Заика заходит в пивную:

Заика заходит в пивную:
- П-п-иво есть ?
Продавец:
- Д..да.
- С..с..све-ежее ?
- К-конечно ! Ск..колько вам ?
- Б..бо-кал.
Он налил, заика отошел к столику и пьет. Заходит посетитель:
- Пиво есть ?
Продавец:
- Да !
- Свежее ?
- Конечно ! Сколько вам ?
- Бокал.
- Пожалуйста.
Заика к нему подходит:
- Т..т..так ты-ы м-меня наколол ?
- Д..дурак, эт-то я его н-н-аколол !

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

заика конечно вам продавец заходит подходит нему

Источник: vysokovskiy.ru от 2007-5-2

заика конечно → Результатов: 3


1.

Дело было в деревне. В подшефном колхозе, куда нас, шестерых молодых специалистов (четыре мальчика две девочки) дождливой осенью восемьдесят седьмого направило руководство родного завода. Колхоз этот находился в такой глуши, что вот если представить жопу мира, а потом найти на этой жопе самую потаённую и недоступную точку, то вот это и будет та деревня на двадцать дворов, в которой мы в конечном итоге оказались. Ночь на поезде, четыре часа на колхозном автобусе по дороге, кой-где имевшей следы асфальта, и ещё часа полтора просто по полям в телеге трактора "Беларусь", с тремя мешками картошки и двумя мёртвыми животными.
- Что это? - брезгливо тыча пальчиком в туши телёнка и свиньи, спросила Таня. - Я с трупами не поеду!
- Это не трупы. - буркнул в ответ угрюмый тракторист.
- Да?! А что же?
- Ваша еда.

Поселили нас в пустой избе на окраине деревни. Дождь шел не переставая ни на день. Каждое утро нашей новой жизни начиналось с того, что в восемь утра приходил бригадир. Про бригадира надо пару слов сказать отдельно. Это был мужик средних лет и примерно такой же степени опьянения. Он был не пьяница, не алкоголик, это был просто такой образ жизни. Ни трезвым, ни пьяным мы его ни разу не видели, он всегда пребывал в одном и том же состоянии. И вот каждый день, строго в восемь утра он приходил и объявлял, что в связи с погодными условиями битва за урожай откладывается на неопределённый срок. И дальше мы были предоставлены сами себе. Как мы только себя не развлекали. Карты, анекдоты, книги, игры - всё быстро закончилось и надоело. И вот как-то раз после ужина, когда мы как обычно сидели и трепались ни о чем, разговор зашел о пионерских лагерях. Кто где и как отдыхал в детстве. И Лёшка сказал:
- А знаете, мне нравилось в лагере. У нас в лагере каждый день был какой нибудь праздник. К примеру сегодня 23 февраля. И мы весь день ходили строем, изображали боевой отряд, пели военные песни. А завтра - 8 марта. Мы поздравляли девочек, готовили для них праздничный концерт, делали какие-то подарки, и изображали галантных кавалеров. Ну и так далее. Короче за смену мы успевали отметить все праздники, какие есть в году. Включая новый год.

- Слууушайте! - сказал вдруг кто-то из нас. - А давайте мы тоже устроим Новый год?!

Все засмеялись, никто конечно не воспринял эти слова всерьёз. Но как-то незаметно и непроизвольно эта идея вдруг стала обрастать вполне себе реальными и четкими перспективами. Вскоре были в подробностях расписаны все планы и роли. И с утра работа закипела.

До ближайшего ельника было сто метров, и через час красавица-ёлка стояла посреди избы, упираясь макушкой в потолок, и источая невероятный и ни с чем несравнимый запах праздника. После этого даже у самых отъявленных скептиков настроение резко изменилось. Мы готовили, делали из подручных средств украшения, вырезали снежинки и гирлянды, рисовали узоры на окнах, и придумывали, из чего сделать костюмы деда Мороза и Снегурочки. В качестве праздничных напитков у тёти Вали молочницы были приобретены две трёхлитровых банки деревенского самогона, и несколько банок варенья. У ней же, в качестве бонуса, удалось выклянчить на время ёлочную гирлянду. Разбодяжив часть самогона вареньем и колодезной водой мы получили несколько сортов прекрасных наливок.

К восьми вечера всё было практически готово. Стол ломился от обилия закусок и напитков. Ёлка сверкала огнями и переливалась яркими украшениями. Негромко играла музыка. Девочки за печкой наводили последний марафет. И вскоре праздник начался.

Что сказать? Пожалуй более яркого, весёлого, и необычного нового года я в своей жизни и не припомню. Было всё, и новогодние подарки, и дед Мороз, и "Ёлочка, зажгись!", и стишки на табуретке, и хоровод вокруг ёлки, и даже новогодняя дискотека. Только часам к трём мы угомонились. Не последнюю роль в этом сыграл оказавшийся по настоящему забористым деревенский самогон.

В восемь утра дверь как обычно открылась, и на пороге возникла фигура бригадира. Бригадир сделал шаг вперёд, открыл рот для своего ежеутреннего традиционного приветствия, и так с открытым ртом и замер. Посреди избы стояла переливаясь огнями ёлка. Под ёлкой, положив под голову мешок с подарками, и уткнув нос в окладистую бороду из пакли, сладко спал дедушка Мороз. В углу на лавке сопела свернувшись калачиком Снегурочка. Справа у окна стоял стол с остатками богатой новогодней трапезы, весь в серпантине и снежинках.

Бригадир с минуту постоял, потом закрыл рот, подошел к столу, налил стакан самогона, и не закусывая выпил. Затем, стараясь не шуметь, обошел помещение, выглянул в окно, полюбовался ёлкой, присел возле деда Мороза, вернулся к столу, и налил снова. Выпив второй стакан он посидел, покурил глядя на ёлку, потом расчистил край стола, сложил руки крестиком, положил на них голову, и захрапел.

Очнулся он часа через полтора, за чисто прибранным столом. Мы сидели за тем же столом, и играли в карты, стараясь особо не шуметь, чтобы не нарушить покой колхозного начальства. Девочки готовили завтрак. Бригадир обвёл мутным взором сперва пустой стол, потом нас, потом всё остальное пространство избы, и хрипло спросил:
- А где ёлка?
- Какая ёлка? - поинтересовался Валера, сдавая карты.
- Ёлка. Новогодняя. Тут стояла. - сказал бригадир частями.
Мы удивлённо переглянулись.
- Ёлка Новогодняя Тут Стояла? - переспросил Валера. - А трусишка зайка серенький под нею не скакал?
- Не скакал. - сказал бригадир. - Дед Мороз под ней спал.
- Мне вот тоже, - сказал Лёшка, - такая хрень бывает приснится, особенно если неудобно спишь.
- Хорош придуриваться! - сказал бригадир. - Я по вашему что, с ума сошел?
- Нет конечно! - сказал Валера, и спросил. - Виктор Иванович, а какое сегодня число?
Бригадир вскинул руку с часами, потом сказал "Тьфу на вас!", встал из-за стола, и прошел на середину хаты. Там он зачем-то посмотрел сперва на потолок, потом, более внимательно, себе под ноги, вероятно пытаясь найти какое-то подтверждение своим словам, но ничего конечно не нашел. Ещё раз внимательно но безуспешно обведя взглядом избу он вернулся к столу и спросил:
- Выпить есть чего?
- Может быть шампанского? - предложил Лёшка. - Холодненького, а?
- Вы у меня дошутитесь! - сказал бригадир.
Валера достал из-под лавки банку с остатками самогона.
Молча выпив, бригадир не прощаясь вышел за дверь, и растворился в промозглой туманной измороси.
Больше по утрам без особой надобности он к нам старался не заходить.

2.

"убиенные зайцы"

Лет шесть тому назад кума сбила машиной зайца. Наповал. Мчала по трассе, выскочил заяц - бац - бампером и наповал. На бампере, главное, ни вмятинки, а зайцу карачун. Здоровенному такому матёрому зайцу. Громыхнуло бампер, отлетел на обочину и лежит себе мёртвый.
Кума, конечно, остановилась, выскочила из машины, подбежала к зайцу, а он мёртый. Совсем.
Бегала кума вокруг него, ревела, голосила - бесполезно. Не воскрешается зайка. Как лежал мёртвый, так и лежит.
Делать нечего, достала кума из багажника лопатку, вырыла там же, на обочине ямку, положила туда зайца, закопала, сделала красивую могилку, цветочки даже сверху положила.
И долго сидела ещё рядом с этим холмиком. До самого вечера. Плакала. Сетуя на чудовищную несправедливость жизни. Вот как так - бежал себе вот такой вот замечательный заяц куда-то по своим заячьим делам, а тут она со своей машиной и бампером - бац - и нет ни зайца, ни его заячьих дел. А она ведь не хотела, не хотела, не хотела...

Рассказывала она это всё за ужином. На ужин было жаркое из зайца, которого половинин отчим на охоте добыл.

Ваше имя
(спизжено из КиО)

4.

Эту историю рассказываю со слов своей сестры, свидетельницей которой она
была сама.
Итак, 1994 год, шахтерский город в Донецкой области Украины. Место
действия - двор городского роддома. Правда, тут надо немного отвлечься и
сказать, что роддом находился на 8 и 9 этажах большого 9-и этажного
больничного комплекса, построенного в виде буквы "П".
В палате моей сестры (у нее уже были третьи роды, поэтому особых
беспокойств не было), среди таких же "маститых" мамаш, выделялась одна
девчушка.
И хотя ей было уже лет 18-19, выглядела она такой маленькой, что
казалось, что ей лет 16. Её мужем был такой же тщедушный паренек, и
вместе они выглядели как дети, а не молодая пара. Молодой муж порхал
вокруг нее, как бабочка вокруг цветка. Общались они исключительно
словами: "рыбка моя", "зайка моя", "солнышко" и все в этом роде. В
общем, вызывали одновременно недоумение и умиление.
Итак, жаркий летний день, во дворе больницы собрались многочисленные
родственники пациентов, окна в палатах открыты практически везде и между
пациентами и их родственниками ведутся разговоры на тему "ты как" и в
ответ "как дела дома". Естественно, все слышат друг друга, но это мало
кого тревожит. Конечно же, громче всех приходится кричать тем, кто
пришел к роженицам, так как, еще раз напомню, роддом на 8 и 9 этажах.
Среди прочих, пришел и этот молодой папаша. Своими "зайками" и
"лапочками" он сразу привлек к себе внимание, учитывая, что кричать ему
приходилось громче остальных. Его молодая жена только сегодня родила,
поэтому находилась в состоянии небольшого шока от первых родов. Но к
окну все же подошла.
После череды восторженных вопросов про ребенка папаша кричит наверх:
"Солнышко моё! Как ты сама? Как ты рожала?" А в ответ, еще не полностью
отошедшая от родов, молодая мамаша кричит, чуть ли не со слезами: "Как
рожала?! Приди домой, засунь себе в жопу зонтик, раскрой его и попробуй
вытащить! Вот как я рожала!"
Это слышали все: и пациенты в окнах, и их родственники на улице. Как
после дружного гогота не обвалилась девятиэтажка, вопрос к строителям.
Они, наверное, её сейсмоустойчивой сделали. Но минут 10 после этого
никто не мог разговаривать, а смущенный папаша, залившись краской
поспешил ретироваться.