Стишок №8 за 10 ноября 2021

Время лечит.

Кто-то сказал,что время лечит,
Но не сказал ведь от чего?
Какой-то груз нам давит плечи,
И мы не можем без него.
Сегодня ты чего-то хочешь,
Быть может склонности судьбы,
И огорчён бываешь очень,
Что достаётся без борьбы.
Не ценим мы того,что знаем,
К нам просто так пришло оно.
О новом мы всегда мечтаем.
Мы ждём,что чистое панно,
Подарит нам другие краски,
Откроет дверь или окно,
В какой-то Мир особой сказки,
Где будет нам всем всё дано.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

нам какой время чего лечит сказал чистое

Источник: anekdot.ru от 2021-11-10

нам какой → Результатов: 126


1.

Время лечит.

Кто-то сказал,что время лечит.
Но не сказал ведь от чего?
Какой-то груз нам давит плечи,
И мы не можем без него.
Сегодня ты чего-то хочешь,
Быть может, склонности судьбы,
И огорчён бываешь очень,
Что достаётся без борьбы.
Не ценим мы того,что знаем,
К нам просто так пришло оно.
О новом мы всегда мечтаем.
Мы ждём,что новое панно
Подарит нам другие краски,
Откроет дверь или окно
В какой-то Мир особой сказки,
Где будет нам всем всё дано.

2.

Взаимоотношения между соседями многоэтажных домов есть искусство, чем-то родственное искусству кун-фу. Это я к тому, что если ваш сосед вооружен перфоратором и детьми, то вам без детей и перфоратора его не одолеть. Мне кажется, что именно поэтому увеличивается рождаемость и перфораторная промышленность потеет и выбивается из сил.

Хотя могут быть разные случаи. С соседями. Родителей моих с момента получения новой квартиры по выходным доставал звук раздалбливаемых где-то по соседству стен. Первые пять лет. Да, первые пять лет после переезда это несколько раздражало. Вторые пять лет после переезда это не только раздражало, но и вызывало некоторое удивление. Третьи пять лет. Это удивляло уже не на шутку: за пятнадцать лет этот внебрачный сын аббата Фариа и графа Монте-Кристо вполне был способен продолбить себе ход наружу в любую из сторон дома даже по диагонали. Несмотря на то, что советский бетон превосходит по прочности камни замка Иф на 98%. Еще пять лет прошли просто незаметно. То есть этого, мягко говоря этого перфорированного дятла просто перестали замечать. По привычке. Еще через пятилетку перфоратор смолк.

Знаете, что сказала мама? Не буду ли я любезен узнать. Не случилось ли чего с этим безусловно немолодым уже человеком. Месяц уже не слышно. Не умер ли, не дай бог. Или заболел. Может помощь нужна? И отправился было узнавать, но тут тихо-тихо и все-таки весьма слышно раздалась знакомая трель электродрели. Извините за рифму, но от сердца отлегло даже у меня, а я весьма циничен и злопамятен. Жив курилка. То есть долбилка. У него сломался перфоратор, но сын подарил новый.

Или вот еще у нас был такой случай, который я и хотел вам рассказать с самого начала, но был уведен в сторону новогодней мыслью, блуждающей между запеченной бараньей ногой и рюмкой холодного дистиллята. Мысль, между тем, проста как плинтус.

Плинтус – это такая длинная деталь интерьера, прилегающая обычно к полу и стене. Или к стене и потолку. Или вообще не прилегающая, а просто стоящая в углу, оставшись лишней после ремонта.

Плинтусы бывают старыми и новыми. Соседи тоже. Иногда соседи бывают такими старыми, что сменяются в результате смены поколений. Вместе с поколениями меняются и отношения. Потому что в новых поколениях появляются новые перфораторы и новые дети. А иногда просто новые полы.

Однажды над квартирой моей знакомой девушки новые соседи сделали новые полы. Не совсем правильно, потому что настолько забыли про шумоизоляцию, что умудрились затопить мою знакомую жидким раствором выравнивающего слоя. Но отношения между соседями были хорошими и это было прощено. Как было прощено еще много чего с обеих сторон.

Но тут к соседям сверху переехала их замужняя дочь с ребенком и мужем. Ребенок – девочка четырех пяти лет, обычная с виду, оказалась оборотнем. Ничем не проявлявшая себя днем. Ровно в двенадцать ночи при полной и даже не полной луне. Девочка превращалась в маленького слоненка с явно подкованными копытами. Ну и что, что не бывает у слонов подкованных копыт? Оборотни, они такие. Ровно через час после превращения, не дождавшись даже крика первого петуха слоненок втягивал копыта и превращался обратно в девочку. А может просто засыпал, снизу этого видно не было. Но этого часа вполне хватало чтоб довести соседку снизу, мою знакомую и очень симпатичную девушку до белого каления.

Девушка работала средним начальником в крупной компании с напряженным рабочим графиком. В соответствии с графиком до красного каления ее доводили подчиненные перед уходом домой. До белого оставалось немного подкалить и все.

Для этого «подкалить» вполне хватало четырехлетнего слонопотамчика с копытами. Знаете, что делают интеллигентные девушки в таком состоянии? Правильно. Они хотят вежливо поговорить с соседями. Объяснить свои позиции, попросить и даже потребовать. Если соседи, конечно, пойдут на контакт. А они не пошли. Они не открыли дверь и просто притихли. Притихли все. Кроме оборотня. Оборотень наоборот оживился, и частота топота копыт увеличилась.

В таких случаях на страшное решаются даже очень интеллигентные люди. Они решаются. И немного стучат по батарее. Тихо так. Чтоб не беспокоить ни в чем не виноватых людей. И эти невиноватые люди совершенно не беспокоятся. И стучат в ответ. Слышим, мол, вас, сволочей. Слышим, видим и спуска не дадим. Поэтому после интеллигентного стука по батарее. Звуковая волна соревнования в перестукивании стихает очень нескоро. Но стихает. В отличие от топота зловредного, копытного слонопотама, от которого ужасно болит голова и вообще. Если уж стук по батарее не дает никаких результатов, то нужно что-то придумать. Можно по потолку постучать шваброй. Но потолок натяжной и швабры подходящей нет. Хотя плинтус есть. Плинтус. О!

Идея! Нужно взять плинтус и постучать в окно верхнего этажа. Тогда они точно услышат. Можно упасть с восьмого этажа? Ну и пусть. Голова внизу все равно сильнее болеть не будет. Окно на распашку, табуретку к окну, а-то неудобно.

Стук. Стук-стук-стук. Перестань топать, пожалуйста.

- Кто это там орет наверху? И нечего орать. Топать просто не надо.

- Аааааа! Иииии! Визг-визг-визг! Мааааама! Иииии! Там медведь в окно стучится!

- Придумываешь! Откуда в окне медведь? Мы на девятом этаже!

- Аааааа! Иииии! Боря! К нам медведь в окно лезет! Белый.

- Какой медведь, мы на девятом этаже живем! Ой, блядь, спаси нас грешных от геенны огненной!

Вот. Топать перестали. Но орать начали. Зато голова прошла от свежего воздуха, наверное. Подумаешь медведь. Должна ж я была что-то на плинтус примотать, чтоб стекло не разбить. О них же заботилась, а они – «медведь». Топать меньше надо и никаких медведей.

3.

Про финансистов и людоедов.

Мой друг-еврей утверждает: все деньги на стыке. Суть этой фразы в следующем - берём что-нибудь из разных миров и объединяем. Типа айти и таксистов. Получается - юбер. Но фишка в том, что все самые страшные вещи тоже происходят при обьединение двух далеких миров. Вот, к примеру, если объединить финансовых консультантов и зэков, получится натурально кошмар.

Он искренне был уверен, что на любую угрозу или конфликт есть волшебная кнопочка «добавить в черный список», нажав на которую можно больше никогда не видеть надоевшего собеседника.
В одном городе жил да был консультант Федя. Жил и не тужил. Мужику слегка за тридцать. Вырос, можно сказать, в тепличных условиях. А это как? Был болтливым парнем. Работал на заштатном радио диджеем, оттуда позвали его банкиром трудиться. Убалтывать богатых клиентов. Рассказывать о том, как они вложатся и та-ак заработают!.. Многие верили. Парень харизматичный, язык подвешен хорошо. Тактика продаж называется - заболтать. Это когда сейлз пиздит-пиздит-пиздит. Не затыкается. А на радио диджеи тоже самое делают бодрым голосом. Нон-стопом. Только диджеям платят в десять раз меньше, а некоторым и в сто. Федя наловчился и скоро стал финансовым консультантом. Это вообще разводилово конкретное. Он вам подсказывает, куда деньги вложить. А бабки получает и с клиента, и с того, кого рекомендует.
Естественно, финансовые консультанты - народ осторожный. Поэтому они проговаривают, что ставка может и не сыграть. Но делают это очень-очень быстро. С той же скоростью, с которой гаишники представляются. Или по радио объявляют: лицензия связи тыр-тыр-тыр. Как будто и не говорил ничего. И все было бы хорошо у Феди. Если бы банки, с которыми он работал, не сносил ураган "Крымнашизма" и не лечили бы их потом в Центральной Больнице имени Эльвиры Сахипзадовны Набиуллиной. А когда за инвестиционный климат отвечает Игорь Иванович Сечин... Ну вы поняли. Федины клиенты стали терять деньги. И некоторые очень сильно обижаться стали. Притом не на Сечина и не на Набиуллину и её поликлинику. А на Федю.
Федя от клиентов не бежал. Шёл на диалог и на встречи. Разумно полагая, что девяностые давно отгремели и на стрелках уже не убивают. Но как это часто бывает с финансовыми консультантами, считают они с ошибками. Посудите сами. Сколько у нас давали за работу в ОПГ или ОПС? Правильно, лет двадцать. И если кто знаком с арифметикой на уровне начальной школы, то он понимает, что сейчас выходят как раз те люди, которые заехали в девяностых. Нынешние выпускники присели за парту в 1997ом. А в прошлом был 1996ой. А до этого… Ну вы поняли. Соответственно, выходит какой-нибудь Хмурый из своего университета, где он учился понемногу чему-нибудь и как-нибудь. И решает Хмурый бизнесом заняться. Долги выбивать. А что - резюме у него подходящее, опыт, тактикой ведения переговоров владеет. И просят Хмурого решить вопрос с Федей. Хмурый заварил себе крепкого чифирочку и позвонил Феде с целью повидаться.
Встречи Федя любил назначать в местах наполненных пафосом. Там сама благородная обстановка располагала к большим инвестициям. Вот и в этот раз был им выбран холл Гранд Отеля Европа, что на площади Искусств в Питере. Ковры, антикварная мебель, официанты скользят тенями, тяжелые английские портьеры, в углу негромко плакал альтовый саксофон…
-... Вы поймите сейчас инвестиционный климат... Макроэкономика... Центральный Банк.., суммарные активы…, распределение инвестиционного портфеля в рамках избранной стратегии… - голос Феди лился словно музыка иногда даже попадая в тональность саксофона. Хмурый практически не слушал Федора, он откинулся на спинку готического кресла и смотрел в окно. У мудрых уркаганов это именуется термином «занырнуть», когда сиделец отрешается от бренности окружающего мира и уходит на время глубоко в себя. Например, чтобы переждать бессмысленную речь мента или прокурора. А хоть бы и терпилы…
- Таким образом, весело подводил итог Федор, для исправления вашей финансовой ситуации необходимо не изымать денежные средства, что вы ошибочно пытаетесь сделать, а дополнительно проинвестировать около ста миллионов рублей.
- Можно я вам кое-что скажу на ухо? - Задушевно переходя на шепот, сказал Хмурый, интимно приобнимая Федю за плечо. – Я тебя, сука, сейчас съем.
И, не дожидаясь ответа, сграбастал его в объятия и неожиданно впился острыми зубами финансовому консультанту прямо в нос. Он не собирался просто кусать, а планировал именно откусить кусочек трепетной плоти. Сказать, что Федор этого не ожидал, значит вообще ничего не сказать. Он принадлежал к тому нежному поколению, которое росло дома перед компьютером, а не на улице в песчаных карьерах и за всю жизнь даже ни разу не получало толком по морде. Он искренне был уверен, что на любую угрозу или конфликт есть волшебная кнопочка «добавить в черный список», нажав на которую можно больше никогда не видеть надоевшего собеседника. Он даже толком не смог ничего сделать, пытался вяло отпихнуть от себя Хмурого дергал головой, но хватка у того была железной. Со стороны картина выглядела так, как будто опытный ловелас, которому надоело забалтывать пышногрудую подвыпившую девочку в конце вечера просто берет и засасывает ее со всем своим казановьим пылом. Девочка вяло пытается отпихнуться, но в итоге сдается под напором кавалера и в итоге обмякает в его объятьях, отвечая на поцелуй.
Даже бдительный охранник гранд-отеля, перекрывавший в тот момент своим профессиональным взором сектор лобби-бара, лишь скользнул по обнимающейся парочке взглядом и презрительно отвернулся, поставив увиденной картине короткий диагноз: «Опять пидоры на людях целуются». В следующую секунду из откушенного носа хлынула кровь, и томную обстановку взорвал истошный визг консультанта. Антракт. Занавес.
После антракта герои собираются в ментовке. Отдел ржёт. Смотрят на Хмурого, на Федю, - и ржут. Просят пересказать. На бис. Ещё раз. Свидетельские показания о том, что все подумали, будто голубки милуются, доводят правоохранительные органы до икоты.
- А вы меня оставьте наедине с ним. Я его натурально доем, - просит ментов Хмурый. Мы в Омске на пересылке и не таких крыс жрали.
После этого некоторые лейтенанты ползают на карачках. Подняться не могут. За хороший спектакль бывшего сидельца... Отпускают. Театр одного актера. Играет хорошо. Не халтурит. Да и предъявить ему в правовом поле особо нечего. Телесные повреждения? Побои? Нет? А может, вы правда по обоюдному согласию – кто вас, извращенцев, разберет? Подавайте, гражданин, в суд на этого людоеда. Финансистов же никто не любит. Ни в одной стране мира. Самый недолюбленный народ, вроде таксистов.
И Федя оказывается в идиотском положении. Хмурого отпустили и тот караулит вместе с корешами своего возлюбленного прямо у ментовки. Периодически заглядывает в окна и под аккомпанемент новых взрывов циничного ментовского хохота завывает:
- Федюньчик, выходи, любимый. Доедать тебя буду, выходи родной, не томи!
А самого Федю, зажимающего трясущимися руками остатки окровавленного носа выталкивают менты. Иди со своим носом в травмпункт, оформляйся. Там посмотрим, что можно сделать... Публика ждёт третьей части. Интересно ментам: что будет ближе к финалу. Съест ли Хмурый финансиста? Веселый старлей из уголовного розыска, известный гуляка и балагур, даже не поленился и торжественно вынес Хмурому горчичку и кетчуп из собственных кухонных запасов, после чего работа отдела стала уже полностью парализована смеховой истерикой.
Федя ментов просил, деньги совал, угрожал, на коленях стоял, - все напрасно. Симпатии аудитории был всецело на стороне Хмурого и его друзей. Как-то они оказались социально ближе. Окончательно разуверившись в силах родной полиции, Федя копается в телефоне. Просит друзей помочь. Те вспоминают, что было волшебное детективное агентство. Вроде как, могут чудеса творить. И вот Федя, заикаясь и шмыгая, рассказывает уже хорошо знакомому нам неутомимому детективу Савелию, как стал жертвой людоедства. И что его вот-вот доедят.
Савелий выясняет подробности происшествия. Пересказывает своему офису. Офис плачет. Тем не менее, спасать Федю надо. Тут, вроде, все просто - подогнали машину прямо ко входу. Завели в неё потерпевшего. Вроде как забрали. И газу... Только за машиной побежал Хмурый и компания. А от таких персонажей убегать нельзя. У них рефлекс: бежит - значит жертва. Остановились. Вышел Савелий на переговоры:
- А куда вы его везёте? - любопытствует каннибал.
- А везём мы его туда, куда вам знать не обязательно, - с видом настоящего чекиста очень вежливо говорит Савелий. - У нас приказ доставить целым и невредимым.
Хмурый приуныл. Не смотрел он на своей зоне День Выборов. Отобрали, думает, суки-чекисты хлебушек. Страх перед погонами у большинства сидельцев формируется на подсознательном уровне и ничего ты с этим не поделаешь. А Савелий получает свои законные 300 тысяч рублей за проявленное мужество и героизм, а также актерские способности. Услуга называется такси им. Дзержинского.

4.

Про срущего кота прочитал, вспомнилось.
6 лет назад взяли тайского котенка. Нам сразу сказали, что к лотку и когтеточке приучен папиными подзатыльниками, мама только кормила. Привезли домой, первые часы разведки, на руки дается, но во взгляде явно читается: "А вы, бля, кто?". Поставили лоток, еду, воду. Еда-вода используется, бегает, осваивается. К лотку ни шагу.
Утром проверили, лоток чистый, но никаких следов не обнаружено. Все вынуждены уехать на весь день, закрыли зверя в комнате, все туда поставили, возвращаемся, лоток чистый, и следов нарушения нет. Звоним, а какой наполнитель был?, отвечают гипсовый песок без запаха. Бегом в магазин, открываем пакет, начинаем насыпать в лоток, маленькое чудовище запрыгивает в лоток, прям под струю наполнителя и с блаженной мордашкой очень долго писает.
Через пару месяцев, со всеми прививками, взяли Кайфата (имя, которое царь изволил принять) с собой на улицу, он с удовольствием бегал по травке, исследовал окрестности, примерно через залез на руки и начал ругаться. Приносим домой, бегом в сортир, на улице же негде, наполнитель не шуршит.
P.S. О воспитании.
Три года назад в доме появилась Цирилла. И через год, естественно родила. Когда мелкие стали подрастать, поставили мелкий детский лоток рядом со шкафом-купе, где было оборудовано родильное отделение и ясли. Котята из шкафа вылазили еще редко и недалеко, в основном по одному-двое. Цири вышла, увидела лоток, покопала для приличия и что-то громко промуркала. Через минуту все вышли из шкафа и построились перед мамой в шеренгу. Далее была лекция около минуты, с демонстрацией копания и команда вольно, мелкие ушли в шкаф спать. Примерно через полчаса из шкафа вышел котенок, залез в лоток, сделал свои дела, закопал и ушел обратно...
P.P.S. Зверюг можно увидеть у меня в стограмме _arioch_vl
P.P.P.S. Про них еще есть что рассказать забавного, продолжения будут

5.

Перессказываю со слов брата.

Водил он дочку в поликлинику. В очереди она стала играть с каким-то мальчиком, ну играли, менялись машинками/куклами, и вот пришло время уходить. Дочка-то отдала игрушки обратно пацану, а он ее медвежинка ни в какую, "мое" и все тут. Брат мой попытался с мамой поговорить, та отмахнулась, "дети сами должны разбираться" (речь о трехлетних), и уткнулась обратно в свой телефон. Брат раз попытался поговорить, второй, женщина ни в какую, "не вмешивайте меня в детские глупости" и все тут, да и вообще я по телефону говорю и вас не слышу. В какой-то момент она взяла своего сына за руку, и не прекращая трындеть по телефону, направилась к выходу. Пацан шел за ней и уносил в руках игрушку дочки брата.

Брат им вслед: "да нам-то не жалко, игрушка дешевая, только у нас чесотка".
Женщина быстро выхватывает игрушку из рук у сына, швыряет на пол и пулей вылетает из поликлиники.

6.

Моя жена боится змей. Обычно она их просто боится. Но иногда панически боится. Панически боятся она их стала после того как увидела из окна нашего дома, как я стою и разговариваю с соседом, а у нас за спиной ползет метровая змея. После этого, недели три она перед тем как выйти из дома, она осматривала двор в бинокль, и что самое интересное, находила змей практически каждый раз. Она даже начала узнавать змей в “лицо”, что слегка умерило ее страх – она выучила, что возле дома живет только три змеи. Как только она находила всех трех, спокойно выходила из дома.

Однажды весной мы с ней пошли в небольшой поход. Шли вдоль горной речки. В какой-то момент решили пообедать и сели на здоровом камне который довольно далеко выступал в воду. Проходящие мимо люди приветствовали нас и показывали на что-то у основания камня. Мы махали им в ответ. На что они показывали, нам с камня видно не было.

Когда пришло время идти дальше, мы встали и увидели на что нам показывали люди - огромный клубок змей: у змей был разгар брачного сезона. Я еще только начал думать мысль про то, как мне сейчас придется уговаривать жену перепрыгнуть через этих змей, как оказалось, что уговаривать некого. Жена уже стояла на тропинке примерно метрах пяти от камня, причем никаких свежих следов на траве между камнем и тропинкой не было. Как это ей удалось сделать, причем сделать бесшумно, ни я, ни она так и не поняли.

В общем ... я прыгнул через этих змей, правда не сразу.

7.

Про тарантулов в банке.

Действие происходило, когда в телевизоре была одна программа и "когда деревья были очень большими". В том самом телевизоре передачи из серии "В мире животных" и "Клуб путешественников" мы, пацаны, смотрели, бросив все важные дела и неважные уроки. Кроме того, фильмы из разряда "Дерсу Узала" и "Барабаны судьбы" изрядно рихтовали наши представление о фауне и флоре. Сейчас уж не упомню, какой фильм натолкнул нас на идею обогащения. "Змеелов" появился, по-моему, попозже. Но идея была проста и сочетала работу с отдыхом. Если раньше мы выуживали тарантулов из их луговых норок на жёваную колбаску из смолы на ниточке чисто ради удовольствия и спортивного азарта, то теперь было решено использовать улов для наживы. Змеиный яд стоил дороже золота! Нам же об этом в телевизоре рассказали. А ведь надой со змеи по сравнению с пауком - это как с дойной коровы против кошки! Паучий яд - он должно быть бриллиантовый вообще.

Короче, организовал всё Игорь, тот ещё отморозок. Он был на год старше. Решили ловить дойных тарантулов всей бандой, вшестером, ну, чтобы сдать сразу много. Для улова была взята болгарская широкогорлая трёхлитровка. Не из-за удобства, конечно, просто их не принимал стеклотарный. Местом паучьего сафари выбрали ближний пустырь. Не сразу. Два алчных ренегата предложили переключиться на каракуртов. Они смертельнее, а значит и яд дороже. Диспут стоил нам драгоценные полчаса. Отсутствие опыта охоты на каракуртов (а в действительности - просто страх) заставили вернуться к исходному плану.

День был уловистый, так что мы решили брать только самых крупных самок. Лучше с коконом. Телевизор же нам рассказал, что именно такие имеют много яда. Примерно к пяти часам в болгарской банке по углам (если таковые можно найти на её круглом дне) сидели в устрашающих позах с десяток симпатяг с размахом лап сантимеров в семь. И мы отправились воплощать вторую часть плана обогащения.

Ещё при планировании операции, вся наша гоп-компания чуть не передралась, обсуждая потенциального покупателя добычи. Мединститут и больницы отпали. Медпункт тоже. В институте мы никого не знали, а с больницей и медпунктом были связаны не лучшие воспоминания. Выбор пал на аптеку. Кому ж, как не им, сделать из сырого яда, дарящую жизнь и спасение сыворотку! Кроме того, прямо там можно было часть гонорара обратить в аскорбинки, плитки гематогена и даже в минералку.

Вот тут и сказалась потеря времени на споры по проблеме "тарантул-против-каракурта". Мы рассчитывали прибыть в аптеку в безлюдное время, около трёх. А теперь уже шёл шестой час. По опыту мы знали, что в аптеке в это время будет многолюдно.

Дабы избежать завистливых взглядов, упаковали имровизированный террариум в кирзовую хозяйственную сумку. С ней мы и заняли очередь в самое дальнее от двери "окошко".

И тут заводила Игорь подкачал. Он решительно заявлял раньше, что переговоры и торг - это его часть работы. Отчасти поэтому он почти не удил тарантульш, а доверил это нам. А тут вдруг, в многолюдной аптеке, он застеснялся, сник и предложил Серому взять переговоры на себя. Серый конечно классно играл в футбол, но заикался, стеснялся этого, краснел и заикался поверх заикания. Сумку он передал упирающемуся Витьке-очкарику. Витька хотел что-то сказать, но было поздно. Мы стояли у окошка.

Немногословный, увальневатый Витька лучше всех вываживал тарантулов, но общение со взрослыми и ему давалось не очень. И именно ему доставались все тумаки за набеги на соседние вишни и черешни. Ещё он был знаменит тем, что папаша Игоря, застав его на своём абрикосовом дереве, умудрился отвесить ему такого пня, что мячик-Витька перелетел через штакетник не касаясь земли и таким образом спас награбленное от экспроприации...

Но, я отвлекся. Итак, мы стояли у окошка, и наш немногословный Витёк раскрыл сумку и водрузил в окошко банку с уловом. Пойманные "девчата", как по команде, развернулись в сторону яркого света за окошком и приняли угрожающие стойки, поблескивая коричневыми хелицерами в полсантиметра длинной. Мы с гордостью уставились на молодую аптекаршу, подпихивая Витька локтями, чтобы тот наконец сделал коммерческое предложение. И сумму мы с самого начала обговорили, а как же! Первую партию мы готовы были уступить по рублю за голову...

И вот тут все пошло не так. Во-первых, Витька впал в ступор, словно опять получил пинка под зад в полёте. Во-вторых, аптекарша... Вот с ней получилось куда сложнее. Похоже, она просто не ожидала такого заманчивого предложения. Для начала она обесцветилась. Нет, мы знали, что женщины красятся, но что они умеют и сбрасывать окрас до серого мы не знали. А потом глаза. Её глаза стали смотреть куда-то вверх, причём не вместе, а порознь. Создавалось впечатление, что наши тарантульши на задних четырёх лапах тоже смотрят туда, вверх, куда и посеревшая партнёрша по сделке. И тут, не сводя глаз от чего-то там, на потолке, аптекарша стала заваливаться вправо и вниз...

Это был поворотный пункт. Как по команде, мы, все шестеро участничков коммерческой охоты на арахноидов, повернулись нале-во, выскочили из очереди и дёрнули к дверям. Из-за перегородки раздался звон чего-то бьющегося, большого и стеклянного, а потом нам вслед полетел визг, переходящий в ультразвук. И что-то мне подсказало, что отнюдь не чудом освободившиеся тарантулихи это завизжали.

Мы всегда бегали быстро: не первый раз приходилось организованно отступать. Но так быстро мы не бегали ещё никогда.

Ещё месяца два по району потом ходили слухи о какой-то диверсии в дальней аптеке. Кстати, правильно, что мы для коммерции выбрали дальнюю: не ходить туда несколько месяцев было вполне беспроблемно. А вот в ближнюю могли ведь и родители послать за порошками, приготовленными по рецепту.

Рассказал Ост: https://gb.anekdot.ru/profile/?id=334

8.

Эх, растревожили душу воспоминаниями об уроках музыки… %)
У нас, в начале 90-ых, в школе часто менялись учительницы музыки. Буквально каждый месяц-два. И от этих уроков в памяти остались те же бесконечные попытки заставить класс петь какую-нибудь песню слаженно и красиво, распевание гамм и угадывание нот. Точнее, ноту предлагалось узнать на слух, но так как по моим ушкам протанцевал медведь, то я прикидывала расположение рук учительницы и пыталась угадать, какая же нота звучит. Иногда получалось %)))
А однажды вместо очередной тургеневской барышни на роль учителя музыки пришел мужчина возрастом «за 30». И вот он показал нам, какими могут быть уроки музыки… Во-первых, рядом с пианино появился синтезатор. И благодаря игре на нем, учитель даже самые надоевшие песни делал более интересными (для нас). Во-вторых, даже классическую музыку этот человек так подавал, что вся наша шайка-лейка (сколько нам было? Вроде, лет 11-12) сидела тихо и слушала заинтересованно.
Особенно запомнился урок, когда в классе зашторили окна, погасили свет, учитель включил проектор, и на экране над доской появилось изображение Сикстинской мадонны. Учитель рассказал нам про эту картину, а также рассказал про церковную музыку и упомянул, что когда звучит музыкальное произведение, то мадонна на полотне «идет» к зрителю. И предложил нам послушать и посмотреть. И включил музыку. Мы все, затаив дыхание, вслушивались и всматривались, пытаясь уловить движение мадонны. Даже наши мальчишки сидели тихо, что для них было неестественно :-). В общем, мы сами себя убедили, что видели идущую мадонну %)
К сожалению, этот учитель тоже недолго у нас продержался. Но тот урок крепко врезался в память. Особенно я смогла его оценить, когда, став взрослой, поняла, какой гениальный ход он придумал, чтобы шебутные школьники хотя бы попытались услышать классику…

9.

Простите за так называемое Бородино. Исторический фельетон.
Игорь Романович

Постоял на Красном холме, близ деревни Ивановка. Был опечален увиденным. Смотрел на обелиск, увенчанный золотым шлемом с крестом, поставленный в честь так называемой "Куликовской битвы", и думал — сколько же тут погибло невинных ордынцев, которые просто хотели мирной жизни на территории Тульской области.

Я изучал биографии солдат Золотой Орды, так как эта история тронула меня. Вот, например, Булат-Ходжа — простой конный лучник. Молодой парень, который хотел, чтобы его любили. Небольшие остатки стотысячного войска Мамая вернулись домой, но Булата среди них не было.
Долгое время родные считали его пропавшим без вести, и лишь в прошлом году семья получила информацию, что Булат умер от удара тяжелой палицей по голове, когда так называемый "засадный полк" русских внезапно выскочил из леса. Это чрезвычайно огорчило меня.

Еле сдерживая слезы, стоял на Можайском шоссе — остатке старой Смоленской дороги, по которой отступала французская армия после того, как Наполеон понял, что Москва очень дорогой город. Бешеные цены на жилье, дорогие магазины и грабительский курс в обменниках оставили императора без валюты всего за месяц. Его письма из Кремля к своей жене и сестрам были наполнены тоской по родному дворцу и родные не теряли надежды скоро увидеть его здоровым и веселым.

Французы отходили по старой Смоленской дороге, вытянувшись в одну линию, оставляя на обочинах тысячи тел невинно замерзших солдат, которые хотели жить мирно и не хотели воевать.

Эта история тронула меня, я узнал биографию одного французского солдата и погрузился в то сложное военное время.

Жан Дюбуа был одним из четырехсот тысяч французских солдат, которых так называемый "фельдмаршал Кутузов" довел до смерти невыносимо тяжелыми условиями.

Только десять тысяч вернулись домой. Жана среди них не было. Долгое время родные считали, что он устроился шеф-поваром во французском ресторане в Москве, и только в прошлом году семья получила информацию, что он трагически погиб от удара поленом по голове, когда пытался украсть курицу в какой-то богом забытой русской деревеньке. Деревня была настолько русской и отсталой, что ее жители даже не слышали таких имен, как Вольтер, Мольер и Юбер де Живанши, что чрезвычайно огорчило меня.

Продолжая погружаться в историю, я был удивлен и опечален тем, сколько невинных людей сложили свои головы в так называемой "России". Сколько шведов, турок, поляков и немцев, оказывается, хотели жить мирно и не хотели воевать.

Если мы действительно хотим быть частью цивилизованного мира, то нам нужно за это платить и каяться, каяться и платить.

Тут еще узнал, что мы французский фрегат-"невидимку" засекли, едва он стал поднимать якорь у родного причала, а его командиру на номер, который знала только его любовница, пришло сообщение: "У вас там небольшая царапина по левому борту, а вообще — семь футов вам под килем, дорогой Франсуа! Ракетчики ВС России".

И это тоже огорчило меня до невозможности. Надеюсь, мы заплатим и за это.

10.

"Оно..."

Эпиграф - "Если друг оказался вдруг..." (В.С. Высоцкий)

Сейчас весь мир визжит от страха посмотрев фильм "Оно". Хотел бы и я поделиться одной историей, тоже про "Оно."

В 1960-х туризм был очень популярен. Может повлияли песни Визбора, Высоцкого, и Кукина, а может людям хотелось адреналина, но тысячи туристов ходили в зимние и летние пешеходные, горные, велосипедные, водные и другие походы чуть ли не по всему СССР, от Алтая до Надыма, от Архангельска до Спасска. Не стал исключением и мой отец. Он заболел туризмом всерьёз и надолго и записался в секцию при институте. Редкий месяц проходил без того что бы он не сходил в поход, пускай хоть на пару дней. Постепенно он увлёкся водными походами и стал матёрым байдарочником.

После 4-го курса, когда у него было уже немало опыта, он сформировал группу для водного похода в Карелии. Не самый сложный маршрут, но достойный, крепкая 3-я категория. Начал оформлять бумажки в секции и вдруг нарисовался некий Женя. Тот тоже занимался туризмом, но отец с ним в одном походе ни бывал, хотя в общем кругу естественно пересекался. Было это чудо активным, говорило умные слова, бурлило идеями, стреляло фактами, и блескало эрудицией. Заявил "Как славно что вы идёте в Карелию, я тоже группу создаю и как раз тоже туда хотим. Вы когда идёте?" "Вот даты когда планируем." "Ой и мы тогда же, давай-ка вместе, группы объединим и руководство общее будет."

Идти в долгий сложный поход с кем раньше не ходил очень стрёмно, но и отказать веских причин как бы нет. Не по туристски как-то. Отец подумал и сказал "Смотри расклад. Хочешь вместе, давай пойдём. Но двух командиров в походе не бывает и быть не может. Хочешь, отвечай за всю бумажно-бухглатерско-справочную волокиту, но в походе командир я. Или идём раздельно." Этот кадр головой покачал, пофыркал, но согласился.

Начался поход, и начал мой отец и ребята из его группы замечать странности. Женя этот и пару приближённых из присоединившегося отряда свой вес совсем не тянут. Как вещи нести, так они по кулёчку берут, с гордостью несут милостливо дозволяя другим тащить всё тяжёлое. Байдарки из воды вытащить - сделайте за нас. Топливо для костра - "фи", кашеварить - "у вас лучше получится", посуду помыть - "так у вас девушки в отряде есть", палатку разбить - "ой подсобите, а мы колышки забьём", а насчёт вовремя утром собраться и речи нет. А самое противное, что не смотря на пышные слова, создание это с приближёнными оказались байдарочниками совсем слабыми. Чего они в поход 3-й категории полезли, уму не постижимо. Им бы и ПВД (поход выходного дня) за глаза и за уши. Отстают на переходах, сроки сбивают, но зато по оправданиям за различные косяки - твёрдое первое место.

А главное видно без Жени было бы порядку куда больше. Открытого бунта конечно он не поднимал, но на ребят плохое влияние было. Отношения в отряде стали напряжённые, а это хуже некуда, ибо на товарища в походе полагаешься как на себя. Надо было что-то менять и на каждую байдарку отец поставил одного из опытных ребят из своей группы в качестве "капитана" (т.е. сидящего сзади), а Женю и подверженных влиянию рассадил по байдаркам матросами (спереди).

Худо бедно, дошли по реке до Выгозера. Обычно в походах делали так, доходили до озер и на берегу разбивали лагерь, приводили в порядок байдарки, проверяли всё, ужинали, отдыхали, а потом на следующий день уже тратили силы на мощный бросок по озеру до нужной реки. Подошли в хорошее время, часа 4:30-5 вечера, самое время лагерь разбить.

Пристали к берегу и вдруг Женя решил проявить самостоятельность "А давайте-ка ребята сейчас лагерь разбивать не будем. Вот наше направление. До реки конечно мы сегодня не дойдём, но вон островок. До него километра 3, туда то мы дойти успеем. Там и лагерь разобьём, а завтра и поспать подольше сможем или просто полдня выиграем." Отец поначалу возражал, не делается так, всем отдохнуть надо, но тут Женькины друзья в такт запели, "Да чего ты? Тут рукой подать. Ну чего ты командира из себя корчишь? Если не хочешь со своими ребятами идти, дай опять пересядем, мы возьмём несколько байдарок, до островка доплывём и там вас будем ждать утром." Тут отец слабину дал, надо было бунт на корню давить, да уж очень не хотел конфликтовать, ведь только группа начала слаженно работать. "Ладно. Вечереет, так что не отставать. Я пойду первым. Всем держать переднюю лодку на виду, идти в кильватер, если что - подавать голос. Ну вперёд."

Отошли с километра полтора, и осознали, островок куда далее чем прикидывали. А Выгозеро оно весьма коварное, ветер налетел, заштромило, а потом и дождик зарядил. Стало шумно, видимость пропала, да и вечер как-то быстро наступил. А островок тот чёртов ближе не становится. Гребут конечно, но вымотались до нельзя. Не зря советуют что перед броском нужен отдых. Зубы стиснули, весла сжали, и проклиная всё рвали жилы. Еле до островка дошли.

Байдарку вытащили, срочно нужен огонь и палатки надо поставить. Но перед этим надо убедиться что все пришли. Минуты тянутся как часы. Вот одна лодка подошла, потом другая, третья, четвёртая... Блин где же последняя? Кто там замыкающим шёл? Ах мать-перемать. Там же этот Женя.

На лодке той капитаном был Боря, сильный, опытный парень, но байдарки то нету. Нет минут 15, 30, час. Это плохо, очень плохо. Шторм на озере - не шутки. Плюс темень. Фонари конечно есть, но толку от них не много. Отец хватает самого опытного из своей группы и остальным говорит "Лагерь разбить, костёр поддерживать, еду готовить. Из лагеря ни ногой. Мы на поиски уходим." Сели в байдарку, фонари с собой и ушли в шторм.

Часа три плавали, ребят искали. Плавали вдоль острова, уходили чуть ли не на полпути откуда плыли, кричали, ни черта. Еле еле обратно добрались, уже без сил. Плохо дело, прямо сказать отвратительно. Прикорнули на пару часов, хотя какой там сон к чертям собачьим. Мыслей немного и все самые что ни на есть поганые. Еле-еле рассвело, шторм подутих, отец опять с товарищем в байдарку. Остальным снова наказ, "из лагеря ни ногой. Если вдруг Боря с Женей появятся, развести большой костёр, такой что бы издалека было видно."

В этот раз доплыли чуть ли не до устья реки. Ничего, даже щепки на воде. Поплыли обратно, на остров смотрят, но костра нет, а это худо. Надо что-то предпринимать. Решили так, "сейчас плывём обратно, с ребятами ситуёвину ещё раз обсудим. Здесь ненаселёнка, но пожауй какой нибудь леспромхоз найти можно. Надо спасателей и вертолёт вызывать."

Доплыли, и "здрасте я ваша тётя." Вот она пропажа, сидят вместе со всеми. "Чего вы, балбесы, костёр не разожгли, нам седых волос добавили." "Ой закрутились, забыли, извини, прости." Отец их чуть не поубивал, но на сердце отлегло. "Как же всё произошло? Куда вы девались?" Тут Женя и красивую речь выдал "шторм, дождь, потеряли из вида лодку, до острова доплыли, но в сторону снесло. Решили переночевать там, а утром уже остров обойти и вас найти. Разбили палатку, костерок разожгли, всё нормально." "Ну хорошо что всё обошлось. Сегодня отдых, день на острове проведём."

Тут отец видит что Боря хмурится, особенно когда Женю видит. Днём отошли, Боря и рассказал. "Сука этот Женя наш оказался. Ладно что волынщик, хрен с ним. Ты почему думаешь мы отстали? Он гад, как потемнело да штормить начало, струсил и вёсла бросил." "В смысле бросил?" "В прямом. Отказался на остров плыть, хоть до него уже ближе было чем обратно. Кинул вёсла, в борта вцепился, и ноёт. Я его и уговаривал, и матом крыл, сидит и всё. Тведит что "мы потонем, что зря он с нами пошёл", итд. Я в одиночку выгребал (в принципе опытный байдарочник на "капитанском месте" может выгрести, но в шторм это очень тяжело). Чуть не потонули. Пришлось его силком из лодки на берег вытаскивать. Думаешь он мне хоть помог палатку разбить или вещи из лодки достать? Хрена с два? Сидит сволочь и причитает, всех в своих бедах винит. Я сделал всё конечно, костёр разбил, палатку поставил, а с утра, этот тип начал приставать - "мол ни говори никому. Мы же вместе, мы одна команда." и так далее. А потом мы поплыли вокруг острова, и через метров 600-700 вас нашли. Убил бы гадину. Я с ним в походе быть не хочу. Это что за товарищ такой? Это не мужик, это ОНО."

Отец призадумался "вышли вместе, шли вместе, и дойти должны вместе. Говорить никому ничего не будем, дабы команду не ломать. Но как окончим поход, сразу пути врозь, а потом с этим OHO другой разговор будет." У отца и Бори настроение поганое было, но поход закончили без дальнейших инцидентов. Правда Женя сам понял что дело не так, как только поход окончился, сразу заявил что ему срочно надо в Москву и тут же умотал отдельно.

В секции туризма он больше не появлялся. Да и на встречи где после похода собираются и "бойцы вспоминают минувшие дни" тоже не приходил. До конца учебы отец его всего пару раз мельком в институте и видал. Он и Боря хотели с Женей поговорить по душам, да случай так и не выпал. После института отец и другие ребята в армию двухгодичниками пошли, а Женю тот откосил и исчез с поля зрения.

Друзья по институту разлетелись кто куда. Кое с кем остались близкие отношения, кое кого потерял из вида. Конечно списывались или созванивались когда могли, но не часто, фейсбуков да интернетов тогда не было. На встречу однокурсников что на пять лет окончания института (т.е. через 6 лет после событий) отец не попал, моя сестра родилась. И на десять лет тоже не получилось, я родился. И на пятнадцать не вышло, защита диссертации была. И на двадцать тоже не выбрался, мы уже чемоданы в эммиграцию паковали.

Прошло чуть более 26 лет (почти как в фильме ОНО) и была ещё одна встреча на 25 лет окончания института. Кое-кто не прибыть не смог, кое-то не дожил, но многие приехали, Боря тоже был. Мы уже в США жили, так что отец опять на встрече не был, но те кто были рассказали ему что видели Женьку.

Тот оказывается в 1970-ые пошёл по партийной линии, стал секретарём чего-то и где-то чем-то руководил. Сначала поменьше чин был, потом больше, потом ещё круче, а уж 90-ые он в огромных чинах встретил. Теперь он крупная фигура, с серьёзными политиками ручкается, в Думу избрался. В телевизоре изредка мелькает, правильные вещи говорит, и всё так же фактами стреляет и блещет эрудицией. Совсем большой человек стал.

А Боря сказал, "всё конечно красиво, но всё равно зря мы тогда историю замолчали, может грех на нашей душе есть. Не задушили мы ОНО в зародыше, не разобрались с ним, даже никому не рассказали. Может надо было?" Как знать, может ОНО и на нашу жизнь повлияло.

11.

Владивосток, Эгершельд и самое начало 80-х.
Многочисленные корпуса двух морских училищ на высоком морском берегу, обдуваются томящим июльским ветром, коридоры учебных аудиторий пусты и безмолвны. Курсанты, в основной своей массе, разъехались по отпускам и ушли в морские практики. Нашей роте, будущих судовых механиков, в этот год учебная программа приготовила практику судоремонтную. После морских и заграничных приключений прошлых лет, такая перспектива ничего кроме уныния не внушала, но как оказалось зря. На судоремонтном заводе, куда нас спровадили практиковаться, нужды в недоделанных специалистах явно не испытывали.
В первый день сбора у проходной, мы в полном составе получили дневные талоны на питание в заводской столовой, и разбрелись по территории. Ничего интересного, скажу я вам. Ржавые борта судов у причальных стен, промасленные спецовки мотористов, унылые производственные цеха – херня полная, если бы не СТОЛОВАЯ. Чудо, а не столовая. За пятнадцать минут до открытия, рота уже гребла копытами у ее дверей, и жадно раздувала ноздри, вдыхая съедобные ветры из столовского вентилятора. Что нужно человеку в девятнадцать лет кроме знаний, тонко чувствовали мы – пожрать. После бурсовских «бадяг», и стратегических консервов со штампом «неликвид», от которых, даже спустя сорок лет, только от заклинания «тефтели из частиковых пород рыб в томатном соусе» с ног сбивает изжога, наш дружный рой густо накрыло божественным нектаром. На следующий день, с утра всосав талоны мы, в ожидании обеда, разбрелись кто-куда, но подальше от грустного ВСРЗ.
Все местные из нас, Владивостокские то есть, мгновенно оценив, чудесно свалившуюся, не контролируемую «лафу», занавесили практику и подались по домам к мамам. Что еще нужно девятнадцатилетнему курсанту кроме старой доброй мамы, ну и школьной подружки? И самые продвинутые из наших не местных, ушли жить к другим добрым женщинам, и хоть и к чужим, но зато молодым мамам. И слава Природе, город портовый, и как бы не хотелось какой-то из дам запастись терпеливым целомудрием, просто «хотелось», часто оказывалось сильнее. По слухам, дамы попадались и очень добрые, но наши немногочисленные герои-матросовцы явок не сдавали, и выживали как могли по одиночке. Ожидающих же большой, но чистой любви к ровесницам - нас, неприкаянных, и оставшихся в подавляющем меньшинстве, судьба тоже не обидела. Она дала нам массу свободного времени подумать о вечном, и толстую пачку жрачных талонов «за тех парней», на каждый божий день. Просто пришел наш час, ведь любая система обязана время от времени давать сбой. Получив в 8.00 талоны на проходной, мы проходили по дороге через весь завод, и сквозь дыру в заборе возвращались досыпать в еще теплые и не застланные шконки.
Самым трудным занятием в этот период жизни, внезапно оказалась ежедневная необходимость к 8.00 оказываться на заводской проходной и получать продуктовые карточки за всю роту. Морская рациональность скоро взяла свое, и на осуществление этой технической процедуры, немногочисленной командой стал снаряжаться один человек. Ну как снаряжаться, жребием и перспективой получить пиздюлей, за сорванный акт чревоугодия. Накидывали еще идею, сшить гонцу красную повязку для пущей убедительности, чтобы на вопрос: –А где все? Он вскидывал руку к козырьку и кричал:
- Уполномоченный девятой роты для получения талонов прибыл! – но проржались, и оставили все как есть.
Через пару дней здорового питания, уже освоившись, и не боясь сглазить прущую удачу, мы уже не втуливались стеснительно, по трое-четверо за один столик, а восседали каждый за персональным, без пробелов заставляя его тарелками и блюдцами.
Я подозреваю, что и поварих мы здорово радовали, когда вместо ежедневных, угрюмых, чумазых и неудовлетворенных рабочих харь, на них глянет вдруг, растворенное в полуденном солнечном свете, благодарное, осоловевшее счастье. Чтобы не раздражать особо нервных трудяг вселенской несправедливостью, и своим не здоровым аппетитом, мы завершали действо еще до обеденного гудка, и раненые в живот из последних сил возвращались, и расползались по кубрикам. А что еще нужно сытому и выспанному курсанту, если вечером тебя еще ждет самоволка с портвейном и приключениями, в который раз начнете вы… - и правильно!
Пиво! Расположенный рядом с мореходками продовольственный магазинчик, не мудрствуя лукаво выкатил пивную бочку не на улицу, а во двор, прямо к нашим окнам. Неудачно то, что пиво было на розлив и у нас не было канистры, и снова повезло уже с осветительными плафонами. Одно ловкое движение и плафон превращается…, превращается в трех с половиной литровую банку. Продавщицы были в теме с прошлого сезона, и даже не прибегали к мерным кружкам. Опять не повезло с тем, что «спалившись» с заряженным плафоном, был риск, заставлять себя следующие три года отдавать долг отчизне в ВМС, но был Нюша наш незаменимый организатор, и нам с ним фартило. Хотя он и считался почти местным, с нами ему было интереснее, и Нюша зарядил пустым плафоном первокурсника Климова.
Климов казался пройдохой под стать Нюше, и ему сгонять за пивом было как раз по рангу, да не просто не «впадлу», а сильно в радость. А хули, чего бы и не по пивку с полуофицерами мать их высочеств, когда почти «на шару». Проследив из окна, как наливается янтарем наш матовый сосуд, мы лениво опрокинулись на панцирные сетки. Через пару минут пришлось вскочить от громового дуплета в нашу дверь, похоже Климов на полном скаку въебался в нее ботинком, почти одновременно с головой. Он залетел в кубрик, оторвал от груди наполненный, и чудом не расплесканный плафон, протянул вперед, и загнувшись из последних сил выдохнул:
-Дежурный!
Не вопрос. Всосать три литра пива в жару и без кондиционера, тренированному курсанту… Вчетвером же, теряли время только на отрыв победного кубка от предыдущего, даже животы не вздулись. Климову было нельзя, он с трудом справляясь с волнением и одышкой, упал на пол и закатился под первую попавшуюся шконку. Привычно вкрутив разряженный плафон в евойный патрон, мы распахнули окно и выдохнули. Дежурным, оказался наверно лучший, из возможных вариантов. Сложно адекватно оценивать чужой, старше твоего возраст, когда ты еще совсем юн и таким пока не был. Ну если на вскидку – он был еще не батя, но и на танцы уже не ходил.
Каптри открыл дверь, не спеша сделал пару шагов вперед и осмотрелся. Мы уже стояли по «смирно», но по-дембельски, с заслуженной ленцой в глазах.
-Самоподготовка?- поинтересовался он в пустоту.
-Такточнотарищкаптретьранг,- играя в давно нам известную игру «кто первым обоссытся», сказал кто-то из нас, насколько возможно серьезно. Дежурный, пряча в усах лукавую улыбку, кивнул, но уходить явно не собирался:
-А Климова никто не видел? Я чуть было не икнул, справляясь с отрыжкой, ну надо же какая популярность на первом курсе. Мы, вспоминая как он мог бы выглядеть, задумались. Внешне, являя собою что-то среднее, между поручиком Ржевским и еврейским интеллигентом, дежурный улыбался глазами и в черные усы:
-Ну и Климов,-офицер не спеша продолжал развлекаться: - А мне сказали что он сюда побежал. Климова вложили, подумали мы. Дежурный взялся за стальную дугу кровати, и резко сдвинул ее в сторону. С задержкой в десятую секунды, вслед за кроватью последовала пара климовских ботинок, и приглушенно стукнула об пол под матрацем. Офицер, расплывшись в улыбке, обвел нас взглядом, и проделал тоже в другую сторону – трюк повторился, но до эффекта пресловутого, двадцать пятого кадра, Климов явно не дотягивал. Кто-то из нас потихоньку зарыдал. Дежурный наклонился, и зацепив матрац рукой, откинул его в сторону. Такого подвоха Климов не ожидал. Уцепившись посиневшими пальцами в панцирную сетку кровати, он еще мгновение смотрел в пустоту над собой, еще не понимая, что стал видимым. Его по детски подвижное лицо, с выпученными серыми глазами и закусанной от старательного напряжения губой, одновременно выражало страх, отчаянье и восторг. Мы сложились. Дежурный из-всех сил стараясь удержаться от рыдательных конвульсий, но решив нас добить окончательно, наклонился еще ниже, и глядя Климову глаза в глаза выдавил:
-Так вот ты какой, Климов!

Июльский, морской ветер, плавно колыхая светящиеся небом шторы, задувал в окно… размечтался бля. Не было у нас никаких штор, зато было прекрасное настроение, предвкушение вечерних приключений и вся впереди жизнь!

13.

Не знаю к какому типу отнести эту историю, может к рассказам о профессионалах? Решайте сами.
Итак, занесло меня в начале 2000-х в Омск в командировку, а в организации куда я был направлен, случайно услышал что они организовывают экскурсию в местный музей УВД. Музей ведомственный, вход только по предварительной договорённости и для групп, а помня насколько интересно было в Москве при посещении музея МВД на Селезнёвской, решил и здесь затесаться в группу. Местные были не против, им одним больше, одним меньше. Итак, приходим в местный ДК милиции, разумеется имени Дзержинского, через фойе ведут в какой-то коридор, а далее нас встречает этакий говорливый божий одуванчик. Не помню в каком порядке она нам излагала всё, но то что запомнилось:
Сначала об архитектуре (потом станет ясно зачем упоминаю). Здание музея это бывшая церковь, кажется лютеранская кирха, округлой формы в основании, при советах башню снесли, к оставшемуся "барабану" и пристроили весь ДК. В самом "барабане" на высоте эдак метров пять сотворили полуэтаж и вдоль стены пустили широкую полукругом уходящую лестницу. Чувствуется денег не жалели, всё сверкает, витрины - шик, заказали где-то мундиры царских полицейских (если правильно помню в 1802 г. Александр I ввёл министерства, в том числе и МВД, ну так милиция срочно тогда начала отсчет своей родословной не с советской власти, а с тех времён). Никаких экспонатов по части криминала, зато много по участию в ВО, Афганистане, Чечне сотрудников милиции. Много документов, удостоверений и тут первое что напрягло - все они были не просто накрыты вырезанными по размеру кусками пластика, но и привёрнуты саморезами по краям, в аккурат через концы тех самых документов. Ну типа, если бы в Третьяковке отказались бы от рамок для картин, а холсты вместе со стёклами защитными присобачили к стене гвоздями, прямо через холст.
Ну старушка вещает кто тут на стендах, есть кто и чем он был славен, а за одно постепенно выдаёт следующую сопутствующую информацию, коей судя по всему она очень гордилась:
Она являлась штатным сотрудником УВД, но числилась там не как директор музея (там такая должность в штате не полагалась, а что-то иное - типа архивариуса или помощника кого-то), насколько этот факт значим сейчас поймёте. Проводила она как-то лет десять до нашего посещения экскурсию. Группа ребятня - школота, ведёт она их от витрины к витрине, на автомате выдаёт обязательный текст, и возле одной из витрин что-то вроде: А здесь вы можете видеть боевые награды наших бывших сотрудников - орден Ленина товарища..., орден Красного Знамени ... далее поворачивается ткнуть указкой и видит что витрина разбита, орденов разумеется нет. Штатный сотрудник областного МВД поворачивается к ребятне и растерянно спрашивает:
- А что теперь делать?
класс хором: Что - что, в милицию звонить!!!
Теперь состояние дежурного на пульте милиции - А нас обокрали!!! Адрес пожалуйста - музей МВД, ДК Дзержинского.
Разумеется через несколько минут по музею помимо следственной бригады метались лампасы и полковничье -генеральские погоны, которые пытались выяснить: кто из них козёл, что не додумался имея в структуре УВД отдел вневедомственной охраны, повесить сигнализацию куда угодно в городе, кроме собственного музея. Пока большие чины тыкали друг в друга распальцовками, криминалисты установили картину происшествия: некто забрался по пожарной лестнице на крышу этого барабана - бывшей кирхи, проломил крышу и через чердак спустился на второй этаж, а оттуда на первый, забрал ордена из витрины, отмычками вскрыл кабинет директора музея, сейф (обратите внимание потом будет спецпродолжение) ничего интересного там не нашёл, закрыл всё это назад (потому утром перед экскурсией не сразу и обнаружили взлом, полез назад через крышу, при этом забыл где-то там на балке набор взломщика - ну спец сумочку, с разными приспособами изготавливаемыми на заказ для медвежатников, домушников.
Оторавшись лампасы строго-настрого приказали криминалистам рыть носом землю, но найти поганца, пообещали завтра пригнать работяг залатать крышу и начать варганить сигнализацию. А так как "объект" оказался вскрытым (в крыше дырка) срочно было решено до установки сигнализации выставить пост - то бишь на первом этаже будет дежурить милиционер, прямо внутри музея.
На следующий день началось дежавю: лампасы, полковники-генералы: КТО КОЗЁЛ???
Вора задавила жаба за забытый инструмент, вещь уникальная, пойди так просто найди её и ночью он снова полез тем же путём. Не найдя на балочке милой сердцу сумочки с расстройства решил ещё пошарить, но узрев со второго этажа (он частично нависает над первым и всё внизу просматривается) бдительно охраняющего объект милиционера, решил не рисковать, но и сумочки решил не прощать - чего-то сгрёб на втором этаже и исчез. Навсегда. Ни он сам, ни похищенное на момент нашего посещения не были обнаружены, но судя по заверениям - ищут.
Однако спустя несколько лет после ограбления, было в некотором смысле продолжение сюжета.
Я в начале просил обратить внимание, что грабитель вскрывал кабинет и сейф и ничего не нашёл стоящего. Так вот - на сейфе стояла ваза. Чё-то такое металлическо-потемневшее, абсолютно не презентабельного вида. Откуда взялась никто не помнил, давно бы выкинули, да был у вазы плюсик - цветы в ней долго свежими оставались. За то и держали вазу лет эдак пятьдесят, пока в гости к бабуле профессионалке из УВД, не заглянул не профессионал - местный краевед, отродясь не имевший отношения ни к МВД, ни к истории, а так по зову сердца изучавшего историю родной области. Ваза его заинтересовала, попросил взять домой - покрутить - повертеть пристальней. А так как человек он был известный в городе, даже книги издавал как писатель, бабуля ему доверилась. Через несколько дней краевед притаскивает отчищенную, сверкающую вазочку и сообщает, что не профессиональные сотрудники МВД, ни профессиональный вор не разглядел в ней следующего:
вазочка эта на несколько килограммов веса из серебра (точно не помню, кажется кило три)
да и не вазочка это, а вот извольте видеть - под слоем окиси была надпись - это переходящий кубок какого-то стрелкового клуба для подразделений СС Германии, судя по всему был взят как трофей, а потом сдан в музей, но профи не только не поняли что им вручено, но даже не записали кто им это отдал.
Кубок нам продемонстрировали - он по прежнему стоял на том самом сейфе, сверкая надписью на немецком с очередным букетиком цветов.

14.

Месть.

Сидели как-то семейным застольем тремя поколениями в родительском доме.
Батя, старший брат и я уже перешли к стадии «поговорить/обсудить/повспоминать». Женская часть семьи плавно переместилась в сторону кухни «мужикам закуски подрезать».

И вот что-то заговорили мы про мстительных людей, про месть вообще. Батя затих и в нашем с Братом споре участия не принимал, а молча смотрел в окно и улыбался каким-то своим мыслям.

Когда мы уже выдохлись, Батя посмотрел на нас, подслеповато щурясь, и рассказал нам историю. Далее немного литературно переработанный его рассказ:

- После войны было очень сложно. Наше поколение рождённых в 1945-1947 годах хлебнуло по самое нехочу. Шутка ли! Страна в разрухе была! Электричество у нас в посёлке было только по вечерам и появилось аж в пятидесятых годах. А так всё с лучиной, свечкой, керосинкой. Ложки были только деревянные. Одежёнку передавали от старших к младшим, перешивали старые военные гимнастёрки, галифе. Очень ценились матросские бушлаты! Обувь вообще ценилась на вес золота – весной, летом, осенью чуть ли не до декабря дети бегали только босиком.

Город-то от нас рядом — через перевал всего, но туда добраться только пешком или на попутке. А пешком через перевал то ещё удовольствие, но ходили! А куда деваться-то? Муки купить, крупы.
В огородах занимались в основном дети – родители-то на работе. Кто в колхозе, кто в лесопильной артели, кто в городе на заводах или в порту.

Помню, как в посёлке прошёл слух, о том, что будут путёвки в пионерлагерь где-то в Кабардинке. Как же мне хотелось туда поехать! Просто грезил! Но у моих родителей не было шести рублей на эту путёвку… Дааа, горевал я тогда очень сильно.

В этот момент Батя глянул на своего внука, который до этого игрался с планшетом, пытаясь подружить его со своими новыми смарт-часами. Мишка после этого Батиного взгляда как-то смутился и отложил планшет в сторону. В комнате повисла тишина – вся семья слушала Батин рассказ и он продолжил:
- Школу я заканчивал в городе. Конечно, негодяй был! По точным наукам с двоек на тройки перебивался. По гуманитарным ещё более или менее – легко давались. Увлёкся я тогда плаванием, даже КМС получил. Но учиться не хотел, хулиганил! Редкий педсовет в школе проходил без разбора моих шалостей. И вот с нашим директором как-то не сложились отношения. Не могу сказать, что он меня ненавидел или ещё чего. Но если в школе что-то случалось – виноватым он всегда делал меня. Обидно было. Сами понимаете, натворил один раз делов и всё! Дальше они как снежный ком растут! И за мной вечно косяк за косяком был.

Когда школу заканчивали, директор мне заявил «Аттестат получишь в августе!». Да мне всё равно тогда было!
Мои одноклассники уезжали на вступительные экзамены в ВУЗы и техникумы, а я лето после школы лентяйничал, мотался в город, шлялся по парку, завелась у нас компания дружков, некоторые с криминальными наклонностями. Выпивали. Однажды в июле в пивной возле порта мы подрались с греческими моряками, матросами сухогруза. В качестве трофеев нам достались рублей тридцать деньгами и пара наручных часов, которые мы загнали на толкучке. Вот тут-то и случилась история, которая повлияла на всю мою, да и на вашу жизнь.
В конце июля к нам домой в посёлок пришёл милиционер, который доставил меня в районное отделение милиции, где у меня состоялся разговор с начальником милиции. Здоровый такой мужик в синей форме, фронтовик, орденские планки на кителе. В кабинете кошмар как накурено было! И говорит мне начальник:
- Сынок! Есть у меня информация, что ты пошёл по кривой дорожке. Этак ты скоро до тюрьмы допрыгаешься! Посмотри какая у тебя семья: отец фронтовик, работает не покладая рук, мама ударница в колхозе, брат мастер уже на судоремонтном заводе, на очень хорошем счету, сестра в техникуме. А ты? Шалопай!

Я удивился, конечно, его осведомлённости, потому что с милицией никогда дел не имел. Он продолжил:

- Почему ты учиться никуда не идёшь? В чём дело?
— Так у меня это… Аттестата даже нет.
— Как нет? Ты же одиннадцатилетку закончил!
— Ну, я с директором школы не в ладах. Он мне сказал, что аттестат выдаст только в августе!
Начальник милиции задумчиво походил по кабинету и тихо сказал:
- Вот же гад! Специально аттестат не выдал, чтобы парень учиться никуда не пошёл. Вступительные все до конца июля. Одна дорога ему – или докером в порт, или в тюрьму.
И вот тогда я понял весь ужас ситуации с получением аттестата. Стала понятна мне гадская сущность нашего директора школы. И такая во мне злость закипела! Попался бы он мне в тот момент – разорвал бы на куски.
Начальник выгнал меня в коридор. В кабинет заходили и выходили милиционеры, начальник звонил кому-то по телефону, что-то доказывал, ругался. Ему приносили какие-то списки, таблицы. А я сидел на стуле и думал, какой же я дурак, что допустил такую ситуацию, какой козёл директор школы. Строил планы мести. Один страшней другого!
Через несколько часов, когда я уже окончательно одурел от сидения в коридоре, начальник позвал меня в кабинет и сразу без прелюдий сказал:
- У нас есть разнарядка в одно из военных училищ. Сейчас пойдёшь в военкомат. Там тебя ждут. Давай, иди!
На мои слабые возражения он никак не отреагировал, просто мягко вытолкал из кабинета, приговаривая:
- Иди-иди! Военком ждёт! Потом ко мне за характеристикой зайдёшь.

В военкомате мне сообщили, что выдают мне направление для поступления в военное училище Внутренних Войск МООП РСФСР и вступительные экзамены начнутся в конце августа.
- Это что? Милицейские войска???
Военком строго взглянул на меня:
- Это Внутренние войска. Это не милиция. Смотри парень, не подведи нас.
В течении двух недель я прошёл несколько медкомиссий, собрал необходимые документы, забрал свой злосчастный аттестат из школы и вот уже ехал в компании семи кандидатов на поступление в училище в город Орджоникидзе.
Всё время я мечтал о мести директору школы.

В училище из восьми кандидатов из нашего города поступил только я. Тяжело ли было учиться? Очень! Представьте, каждый день шесть часов лекций, три часа самоподготовки, учения, стрельбы, караульная служба. Мы получали две специальности – офицер мотострелковых войск, с особым изучением специфики службы внутренних войск, и юриспруденция. Учиться плохо не получалось – это ведь армия! Лекции по военным дисциплинам нам преподавали военные, в большинстве своём фронтовики.
Юридические дисциплины преподавались гражданскими специалистами – среди них было несколько молодых и красивых женщин. И вот как стоять неподготовленным перед ними всеми? Как мычать «Я не подготовился»? А ведь нас всё-таки учили воевать – это было очень интересно! Первое полугодие я закончил с несколькими четвёрками, а в отпуск домой отпускали только отличников. Второе полугодие было закончено на оценку «отлично» и за успехи в учёбе и службе меня наградили первой медалью «20 лет Победы». Всё время учёбы я строил планы мести директору! Даже на стрельбище представлял на месте мишени его лицо и бил туда без промаха! На занятиях по рукопашному бою, я представлял, как бросаю его через плечо, как бью в ненавистное мне лицо. Нередко мои учебные соперники высказывали мне за излишнюю силу ударов.
Батя замолчал, наверное, заново переживал то время.
- А дальше? – прервала тишину жена брата.
— А дальше как в кино! – улыбаясь, сказала наша Мама.
Батя продолжил:
- И вот мой первый отпуск летом 1965 года. Я еду домой! Вышел на перрон нашего приморского городка – мундир наглажен, сапоги с искрой, васильковая фуражка с малиновым околышком идеально сидит. И на выходе на привокзальную площадь, прямо на лестнице, я столкнулся с директором. Он спешил навстречу с двумя чемоданами. Я встал у него на пути. Он поднял голову и выронил один чемодан:
- Тыыы?!?!
— Курсант Орджоникидзевского краснознамённого военного училища Внутренних войск МООП РСФСР им. Кирова. За успехи в учёбе награждён отпуском. Здрасссьте, Николай Леонтьевич!
Директор осмотрел меня с ног до головы, остановив взгляд на фуражке цветов легендарного НКВД и на одинокой медали у меня на груди. Прошипел:
- Отличники вернулись, не поступили. А тыыы…
Он плюнул себе под ноги, прошёл мимо меня, что-то бубня под нос.

- Вот и случилась моя месть, — Батя улыбаясь, оглядел нас. – В тот миг я понял, что незачем его бить, строить ему козни. Просто нужно было показать, кем я стал!
За столом повисла тишина. Мама молча встала, подошла к шкафчику. Поправила на полочке фоторамку, где рядом было вставлено две фотографии – Батя-курсант и Батя-полковник. Достала бутылку коньяка, которую очень берегла:
- Ну что ж. За эту историю можно выпить ещё по граммульке.

15.

Продолжу пожалуй истории про моего товарища, Петьку.

"Сказ о том как Петька в оперу ходил."

Несколько лет назад моему другу Петьке супружница прозрачно намекнула "Ты, любезный муж, какой год на дворе помнишь?" "Ну?" "А месяц сейчас какой?" "Месяц я знаю, зачем дурацкие вопросы?" "А следующий месяц какой будет?" "Е-моё, Танька, не нервируй меня. Чего надо?" "Надо что бы ты немножно на календарь посмотрел и кое что вспомнил." "Хорошо, вспомню."

На следующий день он ясен пень разговор этот забыл, на производстве дел невпроворот. Помимо дурацких бабских загадок есть чем заняться. А потом через недельку случайно вспомнил "Какого ляда это она мне намёки делает? Аааа... Блин 10 лет супружеской жизни в следующем месяце." Петюня призадумался, прошлое вспомнил, аж стыдно стало. Танюха то баба что надо. Из армии его ждала, закидоны по молодости терпела. За десяток лет супружеской жизни в какие только дыры их судьба не заносила, как только не швыряла, то на самое дно, то в гору. И всегда она была рядом, поможет, утешит, успокоит, ободрит. Завсегда надёжный тыл обеспечен. А что трое детей, умные, здоровые, весёлые - разве это мало, сколько она в них вложила здоровья и сил. А домину ещё такую содержать, разве просто?

Вспомнил как первый бизнес с голой задницей основал, поднялся не хило, и потом без копья остался. Ведь нищими сидели, из жратвы одни макароны, а ни словом же не попрекнула. Как пришлось на несколько лет в Тьмутаркань подасться, сначала в одну, потом в другую. Загулы свои вспомнил, и что водовки не дурак был вкушать когда помоложе был. И ведь всегда знал, что бы не случилось, есть родная душа, хоть на край света - лишь бы вместе. "Нет, не ценю Таньку совсем, не будь её сто пудов пропал бы, ни за понюх. Права баба, надо нашу первую десятку отметить так что бы всю жизнь вспоминали."

Чего дарить-то? Цветы и ресторан, так это мелко. Шуба? Есть 3 штуки. Может брюлик какой? Неплохо для начала, но цацки тоже уже есть. В какой-то спа салон её на день отправить? Тоже не то. Тут надо такое что бы душа запела. А запела... кстати вот это мысль. Может на концерт её сводить? Кто там у нас выступает? Блин одни удоды и дятлы, Меладзе, Лепс, и этот хер волосатый, как его звать? Не, на это деньгу даже грех тратить. А жаль, с песнями-то тема, бабы это любят.

Может на пару дней уехать вдвоём? На море? Или куда нибудь на природу посмотреть, на реки и да скалы, с палаткой. А ну-ка, как там говорят, "гугль из ёр фрэнд." Введём, "вдвоём, поездка, юбилей, скалы". Ну адское изобретение капитализма, чего покажешь? Какая-то Ла Скала, какие то Двое Фоскари. Ну-ка, ну-ка. Милан, опера. Ах твою хорошую...едрить-колотить... Вот оно. Так гарнул "Эврика" что секретарша чуть со стула не слетела.

"Танюха заценит, это тема. Раз, брюлик купить, это само собой. Шенген у нас уже есть, это два. Авиабилеты в Милан - три, и гостиницу надо бы с номером покруче, четыре. Ну и билеты в эту Оперу, в Ла Скалу которая, это значицца пять. Можно на этих самых, Двоих которых. Их двое и нас двое, будут нам петь. Сколько там билетик стоит? Е-моё, хрена себе ценничек. Совсем макранонники обурели, краёв не видят. Ладно, один раз живём. Это пущай шесть. А с матерью и тёщей договориться что бы за мелкими присмотрели пока мы там по Италии шляться будем, семь. Ну и компаньонам сказать надо что в отпуск уедет, восемь. Уффф, вроде всё."

Всё в лучшем виде обстряпал и через пару недель жене говорит "Мать, пакуй шубу. В Италию с тобой едем, в Милан. С бабулями я договорился, у нас поживут." Жинка как стояла, так и села. "Ты что, Петь?" "А ничё, 10 лет ни хрен же собачий. Я всё помню. Вылет в четверг."

Прилетели в Милан, в гостиницу заселились. А в пятницу в Петька ей цацку галантно презентовал и гламурно билетами помахал "Вишь, жёнка, в Скалу пойдём, там двое чудиков нам петь будут. Ради такого случая я даже костюм одену."

Приоделись, прихорошились, в Ла Скалу отправились. Танька рассцвела, "Господи, хоть в кое веки, как нормальные люди. Опера, Италия, платья в пол, оркестр. А места то какие, на балконе, прям музыкантов видать. Петь, а ты сколько то на билеты потратил?" "Мать, ну ты даёшь? Я ж тебя ценю. Ты лучше зырни, вишь мужик над с соседом стебается. Скрипач шпилит, а этот ему ноты перевернул. Смехота."

А на сцене кипели страсти, безвинно страдал несчастный Якопо, плакала Лукреция, плёл интриги гадкий Лоредано, и рвал на себе последние волосы Франческо. Но вот закончилась Опера и на сцену начали выходить по одному певцы. "Мать, давай прикидывать кому хлопать больше будут" предложил Петька. Вышла Пизана и сорвала аплодисменты "чего, неплохо девка пела. Я в согласии." Появилась Лукреция и аплодисментов стало больше "и эта вопила громко, можно и похлопать." "Петька, перестань немедленно, ведёшь себя как биндюжник, людей стыдно" возмутилась Таня. При выходе Якопо зал застонал "Вот этот парниша молоток, пел нормально, правда прикид у него пидорский, а так ничо, голосистый" невозмутимо продолжал он. И тут на сцену вышел Франческо и зал встал просто взвыл от восторга и взорвался криками "браво и беллиссимо" и аплодисментами. "Тань, а Тань, а ему то чего хлопают, он же тише всех. Мне вообще не понравилось." Но Танюха его не слышала, у неё так сияли глаза что Петька заткнулся.

Из Оперы до гостиницы в такси ехали тихо. Танюха сидела тихо и была какая-то другая. Молча поднялись к своему номеру. И тут Петюня не выдержал и спросил. "Мать, чего этому, как его.. а Франческо, хлопали то. Я так и не врубился, без шуток. Не я всё понимаю, старичок конечно старался, но всё же." Она открыла номер и обернулась к нему, "Я же его послушать всю жизнь мечтала. С самого детства. Помнишь, я тебе рассказывала. Какой же ты молодец, что устроил всё это, ведь он в этом сезоне всего лишь два дня в Ла Скала выступает." "Танюха, да как зовут то деда-то?" "Подожди, это что, всё случайно так получилось??? Ой какой же ты дурак. Это же пел САМ Пласидо Доминго."

И Танька резко схватила Петьку за галстук, втянула в номер и захлопнула дверь.

16.

Почему люди попадают за бугор.

Вы скажете - продавшиеся за забугорные плюшки (или печеньки), ищущие лучшей жизни, самореализации, целенаправленно выстраивающие карьеру? Может быть. Но иногда бывает так, что виноваты просто гормоны и зелёная наивная молодость, а дальше... летит ***** по кочкам.

С Америкой началось еще на втором курсе. Как-то раз, промозглым осенним вечером, рубились мы всей общагой в Контр-Страйк. Надоело... Под неопределённым студенческим градусом чуть-чуть выше нуля, залез я на популярный тогда yahoo chat и начал поливать америкосов всем немецким ругательным слэнгом, который только знал. Почему немецким, скажете вы? Так английского я тогда не знал. Всю жизнь до этого – Spraechen Sie Deutsch и чуть-чуть латынь.

Кто-то в ответ материл в стиле «задолбали fucking Russians» (немцев в штатах хватает, понимали), чем только подогревали задорного тролля. Но одна женщина заинтересовалась причиной столь неистовой и бесполезной злобы и начала спокойно задавать вопросы. Чу! ЦРУ копает под секретность нашу, не иначе! Женщина оказалась вполне образованная и, со временем, завязалась какая-то переписка, иногда с привлечением корявого Stylus )) Однако слишком долгой она быть не могла – что могут обсуждать безусый юнец и мадам лет 50-ти?

Спустя некоторое время оказалось, что есть у неё соседка украинка, которой 16 лет. О! Вот это уже интереснее. Та стала мне писать письма, звонить по несколькo часов, обещала сделать визу, грин карту, кучу всего-всего-всего. Но, девочка была пустая, аки воздушный шарик и мне это быстро надоело, несмотря на выгодно выбранные фотки, заботливо присланные в нескольких посылках с сувенирами... Побаловались - и хватит.

Потом, началось в Москве движение молодежи, если кто помнит - «Идущие вместе» (теперь эта контора называется «Наши»). Как сейчас помню, встретились мы с Якеменко около одной станции метро в свете уличного фонаря (тот ещё антураж!) – Васёк стал нас учить жизни и агитировать пополнить ряды новых хунвейбинов. Шустрый такой мелкий шибздик... Таки успел в правительстве посидеть... Впрочем, его намерения уже тогда ни для кого не были секретом. Но, молодёжь нередко любит просто кипеж, не важно, по какой причине... Прикольно же!

Было интересно - что же это такое, к тому же Путин – «наш президент», и совсем не важны были все остальные детали... Записался туда, даже был командиром звена (честно говоря, только ради того, чтобы иметь халявный пейджер). Профком студентов Бауманки «заревновал», что многие туда ломанулись и начал довольно смешную кампанию по дискредитации ИВ. «Двум богам служить нельзя!» А заключалась она, дискредитация, в следующем - развешивались нарисованные от руки и многочисленно отксеренные листовки с карикатурами на ИВ. Детский сад, ей-Богу! Прямо как в лучшие годы совдепии а ля «травим НЭП».

Ну, во мне моментально взметнулся дух повышенного чувства справедливости, я напечатал свои листовки, в которых защищал ИВ, а также предал огласке некоторый компромат (который, впрочем, знали все) на начальство универа, и, особенно, на председателя профкома, метившего тогда в Думу (Денисов его фамилия была, если не ошибаюсь). Что-то типа аренды университетских помещений каким-то коммерсам, в то время, как учебную часть «уплотнили»... Уже точно не помню, много лет прошло.

Листовки провисели только один день, их быстренько соскребли, но шуму они наделали много. Всей общаге (140 блоков по 5-6 человек) отрубили только зарождавшийся тогда инет (упс, пацаны, я не хотел), сказали, что включат только если сдадут того, кто напечатал листовки. Меня никто не сдал (интересно, а сегодня такое возможно?). Впрочем, спустя некоторое время, инет снова включили.

Но почему я про листовки заговорил. Написала мне в ту ночь листовочную девушка одна по аське – ты, типа, чего меня спамишь со своим getpaid? Если кто помнит, крутили тогда баннеры на компах, в надежде, что набегут денежки несметные, и разбогатеем мы нахаляву... Так вот, рассылал я ссылки со своим reference number всем подряд в ICQ. И попалась рыбка на крючок... Что, типа, делаешь. Я говорю - угадай. Она - или только из ванной вылез, или листовки клеишь. Хм, совпадентус! Хороший старт!

Начали с ней общаться. Оказалось, что она в Техасе трудится в Лукойле переводчицей, сама родом из Челябинска. Сурово! Туда-сюда, пошли долгие разговоры по ICQ, потом с ее стороны сожаления, что вышла замуж пару месяцев назад за какого-то мекса... Время шло... Через несколько месяцев она полетела в Россию навестить родственников.

Пролетала через Москву. Встреча в Шереметьево, неподъёмные для студента расходы в тамошнем ресторанчике, равноценные паре месяцев общажной диеты... Но, хрен с ними, с деньгами! Взаимная симпатия, взрыв эмоций и впечатлений буквально на заднем сиденье такси... В общем, друг другу мы с этой Машей из Техаса понравились. Она полетела дальше, потом на обратном пути предсказуемо задержалась в Москве. Вспыхнул роман. Улетела в штаты, общение продолжалось. Такой новый тогда романтизм виртуального общения, помноженный на юношеские гормоны и чрезвычайный дефицит качественного женского пола в Бауманке, сделали своё дело. Плюс православные взгляды – трахнул мадам => надо жениться.

Тем временем, люди мы серьёзные (ага :), надо было думать о будущем. Сначала она предложила (видимо, для вежливости), что прилетит ко мне и будем жить в Москве. Потом - нафига ей в Россию - в Америке же лучше, да и работа там у неё неплохая для среднестатистического-то эмигранта... Не для того, дескать, улетала... Короче, как говорится, «лучше уж вы к нам». И начал я рыть землю, чтобы перелететь заветный океан.

Вот такая предыстория к предыдущей. Кто-то спрашивал - «Как тебя угораздило туда попасть?» А вот так. Всё очень просто. Вот только улетать было совсем непросто... Но об этом, как-нибудь позже...

17.

После третьего класса Пече на каникулах ножом выбили глаз. Поэтому он пришёл в школу только четвёртого сентября. Три дня учителя долбили нам, что мальчика нельзя оскорблять, унижать, обижать и третировать. Готовили почву. Если бы не это, никто бы не понял, что один глаз у него стеклянный. На наш взгляд глаза были неотличимы.

Однако разъяснительная работа дала свои плоды. Мы существовали отдельно, а Печа – отдельно. В попытках определить, какой зрак искусственный, а какой – нет, на его лицо украдкой пялился весь класс. Пялился в полном молчании, чтобы не обидеть словом. И продолжалось это до третьей перемены.

На третьей перемене в переполненный туалет влетел Коля Предыбайлов. Ругаясь и толкаясь, он пытался сквозь плотную толпу учащихся младших классов пробиться к заветной цели. Перед последним препятствием Колька остановился и в отчаянии возопил: - Ну, ты, х@й одноглазый, подвинься!!!

Печа сказал, что пришёл первым и закончит начатое дело, несмотря ни на что, а если Коля с этим не согласен, то ему необходимо немедленно покинуть туалет и идти, куда глаза глядят. Поскольку ответ был семиэтажным, возведённая учителями стена отчуждения мгновенно рухнула.

На её обломках Колька тут же организовал торжище. Вчера он обокрал какую-то выставку, а теперь выставил на продажу и попытался впарить Пече монеты из разорённой коллекции. Все монеты были просверлены, в их узких дырочках застряли остатки тонкой перекрученной проволоки. С её помощью экспонаты крепились к стендам, которые организаторы выставки на какое-то время оставили без присмотра.

Печа от сделки отказался, но лёд был сломан, общение наладилось.

18.

В начале двухтысячных работал установщиком пластиковых окон, очень популярная тогда тема. Ездили бригадой по четыре человека, хорошо зарабатывали, делая, если честно, не так уж много. И вот пришёл к нам как-то паренёк по имени Саша. Вроде нормальный человек, пока его чем-нибудь не заденешь. Возмёшь его инструмент, бежит к тебе, орёт, попросишь задержаться на десять минут - "а сколько ты мне заплатишь?" Как-то вышла история. Макарыч, помощник бригадира, чем-то задел Санька, и они кинулись друг на друга. Орут как сумасшедшие, но видно, что драки не избежать. Саша, багровый такой весь, подступил в упор к Макарычу, и орёт на него: Да я тебя, сука, урою, я тебя закопаю, я тебя то, я тебе сё. Мужики собрались вокруг, явно, что надо будет сейчас разнимать - лишь бы успеть, прежде чем кто-нибудь додумается молоток схватить или ломик какой. И вдруг Саша, совсем уже разгорячённый, как заорёт на Макарыча: "Я тебе, сволочь ты эдакая, в залупу дуну!" Причём на полном таком серьёзе орёт, подошёл вплотную к нему, уже вот-вот в драку полезет. Не знаю, откуда он решил, что это выражение означает какое-то оскорбление, потом он говорил, что слышал в каком-то блатном сериале, что так угрожали воры друг другу. Не знаю, перепутал что-то, наверное. В общем, эффект эта фраза, ещё сказанная на таких серьёзных щах, имела совершенно противоположный. Мужики, сосредоточенно наблюдавшие за развитием событий, все так и повалились с ног от смеху, и Макарыч первый. Когда Саньку сказали в чём смысл его угрозы, он тоже под стол лёг. В общем, лёд был растоплен, и с тех пор конфликты у нас прекратились. Даже в тот же вечер выяснилось, почему Саша был такой агрессивный - на прошлой работе (вообще его первой в жизни, он только-только школу окончил), бригадир всех кидал и обсчитывал, и атмосфера в коллективе была напряжённая. Вот и решил, что так надо. Молодёжь... Потом долго ещё с ребятами работали, дружили, и всё было очень здорово.

19.

Наш генеральный директор помешан на спорте. От слова очень. Но это не футбол, баскетбол или другой вид олимпийского спорта. Поясню: он ежедневно встает в пять утра чтобы уже в шесть быть первым в спортзале. До девяти утра он мучает себя на разных тренажерах, а в десять обычно он уже пьет кофе у себя в кабинете. Мне несколько раз посчастливилось побывать с ним в командировках в разных странах, так даже там он не нарушал графика. Совсем забыл, пять раз в неделю, после рабочего дня он ездил в спортзал, где уже занимался с личным тренером. О занятиях с личным тренером он любил нам рассказывать, причем в малейших подробностях. Короче, хвастался своими успехами. И естественно, чтобы подсадить работников на иглу, фирма оплачивали три четверти стоимости абонемента в спортзал. Но особо желающих все равно не находилось.
У нас появился новый работник: молодой парень, который пол года назад женился. На перерыве сидим, пьем кофе, треплемся ни о чем. Генеральный опять рассказывает как его "порвал" тренер в спортзале, и какой он молодец что не сдался и выполнил все нагрузки. И тут ему на глаза попадается новенький.
- А ты знаешь,- обращается генеральный к нему,- У нас тут фирма оплачивает почти весь абонимент на спортзал. А то с нашим рабочим графиком быстро наберешь вес.
- Ему не надо,- пошутил кто-то,- Он сейчас много сексом занимается, так что не потолстеет.
Грянул дружный смех. Генеральный глянул на красного как рак новенького и авторитетно заявил:
- Наберет. На спор. Занятие сексом, по количеству сжигания каллорий равносильно поднятию по ступенькам на второй этаж.
Снова раздался дружный смех.
- Не веришь?- шеф посмотрел новенькому прямо в глаза,- Можешь надеть на руку Apple watch или любые другие часы с похожей функцией, и измерь сам.
Посмеялись и забыли. Все, кроме новенького. Примерно недели через две на очередном перерыве вваливается новенький и нам заявляет:
- Зря я с генеральным тогда на деньги не поспорил.
- А что такое?- заинтересовались мы.
- Вот,- он вынул MacBook из папки, Посмотрите сами: вот усредненное количество каллорий, которые сжигаются при поднятии по ступенькам на второй этаж. А вот и мои данные: минимум, максимум, усредненные. А вот и графики...
- Подожди,- остановил его кто-то,- Ты что, измерял во время секса с женой?
Его ответ потонул в шквале смеха. Мы представили себе, как он надевает часы на руку и говорит жене:
-А не провести ли нам научный эксперимент? Проверим сколько каллорий потеряем.
- Ты что, целую неделю измерял? Каждый день?- тыча в графики и давясь от смеха спросил кто-то.
- Твоя жена тебе ничего не сказала?
- За этот эксперимент ты точно Нобелевскую премию получишь.
Народ, давясь от смеха засыпал его вопросами и предложениями. Вся фирма, включая генпрального смеялись еще неделю и смаковали историю.
После этого случая у нас секс стали называть научным экспериментом. Например, когда кто-то из работников вечером уходил домой, то говорил что у него дома эксперимент или он надеется что у него будет эксперимент. Или рассказывали что опоздали поскольку участвовали в эксперименте.
А парнишку, с той поры, если куда-то посылали, то обычно добавляли: только надень Apple watch.

20.

Прочитал историю про причастие и вспомнил аналогичную из своего детства.
У моих бабушки с дедушкой по отцовской линии было два сына и одна дочь, у которых тоже были дети. Каждое лето на какой-то период мы все вместе собирались у них в деревне. Это было прекрасное время. С одной стороны лес, с другой море и огромный дедушкобабушкин огород со всем тем, что продавалось на базарах. Фрукты, овощи и пр. Для нас, внуков, естественно, это было бесплатно и в любом количестве. Всё бы ничего, но дочка бабушки и дедушки была учительницей начальных классов и регулярно устраивала нам экзамены на пройденные в школе темы, что нам очень даже не нравилось и портило прекрасное каникулярно-летнее настроение. Во время одной такой экзекуции мне был задан вопрос на тему склонения имён существительных. Я начал с того, что имена существительные склоняются по падежам, по родам и ... Пока я думал (а думал я долго), дедушка, при сём присутствующий, не выдержал и озвучил подсказку. А дедушка за всю свою жизнь не написал ни одного слова ни ручкой, ни карандашом, т.е. за партой не сидел ни одного дня. Итак, дедушкин перл: "... и по беремению".

21.

В понедельник мой друг и сослуживец вышел на работу со стриженной налысо головой,еще в пятницу он мог похвастатся роскошной рыжей шевелюрой,а тут такие перемены.Поинтересовался с чего вдруг его занесло в такую крайность.Далее с его слов…
-Да брат,быть лысым это либо личный осознаный выбор либо генетическая предрасположенность,я же оказался лысым по недоразумению.В общем дело было так...
Вечером в пятницу я вернулся с работы домой,жена встретив меня на пороге и увидев нестриженным всерьез разобиделась.
-Макс ты же знаешь мою маму и её требования к прическам,нам нужны ее обиды?
Дело в том что среди сотни тёщиных причуд и навязчивых идей,этот пунктик был особенно ею любим-аккуратная мужская прическа,в отсутствие оной человек воспринимался в лучшем случае как недостойный её королевского внимания,в худшем-личным врагом.Будучи преподавателем в университете она для студентов была и есть сущим наказанием,будь ты хоть семи пядей во лбу,но экзамен сдать ей неаккуратно одетым и с растрепанной прической - положительно невозможно.
И да,месяц назад я был предупрежден о том что сегодня в ресторане мы будем отмечать годовщину свадьбы этой славной женщины с вышколенным как прусский солдат тестем,отставным военным летчиком не боявшимся ни черта ни ладана,но терявшимся под натиском любимой женушки.
В общем во избежание обид и упреков,наскоро перекусив я пешком отправился к близлежащей торговой площади где соседствовали три парикмахерских.В первых двух результат был предсказуем,миниум за неделю нужно было записыватся,была надежда что кто-то не пришел и будет свободное окно,но не повезло...Оставалась еще одна парикмахерская-опасный и непредсказуемый вариант.Лет двадцать назад я подстригался в ней,единственный мастер он же и хозяин салона внимательно выслушал меня и подстриг на свой лад проигнорировав мои пожелания.В ту пору парикмахеру было под шестьдесят лет,следовательно на сегодня ему было под восемьдесят...да уж,так сказать лишних двадцать лет опыта....,но пожалуй рисковать лучше не стоило.
Возвращаться домой,брать машину и ездить вечером в поисках открытой и свободной парикмахерской не хотелось,вернутся нестриженным - плохо, решил посмотреть хотя бы со стороны что происходит у дедушки в салоне.
Вообще-то это была очень грустная картина,одинокий старик сидел на старинном с чугунными завитками и обшитом коричневой кожей парикмахерском кресле,клиентов не было и как кажется не предвиделось....Что-то в этом было невыносимо печальное и безнадежное...И так мне как-то жалко его стало,что презрев свои предчуствия я зашел в парикмахерскую.Заметив мою неуверенность, дед уступая мне кресло приободрил:
-Не переживай и не грусти парень,подстригу в лучшем виде , лучше скажи как будем подстригаться,весело пощелкивая ножницами спросил вновь востребованный мастер-парикмахер.
-Мне только чуть подровнять, решил я свести риск к миниуму.
Мастер с понимающим видом покачал головой,отложил ножницы и взял машинку,поменяв в ней насадку он одним плавным движением выстриг мне по центру головы полосу под ноль...
Я сидел в кресле и смотрел в зеркало - в нем отражался задумчивый гоблин,мне и так говорили что рожей на бандита похож,а тут с наголо выстреженной полосой я бы и сам побоялся бы встретится в подворотне со своим двойником.
Да,дедушка посмотрев мне в глаза через зеркало и осознав что что-то пошло не так из парикмахерской убежал,мне же из салона ходу не было,первый же полицейский завидя меня конечно вряд ли бы открыл огонь на поражение,но рисковать не стоило,уж больно дико я выглядел-рост под два метра,вес сто двадцать,пара шрамов оставшихся после аварии на лице и выбритая наголо полоса на голове завершала образ особо опасного маньяка.
Через пять минут от лица деда пришел переговорщик-владелец соседней обувной мастерской,он с опаской минуту рассматривал меня через витрину,потом собравшись с духом прошел в помещение.
-Слышь,братан,не убивай деда,он и так на ладан дышит.Дед извиняется и в качестве компенсации предлагает эту стрижку и последующие бесплатно.
-Скажи деду чтобы спокойно возвращался и достриг,я не в претензии,уши не отрезал,нос на месте и то ладно,а так-то сам понимал на какой риск шел...
Пожилой парикмахер вернулся,извинился сославшись на возраст и быстро достриг оставшиеся волосы,новый образ мне как когда-то Кисе Воробьянинову неожиданно понравился,так что деньги я ему заплатил.
Жена умилилась при виде моего лысого черепа,чем то он ей приглянулся.-Экий ты у меня разбойник,нежно сказала она погладив мою голову.-А вот мама наверное не оценит-грустно добавила супруга...
Позже в ресторане теща прогнозируемо отреагировала на мой новый имидж негодованием,она восприняла его как личный выпад с моей стороны,по её мнению в невидимой шахматной партии которую она вела со мной я объявил шах и улучив момент когда я дарил ей цветы она тихо сказала что следующий ход за ней и я еще пожалею о своей выходке.
Через полгода у тещи день рождения и если волосы успеют достаточно отрасти,то приду её поздравить с ирокезом,так сказать-мат поставлю…

22.

Давно это было. Или: Первый опыт путешествия на плоту по реке.
Год 1975….1978 (Точнее сказать не могу, забыл).
Мы - народ артельный,
Дружим с топором.
В роще корабельной
Сосны подберём.
Православный, глянь-ка
С берега, народ,
Погляди, как Ванька
По морю плывёт.
А. Городницкий «Строителям Петровского флота»

В интернете очень много постов про детство, примерно моих сверстников. Копировать и цитировать ни один из них я не буду, но оговорюсь, все это было: и карбид, и шифер в костре, и войнушка, и индейцы, и выплавление свинца, и рогатки – луки – самострелы. И еще, ну очень много иных детских развлечений.
Но была и одна изюминка – у нас была Волга, со всеми прилегающими к ней оврагами и оползневой зоной*.
Год у ребенка, выросшего у нас, и примерно одного года рождения со мной, выглядел так:
- Лето, это Волга, купание до посинения, отогрев детского организма в горячем песке, посильная помощь рыбакам из рыбколхоза (сортировка выловленной рыбы: товарная грузилась в приходящие грузовики, а мелочь насаживалась на прутики и зажаривалась на костре для подкрепления сил растущих детей); поедание всего съедобного (нет, мы не голодали, но кто устоит против спелого паслена, солодки, неспелых коробочек мальвы и других подобных вкусностей);
- Осень, это школа (и ничего не поделаешь) и броски в оползневую зону (сталкеры!), для поедания совершенно ничейных яблок и груш;
- Зима, и мы катаемся на санках, в овраге, на дальность (секундомеров не было, засекать время прохождения трассы на наших скелетонах и болидах из бобслея нечем, и принцип прост – проехал дальше – ты чемпион).
- Весна, и о ней расскажу подробнее: «Ведь нам всегда будет сниться весна».
Весной сходил снег со склонов оврагов и обнажал жутковатые, и кстати смертельно опасные подарки Великой Отечественной - ни разу не нашел только пистолета, а так от штык-ножа до вполне исправного пулемета (мины, снаряды, бомбы не в счет, их не трогали).
Снег в оврагах таял и наполнял водой нашу маленькую речку – Елшанку.
Летом: речка-переплюйка (по колено максимум). Осенью – ручеек, зимой под снегом не видно.
Весной другое дело. Весной, во время таяния снега, на три-четыре дня, наша маленькая речка превращалась в шумную, стремительную реку. Она вылетала из огромной бетонной трубы под железнодорожной насыпью, и через километра два-три впадала в Волгу.
Четверо детей (скорее подростков, или недорослей) стояли на берегу Елшанки, они были заняты самым важным делом – пускали бумажные кораблики и любовались как поток уносит кораблики вдаль.
Назовем их так: Капитан (он решил, что будет капитаном), Боцман, мистер Сэмпсон и я.
Капитан, задумчиво глядя на очередной уплывающий кораблик, произнес: «Давайте построим плот и прокатимся на нем до Волги».
Решение о строительстве было отклонено сразу (паводок три-четыре дня, не успеем), но что-то поселилось в пытливых, но неокрепших умах.
Вот вы подумали, ну разве дети (пусть даже подростки) могут строить далеко идущие планы? Могут! И не только планировать, но и воплощать их в жизнь.
Мы задумали построить плот к следующему паводку, и в начале лета (каникулы!) идея приобрела четкие очертания.
Первоначально было решено строить из бревен, благо этого добра хватало – рядом деревообрабатывающий комбинат, к берегу которого, на лесотаску постоянно подводят плоты и беляны (ну это такой пятиугольный, в плане, многоярусный плот), стройматериал просто валяется на берегу. Быстро поняли, что бревно нужных нам размеров мы просто не поднимем, а его еще тащить километров пять до точки старта. Задумались, и думали долго, дня два.
Проблему решил Капитан (ну очень ему хотелось ощутить себя капитаном уже сейчас), он собрал совещание и сказал: «Я вчера смотрел Клуб кинопутешествий, в нём показывали каких-то людей, которые катались по горной речке на плоту, у которого снизу автомобильные камеры, а сверху настил из досок, вот. Но, правда потом они перевернулись и их долго спасали».
Камеры у нас конечно были (нет, ну вы подумайте, ребенок на Волге и без камеры – это ж просто нонсенс какой-то), но впереди почти все каникулы, и без камеры никак.
- Не. камеры понадобятся только весной (это Капитан), а вот помост сделаем сейчас, и будем хранить во дворе у Боцмана (он жил в двух шагах от предполагаемого старта), но камер нужно шесть штук, где-то надо достать две, это обеспечит нам дополнительную плавучесть (какие слова знает). Доски стырим на комбинате.
- Капитан, а этот помост просто лежит на камерах (Боцман), и как они им управляют?
- Не, камеры привязаны какой-то веревкой, широкой**, а рулят шестами, длинными*** спереди и сзади, они вроде ими от камней отталкиваются, но мы так не будем – камеры привяжем, а шестами от дна будем отталкиваться.
Работа закипела. Боцман пообещал негласно позаимствовать две недостающие камеры у старшего брата (ну ненадолго же, он и не заметит). Добыли веревку (бельевую), стырили доски, и из кленовой поросли вырубили четыре (не два) шеста, ошкурили их и положили их сушиться под навес во дворе у Боцмана. Сколотили помост, тщательно загибая и заколачивая внутрь загнутые концы гвоздей в доски (не проткнуть камеру).
Все было готово заранее (еще с осени), осталось дождаться весны, а она в том году запаздывала.
До конца весенних каникул оставалось всего четыре дня, и вдруг бурное потепление (ну, это как обычно – из шубы в шорты), речка резко вздулась, и мы поняли – пора.
Собрали наш плот, остудили камеры в в воде, подкачали в тугую, осторожно, по одному, с шестом в руках залезли на плот, и последний (Боцман) резко оттолкнул плот от берега и запрыгнул на него.
Действительность оказалась несколько иной, нежели мы задумали. Да, конечно волшебный полет по реке, но в каждом повороте мы тычемся в берег, наконец оттолкнулись, вышли на стрежень, и… Оказались выброшенными в Волгу причем сразу довольно далеко от берега. Шесты до дна не доставали, а грести шестом по меньшей мере бесперспективно. Экипаж охватило легкое уныние.
До берега метров тридцать - сорок, ах если б лето – прыгнул и доплыл, но, увы и ах – конец марта, водичка довольно прохладная, и мы в одежде. Есть, конечно и положительные моменты, например - плот устойчиво плывет, не качается и вообще, часа через два-три (ну четыре) и нас прибьет к берегу в Кировском районе (там Волга делает поворот налево). Романтика!
Романтика романтикой, а на воде прохладно и покушать захотелось, и попить, а количество припасов на судне стремится к нулю. Воду из Волги в разлив никто не пьет (призрак холеры помним все). Из дельных вещей присутствуют: весьма необходимые на открытой воде шесты, насос, перочинные ножи, коробки спичек и с солью, и еще метров пять бельевой веревки.
И движемся мы как-то странно – медленней чем рассчитывали да и своенравное течение норовит увлечь плот к левому берегу, точнее к острову Сарпинский, который обитаем, но до обитателей далеко и они на другой стороне.
Ситуацию разрулил РК (рабочий катер, их тогда на Волге было очень много). Он подошел к нам, его кэп наверное был очень удивлен, увидев четверых школьников посередине реки. Катер очень осторожно прижался к нам, нам кинули веревку, и спустили веревочную лестницу (сейчас, я бы сказал: штормтрап). Капитан (наш), как и полагается покинул судно последним. Никакие уговоры не заставили экипаж РК подобрать с воды наш плот, когда нас высаживали на берег, кэп, ну или шкипер, высунулся в форточку и проорал: «Скажите спасибо, что участковому ничего не скажу».
Вот и кончилась первая попытка путешествия по реке на плоту, интересно, как Боцман будет летом объясняться со старшим братом.
P.S. Тот, кто смотрит на нас с небес, иногда учитывает искренние порывы детей и подростков: Капитан, водит сухогрузы и танкеры (правда на реке); Боцман выработал полярный стаж на ледоколах (сначала механик, потом стармех); мне вместо вожделенного паруса достались многолетняя работа на заводе, связанном с ВМФ, и двухлопастное весло, я начал ездить в командировки и осваивать сплав по горным рекам; только мистер Сэмпсон к воде не имеет никакого отношения – а может и не сильно хотел он водных просторов.
Пояснения:
*В Нижней Елшанке в 1969 произошел сильный оползень, вниз съехали две улицы (правда без жертв и разрушений), некоторое время было очень странно видеть покосившиеся дома с садами далеко внизу.
** Ну, конечно – это парашютная стропа.
*** На каркасно-надувном плоту – это называется греби (такое длинное весло, при помощи которых плот смещается перпендикулярно потоку, а лопасть Капитан просто не увидел).
Волжанин.

23.

Насчет скалолазов. От кого только не слышал, что с милиционерами и пожарными пить нельзя. С первыми-де западло, а вторых все равно не перепить, как не пытайся. Я пробовал и с теми, и с другими. Иногда даже вместе. В общем-то врут. Но, как показывает опыт, хуже всего со спортсменами пить. Особенно со скалолазами. Со скалолазками куда лучше.

Сидела как-то компания спортсменов со спортсменками на спортивной базе ночью и выпивала. Спирт с водкой. Так получилось. Спирт он сам по себе был, поэтому двоих, которые об этом не знали, послали в магазин вина купить. Они и купили водки. Потому что это тоже своего рода вино.

Каратеки со скалолазами. Изрядно выпив друг перед другом хвастались. Причем одни понятно чем: по стене пробежался, пару кирпичей сломал - показал, что крутой и успокоился. Все в комнате можно сделать. А скалолазу чего на одноэтажной базе? Одни рассказы про то, как они на Джомолунгме Эльбрус покоряли. Ну мы над ними подтрунивали, конечно по-дружески так. Ржали, то есть откровенно. А чего они нам сделают? Из залезть куда у них выбор ограниченный: либо под стол, либо под кровать. Пока ржали не обратили внимание, что пропал один скалолазный.

И тут во дворе мигалки, фары, сирена милицейская. Пиздец приехал, арестовывать будут. За нарушение тишины смехуечками. Завтра у лыжников из соседнего барака гонка, нажаловались небось.

Ан нет. Заходит милиционер и нашего пропавшего несет. Наш-то розовенький, а милиционер бледный как медсестра в туберкулезной больнице. Внес груз, положил аккуратно на пол, головка только стукнулась, и спрашивает:

- Ваш?

- Наш, а вы с какой целью интересуетесь? Подбросить хотите?

- А чтоб в нужном месте к кровати привязать. Водки, кстати, налейте, чтоб в себя прийти. Не, не ему. Мне.

Налили. Спирту. От спирта в себя лучше приходить. Хотя он почему-то наоборот закашлялся.
Ехал оказывается советский милиционер по городской окраине ночью со службы домой на патрульной машине, блюл чистоту с порядком, фонари разбитых улиц и прочие ментовские войны. Ехал и случайно заметил на гладкой кирпичной стене что-то типа распятия. На уровне пятого этажа. Остановился, присмотрелся. Торцовая стена шестиэтажного общежития. Ни одного окна. И на уровне пятого этажа черный человек висит. Хер его знает на чем. И не просто висит, а лезет. Хер его знает куда, потому то если в окно квартиру грабить так они, окна, с другой стороны.

- Эй, мужчина, - тихо, чтоб не спугнуть, позвал милиционер, - если украсть чего хотите, так вы не туда карабкаетесь.

- Отвяньте, пожалуйста, - сдавленным голосом сверху, - я спортсмен и тренируюсь. Сейчас вот долезу и поговорим.

После чего долез и на крыше скрылся. И тишина. Подождав немного. И еще немного покараулив. Милиционер пошел на крышу, жулика этого ловить. Пешком на шестой с половиной этаж, потому что лифт не работал, его на ночь в общаге отключали. Дошел, вспотел, а на крыше нет никого. Потому что спортсмен вниз уже полез и до четвертого этажа спуститься успел.

Милиционер, понятно, вниз побежал, чтоб жулика под стеной встретить. Прибежал и тихо, чтоб народ не будоражить, говорит:

- Спускайся, добрый человек, я тебя задерживать буду.

Добрый человек услышал, пробормотал, чего-то не внятное, типа «ну тебя к аллаху», только матом, снова вверх полез и снова на крыше скрылся. Не очень быстро, стена-то все-таки почти гладкая, для несведущего в скалолазании человека, но скоренько так.

Милиционер опять ко входу, бабульку-сторожа снова будит, на крышу лестницей запыхавшись бежит, а на крыше снова нет никого. Ага.

Тут до него дошло. Со второго раза почти до всех доходит. Поэтому он спешить не стал, а за углом спрятался. Дождался пока этот подозреваемый спустится и к нему поспешил арестовывать. Но не арестовал. Пока бежал-торопился спортсмен заснул уже. Прям под стеной.

- Ну, я его поднял и к вам привез, - закончил милиционер рассказ и опять за спиртом потянулся.

- А как это вы поняли, что он от нас отбился? Это ж уму непостижимо догадаться. Прям шерлокломство какое-то.

- Вот это-то совсем просто. Кроме вас других москвичей здесь нету ведь. Наши просто так на стены не лазят, - он все-таки еще спирту выпил и за огурчиком потянулся, - а москвичи запросто. Элементарно, Ватсон.

Так что со скалолазами лучше не пить. Ну их к аллаху. Лучше со скалолазками.

24.

жена уехала в гости к мамочке на недельку, перед отьездом:
-Вот поживешь один, узнаешь как без нормальных завтраков , обедов, жить, попитаешья всухомятку, но ничего. будешь больше меня ценить, исхудаешь только, мне тебя опять откармливать, так мне надоела эта плита.. отдохну...
прошло не семь, а десять дней:
- Дорогой, я приехала, счас накормлю по-быстрому, бедненький...вот мамины пироги привезла,дай-ка погляжу , худой-небось стал? да нет не худой, вроде даже толще стал и физия блестит!. Ты это где тут питался, такой гладкий стал, лучше чем у меня, а ну рассказывай чем занимался, где питался?
-Дорогая не поверишь, сам не ожидал, так получилось, ты уж не ругайся...
-Вот кобель! так и знала, не успела уехать он у какой-то бабы устроился, ну я этоой Любке!
-Да окстись, какая Любка, вовсе и не Любка.
-А..аа.значит все-таки баба! лучше сознайся подлец кто такая, счас к ней полетишь, вот тебе только хуй узлом завяжу,
-Да ты дай хоть слово сказать.
- А ты уже приговоренный , выметайся и мусор свой прихвати -накопил стока, давай -давай не задерживай-не прощу ни за что! пакеты-то держи, хули у тебя всё высыпалось и тут бестолочь такая...а ну-ка стой, что это ты обратно суешь? дай-ка погляжу, что это, тебя спрашиваю!?
-Дак это сама не видишь что-ли, вот доширак, вот роллтон, вот сухарики, вот хлопья, а это палочки кукурузные, всё хотел вынести к приезду-не успел...
- Ты это что? всё время этим питался что-ли?
-Да нет! крабов жрал и омарами закусывал, ты мне денег сколько оставила?
-васька , ты что сразу-то не сказал, ой прости , а я дура на Любку, ну извини, ну прости, хочешь пирожка?
-Ага , спасибо, накормила, я уж к лапше привыкший, даже знаю где по акции, платишь за две-дают три, а пироги от пресмыкающих душа не принимает.
-Ну васька-котик, ну дура я дура, больше я тебя не буду оставлять надолго, ну прости, а хочешь, мама сама к нам будет ездить...
-Вижу -вижу не то сказала, опять дура.
-Да ладно что уж, дверь открой , раз уж взял пакеты-мусор вынесу, а ты нормальной еды приготовь, только не лапшу..

У мусорки, где тихо и прощально шуршат на ветру пакеты, васька с телефоном:
-МЯУ, да всё нормально, даже отлично, как ты сказала- насобирал пустой посуды от лапши у ларьков, два здоровых пакета ну ещё всякой ерунды и припер домой, сейчас тащу обратно на мусорку...................сейчас не знаю когда получится, омары конечно понравились, пока-пока....

25.

Вонь вояж.
Я тогда торговал. Вернее мы, вдвоем с Толяном. Конец девяностых. К тому времени мы, уже порядочно подуставшие от этого бизнеса, имели две-три торговые точки, магазинчик и возили парфюм и прочую шнягу в свой городишко из Владика и Хабары. Ездили всегда в ночь, чтобы к утру быть на месте и, загрузившись, вернуться назад к следующему вечеру. В очередной раз жду Толика дома к полуночи, он задерживается часа на полтора, я психую (сотовых не было) и наконец он появляется на нашем микрике, за рулем и подшофе. Я психую сильнее и, садясь за руль, обнаруживаю в темноте салона двух человеков. Спрашиваю вежливо Толю: - Че за хуйня, мол, Толя? Толя начинает бормотать про своих друзей, которым с нами почти по пути, до Владика. Ну и чтобы стало совсем по пути, нужно заехать в какую-то деревню, которая нам совсем не по пути и забрать с собой …свинью, …блядь:
- Че, БЛЯДЬ, забрать? Свинью, говорит, ночью во Владивосток по пути за парфюмом,…пообещал. Я оторопевший от неожиданности даже не орал, воткнул рычаг и медленно осознавая происходящее, молча порулил на выезд из города. Между тем мутные тени за спиной ожили и одна из них молвит:
– Здорово Леха! Это ж я, Паха!
- Какой Паха?
- Сосед твой сверху, бля. Над родителями твоими жили с мамкой, по Пушкинской, мы ж бля даже какие-то родственники!
Паху я конечно вспомнил, встречал его несколько раз в подъезде в окружении малолетних уркаганов, лет 20 назад, когда учился в школе. Ко мне они не цеплялись, видимо из-за Пахи, который помнил какое-то наше с ним родство и сдержано со мной здоровался. Примерно тогда Паху и загребли по малолетке и на долго. Ну и так случилось, что они были корешами детства с Толиком, моим теперешним компаньоном. Паха оказался разговорчивым. Бодрым прокуренным голосом он продублировал своего негромкого спутника, представив: – Абдулла! И рукой на развилке чуть в сторону перенаправил наш маршрут.
– Ща, Леха, шесть сек, свинью заберем.
Я повернул, еду. - Куда? - спрашиваю.
- Прямо.
Еду, еду, дома заканчиваются.
- Куда? - интересуюсь.
- В Донское.
….? (8 км по грунтовке и возвращаться…)
- Ну ты, Толя, блядь!
Ночь. Начинался дождь. Доехали. Полузабытая деревенька в стороне от проходных трасс. Поздняя осень. Темень. Две улочки с убогими лачугами, во всей деревушке горит одно окно. Наше. Открыли боковую дверь, просигналили, пахнуло навозом и промозглой сыростью. Колхозники не спали. Полученный накануне свиной аванс держал их в тонусе и добром расположении духа. В темноте слышались голоса, хлопала дверь. Я, пытаясь смириться с происходящим, поторопил. Паха с Абдуллой нырнули в темноту. Минут через пятнадцать открылась задняя дверь нашего грузо-пассажира, автобус закачался, голоса, возня, пронзительный визг свиньи, маты и тишина. Выгнанный мною на погрузку Толик вернулся в кабину.
- Че там?
- Сбежала.
- Заебись! А ты хули сидишь? Иди загон строй, а то она тебе на голову насрет!
Толик свалил, где-то нарыл кусок фанеры и кое-как, и не высоко, отгородил задний ряд сидений от грузового пространства. Где и как урки с колхозниками гоняли свинью скрывала темнота, а я философски себя успокоив, настроился на бесконечную ночь. Слабая надежда на свиную смекалку и вероятность ее удачного побега рассеялась, и вскоре беспокойная деревенская жизнь визгом и матом ввалилась мне прямо за спину. Осторожно трогаюсь, прислушиваясь к поведению автобуса. Не закрепленный центнер свиньи визжит и шароебится в корме, стараясь нас перевернуть. Паха за неимением кнута и пряника, перекинув руку через спинку сиденья, херачит со всей природной смекалки по подопечному загривку полторашкой «Ласточки» и на фене убалтывает свинью заткнуться.
Из сельского тупика не спеша въехал обратно в город и повернул в нужную сторону. На часах было около двух. Свинья поутихла, Паха отдышался и уже у самого выезда трогает меня за плечо:
- Лех, здесь еще налево, шесть сек!
- Нахуя?
- Да справку для ментов на свинью нужно взять у председателя, думали со свиньей отдадут, но кресты сказали, что в деревне он днем не появлялся и «гасится» в городе у своей проститутки.
Свернули в частный сектор, и немного проехав, остановились у просторного, чуть освещенного дворика с домом в глубине. Посигналили. Долго никто не появлялся, еще посигналили наконец зажегся свет и минут через десять с крылечка, опираясь на палку, спустилась довольно рослая старушенция.
- А вот и она!- гыкнул Паша.
- Может это его мать? – равнодушно предположил я.
- Неа, - о чем-то своем подумал Паша, - Праститутка.
Паха с проституткой зашли в дом, с ксивой все получилось и вскоре мы тронулись.
Минут сорок, до ближайшего поста ДПС, Паха развернуто и с плохо скрываемым энтузиазмом, отвечал на мой вежливый вопрос, о том чем все-таки вызвана необходимость такой затейливой миграции парнокопытного.
По Пахиному раскладу все оказывалось просто, как все гениальное. Обуреваемые жаждой наживы, Паша с Абдуллой пораскинули кто чем мог и припали своим пунктом быстрого питания к артемовскому аэропорту. Из ассортимента и цен представленной на мясных рынках свинины, так необходимой к столу скучающих трансконтинентальных пассажиров, они имели обоснованные претензии. Во-первых, цена на свинину была явно и необоснованно завышена, во-вторых, отсутствие на рынке некоторых жизненно важных свиных органов наталкивало на мысли о ритейлерском сговоре. Короче весь фокус их предприятия заключался в чрезвычайно глубокой переработке нашего пятого пассажира. Паха на пальцах легко накинул пятикратный подъем от стоимости живого веса, по ходу повествования пробежавшись по широкому ассортименту ожидаемо свиных деликатесов. Не забывая о воспитании подопечной и время от времени с треском просекая темноту салона пластиковой бутылкой, Паша балагурил все первые семьдесят километров. Чушку же радужные Пашины перспективы изрядно пугали. Воняло говном. Про элегантное решение по снижению себестоимости мяса за счет похеренных транспортных расходов, он вежливо упоминать не стал. Кто-то достал черпак, они пару раз пустили его по кругу, и вскоре ебанутая голова Толика начала болтаться.
Толстый мент с палкой наперевес замаячил в свете прожектора и прервал монотонное урчание дизеля. Торможу. Стандартно-неразборчивый бубнеж, и рука потянулась к моему окну за документами. Судя по тому как мент ухватил мои права, изучать документы прямо сейчас он явно не собирался, и поэтому я попытался пояснить:
- Это мои права, вот тех. паспорт, вот хозяин машины. Кивая на Толика: - А вот его паспорт.
- Разберемся, - прошамкал толстый. - Че везем?, и посмотрел в сторону тонированных автобусных стекол. Такого поворота я не ожидал. Скорее не так; за десяток лет еженедельных командировок с товаром и без, на этот вопрос я устал отвечать, но во-первых, не в каждой поездке нас останавливали, во-вторых не всегда задавали вопросы, и в последних ни разу на заданный вопрос я отвечал…
- Свинью, - говорю, как бы между делом. Мент переварил, картинно поднял очи и сделав шаг в сторону салона поднял перст.
- Откройте.
Охотиться на чужую свинью в ночном лесу мне не хотелось, и заднюю дверь я открывать не стал. Я словно театральный занавес сдвинул боковую и показал менту двух уркаганов. Аллюзия с чертом из табакерки к этому случаю - самое то, только с двумя. Служивый от неожиданности чуть присел, словно слегонца захотел по большому. Не детские лица антагонистов ввергли его в ступор. Я напомнил про свинью, махнув рукой в темноту за спинкой сиденья: - Вон там!
- Документы, - прошептал мент. Приняв протянутые паспорта, для вида быстро их пролистнул и возвращая владельцам, уже решительнее позвал за собой.
- Пройдемте.
- Всем? – поинтересовался я, он отозвался эхом. Подмывало уточнить про свинью.
В избушке было людно, большей частью маялись водилы, остановленных на посту фур. Придорожные менты в это время года промышляли чем могли. Пока не застынут таежные зимники, лес - основное богатство здешних мест, по гиблым летним дорогам из тайги почти не вывозят. Это с наступлением холодов они, словно клещи к венам, прилипают к лесовозным трассам, ведущим от отрогов Сихотэ-алиня к большим деньгам, обкладывая данью каждую лесную машину, и по сезону с ними могут сравниться, разве только давно охуевшие от шальных денег таможенники.
За огромным бюро деловито ерзал главный счетовод. Пухляк кинул наши документы на край стола и свалил. Кассир в погонах наметанным глазом просматривал накладные, путевые и прочие, и прикидывал по ходу чем можно поживиться. В голодные месяцы они не брезговали ни чем. Понятное дело, что выгодней было бы задержать партию «паленного» алкоголя, чем запоздалую свинью, но как водится «на безрыбье» однажды, с «нечего взять» у меня отмели даже запасную автомобильную камеру. Прикинув собственные риски, я ждал своей очереди достаточно спокойно. Если не считать пассажиров и подложенной Толиком свиньи, автобус был пустой. Вероятность же «попутного» мешка маньчжурского каннабиса, (пронеслось в мозгу) подложенного внезапными пассажирами стремилась к нулю, сезон давно закончился. Разве только попробуют отжать свинью?
От нечего делать я разглядел своих попутчиков. Абдулла окромя своего имени ничем особым не выделялся и являл полную противоположность известного персонажа и заклятого врага товарища Сухова. Невысокий, щуплый парень лет тридцати с приятной улыбкой и негромким мягким голосом. Паша в отличие от своего немногословного друга, был персонажем сам по себе. Среднего роста, поджарый, с черепом обтянутым кожей традиционных чифирных тонов, заметно уставшей в складках вокруг рта, и венчавшей его снизу выраженной челюстью набитой полудрагоценными металлами, он гипнотическим взглядом оглядывал милицейские декорации. Если мужчинам его подчеркнуто зековская внешность могла внушить только потенциальную опасность, женская психика, чему позднее я бывал свидетелем, на нее сокрушительно западала. А хуле, наверно думали они, такой - по любому выебет, даже если не за что.
Очередь застыла, я немного потоптавшись повернулся к его подошедшему компаньону:
- А Абдулла это погоняло? Он улыбнувшись, протянул паспорт. Я понял почему он улыбнулся когда его открыл. Да, имя Абдулла там было. Но то что было кроме, делало его имя таким же обыденным как например Виталий, и даже для русского. Там были фамилия и отчество. По понятным причинам, даже если бы я их записал или непостижимым образом сейчас вспомнил, то в моем письменном повествовании пришлось бы долго и безуспешно выдумывать немыслимые аналогии, чтобы постараться как-то передать нахлынувшую на меня бурю эмоций от этих нескольких слов. Ну как слов, хорошо известных и филигранно исковерканных матерных сочетаний. В общем, Ракова Стояна с Ебланом Ебланычем там не стояли даже рядом. Пытаясь сдержаться чтобы не заржать, я выронил паспорт в руку Абдуллы:
- Охуенно!
Абдулла это давно знал и уже улыбался вовсю. Вернулся толстый, и почему-то решив побыстрее разобраться с неординарным случаем, а может для того чтобы не мешались, пододвинул наши документы к старшему:
- Посмотри.
Тот, повертев мои права, прочитал фамилию:
- Кто?
- Я, - протиснулся я к бюро.
Он рассмотрел тех.паспорт:
- Доверенность?
- Я с хозяином, вон паспорт, - я показал на стол.
- Где хозяин?
Толик просунул сквозь очередь свою «косую» морду:
- Я.
Мент поднял глаза, сверил Толину голову с паспортом, поморщился - пьяных перевозить пока не запрещено. Он вопрошающе посмотрел на толстого, типа – и хуле?
- Там свинья, - неразборчиво прошептал толстый.
- Че? - старший снова поморщился.
- Свинья в автобусе, - сухо повторил толстый.
Блядь, как все серьезно подумал я. Старший на мгновение «завис». Ну как на мгновение, если бы речь шла о том, чтобы обыденно поинтересоваться документами на перевозимый груз, а не о способах разделки свиной туши хватило бы малой доли того мгновения. Он взял себя в руки:
- Документы на свинью есть?
Я повернулся к Пахе и мне на мгновение показалось, что дальше была его домашняя заготовка. Он мгновенно выхватил у скучающего Абдуллы свиную справку и с нарочито-серьезной мордой протиснувшись сквозь строй, оперся на ограждение.
- Вот! - протянул ее Паха.
Скучавший до этого народ, слегка оживился. Им явно не казалось тривиальным наше ночное путешествие.
Мент, зыркнув на Паху поверх очков, уткнулся в писаное.
- Вы хозяин? - поинтересовался он дочитав.
- Да, - как-то напыщенно кивнул Паха.
- Паспорт, - откинул ладошку мент.
Паха, порывшись в нагрудном кармане, протянул.
Мент внимательно пролистал паспорт до прописки, потом назад, зачем-то снова развернул справку:
- А кто такой?..., - медленно, по слогам мент начал зачитывать загадочное арабско-русское заклинание из справки, включая «Абдулла» и по тексту далее…, и в конце изо-всех сил стараясь не рассмеяться, матерясь при исполнении, наконец выдохнул:
- Где? - добавил он, забыв где было начало предложения.
Я отвернулся – народ улыбался уже во всю. Они, пожалуй, представляли дремучего чужеземного крестьянина в чалме и бурке, выжженный солнцем скалистый аул, отару свиней… или все-таки баранов…
- Я, - неожиданно, словно в сказке про старика Хоттабыча, и еле слышно пропело сзади. Толпа качнулась, и начиная хихихать вслух, повернулась на голос. Абдулла помахал менту рукой. Мент вытянул шею, затем сдерживаясь и стараясь сосредоточится повернул голову к Пахе:
- А вы…? - он медленно придумывал вопрос.
- Я нет, товарищ майор! – Паха заразительно гыгыкнул. Тоненькая ниточка в сознании майора связывающая меня со всем происходящим порвалась.
- Вы водитель? - он обращался к Пахе.
- Не угадали! - прорвало Пашу. Народ развеселился, я заплакал. Мент, ухватывая потерянную ниточку с надеждой посмотрел на Толика. Тому же вряд ли доходил весь смысл происходящего, он скорее платил взаимностью улыбающемуся менту, и как ребенок радовался вместе с ним. Я, привлекая взгляд майора, тыкнул себя в грудь, выдавив:
- Я водитель. Моя физиономия знакомой ему не показалась, скорее случилось дежавю из которого я его вывел показав пальцем на свои документы. Он что-то вспомнил и задумчиво собрав документы в кучу, протянул мне.
Из распахнутой двери автобуса пахнуло большими деньгами, и по кругу весело забулькал черпак. Мы тронулись и под утро добрались до места. Где-то в лабиринтах, накрытых утренним туманом кооперативных гаражей, я высадил пассажиров и наверстывая время, без остановки порулил дальше. А опухший Толик, на ходу постукивая головой по бортам, мокрой тряпкой размазывал по автобусу остатки чужого богатства.

26.

-Думаете, зачем она здесь сидит, спросил меня Евгений Клячкин,когда мы минули дежурную по этажу в коридоре гостиницы по пути к его номеру? И сам ответил:
-чтоб не е**лись.

Евгений Клячкин был ярким бардом Ленинграда времён оттепели, хотя и нисколько не диссидентский. Ему уважительно сочувствовали, поскольку он пытался соединять приличные стихи с хорошей мелодией. «Не гляди назад, не гляди», «Мелодия в ритме лодки», «Вальс лестниц", "Антенны поют колымельные нам". Есть, что вспомнить. Погиб нелепо, вынесло песок из-под ног при купании.

Немало лет прошло с той поры, когда я встречался с Евгением Клячкиным. Многие мне говорили, что он сломался, после эмиграции в Израиль, даже был жалок. Но я его помню другим, На моей памяти Евгений Исаакович был уверен в себе, может быть немного чересчур самоуверен, но он имел на это право. Таким и опишу.
Евгений Клячкин был по профессии инженером-строителем. Выходя на сцену, он говорил, что в его профессии его могут заменить многие, а вот на сцене - никто. И он был прав.

Итак - туманный день.Туманный настолько, что вытянув руку пальцев не видишь. Поезда не ходят, а ползут. Концерты в Волгодонске приходится отменить. Но фирменный поезд Тихий Дон всё-таки приходит. Выходит Клячкин в этакой большой дублёнке и первым делом отменяет воскресный концерт. Мои возражения во внимание не принимаются, поскольку ему необходимо быть в конкретном поезде в назначенное время. А ситуация и так непростая. Ну представьте себе: Ранний концерт в Ростове, потом бегом до Таганрога, 60 км и опять в Ростов. Когда я сказал Клячкину, что в Таганроге всего-лишь две остановки трамвая от электрички до места концерта- он поинтересовался.Нет это - неверное слово. Он вопросил:
-У Вас что нет других видов транспорта кроме электрички и трамвая?'-
Я признался, что есть моя машина, но старенькая и в ремонте. Клячкин замолчал, после того, как сказал, что я безответсвенный человек. Его мнение несколько изменилось, когда я открыл в электричке чемоданчик и предложил ему перекусить. Но главное было впереди.
Когда мы прибыли к этому Дому Культуры в Таганроге мы увидели толпу из человек 700-800, стоящих у входа.
Клячкин спросил: 'Это все меня слушать?' Что я мог ответить?
Дело оказалось хуже. Не было света. И это несмотря на то, что мужем директора этого ДК был влиятельный человек, начальник КГБ и разрешение на концерт она получала прямо дома - света не было во всём городе.
И вот ситуация:
Для того, чтобы концерт в Ростове состоялся - нужно успеть на электричку.
В запасе где-то 40 минут. Сидим в темноте. Зал полон.
Прошу два билета на подходящий автобус и такси ко входу.
Всё выполнено.
Но света нет.
Время идёт. Решаем начинать без электричества.
Я зажигаю две свечи.Евгений Исаакович просит объявить его без отчества.
Наверное, не хотел подчёркивать возраст, ну или ещё чего.
И он начинает петь без микрофона в 800-местном зале. Боже, какая стояла тишина!
Он всё-таки не голосом был силён.
Где-то через час появился свет. Ну и тогда начались требования Маэстро:
Первые - ко мне: снять куртку, поскольку она случилась одинаковой с его и не пить кофе на сцене, поскольку только он имеет на то право.
И основное- поставить звук. Долго капризничает.
Из зала послышалось: -Может быть, продолжим, как было?
Концерт красиво состоялся и в Ростов мы тоже успели.

Теперь о концертах в Ростове.
Я был молод и экстремален:.Уж коли тебе в руки попал Клячкин- выжми из наго всё. Три концерта - не мало. Я потребовал, чтобы было спето всё. Тогда организаторы могли диктовать. Он отыгрался на сцене, сказав, что я - пассажир, который учит шофёра, куда везти. Но условия выполнил. Эти записи у меня есть.

Но это - внешне. Оставался туман и необходимость быть Клячкину на вокзале. В Москве. Два человека сидели на телефоне и докладывали ежечасно.
Два билета я предоставил Евгению Исаковичу.. Один на самолёт, другой на поезд... Последний отменял воскресный канцерт. Я снова открыл в гостиничном номере чемоданчик. Вы представляете этот день?.. Там было, что поесть и выпить. Тут он меня стал уважать. Ну не совсем я безответственный человек, оказалось.
Впрочем он был неправ.
Сидели мы, размякнув где-то до шести утра и рассказал он, почему ему нужно быть на том вокзале. Ждали его там красиво в красивом купе.
Даже фотографию показал. Его можно было понять. Видит Бог, неудачный финал - не моя вина.Ну или не совсем
Самолёты в Москву, действительно, полетели. Но не возвратились. Улетел он в какой-то Невынномыск.
А у меня так и не получилось извиниться, долго собирался...

27.

Мама Гризли.
Давно это было. Дети были маленькими, сыну лет семь и дочери лет тринадцать. Мы возвращались с дальнего пляжа, куда мы ездили смотреть белуг и остановились у живописной косы посмотреть на лосося, идущего на нерест. Сезон нереста только начался, лосось еще был красивый и сильный. Горя от нетерпения увидеть лосося, мы забыли в машине фотоаппарат (время iPhone еще не пришло). Дочь вызвалась сбегать к машине за фотоаппаратом, а мы с сыном медленно пошли в сторону небольшой речушки, в устье которой уже боролся за право продолжить род упрямый лосось.

Коса делала полукруг по правую сторону от нас, по левую сторону был океан, примерно в 12-ти метрах от берега начинался лес, где сосна средних размеров была примерно с высоту Кремлевской елки. Помните, да? Главная елка страны. Так вот на Аляске каждая елка – главная. Речушка, впадающая в океан, как бы разделяла косу надвое.

Мы с сыном подошли к речушке. Лосось пер пузом по гальке, борясь с течением и стараясь продвинуться как можно дальше в пресную воду. Некоторые особо сильные рыбины преодолевали по три-четыре метра в один присест и отдыхали, готовясь к следующему этапу. Вдруг за нами со стороны леса хрустнула ветка. Мы одновременно оглянулись на звук. «Мама, смотри, мишки!» - восторженно воскликнул сын. Я не разделила его восторга. Совсем. Метрах в десяти от нас стояла мама гризли с медвежонком. Хуже нашей ситуации было только оказаться в зубах белой акулы.

Медведица была в холке примерно мне по пояс. Она была упитанная, с отличной бурой шерстью. Если бы у меня в тот момент осталась хоть капля юмора, я бы сказала, что медведица только что вышла от парикмахера. Она смотрела на меня своими глубоко-посаженными глазами, опустив голову, и не шевелилась. Ее малыш был этого сезона, то есть он родился зимой и сейчас ему было около полугода. Он издал какой-то радостный звук и направился к нам. На его мордашке было написано, что ему хочется поиграть. Его мамаша глухо рыкнула. Медвежонок остановился и нехотя вернулся на свое место рядом со строгой мамой. Весь его вид выражал разочарование.

К этому моменту я уже крепко держала сына за руку. Я держала его так крепко, что он взмолился, «Мама, мне больно!» «Сынок, - сказала я, пожалуйста, не смотри на медведей и делай все так, как я тебя попрошу. Если мама-медведица начнет рычать или бежать на нас, мы прыгаем в воду.» «Так вода же холодная,» - усомнился мой ребенок. «Ничего, сынок, станем белугами.»

Медведица продолжала сверлить меня глазами, но не шевелилась. Она явно ждала пока мы уйдем. Мы с сыном стали тихонько отходить, но у меня была еще одна проблема – дочь возвращалась с фотоаппаратом. Она была уже недалеко от нас. Чем дальше мы отходили от медведей, тем быстрее я ускоряла шаг. Наконец мы встретились с дочерью. «Мама, а почему вы так быстро вернулись? Там нет лосося?» - удивилась она. «Там есть даже гризли.»

Я еще долго отходила в машине, стараясь не думать о том, что бы было если бы медведица кинулась на нас. Сын рассказывал старшей сестре о нашей встрече с медведями и о медвежонке, который бежал к нему играть. Прошли годы, выросли и разъехались дети, но я до сих пор благодарна маме гризли за то, что она дала мне возможность уйти тогда и не тронула моих детей.

28.

О том, что мой супруг болен на всю голову, свидетельствует уже тот факт, что он женат на мне. У него какое-то невероятное количество бзиков, которые со временем начинают распространяться воздушно-капельным путём на родных, друзей и знакомых.
Одним из таких бзиков является манера давать человеческие имена неодушевлённым предметам. Не всем, конечно, а только наиболее достойным. И он не просто их крестит - он с ними ещё и разговаривает.

Например, у него есть любимая кружка. На кружке нарисован пингвин. Пингвина зовут Пафнутий.
Я как-то поинтересовалась:
- А почему Пафнутий-то?
Муж посмотрел на меня удивлённо и спросил:
- Ну а как?
Я подумала и поняла: действительно, больше никак.
По утрам муж достаёт Пафнутия из кухонного шкафчика и говорит:
- Ну, брат Пафнутий, по кофейку?
Вечерами они с Пафнутием пьют чай, и муж мой жалуется ему на меня:
- Видишь, Пафнутий, с кем приходится коротать век? Цени, брат, одиночество, не заводи пингвиниху.

Ещё на даче у нас проживает болгарка по имени Зинаида. Болгарка - не в смысле уроженка Болгарии, а в смысле инструмент для резки металла.
Сперва муж назвал её Снежана, потому что считал, что у болгарки непременно должно быть болгарское имя. Однако, познакомившись с характером болгарки, он понял, что она Зинаида.
Когда нужно разрезать что-нибудь металлическое, он достаёт её из сарая и говорит:
- Зинаида, а не побезумствовать ли нам?
И они начинают безумствовать. А когда набезумствуются, он её относит в сарай, укладывает на полку и нежно говорит:
- Сладких снов тебе, Зина.

А в квартире у нас живёт шкаф по имени Борис Петрович. Вот так уважительно, по имени-отчеству, да.
Это мы когда только купили квартиру, то первым делом заказали шкаф. И собирал нам этот шкаф сборщик, которого звали Борис Петрович.
Конечно, сей факт бросает тень позора на моего мужа, но на самом деле этому есть объяснение.
Вообще-то, всю остальную мебель в нашем доме (а так же в доме моей мамы, в доме его родителей и в домах многих наших друзей) муж собирал сам. И шкаф бы собрал, как раз плюнуть, но вышло так, что в день доставки он находился в командировке и вернуться должен был только недели через две.
Я категорически отказалась жить две недели посреди немыслимого количества досок и коробок, к тому же мне не терпелось поскорей развесить всю одежду на вешалки, поэтому дожидаться мужа не стала и пригласила магазинного сборщика. И, конечно, сорок раз об этом пожалела.
Сборщик Борис Петрович, собираясь ко мне в гости, принял одеколонную ванну, и этим одеколоном марки "Хвойный лес" (или "Русское поле", или "Юность Максима" - не знаю) провонял весь дом. Я спасалась от амбре Бориса Петровича на балконе.
Работал Борис Петрович сосредоточенно, неторопливо, с чувством, с толком, с расстановкой, с пятью перерывами на чаепитие. Очень удивлялся, почему я не составляю ему компанию за столом. А я просто не могу пить чай, воняющий одеколоном.
Профессионал Борис Петрович, будучи сборщиком от бога, собирал шкаф с 9 часов утра до 11 часов вечера. Мой муж за это время мог бы легко посторить двухэтажный дом и баньку во дворе.
Вещи мои так и остались лежать в коробках, не познав холодка вешалок, потому что все две недели до приезда мужа я проветривала всю квартиру, и шкаф в частности, от аромата Бориса Петровича. Мне даже было стыдно ездить в метро, потому что мне казалось, что от меня на весь вагон таращит этим дешёвым убойным одеколоном.
Когда муж приехал, в квартире уже была вполне пристойная атмосфера. Он радостно подскочил к мебельной обновке, счастливо завопил: "О, шкафчик!" - и замер, распахнув дверцы.
Примерно минуту он приходил в себя от нахлынувшего на него смрада, а потом спросил меня:
- Эммм... Это что?
- Это Борис Петрович, - ответила я.
Вот так наш шкаф получил своё имя, а сборщик Борис Петрович, сам того не ведая, стал его крёстным (нашим кумом, стало быть).
Теперь муж, собираясь на какое-нибудь важное мероприятие, советуется со шкафом, что ему надеть:
- Борис Петрович, как насчёт синей рубашки?
Или просит:
- Не одолжите ли галстук, Борис Петрович?
Или вешает в него костюм и говорит:
- Борис Петрович, храни его, как свою честь.

Ещё у нас есть журнальный столик Степан.
Ну тут всё просто: мы его купили в разобранном виде, а дома выяснилось, что инструкция по сборке написана на английском и китайском языках.
Муж сперва потребовал у меня читать китайский вариант, потом минут десять возмущался, что женился на какой-то безграмотной лохушке, которая даже китайского не знает, а после этого милостиво разрешил читать по-английски.
Лохушка-жена и по-английски, в общем... кхммм... Но ещё что-то как-то.
В инструкции было написано: "step one". Ну, при моём произношении... В общем, так журнальный столик стал Степаном.
Когда я ищу зажигалку или какой-нибудь журнальчик, муж говорит:
- Не знаю, где. Спроси у Степана.

Ещё у нас есть микроволновка Галя. Я так понимаю, это что-то личное, о чём мне знать не надобно.
Потому что когда муж пихает в неё тарелку с едой и нежно говорит: "Согрей, Галя... Сделай это для меня, крошка..." - у меня все вопросы застревают где-то в районе щитовидки.
Отголоски романтического прошлого, видимо.

Ещё у нас на даче есть электроплитка, которая вечно ломается. Муж зовёт её Надюша.
Когда я спросила, почему именно Надюша, он ответил:
- Да была у меня одна... Тоже всё время ломалась.
Когда он утром собирается пожарить на ней яичницу, то всегда спрашивает:
- Ну, Надюша, сегодня-то ты станешь, наконец, моей? Давай, детка, дай шанс моим яйцам.

Ещё у нас есть пепельница Раиса. Муж утверждает, что то, что она Раиса, видно невооружённым глазом.
Когда муж хочет покурить, он говорит:
- Раиса, составь приятную компанию.
А когда его что-то отвлекает, то он кладёт в неё сигарету и говорит:
- Раиса, покарауль.

Эта инфекция носит вирусный характер.
У одних наших друзей есть телевизор Филя (потому что "Philips") и холодильник Анатолий (потому что в нём всегда напихано всякого говна, как в карманах жилетки Вассермана).
Другие лентяйку от телевизора назвали Люсей - в честь соседки, которая тоже, по их словам, лентяйка.
У третьих проживает стиральная машина Любовь Петровна. Когда им эту машину доставили и распаковали, то их старенькая бабушка всплеснула руками и сказала:
- Красивая, как Любовь Петровна Орлова!
И даже у моей мамы есть чайная ложечка по имени Изольда. Я так и не знаю, почему именно Изольда. Когда я попыталась это выяснить, мама посмотрела на меня, как на умалишённую (впрочем, она всегда на меня так смотрит), а муж возмущённо сказал, что более глупого вопроса в жизни не слышал, и что каждому дураку понятно, почему ложечку так зовут.

Собственно, вот.
Не знаю, зачем я тут всё это понаписала... Ну, вероятно для того, чтоб лишний раз подчеркнуть идиотизм своей семьи и приближённых к ней товарищей.

29.

Карусель.

Карусель, карусель начинает рассказ.
Это сказки, песни и веселье!
Карусель, карусель — это радость для нас,
Прокатись на нашей карусели!

Ляляля ляляля
ляляля ляляля
ляляляляляляляляля ля!
Ляляля ляляля
ляляля ляляля
ляляляляляляляляля ля!

Песня из мультпередачи.

Прокатился на машине в Сочи. И так не ждал от этой поездки ничего хорошего, но реальность превзошла все самые смелые мечты.
Общее впечатление : Ялта(главпомойка Крыма) , растянутая на 200 км побережья. Фавелы с сайдингом. Хотя, зря я так про Ялту. Там хоть все пляжи уринотерапевтические-но отдыхающие ссут друг на друга горизонтально. Взаимоопыляя. В Сочи на тебя гадят сверху не только птицы, но и пассажиры проходящих поездов. Тюленинг в полосе отчуждения жд-это нечто!

Зачем поехал? Супруге подруги-суки нажужжали, как там хорошо. Теперь я пообещал ей поставить переносной бассейн на насыпи нашей Звенигородской ветки электрички-для аналогии. Бум как в Сочи загорать.
Вообще я на многое готов, что бы завиноватить суженую. Теперь у меня козырей-полная рука. Не пискнешь.

Ну и публика...Ну что сказать...Что бы сразу и все понятно...эээ...Ну вот афиша там все объясняет. В ряд: : Вадим Казаченко, от фото которого явственно разит шмурдяком, Петросян и группа "Бутырка ".
И это правильно!
Там как раз их аудитория культурно отдыхает. Говорил один рабочий: "Знал бы прикуп, жил бы в Сочи". Все верно. Город рабочих, подсмотревших прикуп. Откуда и атмосфера Дома Культуры завода "Красный пролетарий". Плюс хачье, галдящее с каждой ветки.

От полной безысходности даже катался на колесе оборзения. Смотрел на помойку с высоты птичьего полета. Мнил себя голодной вороной.
Там , в тяжких думах и припомнил былое.
90е.

...

Что делало общество Бегемота совершенно невыносимым? Чреслобесие его? Алкоголизм? Склочность? Нет. Все смертные грехи как-то гармонично дополняли образ друга. Злословие украшало его гнев , алчность компенсировалась чревоугодием, а похоть перебарывала лень и уныние.
Несносным Димочку делал лиризм, присущий его тонкой натуре. Когда гиббон 130 кило весом с шеей в три наката становится сентиментальным, как юный онанист со станции Лианозово- это совсем не весело. Обычно сплин нападал на этого раблезианца в состоянии глубокого похмелья.

Едем как то мимо ВДНХ. Кажется. Или мимо Сокольников. Не помню. Состояние у обоих- "мама, роди меня обратно!"
Что мы пили? С кем? Зачем? -все в тумане. Три дня выдрано из жизни. Стремная компания; солянка из реальных блядей и мнимых десантников .Последних Дима охарактеризовал как "спецназ неизвестного государства" -и спустил с лестницы. Стремная хата, в которой человек, проломил головой дверь в туалет и уснул в ней же. Башка его свисала из пробитой филенки , создавая антураж восточной утонченной жестокости. Дверь приходилось закрывать, волоча колодочника, и справлять нужды под его немигающим, хоть и невидящим взором. Жуть.

Еле вырвались. Полчаса искали машину. Дима почти убедил меня, что мы приехали на такси, когда я таки ее нашел. Ночь. Зима.
Парк. Едем мимо.
Вдруг:
-Тпррру!
-?
-Я хочу прогуляться по парку!
-Чего ты там забыл?
-А вдруг карусели работают?
У меня зависает мозг. Вот что сказать? В три часа ночи? Зимой? Карусели? Для какой отмороженной детворы они там крутятся? И даже если так. Хорошо. Допустим. НАМ ЭТО ЗАЧЕМ? Кому когда хотелось с похмелья на аттракционы? Что там делать в таком виде? Секторально блевать на публику с "Цепочки"? Травить перегаром соседа в самолете? Закусывать портвейн сладкой ватой? Рухнуть навзничь с ходулей-что бы наверняка?
-Ты совсем с глузда съехал?
-Не хочешь-не иди. Высади меня тут.

Угу, плавали-знаем, чем это закончится. Торжества, аресты, пара статей УК, и хорошо если банальная бакланка, а то бывало и похуже, затем дача взятки должностному лицу при исполнении и ноль благодарности от скотины поутру. "Ничего не помню".
Сидишь, живописуешь герою свои усилия в борьбе с его роком, а он тебя слушает, как пейзанин калику перехожую. Прерывая междометиями "Эвона как!" , "Иди ты!" или "Воначо!"

Нет уж, одного я тебя не отпущу.

Гуляем по парку, как Герцен с Огаревым. Взявшись за руки для устойчивости. Следы наши на снегу то синусоидой змеятся, а то и графиком котангенса скачут. Идет тихий снежок. Хрустит под ногами. И вдруг-чу! Впереди-пятно света.
-Смотри! Что это там?
-12 месяцев, ясное дело. Земляники хочешь?
-Самим бы "подснежниками" не стать.
Выходим и столбенеем.
Картина рвет сознание.
Колесо обозрения. Работает. На нем занята одна кабина. Ментами. Четыре мусора сидят попарно напротив друг дружки и крутятся на карусели. Молча. Не шевелясь. Припорошенные снегом. Поставив автоматы между колен. И тишина. Только скрип колеса...
И никого вокруг. Даже смотрителя не видно.
Жуть берет.
Мусора уходят в зенит. Мы задираем головы.
Бегемот стряхивает с себя оцепенение и, подвывая от счастья, скачет к пульту управления. Недолго возится там, хекает на выдохе, что то тянет-и колесо замирает. Менты наверху оживают и начинают суетиться. Видят меня. Раздаются первые угрозы.
Клацают затворы.
Кажется, меня сейчас пристрелят. Ощущения-как у зайца в свете фар.
Бегемот лезет в проводку и с мясом выдирает какой-то провод. Пульт искрит, на колесе вырубается освещение. Площадка погружается во тьму. Я отскакиваю в сторону. Все, хрен вы теперь попадете. ПНВ мусорам не положены.
С высоты небес на землю плавно опускается снег с матюгами. Свесившись из люльки, стражи порядка истошно, в четыре глотки призывают на нас гнев эриний.
Очень красноречиво.
Ораторы даже междометия умудрялись сделать ненормативными.
Столько упреков полк карателей не слышал, наверное.
Стоим, внемлем. "Чистейшей прелести чистейший образец". Петр Первый с его Малым и Большим загибами нервно грызет трубку в углу.
Постепенно мат из инфразвуковой области переходит в некое подобие бабьего визга. Ощущения, будто там, наверху, иезуиты сеанс экзорцизма проводят с разведдопросом изгнанных демонов.

Похрюкивая от полноты эмоций скачем к машине. От похмелья- ни следа. Падаем на сиденья и тут нас прорывает.

-Ыыыыыыы...они там до утрааа....
-Или прикинь, как они по рации докладывают...ААААААА!!!!
-Вот начальство их удивится....ой....хрю...
-А снимать их как?!!!
-Да хз. Я там коротнул реле. Пожарных надо звать. У них лестницы. Или Горсвет с люльками.
-Крррасавчик! Будет у людей праздник. А откуда ты знал-что и как коротить?
-Три месяца в выездном цирке работал.
-Я догадывался. Только думал, что ты в лохматой шкуре плясал на желтом снегу, зазывая детвору взглянуть на обезьянок-а ты, оказывается, воначо. Бери выше. До техника дорос!
Отдышавшись, трогаемся с места.

Вот за такие моменты я готов был простить Бегемоту все его грехи и пороки.
Аминь.

30.

Ещё одна зарисовка о доме с привидениями...
Как-то раз, лет 15 назад, я подписал контракт на ремонт не очень старого дома в благополучном районе Лонг Айленда (ближайший пригород Большого Нью-Йорка). Дом был дурацкий, большой и запущенный. Моя специализация – приведение к нормальному состоянию старых или неправильно перестроенных домов (иногда от дома остаются только угол фундамента и угол каркаса над ним). Уже в процессе работы от соседей я узнал, что дом был продан на аукционе и имеет “интересную” историю. Владельцами дома была супружеская пара, сильно увлекавшаяся наркотой. В один из приходов муж зачмурил жену каким-то извращённым способом и её труп находился в доме пару месяцев, пока тема не открылась общественности. У мужа сильно уехала крыша и его куда-то там определили – не суть важно. В общем, моя задача дом привести в жилой вид.
Дело было поздней осенью, когда работами уже не разбрасываются. Заполучить большой контракт на зиму и обеспечить рабочих крышей над головой и теплом (а себя парой копеек) – отличная перспектива. Чтобы не ездить лишний раз на дальний объект, прямо на подписание контракта я прихватил с собой работягу Сашу по кличке Шлёп Мастер, чтобы объяснить ему работу. Он был отличным маляром (когда был трезвым). Саша был так рад неожиданно свалившейся работе (и паре сотен аванса), что решил заночевать в доме и завтра встретить меня в 8 утра уже со шпателем в руках. В доме было полно всякого хлама, какие-то бутылки с разнообразным спиртным, а также не совсем новые, но приемлимые (для него) матрасы. В общем, ночь обещала Шлёп Мастеру быть комфортной.
Следующим утром я с парой других рабочих захожу в дом и мы слегка шизеем – не играет, а грохочет радио с каким-то разнузданным роком, абсолютно везде горит свет и настежь (при минусовой температуре!) распахнуты все двери и окна. Саша встречает нас неожиданно радостно, ну просто как родных. Голос его дрожит, а глаза горят! Он говорит: “Дом живой! Я здесь чуть мозгами не подвинулся!” Он захлёбываясь рассказал нам, что как только все ушли, он нашёл пару капель “живой воды”, скрасил себе одиночество и выключил свет, чтобы утром встать свеженьким и приняться за работу. Но, как оказалось, одиночеством и не пахло. С его слов: ”Как только погас свет, начались какие-то скрипы, пришлёпывания и даже невнятные голоса. Дом жил полноценной ночной жизнью! Я так заорал от ужаса, что чуть сам не обделался. Вскочил, думал бегом рвануть в Бруклин. Но далеко ж, блин! Да и ночь на дворе, и как побежишь – по хайвэю!? Включил везде свет, все окна-двери распахнул, радио врубил и стал работать, чтобы не рехнуться”. Мы, зная Сашины возможности с “живой водой”, особо значения его рассказу не придали. Привидения, так привидения. Нам некогда – работать надо.
Дом, кстати, внутри был прикольно выкрашен. Краска была не гладкая, а так называемая “шуба”. И цвета были оригинальные – чёрно-зелёный, ультрамарин с сажей и чёрно-коричневый. Скорее всего, стены бывший хозяин красил в тот замечательный период, когда его жена была рядом, но советов давать уже не могла. В общем, у Шлёп Мастера был достаточный объём работы. Свои страхи в первую ночь он списал на остаточные явления от употребления “живой воды” до того как. Хотя он никогда больше не оставался один на один с объектом.
Самое интересное произошло позже. Как-то мы сильно задержались на работе вдвоём с другим Саньком. Он бывший профессиональный спортсмен, который в 90-е не разменял свою совесть на деньги. Высокий, мощный, с таким свирепым лицом, что при встрече хочется отдать ему всё, что у тебя есть. Но человек добрый, умный и совсем не злой. И вот заработались мы с ним часов до 9-ти вечера. На улице бушует поздний Ноябрь во всей красе, ветер воет, дождь и темнотища. Мы работали на втором этаже. Я пошёл в работающий туалет, который находился в полуподвале. А свет в туалете включался как-то проблемно и встроенный вентилятор в потолке очень грохотал, поэтому я не стал включать свет, и предпочёл побыстрее вернуться наверх. Саша после меня тоже решил сбегать туда же. Возвращается и говорит мне: “Что же ты везде в бэйсменте свет понавключал? И радио на какой-то левой станции включённым оставил.” Я аж подавился мыслЯми – так их сразу стало много в голове и они стали скакать беспорядочно. По моей реакции Санёк понял, куда тема развивается. Говорит, давай домой двигать. И тут в полной тишине прямо у нас над головой на чердаке как-будто кто-то мягко спрыгнул. Звук был стопроцентный! Мы одновременно замерли и уставились на потолок. Вдруг в соседней комнате что-то с грохотом упало. А падать там, кроме сухих пауков, нечему! Мы рывком туда, и видим – на полу валяется кусок фанеры и пыль оседает. Это был такой полувременный люк на чердак, который стоял там много лет. Фанера свободно лежала на планках и, чтобы её вытащить, надо её поднять выше уровня пола на чердаке, развернуть на ребро и углом опустить вниз. Нет таких законов физики, чтобы кусок фанеры смог упасть в проём, который меньше её по размеру. И землетрясений здесь не было последние тысячи лет. Пыль ещё не осела, а мы были уже на пути домой.
Утром веселуха продолжилась. Приехала хозяйка, ещё раньше нас. Показывает на небольшое вентиляционное окно из чердака с торца дома и просит его как-то закрыть, а то она сейчас видела, как оттуда кошка вылазила. “Кошка на такой высоте? И куда она пошла по скользкой вертикальной стене из винилового сайдинга?”. “Не знаю. Но кошка была и окно заделайте”. Мы посмеялись – тётке уже за семьдесят, уже у неё кошки по стенам бегают. Но на чердак полезли. Через тот самый люк, крышка от которого всё ещё валялась на полу в комнате. Чердак был огромный, абсолютно пустой и пыльный. На полу покрытия не было и мы по голым балкам добрались до окна, чтобы снять размеры и посмотреть, как его закрыть. Тут Санёк почему-то сразу рванул обратно на полусогнутых. Я смотрю – а окно надёжно забито мелкой стальной сеткой с ячейкой в сантиметр! Какие кошки?! Не каждая муха пролетит. Мелькнула мысль о вчерашнем упавшем ни с того ни с сего люком. Чердак сразу перестал быть гостеприимным!
На каком-то этапе наши интересы с хозяйкой разошлись и я не знаю, чем закончился ремонт и как она там поживает. В привидения я не верю, но осадочек остался.

31.

Только что произошло.
У меня пересадка в Шереметьево, бреду неспешно по залу - а из-за какого-то щита рекламного две ноги на полу в судорогах бьются.
Сунулся туда - лежит мужик, судороги, немного пены изо рта, кровь вокруг головы, упал со всего маху на бетон, две тетки за голову пытаются удержать, мужик на спине лежит, синееет уже.
Отогнал одну тётку, протиснулся к мужику, на бок перевернул, зубы разжал, под диафрагму пару раз со всей дури нажал...пульса на кисти найти не могу, но мужик бьется.
Тут какой-то парень-продавец из ближайшего киоска ноги ему зафиксировал, руку у меня перехватил, как раз пульс появился, мужик кашлять начал и дышать. Парень спокойно так мне говорит: "Рот перекошен, не инсульт-ли?". Во, думаю, то ли студент-медик на летней шабашке, то ли на водительских курсах на первой помощи точно не сачковал, учился прилежно.
В это время тетка лет 50-и зевак распихала, командным голосом начала нас всех строить, подтвердила правильность действий, очень профессионально ему обтерла лицо водой из своей бутылочки, вопросы строгие мужику позадавала...замашки или многолетней Скорой или реаниматологии.
Смотрю, а к нам через толпу мужик ещё один пробивается, хищно так клювом водит-кого бы отпихнуть от болезного и помощь оказать...хрен тебе, я первый прибежал, "он мой".
Короче, хоть и быстро прискакали аэропортовские врачи, а медицинская бригада пассажиров мужика уже почти в чувство привела, дышит, смотрит, на вопросы ещё не отвечает, но головой правильно кивает или вертит.
....а в туалете Шереметьево нет средства для смывание крови с одежды, иду вот на свой рейс, а соседи шарахаются...пожаловаться в Аэрофлот, что-ли...

32.

Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только в этой двое арестантов. Домашний арест у них. Гошка с Генкой. Точнее Гошка и Генка по отдельности. Гошка своей бабушкой арестован, Генка своей. И сидят под арестом они отдельно. Им еще целую неделю сидеть.

Хорошо, что арестом обошлось. Тетка Мариша настаивала, чтоб высечь «прям сейчас» и по домам отправить. Не самая злая в деревеньке тетка, только ее дом как раз ближним был к помойной яме, а она взорвалась. Тут любая тетка разозлится, если испугается.

Тем утром Гошка рассказал Генке, как классно взрываются аэрозольные баллончики, если их в костер положить. И достал из-за пазухи баллончик. У бабушки сегодня дихлофос кончился. Гошка взялся выкинуть.
Генка сам знал, что они взрываются. Долго уговаривать не пришлось. Через полчаса и бабахнуло, и даже головешки в разные стороны раскидало.

- Хорошо взорвался, - оценил Генка, - у тебя один был?
- Один, - оптимистично вздохнул Гошка, - но я знаю, где еще взять. Меня послали в яму выкинуть, что за Маришиным домом, а значит, туда все их выкидывают, и там их много.

Надо сказать, что деревенская помойка от городской сильно отличается. В деревне никто объедки выкидывать не будет, – отдаст свиньям. А из других вещей выкидывают только совсем ненужное. Совсем ненужное – это когда в хозяйстве никак применить нельзя, не горит, или в печку не лезет, или воняет, когда горит. В деревенских помойках пусто поэтому. Баллончики от дихлофоса, или еще какого спрея, пузырьки из-под Тройного или Шипра, голова от куклы, керосинка, которую починить нельзя. Все видно. Только не достанешь.

Помойная яма иван-чаем заросла, бузиной и березками. Деревья сквозь мусор выперли. Когда к яме не подойти уже было, кто-то порубил и кусты, и деревья. И в яму ветки побросал, чтоб далеко не носить. Через хворост все видно, а не достанешь – провалишься.

А взорвать чего-нибудь хочется.
- А зачем нам их доставать, - к Гошке умная мысль пришла, - давай хворост подожжём и отойдем подальше. Пусть баллончики в яме взрываются. И яма заодно освободится.

Гошка и договорить не успел, а Генка уже спичкой чиркнул. Подожгли, отбежали подальше. Сидят на небольшом пригорке возле трех березок и одной липы. Ждут. Пока баллончики нагреются.

Они ж не знали, что в яму кто-то ненужный газовый баллон спрятал. Т.е. не совсем в яму и не совсем ненужный и не совсем один. Два. Тетка Мариша из города тащила четыре газовых баллона. Баллоны тяжелые, тетка старая. Решила два в иван-чае возле ямы спрятать, потом с тележкой прийти, а две штуки она играючи донесет. Тетка вредная, чтоб не украл никто, баллон так далеко в траву запихнула, что он в яму укатился. Расстроилась. Второй рядом поставила, оставшиеся подхватила и побежала за багром и тележкой. Тетка старая, бегает не быстро, Гошка с Генкой быстрее костры разжигают. А ей еще багор пришлось к древку гвоздем прибивать и колесо у тележки налаживать. Но она успела. Метров двадцать и не дошла всего и еще думала, что это там за дым над ямой. А тут как даст. Как даст, и ветки, горящие летят. И керосинка, которую починить нельзя. И пузырьки из-под Шипра и Тройного. И голова от куклы.

- Нефига себе, - говорит Генка, - там, наверное, все баллончики сразу взорвались.
- Нефига себе, - говорит тетка Мариша и добавляет еще некоторые слова.
- Пошли отсюда, - тянет Гошка приятеля за рукав, - пошли отсюда, а то накостыляют сейчас.

Они не слышат друг друга, у них уши заложило.
А вечером Гошку с Генкой судили. - Твой это, Филипповна, - Тетка Мариша обращалась к Гошкиной бабушке, - твой это мой баллон взорвал, и яму он поджог. Больше некому.

- Так не видел никто, - говорила Гошкина бабушка, сама не веря в то, что говорит, - может, и не он.

- Он, - настаивает Мариша при молчаливой поддержке всей деревеньки, - у него голова, как дом советов, вечно каверзу какую выдумает, чтоб меня извести. Фонарь вот в прошлом году на голову уронил? Уронил. Выпори ты его ради Христа, Филипповна.

- Видать сильно, Маришка, тебе фонарем по голове попало, - вмешался бывший лесник Василь Федорыч, прозванный в деревне Куркулем за крепкое хозяйство, - если у тебя дом советов каверзы строит, антисоветская ты старушенция.
А дальше, неожиданно для Гошки и Генки, Куркуль сказал, что раз никто не видел, как Генка и Гошка яму поджигали, то наказывать их не нужно, а раз яму все равно они подожгли, пусть неделю по домам посидят, чтоб деревня от них отдохнула и успокоилась.

Так и решили единогласно, при одной несогласной тетке Марише. Тетка была возмущена до глубины души и оттуда зыркала на Куркуля, и ворчала. Какая она-де ему старушенция, если на целых пять лет его моложе? Речь Куркуля на деревенском сходе всем показалось странной. У него еще царапины на лысине не зажили, а он за Гошку с Генкой заступается. Так не бывает.

С царапинами вышла такая история. Гошка с собой на дачный отдых магазинного змея привез. Змей, конечно, воздушный, это Генка его магазинным прозвал, потому что купленный, а не самодельный. Змей был большим, красивым и с примочкой в виде трех пластмассовых парашютистов с парашютами. На леску, за которую змей в небо человека тянет, были насажены три скользящих фиговинки. Запускался змей, парашютист вешался на торчащий из фиговинки крючок, ветер заталкивал парашютиста вверх, там фиговинка билась об упор, крючок от удара освобождал парашютиста, и пластмассовая фигурка планировала, держась пластмассовыми руками за нитки строп.

Змей с парашютистами Генке понравился. Он давно вынашивал планы запустить теть Катиного котенка Пашку с парашютом. Он уже и старый зонтик присмотрел для этого дела. В городе с запуском котов на парашюте проще. Там и зонтиков больше, и дома высокие. В городе, где Генка живет, даже девятиэтажные есть. А в деревеньке нет. Деревья только. С деревьев котов запускать неудобно: ветки мешают. Поэтому Пашка, как магазинного змея увидел, у Генки из рук выкрутился и слинял. Понял, что пропал.

Гошка Генку сначала расстроил. Не потянет змей Пашку. Пашка очень упитанный котенок, хоть и полтора месяца всего.
- Но это ничего, - Гошка начинал зажигаться Генкиной идеей, - если Пашку и фигурку взвесить, то можно новый змей сделать и парашют специальный. По расчетам.

- Жди, сейчас за безменом сбегаю, - последние слова убегающего Генки было плохо слышно.
Безмен оказался пружинным.

- С такими весами на рынке хорошо торговать, Гена, - Гошка скептически оглядел безмен, - меньше, чем полкило не видит и врет наверняка. Пашек на такой безмен три штуки надо, чтоб он их заметил. - В магазине весы есть, - вспомнил Генка, - ловим Пашку, берем твоего парашютиста и идем.

- В соседнее село, ага, - подхватил Гошка, - если Пашка по дороге в лесу не сбежит, то продавщицу ты сам уговаривать будешь: Взвесьте мне, пожалуйста, полкило кошатины. Здесь чуть больше, брать будете, или хвост отрезать?

- Вечно тебе мои идеи не нравятся, - надулся Генка, - между прочим, Пашку можно и не тащить, мы там, в селе похожего кота поймаем, я попрошу пряников взвесить, они в дальнем углу лежат, продавщица отвернется, а ты кота на весы положишь.

- Еще лучше придумал, - хмыкнул Гошка, - по чужому селу за котами гоняться. А если хозяйского какого изловим, так и накостыляют еще. Да и весы в магазине тоже врут. Все говорят, что Нинка обвешивает. Нет, Гена, весы мы сами сделаем. При помощи палки и веревки. Нам же точный вес не нужен. Нам надо знать во сколько раз Пашка тяжелее парашютиста. Только палка ровная нужна, чтоб по всей длине одинаково весила.

- Скалка подойдет? - Генка вспомнил мультик про Архимеда, рычаги и римлян, - у бабушки длинная скалка есть, она ей лапшу раскатывает.

- Тащи. А я пойду Пашку поймаю.
Кот оказался тяжелее пластмассовой фигурки почти в десять раз, а во время взвешивания дружелюбно тяпнул Гошку за палец. Парашютист вел себя спокойно.

- Это что, парашют трехметровый будет? - Генка приложил линейку к игрушечному куполу, - Тридцать сантиметров. Где мы столько целлофана возьмем? И какой же тогда змей нужен с самолет размером, да?

- Не три метра, а девяносто сантиметров всего, - Гошка что-то считал в столбик, чертя числа на песке, - а змей всего в два раза больше получается, - он же трех парашютистов за раз поднимает, и запас еще есть. Старые полиэтиленовые мешки на ферме можно выпросить. Я там видел.

Четыре дня ребята делали змея и парашют. За образцы они взяли магазинные.

Полиэтиленовые пакеты, выпрошенные на ферме, резали и сваривали большущим медным паяльником, найденным у Федьки-зоотехника. Паяльник грели на газовой плитке. Швы армировали полосками, бязи. Небольшой рулончик бязи, незаметно для себя, но очень кстати одолжил тот же Федька, когда вместе с ребятами лазил на чердак за паяльником и не вовремя отвернулся. Змей был разборным, поэтому на каркас пошли колена от двух бамбуковых удочек. Леску и ползунки взяли от магазинного, а в парашют после испытаний пришлось вставить два тоненьких ивовых прутика, чтоб не «слипался».

- Запуск кота в стратосферу назначаю завтра в час дня, - сказал Гошка командирским тоном, когда они с Генкой тащили сложенный змей домой после удачных испытаний: кусок кирпича, заменяющий кота, мягко приземлился на выкошенном лугу, - главное, чтоб Пашка не волновался и не дергался, а то прутики выпадут и парашют сдуется.

- А если разобьется? – до Генки только что дошла вся опасность предприятия, - жалко ведь.
- Не разобьется, Ген, все продумано, - успокоил Гошка приятеля, - мы его над прудом запускать будем. В случае чего в воду упадет и не разобьется. А чтоб не волновался, мы ему валерьянки нальем. Бабушка всегда валерьянку пьет, чтоб не волноваться. Говорят, коты валерьянку любят.

- А если утонет?
- Не утонет. Сказал же: я все продумал. Завтра в час дня.

Наступил час полета. Змей парил над деревенским прудом. По водной глади пруда, сидя попой в надутой камере от Москвича, и легко загребая руками, курсировал водно-спасательный отряд в виде привлеченной Светки в купальнике. Пашке скормили кусок колбасы, угостили хорошей дозой валерьянки, и прицепили кота к парашюту.

- Что-то мне ветер не нравится, - поддергивая леску одной рукой, Гошка поднял обслюнявленный палец вверх, - крутит чего-то. Сколько осталось до старта?

- А ничего не осталось, - Генка кивнул на лежащий на траве будильник, - ровно час. Пускать? - Внимание! Старт! – скомандовал Гошка, начисто забыв про обратный отчет, как в кино.

Генка отпустил парашют и Пашка, увлекаемый ветром, поехал вверх по леске. Успокоенный валерьянкой котенок растопырил лапы, ошалело вертел головой и хвостом, но молчал.

Сборка из кота и парашюта быстро доехала до упорного узла рядом со змеем, в ползунке отогнулся крючок, парашют отцепился от лески и начал плавно опускаться. Светка смотрела на кота и пыталась подгрести к месту предполагаемого приводнения.

Лететь вниз Пашке понравилось гораздо меньше, чем вверх, и из-под купола донесся обиженный мяв.
Подул боковой ветер, и кота начало сносить от пруда.

- Ура! – заорал Генка, - Летит! Здорово летит! Ураа!
- Не орал бы ты, Ген, - тихо сказал Гошка, - его во двор к Куркулю сносит. Как бы забор не задел, или на крышу не приземлился.

Пашка не приземлился на крышу. И не задел за забор. Он летел, растопырив лапы, держа хвост по ветру, и орал. Василь Федорыч, прозванный в деревеньке куркулем, копался во дворе и никак не мог понять, откуда мяукает. Казалось, что откуда-то сверху. Деревьев рядом нет, а коты не летают, подумал Федорыч, разогнулся и все-таки посмотрел вверх. На всякий случай. Неизвестно откуда, прям из ясного летнего неба, на него летел кот на парашюте. И мяукал.

- Ух е… - только и успел выговорить Куркуль, как кот приземлился ему на голову. Почуяв под лапами долгожданную опору, Пашка выпустил все имеющиеся у него когти, как шасси, мертвой хваткой вцепился Куркулю в остатки волос и перестал мяукать. Теперь орал Федорыч, обещая коту и его родителям кары земные и небесные.

Гошка быстро стравил леску, посадив змея в крапиву сразу за прудом, кинул катушку с леской в воду и, помог Светке выбраться на берег. Можно было сматываться, но ребята с интересом прислушивались к происходящему во дворе у Куркуля. Там все стихло. Потом из-под забора, как ошпаренный вылетел Пашка и дунул к дому тети Кати. За ним волочилась короткая веревка с карабином.

- Ты смотри, отстегнулся, - удивился Генка, - я ж говорил, что карабин плохой.
Как ни странно, это приключение Гошке и Генке сошло с рук. Про оцарапавшего его кота на парашюте Куркуль никому рассказывать не стал и претензий к ребятам не предъявлял.

- И чего он за нас заступаться стал? – думал Гошка в первый день их с Генкой домашнего ареста, лежа на диване с книжкой, - замыслил чего, не иначе. Он же хитрый.

- Ну-ка, вставай, одевайся и бегом на улицу, - в комнату зашла Гошкина бабушка, - там тебя Василь Федорович ждет.
- А арест? – Гошка на улицу хотел, но в лапы к самому Куркулю не хотел совсем, - я ж под домашним арестом?
- Иди, арестант, - бабушка махнула на Гошку полотенцем, - ждут ведь.
Во дворе стоял Куркуль, а за его спиной Генка. Генка корчил рожи и подмигивал. В руках оба держали лопаты. Генка одну, Василь Федорович - две. На плече у куркуля висел вещмешок.

- Пошли, - Куркуль протянул Гошке лопату.
- Куда? – Гошка лопату взял.
- А вам с таким шилом в задницах не все равно куда? – Куркуль повернулся и зашагал из деревни, - все лучше, чем штаны об диван тереть.

Ребята пошли следом. Шли молча. Гошка только вопросительно посмотрел на Генку, а Генка в ответ развел руками: сам, мол, ничего не знаю.

- Может, он нас взял клад выкапывать? – мелькнула у Гошки шальная мысль, а по Генкиной довольной физиономии было видно, что такая мысль мелькнула не только у Гошки.

Куркуль привел их в небольшую, сразу за деревней, рощу. Ребята звали ее Черемушкиной. На опушке рощи Василь Федорович остановился возле старого дуба, посмотрел на солнце, встал к дубу спиной, отмерял двенадцать шагов на север и ковырнул землю лопатой. Потом отмерял прямоугольник две лопаты на три, копнув в углах и коротко сказал: - Копаем здесь. Посмотрим, что вы можете.

Копали молча. Втроем. Гошка с Генкой выдохлись через час, и стали делать небольшие перерывы. Куркуль копал не останавливаясь, только снял кепку. К обеду яма углубилась метра на полтора. А Василь Федорович объявил обед и выдал каждому по куску хлеба и сала. Потом продолжили копать. Куча выкопанной земли выросла на половину, когда Гошкина лопата звякнула обо что-то твердое. - Клад! – крикнул Генка и подскочил к Гошке, - дай посмотреть.

- Не, не клад, - Василь Федорович тоже перестал копать, выпрямился и воткнул лопату в землю, - здесь домик садовника был, когда-то. Вот камни от фундамента и попадаются.
- Садовника? – заинтересовался Гошка, - а зачем тут садовник в роще? Тут же черемуха одна растет. И яблони еще дикие.
- Так роща и есть сад, - пояснил Куркуль, снова берясь за лопату, - яблони одичали, а черемуху барыня любила очень. А клада тут нет. До нас все перерыли уже.
- А чего ж мы тут копаем тогда? – расстроился Генка, - раз клада нет и копать нечего. Зря копаем.
- А кто яму помойную взорвал и пожог? – усмехнулся Куркуль, - Мариша вон до сих пор заикается, и мусор выбрасывать некуда. Так что мы не зря копаем, а новую яму делаем. Подальше от деревни.

Вечером ребята обошли деревеньку с рассказом, куда теперь надо мусор выкидывать. А домашний арест им отменили.

33.

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

34.

История грустная, поучительная, но с хорошим финалом.
Лет 15 назад впервые услышал термин "кража личности" на примере США. Посмеялся (наивный чукотский мальчик) и подумал, что нам это не грозит. Никто не будет принимать решений на основании записей в каких-то базах данных.
Каким я был наивным...

Предыстория.
Работаю заместителем директора крупного таксопарка. В организации более 1000 человек. Отбор водителей не для галочки проводится. Судимых, наркоманов и плохо говорящих по-русски не то что не берем... Как-то само по себе получается, что они либо город плохо знают, либо испытание на знание русского языка проваливают.
Откуда узнаем об этих фактах? Официально оформили подписку на базы МВД и КНД (краевой наркологический диспансер). Кандидат подписывает разрешение. 2 минуты и досье на столе у инспектора ОК.

А теперь сама история.
Среди прочего ко мне часто обращаются знакомые, знакомые знакомых с просьбой на пару месяцев устроить отца/брата/свата в такси водителем. Нельзя сказать, что для этого блат нужен, но обращаются. В надежде, что машина новая будет, напарник хороший, диспетчера с пониманием относиться будут. Как правило это излишне, так как это люди с высшим образованием, но в черной жизненной полосе. Они и без меня достаточно быстро все это получают.
Поэтому на очередную просьбу просто назначил время. Приходит. С резюме. Ради интереса пробежался... И начинаю понимать, что что-то здесь не так. 2 высших образования. Причем не менеджер какой-нибудь, а политехнический факультет радиоэлектроники и приборостроения. Второе энергетик. 30 лет стажа по специальности. Таких людей сначала на работу берут, а потом думают как использовать.
В глазах боль и отчаяние. Человек уже полгода никуда устроиться не может. Хотя вакансии под него написаны и по несколько месяцев не заполнены.

Пошли в отдел кадров. Кадровик начинает документы заполнять и запросы в вышеупомянутые базы делает. Получает ответы и как-то странно на меня смотрит.
Беру ответы, а там...
База МВД - рапорт какого-то младшего лейтенанта, типа имярек громко ругался матом на посту ДПС. Не страшно, хотя странно.
База КНД - наркоман с 10-летним стажем, 2 года назад поставлен на какой-то особый учет.
Молча отдаю их своему протеже.
Сказать, что он был возмущен нельзя. Он просто раздавлен.
Единственное что мог сказать: "А как я через 2 недели после постановки на особый учет смог разрешение на охотничье ружье получить? Да и милиционера я помню. Не посылал я его никуда. Просто платить отказался."

Давить на инспектора ОК не стал. Не педагогично. Да и не стоит по пустякам подчиненным повод давать себе кости мыть. Отправил его со словами: "Иди туда - не знаю куда. Но справку, что запись ошибочная принеси..."
Про себя решил, что я его больше не увижу.

Ошибся. Через пару недель приносит бутылку хорошего коньяка. Оказывается, он без большого труда получил эти справки. И ножками отнес туда, где ему отказывали. В результате уже работодатели в очередь выстроились.

Как-то так. Хорошо конечно все закончилось. Но вопросы возникают:
1) Кто в этих ОК сидит? Неужели тяжело мозг включить. И нелепость увидеть - наркоман не долго по подстанциям с офигенным напряжением лазить будет. Не выживет.
2) Почему рапорт младшего лейтенанта прямиком попал в базу данных? Без каких-либо проверок, возможности разъяснения дать...

35.

Не жертва ЕГЭ.

Некоторое время назад работал я в одной компании.
Делали всякое разное, в том числе электронику. Первые версии устройств паяли самостоятельно.

Сижу как-то раз за микроскопом (обычный оптический, бинокулярный, 8 крат всего, типа МБС-10), рассматриваю только что напаянную плату на предмет качества пайки, вдруг где непропай. Оптической инспекцией, то бишь, занимаюсь.

Ну сижу себе и сижу, никого не трогаю. Рядом коллеги ходят, свои дела делают.
И тут заходит к нам в комнату бухгалтер наш, назовем его Вася. Ходит по комнате и что-то осматривает. Подходит в итоге ко мне и спрашивает, а что это я такое делаю и как прибор называется.
Я объясняю, что так, мол, и так, обследую плату. А это - микроскоп. И дернуло меня пошутить: через длиииииинную паузу говорю ему: атомный. Он на меня смотрит, глазками луп-луп. А потом берет и записывает себе в бумажку. И спрашивает, чего у вас тут еще из сложного оборудования есть. Список ему какой-то надо составить. А зачем, не говорит.
Коллеги, которые слышали наш диалог, смотрят, выпучив глаза, смех сдерживают, но виду не подают.

Я встал, походил с ним по комнате, рассказывая, какие приборы есть и зачем они нужны (без шуток уже, на полном серьезе). Он себе еще какие-то из них записал и ушел. А я пока ходил с ним, всё смотрел в бумаги, а там действительно значилось "микроскоп атомный".

Он ушел, мы посмеялись со свидетелями да и забыли об этом.

В этот же день через пару часов встретил в офисе нашего тех. дира. Рассказал ему, какой сегодня прикол был. Он даже дослушивать не стал - подорвался и со словами "Ух, бля, вашу мать!" побежал в бухгалтерию.

А потом оказалось. Что список был для мин. обороны для чего-то там серьезного.

А Вася еще в СССР учился, ему за сорок. А вы говорите: ЕГЭ, ЕГЭ. Если в голове непонятно что, то никакое ЕГЭ не страшно.

36.

Сослан Плиев

У этого рассказика сегодня юбилей.
Однажды я поработал исполнительным продюсером на полнометражном кино. И у меня много историй про то, как мы снимали "Тэли и Толи"...
Заканчивалась смена. Все уставшие и хотят есть. И только режиссер Амиров загадочно смотрел на горы и шевелил губами. Потом резко повернулся ко мне и сказал:
- Завтра нам нужны бараны! Немного! Штук 200!
- Саша. А зачем нам завтра бараны? Они у нас по плану только через неделю...
- Лучше завтра! Мы снимаем первую сцену и я там придумал кое-что. Нужны бараны. Ну не 200. Пусть 20!
Надо сказать, что снимали мы в селе Горный Карца, где бараны конечно были. Но они паслись высоко-высоко на лугах. И нереально было их с вечера пригнать к 7 утра на площадку. Единственное место где бараны были 100% - скотный рынок во Владикавказе. И поехали мы за баранами с художником по реквизиту Алей. Ведь бараны - реквизит.
Торговцы баранами сильно возбудились, когда узнали, что нам нужно 20 штук на завтрашнее утро. Но тут я их озадачил:
- Нам бы в аренду...
- В смысле?
- Мы вечером вернем. Для кино нам...
Суровые торговцы огорчились, но посмотрели на нас с уважением...
На следующее утро, в 5.30 мы с Алей уже были у баранов. Весть о том, что какие-то сумасшедшие платят денег за "свозить 20 баранов в горы, а вечером их вернуть", облетела рынок. Собрались все. Кто-то привел детей. На меня внимание никто не обращал, все уважительно говорили с Алей: она была зла, в шортах, резиновых сапогах и с сигаретой. Понятно было, что главная она.
Владелец баранов зашел в загон, задумчиво посмотрел на питомцев. Выбрал одного. Развернул его мордой к художнику по реквизиту и спросил:
- Пойдет?
Не выспавшаяся и уставшая после вчерашнего Аля, мрачно кивнула. Баран мощным броском был отправлен в кузов. И начался кастинг! Бараны почуяв неладное и не понимая, что пришел их звездный час, начали носиться по загону и орать! На баранов орали продавцы. Собаки гавкали. Дети плакали. Только мы с Алей молча выбирали актеров.
И вдруг Аля сказала:
- Стоп... Вот этого не надо... Какой-то он... Не убедительный...
Наступила тишина. Хозяин смутился. Покраснел. Потом дал неудачнику пинка и признался:
- Бля. Он мне тоже никогда не нравился.
Неубедительный баран сразу стал изгоем. Грустно сказал "Беее" и покинул кастинг.
И вот мы погрузили 20 начинающих актеров и повезли на площадку. По сценарию у нас раннее утро, маленькое ущелье, туман и барашки которые задорно перепрыгивают через ручей. Туман решено было делать армейскими дымами. Они конечно вонючие, но зато это дешево.
Камера-мотор. И понеслось. Актер Сослан Фидаров, игравший пастуха, затянувшись армейским дымом, вспомнил, что никакой он не пастух, а Пиночет из "9-й роты" и начал подавать реплики с легким чеченским акцентом. Режиссер Амиров закричал "СТОП!" и стал объяснять сверхзадачу. Три барана упали в обморок. Остальные стали остро завидовать неубедительному собрату, не прошедшему кастинг.
Потом упала в обморок девочка-хлопушка. Стало совсем весело. Незаметно хрипели звукачи. Актер Погосян матерился по-русски, армянски и немного по-казахски. Оператор-постановщик, невозмутимый Петр Леонидович Духовской, раскурил трубку и выпустил два клуба дыма. Туман стал ещё лучше чем настоящий, а Горный Карца стала ещё больше похожа на Ипр.
К пятому дублю все привыкли к дыму. Но тут восстали бараны! Они категорически отказывались скакать через речку, как того требовал сценарий. Режиссер Амиров снова закричал "СТОП!" и стал объяснять сверхзадачу. Бараны вроде соглашались, но как только включалась камера начинали вести себя естественно и не принужденно, то есть как бараны.
Решение предложили световики. Все свободные от съемочного процесса мужчины, крепко взяли за шкирку по барану. Установили их головой в нужном направлении. И при команде "МОТОР!" каждый смачно дал барану поджопник. Бараны дивно полетели через речку, разрывая своими телами плотный туман. Сцена была спасена...
Вечером, нашу отару встречал весь скотский рынок. Бараны шли гордо покачиваясь. Понимали, что теперь им надо как-то жить с бременем славы...
Вдруг, к нашему загончику подлетела черная "бэха". Из нее закричали:
- Почем бараны?
Хозяин... Да что там "хозяин".... Импресарио наших баранов оценивающе посмотрел на свой творческий коллектив, потом на потенциального покупателя, и веско произнес:
- Восемь!
Люди в "бэхе" возмутились:
- Всыси!? Везде по пять! Твои чо, золотые?
Хозяин баранов сплюнул:
- Вон те - по пять. А эти - по восемь.

37.

Последними "мимозами" про "заработай" навеяло. Ловите теперь мою, правда в отличии от тех про девку с электрошокером и "внука", эта действительно произошла.

Работает мой отец в одной маленькой фирме. Работают там очень интересные люди с различными увлекательными хобби, интересными родственниками, или аспектами жизни. Ну судите сами, хозяин компании раньше играл в баскетбол за Notre Dame, а теперь заодно он и президент благотворительной организации которая скупает фермы по всему Нью Джерси и отдаёт штату что бы там никогда не было коммерческой застройки (land conservation). Его сестра была зам главного тренера Американской Олимпийской женской команды по баскетболу.

Жена техника, главный бухгалтер фирмы которая занимается всей логистикой для Зимней и Летней Американской Олимпийских команд. Ездит по всем Олимпиадам и проводит там несколько месяцев до и после каждой Олимпиады. Получает билеты на все соревнования и практически всех знаменитых атлетов и тренеров знает лично. Сам техник когда-то держал оружейный магазин и как хобби занимается реконструкцией батальных сцен 18-19ого веков и консультирует кино.

Долгие годы работала у них секретарша, Минни. По политкорректному, административный помощник. Кстати она обалденный кулинар, выигрывала какие-то бешеные соревнования по приготовлению пирожных, но это мелочь. Главное что есть неё, как в сказке, 3 сына.

Вы подумаете что два старших умных, а младший дурак? А вот и не угадали, и дважды. Раз, все сыновья умные. Два, младшего сына у неё нет. То бишь есть два младших, они близнецы. Вот чем занимается старший сын, врать не буду, не помню. Близнецы постарше меня и в начале 90х они ходили в Notre Dame, не самый худший университет, между прочим. Они конечно имели гранты, скидки, итд, ибо были ребята умные, но ей с мужем тащить 3х пацанов через университет было тяжело. Они же простой средний класс, как я и говорил - она секретарша, а муж у неё химик в какой-то лабаратории.

И близнецы решили, эдак дело не пойдёт. "Родители жилы рвут, а мы что? Пальцем деланые что ли? Заработаем." И записались они в рыболовы, поехали на Аляску после 2ого курса университета на всё лето. Очень кстати опасная профессия. Работают там очень много, ну и получают они соответственно.

Не знаю точно сколько они сейчас получают и сколько тогда, но когда в конце 90-х студентов с моего университета на лето вербовали, обещали зарплаты по $4 штуки в месяц. Причём на всём готовом, ибо рыболовы живут всё время на борту, там и спят и питаются. Очень приличные деньги по тем временам, да и сейчас не так уж плохо. Между прочим жалею что не съездил в своё время.

Близнецы отпахали лето как проклятые. Работали от рассвета и до... пока хозяин не скажет отбой. Как минимум по 14-16 часов в день. И вот подошёл конец контракта, "подсчитали, отобрали, - за еду, туда-сюда но..." большие деньги дали под рассчёт. Вот это да...

Переглянулись пацаны и говорят хозяину "А хрен с ним Notrе. И с Dame тоже. Остаёмся здесь. Да, работа тяжёлая, но нам нравится. И деньги уж гораздо больше чем мы бы получали после университета." Хозяин рыболовного судна посмотрел на близнецов и сказал. "Вот ты - оставайся, я вижу ты рыбак и с тебя выйдет толк. А второму, Майклу (далее для простоты "Миша") сказал. Море это не для тебя. Ты должен получить образование и твоя судьба не здесь. У тебя большое будущее." И не взял его работать, отослал обратно.

Миша окончил свой Notre Dame с какой-то гуманитарной специальностью. Не помню где была его основная работа, но подрабатывал и в фирме где работала его мать. Хоть это не было его специальностью, но он был очень сильный програмист и он много для фирмы сделал. А потом он на факультет журналистики в Columbia University (тоже не самая худшая школа в США) поступил, чтобы получить степень магистра.

А его брат-близнец долго проработал на рыболовных судах. Сначала младшим куда пошлют, потом старшим, потом матросом, потом старшим матросом, итд. Выше и выше и выше. Вырос он от "щенка" до "матёрого волка" и наконец решил, "хрена ли я горб ломаю на дядю, хочу своё судно." Какие-то деньги у него уже быле конечно, скопил за годы. Что-то он отдолжил у кого мог, взял займ в банке, но оказалось не достаточно. Нужно было ещё несколько десятков тысяч.

Обратился к Мишане. "Братка, есть тема, но нужны бабки. Подсоби, я верну." Миша ему "Я бы рад, но где я и где деньги? Я же бедный студент, гуманитарий кстати. Образование в Columbia ни разу не дешёвое, "весь в долгах как в шелках", да и жить в Нью Йорке, тоже не 2 копейки стоит." А брат и говорит, "Я так и думал. Но не сцы босота, есть дерзкий план. Ты пацан умный, хотя у наших родителей дурных детей нет. Читай, тренируйся, пробуй, я уверен ты сможешь... попасть на Jeopardy." Мишка притер хер к носу, подумал и говорит "Авантюра. Но забавно. Чем чёрт не шутит, риск же дело благородное."

Jeopardy, для тех кто не знает - это жутко популярное интеллектуальное шоу, в США (далее - в Google).

И началась у Мишки совсем другая житуха. Мало того что он учился в Columbia, подрабатывал в двух газетёнках, и работал программером. Он стал каждый день готовиться. Он читал и повторял, читал и повторял, читал и повторял. Учил про слова на букву "зю", различные фобии, королей Франции, и знаменитых актёров, итд, итп. Стал эдакой ходячей энциклопедией, хотя и раньше он отсутствием эрудиции не страдал.

Он даже учился правильно кнопку нажимать. Не надо смеяться, это не так легко как кажется. Оказывается что человек обычно непроизвольно перед нажатием поднимает большой палец вверх и лишь потом давит вниз на кнопку, в результате теряя драгоценные доли секунды.

Прошло время, Миша подал заявку на шоу и из 4000 кандидатов выбрали 400, тех кто прошёл жёсткий отбор. Попал таки наш Миша на шоу. Билет кстати из Нью Йорка в Лос Анжелес шоу не оплачивает, и гостиницу тоже, всё за свои, кровные. А снимают кстати по 5 шоу в день. Брат близнец прилетел поддержать, и они вместе поехали на несколько дней. Вернулись, мать конечно спрашивает, "ну как?" Те молчат как рыбы. Одно сказали "вот дата когда шоу будет по телику идти, сама увидишь."

Минни всей компании о таком деле рассказала естественно. День я в календаре пометил, а когда дата подошла всей семьёй сели шоу смотреть. О, вот и Мишаня на экране, на всю страну улыбается. Давай, "жми Малешкин", погнали наши городских.

Миша выигрывает первую игру. Ура, молодца. Значит он будет выступать и завтра. И на следующий день опять вечером все у телика. Миша не подкачал и выиграл вторую игру. И третью (кстати в ней он установил рекорд за сезон), и четвёртую, и пятую.... Пятикратный чемпион в Jeopardy эго ОЧЕНь, ОЧЕНь, ОЧЕНь круто (тогда по правилам разрешалось играть до 5 побед). Ну это пожалуй как Хрустальную Сову в Что, Где, Когда? выиграть, не меньше.

И заработал он не много не мало - $55 штук плюс ему как 5-кратному чемпиону дали Chevrolet Suburban (кто не знает, это такой тарантас размером со слонёнка, и жрёт он столько что можно работать лишь на заправку). Suburban конечно ему центре Нью Йорка на хрен не сдался, он его продал. Ну а денюжков на помощь брательнику хватило ну и расходы покрыли.

Пригласили кстати Мишу потом играть в четвертьфинале года. Его то он выиграл, а вот в полуфинале проиграл. Жалко конечно что сказка окончилась так прозаично, но уж как есть.

А брат приобрёл себе лицензию, судно, и занялся ловлей лососей на Аляске уже как хозяин-капитан. Регулярно родителям своим копчёной рыбки присылал, ту что сам ловил и сам коптил. Ну а Минни в компанию под Новый Год приносила яшик приносила, делилась с сотрудниками. Поверьте на слово, то что в магазинах продают, пусть и самое дорогое и крутое, и рядом не стояло с рыбой что он присылал.

Миша свою Columbia University закончил, где-то в Нью Йoрке работает теперь. Давненько его не видал. Вот собственно и вся "мимоза."

Если кому интересно, то почитайте про "Michael Arnone" - пятикратный чемпион "Jeopardy".

38.

История из личной жизни. Лет 10 назад. Один из городов России (не буду говорить какой, такое могло произойти в любом, при нашем менталитете). На улице стоит витрина холодильник, где женщина лет 50 продаёт мороженое, рядом большое пластиковое ведро, которое служит мусоркой. Мимо проходят два парня, у одного бутылка лимонада, которую он допивает и кладёт бутылку в мусорку. Продавщича мороженым просто взрывается от гнева, как так в ЕЁ МУСОРКУ ПОЛОЖИЛИ МУСОР ОТ ТОВАРА, КУПЛЕНОГО НЕ У НЕЁ. Парни спокойно обьясняют, что другой мусорки поблизости не видно, и им не хотелось бы мусорить.
"Ничего не знаю, забирайте свой мусор из моей мусорки, меня это не касается" - переходя на визг орёт продавщица.
"И куда нам её деть?" - спрашивают парни.
"Да куда хотите, только не сюда" - продолжает истерить мороженщица.
Парень возвращается, достаёт свою бутылку из мусорки и со словами "Эту страну ничего не изменит" разбивает бутылку об асфальт и уходит прочь.

39.

Как-то в самом начале восьмидесятых возвращался в Ленинград из какой-то дальней командировки. Было уже довольно поздно. Взял билет в вагон СВ (бухгалтерия нехотя, но оплачивала - "молодой, да ранний"). Захожу в практически пустой вагон. Проводница в дверях не встречает, сидит в своём купе и ногти полирует. Увидел её - и ... "в зобу дыханье спёрло"! Живая богиня! В таких влюбляются с первого взгляда! Билет предъявил, получил своё койко-место, шмотки бросил, мясорубку почистил и, конечно, назад рванул - знакомиться с богиней. Снизошла. У меня там что-то было, под шоколадные конфетки. Подруга - проводница из другого вагона нарисовалась, как только стаканы зашуршали (конечно, далеко не Софи Лорен). Смех, вино, тепло, никуда спешить не надо, молодая и красивая страшно рядом! Как-то незаметно перебрались ко мне в купе (просторнее!), подруга куда-то слиняла. Она уже на коленях, грудь полураспахнута, в руках тонкие стаканы с белым искрящимся вином, море яркого света, она звонко смеётся. Необыкновенно хорошо! И тут чувствую - что-то не так, как должно быть. Блин! Поезд просто стоит, мы не движимся. Занавеска на окне распахнута, а за окном какой-то полуночный заснеженный полустанок с одной моргающей в ночи лампочкой над платформой. А на платформе местный ханурик полумороженый, с беломориной на отвислой губе и шапке-ушанке, надетой поперёк морды лица. И глаза вытращены на нас, в другой мир, где смех, вино, женщины и молодость! "Ебёт же кто-то баб красивых!" Мы не сговариваясь поднимаем стаканы в его сторону:"Выпить хочешь? Тост за твоё здоровье!" Мыжик выплюнул папироску, что-то явно обидное крикнул нам, повернулся и побрёл в темноту. Поезд тронулся и потихоньку поплыл в сибирскую заснеженную темноту.
Эх, как бы хотелось вернуться в прошлое...

40.

Профсоюзы, профсоюзы - а я маленький такой...

Недавно, после долгого перерыва, побывал я в одной из бывших братских республик с аудитом завода. Там аудита ранее никогда не было, ну и слух то что его проводит американо-английская команда быстро разползся. Обедали мы в общей столовой, ну и иногда я слышал обрывки разговоров типа "в Америке на заводах хоть не рай, но лучше бытого", "нас тут е**т и мучают как Пол Пот Кампучию", "вот бы нам показать капиталистам-империалистам мать Кузьмы", "может нам профсоюз организовать?", итд. Конечно всё это надо делить на 10, но всё же...

В свое время я покатался с аудитами по разным заводам в США (и других странах). Не скажу что я какой-то там эксперт, отнюдь нет, но повидать довелось многое. И посему я решил сделать эдакую подборочку эпизодов на одну темку. Все они, к великому моему сожалению, правдивы. Многие я видел лично, на кое что видел документацию, ну а в некоторых случаях ы меня были неофициальные разговоры с участниками/свидетелями событий. Компании я естественно указывать не буду, а вот штаты где дело происходило пожалуй укажу, особого греха тут не вижу.

Для начала небольшой пролог, который пожалуй сам по себе история. Дело было в Индиане более 15 лет назад. Случай неординарный, пожар на заводе. Нас туда посылают, а ну бойцы, поводите жалом, чего стряслось?

По свежим следам выяснилось вот что. Оказывается работал на заводе один дядька... не сильно отягчённый интеллектом. И была у него машина - кабриолет (то бишь без верха). Тачка старинная, редкая, красивая. Наш герой на неё надышаться не мог, пылинки сдувал, в гараже хранил как зеницу ока. Но всему приходит свой срок, нужда припёрла и пришлось её продать. Уже покупанец нарисовался, руки пожали, задаток - все дела, договорились на вторник сделку закрыть. Сам продаван конечно расстроен (хоть и бабки очень приличные за пепелац взял) да и его сын-балбес тоже. Остались последние выходные перед сделкой и просит его сынуля, "батя, можно я на машинке последний раз проедусь." "Ну давай, только осторожней, машина можно сказать уже почти не наша."

Я знаю что Вы думаете. Так вот нет, не угадали. Никаких подлых поворотов, и не выбежал ему навстречу лось, и не напали на раритет злобные марсиане. Всё было горазде проще и тупее. Покатался этот Имбецил ибн Имбецил и перед домом тачку поставил, в гараж не загнал. А потом закрутился с какими-то тинейджерскими делами и так и оставил на улице. Ну а погода хоп и, падла такая, решила поменяться и пошёл дождик. Вернее ливень. А ещё точнее чуть ли не тропический шторм. Напоминаю, тачка - кабриолет. И промокла она изнутри по самое не балуй.

Те горячие слова что папаша сынку сказал можете додумать сами, но машина от них суше конечно же не стала. Однозначно в таком виде покупан либо машинку брать не будет либо скидку требовать в праве (его кстати понять можно, он раритетную тачку покупать планирует в идеальном состоянии, а не утопленницу). Конечно что можно наш продаван вытер, коврики повесил сушиться, но сиденья - вот с ними проблемка нарисовалась. Уж не знаю чем они были обиты и какой материал был внутри, но товарный вид они потеряли. Надо как минимум их высушить. А как? Времени-то кот наплакал.

И нашего Имбецила-старшего осенила вершина философской мысли. На заводе же работаю. Есть там специальные горелки. Не важно для чего они, но важно что они находятся высоко. Естественно на них специальные колпаки (не знаю правильный термин) стоят для безопасности, но доступ к ним есть. И решение рождается вот такое, сиденья с машины снять, поставить их на вилочный погрузчик, и подогнать к горелкам, нехай сохнут. Колпаки-заслонки с горелок естественно снять, дабы жар увеличить. Тепла там более чем хватает и сиденья быстренько высохнут. Ну а потом их обратно поставить в машину перед продажей.

Сказано-сделано. Но сохнут сиденья медленновато и герой наш придвигает их ещё поближе к огню, а сам отправляется по своим рабочим делам (я уже говорил об его умственных способностях). Сиденья сохнут, сохнут,но сохнут и естественно высыхают. А хозяина нет. Далее не совсем понятно было, то ли погрузчик кто-то подвинул, то ли высохшие сиденья с "вилок" поползли, а скорее просто искра пролетела, но вспыхнули сиденья самым что ни на есть сизым пламенем. И перебросился весёлый огонёк под крышу.

Завод старый, система пожаротушения явно под такое неординарное использование горелок была не рассчитана, и не сработала. Ну и увидели это когда крыша уже полыхнула. Естественно приехали пожарники, потушили. Машинным сиденьям каюк, заводской крыше частично тоже, ну а заводу убытков на жуткие цифры. Чего там с машиной и покупаном произошло естественно нас не интересовало особо, а вот так сказать кадровый вопрос стал остро "Что делать?"

Я то был в полной уверенности что как минимум этого придурка сцаными тряпками с завода прогонят. И просчитался. Оказалось что на заводе этом есть профсоюз. А этот Имбецил-старший оказывается один из его руководителей-организаторов. А по "гениальному" федеральному закону организаторов профсоюзов увольнять нельзя. Что бы их уволить, они как минимум должны группой изнасиловать одноногую афро-американскую престарелую лесбиянку прямо на рабочем месте при 120 свидетелях. Иначе извините, права рабочих могут нарушить. Марксу, Энгельсу, и Ленину эдакая забота о рабочем классе и горячечном бреду не снилась. А тут нате пожалуйста, в стране победившего империализма, сплошь и рядом.

Естественно профсоюз за этого героя вступился горой. Ах какой сотрудник, ах как пострадал. Вы что, забыли как он последние волосы из жопы годами рвал за родной завод. Теперь он ночами не спит, переживает. Он уже достаточно наказан, чуть ли импотентом не стал. Такой стресс. Как какой? Обыкновенный. Вы что в стресс не верите? А если мы забастуем, поверите? И руководство завода + главный офис решили что дешевле франшизу за страховку заплатить плюс кое-какие накладные расходы чем ссориться с профсоюзом. Замяли дело.

Для меня, честно скажу, шок был. И начал я во время своих разъездов по заводам необычные случаи связанные с профсоюзами записывать и собирать в эдакую "коллекцию". Ну а поделюсь я ей в следующих историях. Так что продолжение следует...

41.

В Японии категорически запрещено уступать места в транспорте пожилым. У них менталитет такой - чем старше человек становится тем он становится сильнее, мудрее и т.п. и воспринимает как унижение что кто-то молодой считает себя сильнее него.
А у нас в поездах дальнего следования есть определенная группа таких бабусек. Сейчас нижняя полка в плацкарте стоит где-то на 20% дороже верхней, а в купе - на 50%. Бабки делают финт ушами и покупают билет на верхнюю полку, а потом настоятельно требуют уступить им нижнюю.
Ехал я однажды в поезде на юг, специально заранее выбрал себе нижнюю полку, заплатил за нее. Придя на вокзал я увидел что сверху и со всех боков я, 25-летний парень, окружен старухами самой молодой из которых было лет 70. Стали вопить значится "милок уступи полочку". Когда было объяснено что я за эту полку платил деньги а она вообще едет за государственный (т.е. мой счет) и права качать не имеет права, бабки хором побежали к проводнику. Проводник им объяснил все то же самое, они побежали жаловаться к начальнику поезда в штабной вагон. Начальник поезда пришел в наш вагон и принял решение: пересадил меня в купейный вагон (без доплаты!), после чего подошел и сказал, что если бы даже я уступил, они бы не успокоились. Он видит этих бабок не в первый раз, пару месяцев назад они также ехали в Анапу в какой-то санаторий такой же группой. Так с ними ехала девушка, которую реально довели до истерики, даже на верхней полке - почти сутки непрерывного обсуждения какой длины у нее юбка и на какие деньги она едет на юг отдыхать, красивая - значит проститутка и т.п. За конфликтные ситуации с пассажирами страдают проводники а если это кто-то узнает в руководстве то и начальник поезда также попадает на премию.
Под конец вздохнул и сказал - Ввели же купе мужские и женские, так пусть введут купе "для тех кому за...". И нам спокойнее работать и вам интереснее ехать. Только никто этого никогда не сделает - эти купе будут всегда пустовать. Никакая женщина добровольно не захочет считать себя старухой!

42.

ПАСТЬ ГОЛЛУМ И БАРЖА ЗЕЛЁНОГО ЛУННОГО СЫРА НА ЕНИСЕЕ

У Ромы Бурлака, которого в Красноярской ролёвке больше знают под звучным именем - Пасть, возникали иногда довольно сумбурные идеи. Например он мог придти к тебе ночью постучавшись пальцем в окно, и предложить отправиться прямо сейчас в путешествие без какой-то особой определённой цели. Что-то типа пешего паломничества:

"Пошли, говорил он, прямо сейчас пешком до Железногорска сходим".

Причём ещё и босиком. Ну или до Дивногорска. А это что-то около 30 км по трассе. Предпринимал он подобные пешие туры не только со мной, но и ещё с некоторыми моими друзьями. И в них сходить мне по счастью не удалось. По пути он сильно накидывался алкоголем, и по слухам по пути в Дивногорск спровоцировал на мосту глупую драку с гопниками, а в другой раз по-пьяни зачем-то пытался спереть у хачика арбуз, и этим тоже впутал своих попутчиков в весьма глупую и некому не нужную драку.

Но о том как мы с ним ходили пару раз пешком в Железногорск, закрытый режимный город, куда вход до сих пор по пропускам, я расскажу как-нибудь в другой раз...

В этот раз я расскажу лучше как Пасть плавал голым на баржу за зелёным сыром.
В город тогда очередной раз приехала одна томская фрикса - Инь-Яня. Это дивный фрик из уже вымирающего вида эльфиек - автостопщиц с флейтами, одетых в самошитый этнический и довольно экзотичный прикид.

Инь-Яня была вся с ног до головы оранжевой, потому как этот цвет лучше всего бросается в глаза на трассе, ассоциируясь с жилетками дорожных рабочих. Стопщик в таком прикиде имеет гораздо больше шансов уехать. А Инь-Яне с её довольно вредным характером - это было очень нужно. Раза три она приезжала к нам с кем-то в паре, и каждый раз этот кто-то кидал её одну за вредный характер у нас в Красноярске. Два раза я как джентльмен, бросал все свои раздолбайские дела у себя в городе, и увозил обратно в её родной Томск, но на третий раз уже сказал ей "Стоп, хватит! Больше я с тобой никуда не поеду"!

Но это пока был ещё самый первый раз. Встретив её где-то в центре всю такую ярко оранжевую как июльское солнце, мы с Пастью водили её по своему городу, показывая наши местные достопримечательности. Кстати, самым забавным во всём её оранжевом прикиде был шмотник сделанный из детских оранжевых колготок. Те самые детсадовские колготки с грубым швом через всю задницу. В советское время в такие наряжали даже мальчиков до самой школы. На них завязывалась оранжевым шнурком горловина, а сами чулки служили как бы лямками к шмотнику...

По пути что-то выпивали, и Пасть всю дорогу пытался раскрутить её на выпивку, обещая, что "завтра" всё вернёт, тогда как завтра она собиралась уже ехать назад к себе в Томск, а я вроде бы как подписался её туда провожать. При том, что сама она при своих этнических замашках практически с нами не пила... И поэтому взывала к его совести, не ведясь на провокации.

Вечер и алкоголь завели нас ближе к июльскому вечеру, на очень крутой берег Енисея в Академ городке. Там мы подсели к каким-то отдыхающим девушкам, любуясь сверху на Енисей и продолжая что-то там распивать. А с этого очень высокого и крутого берега, где сейчас уже давно стоит храм, нашему праздному взору открылась стоящая посреди Енисея баржа, гружёная чем-то жёлтым как заплесневелый сыр.
И у нас разгорелся горячий спор, о том что может быть на этой барже. Причём Пасть упорно склонялся к версии и том, что там лежит груз из окаменевшего зелёного сыра, из которого по версиям некоторых упоротых мракобесов сделана луна.

И чтобы проверить эту версию, Пасть решился доплыть до баржи вплавь, несмотря, что до неё было метров сто. Её предусмотрительно поставили на якорь чуть ли не посреди Енисея, дабы этот бесценный лунный сыр не расхитили.

Пасть спустился к воде крикнув нам чтоб присмотрели за его шмотками, и рисуясь перед девушками разделся догола. Кстати, те случайные девушки, к которым мы подсели, этого жеста совершенно не оценили, и тут же смутившись ушли. А уже изрядно подвыпивший Пасть нырнул в воду и поплыл вниз по течению к барже...

Если вы не сибиряк, и никогда не пытались купаться в Енисее даже летом, то лучше и не пробуйте. Течение почти везде там очень мощное, а вода даже летом очень холодная. Многие горе самоубийцы, что решаются спрыгнуть с коммунального моста, попав в стремительное течение, тут же внезапно раздумывают топиться, но уже поздно...
Выплыть из стремнины почти никому из них уже не удаётся...
Я всё это прекрасно знал, сбегая вниз по косогору, потому как сам купался в нём довольно часто. Купание в Енисее выглядит примерно таким образом: Метров в пяти от берега где течение не такое сильное, можно ещё окунуться по грудь. Но если ты ныряешь чуть дальше тебя тут же закручивает мощным потоком, и несёт дальше. Тут тебе уже нужно грести что есть силы к берегу, чтобы тебя не слишком сильно далеко унесло от твоих вещей на берегу... Очень бодрит с утра, и моментально снимает практически любое похмелье. Если конечно у вас с сердцем всё в порядке...

Думаю, что Пасть прыгнув в Енисей, тоже довольно быстро протрезвел, но было уже поздно включать обратный ход. Ему довольно легко удалось достичь этой баржи, только благодаря тому что течение само принесло его туда. Там он подтянулся и влез на неё, и начал голый там бегать, ёжась от речного ветра. Попутно он поднял, и показал нам издалека кусок этого самого зелёного сыра. До него наконец-то начало доходить, что при таком сильном течении назад ему уже не приплыть. В отчаянии он начал махать с баржи руками каким-то проплывающим мимо рыбакам. Но те увидав его голожопого как Голлум, лишь посмеялись и проплыли мимо...

Вечерело, на Енисее становилось всё холоднее, и Пасть наконец-то решился плыть в обратный путь. Он оттолкнулся от баржи, и его тут же понесло дальше по направлению к коммунальному мосту. А мы с Инь-Яней бежали вслед по берегу неся его шмотки. Инь-Яня с вещами отстала очень быстро, а я преодолевал бухту за бухтой, ожидая за каждым поворотом не увидеть его головы над поверхностью, и нырять за ним уже самому, чтобы вытащить из воды его ослабевшее тело...

Но метров через двести ослабевшего Пасть таки вынесло к берегу, в побелевшей руке он судорожно сжимал какой-то зеленоватый камень ядовито зелёного цвета. Это был кусок производственной серы...
Так мы узнали что было на той чёртовой барже, ради которой Пасть чуть не утоп. Не лунный зелёный сыр, а зелёная сера, которой черти топят свои котлы в аду.

43.

В поздние брежневские времена в старших классах вместо уроков труда мы ходили на межшкольный учебно-производственный комбинат, кажется он так назывался, там и оценки по труду ставили и корочку о рабочей профессии вместе с аттестатом выдавали. В нашей группе был один мальчик, напишу так, с особенностью мышления. Память у него была такая, что позавидуешь, мог наверно Войну и мир наизусть выучить, но в то же время не понял бы смысла даже Сказки о рыбаке и рыбке. Такие вот особенности. Отсутствие способности к анализу информации. Над ним самые говнистые из нас любили подшучивать. Естественно, что и юмора он не понимал, да и шутки над ним оригинальностью не отличались. Обычно, как только мастер выйдет, так этого мальчика обязательно кто-нибудь испугает громким криком, а он в ответ начинает кричать, что сейчас даст обидчику по голове молотком. И тут вступает хор — вся группа начинает описывать ужасы, которые за этим последуют: тело, бьющееся в агонии, лужа крови, мозги, разбрызганные по стенке. И этот мальчик представляет себе всю эту картину и начинает плакать, ему уже жалко этого своего дразнильщика. Зато всем нам, придуркам, очень весело. Почему он учился в обычной школе, а не в коррекционной, этот вопрос не ко мне. Это его родители как-то подсуетились.
Лично я его сам никогда не дразнил, наоборот, даже на перемене в буфете беляшами подкармливал (он мог запросто штук пять в один присест умять), хотя, признаюсь, тоже смеялся вместе со всеми. Такой же придурок был, как и все остальные.
Однажды, во время очередного такого прикола в класс неожиданно вошел директор УПК. Все, конечно, сразу замолчали, но мальчик-то плачет, понятно, что его только что обидели. Он оглядел класс и сказал с горечью:
- Какие ж вы все подонки!
Потом показал на меня и сказал, назвав меня по фамилии (на УПК, где минимум 15 школ района занимаются, откуда он узнал мою фамилию?):
- Собери свои вещи, убери рабочее место и зайди ко мне в кабинет, прямо сейчас.
Я конечно понимал, что бить он меня не будет, но когда тебя вызывает директор, да еще когда этот директор здоровый, как Кинг-Конг, кулак с мою голову, состояние не очень приятное. И главное, обидно, почему меня? Я что, больше всех виноват? Короче, подумал, что меня просто выбрали козлом отпущения, сейчас выгонят с УПК, а следом и из школы, чтоб другим неповадно было.
Захожу в кабинет. Он говорит, "садись", а сам разливает в две чашки чай из электрочайника, видимо вскипятил, пока я собирался. Пододвигает мне чай, печенье. У меня взрыв мозга, молчу, жду, что он скажет.
И тут он мне говорит:
- Знаешь, такого я точно от тебя не ожидал. Я был о тебе гораздо лучшего мнения,
- Так я же ничего не делал, только смеялся, как все. Хотя, конечно, тоже не прав. Но почему я больше всех виноват?
- Потому что я много лет знаю твоего отца, мы с ним старые друзья. Я и тебя маленького помню, мы на лодке катались, за грибами ходили. Не помнишь меня?
- Да, теперь вспомнил. Странно, что раньше не сообразил.
- Ладно, ты очень маленький тогда был. Понимаешь теперь, почему я не могу к тебе относиться, как к остальным? Я за тебя тоже как бы отвечаю. Если бы при твоем отце кто-то обидел человека, который не может за себя постоять, поверь, он бы этого не позволил.
Я очень удивился. Отец с нами не жил, видел я его редко (в основном тогда, когда мать звонила ему, чтоб он пришел и отругал меня за какой-нибудь косяк, или еще он изредка заходил перехватить у деда до получки на бутылку) и знал я о нем весьма мало, в основном один негатив.
- Кстати я и познакомился с ним в такой ситуации.
- Расскажите, пожалуйста, что за ситуация, как вы познакомились?
- Я тогда еще студентом был. Однажды с девушкой в ресторане сидел. Там еще компания сидела, трое, какие-то блатные или шпана, кто их разберет, и такая же девица с ними. И какой-то парень интеллигентный худенький в очках, тоже с девушкой. Так эта компания сначала вела себя весьма неприлично, выражения всякие из-за их стола слышались, а потом они еще подвыпили и один из них начал нахально подкатывать к девушке того парня, что в очках. Этот парень пытался его отшить, но тут и друзья того хама подписались. Понятно, что силы не равны, уже дошло до того, что они зовут парня выйти поговорить на улице. Понятно, что у него никаких шансов нет против троих таких морд, а ведь у них и ножи запросто могут быть. И весь зал видит это и молчит, никто не хочет связываться. Я уже собрался вмешаться, здоровьем меня бог не обидел, как вдруг, вижу, один парнишка совсем молодой раньше меня с ними разговор завел. Это твой батя и был. Он тоже с девушкой сидел, а его девушка была в очках. Так он попросил у своей девушки очки, надел себе на нос и начал, дурачась, читать хулиганам нотацию: "как же вам не стыдно, молодые люди, в общественном месте, а еще комсомольцы, наверное, вот мы на вашу работу сообщим о вашем поведении" и тому подобное. Мне очень понравилось, как он себя ведет. Весь зал смеется, все понимают, что он просто развлекается, и что ему все равно, как они это воспримут. Они могли воспринять это как шутку, и это могло снизить градус агрессивности. Однако эти хулиганы набычились и теперь уже его начали звать выйти разобраться, похоже, мозги уже совсем залили. Он им отвечает: "если хотите со мной поговорить, молодые люди, записывайтесь на прием у моего секретаря, а сюда я пришел отдыхать, так что извините, но выйти с вами не имею возможности". Эти черти кулаки сжимают, но в ресторане начать драку не решаются. Один из них, постарше, лет тридцати, руки в наколках, похоже самый авторитетный в этой компании, говорит остальным: "садимся, пацаны, все равно никуда не денется, когда кабак закроется, мы его на улице отловим."
Я вижу, что батя твой не боится, и сила в нем видна, но их же все-таки трое. Я прямо подхожу к нему и говорю: "парень, если что, можешь на меня рассчитывать". Он жмет мне руку и говорит: "спасибо, друг, все нормально, я сам разберусь, давайте отдыхать, пока музыка играет". Но я все равно решил выходить из зала вместе с ним, потому что эта шантрапа весь вечер делала в его сторону угрожающие жесты, и было понятно, что без мордобоя не обойдется, а бросать его одного я не хотел, не в моих правилах такое.
Вот уже вечер близится к концу, официантки всех рассчитали, музыканты собирают аппаратуру. Тут твой батя встает, подходит к столику, где сидит это хулиганье, наклоняется к ним и говорит что-то, что слышно только им, после чего быстро делает несколько шагов, которые отделяют их стол от двери в вестибюль и скрывается за дверью. Эти уркаганы замирают на несколько секунд, а потом дружно вскакивают, как будто под ними вдруг раскалились стулья, и расталкивая друг друга, бегут за ним, а девица визжит им вслед: "дайте ему мальчики, вломите как следует". Я решил, что тяжело ему будет одному против троих, надо обязательно поддержать парня, и тоже побежал следом. Интересно, что тот парень в очках, за кого твой отец заступился, не испугался, вскочил и тоже побежал на помощь. Открываю дверь в вестибюль, а в вестибюле был поворот направо в коридор, который ведет в туалет, и из этого коридора уже доносятся звуки нескольких ударов и падения тел. Подбегаю, стоит твой батя, дует на кулак, а рядом на полу корчатся эти трое.
Мы тогда домой вместе пошли, я, твой отец, тот парень в очках и наши дамы. Захватили с собой еще выпить в буфете, посидели в парке, познакомились, пообщались, с тех пор друзья. Кстати, оказалось, что твой отец с этим очкастым парнем невероятно кстати познакомился, тот ему очень важную услугу оказал, (об этом не буду, так как не имеет прямого отношения к основному рассказу, но поверьте, очень важную услугу, отцовского лучшего друга спас).
- Ни фига себе, никогда бы не подумал, что он так может. А кстати, что он им такое сказал, что они так подорвались за ним?
- Извини, там не совсем приличная фраза была, а я же все-таки здесь педагог, а ты учащийся. Так что лучше ты у него спроси, захочет — сам скажет.
При первой же встрече с отцом я рассказал про наш разговор с директором комбината и повторил свой вопрос, что он сказал тогда этим босякам.
- Откуда я знаю, что их так взбесило? Ничего особенного я им, вроде, не сказал. Я вообще ни с кем драться не собирался. Да и в институт я тогда документы подал, через три дня первый экзамен, как я на него со следами мордобоя на своей харе приду? Просто моя тогдашняя невеста была слишком интеллигентная дама, все ой, да ой, как же мы теперь домой пойдем, да они же нас живыми не выпустят, да давай милиционера позовем. Милиционера позвать я, как ты сам понимаешь, никак не мог, но и драться с ними при даме я не мог, она же запросто в обморок могла грохнуться. Я надеялся, может выпьют еще и отстанут. А эта шпана все угрожает и угрожает. Вот и не оставили они мне сами другого выхода. Подошел к ним и говорю, со всем уважением, конечно, что вот, господа, вы вроде бы изъявляли желание со мной выйти и поговорить? Как раз сейчас я направляюсь в туалет, если желание разговаривать у вас не пропало, можете выйти за мной следом, там и поговорим (потом батя помолчал, махнул рукой, типа ладно, чего скрывать, взрослые люди), а заодно, если вам не трудно, и подержите меня за пипиську, пока я ссать буду. Похоже, что-то в моих словах им не понравилось, вот они и бросились. Никакой, наверно, из меня дипломат.

Я, к сожалению, не обладал такими талантами, как мой отец, но все-таки нашел способ сделать так, чтобы больше никто в нашей группе этого мальчика не дразнил.

44.

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

45.

История про жидкое мыло напомнила.
Тем, кто предпочитает читать истории только на актуальные и злободневные темы, рекомендую мою зарисовку сразу пролистать, абсолютно ничего не потеряете. Тема моя достаточно мелкая, всего-то как один мужик помыл ноги в гостинице, а другой побрился. Тех же, кто любит просто поржать над курьезными жизненными ситуациями, надеюсь, она развеселит..
В середине восьмидесятых жил в Воронеже, в гостинице с таким же названием. Гостиница располагалась к красивом старинном здании в историческом центре города, а внутри этого здания было полное убожество. Умением решить вопрос с администратором гостиницы, чтобы тот принял мзду, а взамен предоставил приемлемый номер со всеми удобствами, я тогда еще не обладал (когда часто приходится путешествовать, такое умение приходит, но с годами), поэтому мне достался какой-то обшарпаный номерок на пятом этаже, вернее даже койка в двухместном номере. Паркет на полу был весь вытоптанный, кровать скрипела и шаталась, из бонусов было одно радио, удобства цивилизации были общими на весь этаж и располагались они в самом конце коридора. Пока дойдешь до туалета, можно три раза обоссаться по дороге.
Собрался на ночь помыть ноги. Захожу в санузел, тот который в конце коридора, задираю ногу в умывальник, намыливаю - вдруг на моих глазах кончается вода, и я так и остаюсь остаюсь с намыленной ногой. Перед соседним умывальником стоит мужик, бреется. Вот как только он начал бриться, так сразу и отключили воду, так что он в результате остался с намыленной и недобритой физиономией. Мужик этот прежде меня сообразил, что нам надо делать, и говорит:
- Быстрее бежим на четвертый этаж, если законы физики не брешут, то на нижних этажах еще какое-то короткое время из крана должна течь вода. Только надо спешить, времени у нас вообще нет.
Бежать на четвертый этаж - это, чтоб вы поняли, сначала пробежать через весь длинный коридор до лестницы, потом спуститься по ней на два пролета, а потом на четвертом этаже по коридору столько же в обратную сторону до санузла. Причем если мужику надо было просто бежать, то мне пришлось еще и бежать с намыленной ластой. Добежали. Мужик в темпе принимается за бритье, а я задираю намыленную ногу и пытаюсь поскорее смыть мыло, пока и здесь кран не опустел. Жидкой струйки воды только и хватило, чтобы смыть мыло, но как только задрал в умывальник вторую ногу, как вода снова закончилась. С одной стороны приятно, что хоть успел мыло смыть, но, с другой стороны, идти ложиться спать, когда у тебя одна нога чистая, а другая грязная и вонючая после беготни по пыльному городу длинным летним днем, совсем не в кайф, поэтому подрываюсь и продолжаю свой марафон уже в направлении третьего этажа. Мужик бежит за мной, он тоже далеко не всю харю успел побрить.
На третьем этаже вода из крана уже вообще течет, как из комариной пиписьки, поэтому чтоб хоть как-то успеть, действуя в бешеном темпе, кое-как намыливаю вторую ногу. Мужик тоже так яростно чешет бритвой по щекам, как будто это не его щеки, а его личного врага. Но похоже, сегодня явно не наш день. Я снова только успел намылить свое копыто, как кран захрюкал и сдох, так что смывать мыло бегу по уже накатанной схеме на второй этаж, который является нашей последней надеждой, поскольку первый этаж в гостинице был не жилым, и если там и был санузел, то он, скорее всего, оказался бы закрыт. Мужик, который тоже чего-то там на своей морде не успел добрить, по традиции, мчится со мной наперегонки. Прибегаем. Все, капец, не успели. На втором этаже в умывальнике нас встречает сухой, как полдень в Сахаре, кран, который только и может, падла, что хрипеть пресмертным хрипом. Наша последняя надежда найти где-нибудь в пределах досягаемости хотя бы пару ковшей воды, такой обычной и такой сейчас необходимой, но при этом и такой недоступной, умерла безвозвратно. Руки у нас у обоих опустились, стоим грустные, он с полувыбритой щекой, я с намыленным лаптем, думу думаем. И тут уже мне удалось проявить креатив. Взгляд случайно упал на оставленную кем-то на подоконнике пустую поллитровую банку. Эта банка и подсказала мне спасительный выход. Сняли крышку со смывного бачка в туалете (бачки тогда еще были чугунные, с цепочкой, висели высоко над унитазом, кто постарше, конечно, помнит), и черпая оттуда так кстати подвернувшейся банкой воду, наконец с победой завершили это путешествие по своим четырем кругам ада.

46.

Народный врач Дегтярев
О его мастерстве хирурга, универсальности врача, рассказывали легенды, которые оказывались реальностью, и реальные истории, похожие на легенды.
Прокопий Филиппович Дегтярёв возглавлял Барановскую больницу три исторические эпохи – довоенный период, послевоенный и развитого социализма. С 1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.
Предоставим слово людям, его знавшим.
Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.
В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.
Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.
Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…
Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.
Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.
Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.
В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.
Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!
Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…
Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».
…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…
Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.
Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.
Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…
А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.
***
Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.
Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).
У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.
Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.
Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.
Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.
Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.
…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…
Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе!» Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.
40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!
***
Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы
Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.
Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.
После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.
Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.
Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.
Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.
Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…
Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.
Он был настоящий народный врач.
***
Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П.Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.
Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.
Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.
И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.
Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

47.

Позавчера общался с одним шапочным знакомым и зашла речь про его недавнюю поездку на Украину.
- «В Украину» надо говорить – вдруг поправил он меня.
- Почему так? – спокойно и абсолютно без подколки попытался уточнить я. Он неожиданно сильно взволновался и понес какую-то «пургу», про уважение, про политкорректность и т.д. и т.п.
- И так вообще-то правильно! – в конце своего спича безапелляционно заявил он.
А вот и нет, уважаемый! Исторически и литературно в русском языке так сложилось, что говорить и писать правильно, именно: «НА Украину». Предполагаемое происхождение от русского слова «окраина» (в старославянском «оукрайна», причем «оу» произносится как «ук»), и ни одному здравомыслящему человеку, владеющему русским языком, не придет в голову сказать: «Я пошел, поехал В окраину», если только персонажу анекдота про «Один кофе и один булка». Другое, возможное происхождение от слова «у края», т.е. у границы, рубежа. И ведь тоже не скажешь: «поехал В границу, В край, В рубеж», или «НА», или «ЗА». В каких воспаленных мозгах появилась эта идея, какие-такие нездоровые ассоциации для них вызывает обычный русский предлог «НА»? Всегда по-русски говорили: «НА Кубе, НА Аляске, На Майорке, НА Алтае, НА Кавказе, НА Дальнем (Ближнем) востоке и т.д., и никому и никогда это не казалось обидным, уязвляющим местечковое самолюбие и тем более - неполиткорректным. Почему я должен коверкать СВОЙ РОДНОЙ язык, в угоду каким-то психически ненормальным чудакам? Если в других языках используется предлог «В», то ради бога, используйте, но не учите меня, как говорить правильно на моем родном языке. Почему мы говорим: В лес, но НА природу, В магазин, но НА рынок, В бассейн, но НА речку и т.п.? Я лично не знаю почему, может какие-нибудь языковеды и в курсе, но я абсолютно уверен, что так говорить по-русски ПРАВИЛЬНО! Попробуйте говорить наоборот и станете посмешищем среди русскоговорящих. Разговор скомкался, на мои аргументы, этот знакомый пробормотал что-то про великоимперские амбиции и уязвлено удаляясь, привел самый мощный аргумент всех времен и народов для проигрывающих в спорах, из серии «Сам дурак»: Как можно спорить с идиотом?
Вообще, с этой политкорректностью, что-то не так. На одной вечеринке познакомился с черным парнем, недавно приехавшего в Россию из Судана, и активно учившему русский язык. Он вдруг очень обиделся, когда в разговоре промелькнуло слово «негр». Парень оказался с юмором и сам потом долго ржал, какой он придурок, когда ему объяснили, что русское слово слово «негр» не имеет под собой никакой расовой неприязни или дискриминации, нет у него ничего общего с обидным английским «nigger» и это такое же просто название, как, например, азиат или европеец, что у нас черная раса даже официально называется негроидной. Ну да, так принято в русском языке и что теперь – посыпать голову пеплом? А нам сейчас зачем-то пытаются навязать, каких-то афроамериканцев, афроевропейцев…, ага – афроафриканцев, потому что белое население Африки должно называться африканцами, по той же схеме… Какая-то ущербная политкорректность получается.
Кстати, вот вам идея братья-славяне, надо украинцам называться укроевропейцы или укропейцы и всех заставлять так вас называть. И тогда точно все начнут говорить: «Поехал В Укропу, В Укропе… А что, весьма политкорректенько… ))).
А если серьезно, то все эти якобы обидные прозвища, типа москаль, хохол, на самом деле просто исторические названия определенных групп населения, не более того. Кто-то специально баламутит воду, а дурачки ведутся…
Как говорил мой тренер: «Только морально слабый обижается на слова, сильный духом должен быть выше этого».

48.

Ода портянкам.
Нет, это не то, о чем вы подумали, а некоторые даже злорадно заухмылялись. Речь пойдет, именно о портянках, в прямом смысле этого слова, о двух прямоугольных кусках плотной хб или байковой ткани, размерами примерно 30х60 см. Впрочем, и не только о них.
Портянки имеют одну замечательную особенность: у каждой четыре угла и две стороны, то есть их можно восемь раз перемотать свежей тканью к ноге. В армии, например, баня у нас была один раз в неделю и портянки выдавались тоже раз в неделю после бани (1988-1990г.). В Российской империи и в СССР, до массового строительства благоустроенного жилья при Хрущеве, подавляющее большинство населения проживало без удобств в виде ванны или душа, и в баню традиционно ходили, также, один раз в неделю. А повседневная обувь, также у подавляющего большинства (кто мог себе их позволить) была сапоги. В сапогах ходили, и солдаты, и офицеры, и купцы, и промышленники, и крепкие крестьяне, и служащие, и даже, любимец Поклонской, император Всея Руси и пр., и пр. Николай II, на всех парадных портретах в полный рост, которые я видел, он обут в сапоги. И думаете он носки с подтяжками под сапоги надевал? Ну не было тогда технологии резинок в ткани. Портянки, их родимых, мотал, и не думаю, что от этого чувствовал себя неуютно или ущербно. В советское время была такая уже ретро загадка: «Почему Сталин ходил в сапогах, а Ленин в ботинках?». Один из вариантов большинства неправильных ответов был: «Потому что портянки наматывать не умел». Правильный ответ – по земле (по чему). На моей памяти, когда я был пацаном у бабушки в деревне, большинство мужиков, особенно старшего поколения (практически 100%) ходило в сапогах, зимой переобуваясь в валенки с калошами, но тоже с портянками.
- Деда, а тебе в сапогах не жарко? – спрашивал я летом, смотря на свои сандалики (обязательно с носочками).
- Я то, в своих сапогах, и по навозу, и по стерне, и по лужам пройду. А ты? – улыбался дед.
- Не-е, не пойду! Баба заругает! – расстраивался я. –Тоже хочу сапоги!
- Вот будешь хорошо кушать, быстро вырастешь и тебе такие же сапоги справим – притопнул ногой довольный дед. Вот такая деревенская педагогика, и замечательно работающая, между прочим.
В армии на КМБ (курс молодого бойца) сержант учил: Подмочил ноги, зашел в помещение – не торопись сразу перематываться, потерпи минут двадцать, дай сапогам чуть подсохнуть, тогда и перемотай, той частью портянки, которая была на лодыжке, и будет ногам снова сухо. Вы представьте, в армии, запасные носки в карманах носить, а после переодевания мокрые и грязные..., как-то не комильфо. По моим прикидкам, мои армейские юфтевые сапоги, выдаваемые на год, без ремонта, при тех нагрузках, и бег, и строевой шаг, практически не снимаемые (только несколько раз, когда надевалась «парадка» с ботинками), проходили 10-15 тыс. км. Какая современная обувь может таким «пробегом» похвастаться? Мать прислала шерстяные носки, лично связанные по продвинутой технологии (дополнительно заводилась капроновая нить в подошву и пятку). И что вы думаете? Протерлись нафиг, хватило, с поддетым простым носком (стирал их каждый вечер), в сапогах ровно на неделю.
Фу, скажут «эстеты», а запах то от недельных портянок? Ну да, не без этого. Но человек такая скотина – ко всему привыкает и перестает замечать. Общеизвестный факт, что в средневековых европейских городах, в частности в Париже, ночные горшки выливались из окон прямо на улицу, прохожие и домашний скот гадили там же. Дерьмо было везде, никто его не убирал, но думаю, никого эти запахи особо не напрягали, это было нормально, к этому привыкли с детства, никто с возгласом «фи» не зажимал носик и не рыгал у стеночки, и не мылись они вообще. В средневековой Японии не выращивали домашний скот и не ели мясо (вообще не ели, об этом можно прочитать в очень достойной книге Джеймса Клавелла «Сёгун», очень помогающей понять менталитет японцев). Так вот, в Японии поля удобряли человеческими экскрементами, растворяли в воде и поливали. Если какой-нибудь самурай присаживался по большому делу на улице (абсолютно нормальное явление), то рядом сразу начинал ошиваться какой-нибудь крестьянин с просьбой о разрешении подобрать по завершению. Прям, как охота наших бомжей за пустой бутылкой. Если бы средневекового жителя привезти в наш мегаполис, то он бы был очень сильно удивлен и возмущен до тошноты, до рвоты, как мы тут дышим, тут же так воняет выхлопными газами. А нам нормально, мы привыкли и уже просто не замечаем. Наверное, наше современное отношение к естественным запахам очень надуманное, наносное, привитое с детства воспитанием и отношением взрослых и других детей. Не секрет, что на некоторых женщин действует, как афродизиак, запах сильного, молодого самца, пропотевшего, нормально так, здорового мужика. Вроде запах, и резкий, и не очень приятный, но почему-то очень возбуждает, видно против матушки природы не попрешь. А что он неприятный – внушено, напето нам с экранов, в рекламе дезодорантов и пр. Маленькие дети (до года) с явным удовольствием "жамкают" ручками и размазывают свои какашки (это я вам, как отец двоих детей, заявляю), а потом включается воспитание: Нельзя, кака, фу гадость, это плохо, насколько, тут же демонстрирует, увидевший это, «счастливый» молодой отец, рыгающий в туалете. В животном мире же никаких внушений, моя собака на прогулке с удовольствием нюхает какашки других собак, а насколько я знаю, новорожденные слоны в месячном возрасте активно начинают поедать навоз родителей, чтобы создать у себя к кишечнике колонию микроорганизмов, позволяющую им переваривать грубую растительную пищу. А если завтра нам всем станут внушать, что, например, запах земли — это плохо, просто ужасно. Что надо с этим запахом бороться специальными дезодорантами и освежителями, закатать в асфальт, закрыть как можно больше поверхности. Выступят медики и ученые, расскажут про гигиену, про вред здоровью, наносимый землей. Скажут нам как это вредно видеть сырую землю, вдыхать ее запах, психологи, что это может привести к серьезным психическим заболеваниям. Мы будем ругать наших детей за землю на ботинках. Дети в садике и школе будут кричать: Фу, ты в земле измазался, уйди, от тебя воняет и т.д., глядишь, уже через пару поколений, у кого-то уже будут возникать рвотные рефлексы от запаха земли после дождя.
Есть у меня знакомый, военный, в конце девяностых попал в международную миссию ООН в одно из центрально-африканских государств, почти на экваторе. Несмотря на кучу предварительных прививок, он, как и вся миссия, постоянно мучился, то кишечными расстройствами, то кожными болячками, неизвестной ему этимологии. То сыпь, то лишай, то просто непонятное покраснение значительных участков кожи со сильнейшим зудом. Сам он по специальности военный медик, но ничего кроме антибиотиков персоналу миссии предложить не мог. Его и самого просто замучил, вроде как, тривиальный фурункулез, который в обычных условиях элементарно лечится курсом из пяти-семи уколов. Далее с его слов. Жара, высокая влажность, весь мокрый ходишь, одежда постоянно влажная, если что из продуктов не убрал сразу или не помыл, плесень махом всякая вылазит. Взял я в помощники одного из местных, помыть чего, убраться, по поручениям сбегать. Черный парень лет двадцати, очень атлетического телосложения, вполне владеющий «пиджин инглиш» (упрощенный английский). Весьма сообразительный, но страшно ленивый. Видя, как я кипячу инструменты, чтобы вскрывать себе очередной фурункул, говорит:
- Ты белый парень-человек болеешь потому, что много моешься. Я Нугу - никогда не болею, потому что моюсь только когда очень сильно грязный, а ты каждый день. Я рассказал ему старый бородатый анекдот: «Как найти негра в темноте? Достаточно просто принюхаться.». Не обиделся.
- Моя мать-женщина мне говорила, вспотеешь - не вытирайся и тем более не мойся, пусть на тебе все останется, тогда болеть не будешь. Вот Анна-женщина (полненькая, лет тридцати пяти, рыжая, довольно симпатичная ирландка) каждый день по три раза моется, а потом к тебе лечиться бегает, вся задница уже в дырках от уколов.
- А ты понятно подглядываешь? – ограждение душа было весьма символическим (удобства на улице, но воду нам в миссию, специально очищенную, привозили каждый день цистерной).
- А ей нравится! Она у себя там пальчиками водит. Только к себе близко не подпускает и трогать себя не дает – сперва заулыбался, потом погрустнел Нугу. Не стал я ему рассказывать, что позавчера, еще не рассвело, ворвалась ко мне в бунгало с диким, истерическим криком Анна. У нее на гениталиях и вокруг за ночь образовалась какая-то плесень. Красивого такого, насыщенного стального цвета с изумрудным отливом, а днем она всего лишь поговорила с Нугу и провела пальцем по одному из ритуальных шрамов на его атлетической груди.
- Я же сразу руки с мылом помыла – рыдала она.
И тут я задумался. Живут же в симбиозе с нашим организмом, в нашем кишечнике лакто и бифидо бактерии, которые подавляют другую патогенную флору, почему же такого не может быть и на нашей коже? Бактерии, к которым у нас «железобетонный» иммунитет с детства, но которые создают среду, не позволяющую развиваться другим микроорганизмам, вызывающим различные заболевания. А мы эти полезные бактерии постоянно и безжалостно смываем мылом и другими средствами. По аналогии, это как бы мы каждый день делали промывание кишечника антибактериальными средствами, а потом жаловались на непрекращающийся понос. А запах – это просто побочный эффект жизнедеятельности наших бактерий, не более того. Далее события «понеслись вскачь», он и думать забыл про этот разговор и свои мысли. Его и еще одного англичанина захватили в заложники воины враждебного правительству племени и держали больше трех недель в яме, типа зиндана, бросая туда один раз в день две пресные кукурузные лепешки и две пластиковые полторашки мутной, солоноватой воды. Естественные надобности вынуждено справляли там же в яме. С его слов, за это время он так привык, что запахи фекалий и немытых тел не вызывали уже никаких отрицательных эмоций. Потом им удалось сбежать и почти неделю по джунглям еще выбираться к «своим» (это отдельная история – как-нибудь расскажу). Самое поразительное, пока суть да дело, его фурункулез полностью прошел и не появилось ничего нового. По приезду домой, он провел ряд исследований, подумывал о диссертации и даже пытался напечатать статью в медицинском журнале. Но коллеги бактериологи только посмеялись, Hygiena semper. Ну да, скажите вы, с помощью гигиены победили многие страшные заболевания, вызывающие пандемии в прошлом. Я с вами, пожалуй, почти соглашусь, холера и дизентерия - да, но вот вопрос: Спасает ли вас от гриппа, передающегося воздушно-капельным путем, то что вы два раза в день принимаете душ и моете руки после посещения туалета и перед едой? Спасла бы гигиена кого-либо от легочной чумы, также передающейся воздушно-капельным путем, и пандемии которой в средние века практически опустошали Европу? Спасает только очень крепкий иммунитет и разумные меры предосторожности. Опять же, медики Японии забили тревогу. Выявилось резкое снижение иммунитета у детей последнего поколения. И обвиняют они в этом, в первую очередь, антибактериальные средства (гели, мыла, салфетки и т.п.), потом пищу с консервантами и пр. добавками, и только потом антибиотики. Потому что применение антибактериальных средств стало повсеместным и бесконтрольным. Как там слоган у известного средства: «Убивает все известные микробы!». А надо ли все?
Мой дед в сибирской деревне, когда ехал в лес, никогда не брал с собой воду.
- Чо я в лесу воды не найду? - и пил, отстоявшуюся воду из луж, зачастую в паре метров от пьющего коня. И хвалился при этом, что у него не разу в жизни не болел живот.
Читал недавно инструкцию для посещающих Индию. Категорически не рекомендовалось, входить в какой-либо контакт с местными вне туристических зон, не посещать трущобы, не покупать уличную еду, не купаться в пресных естественных водоемах, не употреблять и не чистить зубы водопроводной водой, не посещать массовые местные мероприятия, не ездить на местном общественном транспорте, не трогать, не помытыми предварительно руками, глаза и губи и т.д. А местные аборигены прекрасно себя чувствуют и интенсивно при этом размножаются. Вижу недавно молодую мамочку с мальчишкой лет примерно двух, гуляющих в парке. Малыш подобрал с земли небольшую веточку сирени, кем-то оброненную, тут же истерический крик: Брось немедленно! Это кака! И сразу ручки антибактериальной салфеточкой… Какая Индия? Ему скоро за МКАД выезжать будет опасно для здоровья. Я, конечно, весьма утрирую, нет, не подумайте, я никакой-то там вонючий бородач, ратующий за возвращение к «истокам». Каждый день принимаю душ и меняю белье с носками (Noblesse oblige-положение обязывает), и пахнет от меня парфюмом, а не застарелым потом, но в последнее время отчетливо понимаю, что во всем должна быть разумная мера. Ой, как не хватает нам чувства меры. Во всем…
Вернемся все-таки к нашим портянкам. Полностью осознаю, что портянка, как элемент одежды, практически умерла, но кто-то должен был ей пропеть последнюю: «Слава!».
А с сапогами, в лес ли, на рыбалку ли – я по-прежнему наматываю байковые портянки – а ничего так – комфортненько…

49.

Однажды мы с мужем были в Крыму и в небольшом приморском городке решили повидать одного мужичка, которого муж знал понаслышке как мастера своего дела. Работы этого умельца-самоучки мы видели в том же городке, а вот с самим пообщаться не доводилось. К слову, мой муж страстно увлечен тем же самым искусством. Чтобы не палить фамилии не буду называть, каким конкретно.
Итак, идем по улице и спрашиваем где найти такого-т. Местные вопросу не удивляются, в маленьком городке знают этого персонажа практически все. Нам показывают дорогу, называют улицу, описывают приметы дома. Шли мы долго, блуждали по извилистым улицам, идущим, как тут на ЮБК водится, то в гору, то под гору. Местные рукой нам махали то в одном направлении, то в другом. Короче, рано или поздно, приходим к заветной калитке. На наше «Есть кто дома?», выходит хозяйка. Говорит, что да, такой-то здесь живет. Подождите, дескать, здесь, во дворе, сейчас придет. И звонит ему по мобильнику: «Ждут тебя тут люди, приходи». Через некоторое время является и сам персонаж. Сначала какое-то напряжение в его взгляде и поведении я уловила. А потом поболтали, как-то размяк он. Понял, видать, что муж мой реально его работой интересуется. Вызвался сходить до места, еще раз все показать. Как из двора вышли, он и говорит: «А мне ведь сразу люди сказали, что меня мужик какой-то ищет. И чего же они не уточнили, что он с бабой, пардон, с женщиной. Я бы сразу пришел, не пришлось бы вам меня долго искать». А надо заметить, этот наш знакомец с явно выраженной чертой характера – бабник. Он, правда, еще и алкоголик запойный, на тот момент в завязке. Прискорбно, что алкоголизм часто губит творческие натуры, не находящие должного отклика у окружающих. Но в данном случае речь не об этом. Склонность к амурным похождениям у персонажа читалась во всем. И в кокетливом хвостике кудрявых седых уж волос. И в заинтересованном взгляде, которым он смотрел на всех без исключения женщин. Такой взгляд не спутаешь ни с чем. Вот встретишься с таким случайно глазами и сразу понятно, что секс с ним будет приятным приключением, причем будет возможно прямо сейчас. И не смотря на то, что лет ему было уже за полтишок, и наружность его носила неумолимые свидетельства другого увлечения – алкоголизма. Но был он до сих пор привлекателен. Вот сразу верилось, что влюбиться в него можно, не смотря ни на алкоголизм, ни на б.тскую натуру, ни на вечное безденежье. И плакать потом то от счастья, то от обиды и ревности.
Но вернемся к тому, почему же он от нас прятался. Э нет, не о своих неоцененных формах я веду речь… Просто убоялся он, что мужик его ищет, чтобы морду набить за очередной адюльтер. Видать какая-то история еще не получила своего закономерного развития. А если ищет мужик с бабой, то это совсем другой коленкор!