История №5 за 20 октября 2022

Сижу на объекте, ковыряюсь в коммутационном щите. Задача тупо найти и подписать фазу на ста сорока линиях. Работа на целый день, нудная, кропотливая и немного опасная, ибо 220 вольт все ж таки, мелочь, а неприятно. Приходит местный электрик, мужик пожилой и тертый местами до дыр. Смотрит на меня пару минут и изрекает:

— Хули ты с этими приборами тут тыркаешься? Отойди, пацан, и готовь сразу все этикетки. Далее берется одной рукой за ноль, а указательным пальцем второй руки начинает по очереди тыкать в контакты. Периодически слегка вздрагивает и изрекает:

— Блядь! Фаза! Давай. Я подаю ему этикетку, он наклеивает и продолжает дальше. Через пару секунд опять:

— Блядь! Фаза! Давай. Управились за полчаса.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

давай пару изрекает фаза ноль пальцем руки

Источник: anekdot.ru от 2022-10-21

давай пару → Результатов: 126


1.

Сижу на объекте, ковыряюсь в коммутационном щите. Задача тупо найти и подписать фазу на ста сорока линиях. Работа на целый день, нудная, кропотливая и немного опасная, ибо 220 вольт все ж таки, мелочь, а неприятно. Приходит местный электрик, мужик пожилой и тертый местами до дыр. Смотрит на меня пару минут и изрекает: Х..ли ты с этими приборами тут тыркаешься? Отойди, пацан, и готовь сразу все этикетки. Далее берется одной рукой за ноль, а указательным пальцем второй руки начинает по очереди тыкать в контакты. Периодически слегка вздагивает и изрекает: Б..дь! Фаза! Давай. Я подаю ему этикетку, он наклеивает и продолжает дальше. Через пару секунд опять: Б..дь! Фаза! Давай. Управились за полчаса. аnеkdotov.nеt

2.

Сижу на объекте, ковыряюсь в коммутационном щите. Задача тупо найти и подписать фазу на ста сорока линиях. Работа на целый день, нудная, кропотливая и немного опасная, ибо 220 вольт все ж таки, мелочь, а неприятно. Приходит местный электрик, мужик пожилой и тертый местами до дыр. Смотрит на меня пару минут и изрекает: Х..ли ты с этими приборами тут тыркаешься? Отойди, пацан, и готовь сразу все этикетки.
Далее берется одной рукой за ноль, а указательным пальцем второй руки начинает по очереди тыкать в контакты. Периодически слегка вздагивает и изрекает: Б..дь! Фаза! Давай.
Я подаю ему этикетку, он наклеивает и продолжает дальше. Через пару секунд опять: Б..дь! Фаза! Давай.
Управились за полчаса.

3.

Москва, вторая половина 50-х годов. Юный студент столичного ВУЗа отмечает 18-ти летие. На праздник пришел его друг, на пару лет постарше, курсант школы КГБ. После застолья друг отвел именинника в сторону и в виде подарка открыл ему секрет, взяв с него слово молчать, и пользоваться только в случае острой необходимости.
Прошло пару лет, студент влюбился в девушку с окраины города. Долгие провожания, поцелуи и прочая романтика. Но у девушки был очень целеустремленный ухажер с района, комсомолец и "дружинник". Пару раз пообщавшись с нашим студентом комсомолец решил его устранить классическим административным способом: взял пару "своих" свидетелей, спровоцировал драку, а затем вместе со свидетелями притащил нашего героя в местную милицию. Посадили в клетку, оформляют дело - а это прощай институт, здравствуй армия...
Приходит из кабинета начальник - капитан, выясняет в чем дело, подходит к "клетке".
В этот момент студент говорит ему спокойным тоном:
- Капитан!
Тот, удивленный такой фамильярностиЯ, - "Что?"
- Паспорт мой посмотри!
- Нахрена мне твой паспорт?!
- Капитан, просто посмотри мой паспорт, поймешь.
И сел на лавочку.
Начальник, охренев от такой наглости, требует к себе паспорт студента, начинает его листать, доходит до прописки, внимательно и долго на неё смотрит, затем командует:
- Этого ко мне!
В кабинете:
- Ты что, в Кремле живешь?
Студент, спокойно:
- Там в паспорте все указано. Или вы считаете что он поддельный?
Капитан, сурово:
- А подтвердить кто может?
Студент, беря бумагу и карандаш, пишет номер:
Вот телефон коменданта Кремля, генерал-лейтенанта Веденина. Звоните вам все скажут.
Капитан задумался. Звонить генералу по такому мелкому инциденту - дело опасное, особенно с учетом спокойствия и самоуверенности студента.
- И что прикажешь с тобой делать? Зачем подрался с дружинниками?
Студент четко и спокойно разъяснил ситуацию, с учетом отношений с девушкой. Благо у неё был телефон и она подтвердила при звонке слова студента.
- Кто из близких может тебя забрать?
- Отец на службе, мать в отпуске, бабушка плохо ходит.
- Мда... нелегкую задачу ты нам поставил. Иванов! - позвал капитан.
Вот что, Иванов. Этого студента посади в машину и отвези по месту прописки. А дружинников давай ко мне на разговор.
Студента благополучно довезли до Красной площади. Он поблагодарил отвозившего сержанта и пошел домой.
В маленькую комнату на третьем этаже ГУМа, разделенную картонной перегородкой, которую его семья занимала ещё с одной семьей. Через пару месяцев они с девушкой поженились, а ещё через полтора года коммуналки в ГУМе расселили, и молодым досталась отдельная квартира.

Так в чем же был секрет, который подарил нашему студенту друг-особист?
Дело в том, что у одного из заместителей коменданта Кремля в те годы был приемный сын, носивший фамилию первого мужа его жены. И ребенок этот отличался на редкость шебутным характером, постоянно попадая в самые разные истории.
А главное- он был ( не считая отчества) тезкой нашего студента. И в комендатуре вопросы о его вызволении решались автоматом.

4.

В 2006 году по моему — за давностью лет забылось. Зимой, я покупал соль. Не-не, не солить что либо, а посыпать площадку от гололеда. После обеда должна была приехать машина из типографии с буклетами. А на площадке перед офисом в Мытищах прям каток. Тут надо было либо коньки покупать либо соль с песком или реагент какой. В связи с чем мы с коллегой рванули в ближайший супермаркет Ашан, что у Мытищинской ярмарки. А где зимой песка наковыряешь, значит соль оптимально. Тогда их столько как сейчас не было, этих Ашанов, Каруселей и прочих. Поэтому там народу тусовалось немерено, но мы ведь хотели сэкономить. Поэтому затарили две тележки крупной солью килограмм по пятьдесят в каждую и рванули к кассам. А там очередищи. Мы к одной кассе, а там человек двадцать, к другой, тридцать... У каждого тележка со всякой трихомудью, йогурты, чмогурты, жвачки хреначки, по полчаса каждого пробивают, а мы со своими тележками носимся туды-сюды. А время давит, оно ведь деньги. Ну поднабрался наглости, кричу:
-Пропустите без очереди, уважаемые граждане! У нас товар однотипный, много времени не займем. А нам еще ходочку бы сделать. Пропустите, уважаемые!
Ну пропустить то нас хрен пропустили, но внимания мы привлекли. Бабенка что перед нами стояла, как бы невзначай поинтересовалась:
-А зачем вам столько соли?
-А вы не знаете? - говорю, - она ж с завтрашнего дня подорожает в пятьсот раз!
-Кто?!! - прям опешила она.
-Соль!!! - рявкнул я, злясь, что не пропустили.
-Да вы чо?! Я пожалуй сбегаю, пару пачечек возьму. Вы стойте, я если что за вами буду. Она где?
-Там! - махнул я рукой, походу в правильном направлении, - берите больше, пригодится! - крикнул ей вслед, когда она погромыхала своей переполненной телегой.
-И я соли забыла купить — взвизгнула следующая, - сходи возьми! - Сказала она стоящему рядом с нею мужичку, видимо мужу.
-Че я ее без тележки потащу что ли? - возмутился тот, - хочешь, пойдем вместе или давай тележку.
Я не поверил своим глазам, очередь перед нами рассосалась прямо на глазах. Соль почему то забыли купить все. Как можно забыть о соли, я не знаю. Но мы уже рассчитывались на кассе, когда пригромыхала своей телегой первая бабенка. Правда за нами было уже человек двадцать новеньких. Но бабенку это не смутило. Раздавленные наваленной сверху солью — а было ее там с горкой, пачек двадцать, все ее йогурты-чмогурты нещадно текли, но пользовалась она телегой как тараном.
-Пропустите! Дорогу! Я вон за ними стояла. Мужчины подтвердите вы им, что я только за солью бегала. - орала она как недорезанная, чем привлекала внимание и соседних очередей.
-Ты чего соль то сверху нагрузила, все ведь передавила, - сказал ей кто-то.
-Не ваше дело! Она с завтрашнего дня знаете сколько будет стоить?! А как без соли?! Да вы вон у мужчин спросите!
Мы скромно потупив глаза помалкивали, пока кассирша считала пачки. Не успела она произнести сумму как подтянулся остальной эшелон, что забыл купить соли. Переполненные тележки скрипели разогнувшимися в разные стороны колесиками, а горы соли наваленные сверху всего и крики кто где стоял создали уже какой то излишний ажиотаж. Еще больше добавил паники какой то вспотевший мужик, который без всего подбежал к кассе и орал почти в ухо кассирше:
-Вы там скажите кому нибудь, чтобы соль подвезли! Почему у вас ее нет на полках?!! Позвоните кому нибудь!!!
А потом я узнал, что соль действительно подорожала, не в пятьсот раз конечно, но по полтиннику, а то и больше за пачку гнали. Хотя возможно и совпадение конечно.
Может и сейчас так же. Ведь могла же какая нибудь семья обожраться несвежими мидиями и глава семейства понимал, что с одним рулоном туалетной бумаги тут не выжить. А когда затарился, в очереди стоять не хотелось, да и мидии поджимали.

5.

Про предсказателей, аналитиков, футурологов и прочих гадателей.
Читаю интернет, кто только и что не предсказывает и не анализирует - куда пойдёт курс доллара, почем нефть будут отпускать в одни руки, кто и зачем финансирует Грету, кто станет президентом там и председателем правительства здесь, кто кого как и когда «сметёт, снесет и заменит»...вернём-ли Крым с Курилами и сольёмся-ли в экстазе с Белоруссией, купит-ли Китай Прибалтику и не продешевит-ли последняя...кто придумал коронавирус и в каких количествах его лечит водка...

Хрень все это, как в том анекдоте про блондинку и теорию вероятности: «Какова максимальная вероятность того, что, выйдя на Арбат, Вы встретите живого динозавра? - «Нууууу...50 на 50...или встречу или нет»

В начале 80-х учились мы в мединституте и был у нас цикл психиатрии. Приходишь утром на занятия, тебе индивидуально или на группу дают больного с шизофренией, например. Вот ты с ним и общаешься пару-тройку часов, смотришь на него, понимаешь, как и на что он реагирует, как отвечает, какие конструкции строит, какое поведение соответствует данному заболеванию.
Впоследствии, встретив подобное поведение в автобусе, в коллективе, на митинге - сразу понимаешь, кто перед тобой и как к нему надо относиться.
Это рефлекторное умение, видеть психические отклонения,жизнь мне до сих пор и осложняет и, одновременно, расцвечивает яркими красками - ну как на вечеринке не поставить диагноз собеседнику, который «прямо как на картинке»?
Или на совещании у большого начальства...«интереснейшие типажи, скажу я вам, батенька, попадаются».
Да и здесь на сайте, в комментариях, полно прелестных образцов, хоть студентам давай для тренировки диффдиагностики.

Так вот, дали нам на очередном занятии больную. Мы с ней беседуем, вопросы задаём, она нам серьезно так отвечает, шутит иногда, учеба идёт, время к обеду... - лепота!
С чего вдруг она ляпнула, что «завтра Брежнев умрет», не помню. Похихикали и дальше учимся, однако.
Завтра наутро приходим на занятия в психушку - а нашего преподавателя нет. Как нет и больной, и завотделением, и главного врача.
Утром стало известно, что в Москве умер Леонид Ильич и всех, кто был причастен к данной информации увезли на допрос и слегка задержали там, до выяснения обстоятельств.
Логика у органов была простая - «знала о смерти заранее, значит - смерть планировалась; планировали, значит - заговор»...
Отпустили всех через день-два, в свои привычные кабинеты и палаты.

С тех пор, когда кто-нибудь, закатывая глаза и доверительно понижая голос, рассказывает «только мне по большому секрету», что ему известно «из очень больших кабинетов», я восторженно смотрю ему в глаза, весь в доверительном внимании, и ярко вижу перед собой ту сумасшедшую тетку, абсолютно точно предсказавшую день смерти Генсека.

6.

Война в Хуторовке

(Рассказал Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения)

Вы за мной записываете, чтобы люди прочли. Так я прошу – сделайте посвящение всем детям, которые застали войну. Они голодали, сиротствовали, многие погибли, а другие просто прожили эти годы вместе со всей страной. Этот рассказ или статья пусть им посвящается – я вас прошу!

Как мы остались без коровы перед войной, и как война пришла, я вам в прошлый раз рассказал. Теперь – как мы жили. Сразу скажу, что работал в колхозе с 1943 года. Но тружеником тыла не являюсь, потому что доказать, что с 8 лет работал в кузнице, на току, на полях - не представляется возможным. Я не жалуюсь – мне жаловаться не на что – просто рассказываю о пережитом.

Как женщины и дети трудились в колхозе

Деревня наша Хуторовка была одной из девяти бригад колхоза им. Крупской в Муровлянском районе Рязанской области. В деревне было дворов пятьдесят. Мы обрабатывали порядка 150 га посевных площадей, а весь колхоз – примерно 2000 га черноземных земель. Все тягловые функции выполнялись лошадьми. До войны только-только началось обеспечение колхозов техникой. Отец это понял, оценил, как мы теперь скажем, тенденцию, и пошел тогда учиться на шофера. Но началась война, и вся техника пошла на фронт.
За первый месяц войны на фронт ушли все мужчины. Осталось человек 15 - кто старше 60 лет и инвалиды. Работали в колхозе все. Первые два военных года я не работал, а в 1943 уже приступил к работе в колхозе.
Летом мы все мальчишки работали на току. Молотили круглый год, бывало, что и ночами – при фонарях. Мальчишек назначали – вывозить мякину. Возили её на санях – на току всё соломой застелено-засыпано, потому сани и летом отлично идут. Лопатами в сани набиваем мякину, отвозим-разгружаем за пределами тока… Лугов в наших местах нет, нет и сена. Поэтому овсяная и просяная солома шла на корм лошадям. Ржаная солома жесткая – её брали печи топить. Всю тяжелую работу выполняли женщины.
В нашей деревне была одна жатка и одна лобогрейка. Это такие косилки на конной тяге. На лобогрейке стоит или сидит мужчина, а в войну, да и после войны – женщина, и вилами сбрасывает срезанные стебли с лотка. Работа не из легких, только успевай пот смахивать, потому – лобогрейка. Жатка сбрасывает сама, на ней работать легче. Жатка скашивает рожь или пшеницу. Следом женщины идут со свяслами (свясло – жгут из соломы) и вяжут снопы… Старушки в деревне заранее готовят свяслы обычно из зеленой незрелой ржи, которая помягче. Свяслы у вязальщиц заткнуты за пояс слева. Нарукавники у всех, чтобы руки не колоть стерней. В день собирали примерно по 80-90 снопов каждая. Копна – 56 снопов. Скашиваются зерновые культуры в период молочной спелости, а в копнах зерно дозревает до полной спелости. Потом копны перевозят на ток и складывают в скирды. Скирды у нас складывали до четырех метров высотой. Снопы в скирду кладутся колосьями внутрь.
Ток – место оборудованное для молотьбы. Посевных площадей много. И, чтобы не возить далеко снопы, в каждой деревне оборудуются токи.
При молотьбе на полок молотилки надо быстро подавать снопы. Это работа тяжелая, и сюда подбирались четыре женщины физически сильные. Здесь часто работала моя мама. Работали они попарно – двое подают снопы, двое отдыхают. Потом – меняются. Где зерно выходит из молотилки – ставят ящик. Зерно ссыпается в него. С зерном он весит килограмм 60-65. Ящик этот они носили по двое. Двое понесли полный ящик – следующая пара ставит свой. Те отнесли, ссыпали зерно, вернулись, второй ящик уже наполнился, снова ставят свой. Тоже тяжелая работа, и мою маму сюда тоже часто ставили.
После молотьбы зерно провеивали в ригах. Рига – длинный высокий сарай крытый соломой. Со сквозными воротами. В некоторые риги и полуторка могла заезжать. В ригах провеивали зерно и складывали солому. Провеивание – зерно с мусором сыпется в воздушный поток, который отделяет, относит полову, ость, шелуху, частички соломы… Веялку крутили вручную. Это вроде огромного вентилятора.
Зерно потом отвозили за 10 километров на станцию, сдавали в «Заготзерно». Там оно окончательно доводилось до кондиции – просушивалось.
В 10 лет мы уже пахали поля. В нашей бригаде – семь или девять двухлемешных плугов. В каждый впрягали пару лошадей. Бригадир приезжал – показывал, где пахать. Пройдешь поле… 10-летнему мальчишке поднять стрелку плуга, чтобы переехать на другой участок – не по силам. Зовешь кого-нибудь на помощь. Все лето пахали. Жаркая погода была. Пахали часов с шести до десяти, потом уезжали с лошадьми к речушке, там пережидали жару, и часа в три опять ехали пахать. Это время по часам я теперь называю. А тогда – часов не было ни у кого, смотрели на солнышко.

Работа в кузнице

Мой дед до революции был богатый. Мельница, маслобойка… В 1914 году ему, взамен призванных на войну работников, власти дали двух пленных австрийцев. В 17 году дед умер. Один австриец уехал на родину, а другой остался у нас и женился на сестре моего отца. И когда все ушли на фронт, этот Юзефан – фамилия у него уже наша была – был назначен бригадиром.
В 43-м, как мне восемь исполнилось, он пришел к нам. Говорит матери: «Давай парня – есть для него работа!» Мама говорит: «Забирай!»
Он определил меня в кузню – меха качать, чтобы горно разжигать. Уголь горит – надымишь, бывало. Самому-то дышать нечем. Кузнец был мужчина – вернулся с фронта по ранению. Классный был мастер! Ведь тогда не было ни сварки, ни слесарки, токарки… Все делалось в кузне.
Допустим - обручи к тележным колесам. Листовой металл у него был – привозили, значит. Колеса деревянные к телеге нестандартные. Обруч-шина изготавливался на конкретное колесо. Отрубит полосу нужной длины – обтянет колесо. Шатуны к жаткам нередко ломались. Варил их кузнечной сваркой. Я качаю меха - два куска металла разогреваются в горне докрасна, потом он накладывает один на другой, и молотком стучит. Так металл сваривается. Сегменты отлетали от ножей жатки и лобогрейки – клепал их, точил. Уж не знаю – какой там напильник у него был. Уже после войны привезли ему ручной наждак. А тут - привезут плуг - лемеха отвалились – ремонтирует. Тяжи к телегам… И крепеж делал - болты, гайки ковал, метчиками и лерками нарезал резьбы. Пруток какой-то железный был у него для болтов. А нет прутка подходящего – берет потолще, разогревает в горне, и молотком прогоняет через отверстие нужного диаметра – калибрует. Потом нарезает леркой резьбу. Так же и гайки делал – разогреет кусок металла, пробьет отверстие, нарезает в нем резьбу метчиком. Уникальный кузнец был! Насмотрелся я много на его работу. Давал он мне молоточком постучать для забавы, но моя работа была – качать меха.

Беженцы

В 41 году пришли к нам несколько семей беженцев из Смоленска - тоже вклад внесли в работу колхоза. Расселили их по домам – какие побольше. У нас домик маленький – к нам не подселили.
Некоторые из них так у нас и остались. Их и после войны продолжали звать беженцами. Можно было услышать – Анька-эвакуированная, Машка-эвакуированная… Но большая часть уехали, как только Смоленск освободили.

Зима 41-го и гнилая картошка

Все знают, особенно немцы, что эта зима была очень морозная. Даже колодцы замерзали. Кур держали дома в подпечке. А мы – дети, и бабушка фактически на печке жили. Зимой 41-го начался голод. Конечно, не такой голод, как в Ленинграде. Картошка была. Но хлеб пекли – пшеничной или ржаной муки не больше 50%. Добавляли чаще всего картошку. Помню – два ведра мама намоет картошки, и мы на терке трем. А она потом добавляет натертую картошку в тесто. И до 50-го года мы не пекли «чистый» хлеб. Только с наполнителем каким-то. Я в 50-м году поехал в Воскресенск в ремесленное поступать – с собой в дорогу взял такой же хлеб наполовину с картошкой.
Голодное время 42-го перешло с 41-го. И мы, и вся Россия запомнили с этого года лепешки из гнилого мороженого картофеля. Овощехранилищ, как сейчас, не было. Картошку хранили в погребах. А какая в погреб не помещалась - в ямах. Обычная яма в земле, засыпанная, сверху – шалашик. И семенную картошку тоже до весны засыпали в ямы. Но в необычно сильные морозы этой зимы картошка в ямах сверху померзла. По весне – погнила. Это и у нас в деревне, и сколько я поездил потом шофером по всей России – спрашивал иной раз – везде так. Эту гнилую картошку терли в крахмал и пекли лепешки.

Банды дезертиров

Новостей мы почти не знали – радио нет, газеты не доходят. Но в 42-м году народ как-то вдохновился. Притерпелись. Но тут появились дезертиры, стали безобразничать. Воровали у крестьян овец.
И вот через три дома от нас жил один дедушка – у него было ружьё. И с ним его взрослый сын – он на фронте не был, а был, видимо, в милиции. Помню, мы раз с мальчишками пришли к ним. А этот сын – Николай Иванович – сидел за столом, патрончики на столе стояли, баночка – с маслом, наверное. И он вот так крутил барабан нагана – мне запомнилось. И потом однажды дезертиры на них может даже специально пошли. Началась стрельба. Дезертиры снаружи, - эти из избы отстреливались. Отбились они.
Председателем сельсовета был пришедший с войны раненный офицер – Михаил Михайлович Абрамов. Дезертиры зажгли его двор. И в огонь заложили видимо, небольшие снаряды или минометные мины. Начало взрываться. Народ сбежался тушить – он разгонял, чтобы не побило осколками. Двор сгорел полностью.
Приехал начальник милиции. Двоих арестовал – видно знал, кого, и где находятся. Привел в сельсовет. А до района ехать километров 15-20 на лошади, дело к вечеру. Он их связал, посадил в угол. Он сидел за столом, на столе лампа керосиновая засвечена… А друзья тех дезертиров через окно его застрелили.
После этого пришла группа к нам в деревню – два милиционера, и еще несколько мужчин. И мой дядя к ним присоединился – он только-только пришел с фронта демобилизованный, был ранен в локоть, рука не разгибалась. Ручной пулемет у них был. Подошли к одному дому. Кто-то им сказал, что дезертиры там. Вызвали из дома девушку, что там жила, и её стариков. Они сказали, что дома больше никого нет. Прошили из пулемета соломенную крышу. Там действительно никого не оказалось. Но после этого о дезертирах у нас ничего не было слышно, и всё баловство прекратилось.

Новая корова

В 42 году получилась интересная вещь. Коровы-то у нас не было, как весной 41-го продали. И пришел к нам Василий Ильич – очень хороший старичок. Он нам много помогал. Лапти нам, да и всей деревне плел. Вся деревня в лаптях ходила. Мне двое лаптей сплел. Как пахать начали – где-то на месяц пары лаптей хватало. На пахоте – в лаптях лучше, чем в сапогах. Земля на каблуки не набивается.
И вот он пришел к нашей матери, говорит: «У тебя овцы есть? Есть! Давай трех ягнят – обменяем в соседней деревне на телочку. Через два года – с коровой будете!»
Спасибо, царствие теперь ему небесное! Ушел с ягнятами, вернулся с телочкой маленькой. Тарёнка её звали. Как мы на неё радовались! Он для нас была – как светлое будущее. А растили её – бегали к ней, со своего стола корочки и всякие очистки таскали. Любовались ею, холили, гладили – она, как кошка к нам ластилась. В 43-м огулялась, в 44-м отелилась, и мы – с молоком.

1943 год

В 43-м жизнь стала немножко улучшаться. Мы немножко подросли – стали матери помогать. Подросли – это мне восемь, младшим – шесть и четыре. Много работы было на личном огороде. 50 соток у нас было. Мы там сеяли рожь, просо, коноплю, сажали картошку, пололи огород, все делали.
Еще в 43 году мы увидели «студебеккеры». Две машины в наш колхоз прислали на уборочную – картошку возить.

Учеба и игры

У нас был сарай для хранения зерна. Всю войну он был пустой, и мы там с ребятней собирались – человек 15-20. И эвакуированные тоже. Играли там, озоровали. Сейчас дети в хоккей играют, а мы луночку выкопаем, и какую-нибудь банку консервную палками в эту лунку загоняем.
В школу пошел – дали один карандаш. Ни бумаги, ни тетради, ни книжки. Десять палочек для счета сам нарезал. Тяжелая учеба была. Мать раз где-то бумаги достала, помню. А так – на газетах писали. Торф сырой, топится плохо, - в варежках писали. Потом, когда стали чернилами писать – чернила замерзали в чернильнице. Непроливайки у нас были. Берёшь её в руку, зажмешь в кулаке, чтобы не замерзла, и пишешь.
Очень любил читать. К шестому классу прочел все книжки в школьной библиотеке, и во всей деревне – у кого были в доме книги, все прочитал.

Военнопленные и 44-й год

В 44-м году мимо Хуторовки газопровод копали «Саратов-Москва». Он до сих пор функционирует. Трубы клали 400 или 500 миллиметров. Работали там пленные прибалтийцы.
Уже взрослым я ездил-путешествовал, и побывал с экскурсиями в бывших концлагерях… В Кременчуге мы получали машины – КРАЗы. И там был мемориал - концлагерь, в котором погибли сто тысяч. Немцы не кормили. Не менее страшный - Саласпилс. Дети там погублены, взрослые… Двое воскресенских через него прошли – Тимофей Васильевич Кочуров – я с ним потом работал. И, говорят, что там же был Лев Аронович Дондыш. Они вернулись живыми. Но я видел стволы деревьев в Саласпилсе, снизу на уровне человеческого роста тоньше, чем вверху. Люди от голода грызли стволы деревьев.
А у нас недалеко от Хуторовки в 44-м году сделали лагерь военнопленных для строительства газопровода. Пригнали в него прибалтийцев. Они начали рыть траншеи, варить и укладывать трубы… Но их пускали гулять. Они приходили в деревню – меняли селедку из своих пайков на картошку и другие продукты. Просто просили покушать. Одного, помню, мама угостила пшенкой с тыквой. Он ещё спрашивал – с чем эта каша. Мама ему объясняла, что вот такая тыква у нас растет. Но дядя мой, и другие, кто вернулся с войны, ругали нас, что мы их кормим. Считали, что они не заслуживают жалости.
44 год – я уже большой, мне девять лет. Уже начал снопы возить. Поднять-то сноп я еще не могу. Мы запрягали лошадей, подъезжали к копне. Женщины нам снопы покладут – полторы копны, вроде бы, нам клали. Подвозим к скирду, здесь опять женщины вилами перекидывают на скирд.
А еще навоз вывозили с конного двора. Запрягаешь пару лошадей в большую тачку. На ней закреплен ящик-короб на оси. Ось – ниже центра тяжести. Женщины накладывают навоз – вывозим в поле. Там качнул короб, освободил путы фиксирующие. Короб поворачивается – навоз вывалился. Короб и пустой тяжелый – одному мальчишке не поднять. А то и вдвоем не поднимали. Возвращаемся – он по земле скребет. Такая работа была у мальчишек 9-10 лет.

Табак

Табаку очень много тогда сажали – табак нужен был. Отливали его, когда всходил – бочками возили воду. Только посадят – два раза в день надо поливать. Вырастет – собирали потом, сушили под потолком… Мать листву обирала, потом коренюшки резала, в ступе толкла. Через решето высевала пыль, перемешивала с мятой листвой, и мешка два-три этой махорки сдавала государству. И на станцию ходила – продавала стаканами. Махорку носила туда и семечки. А на Куйбышев санитарные поезда шли. Поезд останавливается, выходит медсестра, спрашивает: «Сколько в мешочке?» - «10 стаканов». Берет мешочек, уносит в вагон, там высыпает и возвращает мешочек и деньги – 100 рублей.

Сорок пятый и другие годы

45,46,47 годы – голод страшный. 46 год неурожайный. Картошка не уродилась. Хлеба тоже мало. Картошки нет – мать лебеду в хлеб подмешивала. Я раз наелся этой лебеды. Меня рвало этой зеленью… А отцу… мать снимала с потолка старые овечьи шкуры, опаливала их, резала мелко, как лапшу – там на коже ещё какие-то жирочки остаются – варила долго-долго в русской печке ему суп. И нам это не давала – только ему, потому что ему далеко ходить на работу. Но картошки все-таки немного было. И она нас спасала. В мундирчиках мать сварит – это второе. А воду, в которой эта картошка сварена – не выливает. Пару картофелин разомнет в ней, сметанки добавит – это супчик… Я до сих пор это люблю и иногда себе делаю.

Про одежду

Всю войну и после войны мы ходили в домотканой одежде. Растили коноплю, косили, трепали, сучили из неё нитки. Заносили в дом станок специальный, устанавливали на всю комнату. И ткали холстину - такая полоса ткани сантиметров 60 шириной. Из этого холста шили одежду. В ней и ходили. Купить готовую одежду было негде и не на что.
Осенью 45-го, помню, мать с отцом съездили в Моршанск, привезли мне обнову – резиновые сапоги. Взяли последнюю пару – оба на правую ногу. Такие, почему-то, остались в магазине, других не оказалось. Носил и радовался.

Без нытья и роптания!

И обязательно скажу – на протяжении всей войны, несмотря на голод, тяжелый труд, невероятно трудную жизнь, роптания у населения не было. Говорили только: «Когда этого фашиста убьют! Когда он там подохнет!» А жаловаться или обижаться на Советскую власть, на жизнь – такого не было. И воровства не было. Мать работала на току круглый год – за все время только раз пшеницы в кармане принесла – нам кашу сварить. Ну, тут не только сознательность, но и контроль. За килограмм зерна можно было получить три года. Сосед наш приехал с войны раненый – назначили бригадиром. Они втроем украли по шесть мешков – получили по семь лет.

Как уехал из деревни

А как я оказался в Воскресенске – кто-то из наших разнюхал про Воскресенское ремесленное училище. И с 1947 года наши ребята начали уезжать сюда. У нас в деревне ни надеть, ни обуть ничего нет. А они приезжают на каникулы в суконной форме, сатиновая рубашка голубенькая, в полуботиночках, рассказывают, как в городе в кино ходят!..
В 50-м году и я решил уехать в Воскресенск. Пришел к председателю колхоза за справкой, что отпускает. А он не дает! Но там оказался прежний председатель – Михаил Михайлович. Он этому говорит: «Твой сын уже закончил там ремесленное. Что же ты – своего отпустил, а этого не отпускаешь?»
Так в 1950 году я поступил в Воскресенское ремесленное училище.
А, как мы туда в лаптях приехали, как учился и работал потом в кислоте, как ушел в армию и служил под Ленинградом и что там узнал про бои и про блокаду, как работал всю жизнь шофёром – потом расскажу.

7.

За яблочками.

Главное в байке — её герой.
Обычно в моих байках это я, мои родители, друзья,коллеги, пациенты, собаки, аппендициты, оружие.
В этой байке, однако, героиней станет железная дорога, Елгава-Крустпилс, одна из самых малоизвестных в Латвии.
Проложенная в обход Риги с целью соединить российские губернии с портовым городом Вентспилс, она проходила через малонаселённые места Латвии. И служила она почти исключительно для транспорта длинных составов с нефтью, пассажирский поезд ходил раз в сутки, практически пустой — неудивительно,станции были расположены в нескольких километрах от населённых пунктов.
Где-то посередине — ж.д. станция по имени Лачплесис, рядом с одноимённым зажиточным колхозом, очень кстати знаменитым своим тёмным пивом.
Наш стройотряд подрядился на ремонт железных дорог, наши жилые вагончики затащили в тупик и началась настоящая мужская работа, ручная смена шпал, перемежающаяся с « окнами» — полной остановкой движения со сменой рельс.
Пару раз мы работали ночами, под светом прожекторов — романтика пополам с ответственностью, составы цистерн ждали окончания нашей работы, локомотивы нетерпеливо пыхтели, давай, мол, зелёный и открывай дорогу, время не ждёт!
Физическая работа молодых парней на свежем воздухе имела, однако, и побочный эффект — всё время хотелось жрать.
Тушёнка и макароны, хлебушек от пуза — вечерами мы гоняли чаи с сахаром.
Леса были полны грибами и ягодами, если успеть до темноты.
И, что греха таить — мы подворовывали, с наступлением темноты выходя на промысел.
Молодую картошку с колхозных полей, овощи, зелень.
Наиболее умелые и дерзкие подползали к прудам и таскали молодых карпов, обманув бдительных сторожей.
Короче, всё годилось — накормить отряд.
Внёс свою лепту и я.
Блуждая по окрестностям, я набрёл на вроде бы заброшенный хутор с садом.
И деревья со зрелыми яблочками, маленькими но зверски сладкими, так называемые «цукуриши», местный латвийский сорт, я больше их нигде не встречал.
Вернулся к вагончикам — забрать мешки и подмогу.
Вызвался Юнга, проходной герой моих историй — на год младше, он идеально подходил для воровства яблок, будучи чемпионом Латвии по гимнастике.
Сумерки, долгие летние латвийские сумерки — мы карабкаемся через ограду, Юнга ловко влезает на дерево, я разворачиваю мешки и ...
В полной тишине раздаётся звонкий мальчишеский голосок, с соседней яблони:
— Дяденьки, вы тоже будете воровать яблоки?
У меня отваливается челюсть, Юнга же нимало не растерявшись, учтиво отвечает:
— Молодой человек! Не пиздите, пожалуйста, вы привлекаете внимание. Всё, что мы и вы делаем — мы будем делать молча.

Поражённый такой изысканной манерой разговора, наш молодой соучастник замолкает и перестаёт быть помехой эпического грабежа сада.
Закончив, мы помогаем юному коллеге слезть с дерева и расстаёмся, навсегда.
А в слэнг нашего стройотряда внедряется стиль сочетания вежливости и мата, доводящий кадровых путеобходчиков, отменно отчаянных матерщинников, до полного ступора.
Минуло почти 40 лет, Юнга и я стали врачами-анестезиологами, отцами и дедушками.
Наша дорога, её рельсы и шпалы, всё там же, судя по снимку.
И где-то там, в прошлой жизни, в прошлом веке, так и живут молодые весёлые студенты из синих вагончиков, тырящие яблоки вместе с неизвестно откуда взявшимся мальчуганом.
И, в отличии от нас, — они никогда не постареют.
Michael [email protected]

8.

НЕНУЖНАЯ ПРОФЕССИЯ

Джек Ланкастер вышел из лифта и направился в офис.
Просторный кабинет отдела техподдержки встретил неожиданной тишиной. Джек недоуменно посмотрел на часы.
Прямо сейчас у Марты из третьего филиала зависла программа. Находится Марта за тысячи миль и, как всегда, не может толком объяснить, в чём проблема. Обычно её звонки переводят прямо на Джека. Но телефоны молчали.
Несколько парней гоняли в какую-то стрелялку, изредка переругиваясь. Дамы увлечённо занимались шоппингом в Сети. Гарнитуры валялись на столах. Похоже, к ним вообще притрагивались пару раз в сутки.
Тишина. Джек прямо чувствовал волну всеобщего умиротворения.
Прямо сейчас должны звонить из Атланты, у них сбой сервера базы данных.
Может, глючит связь? Джек схватил первую попавшуюся гарнитуру, набрал проверочный код. Система - в штатном режиме.
Один из сотрудников, Майкл, наконец, заметил Ланкастера:
- Здорово, Джек! Как отдохнул? Босс просил...
- ...зайти к нему, когда появлюсь, - закончил Джек. - Зачем - не знаешь.
- Ну да! - выдавил, наконец, Майкл, вспомнив, с кем говорит. - Честно, не знаю!
- Майкл, что происходит?
- Ты о чём?
- Тишина, - кратко пояснил Джек. Майкл замялся. Похоже, он понял вопрос, но сформулировать ответ не смог. Даже в голове.
Махнув рукой, Ланкастекр направился в кабинет босса. Миновал секретаршу без обычных проволочек. Странно, очень странно!

***

Старик Джордж сидел в роскошном кресле, наслаждаясь сигарой. Маленькая шалость босса. То, что сигара кубинская, об этом знали немногие, включая Ланкасетра и секретаршу.
- О, Джек, давно жду. Садись, предстоит серьёзный разговор.
"Босс и рад видеть, и не рад", понял Джек. "Неужели старик решил от меня избавиться?! " Ланкастер попытался настроиться на волну шефа.
- Отпуск? - вырывалось у Джека. - Ещё один отпуск? Прямо сейчас?!
- Знал, что ты поймёшь! - Джордж удовлетворённо затянулся сигарой, дожидаясь, пока сотрудник переварит информацию.
- Бессрочный отпуск? С оплатой? Не понимаю! - честно сказал Джек. - Хочешь уволить, но боишься проблем с профсоюзом? Иначе, зачем такие сложности?
- Всё гораздо проще, Джек. Номинально ты по-прежнему работаешь у нас. Можешь приходить, когда захочешь. Работать не обязательно. Лучше вообще не работай!
- Но проблемы с клиентами...
- Справимся без тебя! - Отмахнулся босс. - Уже справляемся! Причём не хуже, чем с тобой.
- Джордж, только честно! Скажи, зачем?! Нашёл человека на моё место? Я где-то крупно накосячил? В чём дело?
- Джек, ты не хочешь в отпуск? - Брови босса вежливо изогнулись.
Ланкастер молчал, пытаясь понять. Этот прошедший отпуск он вырвал буквально силой. Просто устал, написал, как всегда, заявление. На словах прибавил пару деталей, объяснив, чем для фирмы обернётся его вынужденный трудоголизм.
Джеку и в отпуске пытались звонить. Как будто он мог чем-то помочь, находясь от клиента ещё дальше, чем главный офис. Целую неделю Ланкастер старательно "забывал" телефон в номере, пропадая, то на пляже, то в баре с очередной красоткой, жаждущей курортного романа.
А потом - как отрезало. Ни одного звонка за весь отпуск. Тогда Джек просто не придал этому значения.
- Уволить мы тебя действительно не можем, - изрек наконец босс. - Вернее, можем, но тогда обязаны нанять другого человека на твоё место. Иначе профсоюз съест нас живьём.
- Должность-то штатная, - рассеяно произнёс Джек.
- Поэтому, пусть всё идёт, как шло до этого. Так будет лучше всем.
- Как?! - выдавил Джек. - Как вы справились без меня?! Это же невозможно!
- Немалую роль в этом сыграл ты сам, Джек. Извини старого пердуна, что раньше тебя в отпуск не пускал.
"Самокритика вслух! Или у меня крыша едет, или в сигаре - совсем не табак", подумал Ланкасер. "Это многое объясняет!"
- Джордж, давно куришь эти сигары? - сотрудник задал глупый вопрос, прикидывая пути отступления.
- Не бойся, Джек, я не сошёл с ума. Ты - тоже. Но твой отпуск решил много проблем.
Старик снова затянулся и, затушив, отложил сигару.
- В первые дни мы буквально утонули в проблемах. Клиенты привыкли, что их понимают с полуслова. Я даже задумался о приёме кого-нибудь на подмену вместо тебя. Например, Таллера из отдела безопасности. - Заметив беспокойство, босс поспешно добавил:
- На время отпуска, конечно.
- И что случилось? - не выдержал Джек.
- Я дал указание всем отвечать, что ты в отпуске. Удивительно, но уже через неделю клиенты научились внятно формулировать свои просьбы.
- Именно тогда прекратились звонки на мой телефон, - вставил Ланкастер.
- Но мы пошли ещё дальше. - кивнул босс. - Научили пользователей самостоятельно решать возникшие проблемы.
- Это невозможно! - вырывалось у Джека.
- Поверь, возможно. Как только человек узнаёт, что ты в отпуске...
- А ошибки?!
- От ошибок никто не застрахован! Но их процент настолько мал, что им можно пренебречь.
- Так ты хочешь...
- Чтобы всё продолжалось по-старому. Вот! - босс вытащил старое заявление об отпуске. В глаза бросилась свежая резолюция. "Предоставить бессрочный оплачиваемый отпуск". - Мы с тобой взрослые люди, Джек? Давай поступим, как взрослые.
Джордж кинул на стол туристический каталог:
- Давно отдыхал в Альпах?

***

Вечер плавно перетекал в ночь. Джек Ланкастер сидел за стойкой бара и потягивал виски. Босс не обманул, вся зарплата исправно перечислялась на счёт. Джек рассеяно листал рекламный каталог. Тяжёлое это дело - отдыхать!
Из-за столика в углу встала ослепительная красотка и, виляя бёдрами, направилась к Джеку. Девица весь вечер не сводила с Ланкастера глаз. Не нужно быть провидцем, чтобы распознать её намерения.
- Привет, я Элис, отдел маркетинга. А вы, должно быть...
- Джек Ланкастер, отдел техподдержки, - представился Джек. - Штатный телепат. Правда, сейчас я в отпуске.

9.

Таежный роман

90е. В глухой тайге воинская часть. Перевели туда молодого лейтенанта, явился с супругой. Вместе они смотрелись феерично. Не то что бы он был совсем уж маленького роста, и с мускулатурой все в порядке. По комплекции что-то среднее между Пушкиным и Путиным. Худощав, чуть ниже среднего роста. Нормальный мужик, вовсе не карлик. Но на фоне своей супруги смотрелся так себе. Исполинских статей баба. Звалась Зинаидой.

Трудно им было поначалу. Летеху постоянно гоняли в караулы, а ей работы не нашлось, все женские вакансии заняты. Но она не унывала. Оказалась уроженка тайги, почувствовала себя на новом месте как дома. Лето уже заканчивалось, когда они прибыли. А для нее самая пора, бабье лето. Успела набрать в лесу припасов на всю зиму, потом ударилась в засолку, мариновку и сушку. Только успевала банки закатывать и мешки в подпол бросать. Бабы вокруг обзавидовались – они вообще боялись в тайгу соваться. Там были грозные медведи. Зину это не смущало. Несколько раз натыкалась на этих медведей, но держалась спокойно, как-то налаживала с ними диалог, расходилась ровно.

Лейтенант же, человек городской, наоборот жух и суровел. Задолбали его тяготы таежной службы, когда грянули морозы. А дома ждало еще одно нелегкое испытание - на свежих воздузях расцвела радостная баба.

Не то чтобы в этом военном городке любили сплетничать, но это как орбитальная станция – ничего не скроешь. Многоквартирные домики, перекрытия между ними так себе. Никто не будет сплетничать, если поскрипело на ночь за стенкой и затихло. А вот если несколько раз за ночь будят стоны, живо напоминающие медвежий рев, тут уж любой сосед разозлится. Когда ж эти сцуки угомонятся! И потом ходит это чудо в погонах с черными кругами под глазами, своим солдатикам разносы устраивает. И тут уже будет суровая оценка коллег - слабак! Такую бабу отхватил! Но ошибся калибром.

Особенно переживал по этому поводу амбал из прапоров по имени Боря. Вот он точно был Зине по калибру. Богатырь земли русской. Хороший парень был этот Боря, но не каждая на такое решится. Конкретно в этом городке на Борю не решался никто.

И вот угораздило это трагическое одиночество влюбиться в Зину по уши. Огорчался, что любит она своего лейтенанта. Неправильный, считал он, сделала выбор эта чудесная девушка. Хотел Боря исправить ошибку, заигрывал с ней, но был решительно отшит и отнесся к этому с достоинством. Сохранил с ней доброжелательные, ровные отношения.

Уверенный в себе, могучий человек, Боря не сомневался, что рано или поздно природа возьмет свое и она в него втюрится. Бросит это свое лейтенантское недоразумение. Ее настоящее счастье - это Боря.

Однако же, процесс осмысления девушкой очевидного факта порядком затянулся. Стоически переносил он душевные страдания. В минуты грусти ходил мрачный как туча, старался вообще не попадаться ей на глаза. В маленьком городке это выглядело забавно. Легче слона спрятать в посудной лавке. Внезапный звон кастрюль в каптерке вновь возвещал всем окружающим, что Боре при виде Зины опять удалось спрятаться. И что он очень грустен. А чем он конкретно посшибал все эти кастрюли, строились веселые гипотезы.

Разумеется, это было известно и лейтенанту. Он кипел наверно внутри себя, но снаружи тоже сохранял достоинство и спокойствие. Ну, влюбился какой-то трагический амбал в его жену. Сердцу не прикажешь. Бравый прапор борется с собой, прячется даже. Его поведение безупречно. Подать рапорт о переводе – значит показать свою слабость. Летеха высоко держал честь офицера. Но чах на глазах.

Зина заметила это безобразие и отнеслась к нему в своей обычной манере - деятельно. Окружила супруга заботой и лаской. Принялась откармливать его вкусными блюдами, на которые была мастерица.

Посылали его на дальние караулы, где кухня запрещена. Чтоб от искры не бабахнуло. Да и вообще, караул на сухпайке гораздо злее и бдительнее обычного. В такие дни Зина отмахивала по тайге версты. Моталась с горячими пирожками, супчиками и прочими ништяками к своему любимому. Приносила и для солдатиков. В общем, все ей были рады.

Лейтенант приободрился, стал восстанавливать силы. Он хорошо набирал вес и к ноябрю смахивал на хорошо откормленного кабанчика. Активно качался, начал делать на турнике солнышки. При одном взгляде на это зрелище Боря честно уходил проржаться в сторонке.

И вот в один зимний день Красная Шапочка опять засобиралась к своему возлюбленному, с полным коробом горячих пирожков. Сердце прапора не выдержало. Высунувшись из очередного укрытия, он долго и сурово сопел. Наконец высказался:
- Не ходи одна, Зина. Медведь теперь плохой пошел. Давай я тебя провожу. У меня рогатина есть. И не бойся ты за своего Отеллу. Я за поворотом постою, на глаза соваться не буду. Перекурю, пирожков твоих пожру. А потом провожу тебя обратно.

Зина задумалась. Почему медведь пошел плохой, было понятно. Все нормальные медведя уже откормились не хуже ее мужа и разошлись спать по берлогам. А если кто не лег – совсем плохой медведь, сожрет кого угодно.

Согласилась она на конвой прапора. Вручила ему большую сумку. Восхищенно глянула на его рогатину. И в целом на внушительную фигуру.

Черт его знает, что у него в голове щелкнуло. То ли взгляд свел с ума, то ли заманчивая мысль, что глухомань ведь. И до жилья далеко, и до караула. А может, расшутились они по дороге не в меру. Но так или иначе, в нем вдруг проснулся марал в разгар брачного сезона.

С тяжким сопением уронил он на дорогу рогатину и сумку. Глянул на Зину бешено, поднял ее на руки и понес к ближайшему орешнику. Цель транспортировки прапор внятно объяснить не смог. Пытался впиться в нее горячим поцелуем. Она отчаянно вертела головой.

Мудрых планов своих прапор не объяснил, просто нес ее вдаль. Вырываться из его рук было рискованно. Уронит чего доброго на сук какой острый. В драке может и придушить ненароком. Не в себе человек.

Зина, выйдя из оторопи, попыталась успокоиться и составила план. Он напоминал тактику Барклая де Толли при отступлении от границы до самой Москвы - вымотать противника. Как бы ни был крепок Боря, вес он поднял эпический. С каждым шагом к орешнику прапор становился слабее, а она сильнее.

Когда Боря, порядком запыхавшись, бережно поставил ее на землю, она мощным хуком послала его в нокдаун, плавно перешедший в глубокий нокаут. Боря зашатался и тяжко рухнул.

А Зина принялась раздумывать, что ей дальше делать с этой тушкой. Оставлять в лесу не хотелось. А вдруг замерзнет насмерть. Или отморозит себе чего. Простудится, наконец. Медведь на шум придет. Кровь из носа хлещет. А у шатунов обоняние прекрасное.

Подумала крепко, вздохнула. Взяла рогатину в руку, сумку с пирожками на плечо, сапоги прапора сжала подмышками и пошла себе дальше. Прапор в пути не помеха. Но руки ему связала своим шарфиком. Мало ли. Его шарф оставила на его шее. Ему нужнее - по снегу же человек катится. А ей и так жарко, тащить такого амбала.

Путь был неблизкий, трудный. Пару раз прапор очухивался. Начинал шевелить ногами. Милосердная дева вздыхала, разворачивалась и от всей души дарила ему очередной хук. Тащила и размышляла. Как объяснить всё это безобразие мужу.

Дальнейшее словами выразить затрудняюсь. Это стало легендой части. Ее рассказывали вечерами спустя годы. Каждый по-разному. Но я сам вырос в военном городке. Легко воспроизведу:
- Тревога! Неизвестные приближаются к объекту! Стоять, руки вверх!
(вглядевшись)
- Ребята, на нас надвигается жопа!
(вглядевшись в бинокль, растерянно)
- Огромная жопа!

А бедная Зина просто устала от трюков прапора. На каком-то разе он включил мозг и собрался с силами. Мощным движением попытался высвободиться. Наградой за смекалку получил новый хук. Дальше она волочила она за руки, обернувшись задом наперед. Пришлось бросить и рогатину, и часть пирожков. До части уже недолго, подберут.

Лейтенант, внимательно разглядев в бинокль, узнал жопу, отменил тревогу и послал навстречу пару солдат.

Через короткое время сцена в каптерке.

- Саша, представляешь, на нас напал медведь-шатун! Как только Боря от него не отбивался. Ну и я попала удачно, прямо в нос. Он растерялся и убежал.

А в это время.. Боря очнулся и обнаружил, что его опять тащат за ноги. В ужасе огляделся и заметил, что Зины больше нет рядом. Тут сказалось его золотое сердце.
- Она жива??!!
- Да! - ответили сослуживцы - она у него!

Боря тяжко поднялся на ноги и пошел объясняться к лейтехе. К этому времени Зина закончила свой рассказ о подвигах Бори в борьбе с медведем, и они вовсю целовались. Боря нерешительно потоптался на пороге. Поприветствовал собравшихся. И принялся каяться, как умел.

- Извиняюсь, конечно. Вы поймите, я в нормальном селе вырос. У нас честные девки сопротивляются до последнего. Пока трусы не стащишь, если девушка говорит нет, но улыбается – то это значит да. Да и какая вы пара! Смех один. Ну вот я и решил…

В этом месте покаяния прапору прибыла двойка от взбешенного лейтенанта. Тот оказался мастером спорта по боксу.

В дальнейшем у них сложились отношения ровные, уважительные. Но еще долго по каптеркам гремела посуда.

10.

Диалог в чате:
- На меня обиделись и сказали, что больше со мной ребенка не оставят.
- В смысле?
- Ну, приходила Олеська, со своим малым. Куда-то ей надо было ненадолго. Попросила приглядеть одним глазом за чадом, а я в это время занимался ревизией пультов - куча батареек мелких 3V, что полудохлые.
- Так вот, чаду скучно - спрашивает, может помочь? Я и без задней мысли - Давай. Показываю как менять батарейки и даю кучку пультов мальцу.
- Всё хорошо, все делает, аккуратно, ну а батарейки складывает в кучу
- Ну я и говорю сложи их хоть башенькой что ли и показываю как! А не впопад, только учти брать руками за низ и верх башни нельзя - шарахнет током.
- Ну так чаду это по духу. Складывает башеньки. И пару раз все-таки получает разряд и смотрю начинает перебирать батарейки по убойности, чем сильнее получит, тем интереснее ему.
- Тут возвращается мамашка и смотрит на его творчество и чадо ей даёт "своё лучшее" творение - самую убойную башеньку.
- Ну а дальше и так понятно - звон батареек об плитку и пара добрых слов.

11.

Его года — моё богатство.
(К унынию по поводу возраста, что просквозило недавно на сайте.)

Трудное дежурство: тяжёлые наркозы, неприятные пациенты, которых даже их родные мамы не смогли бы полюбить, эмоционально нестабильные родители, доводящие до истерик своих идущих на операцию детей, дебильные родственники с тупыми и старыми шутками о применении кувалды для наркоза, обдолбанный метамфетамином бомж — вся эта херня умудрилась втиснуться в эти 30 часов.
Сижу у себя в офисе в оперблоке, отравленный негативом и утомлением, как затоптанный быками старый тореадор, и, обхватив голову руками, думаю:
Пора кончать, всё, 35 лет этой жизни — надо уходить, пока я ещё не возненавидел своё призвание и всю мою работу в медицине, вымотан до дна, казавшиеся бездонными колодцы моего гуманизма иссякли и пересохли, да и здоровье уже не то, не мальчик, 57, суставы ноют, сердце...
Самая бездонная трясина — жалость к себе, засасывает, тону я в ней, без попыток к сопротивлению, сил просто не осталось, даже дышать лень!
И тут, моложавой своей, как бы танцующей, походкой, ко мне идёт худощавый подтянутый доктор Джей, пацану 90 лет, офис свой закрыл лет 10 назад, но продолжает прибегать помочь на кесаревых как ассистент, энтузиаст и оптимист, мастер своего дела, кесарево с его участием длится в разы быстрее и с гораздо меньшей кровопотерей чем в лучших центрах( 20 минут и два стакана, прозвал я этот динамичный дуэт, первый раз поработав с ними 20 лет назад)
(И, несмотря на факт, что мы постарели на 20 лет, наши кесаревы остаются такими же быстрыми и малокровными...)
Миша, ты нам нужен, все заняты, пойдём, вставай давай, поработаем!
...В том состоянии я бы послал нахер любого, ему же я отказать не смог — он уже работал врачом в 1960, когда я даже не чесался в отцовских чреслах!
Он помог мне подняться, обнял за плечи, и мы побрели к операционной — Наполеон поднял своего раненого гвардейца в последнюю атаку под Ватерлоо...
Воздух операционной меня оживил, я встрепенулся — как старая боевая лошадь при звуках военного оркестра!
Спинальную поставил играючи, милая пара, первый ребёнок, мальчик, закричал как вынули и немедленно опИсал акушера, новорождённого нам принесли через пять минут, я сделал им семейные фотографии, групповые портреты вдвоём и втроём, матка хорошо сократилась, они споро закрыли живот, мамаша поблагодарила всех нас, и я поехал домой...
Еду и думаю: не, ещё повоюем, поспим минут пятьсот, можно и шестьсот — и повоюем!

Вместо послесловия:
Несколько наших врачей увлекаются пилотированием, маленький аэродром сразу за городком, ангары, небольшие Сессны.
Я пару раз летал с моим партнёром - отцом-основателем современной анестезиологии нашего городка. Прикольно пролететь над своим домом или госпиталем, над осенними виноградниками.
И безопасно, он мастерски владеет пилотированием, я аж задремал...
В прошлые выходные был у него день рождения, спрашиваю — как провёл?
Учил внука летать.
Стыдно сказать, но я забыл — сколько тебе стукнуло?
89.
Дела...
Воздух здесь, что ль, такой - особенный?
Или это вода у них такая? @Michael Ashnin

12.

Прочитал историю №1061564 вспомнил.
Пионерский лагерь СССР. Больше половины смены уже прошло. Рогатки, луки, муравьиный сок, папиросы, привидения и летучие мыши девок пугать – всё испробовано. Кто-то даже бензин пробовал. Короче, скучно стало. Спасали только карты, а если играть на виду, то и домино. Возраста были ниже подросткового, по крайне мере в нашем отряде, а то бы ещё увлечение прибавилось. Хотя, в СССР секса ещё не было. Иногда по вечерам фильмы показывали всему лагерю.
Дело было вечером, делать было нечего. Тут один пацан говорит:
- А хотите фингал нарисую, ничем не отличишь от настоящего? Сразу легко не стирается, но потом стереть можно.
- !!! Хьяссе,давай рецепт!
- Надо пару алюминиевых ложек или вилок. На ужине из столовки если спиздите, то покажу.
Надо ли полагать, что вечером далеко не пара столовых приборов на кон высыпалась. Все в ожидании. Пацан берёт две вилки, трёт концами ручек меж собой, потом тем местом где тёр мажет вилкой себе вокруг глаза. Второй вилкой мажет первого желающего. ЁПРСТ, ах-еть, фингалы получились как настоящие! Вот тут и началось. Образовалась очередь на макияж: кто-то пробовал сам, кому-то рисовали, кто-то смыть пробовал и потом ещё раз мазал. Девчонки так вообще экспериментировали: где-то помадой подкрашивали, типа кровоподтёк. В общем, перед отбоем было весело. Наступило утро. Лагерь был не спортивный, поэтому многие шли на линейку полусонные, потом такие же на завтрак, а потом можно было ещё чуток поспать. Возможно, поэтому дети его и любили. Но дисциплинка всё равно присутствовала и некоторые совдеповские обряды соблюдались строго. Типа, всегда перед завтраком линейка. Поднятие, там, флага, гимн под позу "всегда готов" ну и речь директора были обязательны. Итак, выходим на построение. Сначала глаза на лоб полезли у старших вожатых, потом у заместителей начальства, а директор лагеря вообще начинает хвататься за сердце. Почему? Да потому что больше половины нашего отряда, даже девчонки, были с финиками. У кого-то и губы были «разбиты». Директриса еле на ногах стоит, за сердце продолжает держаться, воздух как рыба хватает, а на лице и в глазах 72 шрифтом читается: «Каак? Что это? Кто и как смог проебать такую массовую драку детей? Куда смотрели? Уволю всех нах без зарплаты и премии! Не хочу в тюрьму бляаа!». Поднесли ей стульчик, присела. У нас начинают подтряхивать коленки. Директриса немного отдышалась:
- Тааак бль! Без флагов и гимнов прямо сейчас все пиз(ой) идите в столовую, потом 4-ый отряд ко мне в корпус! Весь! С вожатыми на!
Директор у нас была строгая. Все её уважали и побаивались, но сейчас, отдышавшись, она, похоже, загрызла бы заживо любого. На ватных ногах мы строем пошли в столовую. Надо ли говорить, что сопровождали нас, как особо опасных серийных убийц. Ни до столовой ни после шаг влево, шаг вправо даже ни у кого в голове не был. Умыться по пути было негде. Разборки у директора были долгими в присутствии лагерного врача. На всякий случай даже вызвали скорую. Кто-то из вожатых сбегал в столовую за ложками, чтоб показать секрет фокуса. Наконец дали команду «вольно». На вечерней линейке был оглашён вердикт:
- Внимание, 4-ый отряд! Сегодня вы без кина и два дня без пляжа и речки! И вожатые ваши тоже! Если подобное повторится, досрочно из лагеря поедете домой.
В последнюю ночь зубной пастой мы всё таки мазались.
Во так я, однажды, провёл лето.

13.

Продолжим, пожалуй, цикл про корпоративных мошенников. Помнится, я давненько обещал индийскую историю, так что держите.

Моя искренняя благодарность пользователям "perevodchik" и "RRaf" за мотивацию и корректуру.

Признаюсь как на духу, я, как, пожалуй, и многие другие читатели, тоже люблю детективы. Ах, какие страсти бушуют на страницах этих шедевров эпистолярного жанра и на экранах. Какой "накал движенья, звука, нервов..." В типичном сюжете в меру одарённый юный следователь вместе с умудрённым опытом старшим товарищем по крупицам собирают улики, преодолевают соблазны и препоны. Денно и нощно они, не взирая на нужду во сне, еде, и исправлении физиологических надобностей упорно ищут ЕГО - хитроумного, кровожадного и загадочного преступника. Головоломки, опасности, погони и неожиданные зигзаги сюжета.

Седой напарник, естественно, трагически погибает в самый неподходящий момент, за что молодой, картинно вытирая слёзы, клянётся отомстить на окровавленном айфоне. Но на смену погибшему приходит очаровательнейшая девица которя горит желанием бескорыстно помочь.

От нервного напряжения читатель или зритель грызёт ногти и сжимает костяшки добела, и вот, ура - долгожданный финал. Наконец-то разгадка. Пойманный злодеянец получает заслуженный смачный поджопник. Погибший следак отомщён, а наш юный герой получает очередное звание, златой орден с каменьями на муаровой ленте, портрет на первой полосе газеты, почтительный шёпот коллег вслед, и, конечно, жаркие объятия пышногрудой красотки. Ну и в самом конце, обязательно, будут тихие шаги в ночи, зловещий скрип двери, и истошный вопль (это всё необходимо, дабы создать "атмосфэру для достойнаго сиквела").

Заинтриговал? Так вот, предупреждаю заранее, в этой истории нифига этого нету и не будет. А будет нудно, долго, уныло и скучно, впрочем, как всегда. И всё же, я отношу эту историю к своей "золотой коллекции", хотя моего участия там было ровно на "две копейки". Впрочем, судите сами. Поехали...

"Однажды в Ченнаи"

Эпиграф: "Если в начале индийского фильма на стене висит ружьё, то к концу фильма оно будет петь и танцевать."

Несколько лет назад работал я у одного клиента, выпускающего медицинские мази, хирургические расходники, и тыры-пыры. Когда-то, в стародавние времена принадлежала эта компания... хм... ну скажем, весьма условным бриттам. А точнее, была она частью огромного фармацевтического концерна. Но грянул кризис, англичане притерли хер к носу, и начали искать ответ на традиционные вопросы "фер то ке?" и "как жить дальше?"

Высшие чины встретились, ростбифу с кровью пожевали, по порции рисового пудинга скушали, файфоклочным чайком залили, и порешили. Дескать так, "подразделение это особых звёзд с неба не хватает. Не убытчное, конечно, упаси Господи, но доходность по сравению с основным бизнесом невысокая. Лучше его слить кому либо за разумную сумму, тем более, что в кризис денежка будет весьма кстати."

И нарисовались, хм... ну, скажем, тоже весьма условные свеи. Вообще, подбирать, что плохо лежит на Британских островах, есть добрая, старая, веками устоявшаяся скандинавская традиция. Потомки викингов прикинули, - фунтов просят за компанейку совсем немного, ибо кризис, а товар производится хороший, качественный, и в меру известный. В Европе и Штатах почти в каждой аптеке есть. Посидим на активе, а опосля, когда кризис финансовый подутихнет, втюхаем его своему другому такому же, только с большим профитом. Сказано-сделано.

Думаете, гордые Свены да Харальды стали жить поживать, да добра наживать? А вот хрена с два. Оказалось, что производство хоть и неплохое, но всё же достаточно устаревшее. Более того, заводы расположены не в далёком Китае или, скажем там, в Индонезии, а в той же самой Англии и по Европе. А там расценки на труд человеческий весьма кусачие. И профсоюзы, тоже, между прочим, имеются.

То бишь и в производство надо вкладываться, и в технологии, и проблемы с рабочим классом решать, да и вообще надо переносить заводы куда поэкомичнее. Но на это нужны ещё средства, а где их взять, ведь инвесторы деньги хотят получать, а не ещё дополнительно вкладывать. Причём дивиденды хотят не в далёком светлом будущем, а в весьма ощутимом настоящем. И с удивительной настойчивостью и досадной периодичностью воспрошают управленцев, "ну когда же мы будем делить наши деньги?"

И руководители компании, чуя инквизиторские костры под своими задницами, делают самую банальнейшую ошибку всех времён и народов, то бишь начинают резать головы менеджерам среднего звена и техническому персоналу. Впрочем, усекновение голов и прочих органов, тоже часть викинговских традиций. На какое-то короткое время трюк сработал, прибыль за счёт уменьшения расходов увеличилась. Условные англичане своё дело знали туго, какой-то запас прочности в компании был, так что худо-бедно компания держалась на плаву.

Но долго, конечно, так продолжаться не могло, и доходность снова начала ощутимо снижаться, а покупан на компанию так и не нарисовывался. И вопрос "что делать?" снова стал во всей своей остроте. Выход нашли достаточно быстро, выпустить акции на открытом рынке. Решение, без сомнения, интересное, но потенциальные акционеры тоже хотят видеть доходы, или по крайней мере растущие продажи, иначе, кто купит акции убыточной компании?

Сурьёзные дядьки собрались в красивом кабинете и начали вести заумные разговоры:
- Может снизить цены, тогда продавать будем больше, - предложил один шишкан.
- Не выйдет. Пробовали уже. Если опустить цены немного, то разница в объёме продаж минимальна. А если уронить цены сильно, то убиваем нашу маржу. В ноль торговать, так это как бульон от варки яиц, - возразили ему.
- Может предложить повышенные бонусы продаванам? - выдвинул умную мысль другой директор.
- И это пробовали. Есть объём рынка и выше головы не прыгнешь. - прозвучал ответ.
- О, придумал, - высказался третий. - Как насчёт предложить новые товары в нашей линейке.
- Ха, - печально усмехнулся очередной управленец. - Новые товары можно предложить, если есть кому их разрабатывать. А мы их, того самого... тю-тю с финиками. Плюс, создание нового товара дело небыстрое.
- Предлагаю всем ша. У меня эврика, - произнёс главный главнюк. - Очень тяжело что-то менять, ничего не меняя, но мы будем. Более конкретно, давайте продавать наш товар не только в Европе и США, а в ещё и в Азии. Народу там много, болеют они, соотвественно, немало. Надо выбрать страну, которую не жалко, открыть там дочернее предприятие, и втюхивать наши бусы очередным аборигенам.
- Отлично, зер гуд, магнифик, вандерфул, конгениально, какой полёт мысли и фантазии, - восхитились все. - Как же мы сразу не додумали. А какую страну мы осчастливим?
- Предлагаю Индию. Там уже говорят на плохом английском, гигиена хреновая, народу много и его прирастает в год по сотне миллионов голов. Плюс там Шива, слоны, Радж Капур, и йоги.

Сказано, сделано. Открыли компанию в Индии, и каким-то образом нашли и наняли директора по имени Сунил. Сунил оказался голова, или даже две головы.

- Стойте там и смотрите сюда, - начал он объяснять корпоративным управленцам, кстати на отличном английском. - Для процветания надо продавать много товара. Собственно говоря, для этого вы и компанию открыли. Я сам южанин и знаю многих потенциальных покупателей в Ченнаи, где и предлагаю устроить головной офис. Но это не решение вопроса, ибо это всего лишь один город, хотя и крупный. Главное же, в Индии люди любят иметь дело своими, с местными, и покупать будут в основном у них. То бишь нужны личные связи.

Можно, конечно, нанять местных продаванов в Мумбаи, Ахмадабаде, Пуне, Бангалоре, Сурате и т.д. и уповать на лучшее. Но поверьте моему опыту, результат будет плачевный. Управлять продавцами, разбросанными по разным городам, весьма непросто. Вместо того, чтобы развивать компанию я, ну или мой зам по продажам, будем тупо метаться из города в город и заниматься оперативными вопросами. Это глупый расход и трата драгоценного времени. Более того, в каждом городе придётся открыть небольшой офис и склад. Ну и нанять как минимум кладовщика, администраторшу и помощника продавцу. Нашему брату индусу кушать не дай, а дай поуправлять другим индусом. Таким образом мы утратим централизированный контроль над товаром и раздуем штат.

Плюс, наверняка несколько продавцов окажутся профнепригодными. Их придётся увольнять, искать новых, тренировать их, и снова проверять. Ну а если продавец уйдёт, то он и клиентов за собой утащить может. Короче, для облегчения управления, увеличения продаж, и контроля самое эффективное, это система дистрибьютеров.

В крупных городах мы находим дистрибьютера и заключаем с ним договор на поставку товара. В крупных городах их может быть и несколько. Да, мы теряем в марже, но зато мы продаём много и сразу. Создадим 2 склада в городах, где, я планирую, будет основной объём продаж, то бишь в Дели и самом Ченнаи. Таким образом, мы покрываем страну географически с севера и юга, а когда надо, будем отправлять товар в другие города.

В Ченнаи, так как там будет головной офис, и там я буду сам парить над схваткой, попробуем продавать и в розницу, то есть напрямую в клиники и госпиталя. Посмотрим, что получится, не будем сильно загадывать вперёд. Выгорит — попробуем и в других местах. Ну как вам мой дерзкий план?


Сунил получил полный одобрямс. Сначала, как водится, продажи пошли не очень быстро, но через полгода начали набирать обороты. Через год уже был приличный объём. Через два, в Индию шёл целый поток товара, ибо продажи стали весьма достойными. Особенно отличался один дистрибьютор в Дели, "грузил апельсины бочками". Одна проблемка всё таки оставалась, оборачиваемость товара была очень низкой, и на складах скопилось товара куда больше, чем диктовали продажи. Впрочем, и Сунил, и корпоративные аналитеги это весьма разумно объясняли и успокаивали друг друга. Дескать, "бизнес только начал развиваться, склад в процессе становления. Доставка в Индию дело небыстрое и непростое. Постепенно всё образуется."

Сам Сунил же тем временем стал героем. Его фотографии помещали на главной странице сайта, приглашали на корпоративные конференции и посиделки, вручали премии и награды. Пару раз и я его видал. Весь такой холёный кадр, в шикарном костюме, сверкал запонками и Ролексом, говорил правильные речи, и излучал харизму, сверкая белоснежными зубами. Его ставили в пример, и, пожалуй, учитывая показатели продаж, было за что.

Со временем мы (аудиторкий отдел, то бишь) начали прозрачно намекать руководству компании:
- А не худо бы нам сгонять в Индию, посмотреть, что да как. Поводим жалом, может чего умного присоветуем.
- Да, да, да. Вот только не сейчас, - ответствовали нам. - Дайте ещё годик, полтора. Скоро бизнес войдёт в полную силу, тогда конечно. А пока нечего казёную деньгу тратить. Вы посмотрите на финансовую отчётность, ну а ежели совсем уж замуж невтерпёж, предоставьте ваши вопросы в письменном виде. Вам всё объяснят и покажут.

Все мы люди, все мы человеки. Нам что, больше всех надо, что ли? И так есть, чем заняться. Раз в полгода мы писали в далёкую Индию цидульку, с вопросом "Как вы там, на шхуне?" На что нам индийских главбух, Джагдиш, бодро отвечал "На горизонте безоблачно. Полный вперёд."

Это не значит что никто в Индию не ездил, нет конечно. Поездки в Индию стали делом регулярным, айтишники, маркетологи, эйчар, да и другие корпоративные туши летали туда часто, вот только нас не пускали. Я-то к этому спокойно относился, а вот мой директор чуть ли на луну с горя не выл. В итоге, на очередном большом курултае, поцапался он и с корпоративными боссами и с самим Сунилом. После вернулся сумрачный и говорит:
- Смотри расклад. В Индию нас сейчас не пускают, сказали поставить в план через два года. Впрочем, я придумал ход конём. В конце года всё равно надо выборку данных делать для внешних аудиторов, так посмотри чего там у них.
- Что нам кабанам, сделаю.

В конце года определённые данные я заполучил. Не так чтобы уж слишком много и детально, ну там реестр оплаты труда, остатки товара на складе, историю продаж, и т.д. Надо сказать, что финансовая отчётность в Индии была поставлена на ять, комар носу не подточит. Всё чисто, гладко, правильно. Не скажу что показатели все замечательные, нет конечно, но этого в принципе от никого в полной мере ожидать нельзя.

А тут и оказия приключилась, мой знакомый айтишник в Индию улететь должен был. Должен был заехать и в основной офис в Ченнаи и на склад в Дели. Даже не знаю, чего его туда направили, то ли установить какие-то проги, то ли обучить кого-то чему-то. Впрочем, неважно.
- Винс, - говорю. Не в службу, а в дружбу. Ты же всё равно на складе будешь. Сделай выборочную инвентаризацию товарных остатков, вот по этим позициям. Там работы совсем немного. Такому бойцу как ты, развлечение на час-два. Если уж совсем со временем туго - ты хотя бы стеллажи, где стоят эти товары, сфоткай и пришли мне.

На инвентаризацию, конечно, я его уломать не смог, а вот фотки он мне сделать обещал. Человеком слова оказался, пока на складе был, попросил местного кладовщика показать стеллажи и очень хорошие детальные фотки мною выбранных позиций (самых ликвидных) для меня сделал и прислал. Если честно, я и сам не знаю, что я там ожидал такого особенного увидеть.
Ну коробки, как коробки. На них этикетки. Название товара правильное, количество коробок бьётся чётко. Данные по складу на дату Х, минус продажи с той даты по сей день, плюс поставки. Я свои бумажульки отметил, посчитал, проверил, вроде всё чики-пуки. Всё так, но почему-то шестое чувство покоя не даёт, аж ночью плохо спал.

Так оно всё путём, но нутром чую, что-то я однозначно пропустил. Что-то очень важное. Для начала исходные данные заново проверил. Вот остатки, вот приход товара на эти позиции, вот записи о продажах. Вот фотки остатков. Всё верно. Вдруг вгляделся, ба... а там на наклейках даты истечения сроков годности странные. То есть годность товара почти истекла. Как такое может быть, ведь естественно, самый старый товар должен был продаться дистрибьютору давным давно

Конечно, бывают случаи, что товар залёживается на складе. Тогда под него делают резерв на списание, но в данном случае это самые ликвидные позиции, и никакого резерва нет и в помине. Решил посмотреть, кому последние продажи были, более детально. Продавали, конечно разным дистрибьютерам, но в основом самому крупному, в том же Дели.

Ладно, копаем дальше. Мне уж самому стало интересно, охотничий азарт напал. Что за дистрибьютор, где находится, чем дышит? Нашёл договор, благо они все хранились в центральной базе данных. Большая компания, много товару обещает брать, печать, подпись. Хмммм... Что-то имя до боли знакомое, но припомнить где видал не могу.

Так, а где же находится наш славный дистрибьютор. Давай "гугль из ёр френд", выручай. Гугль штука полезная, но смотрю, глупость какая-то выходит, указывает ровно на то же здание, где у нас склад. Только у нас въезд с одной стороны, а к дистрибьютору с другой стороны. Получается комплекс один, а адреса разные. Слегка запахло жареным.

И мысль покоя не даёт, где же я это имя, что на дистрибьюторском договоре, видал раньше. Начал копаться в бумагах, ага... нашёл. Есть такая женщина, у нас работает. Правда не в Дели, а в Ченнаи, но имя совпадает на 100%. Ох, и не понравилось мне это.

Я вежливо письмецо состряпал главбуху индийскому. Дескать, "поясни дорогой наш человек, что за чертовщина. Конечно, совпадения бывают, но имя женщины, что подписывала дистрибьюторский договор и имя директора по продажам, совершенно одинаковые. Да и адреса хоть и разные, но комплекс один. И главное, на складе должен быть новый товар, а его нет, лишь старый есть. По количеству всё правильно, а по срокам давности нет. Кстати, почему резерва нет в наличии."

Говорят, век живи, век учись. Казалось бы, всё видел, но тут я впервые в карьере (да ещё несколько человек в копии) получаем покаянное письмо от главбуха, Джагдиша. А гласит оно вот что: "Не губите. Скажу всё как на духу. Не корысти для, а по приказу нашего гадкого и мерзкого Сунила, пошёл я на сей грех и обман. Женщина эта, что договор подписывала, жена самого Сунила. Она же одна из владельцев дистрибьютора. Более того, мы у дистрибьютора и в аренду помещение в Дели снимаем, и переплачиваем втридорога. Более того, он свою супружницу на директорскую должность к себе пристроил, дабы ей копеечка немалая капала. Но главный блуд хуже всех других.

По правилам товар поставляется дистрибьютору. Всё, теперь это его товар, он за него денежку должен. Стало быть и риски несёт он же. Вот только Сунил, любимую жену от подобных рисков уберёг. Как только товар у дистрибьютора "стареет", его, по приказу Сунила, тут же обновляют. То бишь перемещают обратно нам (благо это всё в одном здании, надо лишь внутренние ворота открыть), а дистрибьютору возвращается более свежий (стало быть хоть и количество на складе правильное, да товар хоть и тот, но совсем не тот). Оттого и оборачиваемость у нас в компании хреновая, ведь старый товар, у которого истечёт срок годности, продать невозможно, он никому не нужен. Его вообще по закону уничтожать надо."

Письмо это грянуло как гром среди ясного неба. Как я потом узнал, Сунил чем-то Джагдиша обидел, вот тот и такую красивую ответочку и приподнёс. Моё письмо было лишь последней каплей.

Сунила, и супругу его, ясное дело тут же уволили. С дистрибьютором тоже договор расторгли. Пришлось кучу товара в убытки списать, и все прекрасные показатели которыми так гордились, рухнули в тартарары.

Впрочем, нам с этого профиту никакого не было. Более того, Контролёр громко ругался и нас за самодеятельность нехорошими словами корил. "Какого, спрашивается, хрена суёмся без спроса куда не попадя." Кстати, поездку в Индию нам так потом и не согласовали.

Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

14.

Поход на Москву

Жил-был один мужичок, собою неказист, да и немолод уже. Посещал он однажды Москву по какой-то ерунде и возвращался домой на поезде. И соседка сразу ему знакомой показалась, заговорили — бог ты мой! — лет двадцать назад играли они вместе в оркестре при ДК связи, как тогда шутили — «половой». Мужичок тромбонистом служил, а дама эта на флейте играла и считалась первая красавица. Многие оркестранты в её сторону неровно дышало и сам дирижёр подмигивал. Мужичок тогда лишь поглядывал сквозь смычки, любовался, ну и фантазировал малость. У него на тот момент дома всякие семейные обстоятельства были, да и шансов за собой не видел. Сейчас даже удивился, что соседка его признала.
А разговор замечательно пошёл. И оркестр вспомнили, и про жизнь поговорили, и про то, как она выглядит замечательно. Время и станции летели незаметно, под конец устали, молчали вместе — уютно было, хорошо.
На вокзале её сестра встречала, за город ехать, на семейный юбилей. Обменялись на прощанье телефонами. Решился в щёку поцеловать, наклонился. Вдруг то ли мяукнул кто, то ли специально — но обернулась она, и поцелуй прямо в губы пришёлся и продлился некоторое время, даже, быть может, секунды три. Забилось у мужичка сердце, как давно уже не билось, пульс не сосчитать. Дошёл он до своего дома на дрожащих коленях, выпил водки и послал эсэмэску такого содержания: «Встретимся в Москве как-нибудь?». Положил телефон на столик, к окну подошел, под занавеску пролез и сильно-сильно лбом к холодному стеклу прижался. Слышит — пимс! — ответ пришёл. Кинулся обратно, чуть занавеску не сорвал. Читает: «Будешь в Москве — заходи». И адрес. Мужичок крякнул и присел на диван. Самая красивая женщина в его жизни хотела видеть его в Москве, хотела видеть его, хотела его, хотела!
Всю ночь мужичок не спал, составлял планы, бегал на себя в зеркало смотреть. Решил так — поспешишь, людей насмешишь. Поутру первым делом пошёл в банк и снял досрочно деньги с депозита, потерял проценты. Потом записался к зубному — вставлять коронки и лечить кариес. Книжку купил про здоровое питание и две огромные гантели. Твердо решил мужичок к Москве подготовиться. Чтобы женщину не разочаровать и самому не опростоволоситься.
Лифт не вызвал, гантели наверх по лестнице тащил. К шестому своему этажу приполз со звёздочками в глазах и сердцем во рту. Понял, что тяжело будет. Но не огорчился ни капли.
Началась у мужичка новая жизнь. По телевизору сериалы про любовь смотрит, на которые раньше только плевался. Забыл про хлеб и картошку, жирное и солёное, а на ночь и вовсе не ест. Утром и вечером гантели тягает да приседания делает. Лифтом нигде не пользуется, через день зубного посещает. На работу пешком ходит, в обед кефир пьет. Первые дни самые тяжелые были. Связки болели, и есть по ночам хотелось жутко, как уснёшь — завтрак снится, проснёшься, а всё ещё ночь.
Ко второй неделе заметно полегчало. На шестой этаж вбежал — и ничего, нормально. В помощь гантелям тренажер купил, собрал, посередине единственной комнаты поставил — другого места не было. Да и не надо. Стал мужичок привыкать к новой жизни. А ещё журнал читать про мужское здоровье и пару раз в неделю на шлюхах тренироваться. Поскольку по части интимных дел были у мужичка сомнения на свой счет. Шлюхи поначалу удивлялись, но соглашались помочь и вели себя как порядочные женщины. По окончанию мужичок разбор полётов проводил — что правильно сделал, что неправильно, и первое время даже записывал ответы.
И мечтал мужичок, сильно мечтал. На тренажере, на шлюхе и даже у зубного. Думал он о той женщине постоянно. Воображал себя с нею. На работе бурчать начали, что от него толку никакого не стало, опять же линолеум пропал, десять рулонов. После голодных лет мужичок себе подобного не позволял, разве что по мелочи, а тут как-то все сошлось. В результате поругался с директрисой, пришлось на отпуск написать. Отгуляю, думает мужичок, а потом и вовсе уволюсь, пусть поищет себе завхоза. Может, вскоре вообще в Москву перееду, работу там найду с зарплатой поболее. А квартиру сдам — отличная прибавка! Хотя на такую женщину денег еще больше надо. Ну так вспомню молодость, залабаю на костыле, Москва город большой, каждый день похороны. И погрузился мужичок в воспоминания о дважды краснознаменном оркестре округа, заулыбался, а закончив, поднял верх палец и сказал вслух: «Ни чета нынешним!»
К концу месяца живот заметно убавился, а плечи стали шире на размер, чему мужичок сам изрядно удивился. И самочувствие было как никогда. Потренировавшись, напрягал мускулы и чувствовал себя как артист из одного кино, просто вылитый, особенно если в зеркало не смотреть.
Пора в столицу ехать. С новыми зубами. Тем более что ждать уже никакой мочи нет. И вот составляет мужичок эсэмэску на заветный номер. В таком ключе, что как бы собираюсь в столицу по важным делам, но не прочь и посетить хорошую знакомую, поужинать вместе. Ответ пришел быстро: «Если речь только про ужин, то можешь и не приезжать».
Мужичок подпрыгнул и затряс сжатыми от радости кулаками, перечитал ещё раз и ещё — как от этих слов веяло ароматом жаждущий его женщины, такой далекой и близкой одновременно!
В Москву, в Москву, скорее! Забрал брюки из химчистки, сложил рубашки в чемоданчик и тут же решил чемодан не брать, ну куда же это в гости с чемоданом, сбегал в аптеку, купил презервативов и всяких подсказанных шлюхами полезных гелей. Размышлял, куда их положить, чтобы как-то поизящнее достать в нужный момент, придумал из подарочной бумаги сделать кулечек и бантиком обвязать. Сюрприз! Положил на стол, любовался, считал минуты до поезда.
Выйдя из дома, не мог вспомнить, закрыл квартиру или нет, пошёл уже было обратно, вспомнил, что точно закрыл, а паспорт взял? Да вот же он. Всё на месте: и паспорт, и билет; скорее в поезд, в самый медленный поезд на свете.
Под стук колес неожиданно уснул, тоже от волнения, видимо. Проснулся, купил кофе у разносчицы, выпил без сахара, вот уже и приехали.
Москва, всегда такая холодная и неприветливая, нынче стала будто праздничная, ни мокрой грязи, ни мрачных рож. Такси мужичок взял, чуть отойдя от вокзала, — сэкономил слегка. Пригодятся еще деньги-то. Назвал адрес, но перед этим попросил к ближайшему в том районе приличному магазину подвезти, где деликатесы и водка непаленая.
Таксист кивнул, не прекращая с кем-то говорить на незнакомом языке. Ехали не так уж и долго, на удивление, хотя смеркалось, город замедлялся и гудел в пробках.
— Магазин, — сказал таксист, на секунду прервавшись.
— Подождёте меня? — спросил мужичок, протягивая деньги.
Таксист кивнул.
В магазине и вправду было много деликатесов, таких дорогих, что цену указывали за пятьдесят грамм. Мужичок взял колбасы трёх видов, сыра и рыбки соленой. Замахнулся было на черную икру, но в последний момент смалодушничал (да и не до икры будет!), взял красной. Зато водку выбрал самую лучшую, а также вина французского две бутылки и шампанское «Князь Голицин». Походив еще, добавил в корзинку сок, ликер и свежий ананас.
Расплатился, вышел. Таксист уехал, не дождался, гад нерусский. Куда идти, где это? Подсказали, что рядом. Через полчаса ходьбы устал от московского «рядом», поставил пакеты, отдышался. Отправил эсэмэску: «Уже иду!» Получив ответ: «Ко мне?» — обрадовался и поцеловал «самсунг» в экранчик. С новыми силами тронулся в путь, вышел вскоре на нужную улицу, начал дома отсчитывать.
«Чёрт!!! Забыл! — скривился вдруг мужичок. — Сюрприз-то, кулёчек с бантиком, так и остался на столе! Вот напасть…»
— А где тут презервативы? — начал спрашивать у прохожих. — То есть… это… аптека?
— Рядом, — ответили.
Мужичок вздохнул, написал эсэмэску: «Буду через полчаса». Пимс! Пришёл ответ: «Других планов у меня на сегодня не было».
Мужичку стало ой как неудобно, на него надеются, а он тут… И ни одной машины не видно. Улицы узкие, дома невысокие, как будто и не Москва совсем. Где же аптека, где крестик? Может, сумки с едой оставить пока? Да кому ж их тут оставишь.
Аптека нашлась в длинном дворе, к счастью, ещё работала. Купив всего и побольше, мужичок тронулся в обратный пусть. Пакеты с продуктами оттягивали руки, перекладывал как-то, старался не останавливаться и не сбиться с пути.
Уфф! Пришел наконец-то. В домофон тыкает — палец дрожит. Пипикнуло, открыли. Поднялся на второй этаж, потянул приоткрытую дверь. Вошел.
Всё как в мечтах. Уютно, тепло, коврик круглый, пальто на вешалке, зеркало. И она. Так близко! Несусветно красивая, домашняя. Стоит, чуть наклонив голову, смотрит на него, как будто с вопросом каким.
Мужичок плечи расправил.
— Здравствуй!
— Ну, здравствуй. Какими судьбами?
— Я… это… — начал было мужичок, а сам поставил сумки на коврик, шагнул к ней, обнял изо всех сил и целовать, целовать!
— Да что же это! Прекратите! Стоп! Стоп! — вдруг закричала она, вырываясь, уперлась руками ему в грудь. — Отпустите меня, отпустите, что происходит?! Пусти!
— Да как же?! — опешил мужичок, отступив. — Я же к тебе приехал, вот, ждал…
— Что за наглость такая, что вы себя позволяете!
— Мне уйти, что ли? — глухо спросил мужичок, не веря происходящему.
— Оставьте меня в покое! — прокричала она, отвернулась к зеркалу и заплакала.
Пришибленный, растерянный мужичок чуть было не бросился к ней снова, зашатался, замычал, схватив себя за голову. Наклонился, выдернул водку из пакета, толкнул дверь и бросился вниз по лестнице. Выйдя из подъезда, сорвал пробку и залпом впустил в себя полбутылки. Пошёл, шатаясь, по холодной улице, остановился, вытер слезы рукавом, ещё выпил, снова побрёл, у фонаря присел, допил, что осталось, закрыл глаза руками. Сидел долго.
— Мужик, тебе куда? — жёлтое такси подъехало почти вплотную.
Мужичок очнулся. Поднялся с трудом, но в машину сел уже уверенно.
— К девкам! — сказал громко.
— На точку, что ли? — переспросил таксист.
— Не знаю, чтоб покрасивее и чтоб выпить!
— Тогда в клуб?
— Валяй в клуб.
Машинка понеслась по ночным московским улицам, таксист что-то рассказывал, мужичок не слушал, шептал всё — как же так, как же? А может, из-за икры? Черную надо было брать. С ананасом.
— Черную с ананасом! — повторил он громко.
— Сейчас уже всё будет. Уже подъезжаем, — отозвался водитель. — А я им объясняю, претензии ко мне может предъявлять только погибший, а остальные вообще никто и ни при чём! С вас косарь.
Вывеска над большой железной дверью нервно светилась красным. Мужичок слова иностранного не разобрал, нажал кнопку.
В клубе мигало и громыхало, ходили полуголые девицы со строгими лицами. Пройдя контроль, мужичок заплатил за отдельную кабинку, заказал сухариков и водки, которую тут же выпил и заказал еще. Посидел, согрелся, стало чуть легче. Глаза привыкли к мельканию, стало видно, что девицы по очереди поднимались на сцену с шестом и танцевали там, снимая последнее. А потом обходили по очереди кабинки. Заходили и к мужичку. Каждую он спрашивал, как зовут, предлагал деньги за секс и получал отказ. Согласилась только самая страшная, которую и на сцену-то не пускали. Себя оценила в пятнадцать тысяч с НДС. Мужичок засомневался. Видя его колебания, находчиво предложила другое — за пять тысяч рассказать, как можно весь стриптиз-клуб поиметь. Получив сумму, объяснила: если ещё пять тысяч дать охраннику, то получишь ключи от квартиры в доме напротив, откуда по телефону звонишь в клуб и вызываешь кого хочешь, хоть танцовщицу, хоть официантку. Мужичок страшную поблагодарил, допил залпом водку и оплатил счет, морщась от дороговизны.
С охранником говорить было трудно, язык заплетался. Но справился. И на улицу сам вышел, и квартиру нужную нашел. Поискал водки — нету, нашёл телефон, снял трубку, попал сразу в клуб.
Из трубки громко играла музыка.
— Мне бы Свету, Свету бы, — прошамкал мужичок в музыку. Света, пухловатая блондинка, ему больше других понравилась. Но вместо «Светы» выходило какое-то «све-све-све».
— Вы что, всех хотите? Всех? — спрашивали из трубки.
— Да не всех, а Свету! — сердился мужичок, но выходило всё равно «све» да «све».
На том конце убедились в том, что сразу всех хочет, всех и повели. Дверь открылась, и в квартирку начали заходить официантки и танцовщицы, включая страшную. Мужичок перепугался, зашипел: «Да вы издеваетесь? Издеваетесь?» Выходило невнятно. Входящие подобрали знакомое слово, близкое по звучанию, получилось — «раздевайтесь». Первые стали раздеваться, спрашивать друг у друга, куда вещи складывать, не на кровать же. Раздетых одетые подпирают, те мужичка теснят. Он давай их руками отталкивать, вещи выкидывать, кричит: «Администратора сюда, министра-то-ра-ра» — слово длинное и для трезвой головы. Пришедшие поняли, что клиент в отказке и требует министра. Осудили, уходя. Совсем, сказали, с ума сошёл, но министра, даже двух, обещали тут же прислать.
Дверь за девушками и захлопнуться не успела, как вошли двое охранников в чёрных костюмах, схватили мужичка за подмышки, прижали к стенке и предложили оплатить всё беспокойство. Сумму назвали дикую.
Мужичок перепугался. Объяснить ничего не может, бумажник показывает, где всего двадцать тысяч осталось. Охранники ему — а вон у тебя карточка есть, в долларах, сейчас к банкомату ночному поедем! Мужичок головой крутит, дескать, нельзя, курс высокий, высокий курс, охранникам слышится: «Выкуси». Ах выкуси, да мы сейчас тебя по стенке размажем! И давай мужичка возить по обоям верх-вниз.
То ли согревшись от этих фрикций, то ли от всего выпитого и пережитого мужичок отключился, обмяк и, будучи отпущен на пол, захрапел...
Охранники выругались, взяли все деньги из кошелька и стали дальше по карманам шарить. Нашли пять пачек презервативов, паспорт, ключи и визитку начальника департамента контрразведки полковника Кожемякина А. М. Покрутив визитку, парни переглянулись, вернули в кошелек пять тысяч — чтоб не серчал, затем вытащили мужичка на лестницу, приложили к тёплой батарее и ушли.
Часов через шесть мужичок наполовину проснулся, выполз на утреннюю московскую улицу, поморщился на свет, остановил частника и поехал на вокзал.
Первым делом купил билет, затем пошёл пиво пить. Нашёл где подешевле, к пиву взял сосиску, огурец и большой кусок черного хлеба. Ел с удовольствием. Месяц так вкусно не ел. Потом взял еще кружку и, похлопывая себя по животу, уселся поудобнее на замызганном диванчике. Продавщица за стойкой ему улыбнулась, он — ей. Зевнул и подумал, что в целом неплохо съездил в Москву. А то ведь дома всё провинциально, обыденно, а тут, как ни крути, столица, интересно можно отдохнуть. Поиздержался сильно, конечно. Но будет чего вспомнить. Да и здоровье в целом подтянул. Когда б еще за зубы взялся — никогда бы.
И тут — пимс! — эсэмэска приходит. Удивился, читает: «Почему ты ушёл так быстро?» Хлопнул тут мужичок ладонью по коленке, вытянул губы и сказал: «Пфффффффф…»

(С)СергейОК

15.

Случай с русским туристом в Японии

Как-то один мой знакомый отдыхал в Токио и совершил правонарушение. Его доставили в полицейский участок для дачи показаний. Сначала его попыталась вежливо допросить следователь-женщина, но у неё ничего не получилось. Тогда, по словам моего знакомого, она позвала в кабинет какого-то сумасшедшего коллегу с раздвоением личности.

«Представляешь, заходит этот усатый чудик в белой рубашке в кабинет, кричит, ругается, требует во всём признаться. Я молчу. Он страшно злится, выходит. Зачем-то сбривает усы (!) и надевает синюю рубашку вместо белой, и через пару минут возвращается. При этом, как ни в чём не бывало, начинает разговаривать со мной уже почти как с другом – по-доброму, совсем без наезда – мол, давай по-хорошему. Но я всё равно молчу. Тогда он опять выходит, наклеивает такие же усы как раньше (представляешь - один в один! До сих пор не могу понять - как у него это получилось), снимает синюю рубашку, снова надевает белую, через две (!) минуты возвращается в кабинет и снова начинает орать и требовать во всём признаться. Я держусь, молчу. Тогда он весь красный от бешенства выбегает, хлопает дверью, во второй раз отклеивает свои усы, снова зачем-то меняет рубашку и через минуту (!) опять возвращается в кабинет - на позитиве, спокойный, бледный, ни намёка на то, что было вот только что!.. и так раз пять!!! Короче, я сдался. Сам понимаешь, от такого психа чего угодно можно ожидать!»…
©

16.

Оратория для Теплоприбора

Теплоприбор - это название нашего завода. Приборы у нас делали не то что тёплые, а прямо скажем, горячие, с инфракрасным наведением. Танковую броню на полигоне прожигали как бумажный лист. Я там после армии работал в столярном цеху, плотником. Без плотника ни один завод не обойдётся, без разницы, какие там делают ракеты - тактические, МБР, земля-земля, земля-воздух, или противокорабельные.
Самый главный инструмент у плотника какой? Сейчас скажете что пила или рубанок. А ни фига! Главный инструмент – гвоздодёр. Только не тот что в виде ломика, а такой, у которого с одной стороны боёк как у молотка, а с другой рожки загнутые. Я его из руки не выпускал. А если не в руке, значит в кармане. Теперь понятно, откуда у меня погоняло?
Отец у меня баянист, на пенсии. Всю жизнь проработал в музыкальной школе, детишек учил на баяне. Ну и я, понятно, с детства меха растягивал. С музыкой жить завсегда легче чем без музыки. Я и в школе всегда, и служилось мне нормально, потому что баянист - он и в армии человек необходимый, и на заводе тоже постоянно в самодеятельности. Это теперь она никому не нужна, а тогда самодеятельность - это было большое партийное, государственное дело. Чтобы рабочие не водку жрали, а росли над собой, как в кино один кент сказал.
Короче, как какой праздник, я на сцене с баяном. Баян у меня готово-выборный, голосистый. Юпитер, кто понимает. Играл я всегда по слуху, это у меня от бати. Ноты читать он меня, правда, тоже научил. Ну, для начальства и для парткома мы играли всякую муру, как мы её называли, «патриотику». А для себя, у нас инженер по ТБ, Бенедикт Райнер, из бывших поволжских немцев, приучил нас к джазу.
Бенедикт - трубач. Не просто трубач, а редкостный, таких больше не слышал. Он нам на репетиции притаскивал ноты, а чаще магнитофонные ленты. Короче, Луи Армстронг, Диззи Гиллеспи, Чет Бейкер, кто понимает. Мы снимали партии, разучивали, времени не жалели. Моя партия, была, понятное дело, органная. А чё, баян это ж тот же орган, только ручной. Короче, у них Хаммонд с колонкой Лесли, кто понимает, а у меня - Юпитер без микрофона. И кстати, звучало не сказать чтобы хуже.
Но вот однажды наш секретарь парткома пришёл к нам на репетицию и приволок какую-то папку, а там ноты и текстовки. Говорит, к ноябрьским праздникам надо это выучить и подыграть заводскому хору. Оратория называется «Пафос революции». Кто композитор, вспомнить уже не могу. Точно знаю что не Шнейдерман. Но если забудешь и потом хочешь вспомнить, то обязательно вспоминается Шнейдерман. Мистика какая-то!
У нашего секретаря парткома два голоса - обыкновенный и партийный. Наверное и регистровые переключатели есть, с одного тембра на другой, как у меня на баяне. Короче, он переключил регистр на партийный голос и говорит - значит так! Кровь из носу, но чтоб на праздничном концерте оратория прозвучала со сцены. Из обкома партии инструктора пришлют по части самодеятельности. Потому что это серьёзное партийное дело, эта оратория. Потом подумал, переключил голос с партийного опять на обыкновенный и говорит, не подведите, мужики!
Вот только одна загвоздочка. Нет в этой оратории партии баяна. И органа нет. И пришлось мне выступать в новом для себя амплуа. А когда такое происходит, то первый раз непременно облажаешься. Это как закон. Ну, короче, разучили мы эту хрень, стою я на сцене вместе с симфонической группой и хором, и передо мной малая оркестровая тарелка на треноге. Тарелка новенькая, блестит как котовы яйца. И всего делов - мне на ней в середине коды тремоло сделать специальной колотушкой. Ну, это палка такая с круглым фетровым наконечником.
Ну вот, симфоническая группа уже настраивается. Я тоже колотушку взял, хотел ещё разок порепетировать моё тремоло, и тут подскакивает ко мне наш дирижёр, юркий такой мужичонка, с виду как пацан, хотя по возрасту уже давно на пенсии. Флид Абрам Моисеевич, освобождённый профкомовский работник. Он только самодеятельностью и занимался. Хоровик и дирижёр. Тогда на каждом заводе такая должность была.
И говорит, Лёха Митрошников, зараза, заболел. Небось запил. Где мужское сопрано взять? Надо в коде пропеть речитатив, акапелла. Давай ты, больше некому, у хористов там аккорд на шесть тактов, на вот держи ноты и текстовку. Потому что сопрано только у тебя. А я и правда верха беру легко, не хуже чем Роберт Плант.
Ну короче, я колотушку куда-то засунул, взял в руки ноты, текстовку сразу выучил чтобы потом не заглядывать. А так у меня до самой коды - пауза. Ну ладно, отстоял я всю пьесу. Ну вот, слава яйцам, уже и кода. Хористы взяли аккорд. Значит мой выход. И я пою с выражением:
Павших борцов мы земле предаём
Скоро уже заколотят гробы
И полетят в вечереющем воздухе
Нежные чистые ВЗМАХИ трубы
спел я. А нужно было – не взмахи, конечно, а ЗВУКИ, ясен пень...
А почему взмахи, я объясню. Дело в том что когда Бенедикт лабал Луи Армстронга, он своей трубой на все стороны махал, как поп кадилом. Говорит что у Майлса Дейвиса так научился. Но не в этом дело, а в том что в зале народ ржать начал. А дело-то серьёзное, партийное.
И тут мне надо сделать тремоло на оркестровой тарелке, а колотушка моя как сквозь землю провалилась. Ну я конечно не растерялся, вынул из кармана железную открывашку для пива, и у меня вышло такое тремоло, что я едва не оглох. Жуткий медный грохот со звоном на весь театр. Колосники, блин, чуть не попадали. Ну я же сказал, новый инструмент, незнакомый, обязательно первый раз облажаешься. Это как закон!
И в этом месте у Бенедикта сразу идёт соло на трубе на шесть тактов и на последней ноте фермата до «пока не растает». Ну то есть, должно было быть соло... Бенедикт, конечно, трубач от Бога, но он ведь тоже человек. А человек слаб, и от смеха, который до слёз, у него во рту слюни происходят. Короче, Бенедикт напускал слюней в мундштук, кто понимает, и вместо трагических нот с оптимистической концовкой у него вышло какое-то собачье хрюканье, совершенно аполитичное.
Зрители от всего этого согнулись пополам, и просто подыхают от смеха. Абрам Моисеевич, посмотрел на Бенедикта, а у него вся морда в соплях, потом выщурился на меня и как рявкнет во всю еврейскую глотку: "Сука, Гвоздодёр! Убью на...!” и метнул в меня свою палочку как ниндзя. А эту палочку ему Серёга Пантелеев выточил из титанового прутка, который идёт на крепления ракетного двигателя. Летела она со свистом через всю сцену прямо мне в глаз. Если бы я не отдёрнул голову миллиметров на триста влево, быть бы мне Моше Даяном.
Как писало солнце русской поэзии, "кинжалом я владею, я близ Кавказа рождена". Только я думаю, у Моисеича не Кавказ, а совсем другая география. Если бы он кинжал метнул, это одно, а убить человека влёт дирижёрской палочкой - такому только на зоне можно научиться. Короче, после покушения на мою жизнь я окончательно потерял сознание, встал и сделал поклон зрителям. Рефлекс, наверное. А зритель чё? Ему кланяются, он аплодирует. Тоже рефлекс. У людей вся жизнь на рефлексах построена. Короче, устроили мне зрители овацию.
Моисеич ко мне подскочил и трясёт меня как грушу. "Ты! Ты... Ты, блять, залупа с отворотом! Обосрал мне весь концерт! Блять! Лажовщик!" Рядом с ним микрофон включённый, а он его видит конечно, но никак не может остановиться орать в силу своего горячего ближневосточного темперамента.
Народ, понятно, уже просто корчится в судорогах и со стульев сползает. Это при том, что дело-то серьёзное, партийное. А тут такая идеологическая диверсия прямо со сцены. Хор на сцене уже чуть все скамейки не обоссал, а только без занавеса уйти нельзя. Они шипят, Володька, сука, занавес давай!
А у Володьки Дрёмова, машиниста сцены, от смеха случилась в руках судорога, пульт из руки выпал и закатился глубоко в щель между стеной и фальшполом. Володька его тянет за кабель, а он, сука, застрял в щели намертво. А без пульта занавес - дрова. Хороший антрактно-раздвижной занавес из лилового бархата, гордость театра.
Хор ещё минуты три постоял, а потом по одному, по двое со сцены утёк, пригибаясь под светом софитов как под пулями. Очень он интересный, этот сгибательный рефлекс. Наверное у человека уже где-то в подсознании, что если в тебя прожекторами светят, то того и гляди из зенитки обстреляют.
Моисеич оторвал мне половину пуговиц на концертной рубахе из реквизита и успокоился. Потом схватился за сердце, вынул из кармана валидол, положил под язык и уполз за кулисы. Я за ним, успокаивать, жалко же старика. А он уселся на корточки в уголке рядом с театральным стулом и матерится тихонько себе на идише. А выражение глаз такое, что я сразу понял, что правду про него говорят, что он ещё на сталинской зоне зэковским оркестром дирижировал. Бенедикт сливные клапаны свинтил, сопли из трубы вытряхивает, и тоже матерится, правда по-русски.
Вот такая получилась, блять, оратория...
А эту хренову колотушку я потом нашёл сразу после концерта. Я же её просто в другой карман засунул. Как гвоздодёр обычно запихиваю в карман плотницких штанов, так и её запихал. На рефлексе. Это всё потому что Моисеич прибежал с этим речитативом и умолял выручить. А потом чуть не убил. Ну подумаешь, ну налажал в коде. Сам как будто никогда на концертах не лажался... А может и правда не лажался, поэтому и на зоне выжил.
Речитатив ещё этот, про гробы с падшими борцами. Я же не певец, а плотник! Я все четыре такта пока его пел, только и представлял, как я хожу и крышки к тем гробам приколачиваю. Там же надо ещё заранее отверстие накернить под гвоздь, и гвоздь как следует наживить, чтобы он в середину доски пошёл и край гроба не отщепил. Мало я как будто этих гробов позаколачивал.
Завод большой, заводские часто помирают, и семейники ихние тоже. И каждый раз как их от завода хоронят, меня или ещё кого-то из плотников отдел кадров снимает с цеха и гонит на кладбище, крышку забить, ну и вообще присмотреть за гробом. А то на кладбище всякое случается.
В столярном цеху любую мебель можно изготовить, хотя бы и гроб. Гробы мы делаем для своих крепкие, удобные. Только декоративные ручки больше не ставим, после того как пару раз какое-то мудачьё пыталось за них гроб поднять. Один раз учудили таки, перевернули гроб кверх тормашками. Покойнику-то ничего, а одному из этих дуралеев ногу сломало.
Оратория для нас, конечно, даром не прошла. Остались мы из-за неё все без премии. И без квартальной и без годовой. Обком партии постарался. Абрама Моисеевича заставили объяснительную писать в обком партии, потом ещё мурыжили в первом отделе, хорошо хоть, не уволили. Секретарю парткома - выговор по партийной линии с занесением в учётную карточку. Он после этого свой партийный голос напрочь потерял, стал говорить по-человечески.
А Бенедикт с тех пор перестал махать трубой как Майлс Дейвис. Отучили, блять. У него от этого и манера игры изменилась. Он как-то ровнее стал играть, спокойнее. А техники от этого только прибавилось, и выразительности тоже. Он потом ещё и флюгельгорн освоил и стал лабать Чака Манджони один в один. Лучше даже!
А, да! Вспомнил я всё-таки фамилию того композитора. Ну, который нашу ораторию сочинил. Даже его имя и отчество вспомнил. Шейнкман! Эфраим Григорьевич Шейнкман. Я же говорил, что не Шнейдерман!

17.

Звонок как то утром.
Звонит один ИПшник, занимающийся ремонтами и мелким строительством.
-Привет, Серёг, ты моя последняя надежда, выручай!
-Привет, что случилось?
-Кафе делаю, открытие в субботу, а у меня недоделок куча, плюс мелочь всякая.
-Что за мелочь? Что за недоделки?
-На самом деле работа на один рабочий день. В одиночку. Вдвоём за полдня можно справиться. Диодную ленту на полочки в баре, подсветку барной стойки, на кухне пару розеток добавить, рекламу уличную подключить, в щите несколько автоматов поменять...Короче мелочёвка всякая...
-Так у тебя ж трое электриков в бригаде? Куда все делись?
-Я тебе расскажу сейчас, но ты не поверишь...
-Попробуй.
-Короче, Руслану дал в тот день выходной. Руслан это который помоложе такой, лет тридцать пять.
-С внешностью кавказца?
-Да, да, хотя родители русские. Ну, Руслан на выходном, а двух других- Никиту и Лёшу отправил на соседний с кафе дом в щитовой там кое что поменять. Работа на пару часов, деньги на руки, я подумал- ребятам будет типа подарка, тем более, что кафе почти сдано, а новых крупных объектов пока нет...
-И они забухали?
-Нет, не совсем. Деньги получили и решили они пивка попить. Они так то малопьющие, за пять лет работы никогда даже с похмелья не видел.
-Но тут сорвались?
-Не угадаешь, не пытайся. Короче, сели они в парке, стали пить пиво, жарко, лето- ну понимаешь. И Лёша, а он неженатый, стал втирать Никите, что все, мол, бабы изменяют, типа вот поэтому он и не женится в свои сорок пять.
-Никите вроде столько же?
- Ага, а тот давай обижаться, он с женой с двадцати лет вместе, читай- четверть века прожили, поэтому Лёхины слова его задели. Взяли они ещё пивка, и Никита стал требовать доказательств. А Лёша ему такой: жена, мол, телефон свой на пароль ставит и тебе не показывает? В мессенджерах сидит постоянно? Подарки какие то странные ей иногда дарят, то на работе, то подруга, да? Главное- тебе не дарят, а ей дарят. В фитнесс записалась? Настроение хорошее? Ну вот- изменяет! Это стопроцентный вариант!
-И что Никита?
-А Никита жену свою любит сильно- это раз, а во вторых все намёки Лёхи прямо в цель, видать, попали, потому что Никита слегка тронулся.
-Психанул?
-Ну типа того. Взял Никита из сумки с инструментом отвёртку длинную и несколько раз потыкал Лёшу в шею. Потом убрал отвёртку в сумку, сумку повесил на плечо, забрал остаток пива, сел в такси и поехал домой.
-Нихера ж себе!
-Слушай дальше. Прибегает он домой, а дома- жена реально с любовником! Ты не поверишь!
-Не верю!
-Никита жене утром СМС послал, что задержится допоздна. Видать пришла СМСка. Ну, Никита действует по проверенной схеме- тычет отвёрткой любовнику в горло.Тот валится в коридоре на пол. Жена, увидев такие дела поняла, что шутки кончились, завернулась в шубу и сиганула с балкона.
-Он же на третьем вроде этаже жил?
-На втором. У жены в роду кошки были- ни царапины, упала на все четыре. А Никита снял с плиты кастрюлю свежего морса, достал из холодильника бутылочку водочки, вызвал милицию с врачами и стал ждать, накачивая себя алкоголем.
-Капец просто...
-Вот так я за пару часов лишился всех трёх электриков!
-Стоп. Почему трёх? Ну Лёха с Никитой- понятно, а куда Руслан то делся?
-Никуда не делся. Руслан с распоротым горлом в квартире у Никиты лежал...
-Данунафик! Не верю!
-Не верь. Он с женой Никиты аж с Нового Года мутил...Теперь у меня один электрик под следствием, и двое в больнице.
-Выжили?
-Да. Но лежать долго будут, говорят.
-О-фи-геть!
-Ну что? Поможешь? Надо за завтра всё сделать.
-Помогу, без проблем. Раз такая ситуация- в положение войду.

18.

Толик, мой бывший компаньон, по жизни старался себя ничем особым не утруждать. Хотя он и вырос в окружении гопников, по своей натуре был человеком простым и не злобливым. Философия малой достаточности ограничила его желания познавать окружающий мир, до удовлетворения примитивных потребностей - поесть, бухнуть и похмелиться. В качестве не хитрого бонуса к его простоте, провидение подкинуло ему невообразимо простую внутри и страшноватую снаружи супругу. При всей своей удручающей наивности, она умудрялась при любой возможности незатейливо наставлять Толику рога, при этом никого не выводя из равновесия. Уже им обоим Бог подарил сына Ильюшку, рыхлого и медлительного мальчика с ангельски-голубыми глазками, которому на тот момент было лет восемь.

Однажды, не ради наживы, а скорее для того чтобы хоть чем-нибудь заполнить культурно - развлекательные пробелы Приморской глубинки, очередные выходные мы решили скрасить выездной торговлей.
Накануне, стараниями приглашенного плотника, занавесив изнутри витринами наш объемный микроавтобус, и загрузившись со своего торгового склада тем, что попалось под руку с вечера – с утра мы поехали в соседний городок на воскресный рынок.
Я со своей бывшей супругой – весьма безудержной к веселиям особой, Толик со своей, уже описанной выше героиней, и их сыном Ильей.

Выехали пораньше и через пару часов были на месте. Предполагая, что большинство читателей не совсем представляют себе местную экзотику, буду пояснять.
Поляна в центре городка приспособленная под торговые мероприятия, представляла собой поляну в центре городка приспособленную под торговые мероприятия. Ну разве только - мало приспособленную.
Несколько разномастных киосков разбросанных по неотчетливому периметру, какие-то ворота на входе , длинные деревянные прилавки и июньская трава с одуванчиками.
Утро было прекрасное, солнечное - самое начало лета. Кроме того, что у нас «с собой было», воскресный расслабон был гарантирован присутствием нашего штатного водителя.
Пригубив с утра торгового настроения, мы с Толиком не спеша прогуливались по импровизированному рынку, и пялились по сторонам.
Один из прилавков меня заинтересовал. Только что подъехавшая торговка раскладывала на нем кукол. Куклы как куклы, издалека. Средних размеров в нарядных, с кружевными отделками платьишках, бежевых и бело-голубых тонов. Были. Пока одна из них случайно с живота не перевалилась на бок, показав омерзительный оскал. Пригрезилось? Я шагнул ближе. Попробую вам описать увиденную кукольную эмоцию на ее лице. Если бы ее можно было примерить к одушевленному предмету, могло выглядеть так:
Персонажа, девочку, судя по роже лет семидесяти пяти, нарядили на летний праздничный утренник, в последний момент разочаровали тем, что утренника не будет, а затем внезапно умертвили и мумифицировали в грязно-коричневых тонах.
Потом девочку слегка оживили, посулили надежду на лучшую долю, но в последний момент внезапно разверзлись подземные хляби, и костистая рука ухватившись за маленькую коричневую ножку, потянула ее вниз.

Я хмыкнул, и задумчиво перевернул на спину еще одну, и еще – одна страшнее другой, и подозвал Толика. Толик глянул на кукольный театр достаточно равнодушно, словно бы как вырос вместе с этими девчонками в одном дворе.
Я же, немного прихуев от разнообразия кукольных эмоций, поинтересовался у владелицы адова лотка, чего бы это все великолепие могло означать.
Она абсолютно серьезно поведала нам о популярности этого европейского игрушечного жанра и его предназначении.
Речь в ее повествовании шла о том, что якобы всем своим непотребным видом эти куклы способны изгонять из жилищ злых духов. Хотя, мне показалось, что на самом деле адепты адских промыслов, вознамерившиеся попасть в ваш дом, ретируются уже только потому, что понимают - сегмент занят.

Чуть позже, решив немного себя развлечь, и следуя концепции - лишний анекдот не помешает, я пригласил наших чувих к этому кукольному театру. И не прогадал.
Простая, как заработанные честным трудом пять копеек, Толина супруга Оля, открыв рот, выслушала от продавщицы показания к применению этих невеселых оберегов, и завороженная, стала громко кликать Толика:
- Толя, Толя а давай Ильюшке куклу купим?! Давай Толя?!
Толя может бы и испытал испанский стыд за не очень чужого человека, если бы знал что это такое, но собственная простота сдобренная несколькими глотками коньяка ему этого не позволили, но усугубили непосредственность.
- Покупай! – одобрил Толик. И Оля начала их ворошить. Она не могла остановить свой выбор, и то и дело поднимая очередную куклу, вопрошала Толика: - А может эту? Или эту? Подняв одну из них, особенно страшную, Оля долго на нее смотрела, а затем подняла ее в нашу сторону:
- Толя, а вот эта нравится?
Эта кукла, в отличие от своих остальных товарок, и в дополнение к демоническому эффекту, была исполнена с широко открытым ртом. Прямо с зияющим ужасом отверстием в голове.
Мы с Толиком курили в метрах десяти от прилавка, поэтому Толик ответил громко:
- Бери! Ильюха ей будет защеки давать!

19.

Мелкая пошла в садик. Намедни похвасталась, что после завтрака играли в дочки-матери. И тут мне вспомнилось, как пару лет назад она обучала этой игре меня.

С работы приехал непоздно, освобожденная мама тут же улизнула в гастроном, старшая втыкает в фиксиков, мир и благость. Только присел, влетает мелкий вихрь:
- Пап, пап, пап, пап, давай в дочки-матери!
Эк, думаю, а как в это играют-то вообще? Ладно, на ходу разберемся. - А давай!
- Так!!! Дочки-матери! - детище хватает меня ручонкой за палец и в ритме считалки тычет им попеременно в мое брюхо и в себя - камень, ножницы, бумага, раз, два, три!!! Я выиграла!!!
И со страшной скоростью уносится к столу с акварелью и кисточками, поднимая с пола в воздух спутной струей детальки незаконченного пазла...

(c).sb.

20.

Пару слов о везении

Давать в долг близким людям, у которых проблемы - дело не из приятных. ТЫ то можешь воспринимать это как благотворительность, а вот для них принципиально вернуть все копейка в копейку да ещё и с процентами.
Потому как иначе страдает их социальный статус а в нашей среде это базовая вещь в жизни.
Выдал одному такому товарищу кредит. В срок отдать не смог, дальше начал гасить частями. Вижу- тяжело человеку, но разговор о списании вести не хочет ибо принцип. Начал думать, как решить вопрос взаимно удобным способом. И придумал.
- Миша, у меня 3 дня выставка, нужно помочь.
- А что делать?
- Работать тайным агентом, типа ты бизнесмен, нихрена никому не продаешь, но очень интересуешься что у других. Ну и в разрезе общения пару слов о моей компании и о том что по твоему ( обоснованному) мнению мы интереснее других.
- Это я могу. Договорились.
- Ну супер, одного клиента приведешь - считай что ничего не должен. И это условия не только для тебя- для всех агентов.

Накануне выставки звонок:
- Слушай, я тут слег с температурой, завтра никак вообще. Но! У меня брат есть - он конечно не бизнесмен а артист, но может ты ему объяснишь что нужно, а он попробует?
- Артист? Даже не знаю... ну ладно, чем черт не шутит- давай.

Звоню брату. Рассказываю цимес - как с кем общаться и что говорить. Вроде что то понял, ну а дальше- как получится.
Утром следующего дня звонит - говорит что его не пускают. Удивляюсь - вроде все в списках есть но артисты- отдельный мир. Через 5 минут пишет что прошел. И молчок. На следующий день тоже самое - говорит что не пускают, через 5 минут что прошел и снова молчок.
После окончания выставки передает пачку визиток и контакты из телефона с подробностями кто и о чем. Я передаю в отдел продаж.
- Как впечатления?
- Да вроде есть интерес...

К слову сама выставка - редкое г..но - вагон народу "просто посмотреть и отнять ваше время", минимум клиентов. Особо ни на что не рассчитываю.

Днем звонит руководитель отдела продаж:
- У меня только один вопрос.
- Валяй!
- Я не спрашиваю тебя, КТО из агентов собирал переданные мне контакты. Я спрашиваю тебя ГДЕ б.дь, он нашел этих людей?
- А что такое?
- Я 5 лет в продажах, из их год у тебя. Но отловить на нашей профильной выставке замглавы крупнейшего нефтегазового холдинга страны- то же самое что повстречать Папу Римского, бухающего с Патриархом в подъезде бирюблевской пятиэтажки! А тут у меня таких контактов - десяток, из них половина теплых и двое готовы работать уже на этой неделе!
- Да уж. Невероятно. И странно. У меня такого уровня контактов ни одного хотя я всю выставку с павильона нашего не отходил. Узнаю у агента.
Звоню актеру- брату своего должника.
- Привет! Ты конечно дал!
- Что не так? Проблемы? Плохо отработал?
- Да нет, все супер, скажи Мише что долг отбит и я ему ещё должен, скоро пойму сколько.
- Ну супер!
- Ты мне объясни как ты таких людей выцепил!
- А зачем их выцеплять?
- В смысле?
- Ну как, там же народу вообще никого, все тихо общаются по павильонам, я подходил, знакомился, м\рассказывал, менялся контактами - все как ты обучал!
- Не понял- что значит НИКОГО?! У нас на выставке биток был! Ты наш павильон видел?
- Да нет, наверное не дошел до него...
- Миша, наш павильон в ЦЕНТРЕ ЗАЛА!
- Нет. В центре зала там нефтегаз был, с которого я тебе контакт принес.
- Погоди, ТЫ НА КАКУЮ ВЫСТАВКУ ХОДИЛ???
- Природные ресурсы России 2019...
- А наша - Франшизы России!
- Фак! А я то думаю чего у меня пропуск не работал... соврал охране, что в камеру хранения показал номерок- и оба дня так ходил.
- Даже не знаю что тебе сказать - у тебя лучший результат - при условии что работал ты без подготовки и не по нашей целевой группе. Можно сказать ступил на миллион....

21.

Kollega, was is letzte Preis! (Ломаный немецкий: Таварыш, скока масына цена последний?)

- Я машину купил!!! - Илья заорал в трубку так, будто он выиграл миллион во всех валютах мира.
- И? Что я должен сделать? Ты на время смотрел? Воскресенье!
- И? Ты меня что не расслышал?!?!?!

Так я узнал о покупке моим приятелем его первого автомобиля. Мы были знакомы уже несколько лет, иногда пересекались в компаниях.

В начале 2000-х еще был рынок в Берлине на Бойссельштрассе. Продавцы там были почти все перекупы, в основном турки и арабы. Если заезжал сторонний продавец, то перекупы бросались на машину как коршуны, создавая впечатление, что ее сейчас разорвут.
Уже через пару минут можно было наблюдать два варианта:
- Какой-то ушлый парень подписывал договор купли/продажи с бывшим владельцем, сбив цену процентoв на 30 ниже рынка, уговаривая его отдать машину на номерах, и что он как самый честный обязательно завтра снимет ее с учета.
- Либо продавец стоял около своей машины, а вокруг него не было никого. Перекупы нарочито обходили эту машину. Видимо, человек не поддался на эту атаку и решил все-таки не отдавать свое добро за бесценок.

Именно на этом рынке и была приобретена моим другом Ильей его первая ласточка: Трехдверный Хёндэ Акцент яркокрасного цвета, 4 года от первой регистрации и с долгим списком бывших владельцев. И это все за 2000 (прописью: две тысячи!) ЕВРО. Мечта любого студента!

Вернувшись в воскресенье вечером в Берлин, мы встретились с Ильей и его девушкой. Решили посидеть в кафе, обмыть покупку. Осматривать машину в темноте смысла не имело.
- Дай Вове бумаги на машину посмотреть - сказала моя девушка.
- Зачем? Там все нормально.
- Вот он и посмотрит.
- На!
- Договор, бриф, инспекция, а где малый бриф (свидетельство о регистрации)?
- Нету, он и не нужен, так продавец сказал, машина на номерах, перерегистрирую так.
- Не перерегистрируешь...

Продавец четко объяснил Илье, что все в порядке. Я не знал, как его переубедить. Набрал номер полиции, описал ситуацию, на другом конце полицейский подтвердил мои слова. У Ильи на лице был четкий вопрос: ЧТО ДЕЛАТь???
Продавец был турком или арабом, говорить по телефону с ним смысла не было.
- Поехали к нему, адрес в договоре есть!
Девушек оставили дома, а сами двинулись к продавцу.
Пятиэтажный типовой дом, район так себе, время: около 0 часов. Звоним снизу в домофон - никто не открывает дверь, включаем русский акцент, отвечает женщина на ломаном немецком: мужа нет дома, я не при делах.
На наше счастье кто-то выходил из подъезда, заходим в дом, поднимаемся наверх, стучим и повторяем просьбу, отдайте документ на машину.
Русский акцент помог, дверь нам не открыли, но сказали, что сейчас сбросят документ через окно.
Спускаемся, но держим дверь.
Не обманули.
Сверток достаточно большой для одного малого брифа.
- Илья, поздравляю! Ты только что приобрел второй автомобиль, судя по комплекту документов (все! документы были в пакете) это Рено Клио. Осталось найти саму машину.
В этот момент на мотороллере подъехал продавец.
Вот тут мы дали "слабину" и отдали ему пакет с документами на Клио. Да, хорошие мы!
Продавец после получения доков не убежал, а сказал, что надо ехать к бывшему владельцу. Он только перепродал нам его машину.
И мы поехали за продавцом... Если бы мне заранее сказали, куда мы поедем, я бы отговорил Илью и сказал, что это не такие уж и большие деньги, он еще заработает, а сейчас давай поедем по домам!
На часах 1 или 2 часа ночи, мы приезжаем в арабское кафе, в котором жизнь бурлит тихо, но так, что не по себе. Проходим через узкий корридор, вокруг молятся люди на ковриках.
Я понимаю белых, забредших в Гарлеме в местную забегаловку. Как на нас смотрели...
Вот он, центр терроризма Ислама!

Однако, вопреки моим жим-жимам, мы вышли оттуда невредимые вместе с бывшим владельцем и после долгих препираний донесли до него, что ему лично надо снять машину с учета.
Через пару дней мой друг приобрел официально свой первый автомобиль. А я считаю тот эпизод официальным началом нашей дружбы.

Теперь я готов входить в такие места, если Илья рядом. Возможно, с оружием, но готов :-)

22.

Если меня в детстве не лупили, то корешу моему Кольке батя вваливал за двоих. По любому поводу и без лишних нравственных терзаний. Просто Колькин батя так представлял свои отцовские обязанности. Чтоб ребёнок был обут, одет, вволю накормлен, и как следует выпорот.
Не самый плохой вариант, кстати. Тем более что за Колькой не ржавело, поводов он давал - рука отца лупить устанет. То сарай подожжет, то в картофелехранилище на тракторе въедет, то козу в лесу привяжет.
Я не рассказывал? У Кольки была обязанность - водить козу на выпас. С утра отвести, колышек если надо вбить, козу привязать. Вечером привести обратно. И вот как-то у Кольки с козой вышел какой-то конфликт, боднула его что ли она? Он её отвёл в лес, и там к дереву привязал. Пришел домой, сопли до пупа - нашу Машу волки съели. А колокольчик-то снять не доумился. Вечером приходят грибники, говорят - там коза в лесу стоит, привязанная, звенит. Не ваша?
Так то коза, а то трактор. Дядя Лёша, тракторист. В обед приехал, трактор на околице поставил, побежал перекусить. Тут Колька. Ого, трактор! В кабину залез, давай там крутить. Ну и накрутил. Трактор под уклон стоял, взял да поехал. Колька испугался, а куда ты денешься? Трактор едет. А уклон упирается аккурат в ворота картофелехранилища. Туда он и приехал. Четко в створ, только ворота хлопнули. Насквозь проехал, в стенку упёрся, и встал. Колька вылез, ворота затворил кой-как, и ходу.
Трактор неделю всем колхозом искали. Нашли случайно. А кто в июне догадается в пустое картофелехранилище заглянуть?
Так что вваливать Кольке было конечно за что. Впрочем он на отца и не обижался, относился к этому как к болезненной, но неизбежной процедуре типа прививок.
А тот раз он в школе чего-то набедокурил. И набедокурил видимо не по маленькой, а серьёзно. Родителей его в школу вызывали регулярно, но они не ходили. Позиция дядьки Вали по поводу образования была незыблемой как скала. Ваше дело учить? Вот и учите. Моё дело растить, я ращу. Если он в рваных ботинках в школу придёт, тогда да. А если он читает плохо, я тут при чем? Я же вас не вызываю, если он картошку плохо окучил. Как-то сам обхожусь.
Такая короче позиция, железобетонная. И за учебу Кольке попадало меньше всего. Если только Колькина классная, Нина Степановна, отца где-то случайно встретит, в магазине там, или на улице, и давай ему мозги полоскать. Тот от неё отмахнётся как от назойливой мухи, но дома Кольке ввалит конечно, для профилактики.
Ну вот. Так что за проделки в школе Колька не больно переживал. Но в этот раз всё вышло по другому. Со школы пришел, поел, только собрался из дому мотануть, смотрит в окно, а по улице, по направлению к их дому, классная идёт. Нина Степановна.
Колька сразу понял, что не с пирогами. Не принято у учителей домой к школьникам ходить, только уж если совсем край. Тут значит край. И Колькина задница, чуткая до ремня как барометр к дождю, зазудела. Тем более что оба, и отец и мать, были дома. Мать возилась на кухне, дядька Валя ковырялся с ружьём, он был заядлый охотник.
Что делать? Задница для головы является исключительно прекрасным стимулом к обострению смекалки. И Кольке приходит в голову гениальная идея.
Он выскакивает из избы, хватает на крыльце замок, выбегает на улицу, запирает дверь снаружи, ключ в карман, а сам через сарай, через двор, назад в хату. И как ни в чем ни бывало давай отцу по ушам ездить, отвлекать.
Дядька Валя в окно классную-то конечно видел. Видел, как она подошла, заглянула в калитку, постояла секунду, и пошла дальше. Ну, пошла и пошла. Думала да передумала. На то собственно и был Колькин расчёт. И он оправдался! Пронесло. Обрадованный Колька уже собрался было побежать проделать трюк с замком в обратную сторону, тут его мать с кухни окликнула, позвала за чем-то.
В это время по улице мимо дома ехали цыгане на телеге. Цыганский табор частенько стоял в лесу за деревней. Цыган в деревне не особо любили, но терпели. Воровством они не промышляли, хотя стянуть что-то по тихой вполне могли. А так занимались своим обычным ремеслом, ходили по дворам, что-то купить, что-то продать, гадали и попрошайничали.
И вот едут они по улице. Тут остановятся, туда заглянут. Смотрят, калитка открыта. Как не заглянуть? Заглянули, а дом-то на замке! Ну надо же! В деревне ведь как? Если ушли ненадолго, дом не запирают. Накладку накинут, и всё. А если замок, значит скоро не жди. Тут замок, а калитка настежь. Ну как удержишься? Вошли тихонько, смотрят - бельё висит сушится. Хорошее бельё. Надо снять, а то пересохнет.
И вот снимают они тихонько бельё с верёвок, складывают в наволочку, а дядька Валя сидит на них в окно смотрит. Он даже в ступор впал от такой наглости. Средь бела дня! Ну, он недолго конечно в ступоре был. Вскочил, и на улицу. "Да вы, мать вашу, совсем что ли обалдели?" Хоп, а дверь-то не поддаётся. "Припёрли!" - подумал дядька Валя.- "Совсем уже с ума посходили!" Пару шагов отошел, и дверь вынес. Ох, он здоров бык был, дядька Валя.
Ну, конечно пока он с дверью возился, цыгане тоже поняли, что дом не пустой. Удивились изрядно такой засаде, добро побросали, и ходу. Дядька Валя хватает дрын, и за ними. Догнал уже у околицы. Не догнал бы конечно, да им стадо поперёк попалось.
Догнал, и давай охаживать. Когда те поняли, что их бьют, и бьют с энтузиазмом, бросили телегу, и врассыпную. Когда все разбежались, дядька Валя оставил дрын, лошадь распряг, телегу перевернул, и остался весьма доволен делом рук своих.
Идет обратно, а ему навстречу кто? Конечно! Нина Степановна.
- Здравствуйте, Валентин Фёдорович! А я вас целый день ищу! А что это у вас дом на замке?
- На каком замке!?
И вот когда Колька в окно увидал, как отец возвращается в сопровождении классной, он понял что план его удался, но вмешались подлые обстоятельства. И сейчас ему прилетит. И прилетит вдвойне. Прилетит и за школьные проделки, и за игры с замком, и за сломанную дверь. Уши и задница заранее горели адским пламенем, но деваться было всё равно некуда.
Однако всё получилось совсем не так, как он ожидал.
Отец вошел в прекрасном расположении духа. Обычно мрачный и молчаливый, он прямо светился от счастья. Увидев Кольку, сказал добродушно.
- Не боись, пороть не буду!
И потирая руки, добавил громко.
- Представляешь, мать? Сколько я на этих цыганей смотрел, всё повода не было. А тут так хорошо прям получилось, в масть!
На следующий день он Кольку конечно всё равно выпорол. Но уже совершенно по другому поводу.

23.

Дело было в советские времена. Поймали одного мужика Гаишники за управление ТС в нетрезвом виде. Пошел он на комиссию, где решалась его дальнейшая судьба как водителя на ближайшие годы... Таких как он, бедолаг, было немало. Они заходили по одному в кабинет, где заседала комиссия, и на выходе грустно ведали всем остальным о сроках, на которые их лишали прав: Двадцать четыре! Тридцать шесть! ! . , (имелось в виду месяцев лишения)... Подошла очередь нашего героя. Заходит он в кабинет и видит комиссию: пожилого подполковника, пару майоров и прочих... Подполковник его спрашивает: Ну, давай, рассказывай сколько выпил, зачем сел за руль и т. д. Мужик вздохнул и начал рассказывать: Ну, в тот день у одного коллеги был день рождения. Ну, и, есстествен-но, мы его на работе отпраздновали -выпили три или четыре бутылки водки человек на восемь... Как водится, народ потребовал продолжения банкета. А поскольку я был на машине, после работы поехали мы к имениннику домой не оставлять же машину у завода! . . Там мы еще выпили две бутылки водки на четверых. Потом я поехал домой. Дома меня пригласил в гости сосед. Они сидели и выпивали с корешом. С ними я еще выпил около бутылки портвейна. Потом кореш засобирался домой и, поскольку время было позднее, а ехать ему было далеко в Дему, несколько километров от города я вызвался его отвезти. Когда приехали к нему домой, мы с ним выпили еще бутылку вина (какого не помню), и я поехал домой... Тут меня инспектор-то и остановил... закончил он грустно и поднял глаза на комиссию. . Вся комиссия сидела с квадратными глазами! Один из майоров-капитанов спросил тихим голосом: И как же ты ехал-то после всего этого выпитого?! ! . . Да как ехал? Нормально... аккуратно... Во! вдруг закричал подполковник: Молодец! А то эти засранцы! ! "Сто грамм пива выпил! Рюмочку вина выпил позавчера! ". . Молодец! ! Правду рассказал! ... Пятьдесят рублей штрафа! Свободен! Но больше за рулем не пей! . . Теперь уже у мужика стали квадратные глаза... .

24.

xxx:
Я этого заказчика очень люблю: к примеру, построили ему корты, он пару лет поиграл, потом говорит:
- Ну их нафиг, не там стоят! Давай сломаем и построим на двести метров правее.
И ломает, и строит! И мне есть чем кормить моих детушек. )))

25.

Помню, в 90-х еще, мы со знакомишной отправились ночью в палатку за сигаретами. Были нормально подшофе. Перед нами, у окошка, стояла пара шкафов. Не типа икеевских стеллажей, а прям ШКАФОВ. Мужчины были "явно тревожные" (с) Мама не горюй.
Тот, что поменьше скупал весь ассортимент, а что побольше, начал от скуки рассматривать мою вторую половину. Внимательно так, оценивающе. Раздевающим взглядом. На что тут же получил от неё: "Что вылупился, козёл" ну и что-то еще ...
Шкафы удивлённо повернулись в нашу сторону.
Дрищом я уже не был, но весовые категории были явно не мою пользу. Сдавать позиции было нельзя. Ну там Крапивин, Джек Лондон, Ремарк и прочие засиратели мозгов юных джентльменов. Пришлось взять яйца в кулачок и борзо вякнуть: "Давай, дернись только, пожалеешь" и прочитать про себя отходную молитву (ну, как я ее себе представлял).
То, что призошло позже, до сих пор не укладывается ни в какие рамки. То есть укладывается, но только в одну - нас просто пожалели. Шкаф сказал примерно так: "Ну это, шибздо, не горячись, все норм, мы здесь по делу". И через пару минут, забрав все Амаретто и Мартини, они уехали на чем-то очень хорошем.
Я долго думал, почему мне тогда не ввалили сразу и по-полной.
Наверное люди хорошие попались.

26.

Есть две вещи которые я объясню предварительно. Это армия и конь. Армия, где мужчина достигший совершеннолетия отдает долг Родине, получая навыки чтобы защитить мать, сестру, соседей, всех тех, кто ему близок и дорог. А конь, может быть и не животным, а спортивным снарядом через который прыгают в спортзале. Его еще называют «козлом», но так как это слово для нас не очень лицеприятно, то остановимся на «коне». Вот собственно история об этом и о том, что привычка, она все же вторая натура.
- Слушай, ну что тут сложного?! - физорг уже нервничал, обращаясь к курсанту. - Тут же вот эта хрень есть! - и попрыгал на пружинящем мостике. - Разогнался, хряк, упс, на руки оперся и ты уже там. Что сложного? Ну-ка давай! - Курсант потея и краснея сделал разбег, но перед «конем», прямо на мостике, резко с визгом ударил по тормозам и обрулил снаряд. Офицер явственно понимал, что сейчас он устроит неуставные взаимоотношения. Это ему грозило огромными неприятностями, но нервы сдавали. И он нашел выход. На курсанта был надет ремень к которому были привязаны с обеих сторон две веревки. Два бравых старшекурсника, взяв в руки концы которых, при приближении курсанта к снаряду, дернули его так, что он просто взмыл вверх и вперед, перелетев через коня.
- Не МиГ-23 конечно, - подумал офицер, - но тоже неплохо! Давайте ребята, продолжайте! - хмыкнув, произнес он, - через два дня сдача нормативов по училищу, вот они в вашем распоряжении, он должен это сделать! Главное об стену не разбейте!
Два дня проскочили быстро, ответственный день подкрался незаметно. И надо же такому случиться, что за пару минут до прыжка именно этого курсанта в спортзал зашел начальник училища. Подойдя к физоргу поинтересовался.
- Ну как пополнение? Посмотрю пожалуй, - курсант начинал разбег и офицер даже закрыл глаза, ведь на том сейчас не было ни ремня, ни веревок, да и старшекурсников рядом не стояло, поэтому на всякий случай и зажмурился. - Не понял, ну-ка повторить! - вывел его из этого состояния голос начальника училища. Курсант, стоял на другой стороне «коня», как он туда попал физорг конечно прозевал, но услышанная от генерала фраза, смущала. Курсант сделал круг и вернулся на исходную. Услышав команду «пошел» рванул вперед, достиг пружинящего мостика, толчок, взмыл вверх и вперед и не коснувшись руками, перелетел через «коня». - Слышь, - толкнул офицера локтем генерал, - я точно вчера коньяку не перебрал? Он что без рук сиганул? Эй, сынок, ну-ка давай еще разок! - С третьей попытки поняв, что коньяк тут абсолютно ни при чем, начальник училища почесал лоб. - Хорошее пополнение! Интересно, когда полеты начнет, штурвал ему нужен будет?

27.

Скрытые резервы мужского организма

Случился у нас как-то на работе аврал. Готовили к сдаче объект, сдать надо было к сроку, тютелька в тютельку, так что работали на износ, день и ночь, кто по сменам, кто сутками, а я просто неделями оттуда не вылазил.

По такой причине в подвале оборудовали несколько спальных мест. Чисто по-походному, раскладушки, матрасы, спальники, только чтобы упасть на пару часов, когда уже совсем невмоготу.

И была у нас в коллективе одна девочка, Настенька. Очень хорошая. Умница, исполнительная, доброжелательная, чудо а не девочка. И с таким знаете чистым незамутнённым сознанием, как у пятилетнего ребёнка. Будто не в Балашихе своей выросла, а на каком нибудь Элизиуме.

От этого мужики при ней даже матом старались не выражаться. Попадёт к примеру слесарь Иванов молотком по пальцу, так он сперва скажет: "Настенька, деточка, ну-ка прикрой ушки", а только потом уже озвучивает своё православное отношение к молотку, пальцу, правительству, господу богу и его маме.

И вот как-то вечер уже, поздно, смотрю - сидит наша Настенька за монитором, носом клюёт. Спрашиваю - Настя, деточка, ты чего домой не едешь? Она - Я Сашу жду, Саша за мной обещал заехать.

Саша это её жених, они через месяц что ли должны были расписаться. Любовь-морковь короче, все дела.

Ладно. Время тик-так, уж полночь близится, а Германа всё нет. Спрашиваю - ну и где твой Саша? Она - ой, он приболел. Короче, что-то там с этим Сашей случилось, то ли насморк, то ли ногу вывихнул. Она говорит - я сама доеду, одна.

А времена лютые были, метро вот-вот закроется, я говорю - куда доедешь? На чем ты сейчас в свою Балашиху доедешь? Давай-ка иди в подвал, и ложись спать. Утром метро откроется, и уедешь. А завтра отгул возьмёшь. Только, говорю, Михалыча не разбуди, он спросонок злой бывает. У нас там как раз Михалыч, слесарь, спал после суток.

Пошла она, только прилегла устроилась, телефон звонит. Кто может звонить девочке в такое время? Ясен пень, только любящий заботливый жених.

- Ой, ну что ты звонишь, я только задремала! - говорит ему Настя. - Где-где, на работе конечно! Ну почему за столом? У нас тут между прочим в подвале даже кровати есть!

- Не страшно тебе там одной в подвале? - интересуется заботливый жених.

- Ой, ну я же тут не одна сплю! Я же с Григорий Михайлычем сплю!

Жених Саша был на объекте через полчаса. От Лефортово до Волхонки домчался аки лось, даже не запыхался. И насморк прошел, и нога сразу зажила. Вот какие чудеса любовь с человеком творит.

В подвал его мужики правда не пустили. Сказали - пусть спит, вовремя надо приезжать. Припахали, он им до утра кабели помогал тянуть. Всё какая-то польза.

© Ракетчик

28.

Когда-то я обещался создать мини цикл историек на тему лизинга в РФ. Это пробный первый шар, не судите слишком строго. Ежели Вы, уважаемые читатели, примите попытку благосклонно, то будут и другие. Ну а если нет, так нет. Как обычно, предупреждаю, будет много букафф.

"Особенности Национального Лизинга"

Часть Первая. "Бытие"

Эпиграф: "Всё было так весело, мы заготовляли рога и копыта, жизнь была упоительна, и вдруг..." ("Золотой Телёнок." И.Ильф и Е. Петров)

В своё время я работал в одном крупном холдинге в РФ. Разных бизнесов у нас было много, парк тягачей машин эдак под триста, таможенные услуги, ремзоны, сеть магазинов по продаже запчастей, строительная компания, торговля легковушками и грузовиками, и многое другое. В том числе была и лизинговая контора, которая в основном финансировала клиентов, планирующих покупку тягачей и стройтехники (обычно у одной из своих же контор).

В начале, когда я лишь начал знакомиться с бизнесом, думалось, что лизинг, пожалуй, самое мирное и спокойное из всех направлений холдинга. На втором этаже нашей базы (подальше от ремзоны, продаванов машин и запчастей, и прочих "плебеев") располагался небольшой, но уютный офис. Внутри сидели менеджеры в галстуках и улыбчивые администраторши. Тишь, благодать, всё чисто, чинно, и достойно. Вот расчёты, рядышком договора, далее касса, а вот и Сидоров-кассир. Лепота, одним словом.

Никаких тебе скандалов с клиентосами, которым нарукожопили машину слесаря, никаких алкашей-дальнобойщиков забухавших в рейсе, никакого блуда с растаможкой, никаких левых ходок у самосвальщиков, никакого воровства запчастей со склада, никаких левых схем в магазинах, никаких... впрочем, я увлёкся. Ах, мои наивные радужные иллюзии, как быстро они были развеяны в пух и прах.

Оказалось, что лизинг привлекает всяческих мошенников, аки падаль гиен. Каждый хитрожопец норовит урвать кусман. Правда, тут много от руководителя зависит, а вот с ними нам-то как раз и не повезло. Хотя, сразу надо сказать, работа директором в лизинговой компании и опасна и трудна.

В первую очередь наверное потому что надо одновременно вершить две совершенно противоположные вещи. С одной стороны, следует развивать бизнес и заключать как можно больше сделок. С другой стороны, множество сделок надо отметать, ибо нужны хорошие клиенты, которые будут аккуратно платить, а не всякая босота. Это сейчас, есть и кредитные истории, и развитые социальные сети, и ещё куча всяческих методов для проверки потенциальных должников, а вот всего с дюжину лет назад ситуация была совсем иной.

За годы моей работы в холдинге, в нашей лизинговой компании сменилось несколько гендиректоров. Первый блин, как водится, вышел комом. Не знаю, из какой подворотни взялся Саша, ибо он пришёл в холдинг ещё до меня, но долго он не продержался. Причиной его увольнения вышло вот что...

Часть Вторая: Лизинг с Кавказским Акцентом

Эпиграф: "Если кавказец говорит тебе "друг", значит, он собирается тебя на*бать. Если он говорит тебе "брат", значит, он тебя уже на*бал." (Народная мудрость)

Конечно же, не всех мошенников удавалось отсечь на уровне подачи заявки. Бывало и так, что негодяйцы получали технику в лизинг, и банально нас "кидали". Ну или пытались. Не скажу, что это бывало часто, но из песни слова не выкинешь. Впрочем, когда бизнес лишь формируется, и хорошо продуманных процессов и контролей нет, неприятностей не избежать. Этот случай мне запомнился столь ярко, ибо это был самый первый раз, когда нам пришлось конфисковать технику.

Не знаю как сейчас, а в своё время хороший кусок строительного рынка Питера, в частности, укладка асфальта, был плотно оккупирован армянской диаспорой. А посему никто не удивился, когда на пороге нашей конторы появился грузный, горбоносый, говорливый дядька, увешанный массивными цепью и крестом из презренного металла на бычьей шее. Представился как Сурен.

- Дрюг, низкорамнык в лызынг хачю, - сразу заявил гость. - Тэхника вазыть. Дэньги многа зарабатывать бюду.
То бишь ему приглянулся низкорамный прицеп, что продавался на нашей площадке.
- То есть сцепка нужна? - уточнили.
- Нэт. Тягач уже есть. - прозвучал гордый ответ.

Небольшое разъяснение. Упрощённо, низкорамник - это прицеп, на котором перевозят технику. У него клиренс ниже, чем у обыкновенного прицепа и есть типа рампы, дабы техника могла на него заехать. Например, асфальтный каток, хоть, конечно, и машина сама по себе, но на длинные переезды он не предназначен. Посему его грузят на подобные прицепы и везут куда надо.

Вообще, следует признать, тему Сурен выбрал исключительно грамотно. Сами строители и асфальтоукладчики должны вкладываться в рабочих, разрешения, технику, материалы, и многое другое. Расходы большие, оплата от клиентов небыстрая. Короче, геморроя много. А тут - надёжный тягач, низкорамный прицеп, соляра, пара малопьющих водил, вот и весь бизнес, собственно говоря. Конечно свои нюансы тоже есть, но однозначно - этот бизнес куда проще, и, пожалуй, прибыльней. Это как в старину, тысячи старателей рылись в земле в поисках золота и алмазов, рискуя жизнью и здоровьем, но большинство из них на выхлопе оставались ни с чем. Зато те, кто продавали искателям счастья лопаты, мотыги, тачки, алкоголь, и продукты, заработали миллионы.

Учитывая принадлежность к диаспоре, можно было рассчитывать, что при грамотном ведении бизнеса, наш герой голодать не будет. Смущало лишь два аспекта. Первый - денег у Сурена было немного, даже на первый взнос не хватало, то бишь было процентов 25% от стоимости (обычно мы старались брать 35-40%). Остальные деньги, по его утверждению, он потратил на бэушный Фред (Freightliner). Второй, в случае чего, прицеп отследить весьма тяжело (тогда "маячки" можно было поставить только на тягачи). Спору нет, сделка была рискованной. С другой стороны, риск был оправдан, ибо жил Сурен в родном Выборгском районе, работать планировал в Питере и пригородах, да и строительный рынок бурно развивался в те замечательные, докризисные времена.

- Дрюг, - убеждал нас Сурен. Я в Питер 15 лэт, всэх и всё знаю. Работы морэ. Мамой клиянус, ни адын дэнь прасрочка нэ будет.
- Думаю, надо пойти навстречу, - молил Саша, которому не хватало парочки сделок в том месяце для получения бонуса.
- Никуда он не денется, - уверял безопасник. - Да я его и под землёй найду и достану на раз-два. Можете смело отдавать технику, - успокоил он нас.

Покряхтели, лобешник почесали, решили рискнуть, уж на больно сладкую процентную ставку согласился наш визитёр.
- Ты уж только за ним бди. - дали указание Саше. Если проблемы, сразу сообщай.

И конечно-же прогадали. Правы, сто раз были правы древние, когда говорили "Жадность приводит к бедности." Наш красавец действительно заплатил после первого месяца, о чём нам Саша на летучке гордо сообщил. Мы успокоились, и расслабились, а зря. Или наш "гость с юга" лизинговые платежи в свой бюджет не заложил, или "тэхника вазит" оказалось делом посложнее, чем он изначально планировал, а может, сыграл свою роль принцип "джыгыты нэ платят." В любом случае, денег больше не приходило, о чём Саша тактично на последующих оперативках умолчал. До сих пор спрашиваю себя, почему?

Скорее всего, он банально не следил за дебиторкой, ибо не барское это дело. А когда он всё-таки удостоил такой "маловажный" аспект своим вниманием, просрочка была уже в пару месяцев. Почувствовав жим-жим, он совершил следующую ошибку. Вместо того, чтобы доложить выше, Саша решил этот малоприятный момент скрыть и бодро рапортовал прекрасную картину из месяца в месяц. Конечно, и мы сами тоже виноваты, слишком уж положились на управленца.

Но рано или поздно, всё тайное становится явным. Первая же моя детальная проверка дебиторки выявила несостоятельного должника.
- Какого чёрта ты молчал? - в бешенстве орал на Сашу обычно спокойный Сёмка. - Да и ты хорош, - получил свою порцию я. - Не мог раньше проверить, как этот имбецил направление ведёт.
- Мы сейчас будем крайнего искать или проблему решать? - поинтересовался я. - Саша, ты хоть ему звонил, насчёт денег спрашивал?
- Да, звонил пару дней назад - понуро ответил горе директор. - Говорит, не платил, ибо прицеп угнали.
- Чтоооооо??? - в один голос воскликнули мы.
- Это же ЧП. Давно? Как? В милицию заяву подали? Копия есть? - начал как из пулемёта очередями бросать вопросы Сёмка.
- Сурен говорит, почти месяц назад. - выдавил Саша.
- Суууууукааааа. - взвыл Сёмка. - Звони ему и ставь на громкую связь. Я хочу всё слышать.

После нескольких гудков мы услышали весёлый голос Сурена:
- Алло.
- Сурен, привет. Это я, Саша, из лизинговой компании. Как там дела? - издалека начал он разговор.
- Привет, брат. Вай, вай, вай, плохо, брат. Сижю плачу. Прицэп нэт, машина нэт, дэнег нет, чэм сэмья кармыт бюду? - плохо изображая грусть отвечал южанин.
- А почему ты сразу про угон не сказал?
- Зачэм бэспокоит. Прасил большой чэловек найти. Он ищет.
- Ты заявление в милицию подавал? В какое отделение? Копия есть? Ты к нам должен завтра же подъехать. - начал жалобно просить Саша.
- Канэчно, брат, бумажка писал. Тут рядом атдэление милиции есть. Обязательно приеду. Давно хатэл. Времени савсэм нет. Завтра.
- Спасибо. До свиданья. - закончил разговор Саша.

Резюме Сёмки было кратким.
- Врёт скотина, зуб даю. Технику у него не угоняли. Тоже мне, "машина угнали. Тут мусорный бак стоял, тут жэнщина курил." Небось ещё "собака из милиции обещала прийти." Если бы заява в ментовку была, то нам, как собственнику техники, сообщили. Так что "я тебе адын умний вэщ скажю, толко ты ни абижайся", - ты кретин, что ему поверил. - обратился он к Саше. - Хрен он завтра приедет.
- Давай разработаем план действий, - предложил я.
- Раз, - скажи Сергею Петровичу (безопасник), пускай ищет, где этот мерзавец прицеп хранит. Пускай старых сослуживцев дёрнет. Долго искать не придётся, "я так думаю". Либо наш "кавказкий дрюг", или его водилы, наверняка продолжают работать. Два, надо узнать номер тягача. Посмотрите на старые записи с камер, на каком тягаче он прицеп забирал. Или в запросе на лизинг инфа может быть, он должен был в списке собственности его указать. Скорее всего наш прицеп так и ездит в сцепке. Кстати, где он там живёт? На Сикейроса? Тогда три. Пускай кто нибудь из лизинговых менеджеров покатается по району пару вечерков. Бензин мы оплатим. Более того, если найдёт, то обещаю бонус - 10 тыров. Низкорамник вещь заметная и сцепка не иголка. Думаю где-то между Энгельса и Культуры у него лежбище. А, и последнее. Саша, на всякий случай, съезди в отделение, узнай если заявление об угоне было. Шансы один на миллион, но всё же.

Сёмка как в воду глядел, Сурен не появился ни завтра, ни послезавтра, да и вообще, чуть ли не неделю трубку не брал. В отделении тоже, об угоне сцепки ничего не слышали. Оставалась надежда на поиск.

Безопасник развил кипучую деятельность. Куда-то звонил, потом уехал. После сказал, что встречался с каким-то "очень влиятельным человеком" и попросил компенсировать расход на обед. Дальше-больше, на следующий день затребовал бутылку Remy ХО из закромов, якобы в подарок какому-то ещё одному "очень полезному кадру." Ещё через 2 дня попросил ручку Montblanc, сказав "дело на мази, прицеп ищут. Ребята землю роют, но руководителю надо уважение проявить." А в пятницу скромняга огорошил запросом в штук 50 рубликов.
- Нужны будут в понедельник, компенсировать расходы исполнителей - объяснил он.

Может быть мы и дали бы денежку, но воскресенье утром позвонил радостный лизинговый менеджер, Коля.

Он, проникшись обещанием бонуса, выделил на поиск цельный выходной, прикинув, что на выходных техника скорее всего работать не будет, и шансы найти её будут повыше. Как точку отсчёта Коля взял адрес Сурена, далее поделил предполагаемую территорию поиска на квадраты, и начал действовать научным методом тыка. Осматривал улицу за улицей, даже метался по дворам.

В пятницу вечером поиск ничего не дал. Суббота тоже была потрачена впустую. В воскресенье утром Коля уже проклинал и контору, и Сурена, и самого себя, но обещанный бонус манил, и он решил всё таки ещё поездить пару часов. И практически тут же, недалеко от пересечения Художников и Северного проспектов он обнаружил искомую сцепку. Проверил шильду на прицепе, всё совпало. И тягач тот самый, Суреновский. Просто удивительно, насколько недалёкий горе-аферист попался на нашем пути, запарковать технику, за которую он не платит всего минут 7-8 ходьбы от своего дома. Впрочем, безнаказанность порождает беспечность.

Несмотря на выходной, Сёмка тут же созвал штаб. Первым делом поручили одному из диспетчеров дежурить в машине около сцепки, а сами стали прикидывать план действий.
- Может вызвать ментов, - робко предложил Саша.
- Твоих инициатив нам хватило. - резко прокоментировал Сёма. - На хрена они нужны? То есть деньги они возьмут, но помощи от них не дождёшься. Тем более никакого нарушения не происходит. Заявы об угоне нет. То, что наш "дрюг и брат" не платит, хоть и момент в плоскости правового поля, но вопрос чисто экономический.
- А Сергей Петрович что? Может его попросить? Безопасник должен же такие вопросы решать? - двинул идею я.
- Должен то он должен, но пользы от него как от козла молока. Неделю он нам бейцы крутит, завтраками кормит, подарки и деньги требует и получает, а выхлопа х*й и не х*я. Кстати, я ему звонил. Труба выключена. Наверное вчера наклюкался. Не безопасник, а недоразумение. Менять его надо.
- Резкое телодвижение. - лишь мог вымолвить я.
- Но нужное. - отрезал Сёма. Ладно, к нашему вопросу. Организуем гастрольное выступление творческого коллектива. Режиссура наша. В главных ролях: хороший водила, грамотный слесарь, ну и старший группы, с огоньком и креативом. Аллё, мы ищем таланты. Предложения в студию?
- Думаю так. Выделим свой тягач. Водилой пускай поедет Нос, я его только что видел в диспетчерской. Слесаря надо у предпродажников дёрнуть. Ну а старшим поедет Максим. Он и перегонщиками командует, и сам тягач водит, и парень весёлый и находчивый. На всякий случай, им ещё охранника дадим, чем чёрт не шутит.
- Приятно слышать трезвые мысли, - одобрил Сёма, - постепенно становишься идейным борцом за денежные знаки.

Когда стемнело, "группа захвата" выехала на место. Слесарь и водила на тягаче, Максим и охранник на легковушке. Там их, нетерпеливо роя землю копытом, ждал диспетчер, которому за день наскучило сидеть на месте. Сцепка мирно почивала в ожидании рабочей недели.

Всё хирургическое вмешательство заняло несколько минут. Тягач слесарь открыл моментально. Запасного ключа не было, но это не беда. Под старые американские модели вполне подходит немного модифицированный ключ из под Волги. Разъединили сцепку. Максим, предусмотрительно одел перчатки, и отодвинул Суреновский тягач, а Нос подогнал наш и забрал прицеп. Охраннику вообще делать ничего не пришлось.

Водила и слесарь увезли трофей на базу. Уставший диспетчер тоже смотался. А вот Максим решил проявить креатив,
- Следуй за мной на легковушке, - приказал он охраннику.
- Ты что удумал?
- Сейчас увидишь. Ничего особенного, всего-навсего восстанавливаю попранную справедливость.

Процесс длился совсем не долго. Максим просто-напросто отогнал тягач Сурена на улицу Шота Руставели и аккуратно припарковал. После открутил номера и положил в кабину.
- Сделал дело, вытер тело. Можем ехать. - заявил он изумлённому охраннику, снимая перчатки.
- Зачем? - на следующее утро поинтересовался я выслушав доклад.
- Чтобы всё было чётко и по-пацански. Он нас кинул, ну пускай теперь побегает. Периодическая встряска полезна для организма.
- Возможно это и есть сермяжная правда жизни, - задумчиво сказал Сёма, - Можешь зайти в кассу, там тебя ждёт приятный сюрприз.

Дальше всё было прозаично. Сурен всё понял. Причался пулей. Бегал по офису, рвал волосы на груди, размазывая слёзы по толстым щекам, и кричал:
- Вай, вай, вай. Дрюг, памаги. Утром пришёл, машина нэту.
- Так мы знаем, что нету. Ты же сам говорил, "пару недель назад угнали и хороший человек ищет." Нашёл? Нет? Мы прицеп тоже искали, и нашли. Вон, видишь стоит. - издевался натренированный Сёмкой Саша.
- Дрюг, это шютка был. - плакался Сурен.
- Какие шутки? - фальшиво изумился Саша. Ты, брат, давай, ищи тягач. Найдёшь, приходи. Посчитаем сколько ты нам должен за просроченные платежи, пени, починку прицепа. Заплатишь, и начнёшь опять "тэхника вазит." "Дэньги много имэть" будешь, "я так думаю".

Тем временем мы Сёмкой вели непростой разговор.
- С Сашей надо будет расстаться. - жёстко заявил он. - Разумеется по хорошему. Он парень, в принципе, неплохой, но поляну не сечёт. Уподбляется глупой птице страусу, что зарывши голову в песок, не видит с высоты своего полёта, что за дебиторкой надо следить, и о проблемах сообщать сразу. Главное же не это. Хотя всё хорошо, что хорошо кончается, вчерашний "Гранд Операсион" чистой воды волюнтаризм и партизанщина. В следующий раз, может и не повезти. Надо подходить к вопросу более профессионально. Тем более, что чует моё сердце, в этом бизнесе нам предстоит немало конфискаций. А Максим молодец. Чётко проучил афериста, как думаешь?
- Наверно ты прав. Добро должно быть с кулаками. - ответил я.
- Это верно. Ищем нового генерального директора, - резюмировал Сёмка, и фальшиво запел:
"Чито Гврито, Чито маргалито да...."

29.

Есть у меня друг 42 года, живет на даче, дача в ближайшем пригороде Санкт-Петербурга, участок 4 сотки, домик 6*6, холостой с собакой (сильный, независимый мужчина) – ему хватает. Не так давно, через участок, какая-то фирма выкупила землю, поделила ее пополам, поставила пару домиков и выставила в продажу, и к сожалению, на его стороне, его купил кто-то из тех, кто любит пить, жарить шашлык и гулять, все бы ничего, но они это любили делать круглосуточно.

Далее с его слов от первого лица.
Сначала было нормально, ну приехали в выходные, погуляли часов до 11-12 ночи – тут все люди понимающие, может праздник, все чин чином, потом по нарастающей, ночью гомон, потом музыка – соседи молчат.

Последняя ночь стала пределом, начали бухать часов с шести вечера, куча машин стоит на дороге, не проехать, участок поделен пополам – маленький, всех гостей на машинах не разместить – встали на однополосной дороге – не проехать к другим домам (когда ко мне приезжают друзья – ставят 3 машины у меня на участке, остальные за пределами садоводства – идти 3 минуты).

Ну пьете и пьете. Фиг с вами. В 23.00 отходим ко сну – продолжают, в час ночи проснулся от стуков, рубят дрова, костер горит в высоту метра полтора, примерно в 3 спустили своего пса (дом без забора, прибежала, начала лаяться с моим, ну фиг с ними, они сами порешали свои дела между собой), в 4 кого то резали и орали, оказалось песни поют, в 5 утра решили, что нужна живая музыка – открыли машину – врубили.

В субботу есть подработка, уезжаю в 7 утра, возвращаюсь в 12 дня, подъезжаю домой – вся компания в сборе, подхожу.
- Ребят, вы рубите дрова заранее и с музыкой потише, тут не все отдыхают, тут люди живут!
- Сосед мля извини, все поряде, просто не подрасчитали.
(ну думаю конфликт исчерпан, люди взрослые – поняли)
Следующий день, 2 часа ночи, соседи вынесли колонки на веранду, врубили музыку, ор стоит, общение, уважаешь – не уважаешь, друг – крут, давай выпьем. Поднимаюсь, одеваюсь, выхожу.
- Ребят ну договаривались же, потише?
- Ты кто на…й ваще такой?
- Я – химик.
- Иди на….й отсюда химик, пока тебе е…ло не ра….ли!
- Ребят, ну я же друзей могу позвать помочь!
- Кого, с…ка Менделеева? (общий гогот)

Проходит 30 минут, подъезжает 3 патриота с мигалками, выходят люди, вяжут всех (мужчины и женщины, попались, которые были в исподнем белье – так в камеры и кинули) в браслеты и увозят, на углях медленно догорает шашлык. По стечению обстоятельств, личности всех выясняли максимально возможное время.

Пошл третий месяц, пару раз появились, покосили траву – и тишина!
А при чем тут химик спросите вы?
Нет секрета, он был начальником хим. лаборатории криминалистического отдела МВД или УВД, или как их называют? Короче говоря, как он сам себя называет «мирный мент».

30.

В нашей маленькой, но гордой фирме есть сотрудник. Сам он немаленький дядя, весом килограмм 100 и ростом под 2 метра. Не вышел он на работу после выходных. Шеф хмур - на дядю кое-что важное завязано. Звонок на мобилу шефа. Стенки тонкие, все слышно:
- Ба-а-атюшки, радость-то какая! Вспомнил родную работу... Что? Ох ты ж.. А чего? Ой-ей, это серьезно. (Пару минут молчания, видимо сотрудник что-то объясняет шефу). - Ага, понял. Ну молодец, что в отдельной папке держишь. Пароля нет? Отлично! Все найдем, не переживай. И как тебя угораздило. - Молчание затянулось. Потом отчетливый фырк, хрюк, хрюк, сдавленное мммм и - Все, все, понял, навестим на днях. Давай, пока.
Шеф выползает из кабинета, дрожа от хохота. Проржавшись поясняет:
- Бабу он нашел себе. Весом под сто пятьдесят. Ну чего лыбитесь, на вкус-цвет не спорят. Она сверху захотела, да диван старенький - хряпнул. Короче, перелом таза, мужики! Скидываемся, надо навестить героя-любовника, да привезти ему кой-чего, а то эти сраные больнички в области...

31.

-ПТУшники приехали, пойдем? - сказал кто-то из наших местных, когда вечерком мы собрались на жд вокзале перекинуться в картишки и обсудить вопросы. - Надо бы сходить, размяться, - добавил кто-то еще. И мы, человек тридцать рванули. Дорогой, до совхозного отделения километра четыре, а по полям два, по пахоте напрямую. Ночь была темной без луны, но разве в поле заблудишься, это ведь не лес, там главное правильное направление. И мы пыхтя утаптывали то, что было вспахано совхозниками.
-Слышь, ты кто такой? - каким то образом выловив немного испуганного пацана, спросили мы.
-На «картошке» мы здесь, - испугано произнес он.
-Так иди поднимай своих, скажи местные пришли! Давай - давай, дергай, мы здесь подождем! - и кто-то для ускорения навешал пацану хорошего пинка. Сделали наверно это зря, но поняли мы гораздо позже, остановившись к каком-то узком проходе между домами, невдалеке от одиноко качающейся лампочки уличного фонаря. Минут через пятнадцать, со стороны бараков раздался шум. Неприятный шум я вам скажу. Треск отрываемого штакетника, звон цепей и еще что-то, что напрягало очень сильно. Но мы как 30, но не 300 спартанцев стояли в тени, а вот под фонарем начали выстраиваться фаланги и легионы. В натуре их было очень много. Оказывается вместо 15-го ПТУ, обычно приезжающего на картошку, в тот год туда отправили мореходку и горное училище и они, как то еще успели объединится в целях самообороны. Но тоже стояли в замешательстве, не имея возможности разглядеть наше количество в темноте.
-Слышь, пацаны, откуда цепи? - крикнул кто-то из наших.
-С фермы! - пробасили оттуда.
-А телки и коровы, тоже с вами? - наивно поинтересовались мы.
-Щас узнаете! - и легионы двинулись на нас.
Не, мы не самоубийцы, да и не спартанцы тоже и направление обратное знали. Я не марафонец, но нормативы сдал на отлично по-любому. Мы перли по пахоте, до момента пока я не услышал — наших бьют! С разворота метнулся в какую то кучу, с мыслью — догнали, успел кому врубить, тут же получил сам. Месиво в полной темноте было мощным, но не долгим, потому что чужих там оказывается не было.
-Я не понял, - произнес Салява, - мы два километра шли туда, а потом два километра бежали обратно, чтобы набить друг другу морды? Мы что сразу не могли этого сделать, еще на вокзале? Надо делать общий сбор!
Общий сбор, это когда против внешнего врага объединяются все, «верх», «низ», «зона», «совхоз», все без разногласий, идут даже мужики, показать силушку свою молодецкую. Уже через три дня на поле с обоих сторон выстроилось человек по триста. Драка была неплохой, без цепей и штакетника, но за счет массовости и истошно бегающего и кричащего участкового, ничуть не менее красочной. Конечно мы победили, ведь с нами был опыт и сила поколений, а они хоть и будущие мореманы и рудокопы, но все равно еще пацаны.
А еще через пару дней их сняли с нашего отделения и отправили в соседнее за пятнадцать километров, а нам, нам пригнали торговое училище. Я выезжал на своем моцике в поле, ложился под деревом на полянке и озирал итоги нашей победы. Ведь торгаши были в основном девочки, всех размеров и калибров, а их позы при сборе картошки были очень сексуальны. От вечерней тоски они с огромной радостью соглашались покататься и даже выстраивались в очередь. Это был лучший плод победы в моей жизни. ЛУЧШИЙ! Ни одна драка больше такого не приносила.

32.

Жена моего делового партнера - женщина мечты для большинства российских мужчин.
Потому что одевается так же как классический высокопоставленный офисный сотрудник - мужчина. Не в плане стиля - а в плане "купила пару хороших костюмов - и хожу в них полгода". Да, вещи дорогие, но формат "просто пройтись по магазинам или купить что нибудь этакое" у неё отсутствует в принципе. В связи с этим гардероб обновляется 2 раза в сезон на четкое количество вещей и больше на эту ерунду время не тратится.
А тут... в общем, старший остался с младшим посидеть. Поиграли, пообедали, младший поспал, и решили поиграть в прятки. Младший несмотря на строгий запрет забрался в шкаф в родительской спальне. Старший же помня запрет даже не пошел его туда искать. А младший растет принципиальным и зашухерился по полной. В результате старшему надоело и он, здраво рассудив "надоест - сам вылезет", пошел смотреть какой-то фильм, оказавшийся ну очень увлекательным.
Смотрел громко, спальня в другом конце квартиры, квартира большая, а дверь в шкафу с одеждой куда залез младший вышла из пазов. И малой оказался в западне. На крики никто не идет, у ребенка паника. В результате когда старший наконец озаботился отсутствием малого, тот был найден зареванным в шкафу на куче маминой одежды, превращенной в один большой ком как после попадания в центрифугу. Да ещё малой мальца обделался на все это хозяйство. Дело было в пятницу вечером, родители вернулись поздно, мама решила разбирать завалы завтра, кинула в постирочную и рухнула спать.
А утром срочный вызов на совещание - экстренная ситуация, проблема федерального уровня, ехать нужно без вариантов.
ВСЯ одежда в непотребном состоянии. На скорую руку не восстановить и не отчистить. Времени 8 утра. Магазины закрыты - выходные. Через полчаса уже нужно быть - благо живут в центре.
Мой партнер в лице ее мужа чешет репу и вдруг кричит:
- Эврика!
- Что?
- Короче я тебе сюрприз приготовил, мне тут платье подогнали крутейшее, но оно не совсем деловое...
- Давай срочно, только бы подошло!
- Вот, оно в моем шкафу висит, бери.
- Вау! Идеально сидит! Так, тут где то был живой после битвы с малым жакетик и образ будет вполне.
- Дарлинг, позволь мне взглянуть!
- Нет времени, вечером посмотришь, все , целую!

Часов в 17 партнеру звонит его друг, работающий вместе с его женой. Ржет в трубку.
- Что случилось?
- Слушай, откуда это платье у твоей жены?
- Я подарил сегодня, а что?
- Ну, как бы тебе сказать, ты в нем жену видел?
- Нет, не успел, а что не так?
- Да нет, все так, все даже очень так, просто мы с утра засели за переговоры, потом приехал глава региона, потом - совсем высокий чиновник заглянул. Все строго, по деловому, ни анекдота, ни смешка. И вот только что мы все закончили, твоя жена встает, жмет руки, поворачивается...
и тут я со стороны главы региона слышу проникновенный вздох, а чиновник мне на ухо говорит: Да, у нашей встречи вышло ТАКОЕ ПРЕКРАСНОЕ ОКОНЧАНИЕ!
P.S. У жены партнера Очень красивая попа и малюсенькие трусики. А платье имеет специфику - после долгого сидения для которого оно не предназначено полностью подчеркивать и открывать в плане прозрачности все эти прелести.

33.

Кто то скажет, что так и должно быть и все логично, но у меня никак не получалось. А все началось полчаса назад в отделе крепежа, где мне просто было жизненно необходимо приобрести пару гвоздей на 200 и пяток на 150, с чем я и обратился к продавцу.
- Мы гвозди поштучно не продаем! - услышал я категоричный ответ и в моей голове что то щелкнуло, ведь десяток, сотня и даже тысяча, это все штуки. Альтернатива была в литрах, кубометрах, килограммах... Ага, граммы и килограммы пожалуй подходят, но на всякий случай чтобы не попасть опять впросак я переспросил.
- А как продаете?
- На вес!
Я был очень рад, что был близко к истине и мне не пришлось искать мерочный стакан.
- Мне тогда взвести пару гвоздей на двести и пяток на сто пятьдесят! - радостно произнес я, но по взгляду продавца понял, что поторопился и не туповат ли я? Мля, даже если я попрошу взвесить один, а потом высчитаю сколько будет весом два и пять, один ведь тоже цифра, а значит штука, а поштучно они не отпускают. Что же делать, что же делать? - яростно колотилось в моем сознании и на фоне сегодняшней жары расплывалось. - Хрен с ним давай в граммах, двести!
- Что двести? - напряглась уже продавец, это была хоть что-то, но приятно.
- Двести на двести, но не в штуках, а в граммах! - вальяжно произнес я.
- Ага! - сказала она и положила на весы три гвоздя на двести. Вышло сто семьдесят грамм и я со злорадством ожидал дальнейший ход событий. Я бы даже не удивился, если бы нехватку по весу она откусила от четвертого гвоздя, желательно даже зубами. Но она сломала мои ожидания, сказав - и так сойдет! На сто пятьдесят сошло четыре гвоздя вместо пяти и я пошел прибивать эту гребаную балку. Так и не сообразив почему "и так сойдет" не подошло к моим двум и пяти гвоздям? Может тут кто подскажет, а я в виде бонуса дам адрес того магазина, там походу баек еще немеряно...

34.

На левом берегу уральской реки вгрызалась в землю машина наклонно-направленного бурения, на правом варили дюкер. Все это вместе называлось строительством подводного перехода магистрального газопровода и велось одним из наших участков уже пару месяцев, когда в работе наступил предпраздничный перерыв.

Бригады правого и левого берега разъезжались по домам, последним отправлялось руководство участка – начальник и два мастера. Стоя на левом берегу смотрели, как с правого отъезжает последняя вахтовка со сварщиками – сорок километров вдоль реки, выезд с грунтовки на асфальт, прям к мосту, пара сотен километров до базы. Невдалеке от временно пустых вагончиков правобережных паслось деревенское стадо. Несколько десятков разномастных коров вперемешку с овцами и козами.

- Барашка бы купить, - мечтательно сказал начальник участка, - шурпа, шалык, футбол, уху на бараньем бульоне сварим. В холодильнике ящик водки ведь.

- О! Мысль, – обрадовался первый мастер и заорал, легко перекрывая командным голосом сто метров шелестящей воды, и триста заливного луга, - эй, пастушок, продай барана!

- Чо? – заинтересовались на том берегу
- Барана, продай, чо! Чокать он мне будет.
- Пять тыщ! – загнул от радости пастушок.
- Пять тыщ – десяток! – старого мастера не проведешь, он умеет торговаться даже через речку.
- Три за одного!
- Две!
- Нет, три!
- Пятьсот рублей!
- Ты же две тыщи предлагал?
- А ты пять и что с того?

Сторговались на полторы, вся рыба в реке – свидетель.

- Полторы? – переспросил начальник, хотя все слышал вместе с рыбами и зверьем километров на пяти уральского леса. – Полторы – это хорошо. Только тебе, Николай Михалыч, теперь восемьдесят километров за бараном и столько же обратно идти. Сорок – до моста по нашей стороне, сорок по их. Потом обратно.

- Даааа, - протянул первый мастер, - вот он баран-то, красивый и близкий, я прям свое отражение в его глазах вижу, а на самом деле он в восьмидесяти километрах. Все в мире относительно, мать его Лобачевского в неевклидову геометрию.

- Так лодка ж есть резиновая, - вспомнил второй мастер, сплавать можно. Только она одноместная.

- Правильно, - оценил мысль начальник участка, - туда ты на лодке, оттуда барана на весла посадишь, а сам пешком восемьдесят километров. Так в два раза меньше получится, чем просто сходить. Интересно, этот баран грести умеет?

- А мы тебе говорили, - снова влез первый, - надо было у главного инженера казанку на участок просить. Сейчас бы сплавали и вся недолга.

- Я просил, - погрустнел начальник, - а он мне: «вы еще за ту утопленную не рассчитались, вам», - говорит, - «крейсер Аврору дай, так вы его со всем экипажем и тремя ближними деревнями на дно пустите».

- Почему с тремя-то, - второй хитро улыбнулся, потому что уже придумал план,- почему с тремя-то сразу? А за бараном я не поплыву. Мы трос через речку натянем и по нему лодку как паром используем. Пустую туда, с бараном обратно.

- Слышь, пастушок! – заорал он, - не уходи никуда. Мы сейчас…

- А как трос перекинем? – заинтересовались мужики.

- Трос? С тросом все просто…

Через час был пробный выстрел. Из двух свай подпорной стенки и нескольких камазовских камер была сделана рогатка. Натягивали экскаватором Hitachi трехсотого размера.

- Дзынь! – пущенный мощной резиной гранитный булыжник снес антенну вагончика на противоположном берегу и потрескивая скрылся в лесу.

- Перелет! – оценил успехи начальник, - все равно эта антенна ничего здесь не ловила. На треть меньше натягивай.

К следующему камню привязали веревку. Булыжник на излете грохнул таки по металлическому боку вагончика, напугал пастушонка, но веревку перетащил. Веревкой вывели тонкий стальной трос, через полчаса резино-паромная переправа была готова и на правый берег, перебирая руками трос, отправился первый мастер. К лодке привязали тяговую веревку, а саму лодку петлей прихватили к тросу, так баран грести отказался, как ни упрашивали. Зато совершенно спокойно взошел на судно и отплыл в неизвестность.

- Связать надо было барана, - громко предложил второй мастер, дотянув лодку до середины реки.

- Ана, ана, ана, - ответило ему горно-лесное эхо, а баран испугавшись громкого голоса выпрыгнул из лодки и поплыл.

- Связали б, утоп нахер, - оправдался первый, и они все побежали вдоль берегов за плывущим животным. Километров через пять скотину прибило к нужному берегу. Барана поймали, несмотря на то, что он укусил второго мастера.

- Знаете что, - сказал следующим вечером начальник участка запив ароматную баранину ледяной водкой, - можно было трос не натягивать. Я тут посчитал на досуге, если б барана просто в речку с правого берега бросить, его все равно на левый должно вынести. Там ведь река поворачивает.

- Головастый ты мужик, Петрович, - поддержали его мастера, - поэтому и начальник. Но лучше давай в следующий раз поросенка купим. Не знаешь поросята кусаются?

- Кусаются, - улыбнулся Петрович, - волка даже загрызть могут. Я вот еще думаю, что если здраво рассуждать, то трос все-таки надо было натягивать. Только не барана везти, а брать водку и самим ехать ко всему стаду сразу.

35.

В ленте FB показало чей-то репост:

"Да, мужчины не думают, что пугают женщин когда:
- входят в лифт с женщиной
- идут за ней
- бибикают велосипедистке, чтоб выразить поддержку
- показывают класс женщине на пробежке
- предлагают подвезти
- открывают дверь незнакомой женщине
- предлагают поднести сумку
- хотят угостить в баре
- зовут в гости
- меняют маршрут, подвозя женщину
- везут/ведут темной улицей
- бегут за знакомой на улице, чтоб поздороваться
Все это реальные (не клиентские) истории мои, моих соседок, знакомых, подруг.
Да, вы не думаете. Но вы подумайте."

Я вот подумал. О своих страхах и неприязнях.

- со мной заходит в лифт мужчина выраженно южной внешности? Я живу на 14 этаже - достаточно времени, чтобы сказать "Привет! Вы наш новый сосед? Я - Алексей." Так я узнал, что уже полтора года в одном доме со мной живет Маджет - кандидат наук и бизнесмен.
- за мной идет двухметровый негр? Скорее всего - я даже не замечу, что он идет со мной, если мы не одни на улице в три часа ночи.
- я еду на велосипеде, и мне сигналят из тонированной наглухо машины? У нас в стране (пост был именно от согражданки) велосипедистам нельзя на проезжую часть - так что вряд ли это привлечет мое внимание: я-то еду (увы) по тротуару, машина на него крайне маловероятно что выедет.
- на пробежке меня обгоняет мускулистая женщина без следа косметики? Мне будет немного стыдно, что она бегает лучше меня: надо больше тренироваться и меньше есть перед сном.
- субтильный, но стильный парень предложил меня подвезти на мазератти? Мой ответ прост: "Без обид - я не по этой теме. Кстати, где обслуживаешь машину? И что выходит по деньгам в месяц? Ай, да ладно - глупо сорить деньгами там, где никто этого даже не увидит: держи визитку моего сервиса - сделаем по-красоте, но втрое дешевле."
- незнакомая женщина открывает передо мною дверь? Но я же не сексист, в конце концов.
- на вокзале в маленьком городке после недельного похода спортивный парень на 10 лет младше меня видит, что меня уже шатает от недосыпа и 50 кг рюкзака, и предлагает помощь? Спасибо, братан - я просто подустал. Возможно, мы даже найдем общие темы для разговора: если не рыбалка (не мое это, но могу послушать, коли человек искренне увлечен), так хоть про грибные дела потрем.
- энергичный и бодрый литовец, только что отжигавший на дискотеке, предлагает угостить в баре, попутно толкая тему "слушай, ну вот ты - нормальный чел, а кругом какие-то... как думаешь, вон с тем столиком - удастся перемахнуться, пока не вызовут охрану?" [история реальная, но чуть видоизмененная] - честно скажу, что точно знаю: до РОВД ровно 300 метров, давай лучше - раз ты угостил меня - теперь я угощу тебя? А ты тут какими судьбами? Чем занимаешься, какой бизнес? О, слушай, это ж тема: давай лучше не бузи - пока: у меня как раз камрад интересовался недавно совсем за эту тему, ща его наберу... тебя как звать-то? Саулюс? А я - Лёха. Сек...
- группа выпивших старшекурсников, которые навязчиво познакомились со мной в баре, зовут ехать продолжать с ними на хате? "Мужики, нельзя мне много: печень и так ни к черту... возраст, увы: это я выгляжу хорошо, а на поверку - уже считай сорокет"
- поехал автостопом, хмурый крупный водитель поменял по пути маршрут? Обсудим, как водитель с водителем. Если какой-то стрем - его положение чуть хуже: оба в машине, симметричной относительно продольной оси - только, во-первых, ему еще нужно вести машину, а во-вторых - с пассажирского сидения правше (а нас все-таки большинство) куда удобнее причинять, чем с водительского. Ну, а с заднего - даже хрупкая девочка может сделать очень много, в отличие от водителя.
- малознакомые численно превосходящие парни ведут/везут темной улицей? До определенного градуса подпития я просто не пойду этим путем, а после него... думать нужно было.
- не особо приятный знакомый с топотом нагоняет меня, заметив поздним вечером на пустынной улочке, чтобы - возможно - поздороваться? Свалить не вариант, увы, но я-то его неплохо - увы - знаю: он не опасен, хотя и зануден в край. А, он еще и выпимши? Неприятно вдвойне - ну, хрен с ним, придется развести его на пару-тройку пива: он уже и так принял - авось да срубит его раньше меня, а нет - я все равно буду достаточно трезвее его, чтобы от него избавиться.

... мораль? Нет, не "слава яйцам". Мне бы не хотелось, чтобы моя женщина оказалась в половине из описанных ситуаций. Просто не нужно попадать в эту половину - и не нужно бояться второй половины: психолог и тренер по крав-мага - надежно избавляют от такого рода страхов. Прошу прощения у женщин, ставших жертвами насилия - но и вам я повторю те же слова: психолог, рукопашный бой и, кстати, бег: лучшая из техник самообороны.

36.

"Лапы и хвост - вот мои документы !" (Э.Успенский)
Одна из галерей на стрельбище, где я работаю, расположена вдоль речки. Пару дней назад туда приехала полиция пострелять и обнаружила на другом берегу большого белого бультерьера. Полицейские бесстрашно форсировали речку и собаку с того берега достали. Псина, видимо, свалилась с обрыва и оказалась "заперта" на узком каменистом пляжике без выходов. Привели находку ко мне: нам, мол, чужого не надо.
Я аж кипятком плюнул. Мало мне тех двух морд, что на территории живут! Стоит с цепи спустить - то клиента покусают, то курицу у соседей стащат, то кролика придушат. Тоже подаренные, кстати...
Позвонил шефу, изложил. Он согласился, что третья собака ни к чему, велел привязать под навесом, покормить, сфотографировать, а портрет опубликовать в Фейсбуке с просьбой о перепосте. Завтра, грит, свезу в приют, если никто не заявится; телефон только офисный в объявлении поставь, чтоб спать не мешали... Ладно, я сделал.
Утром только открыл лавочку - сразу звонок: вы где находитесь? еду за собакой! Давай, говорю, ждём.
Минут через 20 опять звонок: вы где находитесь? еду за собакой! - но голос другой. Э-э, говорю, давай разбираться, ты уже второй претендент. Он в крик: тот не хозяин, я хозяин! Обоих дождусь, отвечаю, и вдвоём делите; на всякий случай как тебя зовут? а собаку? в какой машине приедешь? пароли, явки...
Первым прихал Номер Первый, в авто без описания, стал совать мне деньги мелкими купюрами. Крупные я б, может, и взял, а так - нет: проходи, приглашаю, покури, щас второй хозяин подъедет. Как тебя зовут, кстати? а собаку?
Хотелось бы в этот момент драматичного появления Номера Второго для скандала и мордобоя, но реальность скучна. Первый не стал задерживаться.
Второй приехал только через час, бультерьер при виде него брякнулся на спину и задрыгал лапами - признал.
А вознаграждение? - спросил потом шеф. Не дали, - ответил я. Балбес! - припечатал шеф. Джентльмены не просят! - огрызнулся я. Шеф пожал плечами: - Тож верно...

37.

Уголь

Прапорщик из политзанятий знал,
что у него есть право на труд,
но в силу природной скромности
- он очень редко им пользовался.

По окончании техникума, служил я в стройбате связи. Большую часть времени моя служба была похожа на обычную рабочую командировку. Группа в которой я работал (служил) десять человек, в основном ребята после техникумов и ПТУ), занималась монтажом телефонных станций, жили в общежитии, питались в столовой на предприятии. Даже форма висела в шкафах, а ходили в комбинезонах и рабочих ботинках.

Случай, о котором я хочу рассказать произошел в первых числах декабря 1981 года, в последнюю неделю службы, когда нашу группу уже сняли с объекта, мы ждали со дня на день дембеля и отправки домой. Естественно утром никто не прыгал с кроватей при команде «подъём», службу никакую не несли, даже в солдатскую столовую не ходили, предпочитали питаться в буфете (чипке). Взводный и ротный смотрели на это сквозь пальцы, чего уж там, ребята практически гражданские, не пьянствуют, безобразия не нарушают.
Всё бы хорошо, но на нашу голову в роту прибыл новый прапорщик. А морда сего «куска» была весьма знакома. В начале службы он был приписан к нашей группе и был он тогда обыкновенным рядовым солдатом нашего призыва. Но как-то у него с нами не сложилось по причине криворукости помноженной на рукожопость. Как он стал прапорщиком – так и осталось для меня загадкой, но возомнил себя сей «кусок» крутым «охвицером», мол я вам устрою службу напоследок, вы у меня, как молодые летать будете. Естественно был послан до «матери, с которой поступили не очень хорошо». Прапорщик слегка перепутал адрес и вместо того, чтобы пойти туда, куда его послали, пошел к замполиту. Замполит – старлей, нормальный мужик, вник в ситуацию, собрал нашу группу в канцелярии, выяснил подробности и сказал:

- Ребята, вам осталось дня три, четыре, постарайтесь продержаться без конфликтов. Прапорщик – молодой, я с ним поговорю, но и вы тоже при всех его не посылайте. А сейчас так, возьмите ломы, лопаты и тачку. Там за воротами куча застывшего асфальта, вы эту кучу ликвидируйте. Будем считать, что я вас наказал, а заодно разомнетесь немного. Всё, свободны.

Мы вышли, оделись и пошли выполнять задание. Выходя из казармы отметил, что наш «кусок» побежал в канцелярию получать свою порцию.

Вышли за ворота, расчистили снег, начали потихоньку откалывать куски асфальта. Наковыряли почти полную тачку, обсуждаем куда бы отвезти и высыпать, как вдруг появляется «лицо среднеазиатской национальности». Некоторое время смотрит на нас, потом подходит:
- Э, продай уголь!
- Чего?
- Уголь продай.
- А где я тебе возьму уголь?
- Вот уголь, - показывает на тачку и кучу развороченного асфальта.
- Уважаемый, это не уголь.
- Э, зачем обманываешь? Жалко, да? Я тебе заплачу.
- Но это не уголь! Ты что, никогда угля не видел?
- Э, зачем такой злой, зачем продать не хочешь?

Вот нудный попался, ну как ему объяснить, что это не уголь. А тут ещё прапорщик подходит, надо же ему насладиться победой, как он дембелей припахал.

- В чём дело?
Включаю дурака, серьёзная морда лица, вытягиваюсь по стойке «смирно»,
- Товарищ прапорщик, вот мужик хочет купить это, а как я ему продам, это же военное имущество, вы сами ему объясните.
Не зря говорят: жадность – второе имя прапорщика. Возжелал халявных денег «кусок».
- А сколько он заплатит.
- Не знаю, сейчас спрошу.
Подхожу к азиату.
- Прапорщик разрешил, спрашивает, сколько заплатишь.
- Э, десять рублей за всю кучу.
- Хорошо, но ты сам её разобьёшь.
- Да, конечно, я всё сам.
Достает кошелёк, протягивает десятку.
- Нет, деньги прапорщику, он старший.

Прапорщик хватает деньги и быстро сваливает. Мужичок просит посторожить, чтобы никто не украл уже его «уголь» и резво убегает. Приезжает на грузовике, за полчаса киркой разбивает кучу, мы быстренько закинули весь асфальт в кузов и покупатель резво уезжает.

Проходит пару дней. Пришли наши документы и ранним утром шестого декабря 1981 года, мы переоделись в парадную форму, собрали свои нехитрые пожитки, попрощались с товарищами получили проездные документы и двинулись на выход. Но что это? Навстречу бежит наш покупатель, неужели захотел проводить?
- Э, давай деньги назад. Уголь плохой, кинул – печка тухнет.
- Уважаемый, я тебе говорил, что это не уголь?
- Э, говориль.
- Ты мне деньги платил?
- Я прапорщик платиль.
- Ну вот и иди к прапорщику, вон видишь, он на крыльце стоит.
С этими словами мы покинули часть, быстро погрузились в автобус, который нас отвез к электричке, оттуда в Москву и там уже разошлись наши пути.

А что прапорщик, спросите вы. Я не поленился позвонить из Харькова в часть. Говорят, прапорщика имели долго и больно, и деньги он вернул.

Тяжело жить, когда родился безмозглым, да ещё с руками под хер заточенными.

38.

Стою я как-то в "Шереметьево", встречаю жену из Италии. Самолёт задерживается, судя по объявлениям диктора, уже часа на три. Я тихо зверею... Рядом со мной тоже звереет мужичок интеллигентного вида: очёчки в тонкой оправе, шляпа, кейсик. Подходит он ко мне, весь жмётся и просит посторожить его кейс буквально на пару минут, пока он в туалет сбегает.
Я человек по натуре незлобный - согласился. И вот стою. Полчаса, час, полтора... Я уже не озверевший - я бешеный! Наконец подхожу к сержанту транспортной полиции и обрисовываю сложившуюся ситуацию с кейсиком. Он вежливо просит меня пройти с ним в опорный пункт.
Приходим, начинается оформление протокола изъятия кейса: всё, как положено: мои паспортные данные, описание ситуации. Наконец дело дошло до составления описи содержимого кейса. Открывают... Мама моя дорогая! Да чтоб я на этом месте сдох! Кейс плотно набит евро в банковских упаковках!
Я чуть бороду свою единым глотком не сожрал от понимания того, что я себе не прикарманил!
Чувствую себя последним лохом, даже сил ругаться на себя никаких нету!
Гляжу, а люди в форме так тихонько скомкали протокольчик и суетливо поглядывают на кейс...
Тут их как током ударило, кинулись они к нему и давай себе пачки эти засовывать во все карманы, а я, как дурак стою, слюну глотаю.
Но сержант сжалился надо мной и говорит:
- Чего стоишь, кормилец ты наш? Себе набирай - мы же тут не звери какие!
Кинулся я к кейсу, забыв, как меня зовут, и тоже начал судорожно набирать себе бабки. Набираю, набираю, набираю, набираю...
Просыпаюсь - всё одеяло в трусы заправлено.

40.

Сижу я на кухонном столе вся такая разомлевшая, счастливая, размышляю, как классно, что муж иногда уезжает на пару дней и я могу предаться не одобряемым им извращениям, ни в чём себе не отказывая... И тут поворачивается в замке тихонько ключ и на сутки раньше появляется на пороге муж с цветами: «Любимая, я так соскучился, мы можем, наконец, провести целый выходной только вдвоём!» И навстречу такая я выхожу из кухни, в одной руке - надкусанная половинка луковицы, в другой - горбушка хлеба, густо натёртая чесноком с солью: «Хрумс-хрумс-угумс, я тоже рада тебя видеть, дорогой. Букет давай сюда. Меня разрешаю не целовать.»

41.

Эта история про телефон. Не-не, не мобилу и даже не айфон, обычный дисковый или кнопочный телефон.
Моя карьера снабженца начиналась неплохо. Я даже завел себе небольшую записную книжку, куда записывал задание на день. Выглядело это примерно так:
1.Цех домостроения — подшипник один
2.Цех лесопиления — полотна пил, десять.
3.Директор — спирт, немеряно.
4.Иринка завсклад — любовь. Слово секс тогда еще было непринято, поэтому я и писал «любовь», написав прикрывал глаза, ух хороша была чертовка, жмурился с сладостной неге очередной встречи, потом встряхивая головой отгоняя грезы и дописывал еще пару раз любовь, любовь, а в конце ставил многоточие.
5.Телефон — сколько можно.
Менялись только первые пункты, 3,4 и 5 были неизменны. Самое трудное было с телефоном, спирту у вояк было немерено, Иринка никогда не противилась, а то и сама настаивала, а вот с телефоном ну просто беда. Все лишь потому, что наш директор Ким Дмитриевич, лакнув с утра привезенного мной спирта, на звонки с просьбой лишней соточки кубов пиломатериала или оконных рам по спецзаказу, отвечал примерно так:
-Алле. Да... Что!!! Да вы там охренели что ли, у меня план, дома на Магадан, у меня объединение и министерство каждый день на проводе висят. План государственной важности... - при этих словах он начинал долбить телефонной трубкой об стол — план! План!!! - странно, но мне кажется на том конце провода думали, что мы работаем здесь не покладая рук, может даже в четыре, а то и пять смен на дню. Поговаривают, что хотели даже вручать переходящее красное знамя по Дальлесстрою. На этом же конце, первой не выдерживала трубка от телефона, разлетаясь на мелкие кусочки. Я их и клеил и изолентой сматывал, менял во всех кабинетах, в тресте на складе выписывал все, просто все и собирал по другим организациям. Их все равно не хватало. Единственная радость была в этом моменте, что я с вечера звонил Иринке и говорил, чтобы принесла директору новый телефон, ну и ко мне попутно в кабинет заглянула...
Как я попал к шахтерам, уже и не помню, но видимо что-то надо было из первых двух граф, зашел на их склад и охренел! Это было просто чудо. Целый стеллаж был завален телефонами, правда не венгерскими и даже не чешскими, а обычными шахтными советскими. Водопыленепроницаемые, да походу и пуленепробиваемые, это было то, что мне надо, я понял это сразу. И хрен с ним, что весил такой телефон килограмм тридцать без проводов, до машины я его по-любому дотащил.
Вечером я вызвал телефониста по совместительству электрика и пока директора не было, присобачил этот телефон к тумбочки стола, уйдя домой со спокойной совестью. Не успел я утром объявится на работе, на столе забренчал телефон. Я снял трубку.
-Давай ко мне! - после какого-то бульканья, скрежета, услышал я голос из преисподней.
-Ага! - сказал я, поняв, что это никто другой как директор, но главное телефон то ведь работает.
-Что это за ху..., что за вещь? - не успев открыть двери его кабинета, услышал я. - на кой хрен ты ее сюда припер? - отряхивая изо рта пыль от трубки, поинтересовался он.
-Понимаете, Ким Дмитриевич, на меня косо смотрят в тресте. За мной охотится ОБХСС, думая, что я где-то торгую этими телефонами направо и налево. В бухгалтерии, плановом и производственном трубки берут по трое, потому что в другом случае они рассыпаются. Это последний шанс и у меня и всех производителей телефонов.
-А, ну да! - кивнул он головой, - спирт есть?
-Телефон протереть что ли? Сейчас принесу. - пока я ходил за спиртом на склад и как всегда задержался у Иринки, произошла катастрофа. Когда я со спиртом открыл опять дверь директорского кабинета я увидел это воочию. Не, Ким Дмитриевич молча и тупо разглядывал телефонную трубку, а все что было на столе, включая стекло, полироль стола, всякие там наборчики с принадлежностями, все было разнесено подчистую, в пух и прах.
-Ты представляешь, позвонили, просили проекты выслать... - произнес директор не сводя глаз с трубки. Я поставил спирт и хлопнул дверью.
-Алле, это трест? - звонил я уже со своего кабинета, - узнали? Ну вот и хорошо. У вас там мебель кабинетная на складе есть? Отлично! Мне надо десять директорских столов, зарезервируйте там на меня. Да, десять! Столько нету? Ну тогда пятьдесят телефонных аппаратов...

42.

История рассказана одним из участников уже достаточно давно, но нигде больше не слышал и ничего подобного не читал - решил поделиться.

В одном сибирском городе жили-были два друга... Нет, не так. Два ДРУГА! Вместе чуть ли не с ясельной группы, дальше школа, институт, даже в армии служили в одном взводе. Уже и жены, и дети (почти ровесники) подключились, и кумовья они стали перекрестные, еще живут в соседних домах... Так и шли по жизни вместе, деля праздники и радости, горести и трудности, но случилась однажды ситуация, чуть не подложившая их дружбе большой и толстый...

Купил однажды один из них (назовем Женей) новую летнюю резину известного, популярного и дорогого бренда и записался ко времени на шиномонтаж, а пока приехал домой, поставив машину у соседнего многоэтажного дома, ввиду отсутствия мест возле своего. Колеса все не вошли в багажник, поэтому одно оставил в салоне. На его беду, углядели это нехорошие люди и когда через несколько часов он собрался ехать в шиномонтаж, то обнаружил разбитое боковое стекло и полное отсутствие новенькой резины, даже багажник не побоялись и не поленились открыть.
Вызвал (тогда еще) милицию. Но как обычно, никто ничего не видел и не слышал, несмотря на белый день. И следователь еще "успокоил", что даже если они найдут кого из местных наркоманов или бичей, то резину те уже, скорее всего, продали, а деньги пропили (скурили, вынюхали, скололи)... Короче - справедливость может быть и восторжествует, но без какой-либо материальной компенсации.

Через пару часов, когда всё закончилось, в полном расстройстве позвонил Женя другу. Но тот трубу не берет. На третий раз подняла жена, что мол Вова мобилу дома забыл, а сам в гараже. Ну и Женя туда поехал, благо недалеко и его гараж там же.

И видит чудную картину: возле своего гаража довольный и веселый Вовчик, задорно и громко подпевая разухабистой песенке из динамиков, выгружает из багажника свои зимние колеса. А Вовкина машина (можно даже не говорить, что такая же) стоит уже переобутая в ЕГО, Женину, новую резину. Точно его, вон и фирменные пакеты из известного магазина, и надпись запомнившаяся, мелом на бочине одного, и даже подарок, в рамках акции, от магазина на одном из сидений валяется. Какая-то замшевая тряпочка в красивой упаковке, которую он сам лично в одно из колес сунул...
И взяла его тут такая обида, наложившаяся на горькое разочарование от кражи и общения с милицией, что кровь ударила ему в голову и он заорал дурниной многоэтажными, зло подступая, к ничего не понимающему Владимиру...
Краткое содержание и смысл его спича, при всей многословности и замысловатости, свелся к одному: А не охренел ли ты дружок?
- Это моя резина, я сегодня купил... А у меня ее из машины возле дома дюзнули! Вон стекло разбитое... - наконец Женя, что-то внятно смог пояснить.
Смутившийся и потерявшийся Владимир, начал многословно, словно оправдываясь, скороговоркой рассказывать. Как подошли к нему два помятых типчика, когда он к своему подъезду подъехал, и предложили новую резину за треть от реальной стоимости. А он никак деньги не мог на новую, хорошую насобирать, и думал уже еще сезон на старой лысоватой поездить, не ставить же чего попало, типа "ОмскШина", ну ты же знаешь... Как он еще цену немного сторговал. Как наудачу сразу поехал в шиномонтаж, а там как раз "окно" образовалось, кто-то по записи не приехал. Вот повезло то сегодня, думаю...
- Это я не приехал, придурок ты этакий... - еще сильнее огорчился Евгений, уже успокоившийся, но так же душевно страдающий.
- Ну я же не знал...
Замолчали. Пауза затягивалась, только из открытых дверей машины, лилась громко детская песенка: "Если с другом вышел в путь - веселей дорога..." Надо сказать, что Вовка очень обожал такие песни из своего детства и даже специально диски прикупал. И тут прямо в тему.

А было о чем подумать, ситуация складывалась весьма неприятная. Ни один из них ни капли не сомневался, что всё рассказанное товарищем - правда. Но что делать то?
Вариантов то действительно была масса. Каждый прокручивал их в голове, но молчал, боясь первому начать и как-то обидеть товарища, ну и себя тоже.
Просто Жене подарить Вовану эту резину? Но тут и дружбе похоже может конец прийти, недосказанность виноватая останется у одного и жаба будет душить другого. Или наоборот, Вове отдать обратно Жеке? Тоже как-то... - "те же яйца, только в профиль"... Отдать, но попросить деньги, которые заплатил гопникам? Совсем "фу-у". Или Владимиру взять и купить Евгению такую же? Так денег свободных сейчас нет, от слова совсем. Занять у него и купить в долг? Вообще, чересчур мазохистки-хитровыебанно... Да и Жека на такое не пойдет, прекрасно зная про финансовую яму у друга. Какой вариант же друг другу предложить?

В воздухе прямо физически-ощущаемое висело, всё усиливающееся, молчаливое напряжение. Наконец, Вовка:
- Да уж... Без бутылки не разберемся... - и решительно двинулся в сторону гаражного погреба - налить в кувшин с носиком из большого бутыля аутентичного самогону и прихватить банку соленых огурцов.

Выпили по полстакана, похрустели огурцом, еще немного помолчали. Отпустило... Первым начал Женька:
- Ты уж извини братан, что я на тебя всех собак спустил. Очень уж неожиданно получилось... После такой нервотрепки.
- Да ладно тебе... А уж я то как охренел... То ли бежать, то ли в морду совать... - оба заулыбались.
Налили, выпили... (дальше писать это не буду и так понятно). Еще раз поделились своими историями, уже с подробностями.
- Ну и чего ты думаешь? Забирай, наверное, ты эту резину, а то мне как-то не по себе... - это Вовка.
- Ага, щас... Как я тебе в глаза то смотреть буду? Давай я тебе ее подарю... - Женька сказал, а теперь Вовка завозмущался от такого Женькиного предложения.
Долго спорили и пили, но вроде решили, что впополаме купят Жеке новый комплект, но тут до Вовки дошло, что друг то полторы цены заплатит, а он примерно только 4/5. Снова и надолго заспорили. Жека наотрез отказывался. Наконец договорились, что надо высчитать, так, чтобы ровно 50/50 общие расходы получились, с учетом того, что надо купить резину на Женькину машину и учесть, что Вовка отдал наркошам, а Женька уже раз отдал полную стоимость одного комплекта. Вроде, задачка для третьего класса, но чего-то оба затупили.
Расчет давался тяжело, Вовке еще раз пришлось нырять в погреб...))

Глубоко поздно вечером, потерявшие их жены, созвонившись, отправились вдвоем в гараж (у Женьки телефон сел, а он и не заметил). И что они видят? Картина маслом: Распахнутые ворота, ярко освещенная внутренность гаража, перед ним две одинаковые машины, на всю округу гремит бессмертная Чунга-Чанга, а внутри два пьяных мужика орут и в четыре руки пытаются, на изрисованном каракулями с двух сторон листке, чего-то писать. Вернее, две руки заняты стаканами, в одной руке вилка с наколотым огурцом, который они кусают с двух сторон и лишь в одной замызганный карандаш. Рука с огурцом по непредсказуемой траектории периодически меняется на руку с карандашом.
Наконец, одна из переплетенных рук, поставила жирную точку, проткнув лист и сломав грифель, а мужики радостно завопили и полезли обниматься, не выпуская, впрочем стаканов из рук.
- Вы еще в засос поцелуйтесь... Чего вдруг неожиданная пьянка организовалась? - выключив музыку, жены зашли в гараж.
- О, Светик... Маша... А мы уже домой собирались... Правда-правда.
- Стакан поставь, правдивый ты мой...
- Обожжжди... Джончик, давай за дружбу. Которая сильнее всех... Несмотря ни на что... Через тернии к звездам... По долинам и по взгорьям...
- Вы тут не упадите оба, хорош уже...
- Давай девчонкам нашим любимым тоже нальем. И увыпъем за нас с вами и за хуй с ними... - Вовчик махнул рукой с вилкой в сторону ворот, покусанная с двух сторон, половинка огурца улетела в темноту.
- Опа как... - Вова недоуменно уставился на пустую вилку, а Женька заржал идиотским, пьяным смехом.

- Чего нажрались то среди недели?
- Так повод то какой!
- Какой? - женщины хором. Жека, получив сильный тычок локтем от Вовки и чуть не упав, понял, что сболтнул лишнее. Женам они ничего рассказывать не планировали.
- Ну так весна, девоньки... Смотрите как расцветает всё красиво... - нашелся Вовка.
- Опять весна на белом свете... - запел фальшиво, но громко Женька, Вовка сразу подхватил, четко попав в мелодию:
- Бери пузырь - пошли домой... (в оригинале "шинель").

В итоге Евгений купил и поставил себе такой же комплект. Владимир всё обещал отдать свою долю, но то одно, то другое, вот теперь ремонт в квартире затеялся, будь он неладен... И Женька не напоминал, про себя решив, что не возьмет он эти деньги, чувствовал себя словно как-то обманул друга, ведь ему, согласно расчета, требовалось доплатить только около 1/6 полной стоимости четырех колес. А по большому счету не виноват Вовка, продали бы гопники кому-то еще, и точно также пришлось бы ему снова резину покупать за полную цену. А тут лучший друг...
Ну, а вы, как думаете поступить им следовало?

P.S. И да, чуть не забыл про мораль: А вот не надо ничего покупать с рук у опустившихся личностей. Счастья это не принесет, или сломается-испортится, или также украдут, или еще как-то потеряете. Проверено. И закономерность, как с нищими и попрошайками, чем больше и чаще им подают, тем больше их становится, и тем они наглее...

43.

Давненько не брал я в руки шашек. Вижу на сайте стали популярны мимозы, посему зашлю-ка я свою, из далёкого детства.

"Ответственность"

Эпиграф: "Правильно поставленная задача - уже половина решения."

Вспоминая прошлое, вынужден признать, что лет в 5-6 я был весьма противным шкетом Гадство же моё выражалось в том, что я абсолютно не признавал прогулки под присмотром взрослых. Если дома я был само послушание, то при выходе на улицу в меня вселялся бес. Душа требовала независимости, и ноги сами забредали чёрт-те знает куда, подальше от бдительного ока. А так как пацанчиком я был шустрым, догнать меня было непросто.

Конечно, большую часть времени я, как и все, ходил в садик, но всех проблем это не решало, ведь на лето он закрыт. Отец и мать работали много, времени на выгуливание меня у них было маловато, разве что по выходным, и то не всегда. Но дитю "надо дышать свежим воздухом", говорила мама. Как-то пару раз пробовали приставить ко мне бабушку (по отцу), но я умудрился от неё удрать и влезть в осиное гнездо в парке около нашего дома. После того как я в виде шарика предстал перед бабушкиными глазами и позже был предъявлен родителям, она категорически отказывалась брать меня на улицу. Дома посидеть - пожалуйста, а на улицу - увольте. В итоге, в качестве надсмотрщиков мне были выданы дед (по матери) и старшая сестра (она старше примерно на 4,5 года.

С сестрой справиться было просто. Как заправский разведчик, я выжидал момент, когда она, увлечённая игрой в классики или прыжками через резиночку с подружками, теряла бдительность, и банально сбегал. Далее я направлялся по своим делам и потом, злорадно усмехаясь, смотрел из надёжного укрытия, как она в слезах бегала по двору в поисках меня. Раз, я, мелкий падонак, тихонько вернулся домой и доложил маме "Она со мной совсем не играет." После, через десяток минут, в истерике прибежала моя сестра с плачем "Братика потеряла. Исчез." и горько зарыдала. Мать, естественно, её профилактически ругала, и, пожалуй, впервые на моей памяти я испытал некую жалость к сестричке.

С дедом было посложнее. Обставить бывалого фронтовика мне по малолетству было непросто. Плюс дед был на руку скор и на расправу крут. Не помню ни разу, чтобы кто-либо другой из домашних хоть раз меня тронул пальцем. Бесхребетная интеллигенция предпочитала воздействовать на меня нотациями и взывала к совести. Дед же, в смысле воспитания, был куда ближе к народу и из всех методов предпочитал самый кратчайший, надёжный, проверенный на собственном опыте. За самоуправство и бунт хорошенько давал по заднице. "Скажи спасибо и носи на здоровье." И даже под его присмотром приключений было у меня множество. Стоило ему на секунду отвернуться - то я с качелей спрыгну и разобью нос, то полезу на забор и коленки расцарапаю, то с велика в какую-то канаву свалюсь.

Я умудрялся вляпаться в неприятность в абсолютно любом месте. Вот, например, на даче. Мама готовит, сестра поставлена пропалывать грядки, отец в городе на работе, дед что-то строит или чинит. Мне выдан совок, большая куча песка, и ведро с водой. Казалось бы, живи и радуйся, только за забор не выходи. Но нет, я, поводив жалом, нашёл яму, которую только что выкопали для компоста. Ну как в неё не залезть? Через пару минут приходит понимание, что вылезти из неё я сам не могу, уж очень глубока.

Выхода нет, кричу "деда!!!" Прибегает он, взбешённый из за того, что я его оторвал от дел, вытаскивает меня из ямы, даёт по жопе, и отводит обратно к импровизированной песочнице.
- Давай, замок строй.

Через пять, много десять, минут история повторяется. Теперь он меня берёт с собой, даёт важное задание - подавать инструмент. Только он отвернулся прибить доску, я уже в снова в яме и "анкор, ещё, анкор." Как мне помнится, в тот день я прыгал в яму с дюжину раз, и, соответственно, к вечеру сидеть было не очень удобно. Думаете это меня отучило? Как бы не так.

Приехали к нам дядя, тётя, и кузина. Родители сплавили меня с сестрой под их ответственность, как дополнительную охрану приставили к нам деда, а сами с облегчением уехали в отпуск на недельку. Веселой компанией поехали на речку. Точнее, почти весёлой, ибо мне купаться было запрещено. То ли я кашлял, то ли чихал, а может просто в наказание за какую-то провинность, даже не помню сейчас. Но приказ был однозначный, сиди на берегу, наслаждайся видом на воду. И щас, только разгон возьму.

Первым делом я тайком подошёл вплотную к берегу и умудрился промочить ноги, правда этого никто не заметил. После нарочито прогулялся по вдоль пляжа, дескать "вот он я, никуда не делся." Надзор ослаб, и вот я уже забрался на мост. Недалеко росли камыши, естественно, я за ними потянулся, как же не сорвать такую красоту?

Дальше было прозаично, ветерок подул, камыш отклонился, я за ним, и полетел с моста. Плавать я не умел, так что мне просто повезло, речушка была мелкая, чуть поболе метра. Впрочем, я и сам был метр с кепкой. Каким образом я умудрился стать на ноги и не захлебнуться под мостом, до сих пор не понимаю. Более того, не понимаю как дед обнаружил точно, где я нахожусь, ибо меня не был видно. Наверное, опыт не пропьёшь, сапёрская чуйка не подвела. Кожей ощутив неладное, дед молнией метнулся в правильное место и выдернул меня из воды как редиску из грядки.

За много лет, в драках, да и на соревнованиях и тренировках по карате, я регулярно получал люлей. Чаще, конечно, выдавал, но и получать свою долю приходилось. И скажу так, такой трёпки я более не получал никогда. Наверное дед вспомнил своё детство, и как мой прадед, суровый кузнец, его за шкодство лечил ремнём и даже кочергой. На удивление всем, я даже не заплакал. Более того, я был доволен, ибо получил взбучку лишь за падение с моста, а то, что я к тому времени уже успел промочить ноги, никто и не заметил.

Вопрос с активным неслухом требовалось решать, но как? Ни длительные мамины лекции, ни постановка в угол, ни суровая дедовская длань не являлись действенным лекарством. Вариант держать меня в стенах квартиры, хоть и рассматривался, но был отвергнут. Нужно было нестандартное решение, и нашел его мой отец. Усадив меня вечером на диван, он сказал:
- Сынок, ты уже большой. Осенью в первый класс пойдёшь. Отныне за тобой смотреть никто не будет. Дедушка уже старенький, а сестра - девочка. Их каждый обидеть может. Теперь ты за главного, отвечаешь за них. Смотри, чтобы они не потерялись и вели себя хорошо.

Я был очень горд новым заданием, и речью проникся. Случай проявить себя представился весьма скоро. Дед, сестра, и я отправились в парк аттракционов. Он только открылся и, естественно, был полон народа. Не так уж много и было подобных развлечений в начале 80-х.

Глаза разбегались. Ах, какие там были карусели! А машинки! А колесо обозрения! Даже почему-то стоял всамделишный самолёт. Везде были какие-то стенды с красивыми плакатами. Помню ещё длиннющую очередь к бочкам с надписями "ПИВО" и "КВАС". Но главное - это, конечно, лотки с мороженым, которого не было вкусней. Пломбир в вафельных стаканчиках. Мороженное сливочное, кофейное, и с шоколадной корочкой на палочке. А, чуть не забыл, самое желанное, с лимонной корочкой. Небывалый шик, помнится, за целых 30 копеек.

Если и был рай на земле, то он несомненно был именно там, где-то между лотками, каруселями, надувными шариками и огромными деревянными фигурами в виде зайцев, медведей, и сказочных персонажей. Я был увлечён, поражён, восхищён. И вот я повернулся, чтобы поделиться своим восторгом и в ужасе увидел, что позади меня нету ни сестры, ни деда. Вот секунду назад они были, где же они?

Первым делом вспомнился наказ мамы "если что случилось, стой и жди на одном месте." Я честно стоял. Долго. Может целых секунд 30. Но ни дед, ни сестра так и не появились. Что же делать, не проводить же мне тут весь день? Даже праздник жизни как-то померк.

Решение пришло в голову само. "До дома далеко, пожалуй не дойдёшь, ведь сюда мы ехали на автобусе. И денег на билетик у меня нет. Но дом бабушки и дедушки (что по отцу) совсем близко. Направлюсь-ка я туда." Адреса я не знал, но маршрут представлял абсолютно чётко: вдоль основной дороги до перекрёстка, перейти улицу, там остановка. Дальше справа будет баня, за ней поворот. Свернуть, чуток пройти, потом налево, далее через два проходных двора и третий будет их. Второй подъезд, если считать справа, пятый этаж.

Ещё раз я окинул взглядом уже ставший неинтересным парк аттракционов и, не увидев знакомых лиц, направился по заданному направлению. Я бодро прошёл почти до остановки, как вдруг меня озарила мысль. "Папа же мне сказал следить за дедушкой и сестрой. Я большой, знаю куда идти, значит я не потерялся. Но их то нет, значит они потерялись. А кто их найдёт? Я, получается, бросил их в беде. Как они же доберутся домой?" В голове зазвучали снова слова папы "дедушка - старенький, сестричка - девочка, их каждый обидеть может."

Вот тут я и заплакал. От жалости к ним, потеряшкам, и от негодовании на себя "как же я мог бросить беззащитных". Со всех ног я понёсся назад к аттракционам. Запыхавшись, влез в толпу. Лотки с мороженым, очередь за пивом, очередь на колесо обозрения, самолёт, фигуры животных. Нигде нету дедушки в синей рубашке и девочки с большим белым бантом. Меня охватила паника: "Неужели они пропали? Что я скажу папе? Что я скажу бабушке? Что я натворил..."

И вдруг я увидел их, стоящих у дороги. Никогда не видел деда таким напуганным. Он растерянно смотрел на дорогу по которой проносились машины и рукой массировал сердце. Сестра же стояла вся зарёванная и бантик почти сполз с косички. "Однозначно потерялись, бедняжки," - кольнуло внутри. Я взял себя в руки, вытер слёзы, и тихонько подошёл сзади. "Ну, вот вы где. Куда делись? Разве вам мама не говорила, если потерялись - стойте где стояли. А то я бегаю по всему парку ищу вас. На минутку отвернуться нельзя." начал ругать я их.

Никогда не видел, чтобы так быстро менялось выражение лиц. Оба пытались что-то сказать, но не могли. "А ну дали мне руки. Немедленно домой. Вот вернёмся, задам вам взбучку." взрослым тоном приказал я.

Вечером доложился отцу:
- Деда с сестрой вели себя плохо, только я отвернулся, они сразу убежали. Никуда брать с собой нельзя. Еле-еле их нашёл и домой привёл. Как наказать деда, ты сам решай, а сестру я бы сладкого на неделю лишил. - порекомендовал я.

Странное дело, но после этого случая дед больше ни разу меня не наказывал. Я больше и не убегал никуда, ни от него, ни от сестры. Да и как же их одних оставить, несмышлёнышей? За ними глаз да глаз нужен, на мне же "ответственность."

44.

Слушай, вот скажи мне, почему вы, разработчики, никогда не можете адекватно оценить время, необходимое для реализации проекта?
Это очень просто. Вот смотри. Тебе надо разгрузить машину. За сколько управишься?
Где-то за час.
Это - Камаз.
Четыре часа.
Загруженный песком.
Ну-у... часов двенадцать.
Инструментов нет, только руки и ноги.
Ну, пару суток.
На дворе - минус сорок.
Четверо суток.
Камаз вообще находится под водой.
Блин, что ты мелешь? Ты же постоянно новые условия вводишь! Надо говорить сразу все и конкретно! И вообще, чем всякую хрень тут нести, давай-ка, быстренько оцени этот проект.

45.

Поехали мы в Сочи культурно отдыхать . Я баба моя бабы брат с женой. В москве сели в поезд и вот после часов 3х езды кончилось у нас то без чего культурно не отдохнёшь. Я и пошел к проводнице клинья подбивать по поводу горючего. Коптёрка у проводницы узкая навалено всяких матрасов каких то узлов с тряпками . я ЗАШЕЛ ОБЪЯСНИЛ ЕЁ ЧЕГО ХОЧУ . Она говорит ладно дам парочку но не больше. Проводница баба здоровая но молодая . И чтобы достать пару пузырей ей пришлось залезть на край шконки И вот она равновесие потеряла я вижу упадёт баба решил её поддержать.
Но вот неудержал и она свалилась на меня и мы оба завалились на тюки с барахлом. Я снизу а она сверху. И в это время открывается дверь и заскакивает моя жена. И давай эту толстуху колышматить вой крик поднялся. Я втихаря вышмыгнул и в купе. Шурья спрашивают что это там за шум. Не знаю
- а водки взял
-небыло у неё
Ну думаю сейчас моя стерва явится и меня в окошко выкинет . А она что то не является долго. Я решил проверить что там. Вышел подхожу к двери тихо . Ухо приложил базар слышу а потом смех.
Я дверь приоткрыл смотрю сидят две курицы и водку пьют.
Меня увидели и в смех
Ну думаю пронесло
Доехали мы хорошо
Хоть и время такое было поганое.

46.

"Давайте же упьемся в дым.
Чтоб было счастье – молодым!"
Надпись на свадебном плакате.

Истории у меня традиционно длинные, кого это напрягает - листайте...

Ну, не умею я коротко писать, тогда "сводка с полей" какая-то получается.

Недавно на ан.ру была хорошая история про еврейскую свадьбу, тоже вспомнил и решил отметиться, только расскажу про казахскую.

Далекий уже 1987 год. Сибирский город на условной тогда границе с Казахстаном. В нашей институтской группе учились настоящие кондовые казахи: парень и девчонка из Северного Казахстана. Длинное романтическое ухаживание со всеми соответствующими атрибутами, цветами, хождением за руки... и вот наконец свадьба. Пригласил Ильгиз целиком без исключения всю группу. По казахским обычаям свадебный той делается два раза, у жениха и у невесты, но тут родственники как-то сговорились сделать один в деревне (аулами тогда никто не называл) у жениха, но зато какой... Назначили на конец июня после сессии, знаменующей окончание 1-го курса, ну и Рамадан (пост) вроде как закончился.

Сбор рано утром у ж/д вокзала, там автобусы для нас и многочисленных гостей, прибывающих почти одновременно на поездах с Востока и Запада (откуда же еще, Транссиб однако).
Загрузились в три Икаруса - едем сперва в райцентр (примерно 200-250 км.) на регистрацию, а потом уже в деревню (еще 40 км.). Группа собралась вся, за исключением двух человек, примерно треть состава девчонки. В молодости рвануть вот так за много километров, практически в неизвестность, совсем запросто...

А в деревне... Ух ты!!! За околицей, в бескрайнем и ровном, как пол поле - сколочены лавки и столы, установленные буквой "П". Простенький навес, крытый рубероидом, от ближайшего столба "кинуто" освещение, в виде множества лампочек без абажура, висящих над столами просто на проводах. Лавки и столы из неструганной доски, выписанной колхозом, но скамьи застелены коврами, половиками, покрывалами, а на столах просто развернули рулоны из дешевого ситца вместо скатерти. Выглядит всё весьма аскетично, но вот размеры... Человек на четыреста, если не на пятьсот! Поодаль вырыты ямы и установлены деревянные туалеты, там же сооружены открытые, просто прибитые гвоздями к доске рукомойники, возле каждого дощечка с порезанными кусками хозяйственного мыла. Для ночевки гостей поставили почти рядом с "П" несколько аутентичных, огромных войлочных юрт. Культурный шок для городских жителей, мягко сказать, а некоторые девчонки еще вырядились на каблуках, несмотря на предупреждение. Но это цветочки...

На столах никаких разносолов или салатов. Только овощи. Ну как овощи - немного ранних огурцов целиком, на четвертинки порезанные сырые луковицы, цельные дольки чеснока, перья зеленного лука и молодой укроп, как вырванный, так и положенный пучком. Когда уселись за стол, подали на больших столовских подносах парящее, разваренное мясо, говядина тоже была, но в основном баранина. Рядом в кастрюлях бульон (шурпа или сюрпа). Перед каждым гостем тарелка и глубокая пиала под шурпу... и никаких столовых приборов. Не называть же прибором классический граненный стакан...))

В тех же стаканах на столах через пару-тройку метров черный перец и соль, насыпанные до половины. Еще были хлопчатобумажные полотенца, вернее, я бы назвал - "рушники", как бы это не странно, с вышитым традиционным украинским орнаментом. Вот и весь антураж.
А из напитков только водка. И еще раз водка. Где уж взяли в таком количестве в те жуткие антиалкогольные времена - история умалчивает.

Мы уселись компактно, где-то в середине. На свадьбе примерно пополам казахских и... хотел написать славянских лиц, но вспомнил про немецкую деревенскую диаспору. Хотя те казахстанские этнические немцы иногда уже были больше русские, чем многие русские по паспорту. Вот напротив и рядом с нами такие и оказались. И как-то очень легко они нас взяли "на слабо", наливая по половине стакана, как впрочем и везде за столами, подзуживали пить до дна, типа, "ты что не мужик?" или "невесту с женихом не уважаешь", или "за такой тост (Пусть горя в их (молодых) жизни будет столько - сколько останется на дне ваших стаканов) надо до дна" и тому подобное. Над девчонками правда смилостивились, после первой наливали уже по четвертинке. Кто-то из наших попытался вначале сказать "фи", типа дайте мне вилку или запить, но на них не обратили никакого внимания, а голод не тетка, с раннего утра ничего не ели, а тут такой запах свежесваренного мяса... Опять же про чужой монастырь все помнят...

Несколько казахских бабок, в повязанных по самые глаза цветных платках, шустро носились вдоль столов, подкладывая половниками куски и наливая в пиалы ароматную шурпу. Горячо-жирно-вкусно, еще раз жирно и непревзойденно-обалденно вкусно. Кто не понимает разницу между парным, свежеприготовленным мясом, которое еще час назад "бекало" и блюдом из охлажденного, а тем более размороженного... - мне не о чем с вами говорить. Совершенно разный продукт. Серьезно. Как слепому с рождения объяснять, что такое радуга. В данном случае - яркая, насыщенная радуга запаха и вкуса. Вот аналогия: Одно дело когда ты ешь, нагретую и напитанную солнцем, налитУю, спелую клубнику "с куста", совсем другое растаявшую из морозилки. Я думаю, никто даже сравнивать бы не стал.

Я ел и не мог остановиться, наверное с килограмм уже убрал под пять тостов. Пьяным себя ни капельки не ощущал и в принципе "не гнали", тосты говорились длинные, по восточному цветистые, было время основательно поесть.
Наконец, народ потянулся из-за стола, кто покурить, кто уже плясать, включили поодаль музыку, огромные колонки с устрашающих размеров усилителем, принесенные из клуба, вне помещения звучали мягко "не ахти", но кто там придирался.

Вот нифига себе, это что ж получается, подумалось мне: Я уже выпил бутылку водки? До этого даже близко к таким объемам не приближался, ну пару, максимум тройку рюмок по большим праздникам, типа Нового года или 8 марта... а сейчас чувствую себя, только как лишь очень слегка выпившим. Вот это закуска!
Теорию все знают, и я тогда знал, типа: надо за несколько минут съесть кусок масла и опьянения не будет, но чтобы так действенно...

Помыл липкие руки и присоединился к танцполу под бессмертную, заводящую Moskau от Dschinghis Khan. С минуту-другую активно подвигался и в желудке вдруг стало горячо-горячо, а мне легко и весело, хотелось скакать и брыкаться, как молодому жеребенку. И не мне одному... Такой вот парадокс, встали из-за стола все почти трезвыми людьми, а вернулись после танцев абсолютно пьяными.
Дальше фрагментарно, опять ел и пил, лихо плясал и даже с кем-то пытался "выйти" в бескрайнюю степь, но почему-то так и не вышел... Были, и кража туфли, и невесты, и во всем очень активно участвовал. А вот как спать ложился в юрту вообще выпало.
Утром проснулся с затекшей шеей от непривычного сна без подушки. Огляделся в юрте... Мама дорогая! Вповалку, вразнобой... "Смешались в кучу кони, люди..." Вру, конечно, коней не было, но не сильно преувеличил, одна девка во сне брыкалась, "шо та кобыла"...

Похмелья особо не было, но снова мгновенно попал в "цепкие руки."..
И был вкуснейший плов, и был бешбармак... и даже вилки появились... Но день как-то очень быстро промелькнул... Опять плясал, с кем-то все-таки "выходил", но драки не помню, кому-то оказывал недвусмысленные знаки внимания, но логического конца вроде не было, даже лицо не осознаю...

Снова утро. Противно пахнет сырой кошмой, носками, немытыми телами и чьим-то неудержанным содержимым желудка. И еще какими-то дешевыми духами или дезодорантом.
Тошнит. Медленно осознаю себя. Лежу щекой на чем мягком, похоже в юрте. Хочется одновременно выйти на свежий воздух и... вообще не шевелиться, дабы не не расплескать эту боль. Хочется безумно пить и возможно еще больше - обратного процесса. Возжелается, по мужскому утреннему обыкновению, женщину и... мама..., уже не хочется, в нешуточном страхе отодвинулся-сполз с богатырской груди какой-то страшной, старой (для того возраста), огромной бабы. Бля... Неужели?!! Да не-е, она одетая, и колготки, и юбка с кофточкой...
А вот я чего полностью голый?!! В голове полный раздрай и противоречивость желаний... В юрте спит с десяток человек казахской внешности. Где я? Где моя одежда? Кроме носков на мне ничего. Надо срочно валить... А как? Мелькнула мысль надеть на чрезмерно налитые кровью гениталии носок и так выползать... Вот тоже вовремя, типа организм говорит диким желанием, мол, если ты себя так убиваешь, то давай уж напоследок род продолжим...
Глянул на часы - восьми утра еще нет, осторожно выглянул наружу... Ну, бля... Сидит за столами человек пятьдесят, словно и не расходились. Представил себя со стороны, голышом и с недвусмысленно торчащим на причинном месте носком... Про это в деревне и потом в институте будут ходить веселые легенды...
Что же делать то?!! Заметил, что один молодой мужик спит, положив под голову свернутый пиджак. Осторожно начал вытаскивать, интересно, что подумает, если проснувшись, увидит меня в полной половой готовности, склонившегося на коленях над ним... Чуть не хихикнул, представив. Надо бы поаккуратнее, то-то "визгу" будет, не отбрешешься...
Завязал рукавами на поясе, вышел... Думал незаметно скользнуть за юрту и там оправиться, но сразу заметили, разразились восторженными криками, пришлось так и идти больше 100 метров в туалет, словно по большой сцене. Боже, как стыдно то... Уши и лицо ощутимо горели. И чего вчера я такого набурагозил?

Одежду я нашел в "нашей" юрте, аккуратно сложенную и с игриво поверх раскинутыми трусами. Это точно не я так сделал. Что же вчера было? Провалы в памяти - первый признак алкоголизма - услужливо подсказал мозг. Или второй? О чем думаю? А вот, что надо с водкой сегодня однозначно завязывать - это точно. Решено.
Начали выползать из юрты мои одногруппники с помятыми лицами, а одна с сильно покусанным комарами. Уснула, где-то на улице, что ли?
По тому, как их одобрительными криками встречали гости, и как они стыдливо прятали глаза, покрываясь румянцем... - похоже не я один вчера "корки мочил".

Сижу скромно, пью крепкий черный чай, не обращая внимания на подначки и советы бывалых мужиков про "необходимость поправить кислотно-щелочной баланс". Даже одна мысль вызывает рвотные спазмы... На меня перестали обращать внимание, а я прислушиваюсь к разговорам, может про меня чего скажут. О-о! А вот это я помню, даже снова засмеялся.

Мой одногруппник давно подбивал клинья к симпатичной однокашнице, но как-то не заходило. А тут такой "romantic" на пленэре с водкой и танцами. Короче, на второй день уговорил он ее все-таки прогуляться под звездами в степь. А на звезды там безусловно стоило посмотреть, когда отойдешь подальше от света, в безлунном небе точно раскинутая плотная серебряная парча с частым вкраплением сверкающих, крупных бриллиантов. Под таким небом уже и поцеловались неоднократно, и подержались за все что можно и за что не надо бы, и решил он события немного форсировать. А ушли они далеко по петляющей полевой дороге, на которой, в отсутствие уже больше недели дождей, слой мягкой пыли образовался, в почти сантиметр толщиной. И нет, чтобы отойти подальше в сторону, сдвинул даму буквально на пару метров, и не придумав ничего лучшего, приложил на запорошенную пылью, осевшей от проезжающих машин, траву. Этого в темноте видно не было, но только в дамских романах и у поэтов такая спонтанная любовь на лоне природы выглядит возвышенно и романтично. Как там у Есенина:

"Зацелую допьяна, изомну, как цвет,
Хмельному от радости пересуду нет.
Ты сама под ласками сбросишь шелк фаты,
Унесу я пьяную до утра в кусты."

Ага, в кусты, ага, до утра... А КОМАРЫ? Наши родимые комары, от многочисленности которых ты в ночных кустах возненавидишь любого, кто тебя туда завел.
Или, например, классический, пресловутый сеновал. А вы пробовали голым задом прилечь на колючее сено? От такой акупунктуры любая страсть напрочь мгновенно пропадет. Я на сеновал без толстого одеяла никогда ни ходил, а вот романтики писатели и поэты явно сами не пробовали.

Вот и тут, побарахтавшись на грязной, колючей траве, она, ошалев еще от ерзанья противно-пыльными руками по своему телу, решительно стала отбиваться. Степная, мелкодисперсная пыль, это вам не сухой речной или морской песок, который легко отряхивается - та прилипает намертво, везде и сразу. Махом кончилась романтика и любовь. Он, по пьяному делу, сразу не поняв и не осознав, такой перемены, продолжил настойчивые, страстные попытки, но в итоге получил коленом в известное место и ошеломленно отвалился. А она вскочила, и плача, не разбирая дороги, напрямки бросилась к свету далеких фонарей, гуляющей вовсю свадьбы. Какие уж тут звезды...

Фыр-р-р... - какая-то степная птица резко взлетела из под ног, напугав ее до окончательной паники. А когда она, метнувшись в сторону, провалилась в неглубокую, но неожиданную канаву (К-700 буксовал по весне), с только немного подсохшей липкой грязью на дне, то кто-то резко и крепко схватил ее за волосы...

В музыке случился перерыв и дикий, многодецибельный и продолжительный вопль, в котором уже не было ничего человеческого, заставил смолкнуть все разговоры.
- Шайтан-ана... - громко в тишине одна из казахских бабок, со сморщенным и темным как печеное яблоко лицом.
- Бесится, что у людей праздник... - все, как-то протрезвев, притихли, с суеверным ужасом вслушиваясь и вглядываясь в ночную степь.

А когда бедная девочка, все-таки вырвавшись, с колоссальными потерями для прически, из репейника и громко подвывая - выскочила на освещенное место из-за туалетов, то стоявшие там женщины, с заполошными визгами бросились врассыпную. И даже один мужик, тоже издав до неприличия тонкий взвизг. А было от чего! С размазанными грязными руками слезами, с причудливыми узорами грязи и пыли по лицу, со всклоченными волосами, с несколькими застрявшими репьями, с дикими, безумными глазами, в расстегнутой грязной блузке (лифчик потеряла), где виднелось отчего-то жутко несимметрично-полосатое черно-серое-белое тело..., в юбке собранной на талии, в одной туфле, в дранных, приспущенных колготках под которыми угадывались бывшие когда-то белыми трусики... еще и руки с черными ладонями к людям протягивала... - вылитая получилась Шайтан-ана...)) Без преувеличения.

Рыдающую девчонку увели куда-то опомнившиеся женщины, а прибежавшему по дороге парню, немного офигевшему, от такой ситуевины, местные мужики дали по лицу и несколько разочаровано, потому, что не сопротивлялся и никто не заступался, ушли за стол... Ну куда ты придурок, городскую девочку в степь на предмет любви поволок, не подготовившись? Потом выпили еще вместе с пострадавшим, нехило поржали, осознав ситуацию, и снова, и снова вспоминая, как она с воем выскочила из темноты... Даже сегодня вспомнил с улыбкой.

А сегодня под восторги гостей появились наконец молодые, невеста уже без традиционной шапочки, а жених... с разбитым, похоже вчера, носом, да так, что фингалы поползли под оба глаза. Я покрылся холодным потом, что "...часовню тоже я..."? Ой, хоть бы не... И ведь дрался вчера с кем-то, костяшки на правой руке содраны, болит и немного шатается передний зуб, хотя губа цела. Лыбился, как идиот, что ли?
Пронесло. Оказывается, теперь смущенно молчащему жениху, прилетело вчера резко открытой дверью туалета, когда он неосторожно подошел слишком близко (версия невесты). Чего только не бывает на свадьбах...))

И были блины с топленным маслом и медом, и был классный хрустящий "хворост", и были офигенные манты..., вот только без алкоголя не было аппетита. Выпил, наверное, уже литра три крепкого чая. Трезвый, грустный, чувствовавший себя неуютно грязным, без городской цивилизации, испытывающий еще какой-то нестерпимый, глубинный стыд, я пытался потихоньку узнать, что же все-таки было вчера. Кто меня раздевал (и с какой целью?), аккуратно складывая вещи, почему и как я голый оказался в другой юрте? Подвыпившие опять одногруппники, на мои наводящие вопросы:
- Да ты не парься братан... Всё пучком... Да я за тебя... Орём пацаны... Не ссы, братуха... Да ты красава... Всех порвем... Фигня война... Пойдем лучше выпьем! - краткая антология ответов, сводившихся к последнему.
- Да забей..., не бери в голову, бери в рот... ОЙ! - это от самой скромной и малопьющей, но уже хорошо поддатой одногруппницы.
Как же трезвому неуютно среди бушующего разгула. Сорваться поводов была масса, но я тогда, с возвышенным юношеским максимализмом, жестко тренировал практику непреложного решения. Пообещал даже про себя - делай железно и сразу, не позволяй никаких компромиссов...

Потихоньку гулянка утихомирилась, все-таки третий день уже закончился. И я прилег в юрте, но спать не смог, мешал многоголосый пьяный храп, тяжелые периодические всхлипы и стоны, и тяжелый воздух, насыщенный многоаккордным перегаром. Вышел и пошел в одиночку гулять по просыпающейся степи, встречая летний, ранний, красивый, степной рассвет, пронизанный звонкими трелями проснувшихся птиц. Ай, как хорошо! Немного продрог и вернувшись, умиротворенно сразу уснул в теплой юрте.

Утром приехали автобусы. А многие (половина точно) гостей осталось, говорили, что некоторые специально на такой случай отпуск берут. "The Show Must Go On". Да сколько же у них здоровья, так гулять? И ведь многие весьма в годах были, прошедшие великую войну или даже испытавшие на себе сталинское жестокое переселение поволжских и донбасских немцев в казахскую степь, с дырявыми теплушками и холодными землянками, наскоро вырытых в мерзлой земле. Что тут сказать, переделав классику: "Богатыри, не мы..."

А вот над помятыми и страдающими одногруппниками я (бодр и свеж) вволю поиздевался в автобусе. Взял экскурсионный микрофон и прочитал пародийно-лекторским тоном нравоучительную почти часовую лекцию "О вреде пьянства и алкоголизма". Поймал вдохновение, ссыпал цитатами из классиков, шутками и анекдотами, словно заранее готовился, жалел только, что нет наглядной агитации, типа плакатов, демонстрирующих печень алкоголика. Развеселил народ, водила даже пару раз руль бросал, закатываясь... Закончил только тогда, когда почувствовал, что начинаю повторяться и инициативная группа товарищей меня полушутя буцкать толпой собралась за переходы на конкретные личности.

В группе после свадьбы установилось молчаливое, стыдливое табу на любые воспоминания о ней. Несколько раз пытался даже совсем прямо, что-то узнать, но натыкался на типа:
- Да не помню я, пьяный был... Я к тому моменту , наверное, уже вырубился... Я вообще ничего не видел (а) и не знаю о чем ты... - так, что тот стыдный момент для меня до сих пор непонятная загадка.

Поддерживаю отношения с одним казахом-сослуживцем и вот он пригласил меня летом на свадьбу к старшему сыну. Приезжай в поселок, дорогих гостей много будет... Аж немного вздрогнул, вспомнив. Может лучше вы к нам?

Я после этого бывал на многих свадьбах, но по количеству присутствующих, объемам съеденного и особенно выпитого той свадьбе нет равных. Что может быть суровее и беспощаднее казахской свадьбы?
Ну, если только башкирская... Но это уже совсем другая история, может когда-нибудь расскажу...

P.S. И да, чуть не забыл: Ни одна лошадка, пёсик или котик - не пострадали...))

47.

Один мужик пришел в публичный дом и там ему так понравилась проститутка, что он на радостях предложил ей выйти за него замуж.... П:- да на фига ты мне такой нужен? не можешь меня удовлетворить как мне хочется...? научись сперва...потом приходи! М:- а где ж я научусь?...без тебя то? П:- а ты найди в лесу дерево с дуплом и шпарь его, пока не поймешь в чем тут дело... Ну ладно, мужик собрался и пошел....через пару недель приходит и говорит: - ну все, я научился.... П:- ну давай, проверим.... Встала она задом к нему, трусики спустила...а он с разгону ка-ак даст ей пинка под зад!!! П:- (кричит) ты че? дурак??? М:- неа..не дурак, просто проверяю - пчелы есть или нет...:-) anekdotov.net

48.

Тогда, во Владикавказе, не иметь пистолета считалось моветоном. Не принимали в приличном обществе без ствола. Меня однажды даже на входе в мэрию спросили: "Оружие есть?" , я гордо сказал "Есть!" и мне сказали "Заходи!".

Приличные люди таскали ствол боевой. Но большинство - ПСМ переделанный из газюка местными умельцами. И малолетние дебилы охотно покупали такое. Ведь 200 баксов не сумма за престиж и компактность. И конечно, у меня такой был. И конечно меня с ним однажды приняли.

Эпизод Первый.

Случилось сие на трассе Владикавказ - Беслан по дороге в аэропорт.

Все как обычно: ГАИшники, остановка, проверка документов и понеслось:

- А чо это мы на нерастаможенной машинке? А чо это у нас за трубочка "Сенао"? А выйдите-ка! Ой а чо это у Вас такое за поясом? А ну-ка, извольте мордой в капот!

Остановили нас не обычные ГАИшники, а "Спецназ ГАИ", призванный бороться с особо оборзевшими гражданами на дорогах. А мы на тот момент именно так и выглядели - директор команды КВН на нерастаможенной BMW 750 и молодой, но талантливый автор с пистолетом. Время было такое...

И повезли нас в Северо-Западный ОВД .

Эпизод Второй

Если бы вы прогуливались тем осеним понедельником 95-го по улице Леонова, вы бы наверняка обратили на нас внимание. Спецназовцы бегали, мигалки крутились, собаки гавкали. А я скромно стоял в сторонке. Интеллигентный паренёк в очёчках, дублёнке и наручниках. Делал вид, что гуляю.

Я тогда жил прямо напротив милиции. Мимо ходили соседи:

- Здравствуй Сослан, как дела?

- Всё хорошо, тётя Фатима, вот жду кого-то...

Наконец нас завели в дежурку. Гаишники гордые, аж светятся:

- Вот! Бандюганов привезли! Оформляй! Ствол и средства связи!

Дежурный посмотрел на меня с тоской, вздохнул, и прокричал куда-то в пространство:

- Понятых сделайте мне.

Распахнулась дверь и ввели двух людей.

Первое, что бросалось в глаза, богатый синий оттенок кожи. Но поражал конечно не цвет. Запах. Знаете, такая оригинальная палитра ароматов... Так наверно пахнет крупный, мертвый скунс, который перед смертью знатно обосрался. Это и были мои понятые.

И оба, человеки с интересной судьбой: один соскочил из психушки, второй только откинулся с зоны. Они познакомились. И опьяненные запахом свободы и дешевой осетинской водкой, решили отомстить системе. И при этом обозначить свою твёрдую гражданскую позицию. Короче мои понятые обоссали клумбу с дубками. Клумба была гордостью Северо-Западного ОВД и располагалась прямо перед центральным входом.

В нее даже бычки не бросали. А эти взяли и... Днем. На глазах всего отдела... Диссиденты. Сахаров и Солженицын.

Я тихо сказал дежурному:

- Понятые явно не трезвые. Будет проблема .

Дежурный снова вздохнул .

- Ну, а где я тебе тут нормальных возьму?

Внезапно понятой № 2 (который с зоны) сообщил мне интимно:

- Братуха! Не сцы! Я на суде, если чё, в отказ пойду! Не видел я как у тя валыну доставали! Может она у мусоров заранее на столе лежала?!

Появление такого союзника сразу прибавило мне сил и уверенности. А когда другой, который беглый с психушки, начал пускать слюни и мычать всячески демонстрируя солидарность, я понял - вместе мы победим систему.

Тут дежурный отложил ручку. Посмотрел на шапку протокола. Потом на "Спецназовцев" которые волками ходили перед зарешеченным окном дежурки. И понизив голос уточнил:

- Плиев Сослан Эдуардович?

- Да.

Дежурный наклонился ко мне и еще тише поинтересовался:

- Эдуардович?

- Ну да.

Милиционер встал, закрыл дверь и совсем шепотом спросил сокровенное:

- А вот Эдуард Григорьевич, декан юрфака, Вам никак не доводится?

Я не стал его разочаровывать. Признался в нашем кровном родстве.

Дежурный начал восторженно повизгивать:

- Серьёзно???? Тебя Бог послал! Па брацки! Пробей мне у пахана своего, Римское Право! Три раза уже сдавал!

Я решил не вдаваться в наши сложные семейные отношения и объяснять, что с Эдуардом Григорьевичем мы в принципе общаемся крайне редко и дежурный, наверняка видит его чаще чем я. К черту детали! У нас тут не программа «Пусть говорят». Поэтому я развязно пообещал этому милому заочнику:

- Я тебя умоляю...Такие мелочи... О чем речь. Хочешь, всю сессию закрою. На год вперед! На два! Прямо завтра.

Дежурный, только что сдавший римское право, сразу начал рассуждать уже как дипломированный юрист:

- Значит так... ствол ты нашел… На БАМе … Там чё угодно можно найти … Вёз его сдавать… Почему не к нам? Спешил в аэропорт. Увидел патруль...хотел сдать, но не успел. Почему не сдал, скажем на Архонском перекрестке? А там ГАИшников не было! Но ты вспомнил, что на трассе они есть всегда и поехал их искать!

Вроде так…

Он так хорошо рассказывал. Я уже чувствовал, что всё идет к благодарности со стороны МВД. А то и к медали.

Дежурный снова задумался:

- Так! Теперь как-то это всё надо ГАИшникам донести. Эй! Кто старший - зайдите!

Зашел старший гаец. Дежурный сразу взял быка за рога:

- Вы кого привезли? Вы чё не видите? Нормальный человек! Не наркоман, не бандит! Прилично одет! На хрена его привезли? У него же… Вон! Пейджер есть!

Это был серьезный аргумент. Граждане с пейджерами, в те времена, попадались на улице гораздо реже, чем люди со стволами.

Гаец грустно посмотрел на дежурного и вздохнул:

- Не вариант. Мы уже доложили о задержании. Сюда комполка едет.

Но Римское Право очень сложный предмет! Поэтому дежурный, приобняв коллегу за талию, ринулся в атаку:

- Да и хрен с ним! Пацан же ствол сдавать нёс! Ну бывает…Не донёс! Да па брацки! Как твоя фамилия?

В течении семи минут, дежурный и гаишник сверили родословные и оказались близкими родственниками по материнской линии. И даже я им немного доводился. Еще через минуту у гаишника обнаружились задолженности по римскому праву, УПК и философии. Поэтому он охотно включился в процесс. Ходил туда-сюда по "дежурке", иногда больно задевая меня прикладом и накидывал версии:

- Хорошо! Допустим! Но почему он сразу к нам не вышел со стволом? Так мол и так - вот нашел!

Дежурный всплескивал руками, прижимал их к груди и аргументировано парировал:

- Вы себя в зеркало видели? Эти ваши маски-хуяски, автоматы-пулемёты! Вы пиздец страшные! Он испугался! Он студент! У него пейджер!

У них получалось просто здорово. Братья Гримм. Но приехал комполка. Целый майор. Сирота, c законченным высшим юридическим образованием.

Быстро рассказал дежурному, что будет с ним если тот будет ипать мозги правосудию и дал пинка подчиненному. Жернова репрсессивного аппарата закрутились с новой силой!

Меня оформили. Гайцы умчались. Дежурный затосковал:

- Ну что будем теперь делать? Я тебя отпустить не могу. Сам видел. Теперь уже не на моем уровне решается. Звони папе.

Какому папе? Тут и маме-то звонить неловко. На что нам друзья?

- Аллё . Марат привет! (Марат служил в… ну пусть будет в ФСБ, которая тогда называлась ФСК … сложно объяснять место работы моего друга )

- Здарова... (и как-то голос у него не бодрый)

- Ты болеешь?

- Караул как! Температура 40. Дома я лежу .

- Аааа… ну ладно ….

- Что случилось? Ты где?

- Тут… возле дома... в Северо-Западном.

- Мудак! Тебя хлопнули со стволом???!!!

И дальше мой друг рассказал мне, как надо поступать с теми кто покупает и таскает на себе левые стволы, хотя старшие товарищи им сто раз запретили это делать.

- Я приеду сейчас и тебе пиздец!

Друг! Ниразу в тебе не сомневался.

Дежурный тем временем совсем впал в меланхолию:

- Скоро подойдёт дознаватель. Будет с тебя показания снимать. И в камеру тебя надо… Но как я могу...Нет! Не надо тебе в камеру! Пошли к операм!

Эпизод Третий

В кабинете сидели четверо молодых людей которые азартно играли в нарды на фофаны.

- Пацаны! Пусть у вас парень посидит пока?

- А он кто?

- Задержанный. Ствол.

- Ааа. Ну пусть сидит.

И продолжили партию. Смеркалось. Кто-то предложил поесть пиццы. Милиционеры скинулись, гордо отказавшись от моей лепты:

- Нигани... Ты ж у нас в гостях!

И вот сидим - едим пиццу и пьём водку. Ну как без этого? А я же с задержания уставший, посему развезло меня великолепно. И вдруг распахнулась дверь и в кабинет влетел дежурный.

В левой руке у него извивался понятой №1, а в правой висел понятой №2. Дежурный всем своим видом выражал недоумение:

- Соооос! Ну чё это за хуйня твориться?! Мы ж с тобой по – человечески! А ты нас так подставляешь!

- Братан! Что случилось? Я отсюда вообще не выходил!

- Приехал твой друг чекист, запугал этих гандонов (он встряхнул руками) и они в отказ пошли! Говорят, не видели, как ствол изымали и вообще ничо не подписывали! Мне ж теперь пиздец! В смыси сначала вот им пиздец (он снова встряхнул понятыми), а потом и мне пиздец!

Я был уверен, мой друг не мог так топорно проводить операцию по моему освобождению из застенков.

- Спокойно! Давай я выйду на пару минут и разберусь.

В коридоре стоял сильно больной и сильно злой Марат.

Я еще раз прослушал рассказ, что надо со мной сделать. Реально - отрывание яиц в этом рассказе самое милое.

- Марат, не удобно перед ментами. Они нормальные пацаны. Кормят меня. Ты зачем понятых запугивал?

- Да нахрен они мне нужны?! Просто спросил, чё да как было.

Ага. "Просто спросил". И представиться наверное не забыл. А понятые, люди не молодые и видимо решили, что в этом конфликте лучше принять сторону органов Государственной Безопасности. Ну и проявили инициативу .

Возвращаюсь к операм. А там уже недалеко от насилия. Понятые стоят «руки на стену – ноги раздвинули», а вокруг носятся опера с дежурным и рассказывают, что сейчас с ними сделают!

- Всё нормально. Они не пойдут в отказ .

- Спасибо, брат!

И мы вернулись к столу.

Но снова распахнулась дверь и вошла мама. И что же она видит?

Её сын - как ей сообщили добрые люди задержанный милицией - уже сильно хороший сидит со стаканом водки в компании сотрудников уголовного розыска.

А возле стены, раком, стоят два интересно пахнущих человека. Мама, строго на всё это поглядела и произнесла:

- Что. Здесь. Происходит.

Понятой с понятиями тут же развернулся и начал жалостливо ныть:

- Гражданочка! Тут чистый произвол происходит! Мусора поганые! Безвинных людей пытают!

Понятых конечно сразу вывели в коридор, а маму быстро ввели в курс дела. Учитывая, что родительницу мою всего один раз за 10 лет вызывали в школу, я заиграл в её глазах новыми красками.

И тут, один из оперов, внимательно посмотрев на маму говорит:

- Извините, а Вы в адвокатуре не работали? Я у вас кажется практику проходил!

Ну всё! Начались воспоминания и умиления. Обо мне стали забывать. Мне даже пришлось покашлять. Милиционеры смутились и задумались:

- Отпустить мы его не сможем. Пусть у нас переночует – вон диванчик. Удобный! Мы сами на нём спим. А уж завтра как-то всё и утрясется.

Тут я подал голос:

- Пацаны, мне надо к среде быть на воле! У нас концерт. А я его веду.

На меня посмотрели как на идиота, а мама заметила:

- Ничего. Тебя на твой концерт в наручниках привезут. Как Деточкина.

Мама покинула нас, а мы продолжили отмечать мой арест! К нам присоединился и дознаватель – милая и юная девушка. Однако квасила презрев гендерные отличия. И вдруг через час все вспомнили, что показания с меня надо таки снять. Бюрократия. Но дознавательнице процесс печатанья на компе уже не давался. Умаялась.

- Сооос , а ты печать умеешь?

- Умею.

- Попечатай сам? А я диктовать буду! Ну пожаааалуйста!

В Осетии не принято оказывать сотрудникам милиции находящимся при исполнении. Тем более сотрудницам.

Наш творческий тандем родил потрясающий триллер с элементами шпионского боевика. Опера, которым мы почитали вслух протокол допроса аплодировали, а некоторые места просили повторить!

Потом была ночёвка на диванчике, которая прерывалась задержанными гражданами. Той ночью, кабинет посетили: малолетние насильники, пьяный мужик который с деревянным автоматом выставлял ларёк и был отметелен этим же автоматом, три путаны, и барыга Жанна. Короче ночь прошла спокойно.

А утром меня препроводили в камеру. Опера закончили дежурство и смущаясь сказали, что не могут оставить меня в кабинете. Жаль – я сильно привык к диванчику...

Эпилог.

К вечеру я был уже дома. Как? Учитывая экономические и нравственные реалии того периода, cкорее всего присутствовала коррупционная составляющая. Не знаю. Мама до сих пор молчит как партизан.

А в среду я пригласил всех, с кем провёл эту ночь, на концерт команды КВН «ВС».

Все пришли. И после слов благодарности спонсорам, я от своего лица поблагодарил сотрудников уголовного розыска Северо-Западного ОВД, заметив, что если бы не они, сегодняшний концерт вряд ли бы состоялся .

Милиционеры сильно смеялись.

Вот такие весёлые 36 часов я провёл в милиции осенью 1995 года. Впечатлениями запасся – на всю жизнь .

---

Сос. Плиев

49.

Решили установить, кто лучший опер в мире. Съехались со всех стран и давай соревноваться. Итак задание: Лес 15 гектаров, туда запустили зайца и нужно его найти. Первые америкосы, в лес ломится взвод SWаT, с ментами, час нету, 2 нету, через 3 выносят зайца, все в восторге молодцы тра-лала... Дальше англичане, загоняют в лес лучших королевских солдат, кучу охотничьих собак и прочей лабуды, через час выносят зайца... все в шоке, афигеть... Ну и очередь русских. ... В лес топчут два опера в форме с папочками, все начали возмущаться: Мужики, вы куда, вы там пару дней просидите. Опера Все нормально. Да ну, бл@, мы задолбаемся вас тут ждать. Все нормально. Короче вошли в лес. В лесу шум, треск, крики. Через 15 минут выходят! Выводят медведя в наручниках. Подводят к судьям. Медведь: Где тут расписаться, я-заяц! ))))