Стишок №5 за 18 декабря 2020

В Крыму почти как в Дагестане,-
есть только разница во вкусах:
Одни клянутся на Коране,
другие следуют Исусу.
Одно единство в их судьбе,-
все выходцы из КГБ.
Все тащат, чтоб им было пусто,
коррупция для них - искусство.
Она везде и кумовства объятья.
Власть и коррупция -
почти как братья.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

коррупция почти пусто кгб тащат чтоб объятья

Источник: anekdot.ru от 2020-12-18

коррупция почти → Результатов: 4


1.

Все знают фильм "Добровольцы", практически про мою семью, моих родителей (Кайтановы) и семью дяди (Уфимцевы).

История случилась с мамой, она служила с папой на Дальнем Востоке, комсомолка, вожак, секретарь ячейки и т.д. Служить минным содержателем начала ещё до войны. Что такое склады Тихоокеанского флота, сколько: снарядов, мин, порохов и прочего опасного накопилось там с царских времен, трудно даже представить и всё это требовало тщательного контроля и ухода, а вес всего этого ого-го, вес только одного капсюля от заряда калибра 12 дюймов, кастрюли из латуни в 30см представить можно, а уронишь... Это всё написал, чтобы понять обстановку случая.

На склады приехал с проверкой командующий флотом... цари разные и боги для матросов будут пониже его рангом. Проверкой остался доволен, на складах порядок, после проверки задаёт вопрос "какие есть вопросы и пожелания?" Мама высказала, что всё хорошо, но вот матросики много курят, а время-то рабочее идёт...
Командующий ответил "глупенькая (мама была миниатюрная, почти как девочка), они ходят курить, чтобы руки не тряслись, если, что тут всё взорвётся..." и она испугалась не своей смерти, а того, что будет уничтожено столько государственного, народного добра. Была ли мама фанатична, вовсе нет, просто тогда так жили, для тех людей это было нормально чувствовать себя ответственным за всё вокруг, за всю страну. Тогда была и коррупция и бытовые неурядицы,
но было ещё что-то, что потом потеряли.

2.

Ко мне на работу пришел новый сотрудник, молодой выпускник того же ВУЗа, нынче это целый Университет, который когда-то закончил и я, правда у нас разные выпускающие кафедры были. Про текущие дела в Универе я более или менее знаю, но вот тонкости нынешней атмосферы на Военной кафедре меня позабавили. Ходят там нынче строем, в форме, зубрят устав и, собственно говоря, все. Конкурс бешенный, так как звезды на погонах нынче в цене, а офицеры почти все новые, ни одной знакомой фамилии, кроме начальника, и все из строевиков - жуть. В связи с чем вспомнил и свои молодые годы, и мое взаимоотношение с военкой.
Будучи студентами второго курса, мы все получили приглашение пройти обучение на Военной кафедре, с целью получения звания лейтенанта, и стать офицерами запаса. Пошли почти все, шли в основном чтобы получить "отмазку" от армии, да, да, знаю, "не служил - не мужик", но засуньте эту максиму в... Другая часть подавших документы лелеяла начать карьеру с офицерской должности в ментах или в налоговой, а был и один товарищ, который решил пойти служить, нынче он уже в больших чинах. Среди прочих документов, что нужно было предоставить на военную кафедру, была и справка о здоровье, которую нужно было получить в военкомате, пройдя комиссию. На комиссии выяснилось, что я не гожусь в офицеры, ибо зрение мое не очень, без очков я вижу очень сильно так себе, да и в очках не совсем идеально. В рядовые я гожусь, а вот в офицеры нет, видимо офицер должен видеть и узнавать своих рядовых, а обратное, наверное, не обязательно. В общем то ли двадцать, то ли тридцать баксов решили проблему с моей справкой. В середине девяностых все цены были в баксах, рубль вообще никому не был нужен. Да, и я опять же знаю, коррупция — это плохо, но в девятнадцать лет я на это смотрел иначе, как на своего рода элемент квеста. Придя на третьем курсе на военку, я осознал, что это полная лажа, учили нас технике, снятой с вооружение еще в восьмидесятых, и электротехнике на лампах, ну вы понимаете — это за дурь. Пять минут общение с начальником кафедры, милейший и понимающий мужик был, и я стал свободным человеком на семестр, а кафедра получила сотню баксов на "закупку канцелярии". В то время я уже работал, и время свое ценил куда больше, чем деньги. Таким вот нехитрым образом мы, я и кафедра, прекрасно провели три года - по сотне в семестр. Однако пришло время закончить наши отношения, и меня пригласили прийти на экзамен, так сказать для массовки. Одел я пиджак, повязал галстук, так требовалось правилами тогда, и встал в строй организованный после "экзамена". И вот тут появился он, жирный, на сто пятьдесят кило, полковник. Жопа, пузо, отдышка, красная потная рожа, и мат. Он сходу начал нас обкладывать матом, в стиле "..ять какие вы ..ять офицеры, с..ки, строй не держите...", ну и дальше в том же духе. Стоим, скрипим зубами, терпим. Тут эта жирная свинья заметила меня, и мои очки в сантиметр толщиной, контактные линзы с моим астигматизмом тогда еще не делали, и выдала "Ты .ять, очкарик ..уев, ты же ..ять, в сарай с пяти метров не попадешь". Ну что делать, меня очкариком с пятого класса не называли, последнему назвавшему я зубы батареей подрихтовал, после чего меня пришлось перевести в другую школу, а матом на меня вообще ни разу не орали. Об этом я и сообщил полковнику, добавив что "в его жирную задницу я точно не промахнусь, даже без очков". Ору было, руками махал, а потом ушел в кабинет начальника, куда меня дневальный и вызвал минут через пять. Ну думаю, прощайте мои лейтенантские звезды, ну черт с ними, изначально надо было не дурью страдать, а идти к военкому с пятью сотнями, так бы даже дешевле вышло, и быстрее. Начальнику кафедры, ну после того, как слегка утихла истерика у жирного полковника, я сообщил что хочу узнать, исключительно в целях самосовершенствования, какая педагогическая метода предполагает крыть матом студентов, и как он отнесется к тому, что и его будут называть очкариком, ну как минимум наш дорогой полковник. В итоге мне было велено вернуться с строй, и чуть позже всем сообщили что они отправляются на сборы, под руководством т-ща полковника, сразу после защиты диплома, а лично я остаюсь в распоряжении кафедры. Через полчаса я покинул кафедру, оставив очередную сотню на "приобретение строительных материалов", и забыл об этой истории. И все было бы ничего, но в середине августа мне предложили заехать на кафедру и забрать бумажку, которую в конечном итоге нужно было обменять на военный билет в военкомате. Эти бумажки оказывается получили все, на сборах. На кафедре меня ждала бумажка, полковник, и два милиционера. Полковник радостно потер пухлые лапки, и сообщил что прямо сейчас, все мы, в компании милиционеров отправимся в военкомат, откуда я отбуду на военную службу. Наказать так решил. Ну пока ехали до военкомата, я позвонил, о мой первый сотовый, эрикссон, тогда еще не сони, в общий отдел института, а потом и в первый, и уже в военкомате имел честь сообщить что я, в соответствии с приказом, студентом числюсь аж до тридцать первого августа, и имею на этот срок отсрочку. В общем повестку я не подписал, и был отпущен военкомом догуливать до первого сентября. Военком же был такой же строевой как и полковник, и я осознал что пять сотен тут не пройдут. За две недели я успел договорится с кафедрой, и первого сентября вышел приказ об моем зачислении в аспирантуру, которую я и закончил с защитой, и получением корочек к.т.н., и вот уже много лет числюсь доцентом родной кафедры на 0,25 ставки, читая одну лекцию по профпредмету раз в две недели. Но тут-то история не заканчивается. Лет десять назад мой научрук сообщил мне, что полковник решил стать кандидатом технических наук. Защищает диссертацию буквально через две недели, на том же совете, где защищался и я, и в который нынче входит мой научрук. Это было счастье, я как на крыльях поехал к научруку за авторефератом моего "знакомца", и в течении полутора недель мои мальчики, а среди них большая часть это мехмат и физфак, не работу работали, а разбирали по словам творчество т-ща полковника. На защиту я явился на законных основаниях, как доцент кафедры, и при мне был двухсотстраничный документ, сделанный моими сотрудниками, после прочтения которого диссертант должен бы сделать себе харакири. Это была самая убогая защита на моей памяти. После доклада я попросил слова, и сделал выжимку по своему документу, превратив в прах труд и надежду любителя орать матом, и попросил, под протокол, включить его в материалы заседания. Ученый секретарь, очень мягкий и гуманный человек, предложил полковнику снять диссертацию с защиты, но тот настоял на вопросах и голосовании, по итогу которого получил полный набор черных шаров. Все было бы ничего, но оказалось что кандидатом этот чудак стал, правда получил он к.пед.н, уж не знаю как, и нынче он начальник Военной кафедры, видимо самой "строевой" за всю историю института.

3.

Коррупция шагает по стране
Красивою,размашистой походкой.
И от Калининграда до Находки
Страна из-за коррупции в говне.

Коррупция в тупик нас завела,
Нас мыслить деструктивно приучила,
Огромнейшую силу набрала,
Почти что ,как египетская сила.

Коррупция - источник наших бед.
С невежеством они на пару ходят,
Электорат к депрессии приводят.
Влиятельней в стране тандема нет.

Но , рано или поздно ,всё пройдёт.
Пройдут и нашей Родины мытарства.
С коррупцией покончит государство,
А может быть совсем наоборот.

4.

Был в нашем районе в 80е-90е мобильный зубной кабинет. Смонтирован он был на базе интересного вездехода Чехословацкого производства. "Praga-V3S". Михалыч, водитель этой машины, не смотря на то что был не дурак выпить, слыл человеком уважаемым. Поддерживать эти качестве ему помогало то, что работая в больнице, он почти всегда мог достать спирт. В селе, куда предстояло ехать на этот раз, жил давний приятель Николай, поэтому спирта было припасено достаточно. В конце короткого зимнего дня, когда прием пациентов был почти закончен, Михалыч подошел к стоматологу и сказал что машина сломалась (для вида покрутил стартером при этом до конца убрав подачу топлива: "Не заводится блин!") посоветовав врачу ехать рейсовым автобусом. План удался. Забрав кореша, Михалыч отогнал стоматологию по снежной целине в сторону от села. Глубина снега и самоблокирующиеся мосты "Праги" позволяли это сделать. Этот зубной кабинет, почти что армейский "кунг", только комфорта больше, а по верхнему краю будки овальные окошечки, очень похожие на иллюминаторы. Мужики забрались в будку, включили люминисцентные лампы, запустили автономную печку, накрыли поляну, выпили по первой - красота! Через некоторое время на пульт дежурного РОВД поступил звонок:
- Тут у нас это! Приезжайте! В поле за селом летающая тарелка села! Да трезвый я!
Дежурный, на всякий случай, доложил начальству. Вечер был спокойным, и по адресу был отправлен наряд, с целью наказать звонившего за ложный вызов или вступить в контакт с пришельцами. Приехали на место, на краю села уже собралась толпа любопытных. Недалеко от деревни в морозном тумане светилось "нечто". Оценив глубину снега, сержант понял, что до НЛО на дежурном уазике не добрался. Взяли фонарики, начали продвигаться пешком. В этот момент Михалыч вышел отлить. Увидев на краю села работающую милицейскую "люстру" и огоньки, двигающиеся в его направлении, понял, что ничего хорошего это не предвещает. Он завел машину, и стал забираться в поле подальше. Услышав звук дизеля, сержант на мгновенье замер: "Под земную технику косят?" Ему, знакомому с научной фантастикой, думалось что двигатели инопланетных аппаратов, издают какие-нибудь другие звуки, или в слышимом человеком диапазоне не издают вообще. Но через несколько секунд он узнал звуки единственной в районе подобной машины. Михалыча он знал хорошо и сообразил чем он там занимается. Наряд вернулся:
- Тарелка, вашу мать! Зубной кабинет это!
- Слышим, не глухие, - сказал только что подошедший местный председатель.
- С дороги наверное сбились, - проговорил сержант.
- Ну-ну! - понимающе закивали местные.
Сержант отозвал председателя в сторонку:
- Если Михалыча увидишь, передай, с него канистра спирта (такая была коррупция), а главврачу мы доложим, что застрял.
После этого случая Михалыча кроме как "Пришелец" никто не называл.