Результатов: 3

1

На досмотре в Пулково в очереди стоит сильно измызганный и измотанный жизнью дядька. В одной руке у него пакетик, в другой паспорт. Одет не хорошо. Вид усталый. Если бы у него была кепка, ну, потому что на шапку он не тянет, и он бы сняв ее положил рядом, то никто бы не удивившись, покопался бы в кармане и отсыпал ему мелочи.
Время 5 утра, дядька предсказуемо сонен. Девушка на досмотре предсказуемо придирчива. Очередь дремлет. В отличие от международных рейсов никто не суетится, переступая с ноги на ногу – когда же «дьюти фри».
Диалог происходит с дискретом:
- Добрый день! Вещи кладем на ленту. Телефоны, ноутбуки, верхнюю одежду, ремни вынимаем.
Мужик кивает, и протягивает паспорт:
- Хорошо.
- Где ваши вещи?
Мужик кивает:
- Да.
- Вещи кладите на ленту.
Мужик протягивает ей полиэтиленовый пакет.
- Не мне, на ленту.
- Здравствуйте, девушка.
Очередь начинает медленно просыпаться.
- Доброе утро! Ноутбуки, жидкости есть?
Мужик сокрушенно смотрит в пакетик, отрицательно качает головой и грустно разводит руками:
- Ноутбука нет.
- Ремень снимайте.
- Я не могу, хотите,- он распахивает пиджак,- Я могу снять подтяжки.
- Не надо. Так. Что это? Достаньте!
Мужик вытаскивает из пакета шкалик, точнее – «мерзавчик»:
- Боюсь летать, а сто грамм можно по закону!!! Правильно?
Очередь веселится.
- Правильно. А это что? Ну-ка доставайте.
Он достает из пакетика небольшую «фомку»:
- Это?
Девушка на автомате рифмует:
- ХуЭто…,- начинает с напарником рассматривать инструмент.
Очередь тоже сгрудилась. Все смотрят на него с интересом. Мужик пожимает плечами:
- Летать боюсь. А в дороге пригодится….

3

Жили мы на третьем этаже. Слева по соседству проживал дряхлый старичок, справа поселилась толстая, вечно набыченая тётка с здоровенным сыночком. Рост под два метра, на голову напрочь пробитый - как из армии вернулся, так и кончился покой. Одна попойка-гулянка сменялась следующей. Тщётные попытки всего подъезда, утихомирить бугая и пропитых дружков, заканчивались ором его мамаши, мол мальчику нужно восстановиться после службы и нечего тут из мухи слона делать.

У нас был котёнок Фомка. Полуперсидский-полудворовый сплошной комок шерсти чёрно-коричневого оттенка. С мальчишками и девчонками гоняли с ним по двору, лазали по деревьям...
В тот вечер поднималась с ним по ступенькам домой. На последнем пролёте стояли трое: армейский дядя с дружками. Один с мерзской лыбой перегородил путь. Выхватили котёнка и как мяч стали перекидывать его из рук в руки. Я понеслась наверх звать на помощь родителей.
„Мы на даче, скоро вернёмся. Мама.“ – гласила записка, наспех прилепленая к зеркалу в прихожей. Ржач в подъезде не стихал и я ринулась сломя голову обратно на лестничную площадку. Игорь, а именно так звали урода-соседа, держал Фомку поверх перил и… на моих глазах разжал пальцы. Фомка полетел вниз.

Что и как было потом, я точно не знаю. Разъярённому отцу мама пыталась чем-то намазать разбитую руку. Я рыдала, потому что комочек тихо лежал в коробке с одеялом возле батареи и не шевелился. Мама сказала, отбили лапы, но мы его обязательно вылечим, ему нужно только потерпеть.

Кот выжил, подрос. Храмота на одной лапе, вторая в полусогнутом состоянии. Стал на всех кидаться и когтями мог выцарапать глаза. Прийдя однажды со школы, Фомки не обнаружила. „Он будет жить на даче“, сказал отец, „там ему будет лучше.“ И я снова ревела. А летом я увидела как по двору, к нашему подъезду шла толстая тётка, потея толкав впереди себя инвалидную коляску с Игорем.
Карма.

ЛАНКА