Уже не знаменитому, но по-прежнему известному пользователю микрофона и гортани, а попросту говоря – певцу, примерно год назад поставили пренеприятный диагноз – сахарный диабет второго типа. Сидя на приёме врача-эндокринолога, популярный баритон робко, как пингвин из стиха, втянул живот и застегнул пиджак, стараясь казаться меньше, чем он есть. Но врача, тоже известную и прямую, как палку, женщину, было не обмануть:
- Хотите правду? Будете вести прежний образ жизни – жена вас переживёт.
- Конечно, переживёт. Она младше меня на двадцать пять лет, - поднял глаза к потолку баритон.
- Вы шутите, шутите. Видели свои анализы? Сахар натощак у вас восемь и три десятых. Сахар после еды – одиннадцать и шесть. Норма – четыре с половиной, если что.
- Может, у меня сахар восемь с половиной – рабочий?
- Вот что, дорогой мой. Даю установку: вес вы в ближайшие полгода сбрасываете на десять килограммов, диету я вам распишу. Никакого белого хлеба, никакой выпечки, никаких тортов, никакого сахара, никаких перекусов после семи вечера и особенно по ночам. В новой жизни вы забываете слова «кетчуп» и «алкоголь»…
- Да разве это жизнь?
- …и едите только мясо и овощи, - неумолимо продолжала врач. – Кстати, картофель для диабетиков – это не овощ. Кроме того, будете каждый день пить вот эти таблетки. И самое главное – как показывают исследования, в половине случаев диабета второго типа виноват неправильный режим дня. Вы во сколько засыпаете и просыпаетесь?
- Засыпаю в четыре-пять утра, просыпаюсь в двенадцать. Но по-другому никак: по ночам я выступаю на корпоративах, пишу музыку…
- Запрещаю. Теперь встаёте в восемь утра. Это вопрос жизни и здоровья. Не будете исполнять мои указания – и вам придётся отрезать ножку.
- За что?! – испугался баритон.
- Не за что, а потому что. Потому что у большинства людей с вашим сахаром через несколько лет развивается диабетическая стопа – кровь перестаёт циркулировать в нижних конечностях, и их приходится ампутировать. Поняли?
- Я так не смогу. В моём возрасте менять привычки, питание, режим – это так сложно.
- Езжайте в санаторий. Там привыкнете и к новой диете и к правильному режиму – других там просто не будет! – сказала врач.
Баритон вышел из клиники в расстроенных чувствах. «Отрежут ножку», - бормотал он. «Этого, конечно, допустить нельзя». Но, проезжая мимо любимого ресторана, певец почувствовал, как у него щемит под ложечкой. «Ну отрежут и отрежут», - подумал он. «Буду выступать с палочкой. Хорошая ореховая трость с большим набалдашником – в моём возрасте это даже солидно».
Однако, молодая жена дома оказалась другого мнения: «Конечно, езжай в санаторий! Если тебя не станет, на что я жить буду? У нас брачный контракт». Под воздействием таких аргументов баритон сдался, отменил ближайшие планы и направился в подмосковный санаторий.
В санатории быстро выяснилось, что нарушить диету действительно не получится: медсёстры были с певцом ласковы, приветливы, но совершенно непреклонны. «Почему наша звезда сидит с таким грустным лицом? Наверное, вы давно не ели лучшую в мире гороховую пюрешку!»
Но уж зато никто не мог заставить баритона изменить распорядок дня. Годами выработанное желание писать стихи и письма появлялось у него аккурат возле полуночи, и певец на второй день просто выключил будильник и придвинул к входной двери тумбу, так что медсёстры поругались, попричитали, да и махнули на непослушную звезду рукой.
Через неделю такой жизни, сидя на террасе санатория, баритон обратил внимание на молодую, пышную медсестру, которая везла по асфальтовой дорожке бабушку в коляске, плавно покачивая бёдрами. Сперва певец загляделся на неё, потому что медсестра своей пышностью напомнила ему большой тортик. Но затем он обратил внимание на лицо, и понял, что та в самом деле очень недурна и даже прямо – красива. После обеда он подошёл на ресепшн осведомиться – кто эта роскошная женщина такая и почему только один раз попалась ему на глаза.
- Да она просто работает в утреннюю смену, вот вы её и не видите. У вас же, творческих личностей, вечно свой взгляд на распорядок дня, - объяснила ему секретарша.
На следующий день баритон проснулся в шесть утра. Пели жаворонки, которых он уважал и какие-то мелкие пёстрые птички, которые при его приближении вечно прятались в кусты, за что он их не уважал. Закутавшись в халат, баритон вышел на террасу – там сидела пышная медсестра и эдак элегантно, отставив пальчик в сторону, пила кофе из маленькой чашки. Он сделал шаг в её сторону…
…И хотя популярный певец теперь соблюдает распорядок дня, его уже бывшая жена, по слухам, очень сожалеет, что отправила мужа в подмосковный санаторий.
