один. Два. Тетка Мариша из города тащила четыре газовых баллона. Баллоны тяжелые, тетка старая. Решила два в иван-чае возле ямы спрятать, потом с тележкой прийти, а две штуки она играючи донесет. Тетка вредная, чтоб не украл никто, баллон так далеко в траву запихнула, что он в яму укатился. Расстроилась. Второй рядом поставила, оставшиеся подхватила и побежала за багром и тележкой. Тетка старая, бегает не быстро, Гошка с Генкой быстрее костры разжигают. А ей еще багор пришлось к древку гвоздем прибивать и колесо у тележки налаживать. Но она успела. Метров двадцать и не дошла всего и еще думала, что это там за дым над ямой. А тут как даст. Как даст, и ветки, горящие летят. И керосинка, которую починить нельзя. И пузырьки из-под Шипра и Тройного. И голова от куклы.

- Нефига себе, - говорит Генка, - там, наверное, все баллончики сразу взорвались.
- Нефига себе, - говорит тетка Мариша и добавляет еще некоторые слова.
- Пошли отсюда, - тянет Гошка приятеля за рукав, - пошли отсюда, а то накостыляют сейчас.

Они не слышат друг друга, у них уши заложило.
А вечером Гошку с Генкой судили. - Твой это, Филипповна, - Тетка Мариша обращалась к Гошкиной бабушке, - твой это мой баллон взорвал, и яму он поджог. Больше некому.

- Так не видел никто, - говорила Гошкина бабушка, сама не веря в то, что говорит, - может, и не он.

- Он, - настаивает Мариша при молчаливой поддержке всей деревеньки, - у него голова, как дом советов, вечно каверзу какую выдумает, чтоб меня извести. Фонарь вот в прошлом году на голову уронил? Уронил. Выпори ты его ради Христа, Филипповна.

- Видать сильно, Маришка, тебе фонарем по голове попало, - вмешался бывший лесник Василь Федорыч, прозванный в деревне Куркулем за крепкое хозяйство, - если у тебя дом советов каверзы строит, антисоветская ты старушенция.
А дальше, неожиданно для Гошки и Генки, Куркуль сказал, что раз никто не видел, как Генка и Гошка яму поджигали, то наказывать их не нужно, а раз яму все равно они подожгли, пусть неделю по домам посидят, чтоб деревня от них отдохнула и успокоилась.

Так и решили единогласно, при одной несогласной тетке Марише. Тетка была возмущена до глубины души и оттуда зыркала на Куркуля, и ворчала. Какая она-де ему старушенция, если на целых пять лет его моложе? Речь Куркуля на деревенском сходе всем показалось странной. У него еще царапины на лысине не зажили, а он за Гошку с Генкой заступается. Так не бывает.

С царапинами вышла такая история. Гошка с собой на дачный отдых магазинного змея привез. Змей, конечно, воздушный, это Генка его магазинным прозвал, потому что купленный, а не самодельный. Змей был большим, красивым и с примочкой в виде трех пластмассовых парашютистов с парашютами. На леску, за которую змей в небо человека тянет, были насажены три скользящих фиговинки. Запускался змей, парашютист вешался на торчащий из фиговинки крючок, ветер заталкивал парашютиста вверх, там фиговинка билась об упор, крючок от удара освобождал парашютиста, и пластмассовая фигурка планировала, держась пластмассовыми руками за нитки строп.

Змей с парашютистами Генке понравился. Он давно вынашивал планы запустить теть Катиного котенка Пашку с парашютом. Он уже и старый зонтик присмотрел для этого дела. В городе с запуском котов на парашюте проще. Там и зонтиков больше, и дома высокие. В городе, где Генка живет, даже девятиэтажные есть. А в деревеньке нет. Деревья только. С деревьев котов запускать неудобно: ветки мешают. Поэтому Пашка, как магазинного змея увидел, у Генки из рук выкрутился и слинял. Понял, что пропал.

Гошка Генку сначала расстроил. Не потянет змей Пашку. Пашка очень упитанный котенок, хоть и полтора месяца всего.
- Но это ничего, - Гошка начинал зажигаться Генкиной идеей, - если Пашку и фигурку взвесить, то можно новый змей сделать и парашют специальный. По расчетам.

- Жди, сейчас за безменом сбегаю, - последние слова убегающего Генки было плохо слышно.
Безмен оказался пружинным.

- С такими весами на рынке хорошо торговать, Гена, - Гошка скептически оглядел безмен, - меньше, чем полкило не видит и врет наверняка. Пашек на такой безмен три штуки надо, чтоб он их заметил. - В магазине весы есть, - вспомнил Генка, - ловим Пашку, берем твоего парашютиста и идем.

- В соседнее село, ага, - подхватил Гошка, - если Пашка по дороге в лесу не сбежит, то продавщицу ты сам уговаривать будешь: Взвесьте мне, пожалуйста, полкило кошатины. Здесь чуть больше, брать будете, или хвост отрезать?

- Вечно тебе мои идеи не нравятся, - надулся Генка, - между прочим, Пашку можно и не тащить, мы там, в селе похожего кота поймаем, я попрошу пряников взвесить, они в дальнем углу лежат, продавщица отвернется, а ты кота на весы положишь.

- Еще лучше придумал, - хмыкнул Гошка, - по чужому селу за котами гоняться. А если хозяйского какого изловим, так и накостыляют еще. Да и весы в магазине тоже врут. Все говорят, что Нинка обвешивает. Нет, Гена, весы мы сами сделаем. При помощи палки и веревки. Нам же точный вес не нужен. Нам надо знать во сколько раз Пашка тяжелее парашютиста. Только палка ровная нужна, чтоб по всей длине одинаково весила.

- Скалка подойдет? - Генка вспомнил мультик про Архимеда, рычаги и римлян, - у бабушки длинная скалка есть, она ей лапшу раскатывает.

- Тащи. А я пойду Пашку поймаю.
Кот оказался тяжелее пластмассовой фигурки почти в десять раз, а во время взвешивания дружелюбно тяпнул Гошку за палец. Парашютист вел себя спокойно.

- Это что, парашют трехметровый будет? - Генка приложил линейку к игрушечному куполу, - Тридцать сантиметров. Где мы столько целлофана возьмем? И какой же тогда змей нужен с самолет размером, да?

- Не три метра, а девяносто сантиметров всего, - Гошка что-то считал в столбик, чертя числа на песке, - а змей всего в два раза больше получается, - он же трех парашютистов за раз поднимает, и запас еще есть. Старые полиэтиленовые мешки на ферме можно выпросить. Я там видел.

Четыре дня ребята делали змея и парашют. За образцы они взяли магазинные.

Полиэтиленовые пакеты, выпрошенные на ферме, резали и сваривали большущим медным паяльником, найденным у Федьки-зоотехника. Паяльник грели на газовой плитке. Швы армировали полосками, бязи. Небольшой рулончик бязи, незаметно для себя, но очень кстати одолжил тот же Федька, когда вместе с ребятами лазил на чердак за паяльником и не вовремя отвернулся. Змей был разборным, поэтому на каркас пошли колена от двух бамбуковых удочек. Леску и ползунки взяли от магазинного, а в парашют после испытаний пришлось вставить два тоненьких ивовых прутика, чтоб не «слипался».

- Запуск кота в стратосферу назначаю завтра в час дня, - сказал Гошка командирским тоном, когда они с Генкой тащили сложенный змей домой после удачных испытаний: кусок кирпича, заменяющий кота, мягко приземлился на выкошенном лугу, - главное, чтоб Пашка не волновался и не дергался, а то прутики выпадут и парашют сдуется.

- А если разобьется? – до Генки только что дошла вся опасность предприятия, - жалко ведь.
- Не разобьется, Ген, все продумано, - успокоил Гошка приятеля, - мы его над прудом запускать будем. В случае чего в воду упадет и не разобьется. А чтоб не волновался, мы ему валерьянки нальем. Бабушка всегда валерьянку пьет, чтоб не волноваться. Говорят, коты валерьянку любят.

- А если утонет?
- Не утонет. Сказал же: я все продумал. Завтра в час дня.

Наступил час полета. Змей парил над деревенским прудом. По водной глади пруда, сидя попой в надутой камере от Москвича, и легко загребая руками, курсировал водно-спасательный отряд в виде привлеченной Светки в купальнике. Пашке скормили кусок колбасы, угостили хорошей дозой валерьянки, и прицепили кота к парашюту.

- Что-то мне ветер не нравится, - поддергивая леску одной рукой, Гошка поднял обслюнявленный палец вверх, - крутит чего-то. Сколько осталось до старта?

- А ничего не осталось, - Генка кивнул на лежащий на траве будильник, - ровно час. Пускать? - Внимание! Старт! – скомандовал Гошка, начисто забыв про обратный отчет, как в кино.

Генка отпустил парашют и Пашка, увлекаемый ветром, поехал вверх по леске. Успокоенный валерьянкой котенок растопырил лапы, ошалело вертел головой и хвостом, но молчал.

Сборка из кота и парашюта быстро доехала до упорного узла рядом со змеем, в ползунке отогнулся крючок, парашют отцепился от лески и начал плавно опускаться. Светка смотрела на кота и пыталась подгрести к месту предполагаемого приводнения.

Лететь вниз Пашке понравилось гораздо меньше, чем вверх, и из-под купола донесся обиженный мяв.
Подул боковой ветер, и кота начало сносить от пруда.

- Ура! – заорал Генка, - Летит! Здорово летит! Ураа!
- Не орал бы ты, Ген, - тихо сказал Гошка, - его во двор к Куркулю сносит. Как бы забор не задел, или на крышу не приземлился.

Пашка не приземлился на крышу. И не задел за забор. Он летел, растопырив лапы, держа хвост по ветру, и орал. Василь Федорыч, прозванный в деревеньке куркулем, копался во дворе и никак не мог понять, откуда мяукает. Казалось, что откуда-то сверху. Деревьев рядом нет, а коты не летают, подумал Федорыч, разогнулся и все-таки посмотрел вверх. На всякий случай. Неизвестно откуда, прям из ясного летнего неба, на него летел кот на парашюте. И мяукал.

- Ух е… - только и успел выговорить Куркуль, как кот приземлился ему на голову. Почуяв под лапами долгожданную опору, Пашка выпустил все имеющиеся у него когти, как шасси, мертвой хваткой вцепился Куркулю в остатки волос и перестал мяукать. Теперь орал Федорыч, обещая коту и его родителям кары земные и небесные.

Гошка быстро стравил леску, посадив змея в крапиву сразу за прудом, кинул катушку с леской в воду и, помог Светке выбраться на берег. Можно было сматываться, но ребята с интересом прислушивались к происходящему во дворе у Куркуля. Там все стихло. Потом из-под забора, как ошпаренный вылетел Пашка и дунул к дому тети Кати. За ним волочилась короткая веревка с карабином.

- Ты смотри, отстегнулся, - удивился Генка, - я ж говорил, что карабин плохой.
Как ни странно, это приключение Гошке и Генке сошло с рук. Про оцарапавшего его кота на парашюте Куркуль никому рассказывать не стал и претензий к ребятам не предъявлял.

- И чего он за нас заступаться стал? – думал Гошка в первый день их с Генкой домашнего ареста, лежа на диване с книжкой, - замыслил чего, не иначе. Он же хитрый.

- Ну-ка, вставай, одевайся и бегом на улицу, - в комнату зашла Гошкина бабушка, - там тебя Василь Федорович ждет.
- А арест? – Гошка на улицу хотел, но в лапы к самому Куркулю не хотел совсем, - я ж под домашним арестом?
- Иди, арестант, - бабушка махнула на Гошку полотенцем, - ждут ведь.
Во дворе стоял Куркуль, а за его спиной Генка. Генка корчил рожи и подмигивал. В руках оба держали лопаты. Генка одну, Василь Федорович - две. На плече у куркуля висел вещмешок.

- Пошли, - Куркуль протянул Гошке лопату.
- Куда? – Гошка лопату взял.
- А вам с таким шилом в задницах не все равно куда? – Куркуль повернулся и зашагал из деревни, - все лучше, чем штаны об диван тереть.

Ребята пошли следом. Шли молча. Гошка только вопросительно посмотрел на Генку, а Генка в ответ развел руками: сам, мол, ничего не знаю.

- Может, он нас взял клад выкапывать? – мелькнула у Гошки шальная мысль, а по Генкиной довольной физиономии было видно, что такая мысль мелькнула не только у Гошки.

Куркуль привел их в небольшую, сразу за деревней, рощу. Ребята звали ее Черемушкиной. На опушке рощи Василь Федорович остановился возле старого дуба, посмотрел на солнце, встал к дубу спиной, отмерял двенадцать шагов на север и ковырнул землю лопатой. Потом отмерял прямоугольник две лопаты на три, копнув в углах и коротко сказал: - Копаем здесь. Посмотрим, что вы можете.

Копали молча. Втроем. Гошка с Генкой выдохлись через час, и стали делать небольшие перерывы. Куркуль копал не останавливаясь, только снял кепку. К обеду яма углубилась метра на полтора. А Василь Федорович объявил обед и выдал каждому по куску хлеба и сала. Потом продолжили копать. Куча выкопанной земли выросла на половину, когда Гошкина лопата звякнула обо что-то твердое. - Клад! – крикнул Генка и подскочил к Гошке, - дай посмотреть.

- Не, не клад, - Василь Федорович тоже перестал копать, выпрямился и воткнул лопату в землю, - здесь домик садовника был, когда-то. Вот камни от фундамента и попадаются.
- Садовника? – заинтересовался Гошка, - а зачем тут садовник в роще? Тут же черемуха одна растет. И яблони еще дикие.
- Так роща и есть сад, - пояснил Куркуль, снова берясь за лопату, - яблони одичали, а черемуху барыня любила очень. А клада тут нет. До нас все перерыли уже.
- А чего ж мы тут копаем тогда? – расстроился Генка, - раз клада нет и копать нечего. Зря копаем.
- А кто яму помойную взорвал и пожог? – усмехнулся Куркуль, - Мариша вон до сих пор заикается, и мусор выбрасывать некуда. Так что мы не зря копаем, а новую яму делаем. Подальше от деревни.

Вечером ребята обошли деревеньку с рассказом, куда теперь надо мусор выкидывать. А домашний арест им отменили.

16.

В местности, где я родился и произрастал до отрочества, основным видом водоемов были огромные железные бочки, в которых под горячим солнцем согревалась вода для вечернего полива огородов, так что я научился плавать только в 9-ом классе, когда уже учился в физматшколе. В начале второго курса университета мои друзья-однокурсники обнаружили в Академгородке клуб подводников «Нептун», члены которого, среди прочего, тренировались в скоростном плавании в ластах. Это был сравнительно молодой, но уже международно признанный вид спорта. Мы начали тренировки в сентябре, а в конце октября в клубе были устроены соревнования на дистанции 800 метров. Поскольку у меня, в отличие от моих приятелей, были какие-то предварительные навыки спортивного плавания, мне удалось пройти дистанцию за 11 минут, что соответствовало в то время третьему разряду. На самом деле, мне всегда казалось, что нормативы были занижены, т.к. вид спорта был слишком молод и эти нормативы еще толком не устоялись.
Через две недели состоялись городские соревнования и я был послан «защищать честь Академгородка». В клубе в то время было несколько второразрядников, но «старикам» было лень мотаться в город и напрягаться на дистанции, а выставление команды на соревнования было обязательным требованием «инстанций», дающих разрешение на клубное пользование бассейном. В первый день соревнований были заплывы на 100 и 800 метров. Старшие товарищи по клубу предложили мне выбирать. Я не был уверен, что смогу выполнить хоть какой-то норматив на стометровке, поэтому выбрал длинную дистанцию. Там я был уверен, что смогу пройти хотя бы по третьему разряду.
Наверно, нужно объяснить одну существенную техническую деталь скоростного плавания в ластах. Не знаю, как сейчас, а в то время пловцы, имевшие хотя бы второй разряд, обзаводились самодельными ластами. Первой ступенью мастерства было овладение раздельными ластами. Из стеклотекстолита изготавливались две пластины длиной около метра, к которым крепились «калоши» от обычных ласт. Следующим этапом была моноласта, т.е. одна пластина из того же текстолита размером примерно метр на метр. Чтобы плавать в такой ласте, нужна очень солидная подготовка. Скажу сразу, я до плавания в такой ласте никогда не дорос.
Итак, нас вызвали на предстартовую скамейку, а потом на старт. Смотрю, как-то очень настораживающе все выглядит. Мои соперники все без исключения в моноластах, а я один в коротеньких «резинках». Началось представление участников. Диктор бодрым голосом произнес:
– На первой дорожке старт принимает заслуженный мастер спорта, чемпион мира и Европы, рекордсмен мира и Европы, Салмин.
Смотрю влево. У-у-у, какая честь!
– На второй дорожке старт принимает мастер спорта международного класса, чемпион мира и Европы, рекордсмен мира и Европы, Загозин.
Продолжаю смотреть влево. Чести все больше. Скоро ее стало, ну, слишком много: со мной стартовали еще три «простых» мастера спорта (всего в заплыве было шесть человек). К Вашему сведению, в то время в Новосибирске была очень сильная школа подводного плавания и около половины всей команды Советского Союза жило именно у нас в городе. У меня начался мандраж: как мне плыть в такой звездной компании? Пытаться разложить силы на всей дистанции, чтобы хватило сил на финишный рывок, – значит после первой же стометровки отстать от моих именитых соперников на все двести. Влупить сразу во всю мочь, чтобы хотя бы какое-то время продержаться «на ласте» самого медленного из соперников, – могу сдохнуть и не закончить дистанции вообще. «Ладно, – думаю, – прыгнем в воду, а там как Бог даст».
Прыгнули. Бог дал мне влупить изо всех моих сил. Вода вокруг бурлит, ничего не видно, а я все высматриваю: где этот самый медленный из соперников? Прохожу триста метров. Смотрю, чья-то ласта передо мной на соседней дорожке. Смекаю. Объяснений может быть три. Первое, чисто гипотетическое: я влупил слишком резво и немного обогнал соседа, равномерно разложившего силы на дистанции. Он, конечно, меня обходит и я, судя по всему, должен вот-вот сдохнуть. Второе: мне удалось-таки продержаться на ласте соседа, я уже приустал, снизил темп мотания руками, вода бурлит меньше, следовательно, лучше видно. Третье: они уже прошли четыреста метров. «Ладно, – говорю себе, – Спиноза, размышлять, молоти ручками и ножками, будущее покажет». Это будущее не заставило себя долго ждать. Когда я, уже еле дыша, закончил 600 метров, краем глаза заметил, что кто-то из участников уже «висит» на тумбочке, отдышивается после дистанции. Соображаю: «Наверно, это Загозин или Салмин. С этими лосями поди потягайся! Но остальные-то еще со мной. Так мы еще посостязаемся!» Все мои честолюбивые мечты рухнули, когда я закончил 700 метров. Все остальные участники заплыва уже поснимали ласты и сидели на тумбочках. Кто-то направлялся в раздевалку.
Последние 100 метров я плыл в гордом одиночестве. В бассейне – тишина, и только мои редкие удары руками по воде: «Хлюп, хлюп»... А устал, ну не могу. Уже задыхаюсь... На вдохе поворачиваю голову из воды, смотрю – на трибунах всего человек 20-30 зрителей, и все так скучающе, я бы даже сказал, тоскливо на меня смотрят. Для меня до сих пор остается загадкой, как я не утонул на последних 50 метрах. Организаторы уже устали меня ждать. Обычно, к старту приглашают новых участников, когда прежние вылезут из воды. А тут уже их не только пригласили, но и представили, и даже дали команду: «На старт!» Я только коснулся рукой тумбочки, мне секундометрист орет в ухо: «Голову береги!». Я едва успел отпрянуть, слышу – выстрел, над головой жуткий хлопок – это следующий стартующий своей моноластой по тумбочке бац – пошел!
На следующий день были заплывы на 200 и 400 метров. Мне опять старшие товарищи предлагают выбирать.
– Нет уж, – говорю, – сегодня только короткую дистанцию. Так хоть свое одинокое «хлюп-хлюп» не очень долго придется слушать.
К моему беспредельному удивлению, через месяц в том же бассейне на областных соревнованиях я прошел 200 метров уже на второй разряд (я же говорил, нормативы были занижены!). Настала пора обзаводиться длинными ластами. Через полгода я получил первый разряд, все мечтал обзавестись моноластой и дойти до кандидата в мастера спорта. Жаль, не удалось...
А после того моего заплыва, кстати, организаторы соревнований стали мудрее, в заплыв начали набирать не по жребию, а примерно равных по силам: мастера – с мастерами, третьеразрядники – с третьеразрядниками, соответственно.

18.

Недавними байками про Соломона Израилевича и Моню (от Максима К.) напомнило.

О Пользе Страха

Прадед мой был потомственный кузнец. Семья большая была, 3 брата и 3 сестры, сам седьмой (разница между самым старшим и младшим из братьев была более 20 лет). Прапрадед хотел что бы все сыновья унаследовали ремесло, ведь хороший кузнец всегда и себя и семью прокормить может. Но человек предполагает, а судьба располагает. Наслушавшись свиста пуль на японской старший сын порешил так, хватит с него и войн, и революций (1905 года), и России в целом. Уехал он в далёкую Канаду в году эдак 1907-1908м. Кстати возможно не самое глупое решение учитывая то что произошло в империи Российской десяток лет спустя.

А потом по одной, с разницей в 1-2 года, и все сёстры тоже уехали из беларуской деревни туда же. Идея была что потихоньку и вся семья туда переедет, а те кто приехал ранее будут остальным помогать, но Первая Мировая, Революция, Гражданская, итд. смешали планы. Так и остались прапрадед с прапрабабкой и 3 сына в Стране Советов. Старшие 2 брата, как и положено, стали кузнецами (втч мой прадед), а вот младший, Вевл,... вот о нём и речь пойдёт.

Конечно и Вевла к кузнечному ремеслу отец тоже готовил, но не был так строг как с остальными. Младшенький всё же, поскрёбыш (1904 года рождения). Тот подросши и прикинул, стоять в кузне с раннего утра до позднего вечера в жаре, в копоти, махать молотом, раздувать меха, ковать лошадей, зарабатывать копейку потом, нет этa тема была решительно не для него. И решил делать небольшой гешефт.

Скажу честно, сам не знаю чем он по молодости во время НЭПа занимался. Знаю лишь что бывал он при неплохих деньгах, но в конце 20х его подстрелили и он добрался домой с пулей в плече. Пока лечился там и НЭП закончился. Что конкретно произошло я по младости лет так в свое время не спросил.

Пришли годы 30ые. Индустриализация, ирригация, рационализация и ещё много других "ция." Но на все это денежка стране нужна. А где её взять? Конечно власть Советская хорошенько потрепала буржуинов и обывателей за 15 лет после революции. Казалось всё, барашка постригли, голый и босый бегает по лугу и жалобно блеет. Ан нет. На руках у граждан, несмотря на все катаклизмы, оставалось ещё и золотишко, и брюлики, и антиквариат. А ну-ка, милые выворачивайте карманы, сказало правительство. На какие же средства иначе заводы, фабрики, да Днепрогэсы строить?

Одновременно в стране строящегося социализма начался жуткий дефицит и голод. Не то что предметы роскоши, еду было часто тяжело достать, даже в относительно сытой Беларуси. Но как обычно, есть одно "НО". Было одно местечко где абсолютно легально можно было приобрести и французкие духи, и итальянские сыры, и испанские вина, и икорку с балычком, и швейцарские часы, и английские туфли, и американские Кодаки, и даже автомобили, и чёрта в ступе. И называлось это место, теперь почти забытым словом, Торгсин.

Гражданы несли туда свои цацки и пецки, а государственные закупаны их конечно обували вовсю при оценке. Золото брали по цене лома, ну куда ты денешься с подводной лодки. Кушать же хотелось, а в Торгсине что-то можно было купить. Люксовое барахло редковато брали, а вот еду и бытовые предметы пользовались спросом. Страна которой жутко нужны были средства использовала вовсю Торгсин что бы высасывать из граждан заначку. Даже в совсем небольших городках открывались отделения и Вевл просёк тему.

Золота и брилльянтов, ни у него, ни в деревне конечно практически не водилось, неоткуда им было взяться. Но у Вевла было кое что получше - доллары. Валюта то бишь. Откуда? Ответ простой, дети что уехали в далёкую Канаду были закалки крепкой, родителей не забывали. И до революции и во время НЭПА (пожалуй с неким перерывом на годы Гражданской, когда почта еле фурычила) регулярно из Канады письма слали и посылки. Почта России и тогда не ахти работала, посылки либо не доходили, либо приходили выпотрошенные, а вот с письмами обычно проблем не было. А в каждое письмо они вкладывали доллары (сам не знаю почему, но именно Американские, а не Канадские. Даже до наших дней дожило в семейной коллекции несколько мелких купюр).

Больших сумм они сначала не присылали, самим не легко было. Но брат с сёстрами держались вместе крепко, потихоньку друг-другу помогли на ноги встать. Брат вроде бы лавку какую-то открыл, потом гостиничку. Средняя сестра поднялась круче всех, с мужем и 3 сыновьями открыла швейную фабрику, мужскую одежду шили. Потом сколько-то магазинов мужской одежды держали. Не знаю чем младшая занималась, но каждый месяц собирала она с брата и сестёр "оброк" писала длинное письмо чего и как, и слала его вместе с денюжкой родителям.

Прапрадед с прапрабабушкой доллары эти не тратили ни в 1910ые ни в 1920ые. Прапрадед свою кузню имел, мастер хороший был, да и скромные люди по натуре были. Да и как доллары эти в деревне потратишь? Видя что Вевл профессию в руки не взял, большинство ему отдали - может перебесится да толк выйдет. Ну, а он у подобных семей в округе ещё больше валюты подкупил во времена НЭПА, пока деньги водились. И как в воду глядел.

В начале 30х официальный курс доллара к рублю был толи 4 толи 5 рублей, но вот кому они нужны - на них купить ничего в обыкновенных магазинах ничего нельзя. А вот за доллар США давали 2 Торгсиновских рубля за которые как раз купить можно было много чего. На чёрном рынке Торгсиновский рубль стоил чуть ли не 40-50 Советских (это при средней зарплате в 100-120 рублей). То есть на один доллар вполне можно было существовать месяц, на два доллара жить, а на три и шиковать.

Но Вевл поступал ещё мудрее, в Торгсине он покупал товары. Но не всё подряд конечно. Продукты портятся, патефоны могут поломаться, Кодаки да швейцарские часы никто не купит, это мало кто может себе позволить, а вот ткань... Бостон, джерси, шевиот, бархат, шёлк - это тема. И владеть ими не так страшно как золотом или брюликами, ОГПУ их не конфискует, а продать их вообще не вопрос, с руками отрывают. А на вырученные Советские рубли, когда их много, можно прилично жить. На почти все доллары что были он прикупил Торгсиновских рублей и жил без тоски и печали почти 5 лет, женился и сына родил.

А потом лавочка резко закрылась. Нельзя с государством играть в азартные игры. В начале 1936ого сказали "баста", Торгсины закрыли. Ппревратились Торгсиновские рубли в ненужные бумажки. Кто не успел отоварить - тот опоздал. Не знаю если Вевл сильно прогорел, но источник дохода он потерял однозначно. Опять стала дилемма, как жить? Уже 32 года, кузнецом работать он не умеет и не хочет. Професcии как таковой нет, в деревне оставаться смысла нет, к родителям на шею не сядешь - они старенькие. А жену и сына кормить как-то надо и он подался в Ленинград. Город большой - там всем место есть.

Окончил он курсы, устроился на завод. Чинил какие-то приборы, но официально должность называлась что-то вроде "контроля за качеством." Имел соотвественные корочки где и должность была прописана. Работа не бей лежачего и заработок соотвественнo копеечный. Но он придумал довольно забавный гешефт.

Для начала он разведал какие товары в Ленинграде в дефиците, а в конце 1930х это было почти всё. Потом узнал, почём, кому и где этот дефицит можно продать. Далее выяснил в каких магазинах его "выбрасывают" на продажу. Продавали дефицитные товары не то что бы редко, они бывали как раз регулярно. Просто продавали их в малом количестве. А посему как только появлялся товар, выстраивалась бешеная очередь, прилавки брали чуть ли не штурмом, и доставались коврижки лишь самым первым и самым наглым. Ну и ещё он чётко узнавал параметры ГОСТа на конкретную продукцию.

Далее, он отлично понимал, в культурной столице и в стране правит бал Его Величество "страх". А значит, вполне возможно сыграть в свою игру и подёргать Софью Власьевну за усики. Совсем чуть чуть, в рамках закона, не дурак же палиться.

Вевл был мужчина высокий, представительный, с хорошо поставленным внушительным баском. Как только он одевался в хороший костюм и достойную шляпу сразу было видно - мужчина сурьёзный. И он решил этот козырь использовать. Но для исполнения плана ему требовался помощник, и тут ему пригодился лопоухий соседский 17-18 летний мальчишка. В рубашке навыпуск, кургузой курточке, кепке, с выпученными глазами, с глупой улыбкой, и блокнотиком руках, он отлично оттенял Вевла и они вдвоем на ура исполняли спектакль.

Например выбрасывался дефицит, допустим крепдешин. Ткань дефицитная, всегда нужная. Слухи идут моментально - мол "дают." Народ живо становится в очередь. За каждый отрез идёт битва титанов, шансы получить отрез минимальны. Крики "по две штуки в одни руки не давать", толкотня, слёзы, иногда и мордобой. И вот первые запыхавшиеся, мокрые от пота, но со счастливыми глазами покупатели выходят из магазина. И тут появляетса солидный мужчина, ведёт себя уверенно. За ним семенит услужливый парнишка.

Звучит солидный бас "Здравствуйте товарищи. Пропустите пожалуйста. Контроль качества". В руках у него красная книжка. Народ, даже самая что ни на есть плотная очередь, расступается как от прокажённого. "Здравствуйте товарищи продавцы." звучит официальный тон "Отмерьте пожалуйста 10 метров такого-то цвета в соотвествии с ГОСТом имярек." И достаёт свою рулетку. Одновремено кивает парнишке, повелительно, "Товарищ уполномоченный, запиши ФИО продавца". И дрожащими руками продавцы под пристальные взгляды других покупателей отмеряют сколько сказано. Вевл солидно перемеряет, потом ещё раз перемеряет. Потом ридирчиво осматривает и ощупывает и небрежно бросает мальчишке "Товарищ уполномоченный, записывай. Сегодня, числа такого-то, произведён контрольный замер, ткани вида крепдешин, длинной в количество метров "зю", в соотвествии с ГОСТом номер такой-то. Нарушений во время замера не выявлено. Так, сколько с меня, товарищ продавец?"

"Товарищи, спасибо за сотрудничество. Магазин работает в соответсвии с ГОСТом. Всё нормально." И кивает мальчишке "забирай вещдок." И парнишка тащит кусок ткани. И все довольны. А дальше дефицит благополучо продавался уже на чёрном рынке. Вевл, был осторожен, один и тот же магазин посещал не чаще чем раз в полгода, виды закупаемого товара всегда менял, и главное не жадничал. Брал не мало, но и не хапал. И всё в соответствии с законом, ведь любой покупатель может потребовать перемерить или перевзвесить любой товар.

И ни разу, за почти 5 лет никто не попросил его ни посмотреть книжечку, ни предъявить документы, ни даже просто возмутился. Да, великая сила страх. А в купе с уверенностью в умелых руках очень выгодная. Так он и жил, не тужил. Ел и хлеб с маслом и даже с колбасой вплоть до 1941ого. Ну а дальше совсем другая история.

19.

На драйве2 один из участников собрался на юг в первый раз. Спросил, что необходимо, что бы подготовиться к поездке ? Если собрать в кучу все советы, то получается такая инструкция :

Возьмите с собой 2-3 огнетушителя обязательно. Жара стоит сильная, машины часто загораются. Так же возьмите больше средств типа "смекты" против желудочных инфекций, многие сидят по 2-3 дня орлами на горшках (известный факт) Так же не помешает взять наборы своей посуды. Было бы хорошо взять небольшую мебель типа компактных сервантов или бельевых шкафов, увы в номерах мебели минимум, повезет если вообще будет. Можно захватить раскладушки, так как кровати часто продавленные прежними посетителями. Возьмите так же с собой маски, ласты, купальную одежду, так как на побережье это все в три дорого. Не забудьте документы и страховки, полисы. Гаишники на юге хитрые, при остановке сотрудником ГАИ старайтесь не называть вашу фамилию, ссылайтесь на частичное беспамятство : полностью фамилию не помню, помню последние 3 буквы…Старайтесь в дороге меньше курить травы, так как за Ростовом, при въезде на Кубань — гадский пост, часто останавливают, смотрят в глаза, если глаза красные — трясут машину, просматривают вещи и т.д. Совет — над ними подшутить : насушите козьего навоза, мелко-мелко растолчите в порошок, расфасуйте в маленькие пакетики и распихайте в укромные места по автомобилю. При остановке вас сотрудником ДПС натрите сильнее глаза, разговор с сотрудником ведите серьезный, за жизнь, говорите чуть растягивая слова. Вас конечно временно поместят в местную гостиницу, на время проведения экспертизы, зато потом, когда обнародуют результаты, хохот всего местного бомонда и респект от всех сотрудников ДПС на трассе вам обеспечен. К тому же теперь ДПС, зная вашу склонность к хорошей шутке будут от вас шарахаться как от зачумленного. По трассе — полная свобода. Помни — сотрудник ДПС это слуга народа, и ты, своими налогами платишь ему з/п. Он должен соответствовать своему высокому званию. При общении с тобой, водителем, сотрудник ДПС должен быть услужлив, почтителен, стремиться побыстрей оказать тебе помощь в сложной ситуации. Если сотрудник ДПС стремиться выписать тебе штраф — помни, что перед тобой низший, самый низкоквалифицированный представитель и твой гражданский долг — указать ему на это всеми доступными способами. Образованный сотрудник ДПС знает, что штраф — крайняя мера применяемая в критических случаях. В 95 % можно вынести предупреждение и провести профилактическую работу с нарушителем, что несомненно более эффективно. Указав сотруднику ДПС на его низкую квалификацию ты несомненно побудишь его к дальнейшему обучению и самосовершенствованию, что повысит уровень обслуживания на наших автотрассах. Так же помни, что самая любимая "разводка" сотрудников это окончание начало обгона на прерывистой линии и окончание на сплошной. Сотрудник ДПС имеет право не штрафовать в данной ситуации, если он видел что водитель принят все возможные меры для ухода на свою линию после окончания обгона а не шпарит дальше как ошпаренный. Если сотрудник ДПС утверждает обратное, значит вам просто опять не повезло и вы наткнулись на низкоквалифицированного сотрудника, что делать в этом случае я уже вам писал . Так же обратите внимание на скоростной режим, скоростной режим на Юге очень медленный. Из-за сильной жары, асфальт дороги расплавляется и она становится мягкая. По такой дороге грузовикам вообще нельзя ездить ( они днем и не ездят ) а легковым авто не более 70-80 км / час. Если сзади вас пристроилась машина и моргает вам фарами, значит за вами пристроился низкоквалифицированный водитель и он хочет нарушить скоростной режим. Всеми доступными способами вы должны постараться не допустить нарушения правил таким водителем ибо это опасность для всех остальных. Чуть сбавите скорость, включите аварийку и продолжайте двигаться в спокойной обстановке, помахивая рукой в знак приветствия. Ваша доброжелательность и спокойствие произведут необходимый эффект и несомненно заставят нарушителя устыдиться. Так же серьезное испытание для вас будет ночью или днем в пробках перед большими городами. Машины стоят, либо едут медленно и многие не квалифицированные участники дорожного движения стараются ехать по обочине правой стороны, чем создают помехи тем кто стоит или едет медленно, проще говоря нервируют остальных. Совет — встаньте таким образом что бы половина вашего автомобиля стояла на вашей полосе а половина на обочине, создавая помехи тем, кто едет по обочине. Несомненно вам начнут сигналить и моргать дальним светом фар, выражая свое нетерпение но и уважение к вашей твердой гражданской позиции. Включите аварийку, выйдите из машины и спросите чем вы можете помочь. Если к вам поступят просьбы поскорее покинуть этот мир и соединиться с предками — знайте, перед вами не интеллигенция, может даже это люди с низкой социальной ответственностью. Несомненно разрядить ситуацию поможет хорошая шутка. ( моя бабушка, партизанка — блокадница, всегда говорила мне : внучек, даже если идешь в гости к хорошим людям, никогда не помешает, прежде чем зайти — кинь туда гранату) для совершения хорошей шутки вы должны иметь предмет похожий на гранату. Метните его в открытое окно или люк и с криками "аллах Акбар" займите лежачее положение, немного отбежав от автомобиля. Вы увидите, что захохотав, экипаж автомобиля стремительно выскочит из автомобиля и присоединиться к вам, заняв лежачее положение. Вы тоже должны понять, может люди едут давно, устали и хорошая разминка несомненно будет всем на пользу. После того как фаза отдыха на земле закончится, приступайте к активным упражнениям — бег трусцой а вероятней всего с ускорением и прыжками через препятствие. Если лично вы бежать не хотите, то вскочив, произнесите с досадой следующее: "Опять осечка, сколько раз просил не заправлять гранату мокрым тротилом, погодите минуту, сейчас возьму нормальную, у меня еще много" После этого, побегут с препятствиями уже они…Если после всего этого вам удастся добраться до моря, хотя бы к концу отпуска, значит вы все делали правильно. Но помните — на море вас подстерегает еще много опасностей, включая разные кишечные инфекции, расстройства желудка, слабый стул, белая черноморская акула, отсутствие привычного Wi-Fi, скаты и рыба еж на пляжах и т.д. Помни — во время укуса акула слепая, так как закрывает глаза оберегая их от травмы. Если ты увидел акулу, ты должен приложить все усилия что бы травмировать ей глаз, тогда она уже не нападет. Чтобы выжить в столкновении с акулой, нельзя заходить в воду больше чем по пояс. Что бы избежать травмы от рыбы ежа, надо плавать в обуви и т.д. Избежать травмы от ската хвостокола не возможно, его гарпун пробивает даже костюм аквалангиста. Купаться лучше с панамкой или ковбойской шляпой на голове. Если вы нырнули и долго не выныриваете, плывущая по волнам шляпа привлечет внимание спасателей . Панамка плохо плавает а ковбойка хорошо. Помните, если вы плывете в открытое море, разминая мышцы, а навязчивый человек на лодке с красной повязкой призывает вас вернуться назад, хотя вы еще и 100 метров не проплыли — знай, перед тобой трус, перестраховщик. Это спасатель, возможно с приставкой "горе" Смысл работы этих людей плавать на лодках вдоль линии купания и свои видом приводить в смущение отдыхающих. Спасти они конечно никого не успевают, зато сколько спеси и чванливости в их поведении. Помни — этот человек существует только благодаря деньгам, которые ты готов тратить на курортах, только благодаря тебе он может позволить себе пару месяцев в году поплавать на лодке бесплатно, получая во временное распоряжение красную повязку и спасательный круг. Помни — его святая обязанность сопровождать тебя в открытом море и помочь тебе приплыть назад, если ты соблаговолишь . Давать им на "чай" нет необходимости. Если ты утонешь, его замучают объяснительными, вся его жизнь превратится в одну длинную объяснительную.
Поэтому — плыви и можешь покапризничать. Ты платишь деньги на курорте 1 месяц в году а они на эти деньги жируют весь год потом. Ничего страшного, пару месяцев в году можно и поработать.
Вечером на набережной, ты можешь быть свидетелем необычного поведения некоторых отдыхающих, явно без высшего образования: на закате солнца они стремительно выбегают из моря, боясь что вода закипит…
Это лишь не большой список лайф — хаков для путешествия на море. Если после выполнения их вам удалось еще и вернуться с моря, то значит вы все делали правильно . Помни множество опасностей вас поджидает в виде сдатчиков жилья, разного жулья, на экскурсиях, в аквапарках, местного вина и т.д. Подумай, нужно ли тебе ехать на юг, на море, каковы шансы преодолеть все эти препятствия. Если ты примешь решение ехать, то не забывай про наши советы, делай все правильно, меняй окружающую реальность и прибудет с тобой сила и удача в поездке !

20.

ПАСТЬ ГОЛЛУМ И БАРЖА ЗЕЛЁНОГО ЛУННОГО СЫРА НА ЕНИСЕЕ

У Ромы Бурлака, которого в Красноярской ролёвке больше знают под звучным именем - Пасть, возникали иногда довольно сумбурные идеи. Например он мог придти к тебе ночью постучавшись пальцем в окно, и предложить отправиться прямо сейчас в путешествие без какой-то особой определённой цели. Что-то типа пешего паломничества:

"Пошли, говорил он, прямо сейчас пешком до Железногорска сходим".

Причём ещё и босиком. Ну или до Дивногорска. А это что-то около 30 км по трассе. Предпринимал он подобные пешие туры не только со мной, но и ещё с некоторыми моими друзьями. И в них сходить мне по счастью не удалось. По пути он сильно накидывался алкоголем, и по слухам по пути в Дивногорск спровоцировал на мосту глупую драку с гопниками, а в другой раз по-пьяни зачем-то пытался спереть у хачика арбуз, и этим тоже впутал своих попутчиков в весьма глупую и некому не нужную драку.

Но о том как мы с ним ходили пару раз пешком в Железногорск, закрытый режимный город, куда вход до сих пор по пропускам, я расскажу как-нибудь в другой раз...

В этот раз я расскажу лучше как Пасть плавал голым на баржу за зелёным сыром.
В город тогда очередной раз приехала одна томская фрикса - Инь-Яня. Это дивный фрик из уже вымирающего вида эльфиек - автостопщиц с флейтами, одетых в самошитый этнический и довольно экзотичный прикид.

Инь-Яня была вся с ног до головы оранжевой, потому как этот цвет лучше всего бросается в глаза на трассе, ассоциируясь с жилетками дорожных рабочих. Стопщик в таком прикиде имеет гораздо больше шансов уехать. А Инь-Яне с её довольно вредным характером - это было очень нужно. Раза три она приезжала к нам с кем-то в паре, и каждый раз этот кто-то кидал её одну за вредный характер у нас в Красноярске. Два раза я как джентльмен, бросал все свои раздолбайские дела у себя в городе, и увозил обратно в её родной Томск, но на третий раз уже сказал ей "Стоп, хватит! Больше я с тобой никуда не поеду"!

Но это пока был ещё самый первый раз. Встретив её где-то в центре всю такую ярко оранжевую как июльское солнце, мы с Пастью водили её по своему городу, показывая наши местные достопримечательности. Кстати, самым забавным во всём её оранжевом прикиде был шмотник сделанный из детских оранжевых колготок. Те самые детсадовские колготки с грубым швом через всю задницу. В советское время в такие наряжали даже мальчиков до самой школы. На них завязывалась оранжевым шнурком горловина, а сами чулки служили как бы лямками к шмотнику...

По пути что-то выпивали, и Пасть всю дорогу пытался раскрутить её на выпивку, обещая, что "завтра" всё вернёт, тогда как завтра она собиралась уже ехать назад к себе в Томск, а я вроде бы как подписался её туда провожать. При том, что сама она при своих этнических замашках практически с нами не пила... И поэтому взывала к его совести, не ведясь на провокации.

Вечер и алкоголь завели нас ближе к июльскому вечеру, на очень крутой берег Енисея в Академ городке. Там мы подсели к каким-то отдыхающим девушкам, любуясь сверху на Енисей и продолжая что-то там распивать. А с этого очень высокого и крутого берега, где сейчас уже давно стоит храм, нашему праздному взору открылась стоящая посреди Енисея баржа, гружёная чем-то жёлтым как заплесневелый сыр.
И у нас разгорелся горячий спор, о том что может быть на этой барже. Причём Пасть упорно склонялся к версии и том, что там лежит груз из окаменевшего зелёного сыра, из которого по версиям некоторых упоротых мракобесов сделана луна.

И чтобы проверить эту версию, Пасть решился доплыть до баржи вплавь, несмотря, что до неё было метров сто. Её предусмотрительно поставили на якорь чуть ли не посреди Енисея, дабы этот бесценный лунный сыр не расхитили.

Пасть спустился к воде крикнув нам чтоб присмотрели за его шмотками, и рисуясь перед девушками разделся догола. Кстати, те случайные девушки, к которым мы подсели, этого жеста совершенно не оценили, и тут же смутившись ушли. А уже изрядно подвыпивший Пасть нырнул в воду и поплыл вниз по течению к барже...

Если вы не сибиряк, и никогда не пытались купаться в Енисее даже летом, то лучше и не пробуйте. Течение почти везде там очень мощное, а вода даже летом очень холодная. Многие горе самоубийцы, что решаются спрыгнуть с коммунального моста, попав в стремительное течение, тут же внезапно раздумывают топиться, но уже поздно...
Выплыть из стремнины почти никому из них уже не удаётся...
Я всё это прекрасно знал, сбегая вниз по косогору, потому как сам купался в нём довольно часто. Купание в Енисее выглядит примерно таким образом: Метров в пяти от берега где течение не такое сильное, можно ещё окунуться по грудь. Но если ты ныряешь чуть дальше тебя тут же закручивает мощным потоком, и несёт дальше. Тут тебе уже нужно грести что есть силы к берегу, чтобы тебя не слишком сильно далеко унесло от твоих вещей на берегу... Очень бодрит с утра, и моментально снимает практически любое похмелье. Если конечно у вас с сердцем всё в порядке...

Думаю, что Пасть прыгнув в Енисей, тоже довольно быстро протрезвел, но было уже поздно включать обратный ход. Ему довольно легко удалось достичь этой баржи, только благодаря тому что течение само принесло его туда. Там он подтянулся и влез на неё, и начал голый там бегать, ёжась от речного ветра. Попутно он поднял, и показал нам издалека кусок этого самого зелёного сыра. До него наконец-то начало доходить, что при таком сильном течении назад ему уже не приплыть. В отчаянии он начал махать с баржи руками каким-то проплывающим мимо рыбакам. Но те увидав его голожопого как Голлум, лишь посмеялись и проплыли мимо...

Вечерело, на Енисее становилось всё холоднее, и Пасть наконец-то решился плыть в обратный путь. Он оттолкнулся от баржи, и его тут же понесло дальше по направлению к коммунальному мосту. А мы с Инь-Яней бежали вслед по берегу неся его шмотки. Инь-Яня с вещами отстала очень быстро, а я преодолевал бухту за бухтой, ожидая за каждым поворотом не увидеть его головы над поверхностью, и нырять за ним уже самому, чтобы вытащить из воды его ослабевшее тело...

Но метров через двести ослабевшего Пасть таки вынесло к берегу, в побелевшей руке он судорожно сжимал какой-то зеленоватый камень ядовито зелёного цвета. Это был кусок производственной серы...
Так мы узнали что было на той чёртовой барже, ради которой Пасть чуть не утоп. Не лунный зелёный сыр, а зелёная сера, которой черти топят свои котлы в аду.

21.

Когда я ходил в садик, иногда тоже была зима. Причем - регулярно, каждую зиму. Причем раньше, помимо Деда Мороза со Снегурочкой, были и другие атрибуты. Снег, сосульки и кражи санок. Всех детей поголовно возили в садики на санках. Машины были не у всех, а санки были доступным транспортным средством. В них можно было сложить малолетнее чадо, как дрова, и везти его на санках в садик с максимально возможной скоростью. Правда потом, после садика, надо было куда-то эти санки девать. Даже в маленьком садике на 4 группы по 30 детей получалось больше сотни санок всех цветов и расцветок. Под них уже нужен средний самолетный ангар. На работу мамы и папы тоже забирать санки не могли. Тем более, если мама - какой-нибудь почтальон, а папа электрик. Весь день за собой санки таскать? Поэтому санки втыкались в сугроб вокруг садика. Издали это было похоже на японский сад камней.

Все детские сады были утыканы санками. Чтобы сразу отличить свои санки от чужих - их раскрашивали и подписывали. Это же было противоугонной системой. Насколько я помню, не было ни одного случая, чтобы санки перекрашивали.

Угонщиками были, как правило, школьники. Им санки были не положены в силу преклонного возраста, а кататься с горок или привязываться к грузовикам очень хотелось. Вот они и приходили после уроков к детским садам и брали себе транспорт. Как правило, ходовых штатных цветов, боялись только вычурных санок. Около нашего садика стояли санки еще дореволюционные, с деревянными полозьями. Так эти санки настолько сильно выделялись, что были неугоняемыми.

Ни разу не угоняли санки у меня, мой папа фигурно ободрал с них краску. Несколько вечеров сидел с ножиком. Получился резной палисад. Вторые неугоняемые санки были у Ткачены, нынешнего кастрюльного магната. Папа у него не любил деревообработку, он был художник по металлу. С помощью дрели, он покрыл санки такой жесткой гравировкой, что они стали похожи на гигантский заусенец. А вот у Солопаева Сереги, у него были санки в стоковом обвесе. От новых санок, купленных в магазине, они отличались только веревочкой. Солопайчиковы предки почему-то даже не метили радикально санки. Даже фамилию «Солопаев» они писали на приклеенный кусок пластыря. Само собой, пластырь отрывался, санки подписывались гвоздем на другую фамилию - всё!

В этом был офигенный плюс. Угнанные санки давали, в сильный мороз, плюсстопятсот к здоровью. Раньше я этого не понимал, а теперь, очень сильно понимаю. Представьте себе, на улице мороз. Сильный мороз, ну минус 27. Родители спешат на работу, нужно отвезти в садик груз в виде молодого мужчины пяти лет. Своими ногами, да еще в зимнем облачении, подобный груз доберется до садика к апрелю. Поэтому дитя нужно укутать в кофту, сверху надеть свитер, потом пуховый платок, потом пальто. На ноги двое колготок и штаны с начесом. Все это сверху лакируется кроличьей шапкой и валенками. Когда ребенок достаточно обездвижен, его надо обеззвучить, для чего используется шарф, которым фиксируется нижняя челюсть. Потом груз выносится на улицу и складывается в санки. Поскольку укутанное туловище не гнется, то именно укладывается, глазами к звездам.

Так вот, дети, которых в сильный мороз возили на санках - заболевали. В сильный мороз надо двигаться. В обездвиженном состоянии холод проникает всюду. За все три года, которые я ходил в садик с Солопаевым, тот не болел ни разу. Ему приходилось ходить в садик пешком, санки постоянно угоняли. Пусть родителям приходилось вставать в 5 утра, пусть половину пути Солопаева приходилось катить кубарем и подгонять пинками - он не заболевал, он постоянно двигался. А у меня, с неугоняемыми санками, четыре раза за зиму были всякие ОРЗ. А однажды посчастливилось заболеть левосторонней пневмонией (это воспаление легких, если не в курсе). Мне из-за этого даже длинных стихов не давали на новогодние утренники. Мое присутствие было очень маловероятным. А Солопаеву давали стихи на два листа, родители вешались.

Тем не менее, в детстве мне нравилось ездить на санках. И именно в таком состоянии, как дрова, глазами к звездам. Особенно, когда снег идет. Такими большими кусками, как остатки голубя, после кошачьей трапезы. Едешь так на санях, впереди коренным папа идет и мама пристяжная. Смотришь вертикально вверх, а оттуда падают снежинки. Медленно-медленно, прямо в зрачок. И тают там. И по очереди: то в один зрачок, то в другой. А ты лежишь, вдыхаешь сквозь шарф воздух, и пошевелиться невозможно, столько на тебе одежды разной. А потом снег в зрачках тает и у тебя полные глазные яблоки воды. И ты с неимоверным усилием наклоняешь голову, вопреки шарфу и кроличьей шапке (с милицейской кокардой). Ну нужно как-то вылить воду из глаз.

И вода вытекает, и ты видишь, что рядом с тобой, ноздря в ноздрю, везут еще кого-то. И у него тоже глаза к небу и в зрачки снежинки тают. А особо одаренные родители снимают с санок спинки и дети к этим санкам принайтованы какими-то такелажными приспособлениями. А некоторые ненормальные дети лежат не как все, а наоборот. Кто-то ногами назад, а кто-то вообще лицом вниз. Я даже пару раз пробовал так. Головой вперед - еще куда ни шло, а лицом вниз - никакого удовольствия. Меня однажды родители потеряли, я как-то выпал из санок, на вираже. Пытался подать сигналы, но был обездвижен и обеззвучен. Родители ушли почти на 100 метров. Меня спасла какая-то прохожая бабка. Она ругала родителей, за то, что они меня потеряли. Это были первые матерные слова, которые я услышал в жизни. Но не запомнил.

Еще помню сапоги. Меня стали к школе готовить, а в школу было не престижно в валенках ходить. Поэтому меня стали приучать к зимним сапогам. Были такие детские сапоги на меху из чебурашки. У них была металлическая молния, которая постоянно ломалась. И еще у них была подошва без намека на протектор. Так, слегка шершавая, как мелкая наждачка. Очень хочется посмотреть в глаза проектировщику этой детской обуви. Его бы салом, ему же по сусалам. Чтоб он всю жизнь поскальзывался. Но мой папа, не зря получал высшее образование. Он натер мне сапоги канифолью и я перестал падать. Все падали на ровном месте, а я стоял, будто прибит гвоздями. В средние века меня бы сожгли на костре. Потом эту идею украл Н.С. Михалков, для своего фильма «Сибирский цирюльник».

А потом все пошли на горку, кататься с нее стоя на ногах. Кто дальше уедет. Было такое соревнование. Пока меня не намазали канифолью, я был практически чемпионом. Меня выносило за границу раскатанного льда, я очень хорошо держал равновесие. Даже когда влетал в баррикаду из санок и снеговиков. Но тут вышел казус. Я разбежался, придав себе как можно большей кинетической энергии, и прыгнул на лед. Дальше мое тело понеслось вниз с горки. А сапоги остались на месте, как гвоздями прибитые. Я опал как листья по осени. Только очень резко и с тупым звуком. Никаких телесных повреждений не получил, но привил себе отвращение ко льду. Никогда в жизни не стоял на коньках и вообще, до появления ватрушек, даже на горках катался с опаской.

© pankratey

22.

История про жидкое мыло напомнила.
Тем, кто предпочитает читать истории только на актуальные и злободневные темы, рекомендую мою зарисовку сразу пролистать, абсолютно ничего не потеряете. Тема моя достаточно мелкая, всего-то как один мужик помыл ноги в гостинице, а другой побрился. Тех же, кто любит просто поржать над курьезными жизненными ситуациями, надеюсь, она развеселит..
В середине восьмидесятых жил в Воронеже, в гостинице с таким же названием. Гостиница располагалась к красивом старинном здании в историческом центре города, а внутри этого здания было полное убожество. Умением решить вопрос с администратором гостиницы, чтобы тот принял мзду, а взамен предоставил приемлемый номер со всеми удобствами, я тогда еще не обладал (когда часто приходится путешествовать, такое умение приходит, но с годами), поэтому мне достался какой-то обшарпаный номерок на пятом этаже, вернее даже койка в двухместном номере. Паркет на полу был весь вытоптанный, кровать скрипела и шаталась, из бонусов было одно радио, удобства цивилизации были общими на весь этаж и располагались они в самом конце коридора. Пока дойдешь до туалета, можно три раза обоссаться по дороге.
Собрался на ночь помыть ноги. Захожу в санузел, тот который в конце коридора, задираю ногу в умывальник, намыливаю - вдруг на моих глазах кончается вода, и я так и остаюсь остаюсь с намыленной ногой. Перед соседним умывальником стоит мужик, бреется. Вот как только он начал бриться, так сразу и отключили воду, так что он в результате остался с намыленной и недобритой физиономией. Мужик этот прежде меня сообразил, что нам надо делать, и говорит:
- Быстрее бежим на четвертый этаж, если законы физики не брешут, то на нижних этажах еще какое-то короткое время из крана должна течь вода. Только надо спешить, времени у нас вообще нет.
Бежать на четвертый этаж - это, чтоб вы поняли, сначала пробежать через весь длинный коридор до лестницы, потом спуститься по ней на два пролета, а потом на четвертом этаже по коридору столько же в обратную сторону до санузла. Причем если мужику надо было просто бежать, то мне пришлось еще и бежать с намыленной ластой. Добежали. Мужик в темпе принимается за бритье, а я задираю намыленную ногу и пытаюсь поскорее смыть мыло, пока и здесь кран не опустел. Жидкой струйки воды только и хватило, чтобы смыть мыло, но как только задрал в умывальник вторую ногу, как вода снова закончилась. С одной стороны приятно, что хоть успел мыло смыть, но, с другой стороны, идти ложиться спать, когда у тебя одна нога чистая, а другая грязная и вонючая после беготни по пыльному городу длинным летним днем, совсем не в кайф, поэтому подрываюсь и продолжаю свой марафон уже в направлении третьего этажа. Мужик бежит за мной, он тоже далеко не всю харю успел побрить.
На третьем этаже вода из крана уже вообще течет, как из комариной пиписьки, поэтому чтоб хоть как-то успеть, действуя в бешеном темпе, кое-как намыливаю вторую ногу. Мужик тоже так яростно чешет бритвой по щекам, как будто это не его щеки, а его личного врага. Но похоже, сегодня явно не наш день. Я снова только успел намылить свое копыто, как кран захрюкал и сдох, так что смывать мыло бегу по уже накатанной схеме на второй этаж, который является нашей последней надеждой, поскольку первый этаж в гостинице был не жилым, и если там и был санузел, то он, скорее всего, оказался бы закрыт. Мужик, который тоже чего-то там на своей морде не успел добрить, по традиции, мчится со мной наперегонки. Прибегаем. Все, капец, не успели. На втором этаже в умывальнике нас встречает сухой, как полдень в Сахаре, кран, который только и может, падла, что хрипеть пресмертным хрипом. Наша последняя надежда найти где-нибудь в пределах досягаемости хотя бы пару ковшей воды, такой обычной и такой сейчас необходимой, но при этом и такой недоступной, умерла безвозвратно. Руки у нас у обоих опустились, стоим грустные, он с полувыбритой щекой, я с намыленным лаптем, думу думаем. И тут уже мне удалось проявить креатив. Взгляд случайно упал на оставленную кем-то на подоконнике пустую поллитровую банку. Эта банка и подсказала мне спасительный выход. Сняли крышку со смывного бачка в туалете (бачки тогда еще были чугунные, с цепочкой, висели высоко над унитазом, кто постарше, конечно, помнит), и черпая оттуда так кстати подвернувшейся банкой воду, наконец с победой завершили это путешествие по своим четырем кругам ада.

23.

Ода портянкам.
Нет, это не то, о чем вы подумали, а некоторые даже злорадно заухмылялись. Речь пойдет, именно о портянках, в прямом смысле этого слова, о двух прямоугольных кусках плотной хб или байковой ткани, размерами примерно 30х60 см. Впрочем, и не только о них.
Портянки имеют одну замечательную особенность: у каждой четыре угла и две стороны, то есть их можно восемь раз перемотать свежей тканью к ноге. В армии, например, баня у нас была один раз в неделю и портянки выдавались тоже раз в неделю после бани (1988-1990г.). В Российской империи и в СССР, до массового строительства благоустроенного жилья при Хрущеве, подавляющее большинство населения проживало без удобств в виде ванны или душа, и в баню традиционно ходили, также, один раз в неделю. А повседневная обувь, также у подавляющего большинства (кто мог себе их позволить) была сапоги. В сапогах ходили, и солдаты, и офицеры, и купцы, и промышленники, и крепкие крестьяне, и служащие, и даже, любимец Поклонской, император Всея Руси и пр., и пр. Николай II, на всех парадных портретах в полный рост, которые я видел, он обут в сапоги. И думаете он носки с подтяжками под сапоги надевал? Ну не было тогда технологии резинок в ткани. Портянки, их родимых, мотал, и не думаю, что от этого чувствовал себя неуютно или ущербно. В советское время была такая уже ретро загадка: «Почему Сталин ходил в сапогах, а Ленин в ботинках?». Один из вариантов большинства неправильных ответов был: «Потому что портянки наматывать не умел». Правильный ответ – по земле (по чему). На моей памяти, когда я был пацаном у бабушки в деревне, большинство мужиков, особенно старшего поколения (практически 100%) ходило в сапогах, зимой переобуваясь в валенки с калошами, но тоже с портянками.
- Деда, а тебе в сапогах не жарко? – спрашивал я летом, смотря на свои сандалики (обязательно с носочками).
- Я то, в своих сапогах, и по навозу, и по стерне, и по лужам пройду. А ты? – улыбался дед.
- Не-е, не пойду! Баба заругает! – расстраивался я. –Тоже хочу сапоги!
- Вот будешь хорошо кушать, быстро вырастешь и тебе такие же сапоги справим – притопнул ногой довольный дед. Вот такая деревенская педагогика, и замечательно работающая, между прочим.
В армии на КМБ (курс молодого бойца) сержант учил: Подмочил ноги, зашел в помещение – не торопись сразу перематываться, потерпи минут двадцать, дай сапогам чуть подсохнуть, тогда и перемотай, той частью портянки, которая была на лодыжке, и будет ногам снова сухо. Вы представьте, в армии, запасные носки в карманах носить, а после переодевания мокрые и грязные..., как-то не комильфо. По моим прикидкам, мои армейские юфтевые сапоги, выдаваемые на год, без ремонта, при тех нагрузках, и бег, и строевой шаг, практически не снимаемые (только несколько раз, когда надевалась «парадка» с ботинками), проходили 10-15 тыс. км. Какая современная обувь может таким «пробегом» похвастаться? Мать прислала шерстяные носки, лично связанные по продвинутой технологии (дополнительно заводилась капроновая нить в подошву и пятку). И что вы думаете? Протерлись нафиг, хватило, с поддетым простым носком (стирал их каждый вечер), в сапогах ровно на неделю.
Фу, скажут «эстеты», а запах то от недельных портянок? Ну да, не без этого. Но человек такая скотина – ко всему привыкает и перестает замечать. Общеизвестный факт, что в средневековых европейских городах, в частности в Париже, ночные горшки выливались из окон прямо на улицу, прохожие и домашний скот гадили там же. Дерьмо было везде, никто его не убирал, но думаю, никого эти запахи особо не напрягали, это было нормально, к этому привыкли с детства, никто с возгласом «фи» не зажимал носик и не рыгал у стеночки, и не мылись они вообще. В средневековой Японии не выращивали домашний скот и не ели мясо (вообще не ели, об этом можно прочитать в очень достойной книге Джеймса Клавелла «Сёгун», очень помогающей понять менталитет японцев). Так вот, в Японии поля удобряли человеческими экскрементами, растворяли в воде и поливали. Если какой-нибудь самурай присаживался по большому делу на улице (абсолютно нормальное явление), то рядом сразу начинал ошиваться какой-нибудь крестьянин с просьбой о разрешении подобрать по завершению. Прям, как охота наших бомжей за пустой бутылкой. Если бы средневекового жителя привезти в наш мегаполис, то он бы был очень сильно удивлен и возмущен до тошноты, до рвоты, как мы тут дышим, тут же так воняет выхлопными газами. А нам нормально, мы привыкли и уже просто не замечаем. Наверное, наше современное отношение к естественным запахам очень надуманное, наносное, привитое с детства воспитанием и отношением взрослых и других детей. Не секрет, что на некоторых женщин действует, как афродизиак, запах сильного, молодого самца, пропотевшего, нормально так, здорового мужика. Вроде запах, и резкий, и не очень приятный, но почему-то очень возбуждает, видно против матушки природы не попрешь. А что он неприятный – внушено, напето нам с экранов, в рекламе дезодорантов и пр. Маленькие дети (до года) с явным удовольствием "жамкают" ручками и размазывают свои какашки (это я вам, как отец двоих детей, заявляю), а потом включается воспитание: Нельзя, кака, фу гадость, это плохо, насколько, тут же демонстрирует, увидевший это, «счастливый» молодой отец, рыгающий в туалете. В животном мире же никаких внушений, моя собака на прогулке с удовольствием нюхает какашки других собак, а насколько я знаю, новорожденные слоны в месячном возрасте активно начинают поедать навоз родителей, чтобы создать у себя к кишечнике колонию микроорганизмов, позволяющую им переваривать грубую растительную пищу. А если завтра нам всем станут внушать, что, например, запах земли — это плохо, просто ужасно. Что надо с этим запахом бороться специальными дезодорантами и освежителями, закатать в асфальт, закрыть как можно больше поверхности. Выступят медики и ученые, расскажут про гигиену, про вред здоровью, наносимый землей. Скажут нам как это вредно видеть сырую землю, вдыхать ее запах, психологи, что это может привести к серьезным психическим заболеваниям. Мы будем ругать наших детей за землю на ботинках. Дети в садике и школе будут кричать: Фу, ты в земле измазался, уйди, от тебя воняет и т.д., глядишь, уже через пару поколений, у кого-то уже будут возникать рвотные рефлексы от запаха земли после дождя.
Есть у меня знакомый, военный, в конце девяностых попал в международную миссию ООН в одно из центрально-африканских государств, почти на экваторе. Несмотря на кучу предварительных прививок, он, как и вся миссия, постоянно мучился, то кишечными расстройствами, то кожными болячками, неизвестной ему этимологии. То сыпь, то лишай, то просто непонятное покраснение значительных участков кожи со сильнейшим зудом. Сам он по специальности военный медик, но ничего кроме антибиотиков персоналу миссии предложить не мог. Его и самого просто замучил, вроде как, тривиальный фурункулез, который в обычных условиях элементарно лечится курсом из пяти-семи уколов. Далее с его слов. Жара, высокая влажность, весь мокрый ходишь, одежда постоянно влажная, если что из продуктов не убрал сразу или не помыл, плесень махом всякая вылазит. Взял я в помощники одного из местных, помыть чего, убраться, по поручениям сбегать. Черный парень лет двадцати, очень атлетического телосложения, вполне владеющий «пиджин инглиш» (упрощенный английский). Весьма сообразительный, но страшно ленивый. Видя, как я кипячу инструменты, чтобы вскрывать себе очередной фурункул, говорит:
- Ты белый парень-человек болеешь потому, что много моешься. Я Нугу - никогда не болею, потому что моюсь только когда очень сильно грязный, а ты каждый день. Я рассказал ему старый бородатый анекдот: «Как найти негра в темноте? Достаточно просто принюхаться.». Не обиделся.
- Моя мать-женщина мне говорила, вспотеешь - не вытирайся и тем более не мойся, пусть на тебе все останется, тогда болеть не будешь. Вот Анна-женщина (полненькая, лет тридцати пяти, рыжая, довольно симпатичная ирландка) каждый день по три раза моется, а потом к тебе лечиться бегает, вся задница уже в дырках от уколов.
- А ты понятно подглядываешь? – ограждение душа было весьма символическим (удобства на улице, но воду нам в миссию, специально очищенную, привозили каждый день цистерной).
- А ей нравится! Она у себя там пальчиками водит. Только к себе близко не подпускает и трогать себя не дает – сперва заулыбался, потом погрустнел Нугу. Не стал я ему рассказывать, что позавчера, еще не рассвело, ворвалась ко мне в бунгало с диким, истерическим криком Анна. У нее на гениталиях и вокруг за ночь образовалась какая-то плесень. Красивого такого, насыщенного стального цвета с изумрудным отливом, а днем она всего лишь поговорила с Нугу и провела пальцем по одному из ритуальных шрамов на его атлетической груди.
- Я же сразу руки с мылом помыла – рыдала она.
И тут я задумался. Живут же в симбиозе с нашим организмом, в нашем кишечнике лакто и бифидо бактерии, которые подавляют другую патогенную флору, почему же такого не может быть и на нашей коже? Бактерии, к которым у нас «железобетонный» иммунитет с детства, но которые создают среду, не позволяющую развиваться другим микроорганизмам, вызывающим различные заболевания. А мы эти полезные бактерии постоянно и безжалостно смываем мылом и другими средствами. По аналогии, это как бы мы каждый день делали промывание кишечника антибактериальными средствами, а потом жаловались на непрекращающийся понос. А запах – это просто побочный эффект жизнедеятельности наших бактерий, не более того. Далее события «понеслись вскачь», он и думать забыл про этот разговор и свои мысли. Его и еще одного англичанина захватили в заложники воины враждебного правительству племени и держали больше трех недель в яме, типа зиндана, бросая туда один раз в день две пресные кукурузные лепешки и две пластиковые полторашки мутной, солоноватой воды. Естественные надобности вынуждено справляли там же в яме. С его слов, за это время он так привык, что запахи фекалий и немытых тел не вызывали уже никаких отрицательных эмоций. Потом им удалось сбежать и почти неделю по джунглям еще выбираться к «своим» (это отдельная история – как-нибудь расскажу). Самое поразительное, пока суть да дело, его фурункулез полностью прошел и не появилось ничего нового. По приезду домой, он провел ряд исследований, подумывал о диссертации и даже пытался напечатать статью в медицинском журнале. Но коллеги бактериологи только посмеялись, Hygiena semper. Ну да, скажите вы, с помощью гигиены победили многие страшные заболевания, вызывающие пандемии в прошлом. Я с вами, пожалуй, почти соглашусь, холера и дизентерия - да, но вот вопрос: Спасает ли вас от гриппа, передающегося воздушно-капельным путем, то что вы два раза в день принимаете душ и моете руки после посещения туалета и перед едой? Спасла бы гигиена кого-либо от легочной чумы, также передающейся воздушно-капельным путем, и пандемии которой в средние века практически опустошали Европу? Спасает только очень крепкий иммунитет и разумные меры предосторожности. Опять же, медики Японии забили тревогу. Выявилось резкое снижение иммунитета у детей последнего поколения. И обвиняют они в этом, в первую очередь, антибактериальные средства (гели, мыла, салфетки и т.п.), потом пищу с консервантами и пр. добавками, и только потом антибиотики. Потому что применение антибактериальных средств стало повсеместным и бесконтрольным. Как там слоган у известного средства: «Убивает все известные микробы!». А надо ли все?
Мой дед в сибирской деревне, когда ехал в лес, никогда не брал с собой воду.
- Чо я в лесу воды не найду? - и пил, отстоявшуюся воду из луж, зачастую в паре метров от пьющего коня. И хвалился при этом, что у него не разу в жизни не болел живот.
Читал недавно инструкцию для посещающих Индию. Категорически не рекомендовалось, входить в какой-либо контакт с местными вне туристических зон, не посещать трущобы, не покупать уличную еду, не купаться в пресных естественных водоемах, не употреблять и не чистить зубы водопроводной водой, не посещать массовые местные мероприятия, не ездить на местном общественном транспорте, не трогать, не помытыми предварительно руками, глаза и губи и т.д. А местные аборигены прекрасно себя чувствуют и интенсивно при этом размножаются. Вижу недавно молодую мамочку с мальчишкой лет примерно двух, гуляющих в парке. Малыш подобрал с земли небольшую веточку сирени, кем-то оброненную, тут же истерический крик: Брось немедленно! Это кака! И сразу ручки антибактериальной салфеточкой… Какая Индия? Ему скоро за МКАД выезжать будет опасно для здоровья. Я, конечно, весьма утрирую, нет, не подумайте, я никакой-то там вонючий бородач, ратующий за возвращение к «истокам». Каждый день принимаю душ и меняю белье с носками (Noblesse oblige-положение обязывает), и пахнет от меня парфюмом, а не застарелым потом, но в последнее время отчетливо понимаю, что во всем должна быть разумная мера. Ой, как не хватает нам чувства меры. Во всем…
Вернемся все-таки к нашим портянкам. Полностью осознаю, что портянка, как элемент одежды, практически умерла, но кто-то должен был ей пропеть последнюю: «Слава!».
А с сапогами, в лес ли, на рыбалку ли – я по-прежнему наматываю байковые портянки – а ничего так – комфортненько…

24.

В Зимбабве пастор Джонатан Мтетва из Святой церкви Последних дней пытался показать, как Иисус ходил по воде, и был атакован сразу тремя крокодилами. К моменту атаки он успел пройти около 30 метров по реке, пишет нигерийская The Daily Post.

Инцидент произошел в субботу утром, 13 мая. Мтетва пытался продемонстрировать библейское чудо своим прихожанам на Реке Крокодилов.

"Пастор учил нас силе веры в прошлое воскресенье. Он пообещал продемонстрировать нам, на что способна вера, но в конечном итоге утонул и был съеден тремя большими крокодилами прямо на наших глазах. Мы до сих пор не понимаем, как это произошло, ведь он постился и молился всю неделю", - рассказал журналистам диакон церкви Нкоси.

Пастор Мтетва вошел в воду и, когда прошел около 30 метров, пытался подняться над водой, чтобы начать ходить. Три крокодила появились словно из ниоткуда и напали на него. Они растерзали священника за несколько минут. После этого на поверхности реки остались только пара сандалий и нижнее белье.

Спасатели, которых вызвали перепуганные прихожане, прибыли к месту трагедии спустя 30 минут, но ничего не могли поделать.

В своем материале журналисты The Daily Post сослались на Zimbabwe Herald. Однако, как позднее выяснили представители СМИ, на официальном сайте Zimbabwe Herald на самом деле не было никаких упоминаний о пасторе и напавших на него крокодилах.

Портал Mashable, в свою очередь, указал на то, что новость является выдумкой и впервые была опубликована летом прошлого года на кенийском новостном сайте edaily. В феврале она же появилась на сайте фейковых новостей National News Bulletin, который позиционирует себя как "чистая африканская сатира".

25.

Друг рассказал, что временно вынужден жить у престарелой родственницы. Бабуся добрая, но из серии тех, кто единственно знает, как и что делать. Решил он сварить себе сосиски. И тут же: возьми другую кастрюлю, воду налей не из под крана, а отфильтрованную, поставь кастрюлю не на большую, а на среднюю конфорку. Друг эмоционально восклицает: представляешь, сосиски две, а замечаний - три!

26.

В преддверии дня Победы всё больше историй про войну.
Расскажу и я то, что слышал от отца про деда, который умер за три года до моего рождения.
Был я мал, подросток, запомнил плохо, а теперь уже и отца нет, уточнить не у кого.
Так, что, не обессудьте. И, если кто-то знает эту историю лучше, буду рад прочесть ваши правки в комментариях.

Дед мой родился в 1911 году в Украинской ССР, м. Белиховка, Житомирской обл., Ружинский р-н.
Поступил в херсонскую школу лётчиков. Повезли их на парашютные прыжки с бомбардировщика ТБ-3.
Экипаж не рассчитал точку сброса курсантов и их всех ветром унесло в море. Те, кто не утонул сразу, пытались плыть к берегу, но выбились из сил и утонули. Только мой дед и ещё один курсант просто легли на воду и лежали, ждали спасателей. Вдвоём и выжили. Летчиков и штурмана ТБ-3 после следствия расстреляли (в те времена - дело нехитрое), а деду и его товарищу дали досрочно звание младшего лейтенанта, не стали доучивать на лётчика (ради двух курсантов не стали продолжать обучение) и отправили в войска, авиатехником. Где и прошёл две войны, с 1941 по 1945 с фашистами и в 1945 с японцами, демобилизовавшись майором.
Были и ордена и контузии, первую семью убили фашисты на Украине, потом дед женился на моей бабушке и родился мой отец, но это уже другая история.

27.

- А что делать если они такими и были?
Chaffinch

Недавняя дискуссия сподвигла задуматься, а какими, правда, они были, наши деды?
Чтобы не быть голословным и никого не обижать расскажу о своём втором деде.
Смеха особого тоже не обещаю, хотя и историй типа "все погибли, один выжил" не будет.

Дед рано остался без родителей. С 12ти лет работал на шахте - погонял лошадей, тянувших наверх вагонетки с углём.
Потом срочная в армии, а через несколько лет и война.
Отказавшись от шахтёрской брони ушёл на фронт добровольцем.
Воевал под Москвой, был ранен и по излечении направлен на ускоренные офицерские курсы.
Служил в разведке, первый орден Отечественной войны II получил за рейд и подрыв моста. Тогда из восьми человек вернулось двое.
Ещё раз был ранен.
Потом поставили комендантом штаба корпуса, потом начштаба этого же корпуса взял к себе в адъютанты.
"Адъютант Его Превосходительства", ага.
Пиждак с наградами деда я по малолетству от земли оторвать не мог. Там металла было килограмм на пять.
Войну закончил капитаном.
После войны, до пенсии, снова работал забойщиком на шахте.
Моя мама ходила мимо той шахты в школу. Рассказывала, что на Доске Почёта все фотографии были чёрно-белыми и только батькина - жёлтая, выгоревшая.
Много лет там несменяемо висела.

Это с одной стороны.
А с другой...

Дед всем говорил, что он майор запаса. Всё-таки старший офицер, не то, что какой-то капитан.
В последние годы ордена и боевые медали (без юбилейных) висели над кроватью в рамочке. И туда же были приколоты три картонных ордена Славы, вырезанные из поздравительной открытки к 9 Мая.
Издали смотрелись, как настоящие.
Среди наград были медали и за освобождение Праги и за взятие Берлина. Это при том, что, как я недавно выяснил, его корпус встретил Победу в Остраве (восток Словакии) и никогда ни в Праге ни, тем более в Берлине не был.
Значит при массовой раздаче в конце войны подсуетился и штабные друзья-писари внесли его в списки.
Ещё раз повторюсь СВОИХ наград у деда было предостаточно, Ордена Отечественной войны I и II степени, Красная Звезда, Медали "За Отвагу" и "Оборону Москвы". Получены честно, до перехода в адъютанты и в наградных листах описаны реальные подвиги.
Кстати, всё, что я узнал про его военные дела - из наградных листов. Сам дед на просьбу рассказать о войне тут же переходил на мат.
Да такой, что я, выросший в "неблагополучном" рабочем районе и сам отслуживший два года в армии, а потому материалом, в принципе, владеющий, иногда затруднялся определить что и куда именно они в тот раз фрицам засунули и в какую сторону вертели.
При этом ещё и брехал безбожно.
Жену свою лупил смертным боем. В пьяном буйстве был страшен и успокоить его могла только любимая "доця", моя мать.
Но после любой попойки всё равно вставал в 4 утра, натаскивал воду из колонки, растапливал печку, поливал огород, кормил кабанчиков и шёл на смену.

Вот как к нему относиться? К человеку, который работал, воевал, пил и бил жену с одинаковым остервенением.
Который врал и пел песни одинаково самозабвенно, с душой. Его "Розпрягайте, хлопці, коні" до сих пор в ушах стоит.
Который прожил, в общем-то, трудную и безрадостную жизнь и готов был отдать её и за друга (был случай в шахте) и за Родину не раздумывая.

А вот так. Цельно. Не разделяя.
Вот такими они были. Русские, украинцы, белорусы - какая, нахрен, разница?

Наши деды.

Все те, кто мечтал после Победы всем вместе собраться за одним большим столом.
И грянуть "Смуглянку".

28.

Самый большой в мире атомный лихтеровоз "Севморпуть" передумали распиливать на металлолом, знатно обновили и он пару месяцев назад снова в строю, и снова самый большой в мире атомный. Впрочем, быть самым большим в мире атомным лихтеровозом не очень сложно, если ты - единственный в мире атомный лихтеровоз. А что б врагам мало не показалось - еще и ледокольный.
Оказался я на этой махине самым обычным путем, так все могут: когда его зимой 1988 года приняли в строй, на него, как на чудо невиданное, организовали экскурсию обкомовско-парткомовских жен. К которым прилагалось небольшое стадо обкомовско-парткомовских и не очень детей. Мой папа тогда как раз был то ли в обкоме, то ли в профкоме (тут семейная биография уже туманна), в общем, не то, что бы меня спрашивали, хочу ли я поучаствовать в этом празднике жизни, но я на эти плавающие три фубольных поля попал.
Конечно мне, пацану, там всё безумно понравилось. И махина - ого-го, и в школе все от зависти обосрались, и даже еще раз обосрались, потому что нам разрешили на реакторе постоять. Да, на действующем работающем реакторе. Наверное, потому я такой умный и веселый и вырос. ;)
Но почему-то ярче всего запомнились два момента.
1. Вся гламурная стайка жен с дитями стоит на мостике. Высота - примерно 10-12-й этаж обычного дома, обозреваем сверху прям всю эту красоту и размах. С нами от всей души страдает старший помощник, которого, за грехи всей его жизни, отправили сопровождать эту взрывоопасную экскурсию жен партийных шишек. Дамы в какой-то момент замечают козловой кран на корме (это такая стальная хрень, метров 25 в высоту, не меньше, и ездит по рельсам вдоль всего судна) и просят рассказать, а для чего вот эта штуковина нужна? Старпом собирает всю свою выдержку и богатый словарный запас и начинает объяснять тоном, понятным идиотам и студентам:
- Ну, мы же контейнеровоз... Мы, когда грузимся, мы этим краном контейнеры себе на палубу ставим... И обратно потом выгружаем... Им же... В общем-то...
- Ой, а прямо с берега, да? А как он поворачивается?
- Нет. Контейнеры мы с берега принимать не можем... Контейнеры с берега спускают на воду, и они там плавают. А потом буксиры нам их заталкивают... В... Нам.... В попочку, короче, нам их заталкивают, и мы их там этим краном поднимаем!
....обкомовско-парткомовские жены в восторге от такой суровой морской романтики...
2. Те же, там же. История с краном еще не думает заканчиваться (да, старпом где-то сильно-сильно нагрешил в своей жизни).
Снова вопрос от не к месту любопытной дамы:
- Скажите, а что будет, если этот кран сломается?
Старпом был опытен и даже мудр. Он отлично понимал, что мине замедленного действия имени партийных жен нельзя говорить всей правды. Точнее, можно, но не совсем всю, и ни в коем случае не в тех словах, как она должна звучать.
Он поднял глаза к потомку и пожевал губами. Он явно выбирал что-то из первого десятка ответов, что же именно будет, если на самом большом в мире атомном лихтере кто-то сможет сломать самый большой в мире неатомный козловый кран. Но говорить вслух это было нельзя. Ну уж точно не здесь и не сейчас. И не этой публике. Старпому оставалось только родить маленькое чудо. И он родил. Еще раз поднял глаза к потолку, пожевал губами, а потом опустил глаза на даму, которая замерла в предвкушении какого-нибудь очень непонятного ответа, и нашел самые правильные слова:
- Если этот кран сломается, - медленно сказал он очень ласковым голосом, - то тогда мы из самого большого атомного лихтера станем самой большой атомной баржой...
Стайка жен была в восторге. А спрашивающая - даже в самом большом восторге из всех, потому что теперь было понятно, что послали, и, скорее всего, в ту самую попочку, но сделали это так красиво и ни разу не обидно, что прям ах. )

29.

Вот и весна пришла, а с ней забот полон рот. Теперь уж не до баек. И то - ползимы и сам тешился, и еще, может быть, кому-то из тех, кто далече, это сплинное время скрашивал. Вот вам еще одна, напоследок. Звиняйте, что длинно вышло, да больно приятно вспомнить.
В давние-давние времена сельское хозяйство у нас всем миром поднимали. Студенты, доценты с кандидатами, работяги с фабрик и заводов, служилый люд с разных контор – все с лопатами и вилами в свой черед выходили на поля.
Дали план по заготовке сена и нашей редакции. Отвели сенокос – километрах в четырех по реке. Под эту марку за казенный счет были куплены лодка-казанка, мотор и косилка, запасены косы и грабли.
Непрофильные заботы не слишком напрягали. Выезжали на покос, как на пикник. Чем по кабинетам перьями скрипеть все же лучше на свежем воздухе – эх, размахнись, рука, раззудись, плечо! Одно плохо – все это, большей частью, по выходным. В рабочее время высылалась только авральная команда спасать подсохшее сено ввиду приближающегося дождя.
В тот год честь открывать страду выпала нам – молодой гвардии из четырех здоровенных лбов. Отправили нас еще в пятницу с тем, чтобы обустроили стоянку, опробовали в работе косилку, вечером порыбачили, а с утра кто-нибудь один вернется на лодке за остальными.
Собирались основательно: закупили продуктов на всю бригаду - несколько объемистых коробок, скинулись на три бутылки водки и ящик белого сухого вина. В общем, лодку нагрузили так, что она чуть бортами воду не черпала. Потому и поплыла неспешно, потому и до первого поворота, за которым дома скрылись из виду, едва дотерпели, чтобы начать процесс.
Пристали в ручевине под старой березой. Обкосили вокруг, натаскали сушняку на дрова, наладили навесик на случай дождя, поставили чаёк над костром, закинули удочки и донки, ближний заливчик сеткой огородили … Ну, понятно, между делом и другой процесс продолжался.
Водка, как обычно, скоро кончилась. Попробовали сухого. Еще попробовали.
- Кислятина, квас, - общий вердикт.
- О, так давайте окрошку сваргоним!
Не припомню, когда я давал кому-нибудь повод считать, что умею готовить, но такое мнение, несмотря на все мои возражения, укоренилось. Потому остался у костра кухарничать, а остальные поехали сетку проверять.
Шинкую, не торопясь, зеленый лучок, на закат блаженно любуюсь. Слышу, едут на моторе обратно. Вот уже рядом, приставать пора. Вдруг мотор замолк.
Гляжу:а на реке лодка вверх дном, за ней на шланге пластмассовый бак для бензина тянется, впереди две кепочки плывут. Хлоп – из воды одна голова вынырнула, за ней вторая. Эта поозиралась круглыми глазами:
- К-к-к… где?!
Нашелся сразу – на том берегу под нависшими над водой кустами плескается.
Понавтыкали палок вокруг костра, развесили одежду сушить - прохладненько летней ночью все же.
Улеглись вокруг окрошку хлебать и разбор полетов делать.
- Ты почему меня перевернул?
- Я? Я на носу сидел, как сетку проверял так и не слезал.
- А я вообще в середине на лавочке был, когда лодкой накрыло. Нырнул и ныром подальше к берегу, да только не в ту сторону…
Окрошка, между нами, была так себе, но блюдо размером почти в тазик выхлебали.
Шура (о нём историй я уже нарассказывал) попробовал пощупать штанину у брюк – высохла ли? Высохла. Настолько, что с хрустом отвалилась: импортная синтетика, что поделаешь. Все остальное, развешанное у костра, высохло так же основательно.
Ну, дальше понятно и неинтересно для любителей изящной словесности.
Той порой и солнышко встало. Надо косить. Выперли из ручевины косилку. А она не заводится. Элементарно – а есть ли искра?
Искра была – зверь. Пока косилку кантовали, из бака бензин накапал и пыхнул после первого же дергания шнура стартера.
- Взорвется! – самый благоразумный юркнул в сторону и залег в промоину неподалёку. Там он и лежал все время, выглядывая, как пехотинец из окопа и наблюдая за обстановкой.
Я сорвал с себя куртку и накинул на огонь. Куртка была тоже из кожезаменителя, поэтому огонь стал даже больше. Дым, правда, черней и запашистей.
- Травой, травой!!!
Ну, накидали сверху, сколько смогли руками скошенное похватать.
Подымилась, сволочь, и опять огонь пробивается.
- В реку ее, в реку!!!
Дотащили до берега, и только булькнула.
Вытаскивать пришлось всем четвером.
Пошли к костру опять сушиться – прохладненько ведь и на рассвете.
Допили, угнетенные непрухой, остатки сухого и разморило всех на солнышке.
Разбудили звук работающего мотора на реке и крики. Это наши, не дождавшись своей, раздобыли где-то другую лодку и теперь выкликали, где мы там на берегу.
Встретили их в полном парадном строю. На правом фланге сохнет полуразобранный лодочный мотор. Потом в ряд мы – взъерошенные, чумазые, в обгоревших лохмотьях. На левом фланге закопченная косилка. В тылу – разбросанные по биваку пустые консервные банки и бутылки вперемешку с грязной посудой.
Встреча прошла в теплой, местами даже горячей, но далеко не дружественной обстановке. Хорошо еще, что протокольные мероприятия не затянулись: дело-то не ждет.
Девчата косами махали весело, со смешками и подколками. Мы косили безо всякого настроения. Немножко подправилось оно только после позднего, учитывая все обстоятельства, обеда, к которому бабоньки кое-что все же прихватили с собой.
Косилку, само собой, мы починили. И о выполнении плана заготовки сена отчитались.
Славное, право слово, было времечко – наши молодые годы.
Впрочем, и теперь, ежели умеючи, не заскучаешь.

30.

Венерологом я был недолго, собственно, меня это никогда и не прельщало, хотя в начале 90-х вполне себе гарантировало кусок хлеба с маслом.
Тем не менее, целых четырех месяца меня интенсивно обучали этой нужной, и в принципе несложной, но очень уж специфической профессии. Этого мне вполне хватило – теперь у меня в «багаже» есть дюжины две любопытных венерологических историй, которыми могу здесь поделиться. Это, в общем-то, все, чем изучение венерологии смогло мне пока пригодиться – ну, спасибо ей и за это.
Пару историй я в очень усеченном виде рассказывал в комментах лет 5-7 назад, думаю, их мало кто помнит с тех времен. Для самых памятливых могу сразу пообещать, что версии будут «расширенные и дополненные».
При всех недостатках периода распада Союза как минимум один положительный момент у СССР точно был – число больных заболеваниями, передаваемыми половым путем (ЗППП), в конце 80-х было минимальным. Помню, на весь наш большой город-миллионник за четыре месяца моего обучения было не то три, не то четыре случая сифилиса.
Один из случаев был интересен лишь личностью пациента – это был известный дирижер из Москвы, который просто не хотел светиться с таким диагнозом в столичных клиниках (ну, трахнул дежурную по этажу в какой-то провинциальной гостинице где-то на гастролях...).
А те три случая, что остались, расследовались по полной программе, хоть и без привлечения ментов – так тогда было положено, никакой анонимности венбольных и сокрытия контактов не допускалось…
Один из пациентов был шофер дальнобойщик, подхвативший сифилис от плечевой где-то в районе МКАД. Там была интересная ситуация. Трахнул он плечевую, и при этом простыл (в октябре дело было). Приехал он в родной город на следующий день сексуально удовлетворенный, но с температурой 38 С. Тем не менее, родную жену он таки успел поиметь, после чего его на скорой увезли в больницу с тяжелейшей пневмонией. Он провалялся в больнице почти месяц, чуть концы не отдал, но – пневмонию у него вылечили. Высокими дозами антибиотиков. Которые параллельно вылечили его и от начинающегося сифилиса (подхваченного от плечевой). И вот этот шофер возвращается, голубчик, домой, здоровый, практически стерильный – а там его встречает родная жена. А у жены за этот месяц первичный сифилис уже перешел во вторичный. И она его, голубушка, только что вылеченного от сифилиса, повторно заражает ЕГО ЖЕ сифилисом. Через пару недель он идет к врачу с шанкром на члене. Диагноз – ПЕРВИЧНЫЙ сифилис. Обследуют жену – ВТОРИЧНЫЙ сифилис. По всем канонам – она источник заражения, а он чист, аки голубь небесный. «Признавайся, сука, с кем спала». А она – честная женщина, спала только с мужем, плачет, готова руки на себя наложить. Недели две врачи мучались с этой парой, но потом все же восстановили истинный ход событий. Более того, по описанию, данному шофером, и ту плечевую нашли потом, месяца через два. Нашли, кстати, во Львове… Сейчас такое даже и представить нельзя, контакты никто не разыскивает, даже и права не имеют, тем более Львов теперь вообще другая страна…
Между прочим, наша зав отделением была полностью уверена тогда, что термин «плечевая» возник от того, что дама сия «кладет голову на плечо водителю во время поездок». Все попытки мужской части нашего отделения рассказать ей какие-то базовые вещи насчет «плеча перевозок» не увенчались успехом.
Второй случай был такой – одинокая деревенская бабушка, лет 75, из дальнего района, вернувшись раз с огорода в свою избу, увидела сидящую на столе большую крысу. Бабушке это не понравилось, она махнула на крысу рукой, чтобы ее прогнать, а та, не будь дура, вцепилась ей в руку и прокусила палец до крови. На следующий день бабушка поехала в ЦРБ, показаться врачу, обработать укус, и узнать, нет ли бешенства в районе, а то, может, и уколы от бешенства делать пришлось бы. Ехать в ЦРБ было долго, бабушка приехала туда поздно, и врач, принимавший ее, сказал: «Бабуся, чего тебе на ночь глядя домой теперь тащиться, твой автобус уже ушел, давай мы тебя дней на 5 в больницу положим, пообследуем, а если ничего не найдем, там сразу выпишем».
Положили бабку в больницу, больше, как бы сейчас сказали, по социальным, а не по медицинским показаниям, ну а наутро – как учили, анализ мочи, анализ крови, реакция Вассермана. RW оказалась, не поверите, 4 креста (++++, все очень плохо). Повторно взяли кровь, уже более специфичный метод использовали – все равно ++++. Сифилис, однако! Стали к бабке подкатывать, мол, когда последний раз с мужиком-то была, бабуся… Та краснеет, и говорит, что, кажись году в 1968 согрешила с дедом со своим, ныне уж покойник он, лет 10 тому как. В ЦРБ с венерологами швах, так что отправляют бабку в область. При этом все соседки узнали, что «у Никитичны – сифилис», аж запретили ей из общего колодца воду брать, она уж очень сильно переживала. Приехала Никитична в областной КВД, а там и увидели, что сифилис-то у нее – врожденный, со всеми характерными признаками (зубами, голенями, и т.п. – кому интересно, милости просим в Википедию). Начали расспрашивать о родителях, о семье. Та рассказывает, что она самая младшая, у матери ее было 5 беременностей, первая закончилась выкидышем, следующая – ребенок родился, но умер примерно года в полтора, второй дожил лет до десяти, и тоже умер от какой-то непонятной болезни. Еще один брат болел и умер лет в 40, она вот дожила до 75 лет, и есть еще у нее младшая сестра, 70 лет, живет там-то и там-то, ничем не болеет, да и сама она ни разу – до этой крысы проклятой – к врачу за свою жизнь не обращалась, все было хорошо, вот только детей не было. Нашли сестру, сделали анализы – у той тоже ВРОЖДЕННЫЙ сифилис. Т.е. согрешили папа с мамой где-то в самом начале XX века, несмотря на это, сами выжили, ну и родили детей, которым передали свою инфекцию. Первенец получил спирохет больше всех и не справился с такой нагрузкой. Чем дальше от момента заражения, тем меньшую дозу спирохет передавала мать своим детям, тем здоровее они были, и тем дольше жили. Если бы не та злополучная крыса, то две младших дочери, не обращаясь в своих деревнях к врачу, так бы никогда и не узнали, что всю жизнь были больны сифилисом.
А вот и третий случай - в одной воинской части дочь капитана и поварихи гарнизонной столовой решила пойти по стопам матери и устроиться в столовую после окончания десятилетки (в 17 лет). На предварительном медосмотре - вторичный сифилис. Что, как, у родителей чуть не инфаркт с инсультом. Как положено в советское время было – начали выяснять возможный источник заражения «капитанской дочки». Выяснилось, что минимум 40 подчиненных ее папы-капитана ее трахали - за бесплатно! - за последние полгода (мы лечили сифилис, а не занимались моральным обликом советских военнослужащих, поэтому предыдущие периоды нас не интересовали). Всех, кого она вспомнила, голубчиков, мы доблестно профилактически (!) пролечили - признаков заболевания не было ни у кого! Девушка была по-своему не дура, и выбирала для секса преимущественно военных в чине не ниже лейтенанта. Один лишь у нее был в списке контактов рядовой – москвич, сын какого-то генерал-лейтенанта, короче, мальчик перспективный. Но, как потом случайно оказалось, не она одна «полюбляла» этого генеральского отпрыска. В Москве, как мы потом выяснили, оный генеральский сынок (18 лет) за милую душу «пользовал» 40-летнюю секретаршу своего папы. Она ему минимум раз в неделю звонила в его в/ч по «вертушке», а тут она попросила его к телефону, а ей ехидным голосом говорят: «А ваш Вася уже неделю как от сифилиса лечится!» Она на следующий день прилетела к нему, устроила разборку, причем он после этой разборки ломанулся вешаться, но его устерегли, мы накачали его антидепрессантами, короче, все было с парнем хорошо. Часть лейтенантов начали нам «сдавать» свои дополнительные половые контакты, за пределами в/ч – оказалось, что в в/ч с «шефскими визитами» любили наезжать дамы из райкома комсомола, числом 3-4 одновременно, причем каждая дама за «сеанс» обычно имела контакт с 5-7 военными. Мы вызвали тех дам, был большой скандал в райкоме, но сифилисом нас тот райком не «порадовал», была только у тех дам гонорея, и то не у всех, да вши лобковые. С учетом огромного числа возможных половых контактов расследование цепочки сильно затянулось, в итоге мне рассказывали уже после завершения моего обучения концовку той истории.
Как в итоге выяснилось, «капитанскую дочку» заразил ее же школьный учитель физкультуры, он заразился от любовницы, жены местного врача скорой помощи, бисексуала, которого заразил его партнер-наркоман, убежавший к тому времени на Кавказ... И только там его следы затерялись, хотя всю предыдущую цепочку наши эпидемиологи доблестно выявили и пролечили, кого надо было.
Сейчас это рассказывается и слушается как сказка, т.к. никого сейчас не ищут, даже у заболевших имени уже не спрашивают. Какая уж тут теперь профилактика – немудрено, что с такими, мягко выражаясь, свободными нравами, в 90-е, при разрушении системы выявления контактов больных с ЗППП, сифилис, гонорея, да и СПИД – рванули ввысь…

31.

Два взгляда на один случай или как тайное может оказаться явным.
Этот рассказ - фактически продолжение о ранее мной писавшим водителе Паше, любителя выпить за рулём и ничего ему за это не было, но рассказ как раз не о том.
Как-то выехал я с ним вместе работниками на очередное повреждение связи где-то в конце октября, совсем не лето и даже не осень, скорее зима – ледок по ночам уже стоял на воде. Мужики завели разговор об охоте и рыбалке, кто, где как провёл выходные и тут Паша пробурчал:
– Ох уж эта рыбалка! Будь она не ладна!
Мужики заинтересовались, что такое? Ну и Паша проведал, как он съездил в выходные на рыбалку. Примерное изложение:
Вдвоём с напарником выехали они на таёжное озеро, там у них была припасена лодка, поставили сети и ждут, время коротают. А надо сказать, что техника безопасности на водах там соблюдалась тогда свято, ни какой выпивки! Даже заядлые выпивохи становились временно трезвенниками, только потом на берегу можно и расслабиться, как говорится - сам бог велел. Вот сидят Паша с другом, курят, да на небо поглядывают – не летит ли случайно вертолёт, где запросто может оказаться рыбинспектор? И, на тебе, летит родимый! Вроде бы мимо, может быть и не инспекция, отлегло на сердце. Ан, нет, возвращается назад, делает круг над озером и к ним – заметил всё-таки, зараза! И что делать, сдаваться в плен? Нет, нас так просто не возьмешь! Бултых в воду, лодку перевернули и под неё спрятались, замаскировались – делают вид, что лодка сама по себе плавает. А вертолёт то не улетает, всё ниже и ниже опускается, завис над лодкой, только вода фонтаном бьёт. Вцепились мужики в лодку, держат её, а она вот-вот оторвётся и взлетит, уже прямо из воды вытаскивает. Думали, всё уже, не выдержим, но наверху наверное решили, что и так достаточно попугали незадачливых мужиков, поднялись и улетели по своим делам.
Паша потом жаловался: веришь, что потом на берегу, даже водка не пилась. Вот такой они получили стресс. Посочувствовали мужики ему: да, не дай бог такое приключиться.

А у этой истории, как оказалось, есть продолжение. Мой меньшой брат пригласил меня с семьёй отпраздновать Новый Год у него, заодно и юбилей свадьбы отметить. Ну, женился брат на новый год, так уж получилось. Среди приглашённых гостей оказался начальник нашего местного аэропорта, с коим я тоже был хорошо знаком. Мы иногда помогали в ремонте их ней аппаратуры связи, зачастую я сам, а где и ребят к ним посылал, за что мы имели привилегии с приобретением билетов. Между прочим, не всегда можно было купить билет, достаточно бойкое место было, только своих прямых рейсов было три, и до десятка транзитных. А летать нашим работникам по командировкам приходилось довольно часто. А на аэродроме не только АН-2 садились, но и ЯК-40 иногда заглядывали, и при нём также было авиаотделение пожарной охраны лесов, чьи ребята часто десантировались на очаги возгорания леса. И не только своего участка, но иногда засылали их и в другие регионы страны. И достаточно часто делались вылеты самолётов над тайгой, на разведку, с целью выявления пожара.
Итак, продолжаем наше повествование: выйдя на перерыв из-за стола на перекур, мужики почти сразу затеяли разговор о рыбалке и охоте и тут начальник аэропорта говорит:
– А хотите я свою историю расскажу?
И вот выше изложенное, теперь уже глазами другого участника этого действия. Как-то, раз поздней осенью, он увязался за компанию в полёт на вертолёте, который направлялся на разведку над тайгой, а цель полёта его была проста – выведать места скопления косуль. Браконьер он был ещё тот! Пролетая над одним большим озером, заметили лодку с рыбаками, и взяла досада. Озеро было рыбное, и кто же это посмел на моём месте рыбачить? Надо пугануть их, чтобы неповадно было. Попросил пилотов развернуться и зависнуть над лодкой, ну он фактически их начальник и приказ выполнили, тем более и самим интересно посмотреть, что из этого выйдет. Заходит вертолёт над лодкой, и видят, как мужики сиганули в воду и под неё. Вцепились мёртвой хваткой, держатся за неё, так повисели они над ними немного и пожалели бедолаг, посчитали, что и так хорошо их напугали, полетели дальше по своим делам. Смеётся
– « Вот, мы их шуганули, так шуганули!».
Ну, я ему говорю, что сейчас ещё больше развеселишься, когда узнаешь, кто под лодкой был?
– Паша! Откуда знаешь?
– Так сам рассказывал.
– Да, неужели?
Это так развеселило начальника порта, ведь они с Пашей приятельствовали, и не раз вместе рыбачили и охотились. Ну, говорит, теперь-то я над ним позлословлю. Вот, так-то!

32.

"БЫВАЕТ В ЖИЗНИ ВСЁ"

Работал у нас в детской поликлинике кардиолог - Эдуард Ефимович (все имена и отчества сохранены). Как и все мы, летом он на 1-2 месяца отправлялся в пионерский лагерь служить врачом - за кухней следить, детей взвешивать, тумбочки проверять, порезы зелёнкой мазать... если чего серьёзнее не случится, тьфу-тьфу.
Было тогда ему лет 38-40, спортсмен, волосы "соль с перцем", слегка кучерявый, восточный профиль, глаза, брови... нравился женщинам неслабо.
Как-то он рассказал:
"1985 год, борьба с пьянством в самом разгаре, за выпивку начали не просто в отпуск зимой отправлять и очередь на квартиру переносить, уволить могли запросто, с любой должности. Все очень серьёзно, не по-детски.
Последняя, августовская, смена в пионерлагере, последняя ночь. Всё как обычно - дети не спят, бегают по соседним палатам, мажут спящих зубной пастой и зелёнкой. Вожатые делают вид, что бегают за ними, иногда выпивая вина/водки/бражки, не пьянства ради - традиции для)
Я тоже не сачковал, что я - не врач, что ли? Ночь прошла нормально, рано с утра покормили детей и по автобусам. Через час-полтора приехали в город к Драмтеатру, высадили детей, раздали родителям, лишних не осталось, все в порядке!
Еще по стаканчику и потихоньку домой направился, там уже стол накрывают - и смена закончилась, и сразу после обеда мы с женой Надеждой в отпуск к моей маме в Кишинёв летим, сентябрь, бархатный сезон... лепота!
И тут меня накрыло... вино, бессонная ночь, вино, трясущий автобус, вино, жара накатывает... и упал я под кустики на краю площади, просто вырубился.
Народ наш лагерный уже разбежался по домам, только медсестра Аня как-то увидела меня, попыталась растормошить, поднять... бесполезно, я даже не мычал, спал просто сладко и в удовольствие!
Она понимала, что меня за такие фокусы - вытрезвитель/телега/профком - легко уволить могут, да и просто нормальная была, не бросила, однако.
К счастью, жила она совсем рядом, на Ленина, 84. Кто-то помог меня слегка растормошить и поднять, она чуть ли не на себе потащила, ногами я, видимо, ещё мог перебирать... так и довела до своей комнаты в четырехкомнатной коммуналке.
Через два часа я проснулся, не потому, что протрезвел в холодке, а просто сухое вино отчаянно просилось наружу...
Пытаюсь встать, бурчу что-то, а Аня чуть ли не набросилась на меня, рот ладошкой затыкает и шепчет в ухо, чтобы я прекратил шуметь.
Я ничего не соображая - ну очень пИсать хочется!! - пытаюсь встать, а она меня удерживает и рассказывает шёпотом...
Короче, соседи у неё не просто не сахар, жизнь хоть кому отравят. Она девушка порядочная, живет одна и если соседки-старушки увидят в ее комнате мужчину - то жизни ей не будет совсем... заклюют вусмерть.
Я ей, конечно, сочувствую искренне, но пИсать меньше мне от этого не хочется, наоборот, резервы организма на пределе, о чем я, как честный человек, ей и заявил. Ладно что Аня медсестра, притащила ведро какое-то, вышла, вернулась, забрала ведро.
Уфффф... жизнь налаживается!
И тут до меня, наконец-то, доходит, что я уже два часа как должен быть дома, чемодан закрывать; что жена/тесть/теща/кум и прочие многочисленные родственники сидят за столом, вернее, уже не сидят, а обрывают телефон коллег, скоро по больницам начнут звонить! Пипец...
Объясняю Ане, шёпотом и жестами, что ее жизненный уклад мне понятен и даже когда-то где-то был близок по ментальности, однако, если я немедленно не появлюсь дома, то соседки-старушки ей божьими одуванчиками покажутся.
Попрепирались немного, Аня и говорит: одной соседки нет дома, учапала куда-то с утра; вторую она попросит сходить за хлебом; а третью уведёт на кухню, про смену рассказать; я же должен сразу после этого тихонько выйти в коридор, открыть замок входной двери, выскользнуть бесплотной тенью, и не захлопывать дверь, а тихонько прикрыть.

Вот, кряхтя, ушла соседка в магазин...
Вот вторая возится на кухне...
Аня там же отчаянно брякает чайником, создавая мне звуковую завесу...
Вот я, сняв туфли и держа их оба-два правой рукой "щепоткой" сверху, в носках на носочках крадусь по коридору к ободранной коммунальной дверце на свободу...
Вот левой рукой отвожу щеколду...
...громкий скрип двери, но СЗАДИ!!!, там, где соседка якобы "учапала с утра".... и непередаваемо удивленно-восторженный, радостный, грассирующий, до боли знакомый голос чуть ли не кричит: "Здгггавствуйте, Эдуагггд Эфимович!!!!!!"
Туфли с грохотом падают на пол... я, шаркая на всю квартиру, одеваю их... с громким щелчком открываю дверь.... и уже на выходе, даже не оборачиваясь: "Добрый день, Бэлла Абрамовна...".
А чего оборачиваться, голос лучшей подруги своей тещи я и так прекрасно знаю... как знаю и то, в каких красках и с какими эпитетами она будет с придыханием рассказывать всё в картинках... а мне кто поверит, после туфель в руках и "носочках на носочках"...?

Через полчаса я дома, Бэлла ещё не успела позвонить, все радостно-взволнованы: "Эдик, мы тебя чуть не потеряли, уже волноваться начали, скорее за стол, такси уже здесь, пора в аэропорт!" и прочие встречающе-провожающие хлопоты и возгласы большой и пока ещё дружной семьи....

Прилетели к маме в отпуск... я от каждого телефонного бряканья вздрагиваю, все жду звонка жене от тёщи... сломя голову бегу через всю квартиру... на пляж не хожу, боюсь звонок пропустить... ни сна, ни аппетита, естественно...
Через три-четыре дня мама меня поймала на кухне, приперла, допросила... я раскололся, все как было рассказал.
"Ндааа, сынок, "я тебе, конечно, верю", как поётся в известной песне, но не представляю, чтобы кто-то ещё в это поверил. Помочь я тебе ничем не могу, но отпуск ты проведёшь спокойно - все звонки я беру на себя, никто кроме меня трубку не возьмёт. А дома уж как будет, так и будет, ничего не поделаешь. Постарайся поспать".
Через месяц летим мы домой. Настроение мое можешь себе представить, каких только картинок встреч, вопросов, криков и массы остальных приятных вещей я сам себе не нарисовал-не представил.
Самолёт сел, все выходят, я сижу, тяну секунды... все вышли, и бортпроводница уже брови хмурит, и жена торопит... а я встать не могу, такое бывает при сильном стрессе, ноги отнялись...
Кое-как, цепляясь за Надежду, встал, она меня почти протащила пару метров, рефлексы стали возвращаться, и я потихоньку захромал к трапу.
В те времена от самолёта к выходу в город пешком по полю шли... за забором уже никого, все своих встретили и уехали, только встречающие нас тёща с тестем стоят, руками так рааааадостно машут, улыбаются широкооооо...
"Ну где же вы! Мы уже волноваться начали! Все прошли, а вас нет! Надя, как же ты загорела хорошо, посвежела, отдохнула! Эдик, а ты чего похудел так? И бледный весь? Ты болел? Что случилось?"
Смотрю я на их фальшивозаботливые лица и не верю, что этих двуличных людей, растягивающих удовольствие от моих мучений, я много лет любил и уважал...
Приехали домой, стол накрыт, тосты, охи-ахи, рассказы-вопросы... а про Бэллу - ни звука. Ну ладно, думаю, хрен с вами, хотите понаслаждаться-наслаждайтесь, я тоже подожду.
Прошёл месяц. Я похудел килограмм на семь, не сплю, аритмия появилась, на работе ничего не соображаю, живу как зомби какой. Спиртное не берет, пью как воду, а после стакана водки отравление наступает.
Подошли ноябрьские праздники. Стол, еда, выпивка, все родственники в гостях, шум, тосты, тёща напротив меня за столом...
И Я НЕ ВЫДЕРЖАЛ...
Оперся на локти, наклонился к ней через весь стол и почти проорал: "А что, мама, как там Ваша подруга, Бэлла Абрамовна, поживает????"
....После ответа я захохотал-заржал, даже не заржал, загоготал, раскинул руки, сбросил все со стола, откинулся в хохоте назад, грохнулся вместе со стулом на пол, и бился в натуральной истерике минут пять, пугая родственников.
Меня полили водичкой, я успокоился, сел, налил, со вкусом выпил и с ещё большим вкусом закусил!
Никто из родственников так и не понял, почему я столь бурно, неадекватно-эмоционально отреагировал на грустный тёщин ответ: "Ах, Эдик, в тот день, когда вы улетали в отпуск, у Бэллочки небольшой инсульт случился и речь отнялась..."

34.

Знаменитый стакан с мухой

Давно это было. Так давно, что многие уже в списках живых не числятся. После окончания института, что ныне Финансовым университетом при Правительстве РФ именуется, попал я по распределению в Минфин СССР, в отдел (позднее – Управление) оборонной промышленности, финансировавший эту самую (знаменитую «девятку») промышленность. На должность экономиста с окладом 150 рублей в месяц.
Девиц, даже самых способных, в Минфин не брали. Во-первых, девицы имеют непреодолимую склонность (время от времени) уходить в декретный отпуск, а, во-вторых, в подшефный совхоз им. Калинина (Зарайский район Московской области) посылать их неудобно как бы было. Да и в длительные командировки – тоже. По той же самой (первой) причине.
Парень я был холостой и вполне бравый. В подшефном совхозе я и коллеги освоились быстро, составив постоянную бригаду на совхозной пилораме. Систему мы поняли быстро. Дело в том, что вечером аборигены напивались в лоскуты и гоняли по огородам жен, а вот оставить 100 грамм для опохмела на утро фантазии у них не хватало.
А нам хватало. Поэтому, выставив с утра эти самые 100 граммов начальнику пилорамы Петровичу и прослушав его прочувствованную речь о международной обстановке, шли по частным домам колоть дрова - за полный ужин с выпивкой. Топили в домах углем, но печи вначале дровами разогревали. Вечером, возвращаясь в общагу, покровительственно посматривали на сокамерников, жарящих на плитке пустую картошку, выдавая им очередной «сувенир»: трехлитровую банку сметаны (от хозяйки полученную), к примеру.
Впрочем, от «гонорара» мы и на пилораме не отказывались. Всего и дел то – пару бревен бабушке распилить за трехлитровую банку самогона плюс огурцы соленые (закуска).
Самым же низким статусом в совхозе обладали студенты Бауманки, занимавшиеся розыском картошки в полях раскисшей глины. Трактора в этой самой глине просто тонули.
Возвращались мы (после пары недель, проведенных в совхозе) в родной Минфин физически окрепшими и посвежевшими, каждый – с мешком яблок, набранных в заброшенном совхозном саду.
Командировки были по три недели. Обычно в октябре-декабре, плюс январь-февраль. То есть зиму я проводил на просторах СССР, в Москве только Новый год встречал.
Середину ноября и начало декабря 1983 года, например, я в Свердловске провел. Жил в гостинице «Свердловск» на улице Свердлова и проверял завод имени Свердлова. Чуть с ума не сошел от этой фамилии (вернее, псевдонима), стоя над развалинами Ипатьевского дома, недавно снесенного (для «спрямления дороги»). Завод, кстати, интересные изделия выпускал, с нежными названиями: «Акация» (152-мм САУ), «Тюльпан» (240-мм самоходный миномет) и т.д. Всю эту технику мне любовно показывали, потому что допуск у меня имелся – по форме номер раз. За допуск, между прочим, доплачивали: к концу своей службы в Минфине 20%-ю надбавку к окладу получал. Заводчане, кстати говоря, чтобы я к проверке без фанатизма относился, пачку билетов мне на каждый вечер выдали (в том числе в цирк и оперу).
Но это все преамбула. Амбула – далее.
Не секрет, что чуть ли не треть всех ресурсов СССР тратил на содержание армии и ее вооружение. Но иногда власти (не без юмора) вспоминали о пустых полках в магазинах. Поэтому все оборонные заводы обязаны были выпускать товары народного потребления (ТНП), к чему относились спустя рукава. У Курганского машиностроительного завода боевые машины пехоты до сих пор лучше (чем лифты) получаются.
Очередная битва за ТНП случилась в начале 1985 года и я (уже старший экономист), вздохнув, отправился в г. Никольск Пензенской области. Миноборонпром СССР, который я тогда курировал, помимо всего прочего, отвечал за выпуск военной оптики. А где оптика, там и (попутно) хрусталь.
Сойдя с поезда, был неприятно поражен. Вместо положенной «Волги» встречал меня задрипанный уазик. Что и не удивительно – завод «Красный Гигант» работал, судя по всему, на оборудовании, оставшемся со времен крепостного права. Так (во всяком случае) мне показалось, когда я бродил на экскурсии по заводским цехам, где штамповали хрусталь. По полам цехов (под деревянными настилами) текли ручейки плавиковой кислоты. На заводе мне объяснили, чем штампованный хрусталь от хрусталя ручной работы отличается. И тот, и другой изготавливаются одинаково, только во втором случае над предметом (ваза, бокал и т.д.) мастер с резцом работает: узоры наносит.
Поселили меня в заводском пансионате, стоявшем в глухом лесу километрах в трех от завода, и выдали лыжи. На них я на работу (и с нее) и добирался. Вечером в лесу – хоть глаз выколи. Но бегал я быстро, потому что всерьез опасался волков.
При заводе музей имелся. Говорили, что в нем есть стакан, сделанный неким крепостным мастером. В стенки стакана муха вмонтирована, да так, что когда пьешь из стакана – полное впечатление, что тебе в воду муху подбросили. Поговаривали также, что стоит стакан миллион долларов.
Музей работал так, что попасть в него было затруднительно. Когда я на заводе появлялся, музей еще не был открыт, когда шел домой – уже закрыт. Так я на стакан и не полюбовался. Несмотря на то, что провел в Никольске последнюю неделю января и первую неделю февраля. Потому что по выходным музей тоже не работал. Да и с лыжами в музей – неудобно.
Впрочем, было мне не до культурных ценностей: в стране было голодно и полки магазинов Никольска поражали неприятной стерильностью. Даже прилавки местного колхозного рынка одни только семена подсолнуха украшали, а у меня к концу командировки мясные консервы и палка копченой колбасы (из дома прихваченные) закончились. Подписав у директора акт проверки, сдал его в Первый отдел для отправки фельдъегерем в Минфин и с огромным удовольствием Никольск покинул.
Новость про стакан спустя 11 лет появилась.
Выяснилось, что нынешним заводом «Красный Гигант» владел некогда Николай Алексеевич Бахметев. И был у него (среди прочих крепостных) мастер Александр Петрович Вершинин (1765-1828). Мастер (с большой буквы) выполнил (среди прочего) сервиз для будущего императора Александра I, за что получил от последнего в награду золотые часы.
Но прославился Мастер двухслойными стаканами, внутри которых прокладки изо мха, соломы, лоскутков шерсти и перышек удивительным образом превращались в замечательные пейзажи. В музеях России хранится 9 двухслойных стаканов, приписываемых Вершинину. Сюжет ни в одном из них не повторяется.
Предполагается, что еще примерно 10 стаканов работы Вершинина хранятся в частных коллекциях, причем один из них – в некой московской семье. Есть его стаканы и в музеях США. В 2000 году стакан, сделанный Вершининым, продали на лондонском аукционе «Кристи» за 28 тысяч фунтов (анонимному покупателю, естественно).
Уже в наше время секрет Мастера раскрыли. Оказалось, что Вершинин делал двухслойный стакан из двух: стакан поменьше вставлялся в больший, между ними располагался пейзаж. Ободки стаканов тщательно шлифовались, промежуток между верхними краями заполнялся специальной мастикой. Раскрыть то раскрыли, только вот повторить не смогли. Не сумели.
А стакан в музее завода вовсе не с мухой был. Вот его точное описание:
«Никольский стакан работы Александра Петровича Вершинина – стакан с видами усадьбы Бахметевых и надписью внутри: "Ра. Александръ Вершининъ, № 10, 1802 г.". Высота его 11,8 см, диаметр - 8 см. На нем изображены княжеский дом, пруд, гуляющие дамы. Отличительная особенность – крохотная, еле различимая невооруженным глазом сорока.»
Именно был. Потому что ранним утром 14 августа 1996 года стакан из музея украли, хотя сигнализация сработала. Вор (или воры) сработал «на рывок», залез по лестнице в окно второго этажа музея, схватил стакан и был таков. Двадцать лет прошло, а других известий про дальнейшую судьбу никольского стакана Вершинина нет. Пока нет.

35.

Простая история про котов. Жили мы были с котом в хорошей квартирке без тараканов, но судьба заставила переехать, в ту что подешевле и с соседями... рыжими и усатыми.
Ну то что там тараканов много, это будет мягко сказано, я себя и кота приучила насчет жрачки по времени. Насыпала-пожрал, ночью жди утра, ибо тараканы все сожрут. А тут мы всем семейством в отпуск, аж на три дня, и чего с котом-то делать? ну насыпала ему туалетов 3 штуки, он насчет этого привередлив, воды два тазика и жрачки тоже два тазика.
Ладушки, пережил, вернулись, я туалеты почистила, воду поменяла........
Но теперь кошарка, прежде чем поесть, шевелит лапой свой корм сухой, чтобы тараканы разбежались.

36.

Летом, когда над Ленинградом стоят июньские белые теплые ночи, мы проходили плав. практику на кораблях и судах Ломоносовской базы, что в 70км от Питера. Что за чудная пора была. А мы горевали - нас не пустили в загран. плавание. Ужас.
В общем, попал на военный водолазный мотобот (кораблик длиной около 30м) с командой - капитан, парнища около 22 лет, сухопарый старпом лет 26, механик – интеллигентно вальяжного вида таких же лет, боцман 18 лет, единственный военный матрос – моторист 2 статьи родом из Таджикистана, ещё один гражданский матрос, коренной питерец, юнга 16 лет из Белоруссии, я - студент-практикант и три водолаза по 25 - 30лет. Позже к нам присоединились практиканты из местного морского училища. Практика была всего один месяц, но, сколько событий произошло. Капитан со старпомом периодически менялись ролями, как посадит один из них судно на мель, или другое какое морское происшествие учудит, так и в старпомы и наоборот.
А впервые быть далеко от дома, даже если дом студенческая общага, да ещё на флоте, да ещё одному из всей компании из трех студентов, двое из которых попали на суденышко побольше – морской буксир, в дальнем конце базы обретался, те еще переживания. Один среди морских волков. О! Остальные наши братцы студенты распределены были кто куда, большая часть пошла на рыбной базе в Атлантику на путину. Матрос 2 класса (это такая ранжировка по старшинству) да ещё двадцати лет это почти йог. А как же.
Первым делом разослал письма своим знакомым с обратным адресом: в/ч, г. Рамбов и жду ответа. В суровых условиях морской службы, продуваемый всеми ветрами Балтики, слушая тревожный плеск воды под пайолом в кубрике, весточка откуда-нибудь согреет огрубевшую душу моряка. А весточки приходили и попадали в почтовый ящик, висевший на одном гвозде на стенке рубки баржи у самого борта. День, другой, третий! нет вестей, и вот вечером после очередной проверки ящика, в сердцах, хлопнул дверцей ящика, да и пристукнул кулаком по нему, развернулся и двинулся, раскачиваясь (суденышко наше качало и неволей приходилось удерживать равновесие таким способом, даже и на суше) в сторону родного корабля. Да не тут-то было, сзади раздался грохот - несчастный ящик покачался, покачался на гвоздике, сорвался, упал на ребро, перевернулся, прыг за борт в воду и медленно утонул. Попытка не дать свершиться неизбежному ни к чему не привела. Борт баржи оказался достаточно высок, захламлен какими-то проводами, рядом стояло неопределенное плавающее сооружение, расстояния между ними как раз хватило для узкого ящика, а вода в акватории ещё тот компот изо всех отходов жизни базы. В ящике было несколько затрепанных писем к матросам, которые давным-давно, не меньше нескольких месяцев назад уволились, о чём и сообщили сердобольные матросики. Сие печальное действие как раз и наблюдал замполит базы (т. е. полет почтового ящика, а не увольнение матросов), как же так, матросы и старшины останутся без писем от родных и близких, надо поднять и вручить. Однако глубина пять метров грязной непрозрачной воды. Что же делать, как же быть? Авось рассосется. Не рассосалось. Капитан нашего мотобота говорил в конце моего пребывания на корабле – я у командира базы был всего один раз за несколько лет службы, да и то по случаю представления капитаном спасательного судна, а за этот месяц меня таскали к командованию несколько раз, то за почтовый ящик, то за срыв торпедных стрельб (это следующий эпизод), то за утопление корабля в нейтральных водах, слава аллаху скоро каникулы и все практиканты разъедутся. Снарядили водолаза, подняли ящик и тем эпизод исчерпал себя. Письма оказались не нужны, а почту стали класть в другое более надежное место. А писем так и не получил, срок видимо был мал, да не очень то и хотелось. Кто не умеет плавать, тот должен хорошо нырять.

38.

Бурятия по рассказам местных, или о том, как я пытался сменить работу.
Вообще, этот эпизод моей жизни тянет как минимум на 3 истории и кучу застольных баек, но сосредоточусь на одной, обозначив остальные в небольшой преамбуле (один абзац ниже - можно пропустить).
Началось все с того, что меня все достало на работе и объявил начальнику, что свалю, как только найду куда, а потому готов начать передавать дела. Коллективу я объяснил, что я вообще-то редкий специалист по редким железкам только вот таких железок в России раз два и обчелся, а потому уходить мне придется долго и скорее всего в смежную специализацию, где я тоже неплох. И тут открывается дверь и с порога задается вопрос, не можем ли мы подсказать специалиста по той самой редкой железке - я решил, что это судьба. Потом было очень веселое трех-этапное собеседование - сначала проверка на адекватность (как оказалось в ФСБ), где все гнули пальцы по общим вопросам, а я скромно сидел в сторонке, потом была проверка фактических навыков, где нас (20 человек) запустили в комнатку, поставили задачу и сказали "Приступайте" - я один из толпы знал с чего начать и как вообще решать задачу, потом уже со мной одним беседовали в кафе и спрашивали, кого бы еще из тех, что были я бы порекомендовал взять, чтобы хоть как-то натаскать - я честно сказал, что никого - лучше я своих стажеров приведу. Потом было небольшое обучение и очень увлекательная командировка, где были и вертолет в качестве личного транспорта и согласование работы трех бригад на трех объектах в промежуток в полчаса, ОМОН, ВОХР - работа моей мечты, если б не длительные командировки. Но... ниже об одном аспекте.
Бурятия, как о ней рассказывают местные, серьезные люди - начальники отделов и управлений ЦБ.
Сидим в головном региональном офисе. Зашла речь о лесных пожарах и способе борьбы с ними - для этого края это существенная проблема - если что - мобилизуют все население, но иногда не справляется и военная техника. Как-то во время такой мобилизации обнаружили в лесу одинокую избушку, к которой уже вот-вот должен был подойти пожар, который никак не могли остановить, а в избушке - бабка божий одуванчик. Говорят ей:
- Бросай все, садись в машину - пожар.
- Ой, милки - никуда я не поеду - у меня еще дел много.
- Как не поедешь? Пожар! Видишь?! Через максимум 20 минут тут пепелище будет.
Бабка глядит на пожар, хватается за голову и причитая уносится в глубь избы. Ну, думают, за вещами или может животное какое. А бабка спустя минуту выходит со стаканам воды, мочит в нем пальцы и брызгает в сторону пожара, а потом и весь стакан себе под ноги выливает. Пламя опадает за пять секунд, как и не было... Вот и не верь после этого в местных шаманов.
На выходные потащили нас на Байкал. По дороге горы, перевалы. На каждом перевале останавливаемся, всем раздают стаканчики, наливают водки - половину нужно выпить, а половину - вылить на землю - Бурхану. Водитель не исключение. В крайнем случае - водителю можно воду вместо водки, но местное ДПС относится с пониманием.
Раз на третий поднадоедает:
- И что, вы русские серьезные люди верите в эти приметы?
- Да знаешь, как-то сначала прикольно, да и местных не хотели обижать. Потом один наш сотрудник как-то торопился, не взял ничего - сказал, что он не суеверный ... как его только не отговаривали, дошло до того, что к нему в машину никто не сел - он один поехал. Машина до сих пор в ущелье валяется - труп подняли, похоронили ... и вроде глупость - водил он просто очень агрессивно и торопился сильно, но вот Бурхана не уважить теперь страшно.
Сидим в кафешке, едим позы (большие такие паровые пельмени типа как манты или хинкали, но вкуснее). Рядом шаман сидит и местные его о чем то расспрашивают. Опять про местные верования заговорили.
- Да знаешь, как-то вроде глупость, но как-то все это не сложно ... да и работает как-бы. Хоть и верю каждый раз, что совпадение. Вот тут например, у этой позной, как-то раз по весеннему распутью КАМАЗ засел. Водитель его раскачать попытался, да только засел больше. На шум вышел русский (славянин в смысле):
- У, крепко засел. Вот тут копать нужно, а вот сюда валежника нарубить, потом руль в лево, потом...
Чуть погодя выходит бурят а то и вовсе монгол:
- Прочно засел - не выберешься. Духов уважить нужно. Ты кинь в грязь три монетки - две белых и одну желтую - и выедешь.
Посмотрел водитель на русского, на грязь по колено, лопату... достал из кармана монетки по 5 и 10 копеек и кинул в грязь. А потом врубил первую, газ в пол ... и вылетел как посуху.
Вот так и живем, что проще суеверным быть, даже если не веришь во все это.
Еще про монголов-торговцев рассказывали. Один из тех, кто нас возил рассказывал:
Решил я колпаки на диски взять. Диаметр дисков знал, пришел к монголам.
- Есть?
- Есть, комплект из четырех - Вы один пока возьмите - примерьте, вдруг не подойдет, а мы назад не примем.
- Размерность такая-то?
- Ну вот, на коробке на писано.
- Значит, беру.
- Как хотите, но назад не примем, если не подойдут.
Стал ставить - размерность не та ... а меня ведь предупреждали.
То, что дальше произошло конечно можно списать на совпадение + мою глупость, но мистикой это объяснить проще:
Заехали на монгольский рыночек и присмотрел я себе тапочки кожаные - сделаны отлично, но размер не мой
- 45 размер есть?
- Сейчас посмотрю.
Берет 43 и уходит. Через пару минут возвращается с такими же тапочками, но с надписью "45"
- Примерь.
Прикидываю, каково будет переобуваться в чистом поле - не хочется.
- Написано же, "45"
- Ну написано.
- Значит, подойдут. Держи деньги.
- Как знаешь, я предупреждал.
Доехал до гостиницы - тапочки 43 размера ... а ведь меня предупреждали.

39.

Вчерашней топ-историей навеяло. Про изобретательного школьника, поступившего на космический факультет.

Знаком с одним руководителем космической отрасли. Я помогаю ему весной поднимать бочку вместимостью в тонну воды на высоту четырех метров, а осенью снимать. На даче. Бочка соединена с артезианским колодцем, дает воду в два дома и во все шланги, для полива. Всё сделано толково, но инженеру космической отрасли приходится учитывать, что зимой ценную бочку могут сп.здить. Целая операция - собрать и поставить две лестницы по бокам, одну - для ската-подъема самой бочки. Веревка со страховкой для его жены. Всё есть, делается за минуты. Внимание ко всем деталям, 100% гарантия успеха. В третьем доме - три сталинских велосипеда в полной исправности. Сам на них катался купаться на Медвежьи озера. Свой новенький за год я уже раз пять чинил.

О падении наших спутников узнает за несколько часов до газет, ходит мрачный. Ему семьдесят, осталась одна почка. Старается компенсировать неудачи порядком в собственной квартире. Я видел, как он однажды чинил электропроводку. Из ящиков выкатилась такая партитура инструментов, которая мне и не снилась. За 15 минут проблема была не то чтобы решена, а были устранены самые корни этой проблемы. Заменил нахрен всю проводку и сделал по-своему. Мне кажется, этот человек способен запустить в космос что угодно.

Но он понимает, что уходит. Сейчас деньги есть, пытается вырастить смену. Набрал молодых парней из Бауманки и МАИ, лучших. Видит - парни заскучали в однополом престарелом окружении. Взял на работу жопу. Так и выразился - то есть девушку с прекрасной жопой. Она ходит вокруг, глаза у парней зажигаются, наша космонавтика потихоньку восстанавливается :)

40.

Лет 15 назад, может больше, еще моста через Иртыш под Тарой не было. Поехали мы на рыбалку. И поход наш шел через деревню Усюльган к реке Шиш. И всё, ВСЁ население вышло нас встречать. Все два человека! Бабка, мы сразу и не поняли - бабка, дедка иль лихо одноглазое. И зэк, вся жизнь в лагере. Стоят дома. Пустые! Во дворах - поленницы! От времени черные! В домах стекла! Холодильники! Свет есть - людей нет! Дали водки, вермишели, чая, сахара и уехали. И вот на омуте, ловим рыбу. Лодки русские, спининги японские, блесны французские... не ловится... Треск в кустах, там та бабка. Моток лески молочного цвета, 1 мм точно! Может и толще. Привязанная ложка, пробитая гвоздиком. В дырке крючок. Бросает бабка эту снасть метра на три. С первого раза вытаскивает щуку! Килограмм 6-8... Матерится! Как я тебя понесу...? Наступает на рыбу ногой, вырывает крючок, сталкивает добычу в воду! Со второго раз тащит на 2-3 кило... Не отцепляя, уходит в тайгу! Рыба за плечом. А мы, как обосранные, хлещем воду мэпсами!

41.

В детстве, ну и в отрочестве про меня говорили что “подает надежды”, а вот про моего брата так не говорили, потому что и без разговоров очевидно, что человек талантлив. Братец мой, кроме профессиональных знаний, общей эрудиции, выделяется фантастической скоростью интеллектуальной реакции. Выслушав описание проблемы, он тут же, моментально дает ее оценку, проект решения, а также описывает какие будут возникать трудности и как эти трудности преодолевать, и так далее. Дает решение на три-пять шагов вперед. А теперь собственно сама история, рассказанная им.
Суббота, середина дня, братец сидит в своей шикарной многокомнатной квартире в дорогущем доме, и занимается своими субботними делами. Жена ушла на маникюр-педикюр-шопинг. Дети живут отдельно. Идиллия.
Звонок домофона. Подойдя к экрану домофона, дом действительно из очень богатых, он видит, что внизу к нему ломятся “любимая” сестра жены, ее муж, двое их отпрысков, и еще одна женщина и ребенок. Позже выяснилось, что это была сестра мужа и ее отпрыск, но это не важно. Важна реакция брата. Ответив грустным голосом и открыв дверь, он делает пять шагов через холл квартиры, открывает дверь гостевого туалета, берет лейку гигиенического душа, и обильно поливает пол туалета и холла. Параллельно звонит жене и рассказывает печальную историю о том, что их затопило, выслушивает охи и вздохи, сам рассказывает о том, что мужественно борется и вызывает сантехника. Звонок в дверь и на пороге толпа родственничков, которым предъявляют “потоп”, и предлагают помочь в его ликвидации. Сестра моей невестки и ее муж делают кислые физиономии, дескать мы тут приехали отдыхать, можно сказать осчастливили вас, а вы нам унитазы чинить предлагаете. С этой теткой и ее мужем я виделся один раз, на свадьбе моей племянницы, дочери брата. Тетка произвела дико негативное впечатление, мало того, что явилась без приглашения, отмотав пять сотен верст ради пожрать на халяву, так еще умудрилась поругаться с половиной гостей, а муж ее полез в драку. Семейка хамоватых дураков. Эта тетка и моя невестка как будто из разных миров, их объединяет разве что девичья фамилия, ну и то, что невестка моя в своей сестре души не чает, вопреки здравому смыслу. Посмотрев на лица родственников, брат выдержал паузу, и предложил, дескать тут неудобно, воду отключат, мокро, сантехник будет работать, давайте дескать родственнички я вас на пару дней поселю в гостиницу. И не давая опомниться, поволок их вниз, на ходу вызывая такси. Пока ждали машины брат выяснил, что приехали они на два дня погостить, дескать им очень понравилось в прошлый раз, и вот незадача, не повезло. Брат забронировал и тут же оплатил номера в гостинице, благо приложение букинга было на телефоне, и отправил их в эту самую гостиницу с обещанием сводить детей в кино. Вызвал местного сантехника, пообещав денежный дождь за работу в субботу-воскресенье, и начал уборку воды, натекло-то всего литров десять, соседей не затопило, но впечатление произвело. Пришедшему сантехнику вручил деньги, и объяснил, что надо развить бурную деятельность по ремонту, так чтобы часиков до восьми вечера, и весь следующий день. Сантехник оказался сообразительным, понял что к чему, и начал изображать работу, завалив туалет деталями и инструментами. Это нужно было, чтобы жена не решила, что можно позвать сестру в гости.
Теперь вопрос с чего бы снимать, пусть и родственникам, гостиницу, оплачивать развлекаловки детей, платить сантехнику за ничего неделание?
За полгода до описываемых событий компания из сестры жены, ее мужа и их сыновей, шести и семи лет, приехала к богатой родственнице на два дня по пути “на юг”, дескать у вас комнат много, дайте переночевать. Братец, несмотря на отсутствие хоть какой-то приязни к этой семье, разместил их у себя. Это был первый и последний раз. За вечер, что дети “играли”, они успели найти дротики для дартса и поиграть, втихую, никого не спрашиваю. Поиграли они с бюро девятнадцатого века (реставрация два месяца, сто пятьдесят тысяч), еще с дверью, но это не дорого, и поймали их, когда они расколошматили зеркало два восемьдесят на полтора, что было в прихожей. Да, с зеркалом совсем непонятно, оно толстенное, приклеено к стене, но треснуло от попадания дротика, удачно мальцы попали. На замену зеркало поднимали на веревках и вносили через балкон, еще сотня тысяч ущерба. Ну дальше мелочи, разбитые тарелки сервиза, поломанные коллекционные машинки, и так далее. Да, их мамаша выпросила зеркалку, детей пофотографировать, невестка ей одолжила, камера, по их версии, сгинула “на югах”, об этом узнали позже. И муженек тетки отличился. После званого ужина, на котором он выкушал немало спиртного, он решил догнаться, и как только все уснули пошел к бару, и умудрился взять бутыль самого дорого коньяка, часть из которого выпил, остатки разлил. Да, выпитое вышло из него наружу на кровать. Знатно погостили тогда. Прямого ущерба не менее чем на четыре сотни тысяч, а то и больше. Вот именно поэтому мой братец принял молниеносное решение - оплатить гостиницу, развлечения и сантехника, что раз в восемь дешевле предыдущего опыта общения с этой семейкой.

42.

ФАРШИРОВАННАЯ РЫБА

Сегодня, 2 октября, с заходом солнца наступает еврейский 5777 год. По этому поводу вспомнилась история, которая произошла, когда мне было лет 13. Страной тогда рулил Никита Хрущев.

В субботу вечером мама сказала отцу:
- Марк, во вторник начинается Рош ха-Шана, еврейский Новый год. Завтра нужно приготовить фаршированную рыбу.
Вы, мои дорогие читатели, не почувствовали бы в этой фразе никакого подвоха. Скорее всего, она бы даже вызвала приятные гастрономические ожидания. А вот для моего отца она означала, что до полудня воскресенья ему предстоит раздобыть крупную свежую пресноводную рыбу. Он попытался отвертеться, но не нашел ничего лучшего, чем сослаться на отсутствие таковой в магазинах.
- Пойдешь завтра на базар и купишь карпа. - сказала мама тоном, не терпящим возражений, - Возьмешь с собой Сашу, он поможет тебе нести.
Отец было возразил, что живем не на Волге, и свежей рыбе на базаре быть неоткуда.
- Ничего, найдешь! – ободрила его мама.
А я обрадовался, потому что этим Сашей был я.

Утром мама вручила нам сумки, список покупок и напомнила: брать карпа, а не, например, щуку. Мне показалось, что отец был твердо уверен, что мы не найдем ни того, ни другую. Правда, озвучить эту мысль он не решился. Погода стояла чудесная, и от дома до рынка мы дошли пешком. На улицах в это воскресное утро было почти пусто, но на базаре жизнь уже кипела. Прилавки открытых рядов буквально ломились от даров украинской осени. Торговля шла с размахом: сливы, яблоки, груши шли ведрами, картошка – мешками, огурцы и помидоры – ящиками, лук - вязанками. Брали все это богатство главным образом на заготовки, точно зная, что зимой полки овощных магазинов будут пустыми. Среди рядов, где продавалась живая птица, мой молодой глаз выцепил одну-единственную на всем базаре рыбу. Это была довольно большая щука. Чоловік с висячими усами и довольно красным носом просил за нее четыре рубля.
- Свежая? – начал разговор отец.
- Тю на тебе, - обиделся продавец, - звичайно, свіжа. Дивися, у неї очі блищать як у циганської дівчини. Чорт з тобою, забирай за три.*
Сейчас я догадываюсь, что продавцу очень хотелось как можно быстрее выпить. Поэтому он и отдавал щуку за более чем резонные три рубля.
- Нет, - горестно вздохнул отец, - если сказано «карп», должен быть карп. Пошли в крытый рынок!

В крытом рынке было так же интересно, как в открытых рядах, но по-другому. Смуглые маленькие люди продавали гранаты, хурму и дыни в плетенках; большие усатые мужчины – сморщенные мандарины; крупные тетки в белых халатах – творог и сметану, а краснорожие парни с топорами – мясо и сало.
- Папа, - попросил я, - давай купим дыню!
- Да, хорошо бы, - сказал отец, - но у нас остались деньги только на рыбу.
Потом выразительно посмотрел на наши полные сумки и добавил:
- Да и не дотащим мы ее.

Впереди показалась вывеска «Живая рыба». Под ней две тетки торговали бочковой сельдью. Одна торговала атлантической, другая - тихоокенской. Больше ничего живого под вывеской не было. Пока мы с отцом созерцали эту безрадостную картину, кто-то еще остановился неподалеку от нас и негромко вздохнул. Отец обернулся и узнал своего сослуживца. Мужчины внимательно посмотрели друг на друга, приподняли шляпы, вежливо поздоровались, перекинулись несколькими фразами и разошлись. Мне показалось, что эта встреча немного смутила их обоих.

Сослуживец растворился в толпе, а мы решили вернуться в ряды и купить щуку, если, конечно, ее еще не продали. Вдруг как бы ниоткуда у нас на пути возник человек и бросился к нам с такой искренней радостью, какую я не часто замечал даже у близких родственников. Я сразу подумал, что это приятель или сотрудник отца, во всяком случае, такой был у него вид: поношенный, но чистый костюм, заботливо отглаженная рубашка, шляпа, очки.
- Марк Абрамович, – чуть ли не пропел он, - какая встреча! Помните меня? Мы два дня жили в одном номере в Москве. Вы даже одолжили мне деньги, пока я ждал перевод! Что покупаете?
Люди в то время предпочитали не разговаривать с чужими, но отец мотался по работе в Москву почти каждый месяц, жил в гостиницах и, видимо, решил, что такое вполне могло быть, и что беседу можно продолжить.
- Да вот, ищу свежего карпа, - сказал он, - примерно такого, - и показал руками какого.
Человек разулыбался еще больше:
- Интересное совпадение, я здесь по той же причине! У меня родственник работает директором магазина «Мясо», вот того, напротив. Он позвонил, что у него есть карпы, что я могу приехать и взять. Слушайте, я и Вам могу купить!
- Сколько это будет стоить?
- Давайте на всякий случай рублей пять, должно хватить за глаза! Вернусь через минут десять – пятнадцать!
Человек взял деньги и исчез за дверью с надписью «Посторонним вход воспрещен».

Я спросил у отца много или мало пять рублей. Он задумался и ответил примерно так:
- Пять рублей - немного больше половины моего дневного заработка. Это хорошая зарплата, а еще я получаю премии и командировочные. Мама тоже работает и тоже инженером. Но покупать, например, мясо на базаре мы себе позволить не можем. Мы стоим в очереди и покупаем на 5 рублей килограмма два. К пяти рублям можно добавить еще рубль и купить две бутылки водки. Если будешь так делать, считай, что пропал. За квартиру, воду, свет и газ мы платим рублей 15 – 20. Сшить тебе хорошее пальто - рублей 70. Чтобы купить холодильник, мы одалживали деньги под проценты. Собрать тысячи три на машину мы не сможем никогда. Но если соберем, обслуживать ее я сам не смогу, а платить нам не по карману. Машина - не наш уровень. Вот и решай, много или мало.

А тем временем прошли 15 минут, потом еще 15, и отец забеспокоился. Мы подошли к заветной двери, нерешительно открыли ее и зашли внутрь. Увидели неширокий полутемный коридор и несколько дверей вдоль него. Внезапно нам в глаза ударил яркий свет. Это открылась еще одна дверь на противоположном конце коридора. Она, несомненно, вела на улицу. В проеме появился силуэт женщины с ведром и шваброй. Заметив нас, она сходу закричала: «A ну, пошли отсюда! Шоб вы, заразы, поздыхали! Гацают с утра до вечера туда-сюда, а мне за ними мыть!» и замахнулась на отца шваброй. На шум открылась одна из боковых дверей, и из нее выкатился низенький и пузатый средних лет товарищ, однозначно наш соплеменник. Как мне показалось, он был в очень хорошем настроении. С напускной строгостью осадил уборщицу, внимательно посмотрел на отца, и спросил:
- А ид **?
- Йо ***, - ответил отец.
- Заходите! - скомандовал наш соплеменник, - Вос тут зих ****?
И отца словно прорвало. Он рассказал и про Новый год, и про рыбу, и про коварного незнакомца. Тот от души рассмеялся.
- Это Моня-сапожник!
- Почему сапожник? – удивился отец
- Потому что обувает таких лохов как ты каждый день и не по одному. Ты с кем-нибудь в рынке разговаривал?
- Да, сотрудника встретил.
- Ну вот, а он подсек и тут же обул! Ну не артист?
Отец признал, что, да, артист, и даже улыбнулся. Он никогда, нужно отдать ему должное, не зацикливался на плохом.
- Ладно, - сказал соплеменник, мне тут из совхоза рыбу подкинули, малость больше, чем нужно, - он открыл холодильник и протянул отцу большой пакет, - Забирай! Хорошая щука!
- А можно карпа? - робко пробормотал отец.
- Карпа так карпа, - не стал возражать хозяин и достал другой пакет, - я думал щука лучше.
- Сколько это стоит?
- Ничего не стоит. Не бери в голову, я тоже не платил.
Он закрыл холодильник, открыл сейф, достал оттуда початую бутылку коньяка, плеснул в стаканы отцу, мне(!) и себе. Поднял свой стакан и, слегка запинаясь, произнес:
- Лешана това! Лехаим! *****
- Лешана това у'метука! Лехаим! ****** – тоже не очень уверенно ответил ему отец.
Выпили, растроганный отец только и сказал:
- А шейнем данк! Биз хундерт ун цванцик! *******
Соплеменник пожал нам руки и вывел в рынок. Домой мы ехали на трамвае. Отец тащил сумки, а я в двух руках пакет.

Дома мама первым делом развернула пакет. Там оказался здоровенный, килограмма на 3 - 4, карп с крупной золотистой чешуей. Он был обложен льдом и аккуратно завернут в несколько слоев пергаментной бумаги. Мама немедленно проверила жабры. Они были безукоризненно красными.
- Сколько ты за это заплатил? – подозрительно спросила мама.
- Пять рублей, Саша не даст соврать, - совершенно честно ответил отец.
- Молодец! За такого карпа и десятки не жалко, - расщедрилась мама на нечастую похвалу. Потом немного помолчала и добавила:
- Но, наверное, лучше было бы купить щуку!

Всех, кто празднует еврейский Новый год, и даже тех, кто не празднует, ждет поздравительная открытка на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.
Лешана това у'метука!

-----
* Да ты что?! Конечно, свежая. Посмотри, у нее глаза блестят как у молодой цыганки. Черт с тобой, забирай за три.
** Еврей?
*** Да!
**** Что случилось?
***** Хорошего Нового года! Будем здоровы!
****** Хорошего и сладкого Нового года! Будем здоровы!
******* Большое спасибо! Живи до 120!

43.

ФАРШИРОВАННАЯ РЫБА

Сегодня, 2 октября, с заходом солнца наступает еврейский 5777 год. По этому поводу вспомнилась история, которая произошла, когда мне было лет 13. Страной тогда рулил Никита Хрущев.

В субботу вечером мама сказала отцу:
- Марк, во вторник начинается Рош ха-Шана, еврейский Новый год. Завтра нужно приготовить фаршированную рыбу.
Вы, мои дорогие читатели, не почувствовали бы в этой фразе никакого подвоха. Скорее всего, она бы даже вызвала приятные гастрономические ожидания. А вот для моего отца она означала, что до полудня воскресенья ему предстоит раздобыть крупную свежую пресноводную рыбу. Он попытался отвертеться, но не нашел ничего лучшего, чем сослаться на отсутствие таковой в магазинах.
- Пойдешь завтра на базар и купишь карпа. - сказала мама тоном, не терпящим возражений, - Возьмешь с собой Сашу, он поможет тебе нести.
Отец было возразил, что живем не на Волге, и свежей рыбе на базаре быть неоткуда.
- Ничего, найдешь! – ободрила его мама.
А я обрадовался, потому что этим Сашей был я.

Утром мама вручила нам сумки, список покупок и напомнила: брать карпа, а не, например, щуку. Мне показалось, что отец был твердо уверен, что мы не найдем ни того, ни другую. Правда, озвучить эту мысль он не решился. Погода стояла чудесная, и от дома до рынка мы дошли пешком. На улицах в это воскресное утро было почти пусто, но на базаре жизнь уже кипела. Прилавки открытых рядов буквально ломились от даров украинской осени. Торговля шла с размахом: сливы, яблоки, груши шли ведрами, картошка – мешками, огурцы и помидоры – ящиками, лук - вязанками. Брали все это богатство главным образом на заготовки, точно зная, что зимой полки овощных магазинов будут пустыми. Среди рядов, где продавалась живая птица, мой молодой глаз выцепил одну-единственную на всем базаре рыбу. Это была довольно большая щука. Чоловік с висячими усами и довольно красным носом просил за нее четыре рубля.
- Свежая? – начал разговор отец.
- Тю на тебе, - обиделся продавец, - звичайно, свіжа. Дивися, у неї очі блищать як у циганської дівчини. Чорт з тобою, забирай за три.*
Сейчас я догадываюсь, что продавцу очень хотелось как можно быстрее выпить. Поэтому он и отдавал щуку за более чем резонные три рубля.
- Нет, - горестно вздохнул отец, - если сказано «карп», должен быть карп. Пошли в крытый рынок!

В крытом рынке было так же интересно, как в открытых рядах, но по-другому. Смуглые маленькие люди продавали гранаты, хурму и дыни в плетенках; большие усатые мужчины – сморщенные мандарины; крупные тетки в белых халатах – творог и сметану, а краснорожие парни с топорами – мясо и сало.
- Папа, - попросил я, - давай купим дыню!
- Да, хорошо бы, - сказал отец, - но у нас остались деньги только на рыбу.
Потом выразительно посмотрел на наши полные сумки и добавил:
- Да и не дотащим мы ее.

Впереди показалась вывеска «Живая рыба». Под ней две тетки торговали бочковой сельдью. Одна торговала атлантической, другая - тихоокенской. Больше ничего живого под вывеской не было. Пока мы с отцом созерцали эту безрадостную картину, кто-то еще остановился неподалеку от нас и негромко вздохнул. Отец обернулся и узнал своего сослуживца. Мужчины внимательно посмотрели друг на друга, приподняли шляпы, вежливо поздоровались, перекинулись несколькими фразами и разошлись. Мне показалось, что эта встреча немного смутила их обоих.

Сослуживец растворился в толпе, а мы решили вернуться в ряды и купить щуку, если, конечно, ее еще не продали. Вдруг как бы ниоткуда у нас на пути возник человек и бросился к нам с такой искренней радостью, какую я не часто замечал даже у близких родственников. Я сразу подумал, что это приятель или сотрудник отца, во всяком случае, такой был у него вид: поношенный, но чистый костюм, заботливо отглаженная рубашка, шляпа, очки.
- Марк Абрамович, – чуть ли не пропел он, - какая встреча! Помните меня? Мы два дня жили в одном номере в Москве. Вы даже одолжили мне деньги, пока я ждал перевод! Что покупаете?
Люди в то время предпочитали не разговаривать с чужими, но отец мотался по работе в Москву почти каждый месяц, жил в гостиницах и, видимо, решил, что такое вполне могло быть, и что беседу можно продолжить.
- Да вот, ищу свежего карпа, - сказал он, - примерно такого, - и показал руками какого.
Человек разулыбался еще больше:
- Интересное совпадение, я здесь по той же причине! У меня родственник работает директором магазина «Мясо», вот того, напротив. Он позвонил, что у него есть карпы, что я могу приехать и взять. Слушайте, я и Вам могу купить!
- Сколько это будет стоить?
- Давайте на всякий случай рублей пять, должно хватить за глаза! Вернусь через минут десять – пятнадцать!
Человек взял деньги и исчез за дверью с надписью «Посторонним вход воспрещен».

Я спросил у отца много или мало пять рублей. Он задумался и ответил примерно так:
- Пять рублей - немного больше половины моего дневного заработка. Это хорошая зарплата, а еще я получаю премии и командировочные. Мама тоже работает и тоже инженером. Но покупать, например, мясо на базаре мы себе позволить не можем. Мы стоим в очереди и покупаем на 5 рублей килограмма два. К пяти рублям можно добавить еще рубль и купить две бутылки водки. Если будешь так делать, считай, что пропал. За квартиру, воду, свет и газ мы платим рублей 15 – 20. Сшить тебе хорошее пальто - рублей 70. Чтобы купить холодильник, мы одалживали деньги под проценты. Собрать тысячи три на машину мы не сможем никогда. Но если соберем, обслуживать ее я сам не смогу, а платить нам не по карману. Машина - не наш уровень. Вот и решай, много или мало.

А тем временем прошли 15 минут, потом еще 15, и отец забеспокоился. Мы подошли к заветной двери, нерешительно открыли ее и зашли внутрь. Увидели неширокий полутемный коридор и несколько дверей вдоль него. Внезапно нам в глаза ударил яркий свет. Это открылась еще одна дверь на противоположном конце коридора. Она, несомненно, вела на улицу. В проеме появился силуэт женщины с ведром и шваброй. Заметив нас, она сходу закричала: «A ну, пошли отсюда! Шоб вы, заразы, поздыхали! Гацают с утра до вечера туда-сюда, а мне за ними мыть!» и замахнулась на отца шваброй. На шум открылась одна из боковых дверей, и из нее выкатился низенький и пузатый средних лет товарищ, однозначно наш соплеменник. Как мне показалось, он был в очень хорошем настроении. С напускной строгостью осадил уборщицу, внимательно посмотрел на отца, и спросил:
- А ид **?
- Йо ***, - ответил отец.
- Заходите! - скомандовал наш соплеменник, - Вос тут зих ****?
И отца словно прорвало. Он рассказал и про Новый год, и про рыбу, и про коварного незнакомца. Тот от души рассмеялся.
- Это Моня-сапожник!
- Почему сапожник? – удивился отец
- Потому что обувает таких лохов как ты каждый день и не по одному. Ты с кем-нибудь в рынке разговаривал?
- Да, сотрудника встретил.
- Ну вот, а он подсек и тут же обул! Ну не артист?
Отец признал, что, да, артист, и даже улыбнулся. Он никогда, нужно отдать ему должное, не зацикливался на плохом.
- Ладно, - сказал соплеменник, мне тут из совхоза рыбу подкинули, малость больше, чем нужно, - он открыл холодильник и протянул отцу большой пакет, - Забирай! Хорошая щука!
- А можно карпа? - робко пробормотал отец.
- Карпа так карпа, - не стал возражать хозяин и достал другой пакет, - я думал щука лучше.
- Сколько это стоит?
- Ничего не стоит. Не бери в голову, я тоже не платил.
Он закрыл холодильник, открыл сейф, достал оттуда початую бутылку коньяка, плеснул в стаканы отцу, мне(!) и себе. Поднял свой стакан и, слегка запинаясь, произнес:
- Лешана това! Лехаим! *****
- Лешана това у'метука! Лехаим! ****** – тоже не очень уверенно ответил ему отец.
Выпили, растроганный отец только и сказал:
- А шейнем данк! Биз хундерт ун цванцик! *******
Соплеменник пожал нам руки и вывел в рынок. Домой мы ехали на трамвае. Отец тащил сумки, а я в двух руках пакет.

Дома мама первым делом развернула пакет. Там оказался здоровенный, килограмма на 3 - 4, карп с крупной золотистой чешуей. Он был обложен льдом и аккуратно завернут в несколько слоев пергаментной бумаги. Мама немедленно проверила жабры. Они были безукоризненно красными.
- Сколько ты за это заплатил? – подозрительно спросила мама.
- Пять рублей, Саша не даст соврать, - совершенно честно ответил отец.
- Молодец! За такого карпа и десятки не жалко, - расщедрилась мама на нечастую похвалу. Потом немного помолчала и добавила:
- Но, наверное, лучше было бы купить щуку!

Всех, кто празднует еврейский Новый год, и даже тех, кто не празднует, ждет поздравительная открытка на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.
Лешана това у'метука!

-----
* Да ты что?! Конечно, свежая. Посмотри, у нее глаза блестят как у молодой цыганки. Черт с тобой, забирай за три.
** Еврей?
*** Да!
**** Что случилось?
***** Хорошего Нового года! Будем здоровы!
****** Хорошего и сладкого Нового года! Будем здоровы!
******* Большое спасибо! Живи до 120!

44.

В наше беспокойное время, когда рушатся империи, цены на нефть бьют рекорды, туристы мечутся по странам в поисках отдыха и революций, есть три вещи в которых я абсолютно уверен летом:
Подорожает квартплата, бензин и отключат горячую воду.
Спасибо государству за этот островок стабильности.

45.

Тамара ездила в Египет, из всех достопримечательностей ей больше всего запомнилась туземная фауна. Фауна стремилась досадить Тамаре всеми доступными способами, с первых минут принялась портить ей впечатления от отдыха.

Тамара с Галкой приехали на курорт, прямо из гостиницы отправились гулять. Тут-то фауна и дала о себе знать. Сначала на прогулке на Тамару косо посмотрели верблюд и араб-погонщик, Тамара насторожилась. Кто из этих двоих смотрел косее, она нее запомнила, в памяти отложились только смутные ощущения злонамеренности: верблюд явно собирался плюнуть, а араб — поцеловать. Араб Тамаре как-то сразу не понравился, лицо его доверия не внушало, Тамара скорее позволила бы целовать себя верблюду. По здравому размышлению она решила с обоими держаться надменно и никому из двоих не позволять фривольностей. К счастью, верблюд не настаивал, а араб очень скоро переключил свое внимание на Галку.

Галка — девушка незамужняя, свободная, она имеет право уделять свою благосклонность хоть арабам, хоть верблюдам, она подмигнула арабу, показала на верблюда и спросила:

— Верблюд, хау мач?

Араб расплылся в улыбке, закивал, показал на пальцах стоимость табуна верблюдов, тогда Галка сказала:

— Нет, нет, мне только покататься, мне не насовсем! Хау мач покататься?

Араб принялся торговаться, за десять минут Галке удалось сбить цену до стоимости одного верблюда, дальше араб отказывался снижать расценки. Знаками он объяснил, что у него семеро детей, еще столько же у верблюда, всех их нужно кормить. Галка сказала Тамаре:

— С ними замучаешься спорить, я аж вспотела! — и расстегнула верхнюю пуговичку на рубашке. В этот момент произошел обвал акций на бирже верблюжьих перевозок, араб сразу же согласился везти Галку хоть до самого Каира, притом почти задаром. Вероятно, надеялся, что в пути ей станет еще жарче, нахальный тип.

Тамара кататься на верблюде отказалась, она взяла наизготовку фотоаппарат и стала запечатлевать Галку, объезжавшую верблюда. Потом они отправились на пляж, там Тамара поняла, что неприятная фауна Египта не исчерпывается погонщиками и их верблюдами. Они с Галкой зашли по пояс в воду, только начали получать удовольствие, как Тамару укусила акула. Ну, или по крайней мере, собралась укусить.

Собственно, была ли это и в самом деле акула, или кто-нибудь другой, осталось загадкой. Никто ведь не вглядывался в воду, вполне возможно, то была вовсе и не акула, а голодная барракуда, электрический скат, или вообще рыба-молот. Тамара с готовностью допускала даже, что возможно, к ее лодыжке прикоснулась не рыба, а какое-то другое хищное морское создание, в тот момент важна была не зоологическая классификация кровожадной твари, а ее преступные намерения. Никаких сомнений быть не могло: это было самое настоящее покушение на укушение. Трогать свои лодыжки Тамара позволяет только мужу, и даже в нем не может быть до конца уверена. Тамарин муж постоянно выражает желание укусить Тамару за нежную ножку, в подобных обстоятельствах невозможно сомневаться в том, что животное, поднявшееся из мрачных глубин к Тамариным ногам, сделало это исключительно движимое стремлением вонзить в эти ноги свои зубы.

Тамара не стала дожидаться, пока плотоядная гадина начнет свой завтрак, она выпрыгнула из воды почти полностью, оглашая визгом пляж, потом с плеском рухнула обратно в воду. Этот номер она повторила три или четыре раза, потом Галке удалось ее убедить, что если зверь все еще не растоптан насмерть, то, по меньшей мере, деморализован и сейчас улепетывает со всех плавников. Тогда Тамара немного успокоилась, вышла из воды и отправилась в номер.

Галка возвращаться отказалась, на пляже было полным-полно молодых, условно неженатых мужчин, ей хотелось узнать побольше об их намерениях по отношению к ней, Галке. Тамара сказала:

— Ну и ладно, только возвращайся не слишком поздно, а то дверь не открою.

Галка проводила ее до номера и рысью умчалась покорять пляжи, Тамара осталась в полном одиночестве. Тут египетская фауна решила нанести ей последний, сокрушающий удар.

Тамара сидела на кровати, мирно читала журнал, солнце светило в окошко, ветерок надувал занавески, ничто не предвещало беды. В этот момент в окно, весело стрекоча, влетел таракан.

Приличный богобоязненный русский таракан был хорошо известен Тамаре. Он мал, плюгав и забит, у него иммунитет к отраве, а заслышав слово «тапок», он немедленно прячется под плинтус. Другое дело — египетский таракан.

Египетский таракан ведет свое происхождение непосредственно от верблюда, ростом он в женскую ладонь (во всяком случае, Тамаре так показалось), он умеет летать, и на его загорелом лице наглость и вольномыслие. Он считает себя вправе вторгаться в частную жизнь любой приглянувшейся туристки и делает это с непринужденностью профессионального казановы. Он не джентльмен, влетая в чье-либо окно, он не приподнимает цилиндр, не кланяется и даже не удосуживается представиться присутствующим дамам, а просто сразу планирует к ним под кровать. Таракан, влетевший в Тамарино окно, так и поступил безо всяких предисловий. Возможно, он был убежден, что это его собственный номер. Тамара вся замерла, внутри у нее все похолодело, она поняла, что на этот раз коренные египтяне до нее добрались. Она набрала в легкие воздуха и пронзительно завизжала.

Таракан тоже замер под кроватью — во всяком случае, Тамара не слышала, чем он там занимается. Наверняка, морально готовился к нападению, расправлял усы, натачивал клешни, тряс хитином. Тамара поняла: нужно спасаться. Каждая секунда была дорога. Одним прыжком она пересекла номер, моментально вскочила с ногами на Галкину кровать и сразу же обернулась, чтобы не оставаться к таракану спиной. Всем известно, что таракан подл и нападает в основном сзади.

Ее худшие предположения подтвердились, таракан уже успел выдвинуться из-под ее кровати на два корпуса, вытаращив глаза и изумленно шевеля усами. Тамара поняла: он перешел в наступление, снова испустила вопль, полный отчаяния и децибелл.

Таракан остановился. Связываться с истеричками ему не хотелось. Сопровождаемый криком Тамары, он убежал под тумбочку.

Через секунду в номер вбежала Галка, позади нее толпился персонал отеля и заинтригованные Тамариными криками туристы, в толпе любопытствующих отсутствовал разве что верблюд. Тамара сказала:

— Он там! Там! Под тумбочкой!

Галка храбро заглянула под тумбочку, сказала:

— Ого, таракашка!

В номер вошли две горничные отеля, отодвинули тумбочку. Под ней лежал таракан, прижимая лапки к сердцу.

— Он умер, — сказала Галка. — Томка, перестань кричать. У него от твоих криков сердечный приступ.

Тело унесли, Тамара приободрилась и позволила увести себя в бар, лечить нервы алкоголем. Фауна Египта заставила ее понервничать, но она нашла на нее управу.

— Только на верблюдов так не кричи, — попросила ее Галка. — Не расплатимся.

Тамара пообещала, что не будет кричать, если только верблюды не будут влетать к ней в окно без предупреждения. В противном случае она за себя не ручалась.

— Буду уничтожать криком еще в воздухе, — сказала она. — А пусть не лезут.

До самого конца Тамариного отпуска фауна Египта обходила ее стороной.

Во избежание.

46.

Мой брат выловил это несчастье из пруда.
Оно там уже почти не булькало, связанные шпагатом лапы продолжительному плаванью не способствуют.
Бабушка, котов не жаловавшая, открыла было рот, чтоб сказать, мол, иди и положи, где взял. Но глянула ещё раз и задумчиво сказала: - Может, Кравчихиных рук дело?
Прошлым летом Кравчиху застукали за обиранием нашей смородины.
Женщина, которая втихаря обирает соседскую смородину, способна на всё – от разжигания третьей мировой войны до утопления котов в чужом пруду.
Несчастье крупно дрожало в луже натёкшей с него воды, мокрое насквозь, в тине какой-то, с прицепившейся к тощему хвосту водорослью.

- Офелия, тебе довольно влаги! – сказал начитанный брат. – Оставим Офелию, да, бабушка? А то Кравчиха точно утопит.
При стирке выяснилось, что это уж никак не Офелия, ну а где Офелий, там и до Афели рукой подать.
За пару недель Афеля отъелся, распушился, обнаглел и воцарился.
Он умел вовремя нацепить на морду свою бандитскую выражение я-несчастный-и-кстати-давно-уже-не-кормленый-котёночек, так что любая шкода сходила ему с лап.
По вечерам брат или дед читали вслух, а мы с бабушкой слушали. И Афеля слушал. Я была убеждена, что он всё понимает. Сидит рядом, смотрит не отрываясь, даже не муркает, так переживает за бедную госпожу Бонасье.
Но ленив был чрезвычайно.

В сарае как-то завелись крысы, и бабушка, боявшаяся их до обморока, выставила Афелю на охоту. Мы с братом видели этот цирк. Афеля забирался на полку с дедовыми инструментами и ждал, когда крыса вынырнет из ниоткуда и пройдёт точно под полкой. Вздыхал и падал на неё. Не прыгал, а именно падал. Но мимо. Крыса не спеша удалялась, ехидно хихикая и показывая хвостом неприличные жесты.
Правда, потом приволок крысу. Положил на крыльцо, гордо уселся рядом. Дня три приносил по крысе. Бабушка нахвалиться не могла. Пока братец мой не заметил, что добыча с каждым днём теряет товарный вид. И что вообще-то это одна и та же крыса. Пришлось отобрать и закопать.

А потом он заболел.
Перестал ходить с дедом на рыбалку, есть почти перестал.
Лежал на своём половичке на кухне.
В то время в нашем городке никому и в голову не приходило лечить котов. Но бабушка обманом заманила к нам фельдшерицу Тамилу с Пионерской улицы.
- Знала бы, что вы меня к коту зовёте, ни за что б не пошла, что это вы, Евдокия Лукинична, удумали – докторов котам звать.
Но осмотрела и сказала – не жилец.
Мы с братом убирали за ним, кормить пытались – макаешь палец в сметану, а он облизывает. А потом только воду слизывал. Лежал и смотрел. И всё.

Вечером – я помню, конец осени, подмораживало уже – он пропал.
Мы перевернули весь дом.
Бабушка с дедом и братом обыскали сад – нету.
Кто-то из взрослых обронил, что коты вот так и уходят - умирать.
Мне кажется, что я ревела неделю без перерыва.
Брат, думаю, с бабушкиной подачи, рассказал мне, что ничего не умирать, а искать специальную котиную траву, пожуют – и выздоравливают, а не вернулся к нам, потому что трава такая – выздоравливаешь, но всё забываешь.
Я пол-зимы караулила, что там на дворе у Кравчихи, вдруг Афеля так всё позабудет, что придёт к этой ведьме.

А потом и я забыла.
Память о прошлом не непрерывна.
Не фильм, а обрывки плёнки, и не всегда получается их склеить.
Но иногда всплывают потерявшиеся картинки.
И я вижу, вижу свою бабушку, в длинной ночной рубашке, в наброшенном на плечи дедовом кожухе, вот она идёт со свечой по тёмному ночному саду, зовёт его, я стою на крыльце и изо всех сил верю, что на очередной зов он спрыгнет с нижней ветки старой яблони или выберется из кустов сирени.
И всё будет как раньше.
Как тогда.
Когда мне было пять лет, и смерти не существовало.

47.

«ГРЕБУБЛЯ»

Два года назад катался на каяке по фьордам. Неимоверная, бешеная, неописуемая красотища – вот, убедитесь сами: https://www.youtube.com/watch?v=Xipd8uo6Dcg

Матросом была атлетическая девушка, но без опыта гребли. Пять минут она бешено лопатила воду, сбивая меня с привычного темпа, потом пять минут отдыхала. Правая её рука была сильнее левой – каяк заносило вбок, приходилось пропускать гребки. Отдыхая, клала весло поперёк. Несколько раз просил класть весло вдоль борта – ноль эмоций. В итоге мы всё время тащились позади группы. Ну, подумаешь – не поход же…

И вот последний день, возвращаемся на базу. На берегу вовсю дымит сауна, до неё километра три. Мы, конечно, сзади всех. И тут девушку «пробивает»:

- Чего это мы опять тащимся?! Ну-ка, греби быстрее: раз-два, раз-два, раз-два!!!

Каяк несёт влево, я весь забрызган. Ну, говорю, если хочешь – научу правильно грести…

- Нет, нет, твоя техника не работает!!! Ну-ка давай, старый - раз-два, раз-два, раз-два!!!

Ну да, старый – сорок лет на байдарках. Обозлился, гавкнул: клади весло и сиди! Обиделась, кладёт весло поперёк. Техника плюс спортивная злость – стремительно нагоняем остальные «двойки». Пришёл вторым…

Кто такая «женщина – загадка»? – Это женщина, способная загадить всё что угодно…

Вот точно так же бывшая супруга изгадила кучу походов. Брал её с железным условием: в походе командую я. Никаких «в деревню за хлебом»!!! Полдня искать магазин по грязным проулкам, чтобы узнать: «сегодня закрыто», или «хлеб не завезли», или «он по спискам, только для своих». Оно мне надо?! – «Да-да, всё поняла, клянусь…»

И вот конец похода. Байдарка выходит в большую чистую русскую реку. Завтра будем в городе. С наслаждением бросаю весло, ощущая мощное течение. И тут:

- Вон деревня! Дети без хлеба, голодные! Я быстро!

- Сидеть! СИДЕТЬ, Я СКАЗАЛ!!!

Двое детей, узнав, что они «голодные», воют хором. Эхо разносит по речной глади: мать - мать - мать…

В общем, так: никаких женщин в лодке. «Киндер, кирхе, кюхе, кляйде»…

48.

Случайно вспомнилась история, произошедшая 20 лет назад.
Соседи по подъезду, прийдя в пятницу домой после работы, были удивлены стоящей в унитазах и ваннах воде, идущей из канализационного стояка. Некоторым особенно повезло, и у них вода выливалась из унитаза.
Быстро перекрыли воду, провели сантехнические работы, которые дали результат только около полуночи.
Как оказалось, в одной из квартир на верхнем этаже проживали квартиранты - три араба. Выносить мусор - позор для настоящего мужчины, поэтому все отходы они спускали в унитаз и смывали водичку. Через месяц-полтора канализационный стояк был забит до самого низа.
Пробить такой слой мусора оказалось очень трудно, применяли все известные сантехникам способы. Удалось пробить залежи через несколько часов, только ломом, сбрасываемым с крыши дома.
Все соседи облегченно вздохнули, но радость была преждевременной. У арабов из унитаза торчали остатки брошенного утром мусора и никак не хотели утекать в канализацию. Унитаз не работал.
С трудом нашли сантехника (все понимают, в каком состоянии был сантехник в пятницу поздно вечером?).
Долго он ковырялся в колене унитаза, наконец сказал, что забито настолько плотно, что никак не вытащить застрявший мусор, только снимать унитаз. Квартиранты дали согласие.
Унитаз был поставлен на века, посажен в цемент и прикручен давно заржавевшими шурупами, поэтому под нажимом он очень быстро треснул. Сантехник оттащил остатки унитаза, прочистил ставшее свободным колено...
Настала полночь. Квартиранты куда-то уехали переждать выходные, остальные соседи разбрелись по квартирам.
Воду в те времена по ночам отключали. На рассвете я проснулась от истошного визга щеночка, которого дочь принесла пару дней назад. Он был очень маленький, ночами плакал и скулил, так что предыдущие ночи мы практически не спали. Этой ночью он тоже плакал, но под утро совсем разошелся.
Я встаю с мыслями о том, ЧТО я сейчас сделаю с дочерью и со щенком, и...оказываюсь по щиколотку в воде!
Оказывается, соседи-квартиранты не закрыли подачу воды на унитаз, и когда под утро в дом подали воду, из их квартиры через перекрытия вода прошла до первого этажа и бодрой струйкой выливалась из подъезда.
Сразу снова перекрыли воду, стали оценивать ущерб. Пострадали все квартиры, вплоть до первого этажа. У соседей подо мной накануне облицовывали кухню плиткой. Раствор еще не успел высохнуть, так что его размыло, и плитка поотпадала. Про отпавшие обои, испорченные полы, мебель, продукты я уже не упоминаю.
Мобильной связи в те времена еще не было, поэтому хозяина квартиры удалось найти очень нескоро. Он приехать не мог, и разрешил взломать двери квартиры. Замки сломали, кран подачи воды на унитаз закрыли. Вечерело...
Когда в воскресенье вечером квартиранты явились и начали выяснять - кто сломал двери и проник в квартиру, где деньги лежат ( и документы тоже), их чуть не побили.
Вскоре они съехали, правда, ущерб пострадавшим соседям в минимальных размерах возместили.

49.

Мне всегда нравилась Германия – может, потому, что я там родился в далеком 1971 году, может, это зов крови? И когда в 18 лет я попал в то самое место, где когда-то служил мой отец, я увидел в этом знак судьбы. Причем очутился я там в наказание за повинность: однажды я серьезно подвел штаб дивизии, перепечатав с грубыми ошибками какой-то важный генеральский документ, и меня тут же согнали с секретарской должности, которую я там занимал, лишили всех привилегий и, чтобы совсем уж добить, отправили из солнечного Куйбышева в хмурую вражескую Германию.
– Алёшин, сука тупорылая, мы тебя сгноим, так и знай, – озлобленно сказал мне капитан Тужилкин, и в ближайшие дни я был распределен в ограниченный контингент российских войск в Гарделеген.
В то самое время, как я оказался в Германии, произошли легендарные события: Берлинская стена рухнула, Западная Германия объединилась с Восточной. Ой, что тут началось! Капиталистические немцы из Западной Германии никогда не видели русских солдат, это было открытием для них, настоящим шоком! Видимо, они никак не могли понять, почему мы идем с головы до пят в свином дерьме, – а шли мы после 24-часового наряда в свинарнике, где копались в этом самом, прошу прощения, дерьме. Почему мы выглядим, как отступающая морально разложившаяся армия? Немцы на «Мерседесах» и «БМВ» останавливались, фотографировали нас, давали нам какие-то сладости, пиво, а иногда даже деньги. Целыми днями ошивались мы на местной городской свалке, где оказались тонны продуктов восточно-германских производителей. Капитализм сделал эти товары неконкурентными, и их просто выбрасывали на свалку. Горы из тортов, колбас и сосисок, вяленой рыбы, фруктов выгружались на свалку, а мы, вечно голодные солдаты, собирали их и пировали! Продукты-то были нормальные, просто капитализм страшная штука!
Жить в объединенной Германии оказалось очень интересно: все офицеры занялись бизнесом, продавали все, что плохо лежит, покупали подержанные иномарки, у некоторых было по несколько машин. Даже солдатам платили 70 западных марок, кругом были редкие для нас западные товары, отличные ботинки, фантастические кроссовки, джинсы, спортивные костюмы, всякие магнитолы и видеомагнитофоны. Эта великолепная мишура манила и соблазняла, горы шоколадок на свалке делали службу в разы веселей…
Вскоре солдаты побежали. В основном это были лица с Кавказа – они просто выходили за пределы воинской части и убегали вглубь Германии. Если бы я знал, какая история ждет мою страну в 2015-м, я бы, наверное, тоже сбежал, но я и предположить ничего такого не мог, вот всякие жители пустынь и гор оказались более прозорливыми и бросились в бега. Их ловили, мы часто срывались в погоню за очередным беглецом, патрули из разведчиков стояли в дозорах, пытаясь выловить дезертиров. В один из таких дней нас по тревоге собрали. Я, лейтенант Салпогаров и Рома Ивахин, покидав какой-то мусор в вещмешки, запрыгнули в грузовик, и нас повезли на точку, где нам нужно было находиться, чтобы перехватить очередного беглеца. Завезли нас довольно далеко, в какой-то маленький западногерманский городок. Там нас выгрузили на главной площади без еды, без воды, без средств связи, просто выгрузили и сказали: стойте, пока не заберем, ловите беглеца.
Мы уселись на какие-то продуктовые ящики и стали скучать. Через несколько часов такого сидения нам всем стало невыносимо тошно. Отупение и безысходность охватили нашу команду горе-разведчиков. Казалось, город вымер, только в одном здании невдалеке горел свет и едва слышно звучала музыка.
Неожиданно из темноты показался человек в переднике, вероятно, какой-то работник общепита. Мужчина, немного нервничая, стал нам что-то говорить, показывая рукой на то самое здание, где горел свет.
– Не понимаем! – громко крикнул ему наш лейтенант Салпогаров: он подумал, что иностранец быстрее его поймет, если он будет говорить громче.
– Мы вас не понимаем, что вам надо? Мы ловим здесь дезертира, – я тоже стал объяснять немцу, что мы здесь делаем, активно подключая жестикуляцию.
– Битте, шранце рукен! Битте, битте! – не унимался товарищ в переднике. Устав убеждать нас, он попросту стал нас как бы манить в сторону здания с музыкой – идемте, идемте туда, казалось, говорил он. Мы переглянулись. «Может, там наш дезертир? – решил наш молодой командир Миша, – Давайте сходим с ним». И потом, вдруг там есть еда, мы же не ели со вчерашнего дня!
Яркий свет ослепил нас, помещение оказалось гаштетом, местным небольшим баром, доверху набитым немцами, западными немцами! Нашими недавними оппонентами по железному занавесу! Первые несколько минут все, притихнув, рассматривали наши обросшие щетиной рожи, помятую форму и голодные глаза. Мужчина, который нас привел, между тем зашел за стойку и стал наливать что-то прозрачное из большой бутыли в стоящие перед ним 3 высоких стакана. Стаканы стояли на подносе, рядом лежали какие-то навороченные бутерброды. Взяв поднос, бармен подошел к нам.
– Битте! Дринк! Битте, официрен!
Лейтенат берет стакан, нюхает и, не поворачиваясь к нам, говорит – водка, кажись!
Точно, там была водка! Миша шепотом говорит: ну давайте, мужики, им покажем! Только не напиваться!
Не говоря ни слова, мы выпиваем каждый по 250 граммов водки, грохаем стаканы на барную стойку и хватаем бутерброды! Весь бар взрывается аплодисментами и улюлюканьем! Дальше начинается братание! Все хотят с нами познакомиться, выпить и поговорить. Через пару минут все плывет под ногами, я понимаю по-немецки, все немцы понимают по-русски. Это была сильная ночь!
Утром я с трудом отклеил лицо от асфальта. Я лежал прямо на площади, рядом с остатками костра – это жгли те самые ящики, на которых мы сидели. Рядом лежали Салпогаров, Ивахин и с ними в обнимку какой-то немец. Валялись три велосипеда – кажется, катались ночью на велосипедах, что-то такое всплывало в памяти. Кругом бутылки, блевотина, куски хлеба, ящик пива, две полные бутылки водки. Ах, помню, бармен подарил нам ящик пива и потом еще вынес водки! Лейтенант еще отказывался, мы с Ивахиным его еле-еле уговорили: неудобно, говорим, отказываться, Миш, мы не должны ударить в грязь лицом, пусть дарят! Уговорили, или Миша просто вырубился. Ивахин рылся по карманам спящего немца, какой же козел, да он и в армию попал, чтобы не сесть там за что-то.
Пили мы там дня три, весь город споили, а потом за нами приехал грузовик, и нас сняли с вахты. Того восточного бегуна-дезертира мы не поймали. Почему-то запомнилось, как я пошел пить воду с утра из крана на улице.
Пью, напиться не могу, сушняк страшный после перепоя, и тут ко мне подходит тот самый немец, которого Ивахин нагрел на бумажник, и говорит: «Дас ист крант!» И что-то еще и еще, а я его отчетливо понимаю, будто он на русском говорит: вода, мол, плохая, её нельзя пить! «Да ладно, – смеюсь, – ты нашу воду не пил, которая в казармах у нас течет». Он, кстати, искал свой бумажник – вот, говорит, потерял кошелек, дурень такой. И улыбка у него при этом такая глупо-виноватая…
Эх, Ивахин, ублюдок ты сраный…

50.

ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ВСЕЛЕННАЯ

«В конце концов люди больше всего
пугаются непонятного. Я сам когда-то был мистиком-одиночкой и
дошел до такого состояния, что меня можно было испугать простым
финским ножом.»
(О.Бендер)

Небо затянуло тучами, картинка стала скучная и мы, в ожидании солнца, от нечего делать, стали говорить о первобытном страхе перед темнотой и постепенно скатились к теме: а, реально ли вообще умереть от страха, и если – да, то, что это должен быть за страх и какие процессы в организме при этом происходят.
Слово взял наш кинооператор Вася по прозвищу Комар:
Фигня это все, никто еще от страха не умирал.
Я, в своей жизни сколько всякого натерпелся и даже не буду брать «горячие точки», а ничего, живой.
Ну, к примеру, однажды в Крыму на горной тропинке подскользнулся и натурально упал в пропасть.
По пути мог спокойно от страха умереть. Абсолютно уверен был что разобьюсь, даже слышал удаляющиеся визги девчонок. Но повезло, пролетел ровненько между скалами и прямо в воду, хоть об дно неслабо царапнулся и чуть не утонул, но это фигня. Ну, и какой страх может быть еще страшнее? Летишь, тебе тупо жутко и уже ничего от тебя не зависит. Но ведь не умер же.
Другой случай: ехал я однажды по деревне. Скорость хоть небольшая, километров пятьдесят всего, но все равно: темно, дождь, дорога размытая, вдруг - хоп, я даже к тормозу не дернулся, а он уже перед машиной…
Представляете, наглухо срубил ребенка сидевшего на трехколесном велосипеде.
Ну, откуда?! Ночью, с велосипедом, в дождь! Откуда он тут?!
У меня от ужаса чуть голова не лопнула. Но ведь не лопнула же.
Затормозил, вылез, смотрю – скомканный велосипед из под машины торчит, а ребенок далеко впереди на дороге лежит, подбегаю, а - это... большой плюшевый медведь. Оставили уроды медведя на велике посреди дороги и думали, что до утра тут никто не проедет, а скорее всего вообще нихрена не думали.
Из дома вышел мужик и начал по поводу велика возмущаться, а я на радостях уже и не знал, что делать: то ли ему денег на три велика отсыпать, то ли морду проломить, чтобы мозгами тут все забрызгало?
О, как же я забыл? Был у меня самый лютый в жизни ужас, не дай Бог каждому. Я тогда точно почти умер, во всяком случае, вполне бы мог. Неделю потом в себя приходил.
Давненько было, я еще только во ВГИКЕ отучился и снимать начал.
Поехали мы в командировку в Ижевск, ну и выдался у нас свободный денек и черт меня дернул воспользоваться случаем, взять такси и за сто километров съездить в свою родную часть, где я два года Родине отдал.
До сих пор не понял – зачем туда поперся?
На что надеялся? Пять лет уже как отслужил, ни одного знакомого лица, ну казарма, ну столовая…
Приехал, зашел на КПП, долго «убалтывал» дежурного «салабона», тот ни в какую. Хотя, я бы тоже не пустил, какой-то «левый» мужик. Ну, служил когда – то, ну и что?
И тут я вспомнил одно место, за автопарком где забор без «колючки» и дерево удобное.
Рискнул, залез. Ну, не застрелят же меня, в крайнем случае разберутся и отпустят. Да и гражданских по части много ходит, авось никто и внимания не обратит.
Теперешние дерзкие «деды», еще в пятом классе учились, когда я сам здешним «дедом» был. Иду по плацу, а в душу какая-то смутная тоска и тревога лезет. Офицеры тоже совсем другие, а тут еще мокрый снег пошел, совсем противно стало.
Привет вам: туалет, курилка, умывальник и плакаты по строевой подготовке, вы ничуть не изменились, поздравляю и прощайте.
Поворачиваю обратно к автопарку, смотрю – новобранцы у столовой кучкуются, «духи» по-армейски, первый день службы, только с поезда слезли. Довольно жалкое зрелище.
Несчастные такие, лысенькие, в драных, разрисованных куртках. Бодрятся, смеются, а у самих в глазах дикая тоска и страх неизвестности.
Я даже остановился. Посмотрел, себя вспомнил, как когда-то на этом самом месте я такой же лысенький, много лет тому назад…
Вдруг один из «духов» увидев меня, замахал руками и как заорет:
- Э-э-э! Комаровский! Тебя одного, бля, ждем! Сказали же не расходиться! Сейчас в баню пойдем!
И понял я, что как-то попал в параллельную вселенную, из которой обратной дороги уже не будет. Умер почти от страха. Удивляюсь, как только на ногах устоял. Опять два года служить? Как? За что? Почему я?
Мокрый стал моментально, хоть выкручивай. Думал, что сознание потеряю.
А «духи» не унимались: «Комаровский, хрен ли ты встал?! Бегом в строй!»

И вот тут, майор меня сзади дернул за капюшон и заржал: «Что, Комаровский, обосрался небось?»

Это оказался мой старлей, бывший командир взвода, но теперь он стал целым комбатом. Он, скотина, меня давно заметил и «духов» подговорил.
Запомнил же, сука, мою фамилию.
Выпить звал, но никакого настроения не было, я отказался.
А как вернулся в Ижевск, то так нажрался, что аж…

Ну, вот и солнышко, ура, можно снимать…