Шутки про москве - Свежие анекдоты |
1102
Когда-то давным-давно, я, как сотрудник молодой, и не умеющий отлынивать от неприятных поручений, был направлен для участия в Демонстрации трудящихся города Москвы, посвящённой очередной годовщине Октябрьской Революции. Ноябрьская демонстрация — точь-в-точь, как первомайская, но в плохую погоду. Поскольку в те годы я алкоголь практически не употреблял, никаких бонусов от пропавшего выходного не ждал. Однако же всё-таки получил некоторое вознаграждение за унылую пешеходную прогулку по центру Москвы: довольно уникальное зрелище — трёх богатырей на Мавзолее! Людей, там, конечно, было намного больше, чем три, но почему-то все кучковались скромно сзади, и только три фигуры выделялись по центру. Высокий, статный Ельцин, существенно ниже его Горбачёв, и третий, по пояс Ельцину, немного (или много?) похожий на греческого бога Сатира Гавриил Попов. Вот, кстати, тут в комментариях к одной из историй шёл спор на тему «Лучше стала Москва при Собянине, или не лучше». Я сам не москвич, и Москву, если честно, всегда недолюбливал, и когда учился в ней, и когда работал. Но если когда-то столица и нравилась, так это в короткое правление Гавриила Харитоновича. Была тогда первопрестольная невероятно грязной, шумной, все в ней что-то продавали и покупали, куда-то неслись, и было в этом что-то разухабистое, весёлое, ярмарочное. А потом власть в Москве взяли некрофилы. Под этим словом я не имею в виду сексуальных извращенцев типа «Моя милая в гробу, а я пристроился, люблю». Некрофил — это психологический тип, человек, который во главу угла ставит чистоту, соблюдение геометрического порядка, установленных норм и правил. Сам по себе геометрический порядок вовсе не плох, но вот жизнь очень редко в него вписывается, и потому становится предметом гонений. Как только во главе столицы встал крепкий хозяйственник и пчеловод, вокруг моей работы (у Большой Полянки) стали исчезать магазинчики «Молоко» и «Хлеб». Их неуклонно заменяли «Мебельная студия», «Мебельный бутик», «Обувная студия». Красивые витрины, пустые залы, спящие консультанты. Мечта некрофила! У выхода из метро «Октябрьская» была палатка с французскими блинами. Вероятно, не аутентичные крепе (те, вроде бы, из гречневой муки), но с фантастическим выбором начинок. Не менее двадцати сладких, столько же несладких. Пафосный «Новый русский» с сёмгой и красной икрой, ностальгический «Старый русский» с мясом и солёными огурчиками, пикантный с брынзой, тмином и свежим укропчиком. Конечно, очередь стояла, конечно, палатку снесли. Пустой тротуар — это же красота! Ну, ладно, палатка, она на тротуаре. А пельменная в тихом Хвостовом переулке? Ну да, понимаю, там же не только пельмени хомячили, кто-то мог и рюмочку-другую водочки пропустить под пельмешки со сметанкой. Непорядок! Повесили замок. Тридцать лет спустя случайно там проходил — висит замок, ржавеет, создаёт атмосферу тишины и порядка! Только не подумайте, что я за грязь и шум, против чистоты и порядка. Ни в коем случае! В порядке есть много хорошего. Как пел Владимир Семёнович: «А на кладбище всё спокойненько, и закусочка на бугорке». Просто я — за жизнь. Или, как говорят представители одного избранного народа, «Ле хаим!».
Стоп, что-то от истории отвлёкся. Так вот, в это день, ещё не зная этого, я стал участником события эпохального. Последний раз трудящиеся Москвы вот так вот отмечали годовщину революции. И троица та, трёхбогатырская, стояла рядком, на Мавзолее, первый и последний раз.
История, однако…
|
1103
Письмо.
Предисловие.
Несколько месяцев назад, разбирая кладовку, наткнулся на старый, потертый , подозрительно тяжелый портфель. Притащил в комнату, открыл и извлёк из него десяток старых, потрёпанных временем общих тетрадей. Это были мои записи. Когда-то, в далёком детстве я начал записывать интересные, разные случаи, которые я видел дома, на улице в школе. Записывал свои мысли, рассуждения, мечты. Так накапливались записи, потом тетради. Оставив все дела, сидел, и аккуратно перелистывая страницы, читал. Потихоньку решил переносить записи в электронный вид, тщательно разбирая и перепечатывая. Все истории, опубликованные мной, взяты из этих тетрадей. Однажды разбирая текст очередной тетради обнаружил аккуратно вклеенный конверт, где в строке «Куда» была одинокая надпись «г. Химки». Достал письмо, начал читать и нахлынули воспоминания…
Это была обычная, рутинная командировка. Я МНС одного из харьковских НИИ был послан в командировку к смежникам в Таллинн. Всё, как обычно. Поезд до Москвы. С Курского вокзала на метро до Ленинградского. Билетная касса ленинградского вокзала.
- Доброе утро! Один купейный до Таллинна.
- Купейных нет.
- Как нет, на оба поезда?
- Я же вам сказала – нет.
- Хорошо, что есть?
- Есть плацкарт, ещё СВ есть. Будете брать?
Трястись в плацкарте… нет, живём один раз…
- Сколько стоит билет в СВ? Сколько?!! (как я буду за него потом отчитываться…) - Хорошо, давайте СВ. Спасибо.
Итак билет куплен, теперь в кафе позавтракать и по магазинам. Поезд отправляется вечером и у меня впереди абсолютно свободный день. Честно говоря, цель прогулок по столице была очень прозаическая - обновление гардероба. Да простят меня патриоты СССР, ностальгирующие по колбасе за 2.20 и водке за 3.62, но красивую, добротную одежду и обувь в середине-конце 80-х купить в магазинах Харькова было нереально. А у спекулянтов - не по карману. День проведенный в Москве решал многие проблемы.
Вечер, состав уже подан, люди заходят в вагоны и занимают свои места. Я тоже, забрав из камеры хранения свою сумку и дипломат с документами, иду по перрону, предвкушая ужин и горячий чай. Нашел свой вагон, показал проводнику билет, зашел вовнутрь, отыскал свое купе и что это - на одном месте сидит девушка, смотрит в окно, а на моем месте расположилась какая-то пожилая мадам. Неужели продали двойные билеты? Такое бывает, но в СВ? Ладно, сейчас разберёмся.
- Извините, вот мой билет, это мой вагон и моё место. Пожалуйста, покажите ваш билет.
- Ой! Сынок, я хотела с внучкой ехать, давай ты поедешь на моем месте.
- Это пожалуйста, проблем нет, давайте ваш билет. Минуту, это же билет в плацкартном вагоне. Ничего себе замена. Простите, но как вам сказать, стоимость билета в СВ в три раза выше. Я купил билет в СВ и не хочу ехать в плацкарте.
Лицо бабки мгновенно стало злым.
- Я буду ехать здесь, а ты хоть в тамбуре едь. Не сдохнешь. Вот мы в войну, а ты, а вы….
Бабка орала, подпрыгивала, размахивала руками, едва не плевалась. Наоравшись и чувствуя себя победителем, подсела к столу достала из корзинки снедь и стала ужинать сопя и чавкая. Девушка глянула краем глаза на бабку, на стол и снова отвернулась к окну. Я продолжал стоять в коридоре. Поезд тем временем тронулся, набирая скорость. Проводники пошли по вагону, проверяя и собирая билеты, а также деньги за постель. Одна из проводниц подошла к нашему купе.
- Вы почему стоите здесь? – с легким эстонским акцентом, обратилась ко мне проводник.
- Так моё место занято.
- Покажите билет. Да, действительно, подождите немного пожалуйста, сейчас всё решим.
Зашла в купе.
- Ваши билеты, пожалуйста. Почему вы здесь? У вас билет в плацкартный вагон.
- Я хотела с внучкой ехать – начала канюдить бабка.
- Ну хорошо, - после короткого раздумья сказала проводница, - я вам выпишу билет, но вы должны доплатить разницу. А вас я устрою в другом купе, не возражаете?
Я пожал плечами. Проводница что-то подсчитала и назвала сумму за билет. У бабки полезли глаза на лоб.
- Где же я возьму такие денжищи?
- Тогда пройдите в свой вагон, - проводница - само спокойствие и доброжелательность.
- Я с внучкой поеду, а вдруг он её ночью снасильничает, вишь какой бугай, ещё и ухмыляется. Пусть он идёт в плацкартный, ничего, он молодой ему полезно, вот мы…
И понеслась вторая серия про войну и её, бабки, личное геройство. Девушка оторвалась от созерцания дороги, посмотрела на меня, я невольно улыбнулся, скользнула взглядом по орущей бабке и сказала несколько слов проводнице по-эстонски. Та удивленно вскинула брови и быстро о чём-то переговорила со своей напарницей. Минут через пять подошел бригадир проводников – высокий крупный мужчина. Я невольно сделал шаг назад, давая ему подойти к двери. Молча взял у меня билет и тут же вернул назад, едва бросив на него взгляд. Бабкин билет долго вертел в руках, внимательно вчитываясь и поглядывая на разбушевавшуюся пассажирку. Бабка явно выдохлась и снизила уровень шума, но продолжала что-то бурчать. Тогда заговорил бригадир, мощным, глубоким голосом, как у джек-лондоновских капитанов, медленно, с сильным акцентом, тщательно подбирая слова.
- Вы сели не на свое место. Я буду просить вас идти на свое место, как написано в пилетте. Если вы не будете идти на свое место, я вызываю милицию и вы не поедете в поезде. Мы вас высадим на станцию, которая будет первая. Я понятно сказал?
Бабка мгновенно заткнулась, быстро собрала свои манатки, протиснулась в дверь, едва не сбив с ног проводницу, выхватила свой билет из рук бригадира и быстро засеменила к тамбуру, бормоча себе что-то под нос. Я прошел к своему месту.
Закинул сумку на полку и подсел к окну. Девушка листала какой-то журнал.
- Спасибо вам, я думал, что это никогда не закончится. Меня зовут Александр, можно просто Саша.
- Линда – коротко представилась девушка.
- Здорово, красивое имя. Линда, если не секрет, что вы сказали проводнице?
Девушка улыбнулась.
- Сказала, что она никакая мне не бабушка, пришла, спросила куда я еду и когда я сказала, что в Нарву, заявила, что ей подходит и она тоже здесь поедет. Наглая. Разложилась, как у себя на кухне.
- Линда, вы явно сегодня не обедали и возможно не завтракали.
- Да, а как вы узнали?
- Это очень просто. Я видел, как вы смотрели на бабкины продуктовые запасы
- Утром я пила чай…
- Линда, сделайте мне одолжение, давайте вместе поужинаем. В конце концов я должен вас отблагодарить за спасение от скандальной бабки.
- Ой, как-то неудобно…
- Линда, неудобно спать на потолке… Идемте, идемте.
Всё-таки я её уговорил. Мы прошли в вагон-ресторан, где хорошо и недорого поужинали. Сытые, в хорошем настроении вернулись в свое купе.
- Вот теперь неплохо и чайку попить.
- Я сбегаю, - сказала Линда и умчалась.
Я снял с полки свою сумку и извлек из неё коробочку конфет. Люблю московские конфеты Бабаевской фабрики. Бывая в Москве, всегда покупал две, три коробки. А вот и чай.
- Александр, вы – волшебник. Откуда конфеты?
- Из сумки, вестимо. Не пить же пустой чай. Линда, а как вы смотрите, если мы перейдём на ты?
- Конечно, сама хотела предложить… только стеснялась.
- Линда, ты в Нарве живешь?
- Да, а ты?
- А я из Харькова, в Таллинн у меня командировка. Никогда не был в Нарве. Слышал, что очень красивый город. Так ты навестить родителей едешь?
По лицу девушки пробежала тень, глаза наполнились слезами. Что я не так сказал?
- Линда, милая, что случилось?
- Всё, всё, уже всё прошло.
Но я был настойчив. Так слово за словом Линда рассказала мне, что она родилась и жила в Нарве, у неё был брат, старше ее на два года. У брата был друг-одноклассник, который нравился ей, а она ему. Брата с другом призвали в армию, попали служить на юг, где шла война и вернулись домой «грузом 200». Рассказывала о маме, которая не смогла пережить смерть сына и ушла через полгода вслед за ним от инфаркта. Как через год женился отец и она стала лишней в доме. Как поступила в институт, как училась и выживала только на стипендию, и на редкие подработки, поскольку отец вообще не присылал денег. И вот сейчас едет на недельку домой, который стал чужим, скорее всего в последний раз, так как в этом году заканчивает институт и поедет по распределению.
Что я мог сказать, я тоже знал, что такое потерять любимого человека. Я не говорил слова сочувствия, не утешал, ибо слова бессильны, но начал рассказывать о себе, как я жил, учился, занимался спортом, ездил по разным городам на соревнования, как ездил в отпуск по Алтаю на лошадях, как учился ездить на лошади и что из этого вышло. Потихоньку тучка набежавшая на лицо девушки рассеялась и выглянуло солнышко-улыбка. За разговорами время летело незаметно, я смотрел на Линду и мне казалось, что мы друг друга знаем уже очень давно, мне не хочется с ней расставаться, она такая милая, домашняя девочка, мне никого кроме неё не нужно. Слегка придвинувшись к ней, я положил руки ей на плечи и Линда сама потянулась ко мне…
От тебя не уйдёшь на рассвете
От тебя не закроешь дверей
Ты раскинула синие сети
Нет сетей этих в мире милей.
Я запутался в витых верёвках
Счастлив тем, что мне выхода нет
Как приятно побыть перепёлкой,
Заключённой в янтарный дворец.
Ты – дворец из каменьев искристых,
Ты – луга по колено в росе,
Ты – луна, в нимбе звёзд золотистых,
Ты – любовь на песчаной косе.
А. Костырко
Время и поезд неумолимо двигались к точке нашего расставания. Я достал из дипломата лист бумаги и ручку.
- Линда, продиктуй пожалуйста твою фамилию, дату рождения, адрес, телефон.
- Как фамилия? Ещё раз. Ничего себе, как ты произносишь, ну да ладно, всё равно поменяешь на мою.
- Саша, ты хочешь сказать…
- Уже сказал…
- Вот так сразу…
- И каков будет твой положительный ответ?
- Ну надо подумать…
- Конечно, только, пожалуйста поскорее.
- Даже соскучиться не успеешь.
- Смотри, вот мои данные: имя, фамилия, адрес, мои телефоны – домашний и рабочий. Кстати, куда тебя распределили? Куда? А когда ты едешь? Успеем, всё, будет, как надо. Как приеду, напишу тебе письмо, жаль, что у тебя нет телефона (Линда снимала комнату в Химках).
Пока Линда ходила привести себя в порядок, зная, как у неё туго с деньгами, я тихонько в её косметичку положил небольшую сумму денег, я уже чувствовал свою ответственность за неё.
Вот и настал миг расставания. Поезд остановился, я проводил Линду на перрон, поцеловал на прощанье и поезд уже вез меня дальше.
Три недели спустя.
Харьков, вечер. Я сижу за своим рабочим столом, традиционный коньяк, лимон, трубка. Я пишу письмо. Медленно, обдумывая каждое слово, каждую фразу, тщательно, практически чертёжным шрифтом вывожу каждую букву. Достаю конверт. Так, а где листок с данными. Точно, в пиджаке, в потайном кармане. Открываю шкаф.
- Маам, а где мой темно-синий костюм, в котором я ездил в Таллинн? Как сдала в химчистку? Когда? А карманы проверила? Как не проверила, а если бы там был паспорт? Ох, мама, как всё не вовремя.
Письмо осталось неотправленным. Я положил его в конверт и спрятал в стол. Оставалось только надеяться, что Линда позвонит. Я перестал ходить гулять, бежал с работы домой, мчался к телефону на каждый звонок. Так проходил день за днём. Дни складывались в недели, недели в месяцы. Время утекало, как песок сквозь пальцы, а с ним уходила надежда. Линда всё не звонила. Прошел год - я перестал надеяться и ждать…
Послесловие.
Меняем реки, страны, города.
Иные двери. Новые года.
Но никуда нам от себя не деться,
а если деться — только в никуда.
Омар Хайям
Потом была эмиграция. Смена городов, съёмных квартир, и работа по 16-18 часов. Были взлёты и падения, победы и разочарования, встречи и расставания. Прошло тридцать лет. И вот снова передо мной это письмо - привет из далёкой и так быстро прошедшей молодости, ночной поезд и милая голубоглазая девушка, как яркая звездочка вспыхнувшая на небосводе и оставившая неизгладимый след в моей жизни.
«Милая, милая Линда!
……
……
Наступит ночь и снова я строю дом из лунного камня. Звёзды посылают мне тепло, а мне видятся твои глаза, сияющие сильнее, чем сто тысяч звезд. Добрые и грустные, смешливые и лучистые – они вели меня в мир гармонии и добра. Но наступило утро и солнце высушило росу. А вдали белеют развалины дома нашей любви. Будем ли мы ещё…»
|
|
1105
– Кажется, я села не на тот поезд и по ошибке приехала в Таджикистан. А нет, всё верно, я в Москве.
|
|
1106
18 сентября прошел очередной розыгрыш всероссийской лотереи "Выборы". 450 счастливых победителей получат новые прекрасные благоустроенные квартиры в Москве и многомиллионные денежные призы! Правда, деньги они будут получать частями, ежемесячно по пол-миллиона рублей в течении пяти лет, для чего им иногда надо будет просто приходить и отмечаться по адресу Москва, Охотный Ряд ул. , 1. А больше ничего им делать и не надо, согласитесь, это же здорово! Поздравляем победителей!
|
|
1107
Решил как-то Путин, подобно Гаруну-аль-Рашиду лично узнать, что о нем простой народ думает. Переоделся, надел парик, темные очки, усы нацепил, вышел из Кремля гулять по Москве. Зашёл в какой-то бар, видит там сидит одинокий мужик, водку пьёт. Путин подсел к нему и давай выпытывать, как мол ты к президенту нашему относишься. - Хорошо отношусь, Владимир Владимирович! - Но как ты меня узнал? - изумился Путин. - Ну, во-первых, на вас очки Абрамовича, парик Кобзона и усы Пескова. Во-вторых, перед тем, как вы сюда зашли, пришли люди в форме ФСО и всех, кроме меня отсюда вышвырнули. Меня же тщательно обыскали, заменили стеклянную бутылку на пластиковую, водку, на всякий случай, заменили на воду, а вон там сидит снайпер и держит меня на прицеле. В-третьих, вы прилетели сюда на дельтаплане со стаей стерхов, на вас кимоно, в руках у вас амфоры и за дверью вас ждёт батискаф. Ну и последнее, Владим Владимыч, вы меня не узнаете? Я же начальник вашей охраны!
|
|
1108
С разрешения самого автора истории, с удовольствием публикую небольшое эссе Алексея Меринова (известного художника, рокенролльщика и просто отличного, мудрого человека):
..Однажды, похмельным утром, вдруг почувствовал себя художником. Пошел, уволился (имел прекрасную работу: колол алмазы, тырил гидролизный спирт в пластиковой баночке из-под клея, цедил его же на рабочем месте, присев под стол. Чего не хватало?!) и запил... то есть начал полноценную жизнь творца.
К великому изумлению, спрос на меня как сугубо художественную единицу оказался небогатым, хотя бороду уже отрастил и научился выговаривать загадочное слово “лессировка”. Выручил старый друг с удивительно удобной фамилией Козлов (хороша она прежде всего тем, что произнеся ее громко, понимаешь: у ТЕБЯ-то еще не все так плохо). Козлов имел совершенно фантастическую должность — инженер по соцсоревнованию, труду и зарплате. Увы, в мире нет гармонии — за последний пункт в этом списке постов его периодически били ужравшиеся гегемоны, да если б только его...
Итак, Козлов сделал мне нешуточный промоушн, пригласив красочно, но доступно для лимитческих пролетариев оформлять соцобязательства, а также ярко и принципиально иллюстрировать надписи: “Носи каску” и “Устал — отдохни”.
Впервые попал в строительное управление в день зарплаты. Это позже, еще издалека, я научился с легкостью определять, выдают рабочим получку или нет. Если из окон, часа в два дня, доносилось хоровое скандирование бессмертных строк: “А-а-а винавата ли яа-а-а-а”, и сразу за этим шум побоища и мат, значит, пора к кассе. Если же просто кто-то прозаически крыл округу — праздника в этот день не жди. А пока я, наивный, волновался, удастся ли мне поразить суровых сердцами строителей своим стилем и манерой ваяния.
Зайдя в кабинет, который мы делили с Козловым, я обнаружил еще одного представителя рабочей элиты — учетчика Сашу, деловито пристегивающего себе ножной протез. Как-то, упав по пьяни со строительных лесов (случай наитривиальнейший в нашей непросыхающе-созидающей среде) и протрезвев от этого чуть быстрее обычного, Саня понял, что, расставшись с одной ногой, можно заиметь много преимуществ. А именно — стать учетчиком, и поэтому носить чесучовый костюм и носки, презрительно выдыхать в лицо вчерашним коллегам: “Отвянь, деревня”. Главное же — отстегнув ногоимитатор, без очереди брать вино в гастрономе.
Завидя меня, Саша деловито произнес:
— А, новенький... проставиться бы надо, — и с нарочитым вздохом стал “обезноживаться”, давая понять, что слетает в угловой.
Слетал... Вытащил из сумки бутылку “Вермут розовый” 0,8 литра. Вошедший следом Козлов сделал страшные глаза, стуча пальцем по циферблату (9.30 утра)... но отступать было поздно — честь дороже. Саша пошарил рукой в ящике стола и с одобрительным поцыкиванием вытащил оттуда пару засохших апельсиновых корок:
— Закусь — сосать можно.
Затем он приступил к священному для каждого страждущего ритуалу — открыванию зубами пробки. Вот тут и случилась незадача. “Бомба” нежданно покинула его объятия и, упав плашмя, с укоряюще глухим стоном разбилась. Видели ли вы когда-нибудь глаза героев полотен Ильи Сергеевича Глазунова? В Сашиных очах была такая боль, будто бы тени всех, когда-либо валившихся по пьяни с лесов, медленно проплывали перед ним и скорбно покачивали понурыми головами, беззвучно вопрошая:
— Как же ты мог, Саша?.. Кому теперь верить?!
...Развернувшись, словно флюгер-петушок, на единственной ноге, Александр заорал на весь коридор:
— Танька, бл....а!!! Тащи тряпку, быстрее!!!
Татьяна была уборщицей в СУ и женой Саши одновременно. Милая женщина... только одно обстоятельство немного мешало ей слиться с действительностью в безмятежной гармонии: после удара упавшего черенка лопаты по голове она немножко боялась замкнутых пространств. Поэтому, даже посещая туалет управления по своим, общечеловеческим нуждам, никогда дверь за собой не закрывала. Впрочем, такие мелочи никого здесь не волновали, особенно в день зарплаты.
...Пока Танюша неслась к кабинету с тряпкой в руках, невольно копируя главную героиню картины “Свобода на баррикадах”, я уважительно думал о Сашиной любви к чистоте. Надо же, не может закрывать наряды в неубранной комнате... Тяжело мне, неряхе, придется здесь. Через мгновение, наблюдая за слаженными действиями парочки, я понял, что мне действительно будет нелегко...
Танечка, беспрерывно и радостно бормоча: “А тряпочка чи-и-иистенькая, как знала!” — быстро, но очень аккуратно пропитывала материей вермутовую лужу и, тщательно отжимая, сливала бывший когда-то бордовым напиток в банку, которую держал Саша, всем видом показывая, что уж на этот раз его с сосудом не смогут разлучить даже “пляска святого Витта” вкупе с параличом.
— А чё, хватит всем. Кто первый будет? — Саша посмотрел было на Козлова, но, встретившись с разъяренным взглядом начальника, мгновенно сориентировался:
— Ля! Чё это я! Новенький же завсегда начинает!
...Потом началась непринужденная корпоративная вечеринка: с солированием в хоре, братанием с одноногими работниками, коих оказалось по паре штук на одно служебное помещение... Были и пляски с протезами в руках, и побег из кабинета по крышам соседних строений. Бежали вместе с Козловым, подбадриваемые обещаниями:
— Ну, Каз-з-з-з-зел, завтра мы те бздян-то повыписываем, за такую зарплату! И художнику тваму, нестриженому!!!
Козлов, тихо (чтоб слышал только я), но мужественно посылал пролетариат в ответ, успевая в ритм бега еще и успокаивать меня:
— Да фигня, Леш, щас они Сашке в бубен наварят и забудутся...
...На следующее утро, немного обеспокоенный судьбой учетчика, я, открыв дверь, увидел довольное, в подтеках и ссадинах лицо Саши. Перед ним, втянув свои неровные головы в плечи, переминались строители:
— Сань, ну че ни бываить... Ты уж не серчай...
Завидя меня, Саша быстро распрощался со своими вчерашними обидчиками загадочной фразой:
— Свободны... до аванса, — и, открыв дверку стола, показал на целую батарею “откупных” бутылок винища...
— Ну что, лять, Таню сразу звать? — мягко спросил вошедший следом Козлов.
P.S. Да, что и говорить — много и добротно строили в Москве...
Алексей Меринов
|
|
1110
Взятка
Сегодня в электричке ехал милиционер. Или полицейский? Неважно, не суть. Не то что бы толстый, но очень больших размеров майор. Вполне себе располагающей внешности. Был он красноморд, добродушен, и слегка поддат. В ногах у него стоял сумка, точнее пакет, доверху набитый красными крупными яблоками.
И глядя на эти яблоки я почему-то вспомнил, как много лет назад, в точно такую же пору, в небольшой деревеньке где-то между Ярославлем и Костромой, купил самое дорогое в своей жизни яблоко.
Трасса была абсолютно пустой, деревенька - палкой перебросишь, и ничто не предвещало беды, но я всё равно сбросил до восьмидесяти, а когда показался знак "Конец населённого пункта", опять придавил.
Прямо за знаком, в кустах, они и стояли, двое из ларца. Молодые, румяные, весёлые. Один сидел за рулём девятки, другой помахивая радаром грыз яблоко.
- Сто тридцать шесть! Прикинь? - радостно сквозь яблоко прошамкал он коллеге, постучав огрызком по стеклу радара.
- Хорошая тачка. - одобрительно кивнул второй. - Приёмистая!
- Ага! - согласился первый. - Я думал ну сто, ну сто десять. А он как прыгнет!
- Да вы присаживайтесь, товарищ водитель, присаживайтесь! - сказал мне тот что сидел в девятке, и ткнул моими документами, в которые даже не заглянул, на пассажирское сиденье рядом с собой.
Я сел и спросил.
- Сколько?
- Ну, что значит так сразу "сколько"? - обиженно захрустело яблоко с заднего сиденья.
- Полторы. - прервал обличительный монолог коллеги передний.
- Тогда протокол. - вежливо отказался я.
- Тысяча. - сразу согласился передний. - И только исключительно потому что погода хорошая, и вы человек приятный.
- У нас просто бланки кончились. - прожевало сзади яблоко.
- Пятьсот. - сказал я.
- Нет, ну!.. Ну, нет! - возмутился задний. - Сто тридцать шесть под протокол это ведь права!
- Не факт. - сказал я. - Судья даст пятьсот. Государству нужны деньги. На кой черт ему мои права?
- Умный. - сказал передний заднему.
- Москвич. - подтвердил тот.
- Вот за это вас москвичей и не любят. - вздохнули оба.
Я достал заранее приготовленную купюру, расправил, и аккуратно воткнул в ящик для перчаток.
- Угощайтесь! - раздалось сзади.
Я обернулся. Задний протягивал мне большое красное яблоко. Там, сзади, на полу, их стоял целый пакет.
- Берите-берите, не стесняйтесь! Хорошие яблоки. Экологически чистые. В Москве таких нет.
- Оброк с деревни? - я взял яблоко и кивнул на пакет.
- Как вам не стыдно! - возмутился он. - Жители сами несут, в знак благодарности! Мы тут постоим, глядишь вы козу у кого нибудь не собьёте. Или собаку. Или человека ещё, упаси господь.
- Ага. Это если вон там. - сказал я и кивнул в начало деревни, на горку. - Если вон там встать. А тут только трупы считать.
- Неправда! - вдруг серьёзно ответил тот что спереди. - Если бы мы там стояли, вы бы все деревни, где мы там не стоим, сто сорок шли. А так вы в каждую деревню будете въезжать ну пусть не шестьдесят, но аккуратно и на допустимой разумной скорости. Как и положено сознательному водителю. Вы ведь сознательный водитель?
- Не то слово. Более чем. Вы же видите!
- Ну вот! Тогда счастливого пути! - И протянул мне документы. - Яблочко не забудьте. Деньги плачены всё таки.
- Не дорогие яблоки-то у вас? - спросил я удивлённо.
- А что делать? Мы ведь взяток не берём. Зарплата маленькая, вот и приходится крутиться. А цены рынок диктует, не мы. Вы ведь знаете.
- Но мы не жадные. - радостно добавил с заднего сиденья второй. - Вот, возьмите ещё! Бесплатно, бесплатно, не бойтесь!
- Нет, спасибо. - отказался я.
- А что? Сами не съедите, девушку бы угостили.
- Какую девушку?
- Ну, какую? В машине же с вами девушка?
- Собака. - сказал я. - Пёс. Он яблоки не ест.
- Ну, извините! - развёл руками задний. - Колбасу мы сами съели. Час назад.
Яблоко стоимостью пятьсот рублей ещё долго валялось у меня в салоне.
Потом Сёма то ли от скуки, то ли в знак протеста, пока я торчал с удочкой, яблоко загрыз. Он его не съел, а просто покусал и обслюнявил.
- Сёма! - спросил я его. - Ты в курсе, что только что уничтожил стоимость своего месячного рациона?
Сёма некультурно рыгнул, и презрительно фыркнул. Цены на фрукты в окрестностях некрасовского уезда его интересовали меньше всего.
* * *
От воспоминаний меня отвлёк телефон, который зазвонил в кармане у майора. Пыхтя и отдуваясь тот стал его вытаскивать, привстал, неловко повернулся, и пакет, потеряв точку опоры, опрокинулся набок. Крупные красные яблоки покатились по вагону.
Люди, сидящие вокруг, наклонялись, поднимали яблоки, и смеясь передавали обратно. А бабуля, сидевшая рядом с майором, который всё никак не мог сладить со своим телефоном, принимала их и складывала обратно в пакет.
Наконец майору удалось справится с телефоном, он нажал кнопку и сказал в трубку:
- Чёрт!
Видимо на том конце попросили уточнить. Майор принял у бабули пакет, кивнул, снова поставил его в ногах, и объяснил:
- Да взятка у меня, блин, рассыпалась!
Ракетчик
|
|
1112
Миша вот раззудил меня на "медицинскую" историю. Точнее, не медицинскую, и даже не на историю, а на... впрочем, затрудняюсь с определением.
Моя искренняя благодарность пользователям RRaf и perevodchik за редактуру и моральную поддержку.
"Золото..."
Эпиграф:
"Это вроде мы снова в пехоте,
Это вроде мы снова - в штыки
Это душу отводят в охоте
Уцелевшие фронтовики..." (В.С. Высоцкий)
У моего отца был дядя. Я, собственно говоря, про него пару историй когда-то уже писал (вот например, если интересно, https://www.anekdot.ru/id/859462 или https://www.anekdot.ru/id/860702 ).
Я понимаю что последующие пару предложений будут выглядеть как хвастовство, но это и взаправду был весьма примечательный человек. Очень известный ортопед-онколог. Хирург, почти 30 лет проработавший в ЦИТО, фронтовик, полковник, автор более 150-ти научных работ, полудюжины монографий и с десятка изобретений, кавалер всяческих орденов, медалей и премий, и т.д.
Как я сказал выше, после отставки из армии он устроился в ЦИТО. И хоть работал он в Москве, но жильё ему выделили в Подмосковье. Это была половина небольшого домика, правда, на весьма солидном участке в т.н. "элитном" посёлке. Естественно, в конце 50-х или 60-х Советская элита весьма отличалась от нынешней. Сосед по дому, зам министра чего-то там, так же как и остальные плебеи, благополучно ходил в местный магазин за молоком и хлебом, в трениках полол грядки, не гнушался стучать в пинг-понг с окрестными пацанами, и ему совсем было не влом ездить в переполенном автобусе до ближайшей станции метро, хотя личный автомобиль у него был. Но это я отвлёкся.
Отцовские дядя и тётя были людьми очень компанейскими. Гости в их доме были явлением перманентным. Даже не представляю, как тётушка, несмотря на свою работу офтальмологом, успевала готовить разные деликатесы и разносолы, на кои она была большая мастерица, ибо частенько дядя приводил гостей с предупреждением всего за пару часов. Нередко гости вообще появлялись без приглашения, и им завсегда были рады. Можно сказать, что у них дома образовалась определённая тусовка. Изначально, учитывая их профессии, военно-медицинская, но после сильно разросшаяся.
Моему отцу повезло. Он провёл целое лето 1961-го и 1962-го у дяди с тётей. Да и после, уже будучи студентом МИСИСа, как минимум одни выходные в месяц проводил у них. Меня гложет белая зависть, ведь с какими личностями ему довелось повидаться! Дорого бы я дал, чтобы посидеть с ними за одним столом. Дядя дружил с Юрием Никулиным, Александром Александровичем Вишневским - главным хирургом Минобороны СССР (он ещё сыграл свою роль в жизни моего отца (https://www.anekdot.ru/id/911949 ), С.П. Капицей, Евгением Алексеевичем Фёдоровым (врач первого отряда космонавтов, и ещё многими другими интересными людьми. Плюс, гости, в свою очередь,часто приводили других "членов творческой интеллигенции."
Правда, в те юношеские годы моему отцу эти ныне легендарные личности просто казались обыкновенными весёлыми дядьками. Чинами, званиями, и орденами там не мерялись. Зато все любили в меру выпить хорошего коньяка или вина, вкусно поесть тётушкиной стряпни, спеть вместе душевную песню, и, конечно же, рассказать какую-нибудь занятную историю. А так как почти поголовно там собирались фронтовики (например с Е.А. Фёдоровым дядя учился вместе в институте, и вместе же ушли на фронт в июне 1941-го), то частенько разговоры шли про случаи на Войне.
Большинство историй мой отец пропускал мимо ушей, многие, к сожалению, подзабыл, но кое что запомнил и пересказал мне. Вот одна из них.
Год 1945-й. Уже разгромлена фашисткая Германия, но расслабляться рано, ведь осталось разгромить Японию. Дядя, в то время майор, был послан на Дальневосточный фронт в качестве начальника отделения полевого госпиталя. Это лишь звучит громко и солидно, а в реальности это очень тяжёлая должность. Хоть война с японцами длилась недолго, но была она весьма кровавой, и раненых было много. А это означает множество операций без перерыва на отдых и сон.
Более того, линия фронта двигалась очень быстро, а это значит, что и госпиталь тоже должен был перемещаться с почти той же скоростью. Казалось бы, вот только развернули госпиталь, ан нет, снова надо сворачиваться и переезжать. Тяжелораненых, конечно с собой не тащили, отправляли во фронтовые госпиталя, но взамен поступали новые. Огромная трудность была в том, что особо-то и госпитальных условий не было. Бывало, что оперировали и под навесом, и в палатках. Посему, как только была возможность, под госпиталь захватывали первое же более-менее целое приличное здание.
Впрочем, таких зданий было совсем немного. Обычно они принадлежали местным заправилам, которые, в свою очередь, отнюдь не жаждали очной встречи с наступающей РККА. А так как армия Советская двигалась очень быстро, то нередно бежали они, бросая всё, лишь бы спастись (между прочим, мой дед про войну с японцами рассказывал то же самое. Бывало, в Маньчжурии, они заходили в дома, где на кухнях ещё стояла тёплая еда).
Однажды, часть зашла в небольшой городок, и местный особняк был тут же определён под госпиталь. Дядя уже пару суток практически без сна. Нескончаеммые операции, одна за одной. Гной, кишки, хрипы, грязь, окровавленные бинты, запахи, он еле-еле на ногах. Чувствует, если хотя-бы несколько часов не поспит, то он просто не сможет оперировать. Благо, пока госпиталь разворачивается, можно урвать часок, много два.
Приказал помощнику, "через два часа меня обязательно разбудить." Нашёл укромную маленькую комнатку. Увидел кровать, и тут же рухнул, не раздеваясь и сразу забылся в глубоком сне. Казалось бы, только закрыл глаза, а уже в дверь стук:
- Товарищ майор, раненых подвезли. Операционная готова, мы вас ждём.
И снова сна как не бывало. Вскочил:
- Бегу, бегу. Одну минуту.
- Хорошо, - отвечают из за двери.
В углу умывальник, в нём вода. Небывалая роскошь. Ополоснул лицо и сил прибавилось. Направился к двери. Вдруг взгляд упал на кровать, где только что спал. Когда вскочил, она сдвинулась и из под неё виднеется ящичек. Ногой пнул, крышка слетела, и о чудо, он полный монет. Они переливаются заманчивым желтовато-матовым блеском и тянут к себе как магнит, а в мозгу зазвенело "золото, золото, золото."
Встряхнул головой, снова пнул ящик под кровать и побежал в операционную. Когда вернулся в комнатку через несколько часов, там уже ничего не было.
- Так Вы даже ящик не тронули? Даже ни одной монетки не взяли? Потом жалко не было? - прозвучали вопросы.
- Да как можно на это время терять? Раненые ждать не могут, - твёрдо ответил он.
|
|
1116
Активный отдых
События, как всегда, вымышлены, имена, пол, возраст и образы героев перемешаны случайным образом, если вы себя в ком-то узнали – 146%, что это не вы.
Андрей приехал в родные пенаты на очередную «побывку» к родственникам. Собственно, к родственникам его всегда просили заезжать родители, некоторое время назад вслед за сыном перебравшиеся поближе к нерезиновой столице, а сам он при посещении родного города предпочитал общаться с друзьями, а не участвовать в родственной встрече-попойке.
Впрочем, родственники уже вынесли Андрею вердикт «Москва парня совсем испортила, они же там водку вообще не пьют». И как ни противоречила вторая часть фразы личным наблюдениям Андрея в столице, он благоразумно с этим не спорил, ибо избыточное потребление беленькой недолюбливал, и запись в «конченые люди» с последующим резюме «нам больше достанется» его вполне устраивала. Итак, он рассчитывал пережить обязательное застолье, завершив его разносом тел не столь привередливой к напиткам родни по спальным местам, и уже назавтра отправиться догонять друзей-одноклассников, которые уже успели, пользуясь началом теплого сезона отпусков умотать в байдарочный поход. Благо, друзья не жаловали высококатегорийные маршруты по суровым таежным рекам, где нужно «плыть вперед по абрису», а предпочитали легонько помахать веслами в окрестностях города, делая во фразе «активный отдых» явный акцент на вторую ее половину. Мобильная связь покрывала регион не хуже, чем отважный боец Росгвардии кроет матом очкастых интеллигентов, которых приходится тащить в автозак силой. В сочетании с GPS, которая выдержала даже впряжение в одну телегу с трепетной ланью по имени ГЛОНАСС, это позволяло Андрею надеяться на скорое рандеву с друзьями, и он даже размышлял, получится ли вломиться к ним в палатку поутру с криком «Пиццу заказывали?» и соответствующей упаковкой в руках.
Но его планам не суждено было сбыться. «Андрюш, а помнишь Марью Кирилловну?», спросила в относительно более трезвой фазе застолья скольки-то-юродная тетка, «она же тебя даже бывало, гулять за ручку водила, когда мама ее просила помочь!» Андрей хорошо помнил себя с очень раннего возраста, и был твердо уверен, что ни с какой Марьей Кирилловной ни за какую ручку не гулял. Но послушно внял дальнейшим речам тетки, из которых следовало, что он, как большой специалист в технике (он вообще-то был компьютерщиком) просто обязан был помочь этой даме в каких-то ее проблемах сантехнического характера. Такая вариация широко известного явления «тыжпрограммист» несколько обескуражила Андрея, но он решил, что попытка будет не пытка. В худшем случае родня уверится, что Москва парня испортила и в смысле рук, растущих теперь не оттуда.
Итак, неранним утром следующего дня Андрей отправился к Марье Кирилловне. После долгой, но обязательной прелюдии («А как там родители?» «А Ниночка всё так же заведует домом культуры?» «А жениться ты еще не надумал?»), Андрей перешел-таки к главному. Мол, что там у вас, бачок течет или кран скрипит?
Оказалось всё серьезнее. Некая строительная фирма провела в доме ремонт сетей водоснабжения и канализации. Естественно, за счет и по заказу фонда капремонта («Ого», подумал Андрей, «они, оказывается, не только бабки нахаляву собирают, но и что-то реально делают»). «Ох, и замаялась я после них убираться», жаловалась Марья Кирилловна.
А после завершения работ и торжественного обхода всех жильцов с подписным листом насчет того, что работы завершены, явился сантехник их сетевой компании, осмотрел результаты ремонта и заявил, что счетчик пломбировать не будет. Так как весь монтаж проведен с нарушениями. И будет компания теперь брать плату за воду «по нормативам», что для экономной Марьи Кирилловны означало раз в десять дороже. Вскоре к некоторым соседям явились шустрые молодые люди, которые предложили за небольшую сумму, тысяч в десять-пятнадцать, устранить несоответствия. Что-то подкрутили, постучали. Видимых изменений хозяева не заметили, но счетчики после визита шустрых людей были опломбированы без вопросов. Но Марья Кирилловна не была в состоянии заплатить пятнадцать тысяч, да и не знала, к кому по этому поводу обратиться. Короче, Андрей понял, что решить проблему, подтянув гайку или залив стык герметиком, не получится. Но, будучи человеком обязательным, решил попробовать помочь, раз обещал. И пошел по инстанциям.
В управляющей компании ему подробно разъяснили, что жильцы дома имеют прямые договора с сетевой водоснабжающей компанией, поэтому УК никак не может помочь в данном вопросе. Хотелось бы. но никак. Разделение обязанностей, сферы компетенции, вы поймите.
Придя в строительную компанию Андрей после некоторых усилий проник в административное здание и попал в кабинет к «ответственному за капремонт». Его неприветливо встретил мужик с явного бодуна, заявил, что фирма всё делала по согласованию с фондом капремонта, а сейчас он вызовет охрану и выяснит, как Андрей попал на режимный объект, то есть в его кабинет. Или сам сейчас выяснит. Драка с мужиком и охраной не входила в планы Андрея, и он ретировался, отправившись в фонд капитального ремонта.
Там его выслушали вежливо и внимательно, и объявили, что они всё сделали правильно, доказательством чего является акт приемки работ, подписанный жильцами. И вообще все их подрядчики работают в рамках единой системы мониторинга качества, поэтому речи о том, чтобы они могли отступить от нормативов, не может быть. Выдали ему небольшую пачку ксерокопий сертификатов и заключений, и послали в водоснабжающую компанию, сославшись на то, что его тайминг беседы с менеджером истек в соответствии с нормативами.
В означенной компании с Андреем беседовали, напротив, весьма неформально. Чуть ли не зам главного инженера лично посоветовал Андрею всеми принесенными бумагами подтереться. «Знаю я этот дом, и что они там наделали!» Дальше он пространно объяснял, что расстояние от отвода до счетчика должно быть не менее стольких-то сантиметров по трубе, а не по прямой от края счетчика, что разветвления должны быть сделаны так, а не этак, и много еще чего. Андрей так воодушевился этими новыми знаниями, что прямиком отправился уже в жилинспекцию.
Жилинспекция поразила Андрея безлюдностью. Казалось бы, подобное место должно было кипеть и бурлить от недовольных народных масс, пришедших реализовать свою заветную мечту – пожаловаться. Но ничего подобного не наблюдалось. Народные массы отсутствовали как таковые. Андрей был в зале один. Скучающая дама за стойкой администратора сообщила, тем не менее, что все специалисты пока заняты. Никаких талончиков электронной очереди тут не было и в помине, но дама рекомендовала Андрею подождать здесь, пообещав, что отправит его к первому освободившемуся сотруднику. После чего вскоре и сама куда-то ушла, В течение получаса мимо Андрея быстро проходили какие-то люди, но обратиться к ним и спросить о своем деле он не успевал. Потом за конторку пришла совсем другая дама, поинтересовалась у Андрея, кого тот ждет, и сообщила, что единственный бывший в здании специалист только что уехал что-то инспектировать и назад сегодня не вернется. Андрею было предложено написать заявление по своей проблеме. Но тут выяснилось, что он не является ни владельцем, ни жильцом проблемной квартиры, ни даже ближайшим родственником таковых, в результате чего заявление вторая дама принять отказалась. Перспектива притащить в жилинспекцию Марью Кирилловну и пытаться удачно перехватить какого-нибудь специалиста представлялась Андрею туманной: его незваная подопечная была немолода, инспекция находилась относительно ее дома на другом конце города, а здешние сотрудники появлялись у себя на рабочих местах в таком стохастическом режиме, которому позавидовал бы хороший генератор случайных чисел.
Андрей не очень любил терпеть поражение после стольких усилий, и в печали побрел обратно через весь город пешком. Грустные мысли постепенно перетекли в воспоминания о детстве и юности, друзьях и подругах – и из этих воспоминаний вдруг вынырнуло одно – Оленька! Ну конечно, Оленька, подруга детства, она же еще пошла учиться в здешний строительный, еще кое-кто смеялся, «крановщица по имени Оля», мол, а она взяла и сделала неплохую карьеру… да ведь вот в этом самом «Водоканале», или как он там теперь называется!
Андрей осознал, что он исчерпал все варианты решения проблемы с парадного хода, и надо зайти с черного. Как говорилось в том спектакле? «Время звонить дяде!» В данном случае – Оленьке. И, не откладывая, Андрей сделал это.
По итогам довольно короткого разговора с Оленькой Андрей так и не смог прийти к однозначному выводу. То ли та с самого детства была в него влюблена, а он, козел такой, так этого и не заметил, за что должен теперь ощутить весь груз ответственности и последствий, то ли личный астролог категорически посоветовал его подруге отныне избегать общения с людьми по имени Андрей, то ли еще что. В общем, Андрей, будучи категорическим противником идеи «все бабы – дуры», в данный момент склонялся к внесению в свои убеждения первой поправки.
Но от этого опрометчивого шага его отвлек светлый образ другой девушки, идущей ему навстречу. Это была его одноклассница Лена, с которой давно был заключен молчаливый пакт об отсутствии романтических отношений, что сильно облегчало их общение и сделало их, в сущности, хорошими друзьями. Лена была совсем не дурой и при этом красавицей, но Андрей здраво рассудил в свое время, что красивых девушек вокруг много, умные тоже встречаются, а вот хороших друзей гораздо меньше, и даже при условии, что он добьется взаимности, курс обмена 1:1 окажется ему совершенно невыгоден. Поэтому он совершенно не удивился, когда эта девушка кинулась ему на шею с криком: «Андрюшка! Гад такой! Значит, из Москвы приехал, а мне даже непозвонил!», после чего с рассуждениями, что, раз он никуда не торопится, а видно же, что не торопится, то может и в гости зайти, потащила его к стоящему неподалеку «Ауди», где он был представлен мужу Лены. Про замужество Лены Андрей понаслышке знал, но на свадьбу приехать не смог («Занят, значит? Ну ты там в своей Москве совсем зазнался!»). Муж по имени Стас, кстати, реагировал гораздо дружелюбнее, чем сделали бы это большинство мужчин, жены которых кинулись бы посреди улицы кому-то на шею. Видимо, комплексами он не страдал, а в себе и своей жене был уверен.
Андрей был немедленно зазван в гости, привезен в неплохой коттедж на окраине города и усажен за импровизированный торжественный ранний ужин. Обмен воспоминаниями детства и юности, в ходе которого, кстати, выяснилось, что Андрей и Стас в свое время при разгоне местного рок-фестиваля убегали от одних и тех же ментов, к рассказу не относится, а посему я его пропущу. Зато, уяснив, что и Лена, и ее супруг занимают немалые должности в областной администрации, Андрей решился воспользоваться ситуацией, и, к слову, изложил свою сегодняшнюю проблему, попутно переквалифицировав Марью Кирилловну в родственницы. Для верности.
На это с энтузиазмом откликнулся Стас. «О, да это же Равиль, его хозяйство», выудил трубку радиотелефона и позвонил неведомому Равилю. По ходу этого разговора лицо Стаса монотонно стремилось к тому выражению, которое бывает у человека, осознавшего, что завтра придется-таки идти к стоматологу. Вроде и ничего принципиально страшного, но лучше бы было обойтись без этого. Закончив разговор, Стас бросил Лене: «Короче, это надо с Вадим Егорычем решать». «Ну и что?» «Да не люблю я с ним общаться». «Чтобы трахнуть, любить необязательно», заявила Лена и уже сама взяла трубку. Через пару минут разговора с Вадимом Егорычем в ее голосе прорезался металл, который удивил не только Андрея, но, похоже, и Стаса. Но еще минут через пять она назвала улицу, номер дома и квартиры и завершила беседу пожеланием, чтобы недоразумения случались пореже.
А назавтра в квартиру Марьи Кирилловны явился мрачный водопроводчик, который буркнул «Где тут у Вас счетчик?», потом часа два менял трубы, а в итоге поставил пломбу, вручил хозяйке документы и молча исчез.
Андрей догнал друзей-байдарочников только на их последней стоянке. И без пиццы.
Про Марью Кирилловну соседки стали шептаться: «Ишь, все заплатили за плонбы как миленькие, а эта выкрутилась, у ей, видать, блат».
Некоторое время спустя в заповедной зоне на берегу реки появился шикарный особняк, можно даже сказать, замок, с тщательно охраняемой территорией. Местные активисты ФБК заявляли,ч то он принадлежит В.Е. Козлицыну, недавно назначенному первым заместителем главы администрации в обход троих претендентов. «Занос был», говорил про это один из друзей-байдарочников , но Андрей в байдарочном сленге не разбирался. А попытки наймитов Госдепа добиться расследования прокуратуры по поводу особняка, ясное дело, окончились ничем.
P.S. Я считаю своим долгом заявить, что в России существуют жилищные инспекции, которые, в отличие от описанной, реально работают с заявлениями граждан и эффективно решают проблемы. Это, в частности, жилищные инспекции города Самары и Одинцовского района Московской области.
|
|
1120
Звонок в эфир "Эха Москвы": - Уважаемая студия, сам я политикой не интересуюсь, но моя жена ездит в Москву на все митинги в поддержку Собянина. Только в последний месяц их было штук десять, а что изменилось? Не боится ли он потерять доверие избирателей? - Лучше подумайте о доверии к жене: в последнее время в Москве вообще не было митингов в поддержку Собянина!
|
|
1121
О ЧЁМ МЕЧТАЮТ МУЖЧИНЫ...
Наверное, любой мужик периодически мечтает о том, чтобы встретить как-нибудь одну из своих "бывших", и произвести на нее впечатление тем, как у тебя без нее все хорошо. Мол, типа, ушла ты от меня - а я теперь вон какой крутой. В действительности же зачастую получается, как в фильме "О чём говорят мужчины": ты идешь по улице в трусах и грязной майке в соседний магазин, а она подъезжает на шикарном кабриолете с молодым миллионером за рулем. Однако и в таких сценариях бывают "варианты".
Однокурсник мой Серёга несколько лет назад круто поменял свою жизнь. Если уж быть точнее, то это жизнь поменяла Серёгу: сначала компанию, где он работал, купили крупные конкуренты, а ему указали за дверь. Потом жена подала на развод ("Нахрен ты мне без работы сдался?"), заодно оставив и без квартиры (ну, тут спорить нечего, он сам без вопросов оставил квартиру ребенку). В общем, в 35 лет оказался он без постоянной работы, в съемной убитой квартире в ближнем Подмосковье, с непонятными перспективами на будущее.
Между делом познакомился с девушкой сильно моложе себя. Только после института, приехала покорять столицу. По мне - дура дурой, но симпатичная (особенно пока рот закрыт). Но с претензиями. Довольно быстро начала корить Серёгу за то, что у него "и машина не престижная, и зарабатывает мало". Короче, спустя несколько месяцев они благополучно расстались. Спустя еще какое-то время жизнь повернулась к Серёге противоположной жопе частью тела, и можно сказать что у него все стало хорошо. Насколько хорошо - судите сами, далее рассказываю от первого лица:
"Ты же знаешь, я с молодости не люблю особо наряжаться, если только это не на прием к английской королеве. Пофигу, что Москва - столица, до магазина можно и в старых шортах дойти (тут я, кстати, его целиком поддерживаю, а когда любимая супруга в очередной раз начинает ныть на тему "Как ты одеваешься при такой зарплате?" - показываю ей известную фотографию с Марком Цукербергом и Биллом Гейтсом и подписью "Так выглядят чуваки, у которых на двоих 180 млрд. долларов").
Вот и давеча ("давеча" было, когда в Москве было еще тепло) брожу по нашему районному торговому центру, и тут опаньки, Ирочка нарисовалась! Неплохо выглядит, должен сказать. По крайней мере, если раньше была просто дура с претензиями, то теперь к этому добавилась капелька гламура. А уж она как увидала меня - так прямо аж засветилась от счастья и чувства собственного превосходства. Я, собственно говоря, с ней и не собирался даже разговаривать, но ты ж помнишь ее, она если рот откроет - заткнуть ее можно только ужином в ресторане.
Короче, понесло ее. Прошлась по моему внешнему виду (мол, ничуть не изменился - как был неудачником, так и остался), плавно перешла к своим достижениям (из секретаря выросла до персонального ассистента; я из скромности старался не ржать, хотя прекрасно знал, в чем заключается в современных компаниях принципиальная разница между секретарем и персональным ассистентом), ну а потом и на личную жизнь свою переключилась. Дескать, у нее теперь молодой человек - перспективный программист в крупной престижной компании (произнесено это было с таким придыханием, что я боялся - она прямо здесь описается от счастья). И что он зарабатывает столько, что и ей на карманные расходы достается уйма денег, и путешествуют они регулярно, и вообще он разительно отличается от того, что я из себя представлял 5 лет назад. "А вот, кстати, и он" - махнула в сторону приближающегося парня.
Который при ближайшем рассмотрении оказался отнюдь не "чудо-мачо", а разработчиком из моей же компании. Нет, парень неплохой, и для его возраста действительно перспективный. Жаловался только часто в последнее время, что на жизнь перестало денег хватать (ну оно-то понятно), да в отпуск очередной просится.
- Здравствуйте, Сергей Петрович!
- Привет, Максим. Ты тут какими судьбами?
- Так вы знакомы?! (это уже Ирочка)
- Да, это директор наш. Помнишь, я про него тебе рассказывал?
- Ладно, ребята, пойду я, мне еще в магазин надо. Макс, загляни во вторник ко мне.
И пошёл себе дальше по своим делам. Метров через сто обернулся - Ирочка, по ходу дела, так и стояла с открытым ртом и выпученными глазами."
|
|
1130
Поддержка науки
Работал я на небольшом частном заводе, где, помимо прочего, делали полупроводниковые шалабушки. Вполне такие приличные, даже приезжали из Энергетического Института, что в самой Москве расположен, на них посмотреть. Языком поцокали, удивились, что в России такое дело освоили, водки выпили и уехали.
Через некоторое время читаю мелким шрифтом, что МИНОБРНАУКИ (крепость или племя полинезийское – на что больше похоже?) объявляет конкурс на разработку и внедрение этих самых полупроводниковых шалабушек. За семь миллионов долларов. Разумеется, весь завод необычайно обрадовался и даже какое-то время не работал. А потом бросились бумаги готовить. Решили нажульничать – не признаваться, что уже пять лет как успешно внедрили и тоннами производим, а обошлось в те же семь, но только рублей (поскольку все установки сами придумали и сделали). Обложились научными статьями для квалификации и написали, что лабораторный образец имеется и работает как зверь. А за семь лимонов баксов обещали покрыть полезными шалабухами всю страну и её окрестности. И покрыли бы, кстати.
Ну и как мы могли не выиграть этот конкурс? Как? А вот так. Конкурс выиграл тот самый Энергетический институт, который в гости приезжал. Ну и чёрт с ним.
Спустя пару лет познакомился я на банкете с ярким представителем МИНОБРНАУКИ (всё таки племя скорее, а не крепость). Присутствовал за шведским столом и Ученый из Энергетического института.
– А как там шалабухи? – спросил я громко и язвительно. – Разработались? Чего-то я на рынке их не вижу. И в журналах не вижу. Прошлой осенью, правда, от вас женщина звонила, спрашивала, какая у шалабух химическая формула. А кроме этого – никакой научной деятельности за вами не наблюдаем.
– Да никто и не собирался их разрабатывать, – мирно ответил мне Ученый, – Название просто у вас взяли, красивое оно, понравилось. А нам главное деньги освоить. Не так ли?
– Всё так, — подтвердил яркий представитель МИНОБРНАУКИ, — институту иначе денег не выделишь. Фонды, знаете ли. Баклажаны удачные, да. С чесночком. О чем это я? Институт должен функционировать! Там же люди, у них наработки. Вот вы — гражданин России?
– Да. А что?
– А то! Науку надо поддерживать!
|
|
1135
Питерец (сокращённо п-ц) спрашивает провинциальную меня про то, какие мы употребляем слова в нашей провинции:
п-ц> И как у вас в Новосибирске называют такую, знаете, большую ложку, которой суп из кастрюли наливают в тарелки?...
Я> Поварёшка?...
п-ц> Поварёшка? Точно поварёшка? У нас в Питере тоже говорят "поварёшка"! А вот в Москве говорят (тут лицо скривляется и дальнейшее произносится с чувством омерзения) ПОЛООООВНИК...
п-ц> А как у вас называют то, что отделяет проезжую часть от тротуара?
Я> Поребрик что ли?
п-ц> (опять с радостью) Неужели поребрик? А вот в Москве говорят БОРДЮЮЮЮЮЮР...
п-ц> А как у вас называют то, на что делится дом? Такие, знаете ли, отдельные входы...
Я> Подъезды?...
п-ц> (скривившись) ПОДЪЕЕЕЕЗДЫ... Это в Москве так говорят, ПОДЪЕЕЕЕЗДЫ... А в Питере говорят (с придыханием) пара-а-адные...
п-ц> А куда вы у вас в Новосибирске ходите за хлебом?...
Я> э-э-э... в смысле?
п-ц> Ну куда, в булоч-ч-чную или в БУЛОШШШШШШНУЮ?...
Я> В хлебный.
п-ц> КУДА?!...
Я> В хлебный. За хлебом мы ходим в хлебный...
п-ц> (потрясённо) Какой ужас!...
Про куру/курицу и пышки/пончики меня после ТАКОГО уже не спросили. Что с нас взять, провинция, скоты-с ;)
|
|
1136
Если сравнивать с уровнем сервиса в Москве или Питере сейчас (даже при всех известных недостатках последнего) – сравнение будет явно не в пользу Эстонии.
Ну вот пример: мне надо было починить фары в машине.
Я обратился к местным официалам Opel, объяснил, что хочу записаться на диагностику и ремонт фар, а заодно сделать плановое ТО.
Сдал машину. Не дождавшись звонка к концу рабочего дня, перезваниваю им почти перед самым закрытием — говорят: “запирррайте, готтоффо”.
Приезжаю. Просматриваю счет — там только сумма за замену масла в двигателе. Спрашиваю: “а фары?” В ответ: “фаррры? ааа… а, да! фаррры …. не рапоттаютттт!”
|
|
1137
В продолжение истории про "единение спрашивающих и отвечающих про как пройти в Москве". Вернее про его отсуствие.
Как-то будучи на Тверском бульваре днем был спрошен как пройти в Шереметьево. Если бы ответил, что не знаю, то наверняка обиженных на москвичей было бы +1. Но так проблеял что-то про "попробуйте на метро до Речного". "Нет", твердо ответили мне, "хотим именно пешком". Что было делать? Махнул рукой в сторону Ленинградки. Ведь не соврал, правда?
|
|
1139
Есть в Москве такая Англо-Американская школа (AAS). Та самая, которую сейчас наш МИД прессует, не впуская в Россию ее учителей по дипломатическим паспортам. Учат там по английским и американским программам детей сотрудников соответствующих посольств, а также, на коммерческой основе, всех желающих.
И случилось мне практически в одно и то же время давать частные уроки нескольким русским детям, там обучавшимся. Во-первых, я разъяснял им, как будет по-русски всё, что они там проходили (ведь от тогдашних аналогов ОГЭ/ЕГЭ их никто не освобождал, да и в жизни школьные знания иногда нужны бывают) на английском. А во-вторых, они хотели поднять свой высокий уровень знаний, который AAS давала, до высочайшего, поскольку каждый из них уже наметил себе в качестве цели поступление в конкретный британский или американский вуз, уровень которых начинался с Лондонской школы экономики. И, кстати, целей своих все они достигли.
Но был среди них парень, назовем его, Петя, абсолютно спокойный, способный, трудолюбивый. Сам, кстати, попросил научить его выполнять школьные работы с поправкой на личные качества учителей. И мы с ним успешно пользовались тем, например, что учитель естествознания был скорее химиком, чем физиком, при этом гордившимся своим шотландским происхождением. Ну так Петя, придумывая второстепенные факторы, влияющие на давление в газе, писал про возможность химических реакций и про то, что в ущельях в шотландских горах, которые Highlands, дует ветер, и давление при этом снижается. Учитель был счастлив, и ставил A+.
Так вот, Петя оказался патриотом. Принял твердое решение поступать в российский вуз и продолжать потом карьеру в России. Сказал: "У нас в стране что-то много всякой ерунды. Очень много ерунды. Надо исправлять".
Поступать собрался изначально в МГИМО. Я пытался осторожно намекнуть, что в МГИМО "чужие не ходят". Но Петя при поддержке родителей просто решил поступить на платные подготовительные курсы, тем самым став "своим" за некоторую сумму денег.
Однако возникла неожиданная проблема. Петю "завалили" на вступительном экзамене по английскому языку. Вступительном на курсы, где его собирались еще готовить и готовить к поступлению! Человека, который с первого класса учил все предметы на английском языке, общаясь в школе только на нем, и сдавшего все российские школьные экзамены по нему на высший балл! Чужие, короче, там не ходят.
После этого я встретил Петю и спросил, как впечатления.
"Нормально," ответил он, "просто всякой ерунды оказалось чуть больше, чем я изначально рассчитывал".
Да, а в российский вуз он поступил. В чуть более знаменитый и чуть менее блатной, чем МГИМО. И успешно его окончил.
На месте "ерунды" я бы призадумался о своем поведении. А она начала прессовать школу...
|
|
1140
Никто не любит москвичей, но вот,
Руководит столицей мэр оленевод,
И стало жить в Москве теперь отвратно,
Когда же в тундру он уйдет обратно.
Пока Москвой такие рулят лица,
Взаимна нелюбовь провинции к столице,
Он гениальных в вечном поиске идей,
За что еще бы денег взять с людей.
Народу мэр дал хвостик от морковки,
Зато повсюду платные парковки,
О нем одна в моей мысль голове,
Ах, как расцвел Собянин при Москве.
|
|
1142
Из новостей: «Мошенники переоформили квартиру в Москве с помощью поддельной цифровой подписи».
xxx: Товарищ сделал предложение своей девушке через сайт Госуслуги. Ей осталось только его подтвердить на сайте, и брак готов. Такими темпами уже скоро с помощью сайта Госуслуги можно будет невест похищать!
|
|
1145
Есть у меня знакомый, мужик лет 60-ти, житель очень небольшого городка километрах в ста от столицы. Я когда там бывал, очень удивлялся количеству гаражей - каменных, капитальных, часто двухэтажных. По моим прикидкам, их площадь превышала площадь жилой и административной застройки. У некоторых семей было даже не по одному гаражу.
Я все не мог понять этой страсти, пока этот самый знакомый не изрек:
- Как же вы там в своей Москве без гаражей живете? Это же не жизнь, а существование!
|
|
1148
ТВОРЧЕСКИЙ ПРИХОД
Сергей Шрайбин вздохнул, размял пальцы и начал набирать текст статьи.
"В то время как некоторые посмели сомневаться в победе нашей сборной, наши игроки, отбросив все сомнения, выиграли у соперников".
Шрайбин поморщился и стёр написанное. Почесал подбородок, сжал губы и напечатал "Победа нашей сборной однозначно знаменует предстоящую череду побед нашей страны на спортивной и политической аренах".
"Уже лучше", подумал Сергей и на всякий случай сохранил текст. Приложился к бутылке минеральной воды, немного походил по комнате. Продолжение никак не сочинялось.
Бывают в жизни такие моменты, когда не идёт работа. Не помогают ни долгие прогулки, ни чтение классики, ни бутылка.
Шрайбин посмотрел на часы. Где же курьер?
Этот препарат ему посоветовал старый друг Алексей Топоров, ныне успешный писатель.
- Старик, - сказал Топоров, выслушав очередную жалобу об исчезнувшем вдохновении, - есть одна штука, помогает, если не пишется. Держи телефон. - Алексей протянул визитку.
Шрайбин тогда с сомнением повертел в руках белый картонный прямоугольник. "Пик-переживания по Москве при общей сумме заказа от 3000 рублей. Доставка по России от 49 рублей. Скидки и бонусы для постоянных клиентов". Но сегодня выбора уже не было.
Звонок входной двери отвлёк от размышлений. Открыв, Сергей посмотрел на курьера взглядом человека, измученного нарзаном:
- Товар надёжный?
- Фирма гарантирует пик-переживание в течение пяти минут после приема препарата. Во избежание судебных исков должен вас предупредить, что частый приём "Пикодина" может вызывать привыкание. Так что пользуйтесь им не чаще одного раза в сутки. И вообще, - курьер сменил тон с официально-делового на доверительный, - читайте перед применением инструкцию.
Быстро отсчитав купюры, Шрайбин закрыл дверь за посетителем. Выключил дверной звонок, отключил домашний и мобильный телефоны. Открыл текстовый редактор, поставил в настройках автосохранение каждую минуту. Если он не сдаст к завтрашнему утру статью о победе сборной, его поднимут на смех коллеги. Надо же было купиться на пари!
Накануне решающего матча, когда в финале сошлись сборные Бразилии и России, Сергей на всю редакцию пообещал, что в случае победы наших напишет заметку за одну ночь. После победы сборной России коллеги тут же поймали его на слове. Кто же знал, что именно в это время на Шрайбина нападёт полная неспособность выжать статейку хотя бы на абзац!
Уже в первые секунды Сергей понял, что это оно - вдохновение. Пальцы бегали по клавиатуре с бешеной скоростью. Шрайбин тут же начал исправлять текст, сокращая первые длинные фразы и вставляя более ёмкие слова. Возможно, что прошло больше пяти минут, но озарение никуда не делось. Сергей правил и правил текст, иногда перечитывал, чтобы насладиться красотой слога. Когда глаза начали слипаться, Шрайбин вновь посмотрел на часы. Он сидел за компьютером уже два часа. Почти на автомате Сергей нажал кнопку "Сохранить" и, встав с кресла, рухнул на диван.
Утром голова раскалывалась, как после хорошей попойки. Схватив оставленную с вечера бутылку минералки, Шрайбин одним глотком осушил её. Затем сел перед экраном и посмотрел на открытый текстовый редактор. Мотнул головой, протёр глаза. Сергей ещё раз перечитал то, что написал под действием препарата.
"Смеркалось в тот день в рано, в 17.20 по местному времени. Ночь возвращения выдалась темная и дождливая, точно само небо плакало, провожая наших ребят. Поезд, погромыхивая на стыках, несся, выбрасывая искры, как дракон, в непроглядную тьму. Проводник, бродящий в гордом одиночестве по тихому вагону, бросил мимолётный взгляд на термометр за окном и зябко поежился - мороз крепчал. Капли дождя, чертившие косые стрелки по стеклу, превратились в пушистый снег, мятущийся в неверном свете луны крупными хлопьями. Из каждого купе раздавался храп участников сборной по футболу. "Умаялись", - тепло подумал проводник, - "соколы наши". Разделав соперников под орех, усталые, но довольные победой игроки возвращались домой, раскинув руки и напряженно вздрагивая, словно и там, во сне пытались поймать мяч."
|
|
1149
amazonka: я родилась в маленьком городке, живу в Москве, и когда рассказываю о чем-то подруге из того самого городка, то частенько перевожу на понятные ей категории
amazonka: например говорю, что работаю в пяти остановках метро от дома, что по их меркам это как на соседней улице
amazonka: или что школа ребенка находится на расстоянии трех автобусных остановок, это по их меркам как в соседнем доме
amazonka: сегодня поделилась открытием о том, что мой непосредственный начальник оказывается живет в соседнем доме, на что подруга отреагировала: "Это по вашим московским меркам как в одной постели?")))
|
|
1150
Я родилась в маленьком городке, живу в Москве, и когда рассказываю о чём-то подруге из того самого городка, то частенько перевожу на понятные ей категории.
Например говорю, что работаю в пяти остановках метро от дома, что по их меркам это как на соседней улице. Или что школа ребёнка находится на расстоянии трёх автобусных остановок, это по их меркам как в соседнем доме.
Сегодня поделилась открытием о том, что мой непосредственный начальник, оказывается, живёт в соседнем доме, на что подруга отреагировала: "Это по вашим московским меркам как в одной постели?"
|
|