Результатов: 5

1

Съездил к теще на блины. Хорошо там летом, интересно. За забором речка. В речке сазанчики. Взял с собой японские крючки, китайскую леску, модную сейчас донку наглосаксов (фидер). Ну и пошел вечером на рыбалку, открыл дорогую фирменную прикормку с терпким анисовым запахом, замутил ее в большом тазу с водой, поставил за спину набухать. Сам сижу, привязываю к леске кормушку и крючки.
А теща, кстати, владеет неплохим стадом коз, которые неторопясь, ходили на заднем плане, наблюдали за мной и попутно пережевывали прибрежную траву.
Как одна из них неслышно подошла ко мне, не знаю. Как съела у меня за спиной все три килограмма прикормки, ни разу не чавкнув, это загадка номер два. Когда я повернулся, она спокойно долизывала этот таз.
В общем, всех сазанчиков в тот раз пришлось простить. Козу тоже пришлось простить, не догнал.
Но самое главное началось через день. Теща моя козье молоко потихоньку продавала соседним дачникам. Утром первый к воротам за молоком прибежал коренастый мужик, притащил нам в подарок сазана под два килограмма. Которого я не поймал. И кричит через забор: «Слышишь Николаевна, у меня дочь то, сроду не заставишь пить это молоко, говорит, пахнет чем-то, а тут дали, и не оттащим, все выпила, говорит вкусно. Нельзя ли нам увеличить поставку на литр-полтора?».

3

Как из обыкновенной морожки в бумажном стаканчике сделать эскимо знал каждый пацан в нашем курортном поселке.Нужно воткнуть в него поглубже деревянную палочку, потом отогреть стаканчик в ладонях , аккуратно вынуть и гордо идти , облизывая со всех сторон.Кстати пломбир за 20 копеек для этих целей подходил намного лучше, чем 10копеечное молочное,слишком твердое и хрупкое, могло расколоться или даже упасть с палочки.Именно с таким самодельным эскимо я шел из магазина, когда повстречал соседскую ХозяйскуюСветку, толстую девченку на год старше меня и уже перешедшую в 3 класс (так её звали потому, что её дед - Хозяин, сдавал комнаты дачникам, а её, что бы отличать от остальных Светок– Хозяйской).
- Дай кусить, а я тебе покажу…. – с ходу предложила ХозяйскаяСветка.Я бы и так дал ей морожку, но зачем отказываться, раз предлагают ещё что-то интересное посмотреть? Свернув с улицы в какой-то закуток Хозяйская Светка куснула мою морожку так, что от ней осталась едва ли половина, деловито огляделась по сторонам и ,приспустив штаны ,оттянула резинку трусов.Мало сказать, что я был разочарован; во первых я ожидал увидеть что-то совсем другое,по настоящему интересное, во вторых увиденное не произвело на меня никакого впечатления и я почувствовал себя обманутым. Прочитав всё это на моем лице ХозяйскаяСветка как могла утешила меня:
- Это потому, что ты ещё маленький, а вот вырастешь – будет что вспомнить!
Она оказалась права, вот сколько времени прошло, а я и в самом деле вспоминаю.
Хотя, наверное, забыл , если бы на следующий день не зашел к своей рыжеволосой и конопатой ровеснице Юльке, которая рисовала флаг на альбомном листе. Я посмотрел рисунок и как-то за между прочим сказал:
- А мне вчера ХозяйскаяСветка показала….
- Что показала?- продолжая рисовать спросила Юлька.
- Ну это…, сняла трусы и показала - я уже жалел что завел разговор на эту тему.
- Ну и как ? Понравилось? – Юлька пристально смотрела на меня и даже отложила кисточку в сторону.
- Понравилось - зачем-то соврал я и тут же второй раз пожалел о сказанном, увидев как Юлька напряглась .
- Так, отвернись, не подглядывай, а теперь повернись, смотри:
Юлька встала и несколько раз быстро крутанулась так, что её юбка закружилась , поднялась и замелькала её незагорелая попка.Только тут я заметил её трусики, лежавшие на стуле.
- Лучше , чем у ХозяйскойСветки ? - с каким-то напряжением в голосе спросила она.
- Конечно лучше, - совершенно искренне ответил я, поскольку увиденное у толстой Светки ни в какое сравнение не шло с милыми прелестями Юльки.
Она довольно хмыкнула и с нравоучительной интонацией сказала:
- Так вот, когда она к тебе снова подойдет и предложит показать, ты отказывайся и беги сразу ко мне, я сама тебе покажу.
И тут я допустил роковую ошибку, спросив:
- Слушай, если тебе это нравится, то можешь мне показывать, когда тебе самой захочется, а не ждать пока ХозяйскаяСветка мне предложит?
Юлька сжала кулачки так, что побелели костяшки и срывающимся голосом, наморщив нос, то ли собираясь лезть в драку, то ли заплакать , она закричла:
- Мне захочется?! Мне нравится?! Да ты…
- Слушай, а зачем ты тогда это сделала ? - я совершенно ничего не понимал .
- Зачем? А затем, что бы ты у ХозяйскойСветки не смотрел!

4

СУДЬБА ВЫДАЮЩЕГОСЯ СПОРТСМЕНА

(Забытые имена)

«Равняйтесь на Бойченко! Бейте рекорды, как Бойченко в воде и Чкалов в небе!»

Такими словами сам Сталин в 1938 году приветствовал пловца Семёна Бойченко, вернувшегося из Европы с триумфом. Советский атлет в шапочке с красной звездой во Франции установил новый мировой рекорд, посрамил главного конкурента и влюбил в себя тысячи болельщиков. Несомненно, и у Сталина он был одним из любимых спортсменов.

Семён родился в 1912 году в селе Марьевка на территории современной Украины. Там же в играх со сверстниками в местной реке Ингул, быстрой и полноводной, он и заложил базу будущих выдающихся рекордов – плавал он с малых лет превосходно.

«Жили в деревне бедно, чтобы как-то прокормиться, приходилось рыбачить и проводить целые дни на речке. Уже тогда я научился диковинному искусству – ходить по воде пешком, за медяк-другой показывал дачникам разные водные фокусы», – вспоминал спортсмен много лет спустя.

Впервые всерьёз своими навыками он поразил окружающих, когда отправился служить во флот. Однажды по приказу капитана сотня матросов устроила заплыв от берега до корабля. Расстояние составляло около километра. И Бойченко преодолел его первым, сильно обогнав остальных.

Этот заплыв и стал началом карьеры выдающегося чемпиона. Статного, широкоплечего матроса отправили на Спартакиаду морских сил Чёрного моря – он выиграл. Включили в сборную команду Рабоче-крестьянского Красного флота – стал лучшим. И в итоге Бойченко для продолжения службы был командирован в Центральный спортивный клуб армии.

Сам того не зная, Бойченко ещё в родной деревне освоил самый молодой и модный стиль плавания из существующих: в 1935 году международная федерация плавания признала разновидность брасса с выбрасыванием рук из воды. Этот способ позже назвали – баттерфляй.

Именно так и плавал Семён. С помощью тренера Андрея Ванькова он отточил технику движений, а уж мощи молодому атлету было не занимать. И началась славная серия рекордов.

Всего за свою карьеру Бойченко установил 111 рекордов Москвы, Советского Союза и мира!

Первый национальный рекорд пловец установил 8 ноября 1935 года на 100-метровой дистанции на соревнованиях в Праге. А буквально через два месяца сбросил с него четыре секунды и обновил лучшее мировое достижение – 1.08,0. В 1936 году он плыл ещё быстрее! Пловцы, занявшие призовые места на Олимпийских играх в Берлине в заочной борьбе сильно уступали Бойченко по показанным результатам, но Советский Союз тогда на Олимпиадах не выступал.

Зарубежные конкуренты были уверены, что Бойченко либо нарушает технику плавания, либо его время неправильно фиксируется, поэтому особенно ждали с ним личной встречи. В 1937 году она состоялась: на Мировой рабочей Олимпиаде в Антверпене Семён стал первым с новым рекордом!

Сразу после этого турнира советскую делегацию позвали во Францию. Но всё внимание было приковано к улыбчивому и мускулистому пловцу-рекордсмену. Бойченко предложили проплыть дистанцию под пристальным надзором судей. Помимо экспертов и представителей прессы столь необычный заплыв посетили и 20 тысяч зрителей. Все они остались в восторге: техника Бойченко была великолепной, а мировые рекорды, которые он устанавливал, – реальными, они поражали воображение.

Впрочем, известный и популярный в те годы французский пловец Жак Картоне был не согласен с этим. Бойченко вызвал Картоне на поединок – решили плыть 400 метров. Однако перед самым стартом француз просто сбежал. Он сошёл с тумбы, якобы обратив внимание на красную звезду на шапочке соперника и распереживался, что его могут наказать за участие в соревновании с представителем СССР, не входившего тогда в Международную лигу плавания. Болельщики освистали Картоне и остались поддерживать Бойченко, который вновь плыл один во всём бассейне.

И установил на глазах переполненных трибун новый мировой рекорд!

«ПРОСТИТЕ, МНЕ ПОРА ДОМОЙ»

А дальше Бойченко не давали прохода. Его приглашали на торжественные мероприятия, на званые ужины, предлагали не возвращаться в СССР, а остаться во Франции. Даже в кино предлагали сняться! Пресса чуть ли не с боем прорывалась к герою, чтобы даже не задать вопрос, а просто записать на плёнку, как дышит «Король баттерфляя» или «Красный кит», такие прозвища ему дали поклонники.

Все заманчивые предложения Семён вежливо отклонял: «Простите, но мне пора домой».

На родине его тоже встретили как героя. Как раз тогда Сталин с трибуны и произнёс слова про Бойченко и Чкалова. Впрочем, обрушившаяся на спортсмена слава его не сгубила. Вплоть, до 1941 года он показывал потрясающие результаты. На стометровой дистанции его мировой рекорд – 1.05,4, а 200 метров он преодолевал за 2.29,8. Невероятные достижения для начала 40-х!

А потом началась война. Бойченко хотел отправиться на фронт, но, как говорят, Сталин лично освободил его от мобилизации и направил в войска для подготовки бойцов специального назначения. За время войны чемпион обучил плаванию более десяти тысяч солдат.

«ЗДЕСЬ И НЕ ТАКИЕ ЛОМАЮТСЯ!»

Казалось, что после войны Бойченко сможет вернуться в большой спорт и показать соперникам мощь отечественных атлетов на международных соревнованиях. Но в 1948 году его неожиданно для многих арестовали.

Ознакомившись с материалами дела, пловец заявил, что ничего подписывать не будет. «Здесь и не такие ломаются!» – возразил ему следователь. Бойченко выдерживал давление полгода, за которые похудел на 40 кг, и в итоге оговорил себя, чтобы спасти от преследования своих родных.

По ложному доносу Бойченко обвинили в том, что он якобы позволял себе нелицеприятные высказывания в адрес сына правителя СССР Василия Сталина. А в итоге осудили за связь с буржуазной прессой и эмигрантами, припомнив триумфальное выступление пловца во Франции.

Согласно распространённой версии, Бойченко арестовали по личному приказу Василия Сталина, приревновавшего к атлету молодую и красивую пловчиху Капитолину Васильеву.

Капитолина позже стала женой Василия, а Семёна отправили отбывать срок. Легендарный пловец работал на заготовке леса в Соликамских лагерях. Усольлаг (один из лагерей ГУЛАГа) мало чем отличался от других лесных лагерей НКВД: та же заброшенность в самые глухие места и полная оторванность от внешнего мира, тот же каторжный труд на лесоповале и лесосплаве, те же гибельные условия существования. Оттуда Семён Бойченко писал письма Сталину-отцу с просьбой пересмотреть его дело. Но вышел на свободу только через семь лет – в 1955-м.

Через год Бойченко был полностью реабилитирован. Ему были возвращены все награды и звания.

Выйдя на свободу, пловец отправился в Марьевку, где до потери сил плавал и нырял в Ингуле.

В 43 года ему пришлось начать жизнь заново, и он преуспел. Начал заниматься тем, что любил и умел – передавал своё мастерство молодым пловцам. Уже в 1960 году на Олимпиаде он был тренером сборной команды Советского Союза по плаванию, потом стал почётным президентом федерации плавания Москвы. И даже в свои 70 лет показывал результаты на зависть молодым.

Ушёл из жизни легендарный спортсмен в январе 1987 года, за три месяца до своего 75-летнего юбилея. Успев перед этим снова съездить в Марьевку к семье и родному Ингулу.