Цитата #444801

zzz: Подъезжаю к Омску.
С одной стороны поезда степной пожар, с другой - затопленное паводком поле с покосившимися телеграфными столбами..

Дом, милый дом.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

Анекдоты из 22 слов

дом поле паводком покосившимися столбами милый

Источник: bash.org.ru от 2017-5-12

дом поле → Результатов: 29


1.

Говорят, мед обладает целебными свойствами и продлевает жизнь.
Я знаю, по крайне мере, 3 пчеловодов, доживших до весьма преклонных лет.
Особенно меня впечатляет история моего бывшего начальника.
Я поступил на работу в проектный институт в 1972 г.
Заместителем начальника был товарищ Н.
Через некоторое время ему предложили вступить в партию. Тогда его назначили бы начальником.
- Я еще не готов к такому ответственному шагу - отвечал Н., и его назначение откладывалось.
Но его назначили начальником. Событие неординарное. Чтобы беспартийного назначили начальником отдела, надо быть очень хорошим специалистом. И, главное, директор, явно ему симпатизировавший, назначил его, потому что он единственный не стремился занять эту должность и его назначение было компромиссом в длительной подковерной борьбе.
Когда его назначили начальником отдела, он не пересел за стол бывшего начальника, а остался на своем месте. Ему предложили хотя бы поставить на его стол телефон, но он запретил: будет причина лишний раз вставать из-за стола.
Наш отдел проектировал объекты для всего СССР, а так же для Вьетнама и Индии.
Естественно, как начальник отдела, он ездил и туда, и туда. Индусы на ряд объектов не захотели ставить советское оборудование. Его отправили в командировку в Великобританию для получения характеристик закупаемого индусами оборудования.
По приезде его из Англии, наш отдел, как водилось в СССР, послали на воскресник в колхоз. Старый начальник всегда посылал туда своего заместителя, т.е. Н. Но Н. никого замещать себя не посылал, а сам всегда ездил в поле с отделом.
Машины у него не было никогда. Он десятилетиями носил один и тот же костюм и обувь. Зарабатывал он не плохо, но жена и трое детей...
Он приехал в колхоз в повседневном костюме.
- Да, на прошлой неделе я ходил в этих туфлях по Пикадилли - сказал он, счищая грязь с обуви.
Единственным его хобби были сад и пасека. Нашему институту выделили очень неплохой участок под сады всего в 25 км от города. Он там построил прекрасный дом.
Был ли он образцом настоящего советского человека? Наверное, да, но... Соседи злословили, что они ни разу не видели на участке его жену, а вот его заместительницу встречали на его участке часто.
Я ездил в сад на Жигулях. А он на электричке. Однажды, когда он шел из сада на электричку с тяжелым рюкзаком, я остановился и предложил его подвезти. Он отказался. Не хотел ни от кого зависеть.
Я стал немощным стариком, перенес операцию на сердце, уволился, а он все руководил отделом.
Он перестал быть начальником только в 87 лет. В 90 лет он продолжает работать рядовым инженером в своем отделе.
Я редко, но езжу на дачу. Периодически вижу его с рюкзаком. Но уже не останавливаюсь. Он ни разу не сел ко мне в машину (сейчас после Копейки у меня уже третья).
Мед?
Его целебные свойства?
Да, я ел этот мед килограммами.
Целебные свойства не в мёде, а в пасеке. Её содержание, а не мед, продлевает жизнь.

2.

О том, что мой супруг болен на всю голову, свидетельствует уже тот факт, что он женат на мне. У него какое-то невероятное количество бзиков, которые со временем начинают распространяться воздушно-капельным путём на родных, друзей и знакомых.
Одним из таких бзиков является манера давать человеческие имена неодушевлённым предметам. Не всем, конечно, а только наиболее достойным. И он не просто их крестит - он с ними ещё и разговаривает.

Например, у него есть любимая кружка. На кружке нарисован пингвин. Пингвина зовут Пафнутий.
Я как-то поинтересовалась:
- А почему Пафнутий-то?
Муж посмотрел на меня удивлённо и спросил:
- Ну а как?
Я подумала и поняла: действительно, больше никак.
По утрам муж достаёт Пафнутия из кухонного шкафчика и говорит:
- Ну, брат Пафнутий, по кофейку?
Вечерами они с Пафнутием пьют чай, и муж мой жалуется ему на меня:
- Видишь, Пафнутий, с кем приходится коротать век? Цени, брат, одиночество, не заводи пингвиниху.

Ещё на даче у нас проживает болгарка по имени Зинаида. Болгарка - не в смысле уроженка Болгарии, а в смысле инструмент для резки металла.
Сперва муж назвал её Снежана, потому что считал, что у болгарки непременно должно быть болгарское имя. Однако, познакомившись с характером болгарки, он понял, что она Зинаида.
Когда нужно разрезать что-нибудь металлическое, он достаёт её из сарая и говорит:
- Зинаида, а не побезумствовать ли нам?
И они начинают безумствовать. А когда набезумствуются, он её относит в сарай, укладывает на полку и нежно говорит:
- Сладких снов тебе, Зина.

А в квартире у нас живёт шкаф по имени Борис Петрович. Вот так уважительно, по имени-отчеству, да.
Это мы когда только купили квартиру, то первым делом заказали шкаф. И собирал нам этот шкаф сборщик, которого звали Борис Петрович.
Конечно, сей факт бросает тень позора на моего мужа, но на самом деле этому есть объяснение.
Вообще-то, всю остальную мебель в нашем доме (а так же в доме моей мамы, в доме его родителей и в домах многих наших друзей) муж собирал сам. И шкаф бы собрал, как раз плюнуть, но вышло так, что в день доставки он находился в командировке и вернуться должен был только недели через две.
Я категорически отказалась жить две недели посреди немыслимого количества досок и коробок, к тому же мне не терпелось поскорей развесить всю одежду на вешалки, поэтому дожидаться мужа не стала и пригласила магазинного сборщика. И, конечно, сорок раз об этом пожалела.
Сборщик Борис Петрович, собираясь ко мне в гости, принял одеколонную ванну, и этим одеколоном марки "Хвойный лес" (или "Русское поле", или "Юность Максима" - не знаю) провонял весь дом. Я спасалась от амбре Бориса Петровича на балконе.
Работал Борис Петрович сосредоточенно, неторопливо, с чувством, с толком, с расстановкой, с пятью перерывами на чаепитие. Очень удивлялся, почему я не составляю ему компанию за столом. А я просто не могу пить чай, воняющий одеколоном.
Профессионал Борис Петрович, будучи сборщиком от бога, собирал шкаф с 9 часов утра до 11 часов вечера. Мой муж за это время мог бы легко посторить двухэтажный дом и баньку во дворе.
Вещи мои так и остались лежать в коробках, не познав холодка вешалок, потому что все две недели до приезда мужа я проветривала всю квартиру, и шкаф в частности, от аромата Бориса Петровича. Мне даже было стыдно ездить в метро, потому что мне казалось, что от меня на весь вагон таращит этим дешёвым убойным одеколоном.
Когда муж приехал, в квартире уже была вполне пристойная атмосфера. Он радостно подскочил к мебельной обновке, счастливо завопил: "О, шкафчик!" - и замер, распахнув дверцы.
Примерно минуту он приходил в себя от нахлынувшего на него смрада, а потом спросил меня:
- Эммм... Это что?
- Это Борис Петрович, - ответила я.
Вот так наш шкаф получил своё имя, а сборщик Борис Петрович, сам того не ведая, стал его крёстным (нашим кумом, стало быть).
Теперь муж, собираясь на какое-нибудь важное мероприятие, советуется со шкафом, что ему надеть:
- Борис Петрович, как насчёт синей рубашки?
Или просит:
- Не одолжите ли галстук, Борис Петрович?
Или вешает в него костюм и говорит:
- Борис Петрович, храни его, как свою честь.

Ещё у нас есть журнальный столик Степан.
Ну тут всё просто: мы его купили в разобранном виде, а дома выяснилось, что инструкция по сборке написана на английском и китайском языках.
Муж сперва потребовал у меня читать китайский вариант, потом минут десять возмущался, что женился на какой-то безграмотной лохушке, которая даже китайского не знает, а после этого милостиво разрешил читать по-английски.
Лохушка-жена и по-английски, в общем... кхммм... Но ещё что-то как-то.
В инструкции было написано: "step one". Ну, при моём произношении... В общем, так журнальный столик стал Степаном.
Когда я ищу зажигалку или какой-нибудь журнальчик, муж говорит:
- Не знаю, где. Спроси у Степана.

Ещё у нас есть микроволновка Галя. Я так понимаю, это что-то личное, о чём мне знать не надобно.
Потому что когда муж пихает в неё тарелку с едой и нежно говорит: "Согрей, Галя... Сделай это для меня, крошка..." - у меня все вопросы застревают где-то в районе щитовидки.
Отголоски романтического прошлого, видимо.

Ещё у нас на даче есть электроплитка, которая вечно ломается. Муж зовёт её Надюша.
Когда я спросила, почему именно Надюша, он ответил:
- Да была у меня одна... Тоже всё время ломалась.
Когда он утром собирается пожарить на ней яичницу, то всегда спрашивает:
- Ну, Надюша, сегодня-то ты станешь, наконец, моей? Давай, детка, дай шанс моим яйцам.

Ещё у нас есть пепельница Раиса. Муж утверждает, что то, что она Раиса, видно невооружённым глазом.
Когда муж хочет покурить, он говорит:
- Раиса, составь приятную компанию.
А когда его что-то отвлекает, то он кладёт в неё сигарету и говорит:
- Раиса, покарауль.

Эта инфекция носит вирусный характер.
У одних наших друзей есть телевизор Филя (потому что "Philips") и холодильник Анатолий (потому что в нём всегда напихано всякого говна, как в карманах жилетки Вассермана).
Другие лентяйку от телевизора назвали Люсей - в честь соседки, которая тоже, по их словам, лентяйка.
У третьих проживает стиральная машина Любовь Петровна. Когда им эту машину доставили и распаковали, то их старенькая бабушка всплеснула руками и сказала:
- Красивая, как Любовь Петровна Орлова!
И даже у моей мамы есть чайная ложечка по имени Изольда. Я так и не знаю, почему именно Изольда. Когда я попыталась это выяснить, мама посмотрела на меня, как на умалишённую (впрочем, она всегда на меня так смотрит), а муж возмущённо сказал, что более глупого вопроса в жизни не слышал, и что каждому дураку понятно, почему ложечку так зовут.

Собственно, вот.
Не знаю, зачем я тут всё это понаписала... Ну, вероятно для того, чтоб лишний раз подчеркнуть идиотизм своей семьи и приближённых к ней товарищей.

3.

История эта произошла с моим другом, Павлом, много лет назад, во времена СССР. Сейчас нас разбросало, а тогда мы жили на берегу Каспия, в городе Баку. Играли в одной секции футбола, он был на год старше.
Отец его моряк, был грубым, жёстким человеком и передал ему свой мрачный характер и хмурый взгляд исподлобья. Мать работала проводницей поезда, мало занималась его воспитанием. Была еще бабушка, о которой собственно эта история, но она долго жила отдельно. Отец терпеть не мог свою тещу и не подпускал её к внуку. В 10-11 лет Павел потерял сначала мать, а потом отца. К нему переехала бабушка, человек позитивный, добрый, как себя в шутку называла, смесь ЧК (четырех кровей). Единственный оставшийся родственник, которого мой друг так боялся потерять.
В первую неделю он ударил девочку во дворе, за то что она что-то ляпнула про его мать. Отец девочки прибежал к бабушке и начал жаловаться. Она пообещала поговорить с ним, и практически 3 дня мы его не видели - он был наказан.
Как он потом рассказывал, она схватившись за сердце (у неё было слабое сердце или она этим пользовалась - не знаю) начала его укорять, с присущей ей лёгкой еврейской интонацией:
- Ой сердце, ой умираю, Павлик, ты ударил девочку?
- Она про маму сказала...
- Какая разница, что она сказала, она же хрупкая, маленькая девочка..
- Не хрупкая она...
- Ой сердце..
- Ну бабуля..
- Павлик, ты бабушку до инфаркта доведешь. Сын моей дочери ударил девочку. Ты бы и маму ударил?
- Нет, конечно
- Павлик, поверь мне, эта девочка станет чей-то мамой. Никогда не смей поднимать руку на женщин, ты меня понял, ты мне обещаешь?
Павлик пообещал. Он очень любил эту добрую, позитивную женщину, которая дала ему больше, чем его родители. Прежде всего тепло и искреннюю любовь. И он очень боялся её потерять. И что страшнее - попасть в детский дом.

А на футбольном поле Павлу не было равных в технике. За это он часто получал по ногам. Те кто знал характер Павла, его не трогал. Но при встречах с чужими командами обидчик получал по шее, а Павел красную карточку. Тренер наш, который видел в нём талант, но не мог на него повлиять, попросил бабушку придти и посмотреть игру. Бабушке было тяжело, но она пришла. Еле дыша, под наши ручки. Мы усадили её в тени. Начался матч.
Павел видел бабушку и играл великолепно в тот день, мы выигрывали, но к концу тайма уставшие соперники начали откровенно грубить, а в конце в подкате срубили Павла у кромки поля. Павел взревел и не сдержался, защитник улетел на пару метров. Судья показал обоим красные карточки. Бабушка стояла держась за сердце. Когда Павел уходил с поля, она крикнула:
- Павлик, иди сюда
- Бабушка, я должен уйти..
- Павлик, ты уйдёшь только после моей смерти, иди сюда.
Павел подошёл к ней:
- Ну что ты хотела?
- Ох, ах, ох... Ой как мне плохо.. Ой я умираю..
- Ну бабуля...
Бабушка набрала воздуху и крикнула:
- Я тебе дам бабуля. Павлик, скажи мне пожалуйста, зачем ты ударил эту несчастную девочку?
Павел был в шоке, а рядом сидящие перестали болеть, стадиончик затих.
- Павлик, скажи честно своей бабушке, разве ты мне не обещал больше не бить девочек?
Павел не знал что ответить и только пробурчал исподлобья:
- Это был мальчик..
- Павлик, убери с лица своего отца и смотри прямо на бабушку. Прямо - вот так. Если в игре тебя кто-то бьёт, то это хрупкая девочка. Ты меня понял? Ты меня хорошо понял? Ты меня точно хорошо понял?
Бабушка переспрашивала раз 5 и все 5 раз Павел кивал. Но это было еще не всё.
- А теперь иди в раздевалку, постучись, поздоровайся и извинись перед девочкой. Так и скажи, прости, я не должен был тебя ударять. Ты меня понял? Ты меня хорошо понял?
Павел кивал и пошёл извиняться. Народ шумел, смеялся, кто-то принёс ей бутылку воды, один завсегдатай стал ей рассказывать какой Павел молодец, её даже предложили довезти до дома.
После этого Павел больше никогда не вскипал на поле. Наоборот, после нарушений против него, он поднимался, улыбался сопернику и шел на свою позицию.
Спасибо таким вот бабушкам :)

4.

Особенности акустического восприятия в сельской местности.
Декабрь далекого 1989 года. По случаю своего возвращения из армии (привет погранцам!) с двумя такими же свежедемодебилизованными раздолбаями поехал в домик в маленькой деревеньке – природой полюбоваться, чая с вареньем испить, поговорить о поэзии серебряного века и демократических преобразованиях...
Зима. Холод. Деревянный домик. Растопленная печка. Орущий «Романтик-306» (объяснять не надо, да?). Водка. Много водки.
Как опосля мне поведали – «зашел ты в комнату, флегматично налил стакан водки, выпил, зажрал картошкой и с меланхолией в голосе равнодушно так сказал – парни, у нас там дом горит, потушить бы….».
Далее – ускоренное воспроизведение кинокартины «пожар в публичном доме во время наводнения». Протрезвели мгновенно. Воды в доме – пол-ведра, чайник и кастрюлька (в ней картошку варили). Оросили этими запасами стену – фигушки… Стена начинает прям знатно полыхать. Ночь. В доме темнота (липиздричество вырубилось). Дом – крайний, прям на берегу Горьковского моря (ну – водохранилище если чо). Ветер с моря в сторону соседских домов и если домик разгорится (а он, сука, прям разгорается!), то сгореть может вся деревенька, нах… Нмнгнавенно отрезвевшими мозгами сообразили начать закидывать огонь снегом (ахха – с тем же успехом могли просто уринотушение попрактиковать), а я ломанулся к дому соседки бабы Шуры.
Долблю в окошко и через пару минут за стеклом появляется старушачье лицо девы, которая достигла пенсионного возраста ещё в эпоху коллективизации, а оглохла, ещё когда услышала на колхозном поле про смерть Сталина.
Ору во всю глотку: - Александра Ивановна, пожаааааар!!! Дом загорееееелся!!! Водыыыыы дайте пожалуйстааааа!!! (ить городской я, вежливый).
- Чо?! *прикладывает руку к старческому уху*
- Александра Ивановна, пожар!!!!! – ору на все возможные децибелы – воды, если Вас не затруднит, пожалуйста, дайте!!!!!!
-Чо? *в старушачьих глазах искренне желание услышать*
Ну тут я, к великому стыду, запасы городской вежливости утратил и просипел, уже почти совсем тихим сорванным голосом, хорошо освоенные в армии матерные идиоматические конструкции, для разнообразия перемежая их великосветско-цензурными предлогами:
-Сука %%%%% глухая… еба%%%ная бляд%%%ская пиз%%%да кулацкая %%%%, пожар, нах%%% и %%%в%%%…
Бабку аж подкинуло! Великая сила табуированной лексики проникла внутрь нейросенсорной тугоухости… Заверещала так, что у меня уши заложило – оой, батююююшки, пожар штоля!
Через 2 секунды дверь её дома вышибло ударом ейной старческой ноги, мимо меня пронеслась тень бабки *чуть не сдув меня вихревыми потокам* с двумя нехилыми ведрами, которые были вручены фигачащим снег в огонь друзьям общества трезвости, а сама бабка пронеслась вглубь деревни *вновь чуть не сдув меня вихревыми потокам* завывая «Пажааааааар, люди добрые, гариииииим!!!».
Ещё через пару минут к процедуре пожаротушения приступили все жители деревни – все 6 (шесть) живших зимой там пенсионеров. Потушили, ебстебственно ) после чего сосед дядя Лёша, в ответ на мои оправдания на тему «это проводка коротнула», сурово ответил «какая, нахуй, проводка? Хуётка! Печку перетопил, алкаш городской».
Мораль. Кое-когда и кое-где слова тихие, но матерные, звучат громче и проникновеннее слов громких, но кулюторных…

5.

"Гвозди бы делать из этих людей, не было бы в мире крепче гвоздей" (Н.С. Тихонов)

Вы наверное слышали байки про настоящих мужиков со стальными яйцами и без страха в глазах. А где же их могло быть больше чем на Диком Западе в 19м веке? О кровожадных бандитах, удачливых грабителях, воинственных индейцах, и бесстрашных шерифах и их победах над сердцами томных красавиц сложилось сотни легенд. А сколько писателей писало и пишут про них начиная от всеми любимого О'Генри до Акунина. А фильмы то такие сняты. Тут тебе и "Человек с Бульвара Капуцинов" и "Всадник без Головы" и "Великолепная Семёрка" и целая серия спагетти вестернов с Клинт Иствудом.

Конечно всё это в основном байки. В реалии, даже в самом знаменитом поединке Дикого Запада, "стрельбе у ОК коралля" участвовало всего несколько человек и вся перестрелка длилась меньше минуты. Тем более удивительна история которую я хочу Вам рассказать. О ней более 50 лет не снимали фильмов, не написали книги. Большинство даже не подозревает что такое могло произойти в реальной жизни. Итак знакомьтесь, Элфего Бака (Elfego Baca) - мужик со стальными яйцами и без страха в глазах.

Он родился в далёком 1865м году и с самого детства прослыл "крепким орешком" и всегда любил справедливость. Правда понимал он её по своему. Когда Элфего было 12 лет, его отца арестовали по ложному обвинению и посадили в тюрьму. Не смотря на юный возраст, одной ночью он подпилил решётку тюрьмы и освободил отца. Ну и заодно тюрьму покинуло чуть ли не дюжина других заключённых. Его отца вскоре оправдали и он стал маршалом (служителем закона) и юный Элфего решил пойти по стопам отца, решив для себя раз и навсегда "я Элфего Бака и я СЛУЖУ ЗАКОНУ."

В 19 лет он познакомился с Педро Саррачино, шерифом небольшого городка в Нью Мексико. Узнав что шерифу нужна помощь в обуздании жестоких нравов в ковбойских городках, он попросил что бы его сделали помощником шерифа. Элфего громогласно заявил "от звука моих шагов негодяи будут прятаться за квартал, ибо я Элфего Бака и я СЛУЖУ ЗАКОНУ". И с новенькой звездой помощника шерифа, верным Кольтом, и рвением он поехал в город Фриско дабы установить там порядок. И в тот историчесий день, 29ого Октября 1884 он въехал в город.

Приключения не заставили себя ждать. По прибытию ему встретился встревоженный владелец бара, Билл Миллиган, и увидев звезду шерифа он запросил паренька о помощи. Ситуация была простой, в его баре загулял ковбой, Чарли МакКарти. Напившись, он достал свои револьверы и начал стрелять в потолок и в стены бара распугивая красоток работающих в баре и посетителей. Не сможет ли доблестный помощник шерифа усмирить буяна. И Элфего тут же отправился в местный бар.

При виде пьяного ковбоя, несмотря на то что тот был вооружён, Элфего не растерялся ни на секудну. В его глазах не было страха. Он обезоружил буяна и отобрал его револьверы. "Я Элфего Бака, и я СЛУЖУ ЗАКОНУ" заявил Эфего и отконвоировал ковбоя к местному судье. Но судья знал этого МакКарти и знал что тот работает на ранчо Джона Слоттера. А ещё он знал что ковбои этого ранчо защищают друг друга с остервенением и мстят обидчикам как кровники. Посему он побоялся судить МакКарти, но это нисколько Элфего не смутило.

ЗАКОН ЕСТь ЗАКОН и не будь он Элфего Бака если пьянь которая пугает посетителей в баре не ответит по нему. Он отконвоировал своего пленника в заброшенный дом и решил на следующий день отвезти его в столицу графства к более храброму судье. Но не тут то было. С дюжину ковбоев под предводительством управляющего собрались у этого дома с ружьями и револьверами и потребовали отпустить их товарища. "Хрен вам" заявил нисколько не смутившийся Элфего через дверь "Я Элфего Бака, и я СЛУЖУ ЗАКОНУ, и если вы не уберётесь на счёт "три", то я начну стрелять." Ковбои начали шутить, но Элфего был серьёзен как смерть и в глазах его не было страха. "Раз, два, ..." начал считать наш герой, но ковбои открыли огонь раньше и начали стрелять в дверь. Элфего успел лишь сделать один выстрел в ответ и дуэль быстро закончилась. Лошадь управляющего испугалась и скинула седока и в заварушке появился первый труп.

Ковбои подхватили убитого товарища и уехали дабы кинуть клич по окрестным ранчо. Мол "появился какой-то молодой засранец, зовут его Элфего Бака. Нас ковбоев ни во что не ставит. Твердит о каком-то законе. Мало того, он отобрал у нашего друга Чарли его собственные револьверы и держит на прицеле и требует суда. А посмотрите на нашего убитого управляющего. Разве его кровь не взывает к мести." И десятки ковбоев услышав зов начали съежаться в Фриско.

После переговоров под белым флагом было договорено, Элфего отконвоирует своего задержанного в тот самый бар откуда началась эта история и тот предстанет перед судом на следующее утро. Элфего шёл через вооружённую толпу ведя своего пленного под прицелом своего ружья и в глазах его не было страха, ибо он Элфего Бака и он СЛУЖИТ ЗАКОНУ. И суд состоялся. Чарли был приговорён к 5 долларам штрафа (примерно недельная зарплата ковбоя) и отпущен после уплаты штрафа в зале суда.

"Верни револьверы" кричал Чарли. "Надо посмотреть ещё как ты будешь себя вести" предусмотрительно ответил Элфего и выскочил через заднюю дверь бара. Но ковбои жаждавшие крови за унижение и смерть управляющего ринулись за Элфего. Единственное что смог сделать наш герой это добежать до небольшой однокомнатной глинобитной хибарки и захлопнуть дверь. И так началась битва равной которой пожалуй не было в истории Дикого Запада.

Население городка благоразумно эвакуировалось и залезло на холмы окружавшие город дабы насладиться видом битвы. А в то время около 80 ковбоев окружили хижину и спрятавшись в близ стоящих домах и самодельных баррикадах и открыли огонь по хижине. Один ковбой даже успел добраться до двери и пытался выбить её, но нарвался на пулю из ружья Элфего. И в истории появился появился второй труп. На глиняную хижину под деревянной крышей обрушился целый шквал пуль, почти всё что было в хижине было прошито пулями, даже в метлу попало несколько пуль. Элфего повезло лишь в одном, пол хижины был ниже уровня земли примерно на полметра и он залёг.

Думаете он запросил пощады и выкинул белый флаг? "А хрен вам, я Элфего Бака и я СЛУЖУ ЗАКОНУ" кричал боец отвечая меткими одиничными выстрелами в ответ на сотни выстрелов. Ковбои пытались атаковать. Один ковбой схватил металическую заслонку от печи и пытался добежать до хижины, но Элфего свалил его ранив метким выстрелом в голову.

Выстрел следовал за выстрелом. День медленно превращался в вечер, а вечер в ночь. И под покровом ночи несколько ковбоев смогли подобраться недалеко и бросили на деревянную крышу тряпки пропитаные керосином и факел. Крыша загорелась и обвалилась внутрь увлекая за собой одну из стен. Но даже после этого ковбои не посмели подойти поближе. Они предпочли выждать до утра.

Когда первые лучи света осветили картину все увидели что хижина дымилась, и.... на углях стояла простреленная сковорода и кофейник и непреклонный Элферо жарил оладьи и варил кофе. Ибо битва битвой, а завтрак должен быть по рассписанию. И битва началась снова. Сотни выстрелов со стороны ковбоев и единицы со стороны Элфего. Он не мог сдаться ибо он был Элфего Бака, и он СЛУЖИЛ ЗАКОНУ.

И вот после 33 часов неравной битвы на поле боя прибыл шериф с помощниками. И перед их глазами предстало побоище. Ковбои которые сделали более 4,000 выстрелов за время осады потеряли 4 убитых и 8 раненых. А с другой стороны... не задето были лишь статуя святой и ... Элфего. Ни царапины у храбреца.

Шериф предложил сдаться Элфего и лично поклялся что доставит его живым в столицу графства и тот предстанет перед справедливым судом. "Я Элфего Бака и я СЛУЖУ ЗАКОНУ. Я сдаться? Никогда. Если я уйду отсюда то я уйду лишь с оружием в руках." заявил воин. "И револьверы Чарли остануться мне, он тоже по мне стрелял, я видел." И шериф согласился.

Элфего вышел из хижины. Он держал свои пистолеты наготове, а в его целились десятки ружей и на него смотрели десятки ненавидящих глаз. И снова, и тени страха не было в его глазах. Ибо он был Элфего Бака, и он СЛУЖИЛ ЗАКОНУ.

Долгие мили он ехал в телеге которой правил сам шериф и держал пистолеты наготове ибо за ними ехали ковбои которые жаждали крови. Но никто не осмелился на них напасть. Правда чудом, шериф, помощники и Элфего минули две засады. Ковбои в каждой из засад подумали почему-то что другая засада уже свершила своё чёрное дело и удача улыбнулась Элфего и он доехал до столицы графства.

4 месяца провёл Элфего в тюрьме по обвинению в убийстве ковбоев. Лучшие адвокаты территории бесплатно защищали его и в качестве доказательства даже притащили дверь изрешечённую сотнями пуль. Но и даже перед лицом судьи в глазах у него не было страха. И он упрямо повторял "Я Элфего Бака, и я СЛУЖУ ЗАКОНУ."

И храбрец был признан невиновным. "Что же ты будешь делать теперь Элфего?" Спросили его. "Как что? "Я Элфего Бака. И я буду СЛУЖИТь ЗАКОНУ."

Так в графстве Сокорро в Нью Мексике появился 20-летний шериф. Он редко гонялся за преступниками. И у него было мало помощников. Он изобрёл новый метод борьбы. Он просто почтой или с посыльными отсылал письма бандитам, грабителям, убийцам, угонщикам скота, и прочим любителям преступить закон. В письмах было сказано "У меня есть ордер на твой арест. Пожалуйста сдайся мне до ХХ числа. Если нет, то я знаю что ты хочешь сопротивляться аресту и я буду чувствовать себя в праве убить тебя когда я прийду за тобой." И подписывался, "Элфего Бака, СЛУЖИТЕЛь ЗАКОНА."

И бандиты, грабители, убийцы, угонщики скота, и прочие негодяи которые не боялись не Б-га, ни чёрта приезжали к нему сами и отдавались в руки закона. Ибо они знали, Элфего Бака не шутит. И если им прийдётся лицом к лицу столкнуться с ним, в его глазах не будет страха. И пощады тоже не будет. Элфего Бака говорил "я никого не хочу убивать, но если кто-то задумал убить меня, то будьте уверены, я доберусь до него первым."

Он любил женщин и женщины любили его. Он любил выпить. Он любил шумную компанию. И он был лучшим шерифом за всю историю графства Сокорро. Но потом ему надело быть шерифом, и он стал успешным прокурором, потом адвокатом, потом мэром, потом частным следователем. И везде он СЛУЖИЛ ЗАКОНУ, ибо он был Элфего Бака. Он пытался избраться в Конгресс, но не прошёл ибо был Мексиканских кровей. Но всё равно самые крупные политические воротилы штата заискивали перед ним и его авторитет перед испаноязычным населением Нью Мекскики был непререкаем.

Элфего умер в 1945. К тому времени Дикий Запад уже давно приказал долго жить. Цивилизация пришла и в тот край. Теперь там собираются налоги, проложены хорошие дороги, ездят машины, и летают самолёты. Есть удобные заправки, борцы за экологию и права животных, и выборы. Есть интернет, пицца, увлекательные шоу по телевизору, и завлекает покупателей очередной магазин. А покой граждан на той же территории обеспечивают сотни полицейских, шерифы, судьи, и присяжные.

Цивилизация это очень хорошо. Удобно, комфортно, приятно. И всё же в глубине души я хочу что бы не исчезли мужики со стальными яйцами и без страха в глазах который могли бы сказать любому преступнику "Берегись. Я Элфего Бака и я СЛУЖУ ЗАКОНУ."

6.

Об опыте применения автомата Калашникова в целях улучшения добрососедских отношений.
Будучи добросовестным рассказчиком - я сразу раскрою слабости моего исследования.
Первое- автоматическое оружие практически нелегально, особенно в Калифорнии. Это, скорее, полуавтоматическая винтовка с магазином на 10 патронов. И приспособлением, замедляющим смену магазинов - нужно две руки.
Так что мой Калашников по сравнению с моим армейским оружием - это как домашняя болонка и волк. Снаружи, однако- румынский Калашников выглядел грозно и реалистично.
Второе - настоящее исследование базируется на большом количестве опытов и сравнением с контрольной группой, двойным слепым методом.
Всего этого у меня нет, увы.
Зато есть история про соседа.
Соседи важнее родственников, гласит пословица - и я полностью с ней согласен. У меня были отличные соседи, прекрасные отношения, помогали друг другу, пили пиво и жарили сосиски.
Кроме одного.
Он заехал в дом напротив моего - через поле, для гольфа.
Заборы на задних дворах не возводят - тупо ограждаться от прекрасной ухоженной травяной лужайки.
Также было заведено - собаки гуляют, заходят во дворы общаться друг с другом, никто особенно не переживал по поводу собачьих сувениров или там гавканья.
Нового соседа, однако, страшно раздражали мои псюхи, навещающие его двор - он их и гонял и грозился - ничего не помогает, при патрулировании собаки считали себя обязанными зайти на его территорию и отметится.
А тут и Рождество грядёт, поздравляя соседей - не забыл и его, здоровую бутылку Стандарта, по - моему даже Платинового.
Занёс поздравить и заодно извинился за своих собак, потрепались - вроде нормально.
Вроде всё.
Ан нет - к весне ситуация обострилась, опять он воюет с псюхами .
И однажды, будучи хорошо выпивши, он объявил на всё поле - мол, есть у него оружие и он его применит, пристрелит злостных нарушителей его собственности.
Помимо собак - его услышали я и его жена, быстро затолкавшая буяна в дом, под аккомпанемент извинений передо мной за грубость мужа.
Я же задумался...
Попробовать добром уладить?
Пробовал.
Таскать ему бутылку водки каждый раз как его территорию пометят?
Так водки не напасёшься.
Мужик он под два метра, типичный альфа - и в сочетании с алкоголем он потенциально мог бы привести угрозу в исполнение, что привело бы к моему возмездию и немеряно сколько жертв и трагедий...
Профилактика - основа медицины, не ждать обострения - у меня в крови.
Что же делать?
Как дать ему понять - не у него одного есть оружие?
И цена его горячности будет велика?
Начитанность иногда приносит пользу - из глубин моих детских чтений Джека Лондона всплыл эпизод из " Морского волка".
Там главный герой готовится к схватке с поваром: они долга точат ножи к поножовщине - пока у кока не сдают нервы и он не идёт на мировую...
Сказано - сделано.
Трясти и угрожать оружием - само по себе преступление, поэтому я пошёл другим путём.
Хорошим субботним днём - солнышко, сосед вышел траву косить.
Я же траву косить не стал - у меня было дело поважнее.
Именно в этот день мое приспичило проявить заботу о Калашникове.
Вытащил стол для разборки и смазки, поставил аккурат в поле видимости соседа, кивком поздоровался и углубился в работу по уходу за оружием.
Медленно и тщательно - а главное, законопослушно...
Закончил, собрал, кивнул на прощание, убрал стол и смазку.
Прошло пять лет после этой солнечной субботы.
Ничего, кроме добра и вежливости ко мне и моим псам я от соседа не видел.
Могу ли я утверждать, что это было следствием терапии Калашниковым?
Будучи человеком научного склада ума - нет.
Но модификация метода кнута и пряника на метод водки и Калашникова по праву наименован моим именем в наших семейных преданиях.
Хороших вам соседей!

7.

Во многих семьях, рано или поздно, случается такой забавный период, когда дети мешают решить важные проблемы между мужем и женой. Вот и героини этой истории были поставлены перед фактом - завтра к тетке в деревню на лето. Проблемка была в том, что тетку до этого они видели раза три за всю сознательную жизнь и не горели желанием знать ее лучше.

Тетка об этом и вовсе узнала пораньше с утра, когда обнаружила племянниц на пороге собственного дома. Довезли, позвонили и убежали. Как дети малые. Вот стояли все они и смотрели друг на друга в крайнем изумлении. Ну что уж делать, тетка почесала в затылке и решила, что два ребенка по десять лет уже не младенцы и, может, с них даже прок будет на садово-огородном поприще. Сгрузила она бедолаг в «победу» строго предупредив, что дышать нельзя, шевелится нельзя, а за каждый помятый лист рассады будет снимать скальп. Послойно.

Настроение у сестренок стало играть Шопена. Тетка, которая была педагогом старой школы и знала труды Ленина лучше, чем свой предмет, не сулила им ничего хорошего. Они не ошиблись: каждодневный подъем в шесть утра, полив и прополка, окучивание и подрезание, опыление с кисточками, уборка и стирка сделали девчонок жилистыми и злыми, словно собак перед охотой.

Тетка, которая всю жизнь прожила одна, умела готовить только три блюда: рисовую кашу, яичницу и щи. Готовить самим было нельзя. Потому что «Пожар, отравитесь, зарежетесь. Вот вам лучше коса, больше вас в три раза, идите траву в палисаднике скосите». Продукты запирались, девочки худели, подъедая щавель, кислицу и все, что могли спереть с огорода. Если на краже ловили, то драли до синяков и запирали на чердаке.

Вечерами сестры молились о том, чтобы тетка, стоя на краю холма, наступила на грабли. И летела сорок метров вниз, исключительно в шиповник и кубарем. Завершив молитву всем богам, которых знали, они зачеркивали день в календаре. В августе их должны были приехать и проведать.

Отдушина появилась в июле: тетка стала уходить в лес по ягоды. В ее отсутствие можно было делать что душе угодно, потому что свое возвращение тетка выдавала чихом аллергика, который продирается через заросли цветущего кипрея. Пока она выбиралась из леса, шла через колхозное поле, мои подруги развивали просто фантастическую деятельность, так что комар носа не подточит.

Местность, где стояла теткина дача, была славна сильными грозами. Они приходили дней за семь, иссушая край янтарной жарой и пугая жителей сухими разрядами, которые били из-под земли. От высоковольтных опор отделялись желтые и голубые шары, которые плыли в мареве, и одно их название «шаровая молния» пугало детей до состояния бледной простыни.

И вот, в один прекрасный день, подняв своих работниц с утра пораньше, накормив рисовой кашей и выдав им на день по куску хлеба, тетка одела кузов и пошла в лес. Радиоприемник на ее шее бодро наигрывал Марш Высотников.

Быстро управившись со всем списком Золушки в квадрате, сестрички успели сбегать выкупаться, проболтаться на иве, на которой им категорически запрещалось болтаться, объесть крыжовник, имитируя налет стаи дроздов, пожарить хлеб над небольшим костерком и в конце концов укрыться в доме, потому что жара стояла непереносимая.

Время за чтением старых выпусков «Техники и Молодежи» текло быстро, и часам к шести вечера сестрички услышали знакомое чихание. Ему вторил гром. Выйдя на улицу, двойняшки одновременно подняли ладони козырьком. Тетка тащила короб волоком, потому что нести его уже не могла. Из-под незакрытой крышки стреляла, подпрыгивая на кочках, черника. Не успела тетка проползти и средину поля, как в нее жахнула молния.

Вот так. Без предысторий. Треснула, что в глазах померкло, и тетка пригорюнилась пластом. Сестрички выдохнули. Молитвы услышаны, как говорится, но что теперь? Кругом никого ровно на сорок километров. На велосипеде в ночь до деревни не поедешь, да и не хочется как-то. Пока обсуждали, пошел дождь.

Решили — заземлить… и для этого взяли в сарае лопаты. Тетка не дышала и не шевелилась, для нее любовно выкопали не хилую траншею и засыпали под шею, заботливо прокапав канавки для стока воды, а то захлебнется еще. То, что тетка мертва, они даже не думали: такие гадины за понюшку табаку в рай не отправляются. Забрали чернику, перебрали ее, наелись от пуза в процессе, разложили на газетах сушится, да так и уснули все в грязи, чернике и совершенно счастливые.

На утро они проснулись от вопля. Тетка пришла в себя и орала так, как не должен орать педагог в третьем колене, который знает наизусть труды Ленина. Чувствовала она себя неплохо, если не считать частичной амнезии и следа, от шеи до самой поясницы и дальше, по левой ноге. Только этот след и спас моих друзей от расправы, потому что первое, что увидела тетка - это были лопаты. Ясен пень, ее треснули по голове лопатой эти кошмарные дети, которые совершенно не знают, как себя вести, кладут локти на стол, и в будущем их ждет только казенный дом. Впрочем, она оказалась не так уж и не права, обе сестры потом надели погоны. Только прокурорские.

Все равно, до самого приезда родителей она смотрела на них косо, запирала на ночь и старалась общаться поменьше. В августе приехали родители, посмотрели на огромные глаза и выпирающие ребра детей, и этим же днем забрали сестренок в город. С теткой они после этого не общались, и зла на нее не держат. В конце концов, она совершенно не обязана была их содержать на свои деньги три месяца.

8.

Летом побывал в командировке на…в…, в общем сами догадайтесь ГДЕ по поручению шефа.
Шеф решил, что сейчас самое время налаживать взаимовыгодное
экономическое сотрудничество между нашей префектурой и заводом металлоизделий при городке Шаровары в сфере закупок люфтовых шкворней для мусоропроводов.
Без приключений не обошлось.
Получив приличные подъемные и командировочные, по прибытии на вокзал г.Зрадница, сразу потребовал для перемещений танк и роту автоматчиков.
Никто, естественно, не дал.
Пришлось довольствоваться тремя полутрезвыми стражами исл.. майданной революции и БТР-40 на полуспущенных колесах.
Рано утром, погрузив бочку саляры на капот БТР, мы выдвинулись по маршруту Зрадница-Плевки-Смутьяновичи-Шаровары на скорости 60 верст день.
Вечером достигли Плевков, где решили заночевать.
В местечке было два готеля: один назывался "Засланный козачок", второй - "Логово бандерлогово"
Над входом в "Логово-Бандерлогово" висела картина неизвестного художника с симпатичным бандерлогом, что пронзал трезубцем змеюгу Каа, одетого в желто-коричневый ватник.
Фасад "Засланного казачка" украшала фреска, изображающая порку "дьяволенка" Даньки атаманом Сидором Лютым в стиле БДСМ. Страдающий лик партизана Даньки был явно срисован с Верховного Мордорского Божества, дух которого здесь часто вызывают хоровым пением под грохот африканских барабанов и ритуальные подскоки.

Заночевали, в итоге, в заведении "Карл XII" (євромотель економічного классу) , причем остались довольны: евромотель, как нам пояснили, - бывший дом колхозника, оказался уютным бараком с исправным погребом, чистеньким, хотя и единственным сортиром на 10 номеров, и даже люксовыми апартаментами, в коих обожали некогда шиковать председатели колхозов-миллионеров.
Утром потащились до Смутьяновичей.
К обеду наша старая кляча, взбодренная могучим духом самогона и пением стражей, внезапно приосанилась, вздбзднула и стремительно понеслась. Правда всего лишь до ближайшей колдобины, где благополучно и застряла, несмотря на мощный нецензурный форсаж и набор каббалистических заклинаний "давайдавайвраскачку!" (я, естественно, руководил)
Простояв под палящим зноем широкой немногороссийской степи пару часов, я осознал, что с оазисами на местном глобусе напряжонка, а в перспективе маячит утоление жажды содержимым радиатора.
Выйдя из кабины на тракт, для привлечения помощи принялся размахивать жырным прессом из карбованцев* , за что чуть было не растерзан попутчиками. Потрясая калашами, кинжалами, "мухами" и "шмелями", они пояснили, что на запах пресса могут придти вооруженные грабители - тогда несдобровать всем.(*карбованец , местный симулякр денег. Легко меняется у местных на стекла и бусы)
Наконец шушпанцер как-то сам собой починился, и мы рванули вперед на Юг, сильно кренясь в сторону Запада, поскольку от правых колес остались одни обглоданные полозья, которыми мы мостили колею, периодически заваливаясь в кювет.
Километрах в 20 от Смутьяновичей нас обстреляли из рогаток малолетние партизаны, причем один из снарядов, влетев в открытый люк нашей летающей-в-кювет крепости, срикошетил от связки противотанковых гранат и вонзился мне в лоб.
Почувствовав как на голове начинается неудержимый рост исполинского шишака, я с мстительностью незалежного единорога предложил подвергнуть местность ковровым бомбометаниям, но спутники идею поддержали вяло, только один посоветовал приложить ко лбу казенную часть гранатомета.
Затем мы завернули на бензоколонку, заняв очередь за последним танком, а хлопцы предложили мне профинансировать заправку БТР. Я попробовал возмутиться и начал гнуть про то, что "уже все оплатил" и "у вас должен быть запас горючего", хотя прекрасно понимал, что бочка с дизтопливом давно обменена негодяями на горилку и
провиант.
Пока мы спорили, на бензоколонку въехал древний Т-64 с оторванной кормой и стал лезть без очереди (командир, высунувшись из башни кричал, что они "тiльки шо с фронту") Его уже почти пропустили, механик газанул, и в это же мгновение из зияющей кормы танка посыпались коньяк, шампанское, слабоалкогольные, прохладительные напитки, а также продукты питания.
Симулянта отогнали в хвост очереди и мы не без любопытства наблюдали как он заправлялся после нас. Заправлялся он долго – чуть ли не вся салярка выливалась обратно через развороченный зад..
Вечером того же дня наш гадюшник на колесах торжественно въехал в Смутьяновичи (стражники долго водили грязными пальцами по дырявой карте, приговаривая "да не.., да ты шо,.. да тута,.. да не тута..") где чуть было не раздавили небольшой майдан в поддержку большого позапрошлогоднего майдана.
Приняв наш побитый партизанскими ядрами болид за покалеченный на фронтах "леопард", митингующие извлекли нас из дилижанса и принялись качать столь яростно, что я был вынужден крепко вцепиться в пресс гривень, а одного из наших центурионов, мучимого абстиненцией, вырвало на митингующих.
Поупражнявшись еще какое-то время в известных кричалках, мы решили нигде не ночевать и ломанулись в сторону Шаровар, где, как я надеялся, нас ждет добрый ночлег и поворотные шкворни мусоропроводных рукавов, мелодично повизгивающих в предвкушении переезда в относительно сытый Мордор.
Мы были совсем недалеко от цели, когда случилась катастрофа.
На одном из блокпостов мои спутники отошли пополнить запасы горячительного, и я задремал. Пробуждение было стремительным.
- Документы! - кричали мне в сонное ухо.
Не совсем проснувшийся мозг порекомендовал: документы сразу не давай, потяни время, скоро вернутся "свои", а этим надо предъявить какой-нибудь качественный словесный мандат, например…
- Сало уронили! - внезапно с языка, ставшего частично нэзалэжным от мозга, слетела привычная пародия на известный слоган..
- Шооо!!!!!!!???? - на меня смотрели потрясенные люди в масках и камуфляже..
- Героям сала! – немедленно подтвердил я, холодея от ужаса, ибо в тот же момент осознал: что-то пошло не так…
Меня извлекли из БТР, затем немного потаскали за шкирку, отняли пресс гривен и мордорский паспорт. Выкрики "это была просто неудачная шутка!" не помогли.
Бойцы батальона "НавоЗ" (что-то вроде того было указано на нашивках) принялись спорить " шлепнуть гада прямо тут или отвезти в штаб".
Верх одержала партия немедленного покарания. Меня заставили разуться, зачем-то попросили раздеться до трусов и погнали в степь.
Понимая, что решение должно быть максимально быстрым и точным, я соображал ровно до того момента, пока не услышал щелчок затвора и громко зашипел: "Три миллиона четыреста восемьдесят тысяч рублей, это не обман, это просто все что есть, сберкнижка у меня при себе, переписываю на вас, или на вашего человека в Мордоре, едем к нотариусу, обмана нет, любые проверки…."
Хлопцы полистали сберкнижку, приговаривая "а хули она такая блядь грязная, рваная и затертая", затем отдалились метров на 20 и устроили консилиум, витиевато перемежая великорусский матерный с аналогичными конструкциями на мове. После 10 минутной перепалки бойцы разумно заключив "шо от него дохлого толку как с козла подзалупной перхоти", пару раз пальнули в воздух (расстрел, мол, состоялся), "позапыталы" детали, затем поместили в кокон из веревок и скотча, воткнули в рот кляп и ушли, пообещав вернуться.
Отсутствовали они долго, я лежал тихо как степная мышовка, опасаясь стать завтраком для волков.
Наконец навозовцы объявились. Меня развязали, вернули одежду. Сделку по переписыванию сберкнижки на другое лицо подписали на лафете гаубицы Д-30.
Дарственную визировал чубатый нотариус в вышиванке (предъявив мордорскую лицензию)
- Обналичить деньги мы сможете только там, - предупредил я разбойников, махнув рукой на Восток. - А "там" могут на всякий случай поинтересоваться наличием моего присутствия в живых… Кстати, у меня дома намечается ремонт. Могу дать работу родственникам или знакомым. Так что отправляйте меня к вашим гугенотам, тем более Ла-Рошель совсем близко.
- Через КПП не повезем. А в широкой украинской степи расстелилось русское поле. С минами, - сострил один из негодяев. - Сможешь провисеть на руках одну минуту? – внезапно спросил он.
- Я и больше смогу! ….
- Тогда слухай …
Ночью мы выехали к прифронтовой полосе..
- Раздевайся, помочись и посри..
- ? !.....
- Каждый лишний грамм - нагрузка беспилотнику. Перемахнешь через реку. Мы тебя спустим метров до двух, спрыгивай и ходь на огни. Там сепарская застава.
Через двадцать минут уже я летел через черное, как копоть, пространство. Полная Луна подсвечивала хмурый изгиб реки, отражаясь о мою голую жопу.
Где-то посредине водоема беспилотник, не выдержав груза, в бессилии завыл и стал заваливаться к воде, но мне удалось, подтянувшись, боднуть днище его фюзеляжа темечком, после чего он дотянул до противоположного берега.
После проверки местными властями был переправлен в Мордор, где получил взбучку за срыв контракта по мусоропроводным рукавам.
Чем закончилась для кого-то попытка обналичить "Три миллиона четыреста восемьдесят тысяч рублей" со сберкнижки 1998 года мне неведомо. Кстати, по сегодняшним временам, после приснопамятной деноминации, это баксов пятьдесят. Но книжку в любом случае жаль. Она была мне как бумажный талисман.
Зато ремонт у меня в самом разгаре, плитку кладет двоюродный брат одного из навозовцев. И неплохо кладет, между прочим, хотя и грозится периодически уехать в Италию собирать апельсины.

9.

История про землетрясение.
Как раз об эту пору, много лет назад, мы готовились к праздникам.
Декабрь и январь-праздники шли чередой.
Ханука, два Рождества, два Новых Года и два дня рождения- отца и Тани, хлопотное время.
Отец гостил у нас, Таня только закончила наряжать ёлку- большую, с юбкой и прибамбасами, до потолка.
День начинался обычно-я с утра пораньше- в операционной, Таня хлопочет на кухне, отец гуляет с собакой.
Но этому дню суждено было остаться в памяти...
Сижу, смотрю на мониторы, операция подходит к концу- монитор мигнул, пипикнул и возобновил работу.
Уже позже я понял- произошёл сбой в сети, машина переключила себя на свой аварийный аккумулятор.
Встаю с кресла- посмотреть в чём дело- и сразу же понял что к чему.
Пол двигался под ногами- землетрясение!
Вещь достаточно обычная в Калифорнии, это вот было необычайно сильное и долгое- аж мониторная башня раскачивалась как пьяная,.
Хирург быстро закончил зашивать, мы выслали сестру в проём двери спасаться, я приготовился к полному отключению и переходу на аварийную вентиляцию пациента. Без дальнейших приключений вывезли пациента, звоню домой- они в порядке.
Ну как в порядке- пересрали, конечно..
Позднее, по рассказам Тани, я восстановил картину.
Они стояли около ёлки, обсуждая- что бы ещё добавить, Таня пристыдила Хопу- та настойчиво, даже как бы истерически,просилась во двор, нахальная собака, после длинной прогулки, опять на двор, да что на тебя нашло?!? Что ты трясёшься?!?
А вот что- минут через пять дом вздрогнул и задвигался, ёлка принялась раскачиваться, игрушки с неё брызнули в разные стороны, падая и лопаясь.
Невозмутимый отец, вечный джентльмен- Таня, как Вы считаете- возможно Хопи права и нам лучше покинуть дом?
Таня согласилась, они выбежали на поле для гольфа- очень правильное решение, подальше от зданий и деревьев.
Там и переждали.Вернулись в дом, ориентируясь по собаке- когда она перестала дрожать.
Всё есть в любимой мной Калифорнии: и снег в горах и океан с волнами для сёрфинга и пустыни и секвойи- рай, одним словом.
Плата за проживание- землетрясения.
Всем здоровья и устойчивой почвы под ногами!

10.

Андрей Скороход:
- Я, как и все дети, проводил каникулы в пионерских лагерях и, конечно, у бабушки. Что могут летом делать мальчишки? Да все! Мы залезали на крыши, катались на велосипедах, играли и немного хулиганили. У меня было обычное очень веселое мальчишеское детство. Как-то раз мы с ребятами нашли в поле домкрат с надписью 25 т. Приволокли его в деревню и начали думать: как же такую штуку применить? И тут кто-то предложил поднять дом! Он стоял на окраине деревни и считался заброшенным. Недолго думая мы побежали туда, подтащили домкрат и стали осуществлять свой план. Дом действительно стал немного подниматься, как вдруг внутри что-то рухнуло (то ли шкаф, то ли люстра) и из дома с криками выбежала какая-то бабуля! Естественно, мы все бросились врассыпную. Зато с тех пор мы точно знали, что этот дом не заброшенный.

11.

Будучи в Штатах, я познакомился с одним Голливудским сценаристом. Нет, он не был известной персоной, он был типичным ундервудом-призраком (одно из прозвищ голливудских литературных негров). Но уже несколько лет, он писал свою личную книгу, о детском восприятии действительности, в том числе и в разрезе понимания реальности через кино. Ведь детская реальность, она гораздо искренней взрослой, хотя и не такая адекватная.
Гарви (так звали мужика), рассказал немало примеров непосредственности детского мышления. Про себя например, он рассказал случай про то, что увидев в раннем детстве какой то, еще чернобелый мультик, он долгое время пребывал в уверенности, что кукурузу едят только мексиканцы. А посмотрев фильмы Чарли Чаплина, он уверился в том, что в Нью-Йорке, все ходят в костюмах а ля Чарли.

Я в свою очередь вспомнил строки Пикуля из Фаворита, где маленький Гришка Потемкин, был уверен, что все штык-юнкеры, обязательно имеют одну из ног деревянной.

Потом разговор переключился на военные фильмы и я привел милейшего гуманитария в ужас, Правдой о Великой Отечественной, о потерях понесенных нами. Он был абсолютно уничтожен, информацией о том, что штурмуя дом Павлова, немцы потеряли больше солдат, чем во Французской компании 1940 года. Разговор естественно перешел на детское Военное кино.
Я своими словами, пересказал сюжеты фильмов, типа "Мишка принимает бой", "Девочка ищет отца" и.т.д.
Гарви вспомнил в тему, как они с мальчишками из скаутского лагеря "Боевые гризли", сбежали побродить по окрестному лесу и выйдя на опушку, увидели в поле перед собой битву Южан и Северян. Оцепенение Томов и Геков, продолжалось до тех пор, пока их не шуганул полисмен из оцепления съемочной площадки.

Я в свою очередь припомнил, что, как то в классе в шестом, мы с ребятами гуляли в Измайловском парке, где знали казалось каждую тропинку, мол идем мы по просеке между лесной и культурной частью парка и вдруг из за поворота, нам на встречу выходит колонна НЕМЦЕВ! Самых настоящих фашистов, в касках, со шмайсерами, с засученными рукавами. Мы оцепенели и буквально вросли в землю, мысль была только одна - ФАШИСТЫ! В те годы еще не было понятия Алтернативная история и.т.д. Нам было просто страшно и каково же было наше облегчение, когда вдруг вперед выскочила тетка с матюгальником и заревела на весь лес: "Статисты, остановились, развернулись и пошли назад, и что бы после команды Мотор, никакой отсебятины"
И тут вдруг Гарви стал ржать, ржать буквально до слез. Отсмеявшись, он извинился и сказал, что просто вспомнил совсем недавний случай. Срезая дорогу, через декорационные голливудские джунгли, он напоролся на перекрестке, на грандиозную драку, между зольдатен Ваффен СС и гвардией Наполеона. Две группы массовки, издавна враждующие, вспомнили старые обиды и претензии, и все закончилось боем. Как ни странно, победили французы. Вот она магия Кино.

Потом, когда пошла в дело вторая бутылка виски, Гарви стал рассказывать, какие сценарии на самом деле принадлежат его перу, а вовсе не бездарностям, прописанным в титрах. Когда в списке прозвучала "Клеопатра" 1963 года, я понял что банкет надо заканчивать.

Р.S. А книгу Гарви, так пока и не закончил.

И еще кое что про кино...

Меня всегда бесило, как презрительно относятся к зрителям некоторые режиссеры кино. Ну неужели трудно пригласить в помощь костюмерам специалиста... Вот на кадре из фильма "Девочка ищет отца" мы видим фашиста непонятной принадлежности (В чудесном исполнении Геннадия Мичурина)... Мундир СС, фуражка Вермахта, нагрудный орел Люфтваффе (вощще нонсенс, эСэС носили Имперских орлов только на рукавах). Ну а петлицы с листиком штандартенфюрера, плюс с ромбиком унтерштурмфюрера. Т.е. представьте, что на полковничий погон, добавили звездочку младшего лейтенанта. Про то что Эсэсовцы вооружены советскими пистолетами ТТ, я просто промолчу (будем считать, что в оружии, я не разбираюсь)

12.

Вот пуля пролетела и ага...

Приходит еж в паспортный стол и говорит:
- Я хотел бы фамилию сменить.
Его с большим удивлением спрашивают:
- А какая у вас фамилия?
Еж (гордо) : - Быстрый!
- А какую вы хотите?
Еж: - Вжжжжжжжжжжиииииик!...

С большой радостью читаю комментарии в соцсетях. Чуть какой пост о о войне и тьма народу скандирует о своей воинственности.
Мол, вот только позовет Родина и они сразу! Всем! Пиздюлей! В обе руки с горкой! И никто не уйдет обделенным! Пиндосам проклятым! Чуркам ебаным! Хоронить заебемся! Игил эту сучью(ее дом трубу шатал!) запретим на территории РФ и маму ее выебем! "Так громче музыка играй победу, мы победили и враг бежит,бежит,бежит!!!"
Один герой на полном серьезе написал, что готов разделить судьбу генерала Карбышева. То есть наглухо отморозится по зову Отчизны.
Облегченно вздыхаю я, начитавшись подобного. Есть все же в стране здоровые силы, готовые защитить мой спокойный сон! Это не может не радовать.
Правда, некие сомнения все же гложут.
Наполеон же говорил, что главное условие успеха- это практика. Ну то есть во всем нужна сноровка, закалка, тренировка.
Потому иногда интересуюсь у заходящихся в грозных криках соотечественниках- мол, в каком полку Измаил брали? Сколько зарубок на прикладе?
Ответы расплывчаты. Самые вежливые вспоминают про деда, остальные переходят на "ты" и про меня такое...
Сиквел Карбышева так вообще...Я всего-то спросил, последователь ли он Порфирия Иванова? Часто ль в прорубь ныряет и в холодильнике ночует? Так разгорячился в ответ пассионарий, что поливай его немцы водой на морозе-шипел бы и парил с час, не меньше.
Заметил, что голосов фронтовиков в общем уверенном хоре не слышно вовсе. Одни штафирки белобилетные или штабные, если и служил.
А вот у побывавших под обстрелом энтузиазму поменьше...

Я сам, к счастью, интернациональный долг никому не отдавал. Потому что не занимал. Пришлось, правда, сильно повертеться.
Но под обстрелом побывать довелось. Незабываемые впечатления.
Первый раз в меня пальнули по любви.
90е.
Чреслобесием влекомый, шлялся я тогда в бар ЦДХ, обильный самками. Интеллектуал, либерал и сибарит, эстет и сластолюбец.
Ходил в розовых шелковых костюмах. До сих пор стыдно. Униформа успешного сутенера средней руки, надо признать, мне весьма шла. Я это недавно понял, когда с фонариком под одеялом фотки тех лет рассматривал. А то жена засмеет же.
И вот выхожу я из машины, весь из себя томный такой, защитник угнетённых, истребитель несогласных, ставлю туфель из кожи питона на бренную землю, и тут над головой:
-ДА-ДАХ!!!! БДЗЫЫЫНЬ!
Пришел в себя уже на лету.Куда вся вальяжность подевалась? Внутренний сайгак расправил копыта и я вспорхнул. Буквально. Перепрыгнул с места через ВАЗ 2109.
И столкнулся нос к носу с киллером. Похоже, мне пиздец. И тут...
Блядь, он что ствол уронил?! Что за цирк?! Где такого альтернативно-одаренного душегуба мне наняли?
Пока убийца, сдавленно матерясь, ползал по асфальту в поисках орудия преступления, (кажется он еще приговаривал- "Погоди...минуточку...я сейчас") -я таки прислал ему ногой в чан. Раздался всхлип, ассасин повалился мордой на грунт.
Так, пистолет- ТТ -цап, пригодится, куда тушку тащить? В кусты? Что там в армии про разведдопрос в конспекты писал?...Пассатижи вроде есть в машине, леска тоже, сейчас разберемся кому это я в кашу наплевал...
Переворачиваю тело.
-Кеша, ты?
-Мумымуа...
В прострации сажусь на тушу забитого убивца. Ноги подкосило от изумления. Закуриваю. Кеша? С пистолетом? Этот толстый желеобразный интеллигентный очкастый еврейский кнур? Жертва любвеобильной бабушки и музыкальной школы ? Человек с лицом ослика Иа? Картина мира трещала по швам.
Тело слабо зашевелилось.
-Слышь, Каракозов, что за выходки?
-Ннннина...
-Чего нинадо? А меня браконьерить надо? У тебя лицензия на отстрел есть? В период гона? А?
-Ниина тебя любит сказала.
-Какая Нина?!
-Моя.
Начинаю припоминать эту Нину. Сисястая такая барышня, что вечно глядела на меня грустными глазами недоенной коровы. С немым укором.
-Ты идиот? Я ж с ней не знаком !
-А она сказала, что будет твоей!
Рассеянно пытаюсь засунуть сигарету в рот и обнаруживаю, что не докурил прежнюю. Люди пообразованней меня назвали бы это состояние когнитивным диссонансом. Без меня меня женили. И чуть не грохнули.
Что я сделал Кеше? Ни-че-го.
Встал и побрел в ЦДХ. Где молча и сурово цапнул роковую Нину за жопу и поволок в машину. Так же, не говоря лишнего слова, выполнил ее предсказания. Ничего особенного, как выяснилось. Сиськи, конечно, о-го-го, но похудеть бы не мешало. Я б за такую жизнь не отдал. Поторговался бы точно.
Выкинул судьбоносную из авто и поехал искать Бегемота. Мне нужно было срочно нажраться.
ТТ, кстати, ожидаемо оказался китайским говном. Собственно, ничего другого от этого опездола я и не ждал.Еле продал долларов за 500 какому-то идиоту.
...
Второй раз был суровее.
Опять 90е.
Еду по Ленинскому и вижу, что возле "Гаваны" два черта замешивают третьего ногами. В 90е довольно обыденная картина. Припарковываюсь. Люблю наблюдать за подобными сценами. Мнить себя стратегом, видя бой со стороны.
У опиздюливаемого оказывается довольно знакомая шевелюра. Длинный хаер, за который его таскают. Блядь, это ж Дэн!
Не сказать, что дружбан, но знакомы по преферансу в кофейне. Как-никак родная душа. Придется вписаться. Вынимаю бейсбольную биту, и неторопливо крадусь к живописной троице. Сзади.
Пробиваю первому битой по коленке. Готов. Черт воет на асфальте, нянча больную ножку. Сломал-не сломал, не знаю, но месяц точно от этого типа можно неприятностей не ждать. Поворачиваюсь ко второму и столбенею. Тот вытянул ствол. Калибр на слона,не меньше. Выстрел!
Не понял что произошло. Я как то дернулся, и у меня подмышкой пролетела красная яркая звезда. Но это я потом вспоминал. А в тот момент мозг выключился, включились ноги. Через полсекунды я уже уворачивался от машины на Ленинском. Через три- пуля меня б уже не догнала, наверное. Казака в поле -легко. А испуганного еврея-вряд ли. Родной район враз перестал быть знакомым. Я летел сквозь неведомый пейзаж.Ветер свистел в ушах. Картинки помню смазанно. Вот я с треском ломлюсь через кусты. Вот за мной увязалась стая собак, но быстро отстала. Выдохлись. Самая упрямая шавка вывесив язык хрипела рядом еще минуты две. На лай у нее дыхалки не хватило. Неожиданно навстречу вылетело метро. Новые Черемушки. Люди отпрыгивали с моей траектории, как кузнечики. Бабы заливисто визжали. За спиной, вдалеке, слышался печальный милицейский свист. В его тоне преобладали ноты безнадежности.
Вот старуха , запрыгнув на скамейку, вопит "Крест тебе, сатана!!!" и осеняет себя знамением.
Очнулся где-то во дворах между Варшавкой и Севастопольским. Долго блуждал. С удивлением обнаружил в руках бейсбольную биту.
Теперь понятно, чего от меня народ шарахался. Амбал на такой скорости, с битой, да с такими выразительными глазами...
Выйдя на свет обнаружил в кожаной куртке обугленную дыру. Сантиметра три в диаметре. Долго думал. Потом дошло,что в меня пальнули из сигнальной ракетницы. СПШ-44, вероятнее всего. Стало обидно. Он же однозарядный! То есть весь этот марафон был зря. Я мог совершенно безнаказанно сделать из стрелка отбивную. Но. Мозги включились только через 5 километров.
С досадой обнаружил, что порвал джинсы. Пополам. Очень быстро бежал, патамушта. Не думал, что это возможно.
Машина, к счастью, не пострадала. Еле доплелся до нее. Час шагал обратно, прикрывая мотню. А туда-минуты за три долетел, как мне показалось.
На следующий день встретил Дэна. Лицо его выражало посильное восхищение. Ну насколько вообще что-то может выражать лицо, которым били об асфальт.
-Ну ты дал, старичок! Мы с гопотой так и охуели. Тот, кому ты ногу сломал аж выть перестал. То ты тут, а то-хуяк! и нету.
Мелькнул на разделительной и исчез. Дематериализовался. Гопники так деморализованы были твоим уходом по-английски,что аж меня не тронули. Дождались "Скорой" и уехали. Но ты спуртанул! Я блябуду тебе в спринтеры надо идти. Честь родины на коротких дистанциях защищать.
-На коротких? Я до Болотниковской доскакал темпа не сбавляя!
-Да ты стаер! Тогда на средних.
-Ага. Если б на старте в спортсменов стреляли из ракетницы у нас бы такие результаты были... Без всякого допинга.
-Не говори!

К чему я это написал? К тому, что на диване сидит и пишет "Мы смело в бой пойдем!" один человек. А пальни у него над ухом-и поскачет наметом, помет роняя, совсем другой.
Но зря.
Тот кто был под обстрелом и так это знает. А тем, кто не был, но убежден в собственной храбрости ничего не объяснить словами.
А вот стволом-легко. С одного выстрела все поймут. Не приведи Господи.

13.

Почитал новости про то как турецкий Эрдоган повязал црушного мятежника Гюлена, расстрелял его гвардию, вобщем сделал все положенное с майданом и я сам не заметил как вспомнилась история из моего армейского прошлого.

Кто в армии придумал устраивать "потешки" история умалчивает. Кто-то говорил, что сам царь Петр, но их одергивал наш старшина прапорщик Иванов и говорил, что только мудаки такое могли придумать - давать срочникам оружие и отправлять полк дебилов против полка даунов. Но генерал, чью фамилию я не помню, с ним был не согласен и поэтому в нашей дивизии два раз в год проводились военные учения. Полк на полк, где офицеры оттачивали свое командирское мастерство, а солдаты получали законную возможность откосить от хозработ и плаца, ну и конечно по мере возможности не проебать оружие.

Я уже дважды участвовал в таких играх и более менее что-то в них начал понимать. С каждым разом они мне рядовому срочнику нравились все меньше. Но в этот раз с самого начала всё пошло вообще не так. Во-первых роль разведчиков-диверсантов, по жребию, проведенному в присутствии комполка, досталась нашему отделению. Оно же во-вторых и в третьих. Как кратко и ёмко, почесав затылок, резюмировал наш ротный - "всё приплыли, пиздец ослику". Осликом был наш замполит. В смысле фамилия у него была Перевозчиков. У него и так за все наши косяки была походка буратино потому что ходить посаженному на кол очень неудобно.

Дали нашему отделению два цинка холостых патронов и трех офицеров: двух из нашего полка и советника. Поставили задачу привести "языка" с целью выведать где в окрестных лесах расположился штаб "синих". Собственно это был секрет полишинеля потому что они всегда располагались в одном и том же месте - на островке окруженном болотами. И в этом был весь юмор. Взять их было нельзя. Без вертолета. Да и с вертолетом было нельзя потому что вертолеты были в полку "синих", а в нашем их не было.

Гениальный замысел наших офицеров был прост как и во все предыдущие годы. Следуя их плану нам следовало расположиться вблизи болот и ожидать шального солдатика из соседнего полка с целью его скрутить и доставить в наш штаб. Откуда должен взяться этот блуждающий солдат и какого лешего он потерял в этом непроходимом болоте потомки Суворова умалчивали.

Замысел удался лишь на половину. В том смысле, что пока наша группа войдя в лес перетягивала и сушила портянки, офицеры пошли советоваться. И судя по обнаруженным потом знакам, советовались они на минном поле. Что и отметил контрольный офицер из штаба учений в чине капитана - оба офицера убиты, дальше группа действует самостоятельно. Офицеры обреченно взглянули на нашу группу и понуро потопали в сторону ближайшей дороги.

Хорошо когда нет командиров. Рядовой Мамбетов сразу предложил сгонять в сельпо, но коллектив косясь на контрольного офицера, эту мысль отогнал и предложил пожрать. Когда солдат не знает что делать, то он ест, а поскольку он часто не уверен своих действиях, то и еды ему нужно много. Вобщем опомнились мы только когда съели весь, выданный на двое суток, запас тушенки.

Первым что-то нехорошее почувствовал советник. С возгласом "я скоро" он атаковал ближайший кустарник. Судя по доносившимся из кустов звукам, тушенка была из медвежатины. Солдат существо неприхотливое и к жизненным проблемам привычное, поэтому мы смирено поступили проще и открыв клапана присели, как и положено по уставу. В один ряд, прямо на берегу лягушачьего рая. Через полчаса к нам вышел бледный офицер выдал "я всё, в медсанчасть, а вы дальше сами."

Дальше мы были сами. Любой небрезгливый враг зажав нос мог бы найти нас по следам. Тушенка как вы поняли была отравлена врагами. Но возвращаться в казарму имея честное право гулять еще двое суток никто не собирался.

К вечеру нам стало намного лучше.То ли запах березы подейстовал, то ли притащенная рядовым Мамбетовым из ближайшего сельпо бутылка водки или может даже две. Жизнь налаживалась. Вспомнили, что здесь рядом есть деревенька, а в километре на отшибе от неё чудный яблочный садик. Куда по обмену в прошлом году ездили на дачу командира соседнего полка работать кротами. В то время как бойцы его полка чинили наш автопарк.

Уговаривать дважды никого не пришлось. Садик оказался небольшим на 20 гектар. Посреди этого плодового рая стояла полковничья цитадель из красного кирпича, орошенная слезами дембельских аккордов.

Дальнейшее я помню как в тумане явно из-за дурманящего запаха спелых яблок. На многие вопросы у меня нет ответов и сегодня. Зачем Серега, призванный в армию с третьего курса филфака английской литературы, взял в плен в дупель пьяного местного сторожа и почему пытался говорить с ним и его собакой по-английски. Зачем мы пытались разбудить сторожа выстрелами и почему затащили его тело в дом полковника. Откуда в кармане сторожа оказался кетчуп и почему он разлился.

Зато похоже ответы были у семьи полковника, удачно заглянувшего с учений на ужин в семейном кругу. Семья полковника, за обеденным столом на веранде поняла все буквально - англичане в маскхалатах убили сторожа и сейчас будут всех пытать. Полковник из нацменьшинств, отмечавший с семьей какое-то свое событие, попытался покончить с собой подавившись бутербродом с икрой. Но его откачали, "шайзе билять" вопил Мамбетов и бил полковника по спине. Я помню как переводил Серегин бред и в результате мы потребовали вертолет и карты.

Полковник, по телефону под угрозой расстрела, позвонил в свой штаб и приказал прислать вертолет и карты. В нашей армии не принято переспрашивать поэтому через пятнадцать минут два заместителя командира, не уточнив какие именно нужны карты, лично привезли и карты с учений и еще какие-то явно неправильные о чем намекал гриф "секретно".

Утром мы сдали все полученное и какого-то неизвестного пьяного майора в наш штаб. Почему офицер был пьян и как оказался с нами в кузове грузовика с яблоками я не помню. Так честно в объяснительных мы все и написали. Даже рядовой Мамбетов, получивший 15 суток отпуска за грамотное выполнение боевой задачи.

14.

Предновогодняя история.
Выходим с сестрой во двор, в центре которого стоит очень крепенький частный дом довоенной (той, 1914 г.) постройки. Через двор, неспеша, идёт серая ворона... Идёт, каждый камешек под ногами рассматривает (вдруг, бриллиант какой?), иногда ходит кругами... Такое поведение не могло остаться безнаказанным - ворону замечает здоровенный кошак, который тихонько подкрадывается к добыче, до которой 10-12 м. Явно увидев опасность, но не подав виду, ворона медленно спрямляет свой путь и исчезает за углом дома. Котик, понявший, что его "обед" уже не видит приближения смерти, бегом летит за угол... А там четыре вороны кидаются на него, со всех сторон долбят клювами неразумную голову и тушку, щиплють шкуру. Пятая, заманившая киску в западню, сделав перед носом ушастого "мёртвую петлю", приземляется сзади жертвы и начинает дёргать кота за хвост. Кот, спасая свою шкуру и остатки самолюбия, позорно оставляет поле избиения за птичками...
Эта сцена напомнила мне, как лет 40-45 назад нормальные ребята отлавливали подобным способом местных гопников и просто хулиганов, пуская впереди "наживку" - ботана-очкарика, на которого хорошо "клевали" "клиенты", с которыми сразу проводилась очень интенсивная "воспитательно-прикладная" работа. Так наш район (даже близлежащие территории) стал местом, где вечером-ночью можно было спокойно гулять любому человеку.

15.

Вспомнила Харьков, весёлые 80-е...
Был у нашей семьи знакомый, мальчик из Кутаиси, учился в инжэке. С Датико постоянно что-то случалось. Приключения просто были заточены под его нижние девяносто.
К нему часто приезжали гости-земляки. Кто из других городов, где учились, кто из самого Кутаиси. Обычно собиралась большая толпа и отправлялась гулять по Харькову, в основном по центру, иногда Павлово Поле.
Однажды гуляли-гуляли, да и загулялись далеко за полночь. Все пьяные, уставшие, денег на такси нет - ну и залезли в пустой дом на Чернышевской, недалеко от перекрёстка с Маяковского. Старый такой дом, то ли два, то ли три этажа. Залезли, ещё попили, что с собой было, пыхнули, естественно.
Дело было уже к лету ближе, народ разделся, жарко всё-таки.
И тут вдруг дом натурально начинает гореть. Причём гореть очень интенсивно.
А прикол в том, что недалеко от этого места находится пожарное училище. И у них периодически практические учения по тушению настоящего пожара. Для этих учений они узнают в горсовете, где пустующие дома под снос, поджигают их, а потом тушат.
И вот дождались доблестные пожарные глубокой ночи и подожгли дом на Чернышевской с четырёх углов. Сели и закурили. Стали ждать, чтоб разгорелось, а то тушить неинтересно.
И каково же было удивление пожарных, когда изо всех окон с громкими криками стали выпрыгивать полуодетые лица и тела явно кавказской национальности...
Пожарного, руководившего этими учениями, чуть кондрат не хватил. Шутка ли, поджечь жилой дом посреди ночи...

16.

КОНТРОЛЬНЫЙ В ГОЛОВУ

Даже если бы я был злобным маньяком-терминатором, то все равно не решился бы напасть на женщину с ребенком. Потому что страшно. Ведь нет такого коварства на которое не способна женщина находящаяся при потомстве. Вот на огромного «качка» напасть – милое дело. Кстати, большие мужики – аргентинозавры, совсем не ожидают нападения, они как правило не готовы к нему. Вот, мол, какой я огромный. Чего бояться?
Так что в трудную минуту, очень даже могут растеряться и спасовать.
Но не будем отвлекаться на психологические проблемы крупных мужиков, а вернемся к субтильным женщинам, защищающим свое потомство…
Заглянула к нам в гости Тамара - соседка по даче. И не одна а с дочкой Сашей, лет пяти.
Пока Тамара с моей тещей делились в огороде ценнейшим цветочным опытом, я позвал Сашу в дом и налил ей компоту.
Саша, с кружкой в обнимку, деловито села за стол и стала рассказывать очень странную историю:

- …А вчера мы с мамой поехали к тете Гале на день рождения и заблудились. Заехали не в ту деревню и там на нас напали бандиты, тоже на машине. Они нас остановили, потом стучали по стеклам и по крыше. Кричали: «Выходи! Выходи!» И с матом тоже. А мама открыла окно и как «пшикнула» им из баллончика. Бандиты схватились за головы и стали кричать еще больше, а мама им сказала: - «Простите меня, ребята, я не хотела вас обидеть! Ой, что я наделала! Вот вам молоко, вода и салфетки, быстро вытирайте глаза, а то ослепнете…»

В этот момент в комнату вошла Тамара и строго сказала:
- Саша, выпила компоту? Скажи - "спасибо" и иди на улицу, посмотри какие там в пруду головастики.

Девчонка убежала на свидание с головастиками, а я спросил Тамару:

- Что за жуткая история с вами вчера приключилась?
- Ой, до сих пор всю трясет. Не буду долго рассказывать, короче, заехали мы черти куда, а уже вечерело. За нами «Нива» увязалась. Увидели что женщина, одна, на хорошей машине, видимо ограбить решили. Дорога узкая, я несусь как могу, но там такие колдобины, что больше сорока не выходит. А «Нива» извернулась, срезала по траве, обогнала меня и прижала к кустам. Они выскочили и ко мне. Двое их было. А вокруг никого, поле и лес.
В общем, улучила я момент, приоткрыла окно, исхитрилась и полила их из баллончика.
Не очень хорошо, правда, попала, но все равно они отскочили, схватились за рожи и заорали как резаные, а потом…
- Подождите, Тамара, Саша сказала, что вы им молоко, воду и салфетки предлагали. Какая вода? Какие салфетки? Вы с ума сошли! Тут уж не до сантиментов, нужно было сразу рвать оттуда когти. Вы что?
- Да какие, в задницу, сантименты? Я вас умоляю. Все как раз наоборот: они воют, морды трут, а я испугалась, что вот-вот эффект пройдет и тогда нам с Сашкой наступит алес капут. Вот я на автомате и стала пищать: - «Ребята, простите меня, дуру, я не хотела. Давайте я вам на руки молока полью, потом салфетками глаза вытру. Скорее сюда! Парни, давайте, давайте, ниже, ниже, подставляйте руки!»
Они как зомби, пришли на голос, опустили от голов руки и стали нашаривать в воздухе откуда польется молоко, вот тут я весь баллончик в них и добила. На этот раз попала как надо, прямо в открытые рты.
Развернулись мы и спокойно уехали. Слава Богу, Саша испугаться толком не успела…
Ну, нам пора уже, спасибо, до свидания.

Мне даже показалось, что я невольно отступил назад, когда прощался с Тамарой…

17.

Не моё.

ПОТРЯСАЮЩАЯ ИСТОРИЯ

Это серое, ничем не примечательное здание на Старой площади в Москве редко привлекало внимание проезжающих мимо. Настоящее зрелище ожидало их после поворотов направо и трех минут езды – собор Василия Блаженного, Красная площадь и, конечно же, величественный и легендарный Кремль. Все знали – одна шестая часть земной суши, именуемая СССР, управлялась именно отсюда.
Все немного ошибались.
Нет, конечно же, высокие кабинеты были и в Кремле, но, по-настоящему рулили Советской империей те, кто помещался в том самом сером здании на Старой площади – в двух поворотах и трех минутах езды.
И именно здесь помещался самый главный кабинет страны, кабинет генерального секретаря ЦК КПСС, и в данный исторический момент, а именно ранней весной 1966 года, в нем хозяйничал Леонид Брежнев.
Сегодня в коридорах этого серого здания царила непривычная суета. Можно даже сказать – переполох. Понукаемая нетерпеливыми окриками генсека, партийно-чиновничья рать пыталась выполнить одно-единственное, но срочное задание.
Найти гражданина СССР Армада Мишеля.
Всё началось с утра. Генсеку позвонил взволнованный министр иностранных дел и в преддверии визита в СССР президента Французской Республики генерала Шарля де Голля доложил следующее. Все службы к встрече готовы. Все мероприятия определены. Час назад поступил последний документ – от протокольной службы президента Франции, и это тоже часть ритуала, вполне рутинный момент. Но один, третий по счету, пункт протокола вызвал проблему. Дело в том, что высокий гость выразил пожелания, чтобы среди встречающих его в Москве, причем непосредственно у трапа, находился его ДРУГ и СОРАТНИК (именно так) Армад Мишель (смотри приложенную фотографию), проживающий в СССР.
- Ну и что? – спокойно спросил генсек. – В чем проблема-то?
- Нет такого гражданина в СССР, - упавшим голосом ответствовал министр. – Не нашли, Леонид Ильич.
- Значит, плохо искали, - вынес приговор Брежнев.
После чего бросил трубку, нажал какую-то кнопку и велел поискать хорошо.
В первые полчаса Армада Мишеля искали единицы, во вторые полчаса – десятки.
Спустя еще три часа его искали уже тысячи. Во многих похожих зданиях. В республиках, краях и областях.
И вскоре стало ясно: Армад Мишель – фантом.
Ну не было, не было в СССР человека с таким именем и фамилией. Уж если весь КГБ стоит на ушах и не находит человека, значит его просто нет. Те, кто успел пожить в СССР, понимают – о чем я.
Решились на беспрецедентное – позвонили в Париж и попросили повторить 3-й пункт протокола.
Бесстрастная лента дипломатической связи любезно повторила – АРМАД МИШЕЛЬ.
Забегая вперед, замечу – разумеется, французский лидер не мог не знать, под какими именно именем и фамилией проживает в СССР его друг и соратник. Он вполне намеренно спровоцировал эти затруднения. Это была маленькая месть генерала. Не за себя, конечно. А за своего друга и соратника.
А на Старой площади тем временем назревал скандал. И во многих других адресах бескрайнего СССР – тоже.
И тут мелькнула надежда. Одна из машинисток серого здания не без колебаний сообщила, что года три назад ей, вроде, пришлось ОДИН раз напечатать эти два слова, и что тот документ предназначался лично Никите Хрущеву – а именно он правил СССР в означенном 1963-м году.
Сегодня нажали бы на несколько кнопок компьютера и получили бы результат.
В 66-м году десятки пар рук принялись шерстить архивы, но результата не получили.
Параллельно с машинисткой поработали два узко профильных специалиста. И она вспомнила очень существенное – кто именно из Помощников Хрущева поручал ей печатать тот документ. (Это была очень высокая должность, поэтому Помощники генсеков писались с большой буквы).
По игре случая этот самый Помощник именно сегодня отрабатывал свой последний рабочий день в этой должности.
Пришедший к власти полтора года назад Брежнев выводил хрущевские кадры из игры постепенно, и очередь этого Помощника наступила именно сегодня.
Ринулись к помощнику, который ходил по кабинету и собирал свои вещи. Помощник хмуро пояснил, что не работал по этому документу, а лишь выполнял поручение Хрущева, и только тот может внести в это дело какую-то ясность. Помощнику предложили срочно поехать к Хрущеву, который безвыездно жил на отведенной ему даче. Помощник категорически отказался, но ему позвонил сам генсек и намекнул, что его служебная карьера вполне может претерпеть еще один очень даже интересный вираж.
Спустя два часа Помощник сидел в очень неудобной позе, на корточках, перед бывшим главой компартии, который что-то высаживал на огородной грядке. Вокруг ходили плечистые молодые люди, которые Хрущева не столько охраняли, сколько сторожили.
72-летний Хрущев вспомнил сразу. Ну, был такой чудак. Из Азербайджана. Во время войны у французов служил, в партизанах ихних. Так вот эти ветераны французские возьми и пошли ему аж сто тысяч доллАров. (Ударение Хрущева – авт.). А этот чудак возьми и откажись. Ну, я и велел его доставить прямо ко мне. И прямо так, по партийному ему сказал: нравится, мол, мне, что ты подачки заморские не принимаешь. Но, с другой стороны, возвращать этим капиталистам деньги обидно как-то. А не хочешь ли ты, брат, эту сумму в наш Фонд Мира внести? Вот это будет по-нашему, по-советски!
- И он внес? – спросил Помощник.
- Даже кумекать не стал, - торжествующе сказал Хрущев. – Умел я все ж таки убеждать. Не то, что нынешние. Короче, составили мы ему заявление, обедом я его знатным угостил, за это время нужные документы из Фонда Мира привезли, он их подписал и вся недолга. Расцеловал я его. Потому как, хоть и чудак, но сознательный.
Помощник взглянул на часы и приступил к выполнению основной задачи.
- Так это ж кличка его партизанская была, - укоризненно пояснил Хрущев. – А настоящее имя и фамилия у него были – без поллитра не то, что не запомнишь – не выговоришь даже.
Помощник выразил сожаление.
А Хрущев побагровел и крякнул от досады.
- А чего я тебе про Фонд Мира талдычу? Финансовые документы-то не на кличку ведь составляли! – Он взглянул на своего бывшего Помощника и не удержался. – А ты, я смотрю, как был мудак мудаком, так и остался.
Спустя четверть часа в Фонде Мира подняли финансовую отчетность.
Затем пошли звонки в столицу советского Азербайджана – Баку.
В Баку срочно организовали кортеж из нескольких черных автомобилей марки «Волга» и отрядили его на север республики – в город Шеки. Там к нему присоединились авто местного начальства. Скоро машины съехали с трассы и по ухабистой узкой дороге направились к конечной цели – маленькому селу под названием Охуд.
Жители села повели себя по-разному по отношению к этой автомобильной экспансии. Те, что постарше, безотчетно испугались, а те, что помладше, побежали рядом, сверкая голыми пятками.
Время было уже вечернее, поэтому кортеж подъехал к небольшому скромному домику на окраине села – ведь теперь все приехавшие знали, кого именно искать.
Он вышел на крыльцо. Сельский агроном (рядовая должность в сельскохозяйственных структурах – авт.) сорока семи лет от роду, небольшого роста и, что довольно необычно для этих мест, русоволосый и голубоглазый.
Он вышел и абсолютно ничему и никому не удивился. Когда мы его узнаем поближе, мы поймем, что он вообще никогда и ничему не удивляется – такая черта натуры.
Его обступили чиновники самого разного ранга и торжественно объявили, что агроном должен срочно ехать в Баку, а оттуда лететь в Москву, к самому товарищу Брежневу. На лице агронома не дрогнул ни один мускул, и он ответил, что не видит никакой связи между собой и товарищем Брежневым, а вот на работе – куча дел, и он не может их игнорировать. Все обомлели, вокруг стали собираться осмелевшие сельчане, а агроном вознамерился вернуться в дом. Он уже был на пороге, когда один из визитеров поумнее или поинформированнее остальных, вбросил в свою реплику имя де Голля и связно изложил суть дела.
Агроном повернулся и попросил его поклясться.
Тот поклялся своими детьми.
Этой же ночью сельский агроном Ахмедия Джабраилов (именно так его звали в миру), он же один из самых заметных героев французского Сопротивления Армад Мишель вылетел в Москву.
С трапа его увезли в гостиницу «Москва», поселили в двухкомнатном номере, дали на сон пару часов, а утром увезли в ГУМ, в двухсотую секцию, которая обслуживала только высшее руководство страны, и там подобрали ему несколько костюмов, сорочек, галстуков, обувь, носки, запонки, нижнее белье, плащ, демисезонное пальто и даже зонтик от дождя. А затем все-таки повезли к Брежневу.
Генсек встретил его, как родного, облобызал, долго тряс руку, сказал несколько общих фраз, а затем, перепоручив его двум «товарищам», посоветовал Ахмедии к ним прислушаться.
«Товарищи» препроводили его в комнату с креслами и диванами, уселись напротив и предложили сельскому агроному следующее. Завтра утром прибывает де Голль. В программу его пребывания входит поездка по стране.
Маршрут согласован, но может так случиться, что генерал захочет посетить малую родину своего друга и соратника – село Охуд. В данный момент туда проводится асфальтовая дорога, а дополнительно предлагается вот что (на стол перед Ахмедией легла безупречно составленная карта той части села, где находился его домик). Вот эти вот соседские дома (5 или 6) в течение двух суток будут сравнены с землей. Живущих в них переселят и поселят в более благоустроенные дома. Дом агронома наоборот – поднимут в два этажа, окольцуют верандой, добавят две пристройки, а также хлев, конюшню, просторный курятник, а также пару гаражей – для личного трактора и тоже личного автомобиля. Всю эту территорию огородят добротным забором и оформят как собственность семьи Джабраиловых. А Ахмедие нужно забыть о том, что он агроном и скромно сообщить другу, что он стал одним из первых советских фермеров. Все это может быть переделано за трое суток, если будет соблюдена одна сущая мелочь (на этом настоял Леонид Ильич), а именно – если Ахмедия даст на оное свое согласие.
Агроном их выслушал, не перебивая, а потом, без всякой паузы, на чистом русском языке сказал:
- Я ничего не услышал. А знаете – почему?
- Почему? – почти хором спросили «товарищи».
- Потому что вы ничего не сказали, - сказал Ахмедия.
«Товарищи» стали осознавать сказанное, а он встал и вышел из комнаты.
Встречающие высокого гостя, допущенные на летное поле Внуково-2, были поделены на две группы. Одна – высокопоставленная, те, которым гость должен пожать руки, а другая «помельче», она должна была располагаться в стороне от трапа и махать гостю руками. Именно сюда и задвинули Ахмедию, и он встал – с самого дальнего края. Одетый с иголочки, он никакой физической неловкости не ощущал, потому что одинаково свободно мог носить любой род одежды – от военного мундира до смокинга и фрачной пары, хотя последние пятнадцать лет носил совершенно другое.
Когда высокая, ни с какой другой несравнимая, фигура де Голля появилась на верхней площадке трапа, лицо Ахмедии стало покрываться пунцовыми пятнами, что с ним бывало лишь в мгновения сильного душевного волнения – мы еще несколько раз встретимся с этим свойством его физиологии.
Генерал сбежал по трапу не по возрасту легко. Теплое рукопожатие с Брежневым, за спинами обоих выросли переводчики, несколько общих фраз, взаимные улыбки, поворот генсека к свите, сейчас он должен провести гостя вдоль живого ряда встречающих, представить их, но что это? Де Голль наклоняется к Брежневу, на лице генерала что-то вроде извинения, переводчик понимает, что нарушается протокол, но исправно переводит, но положение спасает Брежнев. Он вновь оборачивается к гостю и указывает ему рукой в сторону Ахмедии, через мгновение туда смотрят уже абсолютно все, а де Голль начинает стремительное движение к другу, и тот тоже – бросается к нему. Они обнимаются и застывают, сравнимые по габаритам с доном Кихотом и Санчо Панса. А все остальные, - или почти все, - пораженно смотрят на них.
Ахмедию прямо из аэропорта увезут в отведенную де Голлю резиденцию – так пожелает сам генерал. Де Голль проведет все протокольные мероприятия, а вечернюю программу попросит либо отменить либо перенести, ибо ему не терпится пообщаться со своим другом.
Де Голль приедет в резиденцию еще засветло, они проведут вместе долгий весенний вечер.
Именно эта встреча и станет «базовой» для драматургии будущего сценария. Именно отсюда мы будем уходить в воспоминания, но непременно будем возвращаться обратно.
Два друга будут гулять по зимнему саду, сидеть в уютном холле, ужинать при свечах, расстегнув постепенно верхние пуговицы сорочек, ослабив узлы галстука, избавившись от пиджаков, прохаживаться по аллеям резиденции, накинув на плечи два одинаковых пледа и при этом беседовать и вспоминать.
Воспоминания будут разные, - и субъективные, и авторские, - но основной событийный ряд сценария составят именно они.
Возможно, мы будем строго придерживаться хронологии, а может быть и нет. Возможно, они будут выдержаны в едином стилистическом ключе, а может быть и нет. Всё покажет будущая работа.
А пока я вам просто и вкратце перечислю основные вехи одной человеческой судьбы. Если она вызовет у вас интерес, а может и более того – удивление, то я сочту задачу данной заявки выполненной.
Итак, судите сами.

Повторяю, перед вами – основный событийный ряд сценария.
Вы уже знаете, где именно родился и вырос наш герой. В детстве и отрочестве он ничем кроме своей внешности, не выделялся. Закончил сельхозтехникум, но поработать не успел, потому что началась война.
Записался в добровольцы, а попав на фронт, сразу же попросился в разведку.
- Почему? – спросили его.
- Потому что я ничего не боюсь, – ответил он, излучая своими голубыми глазами абсолютную искренность.
Его осмеяли прямо перед строем.
Из первого же боя он вернулся позже всех, но приволок «языка» - солдата на голову выше и в полтора раза тяжелее себя.
За это его примерно наказали – тем более, что рядовой немецкой армии никакими военными секретами не обладал.
От законных солдатских ста грамм перед боем он отказался.
- Ты что – вообще не пьешь? - поинтересовались у него.
- Пью, – ответил он. – Если повод есть.
Любви окружающих это ему не прибавило.
Однажды его застали за углубленным изучением русско-немецкого словаря.
Реакция была своеобразная:
- В плен, что ли, собрался?
- Разведчик должен знать язык врага, – пояснил он.
- Но ты же не разведчик.
- Пока, – сказал он.
Как-то он пересекся с полковым переводчиком и попросил того объяснить ему некоторые тонкости немецкого словосложения, причем просьбу изложил на языке врага. Переводчик поразился его произношению, просьбу удовлетворил, но затем сходил в штаб и поделился с нужными товарищами своими сомнениями. Биографию нашего героя тщательно перелопатили, но немецких «следов» не обнаружили. Но, на всякий случай, вычеркнули его фамилию из списка представленных к медали.
В мае 1942 года в результате безграмотно спланированной военной операции, батальон, в котором служил наш герой, почти полностью полег на поле боя. Но его не убило. В бессознательном состоянии он был взят в плен и вскоре оказался во Франции, в концлагере Монгобан. Знание немецкого он скрыл, справедливо полагая, что может оказаться «шестеркой» у немцев.

Почти сразу же он приглянулся уборщице концлагеря француженке Жанетт. Ей удалось уговорить начальство лагеря определить этого ничем не примечательного узника себе в помощники. Он стал таскать за ней мусор, а заодно попросил её научить его французскому языку.
- Зачем это тебе? – спросила она.
- Разведчик должен знать язык союзников, – пояснил он.
- Хорошо, – сказала она. – Каждый день я буду учить тебя пяти новым словам.
- Двадцать пяти, – сказал он.
- Не запомнишь. – засмеялась она.
Он устремил на неё ясный взгляд своих голубых глаз.
- Если забуду хотя бы одно – будешь учить по-своему.
Он ни разу не забыл, ни одного слова. Затем пошла грамматика, времена, артикли, коих во французском языке великое множество, и через пару месяцев ученик бегло болтал по-французски с вполне уловимым для знатоков марсельским выговором (именно оттуда была родом его наставница Жанетт).
Однажды он исправил одну её стилистическую ошибку, и она даже заплакала от обиды, хотя могла бы испытать чувство гордости за ученика – с женщинами всего мира иногда случается такое, что ставит в тупик нас, мужчин.
А потом он придумал план – простой, но настолько дерзкий, что его удалось осуществить.
Жанетт вывезла его за пределы лагеря – вместе с мусором. И с помощью своего племянника отправила в лес, к «маки» (французским партизанам – авт.)
Своим будущим французским друзьям он соврал лишь один – единственный раз. На вопрос, кем он служил в советской армии, он ответил, не моргнув ни одним голубым глазом:
- Командиром разведотряда.
Ему поверили и определили в разведчики – в рядовые, правда. Через четыре ходки на задания его назначили командиром разведгруппы. Ещё спустя месяц, когда он спустил под откос товарняк с немецким оружием, его представили к первой французской награде. Чуть позже ему вручили записку, собственноручно написанную самоназначенным лидером всех свободных французов Шарлем де Голлем. Она была предельно краткой: «Дорогой Армад Мишель! От имени сражающейся Франции благодарю за службу. Ваш Шарль де Голль». И подпись, разумеется.
Кстати, о псевдонимах. Имя Армад он выбрал сам, а Мишель – французский вариант имени его отца (Микаил).
Эти два имени стали его основным псевдонимом Но законы разведслужбы и конспирации обязывали иногда менять даже ненастоящие имена.
История сохранила почти все его остальные псевдонимы – Фражи, Кураже, Харго и даже Рюс Ахмед.

Всё это время наш герой продолжал совершенствоваться в немецком языке, обязав к этому и своих разведчиков. Это было нелегко, ибо французы органически не переваривали немецкий. Но ещё сильнее он не переваривал, когда не исполнялись его приказы.
И вскоре он стал практиковать походы в тыл врага – малыми и большими группами, в формах немецких офицеров и солдат. Особое внимание уделял немецким документам – они должны были быть без сучка и задоринки. Задания получал от своих командиров, но планировал их сам. И за всю войну не было ни одного случая, чтобы он сорвал или не выполнил поставленной задачи.
Однажды в расположение «маки» привезли награды. И он получил свой первый орден – Крест за добровольную службу.
Через два дня в форме немецкого капитана он повел небольшую группу разведчиков и диверсантов на сложное задание – остановить эшелон с 500 французскими детьми, отправляемыми в Германию, уничтожить охрану поезда и вывести детей в лес. Задание артистично и с блеском было выполнено, но себя он не уберег – несколько осколочных ранений и потеря сознания. Он пролежал неподалеку от железнодорожного полотна почти сутки. В кармане покоились безупречно выполненные немецкие документы, а также фото женщины с двумя русоволосыми детьми, на обороте которого была надпись: «Моему дорогому Хайнцу от любящей Марики и детей». Армад Мишель любил такие правдоподобные детали. Он пришел в себя, когда понял, что найден немцами и обыскивается ими.
- Он жив, – сказал кто –то.
Тогда он изобразил бред умирающего и прошептал что–то крайне сентиментальное типа:
- Дорогая Марика, ухожу из этой жизни с мыслью о тебе, детях, дяде Карле и великой Германии.
В дальнейшем рассказ об этом эпизоде станет одним из самых любимых в среде партизан и остальных участников Сопротивления. А спустя два года, прилюдно, во время дружеского застолья де Голль поинтересуется у нашего героя:
- Послушай, всё время забываю тебя спросить – почему ты в тот момент приплел какого–то дядю Карла?
Армад Мишель ответил фразой, вызвавшей гомерический хохот и тоже ставшей крылатой.
- Вообще–то, - невозмутимо сказал он, - я имел в виду Карла Маркса, но немцы не поняли.

Но это было потом, а в тот момент нашего героя погрузили на транспорт и отправили в немецкий офицерский госпиталь. Там он быстро пошел на поправку и стал, без всякого преувеличения, любимцем всего своего нового окружения. Правда, его лицо чаще обычного покрывалось пунцовыми пятнами, но только его истинные друзья поняли бы настоящую причину этого.
Ну а дальше произошло невероятное. Капитана немецкой армии Хайнца – Макса Ляйтгеба назначили ни много, ни мало – комендантом оккупированного французского города Альби. (Ни здесь, ни до, ни после этого никаких драматургических вывертов я себе не позволяю, так что это – очередной исторический факт – авт.)
Наш герой приступил к выполнению своих новых обязанностей. Связь со своими «маки» он наладил спустя неделю. Результатом его неусыпных трудов во славу рейха стали регулярные крушения немецких поездов, массовые побеги военнопленных, - преимущественно, советских, - и масса других диверсионных актов. Новый комендант был любезен с начальством и женщинами и абсолютно свиреп с подчиненными, наказывая их за самые малейшие провинности. Спустя полгода он был представлен к одной из немецких воинских наград, но получить её не успел, ибо ещё через два месяца обеспокоенный его судьбой де Голль (генерал понимал, что сколько веревочке не виться…) приказал герру Ляйтгебу ретироваться.
И Армад Мишель снова ушел в лес, прихватив с собой заодно «языка» в высоком чине и всю наличность комендатуры.
А дальше пошли новые подвиги, личное знакомство с де Голлем, и – победный марш по улицам Парижа. Кстати, во время этого знаменитого прохода Армад Мишель шел в третьем от генерала ряду. Войну он закончил в ранге национального Героя Франции, Кавалера Креста за добровольную службу, обладателя Высшей Военной Медали Франции, Кавалера высшего Ордена Почетного Легиона. Венчал всё это великолепие Военный Крест – высшая из высших воинских наград Французской Республики.
Вручая ему эту награду, де Голль сказал:
- Теперь ты имеешь право на военных парадах Франции идти впереди Президента страны.
- Если им не станете вы, мой генерал, - ответил Армад Мишель, намекая на то, что у де Голля тоже имелась такая же награда.
- Кстати, нам пора перейти на «ты», – сказал де Голль.
К 1951-му году Армад Мишель был гражданином Франции, имел жену-француженку и двух сыновей, имел в Дижоне подаренное ему властями автохозяйство (небольшой завод, по сути) и ответственную должность в канцелярии Президента Шарля де Голля.
И именно в этом самом 1951-м году он вдруг вознамерился вернуться на Родину, в Азербайджан. (читай – в СССР).
Для тех, кто знал советские порядки, это выглядело, как безумие.
Те, кто знали Армада Мишеля, понимали, что переубеждать его – тоже равносильно безумию.
Де Голль вручил ему на прощание удостоверение почетного гражданина Франции с правом бесплатного проезда на всех видах транспорта. А спустя дней десять дижонское автопредприятие назвали именем Армада Мишеля.
В Москве нашего Героя основательно потрясло МГБ (Бывшее НКВД, предтеча КГБ - авт.) Почему сдался в плен, почему на фото в форме немецкого офицера, как сумел совершить побег из Концлагеря в одиночку и т.д. и т.п. Репрессировать в прямом смысле не стали, отправили в родное село Охуд и велели его не покидать. Все награды, письма, фото, даже право на бесплатный проезд отобрали.
В селе Охуд его определили пастухом. Спустя несколько лет смилостивились и назначили агрономом.
В 1963-м году вдруг вывезли в Москву. Пресловутые сто тысяч, беседа и обед с Хрущевым, отказ от перевода в пользу Фонда мира. Хрущев распорядился вернуть ему все личные документы и награды.
Все, кроме самой главной – Военного Креста. Он давно был экспонатом Музея боевой Славы. Ибо в СССР лишь два человека имели подобную награду – главный Творец Советской Победы Маршал Жуков и недавний сельский пастух Ахмедия Джабраилов.
Он привез эти награды в село и аккуратно сложил их на дно старого фамильного сундука.
А потом наступил 66-й год, и мы вернулись к началу нашего сценария.
Точнее, к той весенней дате, когда двое старых друзей проговорили друг с другом весь вечер и всю ночь.
Руководитель одной из крупных европейский держав и провинциальный сельский агроном.
Наш герой не стал пользоваться услугами «товарищей». Он сам уехал в аэропорт, купил билет и отбыл на родину.
Горничная гостиницы «Москва», зашедшая в двухкомнатный «полулюкс», который наш герой занимал чуть менее двух суток, была поражена. Постоялец уехал, а вещи почему-то оставил. Несколько костюмов, сорочек, галстуков, две пары обуви. Даже нижнее белье. Даже заколки. Даже зонт для дождя.
Спустя несколько дней, агронома «повысят» до должности бригадира в колхозе.
А через недели две к его сельскому домику вновь подъедут автомобили, в этот раз – всего два. Из них выйдут какие–то люди, но на крыльцо поднимется лишь один из них, мужчина лет пятидесяти, в диковинной военный форме, которую в этих краях никогда не видели.
Что и можно понять, потому что в село Охуд никогда не приезжал один из руководителей министерства обороны Франции, да ещё в звании бригадного генерала, да ещё когда–то близкий друг и подчиненный местного колхозного бригадира.
Но мы с вами его узнаем. Мы уже встречались с ним на страницах нашего сценария (когда он будет полностью написан, разумеется).
Они долго будут обниматься, и хлопать друг друга по плечам. Затем войдут в дом. Но прежде чем сесть за стол, генерал выполнит свою официальную миссию. Он вручит своему соратнику официальное письмо президента Франции с напоминанием, что гражданин СССР Ахмедия Микаил оглу (сын Микаила – авт.) Джабраилов имеет право посещать Францию любое количество раз и на любые сроки, причем за счет французского правительства.
А затем генерал, - нет, не вручит, а вернет, - Армаду Мишелю Военный Крест, законную наградную собственность героя Французского Сопротивления.
Ну и в конце концов они сделают то, что и положено делать в подобных случаях – запоют «Марсельезу».
В стареньком домике. На окраине маленького азербайджанского села.
Если бы автор смог бы только лишь на эти финальные мгновения стать режиссером фильма, то он поступил бы предельно просто – в сопровождении «Марсельезы» покинул бы этот домик через окно, держа всё время в поле зрения два силуэта в рамке этого окна и постепенно впуская в кадр изумительную природу Шекинского района – луга, леса, горы, - а когда отдалился бы на очень-очень большое расстояние, вновь стал бы автором и снабдил бы это изображение надписями примерно такого содержания:
Армад Мишель стал полным кавалером всех высших воинских наград Франции.
Ахмедия Джабраилов не получил ни одной воинской награды своей родины – СССР.
В 1970-м году с него был снят ярлык «невыездного», он получил возможность ездить во Францию и принимать дома своих французских друзей.
Прошагать на военных парадах Франции ему ни разу не довелось.
В 1994-м году, переходя дорогу, он был насмерть сбит легковым автомобилем, водитель которого находился в состоянии легкого опьянения. Во всяком случае, так было указано в составленном на месте происшествия милицейском протоколе.

18.

«Они сражались за Родину»

В 2000 году Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) надумал провести свой очередной годовой отчет в Риге. Для этих целей он практически арендовал весь город с 19 по 22 мая. Я точно помню эти даты, потому что как раз таки в эти даты моя мама родила своего младшего сына, то бишь меня.

Мой шеф - личность далеко незаурядная, в свое время прикупил банк, в котором я имел честь работать, через этот банк понахватал кредитов у ЕБРР (и не только) на свои аффелированные компании. Далее за свое нестандарное ведение бизнеса он поплатился банком, ну а я, проявив не дюжую стойкость и выдержку в процессе банкротства последнего, получил приглашение продолжить работу в его разностороннем бизнесе на правах финансового менеджера.

Дальнейшие события моей истории пройдут в Риге, куда мы были приглашены на правах клиентов-должников ЕБРР, точнее приглашен был шеф, ну а я, как бесплатное приложение, должен был сопровождать лицо приближенное к Императору во всех его латвийских похождениях. Нам забронировали номер в отеле Radisson, на первом этаже которого было казино, где шеф проводил ночное время, разумеется и я тоже. Днем шеф отдыхал зарывшись в дорогой сатин, ну а я спал на различных семинарах и лекциях и вечером кратно излагал материал, который я успевал выхватить из потока информации, пребывая в состоянии тяжелого недосыпа.

Мой день рождения, с учетом обстоятельств протекал буднично, утром я как обычно понабрал на завтрак целую гору мясных и рыбных деликатесов (шведский стол входил в стоимость), а вторую часть моего рижского завтрака составляла полная тарелка свежих ананасов и консервированных персиков. Я заметно выделялся из толпы делегатов-европейцев, которые скромно попивали кофе и грызли круасанчики, но мне было плевать, и ножом я пользовался по настроению…

Покончив с завтраком и покрыв его доброй чашкой кофе, я сытно рыгнул и побрел на улицу, где уже стоял один из многих специальных автобусов, которые курсировали по всему городу и развозили делегатов по местам выбранных семинаров и лекций. На груди у меня болтался бейджик - id-card, который означал, что я, мать его, крутой гость и отношение ко мне должно быть исключительно любезное и гостеприимное. День, как я уже сказал, прошел буднично, ну а вечером мы забрели в один уютный итальянский ресторанчик отметить мой день рождения.

Я с аппетитом поглощал телятину, ну а шеф ковырял лазанью:
- Что тебе подарить?
- А я уже себе купил подарок от вашего имени, – ответил я, показывая RayBan за 150 баксов, купленные на подотчетные средства в Москве за два дня до приезда в Ригу.
Шеф немного поморщился, видимо он рассчитывал отделаться магнитиком на холодильник:
- Мда…, ты у меня дорогой сотрудник, – тактично заметил он.
- А то! – подумал я - верность и любовь нынче дороги!

Далее, до двух часов ночи мы просидели в «нашем» казино, где администратор подогнал бутылку Ballantine’s, а местный персонал, выстроившись в линейку пропел «happy birthday», ну и напоследок мне и шефу подарили по галстуку работы местного мастера с элементами игорных атрибутов. Думаю не надо говорить о том, что это был классический «развод» клиентов и в этот вечер, расчувствовавшись, мы оставили в казино приличную сумму, точнее не мы, а шеф, ну а я, как верный помощник, помогал ему сеять бабло не на то поле, причем достаточно активно.

Выйдя из казино с бутылкой ирландского пойла, двумя аляпистыми галстуками и с горьким привкусом проигрыша, шеф глянул на часы. Времени до отлета домой было еще предостаточно, спать не хотелось, а лазанья, съеденная накануне вечером, давно уже превратилась в конечный продукт жизнедеятельности:
- Я бы съел чего-нибудь, ну и посмотрел варьете или стриптиз какой-то, - задумчиво произнес шеф.

Вот с этого момента и начинается самое интересно действо моей истории, до этого все - лирика, поэтому прошу извинить автора и не нажимать «нет» внизу раньше времени…

Таксист внимательно выслушал наш каприз, глянул на наши бейджики и с многозначительным взглядом изрек:
- Надо ехать в Юрмалу, это 30 минут езды…
- В Юрмалу, так в Юрмалу - говно-вопрос, - скажи он нам, что надо ехать на Северный полюс, мы бы и туда поперлись, если бы время позволяло.

Привез он нас к небольшому особнячку, одиноко стоящему на лужайке. Встретил нас внушительного вида малец, вид у него был грозный, но гостеприимный, он завел нас в совершенно пустой от посетителей холл, где в углу стоял шест. На шесте изгалялся какой-то смазливый блондинчик в обтягивающем и сверкающем костюме, играла приглушенная музыка - короче, привезли нас в бордель.

Посещение борделя в наши планы не входило, мы растерянно переглянулись и завалились на ближайшие диванчики, тут появилась сомнительная личность и поинтересовалось чего бы мы хотели.
- Нам бы поесть чего-нибудь, - обреченно сказал шеф, понимая, что здесь подают совсем не Венский шницель.
- Да конечно, сейчас привезут, – любезно, но грустно сказал администратор.

Через полчаса нам привезли пищу, понятно, что ее заказали у какой-то конторы по развозу ужинов на дом, и она вообще не впечатляла, мальчик на палке стал надоедать своими обезьяньими движениями.
- Что-нибудь еще? – поинтересовался услужливый тип.
- Нет, пока ничего – буркнул шеф.
- Извините, а вы откуда к нам приехали? – типу наверное было любопытно, что за идиоты в три часа ночи приезжают в бордель поужинать.
Шефу бы следовало соврать, а не выдавать наше резиденство…
- Ааа, – понимающе произнес тип, у него в голове все стало на свои места, он окончательно потерял к нам интерес и удалился.

И вот в этот момент шеф произнес сакраментальную фразу:
- Что этот козел подумал о нас? Мы что из Страны импотентов!?...

Есть несколько правил успешной карьеры, одно из них гласит: «Если шеф начинает говорить сакраментальные вещи, то ему перечить не надо»:

- Скорее всего, шеф.
- Нет, думаю, придется нам постоять за ее честь! - пафосно подытожил он.

Что-то подобное говорил Джон Ф. Кеннеди: «Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя. Спроси себя, что ты можешь сделать для нее».

Я утвердительно кивнул, патриотизм медленно, но верно заполнял мое тело снизу вверх, надо отдать должное, шеф умел мотивировать своих подчиненных.

"Сражаться за Родину" я пошел первым, зажимая в руке 50 лат, как противотанковую гранату. Танк мне попался хороший, передний броне лист миллиметров так 150-200... в эту ночь ВВП Страны стал беднее на 150 лат, но, как говорится, честь дороже золота.

На рассвете мы вылетели из Риги и уже глубокой ночью приземлились в нашем родном аэропорту. Я вышел на трап и устало вздохнул. Ставшая мне родной благодатная земля встречала своих героев теплым, южным порывом ветра. Спи спокойно, Страна!

23/11/2014

19.

Песня бандеровского добровольца идущего на войну за интересы США и Олигархии Украины.

Пораньше я встану, трусы подтяну.
Довольно майданов, иду на войну.
Друзей в чистом поле конвой отловил,
А я добровольно, но я не дебил.

Я хату покину,пойду воевать,
Чтоб землю в Донбассе обамке отдать.
Чтоб пан Порошенко, убийца и гад,
В карман положил свой еще миллиард.

Не плачьте, маманя, судьбину кляня,
Идите майданить заместо меня.
Скачите повыше, хоть вам тяжело
И громче кричите, что Путин "лоло".
Ведь если старательней станем скакать.
Скорее украйна начнет процветать.

Положьте мне памперсов, зброю, харчи.
Прощай, психдиспансер, покеда, врачи.
И вот на позиции я огневой
Кричу: "Все в атаку! Бандера херой!"

Но тут в черепушку мне жахнул снаряд:
- Вы что, оборзели? Я ж не колорад!
Мне шустер недавно поведал на днях,
Что ватников гробят одних на фронтах,
А с ними детишек, бабусь, стариков...
Но я же с нацгвардии, я не таков!!!!

Тут гадская мина мне темя снесла.....
Успел прошептать я: "украине сла....."

Напрасно старушка ждет сына домой,
Он хладною тушкой лежит под горой.
И только мигает мобилы табло,
Звоночек трезвонит - мол, Путин - "лоло

УКРОП ДОМ ПОКИНУЛ, ПОШЁЛ ВОЕВАТЬ.
ЧТОБ ЗЕМЛИ ДОНБАССА ОБАМЕ ОТДАТЬ.
НЕ ЖДИ МЕНЯ ЖИНКА, НЕ ЖДИ МЕНЯ МАТЬ.
ЗА СЧАСТЬЕ ПИНДОСОВ ИДУ УМИРАТЬ

20.

Рыночная экономика.

За прилавком стоит Ленка,
у нее мандраж в коленках.
Дико улыбается,важно изгибается.
Думает как кассу сдать,
весь товар под ноль продать
кучу денег накопить да детей обуть обшить,
чтобы Сашка не был пьян и подшился как братан
думает про сапоги про белье да тряпки.
Размечталась до того, что не видит ничего
ни прилавка ни весов видит сон, а он таков.
За прилавком виден лес, дача крыша до небес!
Служанка с покрывалом, да негр с опахалом.
Тысща соток огород- витамины круглый год!
В поле белый мерседес- вообщем никаких чудес.
Ну а коль пошло так дело- за границу в шопинг смело!
Посмотреть как круглый год за бугром народ живет.
Что ль в Америку промчаться- на бизонах покататься
хоть они и в красной книге" новым русским" все до фиги!
Да с индейцами общенье все пошло б на развлеченье.
Прикупить там казаки,что за чудо сапоги!
Мы б в ковбоев поиграли.
Лассо вместе покидали.
Платят деньги не робей!
Берегися вождь злодей!
В резервации фривольно,
нет уж хватит, все- довольно!
Хватит по миру шататься, надо к дому собираться.
Вилы, яхты, самолеты это все уж до икоты,
тянет в свой родной садом
там детишки милый дом!
Собралась домой икая,
в личный лайнер не влезают все коробки и тюки,
оставлять их не с руки- не возьмешь возьмут враги!
Вновь Чернобыль проезжая, удивилась урожаю-
помидоры, огурцы ах какие удальцы!
Надо взять домой немножко
на салат да на окрошку.
На рассаду тоже взять!
Посадить потом продать!
Все поставить на поток будет Западу урок.
Конкуренция поможет- берегись ее кто может!
Так мечтала наша Ленка мондражируя в коленках
за прилавком у весов- все без лишних словесов.
Вдруг рассеялся туман,
ах как сладок сон дурман!
Но реальность такова
Вход за рубль выход два!
P.S. Да вообще все это бред!
Хорошо где" наших " нет!

21.

Это случилось погожим августовским вечером на закате брежневской эпохи. Давняя московская подруга моей мамы, Надежда Константиновна, жарила котлеты, когда в кухню вошёл её супруг и загадочно улыбаясь, сообщил, что готов поспорить на что угодно, но в ближайшие пять минут в их дом звезданётся крупный летающий объект. Она глянула в окно и ничего, кроме обычной пятиэтажки напротив, там не увидела. Зато услышала со двора дикие крики. Их становилось всё больше. На двор упала сверху косая огромная тень и заскользила.

Тётя Надя вышла на балкон и обмерла. Прямо на неё несся, размером с двухэтажный дом, грозно покачивая лапами в воздухе, здоровенный надувной медведь. Он едва не зацепил грандиозной задней лапой козырёк их дома и полетел дальше. Упал на пустыре за её домом.

Конечно, это был наш олимпийский Мишка. Я вот рассказал как мог, а перед собой видел взволнованные сияющие глаза Надежды Константиновны. Для неё это был, может, самый потрясающий случай в её жизни. А история у меня получилась так себе. Ну, не собираюсь я эффектных концовок выдумывать. Вздохнув, решил хотя бы проверить гуглем, не напутал ли чего в тётинадином рассказе. Всё-таки два миллиарда человек наблюдало за прощальным взлётом Миши, я тогда мальчишкой просто разревелся. Не мог он упасть незамеченным.

Результаты поиска меня озадачили. Всезнающая Википедия посвятила Мише целую статью, но мой вопрос деликатно обошла стороной. Зато сообщила: "Олимпийский Миша представляет собою антропоморфного медведя, улыбающегося и стоящего на задних лапах."

Потом профи из ЦАГИ рассказали, как вели медведя по специальному воздушному коридору. После МКАДа он взбунтовался, вышел из коридора и полетел к Бородинскому полю. Возле него Мишку и посадили, чтобы не улетел неизвестно куда. Сел на дом отдыха "Вымпел".

Прочитав это, я просто расстроился. Неужели тётя Надя всё выдумала? Жила она за Ленинскими горами. Какое уж там Бородинское поле. Стал гуглить дальше и понял - многие свидетели видели падение медведя именно в её районе. Прибавляют сшибленный им пивной ларёк и двух перепуганных алкашей. Потом увидел - где только он не падал. Версий пять насчитал минимум. В конце концов нашёл такую вот историю, даю в своей сокращённой редакции:

"Полная правда о последнем полете Олимпийского Мишки на Олимпиаде-80.

Хочу поведать вам настоящую историю об Олимпийском Мишке. Я знаю эту информацию от друга моего отца, который был связан в те годы с Олимпийским Комитетом. Однажды, будучи у нас дома в гостях, в состоянии хорошего подпития разгласил эту тайну. Я не придавал этой теме особого внимания, пока недавно случайно не увидел в интернете кучу баек и легенд на эту тему. Мне стало обидно от того, что вместо правды, которую народ уже мог бы и знать, подается какая-то низкопробная брехня.

Ручаться о том, что я расскажу - правда, я не могу, но судя по логике, так все и было. А источник информации у меня не вызывает никаких сомнений. Если этот человек что-то и говорил, то только о том, что знает на самом деле.

Было все не так гладко, как хотелось бы организаторам, если не сказать больше. Сделать Мишку управляемым полностью с земли было в принципе возможно, так же как и управлялись луноходы, через спутник операторами на земле. Вот только не было ни времени, ни таких колоссальных затрат на это, учитывая то, что проект вообще не хотели разрешать по формулировке, что дескать медведи не летают.

Мишка действительно был резиновым, наполненный гелием и с балластом от пояса до низа, также в правой нижней лапе находилась кабина пилота-оператора, и также было и управление с помощью групп шаров для разворота в стороны. Но было и то, о чем нигде не говорилось, а это очень важная деталь управления объектом. Без чего не полетит дирижабль? Правильно - без двигателя. В задней части он и располагался, а точнее прямиком на мягком месте, или пятой точке. Это был электродвигатель, который вращал винт или пропеллер, почти как у Карлсона.

И винт, и понятное дело двигатель, находились внутри изделия. Винт скрывался куском прочной материи, которая при этом пропускала исходящий поток от лопастей. Так что Мишка не был аэростатом-изделием. Это был все-таки дирижабль-изделие.

В качестве балласта использовались аккумуляторы для двигателя, сам двигатель, оператор и песок в самой нижней части задних лап для амортизации при приземлении. В кабине у оператора имелось управление шарами, датчики высоты и направления полета, смотровая щель, замаскированная под белую полосу на лапе (её можно увидеть на фотографии) с неплохим обзором и автоматическая и ручная регулировка стравливания гелия. Также у пилота имелась постоянная связь с землей. Резервной копии Мишки не было. Причины разные, от нехватки денег (на Олимпиаду шли миллионы рублей), до нехватки времени.

Полет практически полностью должен был руководиться с земли спец-штабом полета в плане всех маневров объекта. Оператор выполнял команды, докладывал о показаниях приборов и управлял летающим объектом. Оператором был летчик-испытатель. Штаб на земле находился в районе смотровой площадки на Воробьевых горах, также было три мобильные группы на автомобилях в случае форс-мажорных обстоятельств, которые дежурили на Воробьевской набережной, улице Косыгина, и Университетском проспекте. Местом приземления служила закрытая территория между улицей Косыгина и Университетским проспектом, там как раз было много открытого пространства для посадки. Там соответственно тоже дежурили люди из группы полета.

План полета был прост. Миша взлетает из «Лужников» на определенную высоту уже лицом к направлению полета (в сторону Университета и Воробьевых гор). Дальше, заняв свою высоту с помощью стравливания гелия (именно этим и занималась единственная автоматика на объекте), оператор включал двигатель и начинал плавно двигаться по прямой к месту посадки. В случае отклонения от курса оператор должен был использовать для коррекции группы шаров. Достигнув места посадки, выпустить газ и сесть. Вот собственно такой был план полета.

Пробный полет состоялся на кануне закрытия игр, где объект без всяких происшествий приземлился в заданном месте. Полет также производился поздним вечером. После чего Мишка был сдут и доставлен обратно на стадион. Стоит отметить еще одну важную деталь. Полет по ландшафту пролегал по ниспадающей высоте, так как объект летел на возвышенность (Воробьевы горы) и соответственно, заняв определенную высоту, приходил к месту посадки, не меняя коридора высоты уже с меньшей высотой от земли. Что было удобно в плане посадки.

Теперь о самом заключительном полете. Как это произошло в действительности. Начало полета задокументировано телевизионной съемкой. Мишка плавно взмывает в ночное небо Москвы. После чего он занял свой высотный коридор и оператор включил двигатель на самый малый ход. Далее Мишка выходит из поля зрения людей на стадионе и входит в зону непосредственного контроля штаба полетом. До самой Москвы-реки полет был идеальным по направлению и высоте, однако при пересечении реки, где-то на середине её, Мишу стало заносить влево от направления полета. Вероятно, это был порыв ветра с реки. Оператор стал выравнивать курс шарами, но Мишка не реагировал и продолжал разворачиваться влево. С земли поступила команда усилить тягу двигателя при маневрировании. Возможно, эта команда и была роковой ошибкой. От усиления тяги Миша сделал все наоборот и вместо разворота вправо - в нужную сторону, еще больше закрутился влево и уже теперь летел спиной по направлению полета, т.е развернулся на 180 градусов.

Пилоту ничего не оставалось делать, как выключить тягу совсем. Но мало того, что он летел уже спиной, его еще начало кружить вокруг собственной оси, как в штопоре в ту же левую сторону. Наверное, отсюда идут слухи о сильном ветре, который его унес за Можай. Ничем, кроме порыва ветра нельзя объяснить такое поведение объекта, хотя погода была не ветреная. На земле запаниковали, ситуация явно выходила из под контроля. Более того, Мишка изменил курс, теперь он двигался ровно по направлению реки, как раз по ее течению, и при этом крутился. Ужас положения заключался в том, что далее по этому направлению был метромост со станцией метро Ленинские горы, и была вероятность в него врезаться.

К счастью оператор смог прекратить вращения Мишки, но мост неумолимо надвигался, а место посадки оставалось все дальше. На земле принимают решение на экстренную посадку на берег реки, Воробьевскую набережную около моста в сторону Университета. Оператору дают приказ стравливать газ и уходить вправо. Здесь уже все зависело от летного мастерства оператора, везения, и самого воздушного потока. А воздух как будто смирился над Мишкой, и у него получилось развернуться лицом к берегу. Оператор открыл клапаны и начал выпускать гелий.

И тут новая незадача, газ стал слишком быстро выходить, а Миша быстро снижаться. Стало ясно, что до берега он не дотянет и грохнется в воду, а это совсем никуда не годилось, ведь так он и до Южного порта доплывет, курам на смех. Земля подает приказ нажать на секретную красную кнопку под левым рычагом управления шарами, о которой оператору ничего не говорили доселе. Оператор, не раздумывая, нажимает ее и тут же резким толчком Мишка уходит вверх. Это сработали реактивные сопла секретного реактивного двигателя в подошвах Мишкиных лап, а также и в лапах верхних сработали тоже. Перегрузка была такая, сколько уж g не ясно, но оператор потерял сознание.

Когда он очнулся, была зима, и он уползал на руках подальше от своего горящего корабля. Черное небо и белый снег, жар огня и мороз зимнего леса..."

Нет, честно, до предпоследнего абзаца я читал, затаив дыхание :)

Цитировано с http://sandrotkl.livejournal.com/3429.html

22.

О правильном питании
Была одна такая неприятная история в штатах, которая началась буквально с пустого места. После войны в Лаосе на гражданку демобилизовался вполне себе типичный морпех, звали его Лукас Лок. В общем–то парень был сообразительный, а в армию попал скорее по собственной глупости. Знаете, по молодости что–то щелкнуло, пошел да завербовался. Ну, да ничего, вернулся с полным комплектом рук и ног. И т.к. уже имел опыт общения с азиатами и за время службы накопил немного средств, начал потихоньку возить из Лаоса разный ширпотреб местный, дело не очень пошло, переключился на японскую технику. В те годы Японию еще не очень в США жаловали, да всех азиатов в общем–то – Корея, Вьетнам и т.д. А потому старались дел с ними не иметь. Лукас, что называется, поймал волну. Как раз неприязнь к узкоглазым пошла на нет, а недорогая бытовая техника разных там Тошиб и ГолСтаров была востребована. Конечно выгодную тему быстро просекли крупные ритейлеры, но Лукас успел оторвать достаточно крупный кусок, которого было достаточно для того, чтобы приступить к тому чего он действительно жаждал.

Для начала он арендовал в Неваде заброшенную военную авиабазу. База по сути располагалась между горами. В достаточно просторной лощине стояли хозяйственные постройки, а основные помещения и взлетные полосы располагались в скале. Это был штатовский пережиток бредовых идей времен самого начала холодной войны. Задачей базы было обеспечить неизбежность ответного атомного удара по СССР. То есть если советы бомбили США, горы укрывали стратегические бомбардировщики, те взлетали с билетом в один конец — на обратную дорогу топлива не было. Отбомбившись, летчики должны были уйти от зоны поражения, снизиться, покинуть самолет на парашютах. А их в заданных районах СССР подбирали специальные отряды спасателей. Под эту задачу даже отдельную агентурную сеть развернули в стране советов. Но 50–ые закончились, на смену засекреченным военным базам с самолетами пришли бездушные ракеты, которые могли уже не только долететь до Владивостока, но и до Урала. А потом и до Москвы через полюс. И огромный укрытый в горном ущелье аэродром стал не нужен.

Так вот. Лукас оторвал её, что называется, за бесценок. Помимо удаления от всего живого, у неё был еще один важный плюс, в ущелье 360 из 365 дней в году дул достаточно сильный ветер. Собственно это место во многом именно поэтому выбрали под строительство авиабазы, полосы всегда стараются строить так, чтобы самолет взлетал против ветра – это увеличивает подъемную силу, укорачивает пробег и экономит топливо. Однако бывший морпех самолеты не любил, в те времена координация в армии США была не столь хороша и ему в Лаосе приходилось видеть таких же простых ребят из Огайо, как и он, попавших по ошибке под заливание напалмом палубными фантомами. Лукас же мечтал о самом большом, дорогом и бессмысленном тире за всю историю человечества.

Он расчистил площадь от хозяйственных построек, а на их месте возвел почти точную копию Кларксберга, его родного городишки в Огайо, который он особо не жаловал. В его тире мишенью должен был стать именно город. Единственное отличие от реального прототипа было разве что в том, что некоторые кирпичные постройки были заменены схожими каркасными. После разрушения восстанавливать кирпичный дом намного сложнее. В остальном все было, как надо, занавесочки в окнах, столбы освещения, припаркованные машины. Естественно никакой мебели и ремонта внутри домов не было и большинство машин было хламом с аукционов, но с определенного удаления выглядело все достаточно натуралистично, а большего и не нужно было. Как ни странно, на достаточно специфическое развлечение “разнеси в щепки город” нашлось немало желающих клиентов с деньгами, а надо понимать, что развлечение недешевое. После дня стрельбы, неделю, а иногда и две город приходилось отстраивать чуть ли не с нуля. Но в тот период Америка была на подъеме, воротилы с волстрит, промышленники, банкиры потянулись ручейком, в общем–то постоянно существовала очередь. Т.к. чаще раза в неделю подобное мероприятие было проводить невозможно.

Что касательно арсенала, в нем было почти все доступное вооружение 60–ых годов, которое к концу семидесятых в США активно списывалось. От ручных гранатометов вроде советского РПГ–7 и Bazooka времен второй мировой до артиллерийских орудий вроде немецкой двойной восьмерки. Хитом же был шестиствольный прототип Эвенджера, его удалось раздобыть благодаря одному из топ–менеджеров General Electric, который был клиентом Лока. Семиствольный вариант этой пушки выполненной по схеме Гатлинга пошел на американский штурмовик. Пушка плевалась 30–мм снарядами с такой скоростью, что отдача, ну не останавливала самолет с которого стреляла, но давала рывок и торможение такой силы, что летчики жаловались. Она кстати до сих пор на вооружении. Шестиствольный вариант был конечно чуть помедленнее, но удовольствия доставлял столько же. Еще бы представьте себе у вас “в руках” ствол длинной с автобус, который вы благодаря системе противовесов можно, как пушинку вертеть и заливать огнем машины на импровизированном шоссе, окраину города, здание мэрии. Тут как раз объяснения выбора ветреного места под этот необычный тир, после пары очередей из того же эвенджера пыль бы заволакивала все вокруг и висела еще полчаса, но т.к. ветер быстро относил её вдаль от стрелка и города, стрелять можно было почти без остановки.

Но вершиной эволюции оружия стала собственная разработка Лока, ему удалось создать спаренный Гатлинг на основе основного орудия старого американского танка Паттон. Представьте себе два барабана по шесть стволов в каждом вращаются друг навстречу другу фронтальном разрезе это выглядело, как шестерни, у которых вместо зубцов были дула ствола. На месте схождения двух окружностей происходил выстрел из 90–мм орудия. Скорострельность была конечно невысокая, но само по себе орудие пожалуй было рекордсменом по нанесению разрушений в секунду. У Лукаса были опасения разрешат ли строительство подобной вундервафли гражданскому лицу, но помогли знакомые конгрессмены, которых самих, как малых детей, подмывало из неё пострелять. Да и честно говоря с военной точки зрения подобная пушка была крайне неэффективна, любой боеприпас объемного взрыва сделает больше разрушений за меньшее время, а уж полное отсутствие мобильности превращало её в легкую мишень.

Помимо прочих геморроев с эксплуатацией этой вундерваффли, вроде мегаватт электричества, требующихся на раскрутку стволов, была еще проблема с разминированием. Далеко не все старые 90–мм снаряды разрывались, а значит перед тем, как на площадке для восстановительных работ появлялись строители, туда запускали саперов. Кто бывал на военных полигонах, да хоть даже в России, знает, что разминирование идет в два этапа, сначала на территорию запускают бойцов с красными флажками их задача прочесать поле, найти неразорвавшийся снаряд, не ходить, не прыгать и не дышать рядом с ним, т.к. взрыватель взведен, а воткнуть в метре красный флажок. Когда всё поле размечено, саперы просто подрывают находки.

Ну кого можно в Неваде набрать на такую работенку, ходить в тяжелом бронежилете и каске по минному полю под палящим солнцем, естественно всяких тупиц–реднеков. В Неваде есть две работы — служить в армии или обслуживать пьяных туристов в Вегасе. Как раз тех, кто был слишком туп для армии и набирали на саперные работы. Понятно, что в один прекрасный день эти ребята должны были наломать дров, что и случилось в конце сентября 83–ого.

По одной из версий один из реднеков решил сфотографироваться со снарядом в руках, что, о чудо, закончилось взрывом, от которого погибло 4–е человека. Двоих, которые должны были фотографировать, более менее удалось собрать до полной картинки, того что полез к снаряду насобирали на небольшой полиэтиленовый пакет. А вот четвертому, что называется, не повезло. Его нашли в с торчащим из спины осколком, который пробил бронежилет, в луже крови. Естественно никто торопиться с вызовом скорой не стал. Но как потом показало вскрытие, товарищ этот банально задохнулся. В момент взрыва он сидел поблизости на капоте уцелевшего после стрельбищ пикапа и ел какие-то мексиканские кукурузные чипсы, что–то типа начос. Его подкинуло взрывной волной, в спину прилетел осколок, он действительно пробил бронежилет, но лишь рассек кожу на спине и пересчитал пару ребер, то есть никакой опасности для жизни не представлял. А вот чипсы встали поперек горла, то есть если бы ему сразу сделали прием Геймлиха и искусственное дыхание, парень бы выжил. Но тут трудно винить местных работяг, которые прибежали на место взрыва, даже медику достаточно сложно догадаться, что человек лежащий в луже крови с торчащим из спины осколком размером с ладонь, просто поперхнулся.

Казалось бы поперхнулся и поперхнулся, “помер Евфим да хер с ним”. Кому суждено быть повешенным, не утонет. Ну судьба такая у парня. Да и ничем особым он не отличался от остальных недалеких дебилов, разве что особой любовью к “покушать”. Но была у паренька примечательная фамилия Коард, из–за которой он чуть ли не с детства был под колпаком ЦРУ. Дело в том, что папанька его был мужик героический. Уинстон Бернард Коард. В свое время он учился в США в университете, потом в Лондоне поработал, а в итоге люто угорел по идеям коммунизма и поехал в отдельно взятую Гренаду строить коммунизм. ЦРУ себе долго не могло простить, что у них под носом пол жизни крутился будущий лидер очередной коммунистической революции, а они даже не смогли отследить его связей с подпольными коммячейками США. А потому с сына глаз не сводили, особенно в связи с тем, что его коммунистический папаша сынулю разгильдяя очень любил и из далекой Гренады связь с ним поддерживал. ЦРУ решило воспользоваться таких исходом дела и постараться арестовать отца во время визита в штаты по случаю похорон. Для этого они отыскали мамашу парня, в прошлом исполнительницу экзотических танцев из Вегаса. После чего её чудесным образом удалось вывести из 10–летнего запоя и заставить позвонить в Гренаду отцу. Но все пошло не совсем по плану, а точнее совсем не по плану спецагентов.

Мамаша изложила суть истории как–то больше в ключе, что бросили их сынулю умирать, могли помочь, но мол не стали и умер он мучительной смертью от удушья. И вместо глубокого отцовского горя Коард буквально пришел в ярость. Ну естественно, грязные империалистические ублюдки убили кровинушку. Отомщу, не забуду. Тут стоит отметить, что Винстон Бернард все эти годы на Гренаде времени не терял, а устроил в 79–ом году там переворот вместе со своим другом и товарищем Морисом Бишопом. Они почти как Фидель и Че были, только на лодке не приплывали на остров. Парни были те еще романтики, хотели построить свою Новую Калифорнийскую Республику, по типу как в фоллауте, только им даже забор было строить не надо, они же на острове. После переворота налаживали связи с соцлагерем, с Кубой сахаром менялись, из СССР в долг оружие завозили, в общем занимались всякими мелкими приятными радостями свойственными тропическим коммунистам. Однако после известия о смерти сына Коард рассвирепел и местами даже обезумел. И отныне решил карать буржуев на земле, воде и в воздухе, о чем немедленно сообщил своему сотоварищу Бишопу. Тот в свою очередь затею друга не поддержал, распустил либеральные сопли, что нам и так живется неплохо. Коард, как мужик решительный, послал друга тропиками, выгнал, лишил титулов. Отыскал на ввереной ему территории острова американских студентов медиков и решил их всех вешать, для чего предварительно запер их всех в здании заброшенной школы.

В штатах в этот момент все мягко говоря напряглись. Их и до этого не радовала мысль, что у них под боком появляется вторая куба. А потом эти краснопузые начали строить аэропорт, всем говорят, что гражданский, но если чего он становился аэродромом подскока для советских стратегических бомбардировщиков. А тут еще студенты эти по обмену. Ясное дело какие там могут быть практиканты в стране соцлагеря. Половина наверняка была вербована штатовкой внешней разведкой для сбора информации по вероятному противнику, а своих в разведке не бросают. Пришлось снаряжать авианосец, почти 10 тысяч морпехов и срочно заканчивать все это свободолюбие в непосредственной близости от своих берегов.

Слава Богу была осень у людей отпуска, дача, картошка. В общем вся война с Гренадой ограничилась 60 убитыми с обеих сторон. Советский Союз тут отнесся с пониманием, у него тут была своя война в Афганистане. Буднично так и без фанатизма по телевизору и через газеты пожурили бездушную американскую машину, которая намотала на маховик очередной остров истинной свободы. Этим все и ограничилось. Тир в Неваде закрыли. Ну, а Гренаде пришлось отказаться после вторжения от коммунистических планов и насадить у себя нормальную демократию.

Вот. Я к чему это всё. Питаться надо нормально. Все эти чипсы, хлопья и бутерброды до добра не доводят. Они с равной вероятностью могут обострить как гастрит, так и международные отношения. Поэтому питайтесь правильно. Наварите себе борща, сметанки купите, только на рынке у бабушки, а не эту биомассу из магазина. Баночку с борщом с собой на работу взяли, разогрели — красота. А вечерком можно нормальных пелемешек сварить, маслица кусочек сливочного сверху, укропчик измельчить и посыпать. Горячее это очень важно. А вот эти все перекусы, чипсы и снэки — от лукавого! И ни чем хорошим, как показала история, не заканчиваются. Берегите себя.

23.

О мужьях и их продолжительности. У одной женщины в прихожей жил
шкаф-купе, из которого внезапно, без объявления войны выпала дверь,
хорошо не на голову.
Женщина попыталась решить проблему своими руками, почти получилось, но в
этот раз вероломная дверь действовала прицельнее.
На лбу шишка, голова гудит, полка с коллекцией вазочек снесена, дверь
самодовольно разлеглась поперёк коридора, и очень хочется повеситься.
Но женщина не искала лёгких путей, а потому нашла в интернете телефон и
позвонила Мужу На Час.
Поведала ему о коварстве предметов домашнего обихода.
Муж На Час посопел в трубку и поинтересовался, чем он может быть
полезен.
– Как чем?! – удивилась женщина. – Ремонтом! Пишите адрес.
Муж На Час тяжело вздохнул, но адрес записал.

В пол-шестого на пороге появился небритый амбал и хмуро вопросил: – Что
чинить?
Хозяйка обрадовалась: – Вы только по сантехнике? По всему? Здорово!
Бачок в туалете течёт, кран на кухне плюётся как бешеный, розетка
искрит, и вон лампочка перегорела, я пробовала выкрутить – не
выкручивается! У вас и дрель есть? А можно ещё зеркало повесить? Можно,
да? Ой, как мне с вами повезло!
Амбал взглядом дал понять, что предпочёл бы менее обширное поле
деятельности. Но всё же укротил бачок с краном, поменял лампочку,
починил розетку, повесил зеркало, заодно передвинул комод и потом
спросил: – Где дверь?
– Двери пока держатся. Спасибо, огромное вам спасибо! – сказала хозяйка.
– Наконец-то наш ЖЭС работать начал. Сколько я вам должна?
– Что значит держатся? А та, которая из шкафа-купе выпала? Сами ж
просили.
– Я просила? У меня вообще нет такого шкафа. Ой, вы точно из ЖЭСа? Не
подходите! Я кричать буду! Вы что, маньяк?!
– А кто ж ещё? Мы, маньяки, любим маньячить, когда вокруг ничего не
искрит, иначе никакого удовольствия. Девушка, не устраивайте цирк.
Звонит неизвестно кто, требует непонятно чего, я, как дурак последний,
думаю, тётка одинокая, помочь некому, ладно, тут рядом, через дом, чего
уж там, а вы мне про маньяков?! Я врач, а не маньяк по вызову! Делай
после этого добро!
– Ой, – сказала рыжая хозяйка и смешно сморщила веснушчатый носик. –
Честное слово, я никуда не звонила, клянусь! Может, адрес перепутали?
Так не 68-ой дом, 168-ой! Извините, так неудобно получилось! А давайте я
вас ужином накормлю! Надо же мне как-то реабилитироваться. Или вы и в
68-ой дом пойдёте?
Амбал помолчал, ещё раз глянул на хозяйку, принюхался и сказал: – Не
будем превращать благотворительность в рутину. А на ужин та самая
курица, что догорает в кухне?

А женщина из 68-го дома, устав перепрыгивать через дверь, снова
позвонила Мужу На Час. С претензиями на предмет «где ваша совесть» и
«сколько можно ждать».
– Я вас первый раз слышу, откуда мне знать, куда звонили, я-то
нормальный, и со слухом нормально, и с головой! Будете дальше орать или
записать вас? На субботу, на следующую. Вот что, заведи себе мужа и
указывай ему, что и когда делать, скандалистка!
И бросил трубку, негодяй.

Женщина в сердцах пнула дверь и расплакалась.
И плакала долго.
А поздним вечером позвонила бывшему мужу, который предполагался на всю
жизнь, а сложилось так, что по сравнению с жизнью – всего на час. Сквозь
всхлипы несвязно рассказала про дверь. И про то, что он ей сто лет не
нужен, жила без него, и дальше проживёт. И о том, что ей одной совсем
плохо. И дверь тут ни при чём. Абсолютно ни при чём.

Через год, в августе, выходя из загса, женщина шепнула бывшему бывшему
мужу: – Видишь вон ту пару? Мужик здоровый и девица рыженькая, видишь?
Это наш хирург из кардиологии. Завтра девчонкам расскажу, всё, поздно,
женился, прохлопали парня!

24.

Любимые телепередачи: у русских – «Поле чудес», у евреев – «Кто хочет
стать миллионером? », у русскоязычных – «КВН», у украинцев – «Своя
игра», у корейцев – «Дог-шоу», у грузин – «Культурная революция», у
прибалтов – «Школа злословия», у вьетнамцев, торгующих на рынках –
«Вокруг света», у чеченцев – «Русский экстрим», у кавказцев в Москве –
«В поисках приключений», у африканцев, обучающихся в России – «Умницы и
умники», у среднеазиатов – «Гарем», у чукчей – трансляция футбольных
матчей английской премьер-лиги с участием клуба «Челси», у туркмен –
«Сто к одному», у иностранных строителей в Москве – «Дом», у киргизов -
«Парламентский час».
(Василь Лукаш)

25.

Ковбой-переселенец двинулся с семьей на Запад. Построил там дом,
развел живность. Потом повесил рядом с домом большой колокол
и сказал жене:
- Значит так. Если стрясется какая-нибудь беда, пока я в поле работаю,
звони изо всех сил в этот колокол, чтобы я услышал.
На следующий день он слышит, как звонит колокол, кидается на коня
и скачет во весь опор домой. Влетает во двор, и жена ему говорит:
- Дети стали просто несносны. Джо все время таскает Каролину за волосы,
и оба так ругаются ... У меня уже нет сил.
- Ну ты дура, или как? Я для этого все бросил и, как сумасшедший,
пять миль скакал? Я тебе повторяю, звонить надо, если беда
какая-нибудь. Поняла?
На следующий день опять колокол звонит. Ковбой опять прилетает
на лошади домой и слышит от жены:
- Случилась беда. Джо сел на мула, ездить не умеет, оборвал все веревки
с бельем, теперь надо все перестирывать...
Ковбой кладет руку на кобуру и говорит:
- Послушай, идиотка! Я тебе в последний раз говорю! Звонить надо, если
случается что-то страшное. Если ты еще раз будешь звать меня из-за
ерунды, это кончится для тебя плохо.
И на следующий день звонит колокол. Опять прискакал ковбой и видит,
что дом горит, жену и детей угнали индейцы, везде куры валяются,
проткнутые стрелами, мул убежал... Посмотрел ковбой на эту картину
и сказал:
- Нет, ну вот это нормально. А то звонит, звонит...

26.

Ковбой-переселенец двинулся с семьей на Запад. Построил там дом,
развел живность. Потом повесил рядом с домом большой колокол и сказал
жене:
- Значит так. Если стрясется какая-нибудь беда, пока я в поле работаю,
звони изо всех сил в этот колокол, чтобы я услышал.
На следующий день он слышит, как звонит колокол, кидается на коня и
скачет во весь опор домой. Влетает во двор, и жена ему говорит:
- Дети стали просто несносны. Джо все время таскает Каролину за волосы,
и оба так ругаются ... У меня уже нет сил.
- Ну ты дура, или как? Я для этого все бросил и, как сумасшедший,
пять миль скакал? Я тебе повторяю, звонить надо, если беда какая-нибудь.
Поняла?
На следующий день опять колокол звонит. Ковбой опять прилетает на
лошади домой и слышит от жены:
- Случилась беда. Джо сел на мула, ездить не умеет, оборвал все веревки
с бельем, теперь надо все перестирывать...
Ковбой кладет руку на кобуру и говорит:
- Послушай, идиотка! Я тебе в последний раз говорю! Звонить надо,
если случается что-то страшное. Если ты еще раз будешь звать меня
из-за ерунды, это кончится для тебя плохо.
И на следующий день звонит колокол. Опять прискакал ковбой и видит,
что дом горит, жену и детей угнали индейцы, везде куры валяются,
проткнутые стрелами, мул убежал... Посмотрел ковбой на эту картину и
сказал:
- Ну вот это нормально. А то звонит, звонит...

27.

В Узбекистане жил трудолюбивый кореец, который трудился в поле
не покладая рук в поте лица. Скоро, он обзавелся собственным хозяйством,
семьей, детьми и т. д. Дом - полная чаша. Появилось время для отдыха и
однажды он поехал на рыбалку. Закинул сеть и поймал золотую рыбку.
Взмолилась рыбка, - отпусти меня, и я выполню три любых твоих желания.
Да все у меня есть - подумал кореец, побалую лучше жену свежей рыбой.
Привез домой, рыбка снова взмолилась. Тут ему жена и говорит. Попроси
ее сделать нас Новыми Узбеками, а то на нас соседи косо смотрят.
Попросил кореец рыбку и отпустил ее. Утром просыпается - ничего понять
не может: дом из кирпичного превратился в глиняную мазанку, около
тандыра сидит жена в грязном рваном халате и печет лепешки. Вместо
Мерседеса стоит ишак.
- Жена, а где дети?
- Дети? А дети на поле у корейца пашут.

28.

Посеял Винни Пух поле анаши(!)... Весь в делах, то полить, то от солнца
защитить... Вот скоро сбор урожая, Винни весь в мечтах о том, как он будет
торчать... Однажды вечером прогуливаясь и заодно осматривая свою травку, он
вдруг заметил, что кусты кое-где покуцаны...
- Отловлю, убью нахрен! - рявкнул Винни, побежал в дом, схватмл бейсбольную
дубину и пошол караулить вора... Просидел Винни весь вечер, вот и ночь уже
наступила... Сидит Пух замерзший, голодный, крылатыми паразитами искусанный, и
вдруг слышит что по дороге кто-то идет: цок-цок-цок... Смотрит Винни, а это его
друг Пятачок... Подошел Пятачок к одному из ку- стов, оторвал пучок лмстьев,
раскатал, ну и все такое, косяк забил, тяне-е-е- тся-потя-я-янется, вытя-я-нутся
не мо-о-жет... Тут Винни Пух из кустов выбегает и со всего размаху, ХЕРАК,
дубиной по башке Пятачку... Пятачок немного пошатнулся и сказал:
- О-охо... Ни хера себе, как вдарило-то!