Результатов: 8

1

Прилетает Брежнев в Бонн. У трапа его встречает почетный караул
с оркестром. Но Леонид Ильич, ни на что не отвлекаясь, деловито
подходит к клумбе, кладет в карман горсть земли, возвращается
в самолет и отбывает на родину. После этого советское министерство
иностранных дел посылает в Германию следующую ноту: "Приносим
извинения за случившееся недоразумение. Вместо программы мира
в главу страны была заложена программа Лунохода").

2

Пpилетает Бpежнев в Бонн. У тpапа его встpечает почетный каpаул
с оpкестpом. Hо Леонид Ильич, ни на что не отвлекаясь, деловито
подходит к клумбе, кладет в каpман гоpсть земли, возвpащается
в самолет и отбывает на pодину. После этого советское министеpство
иностpанных дел посылает в Геpманию следующую ноту:
"Пpиносим извинения за случившееся недоpазумение. Вместо пpогpаммы
миpа в главу стpаны была заложена пpогpамма Лунохода".

3

Знаете ли вы, как встречают Новый Год на рабочем месте сотрудники
милиции? Нет? Нуу, вы тогда многое потеряли. Один только вид скачущего
по колдобинам милицейского "лунохода" с грохочущей на пол-улицы музыкой
и чьей-то рукой с поллитровкой в окне чего стоит!
Но речь сейчас не о доблестных работниках ППС, а о трудягах из дежурной
смены богом забытого отделения милиции, которых угораздило попасть на
дежурство в новогоднюю ночь.
Вообще-то традиционно в новогоднюю ночь в отделении мало задержанных:
все празднуют, даже урки. В ту ночь в "обезъяннике" сидел только один
задержанный - наркоман, попавшийся наряду с дозой в кармане. Вообще-то
его должны были отпустить, но празднующие менты решили не обидеть своего
подопечного и налили ему столько, что подорваннный наркотиками организм
не выдержал, даже несмотря на то, что закуской его тоже не обделили -
нарк расплылся по всему "обезъяннику" и выйти на свободу был просто не в
состоянии.

4

Новогодняя горячка

Закавыкину было очень плохо. Уже третий день в его тренированный организм не поступало ни капли спирта. Он чувствовал себя спортсменом, внезапно вышедшим на пенсию. Хотелось нагрузиться, но все тренировки безжалостно отменила жена - «новый год на носу, а этот гад хлыщет вторую неделю».

… Устав ворочаться, Закавыкин влез в тапки и пошаркал на кухню. Организм сотрясало, сердце часто ухало где-то в горле, в животе ныло.

За кухонным столом сидел старый седой черт и ел из жестяной банки оливки, вылавливая их пальцами. Отложив банку, он печально и сочувственно посмотрел на Закавыкина.
- Нельзя так жить, - произнес он голосом покойного деда, - так жить нельзя! И скосил взгляд на лежавший перед ним кухонный нож.

Закавыкину внезапно все стало ясно. Он тут, вот сейчас, наконец понял, что Шопенгауэр - потрепанная книга которого «Мир как воля и представление» лежала у него в туалете для употребления по непрямому назначению и которую он читал, так уж получилось, с конца - это не мудофель забугорный, нет. Это, это… «Gott» - всплыло откуда-то из мозжечка.

О, как он был прав. Нахлынула вселенская тоска и четкое понимание, что смысла у жизни нет. Закавыкин рывком схватил нож и одним движением полоснул себя по горлу.

Старый черт рассыпался на тысячи маленьких чертят, которые как тараканы, разбежались по щелям…

Бригада СМП славного городка Иудино, что расположен рядом с одноименной узловой станцией, доставила горячего гражданина в приемный покой Н-ской больницы, транзитом через психушку, аккурат ранним утром 31 декабря.

В хирургии в этот день дежурил доктор Хризантемов. Как молодой, несемейный и бездетный, он должен был встретить этот, а возможно и следующий, новый год на работе.

Рана оказалась большой, но не очень глубокой, под дном её угрожающе пульсировала сонная артерия. Осталось ушить и отдренировать. С перевязанной шеей Закавыкина, в состоянии глубокой задумчивости, разместили в первой палате.

Больных в отделении к празднику осталось мало, было непривычно тихо. День прошел спокойно. И поздно вечером, закончив с делами, в ординаторской накрыли нехитрый стол. Хризантемов, две постовые сестры и санитарка, дождавшись двенадцатого удара курантов по ОРТ, сдвинули фарфоровые кружки с шампанским и выпили за наступление нового 1996 года. Затем с часок посмотрели «Старые песни о главном» и потихоньку разбрелись. Почти сутки на ногах давали о себе знать.

Еще через полчаса, выпив горячего чаю, Хризантемов расстелил на диване постель и блаженно вытянул ноги. Успел только подумать, что пить надо водку, а не эту кислятину и провалился в сон.

Ровно в 2 часа 15 минут громкие крики подбросили Хризантемова на ноги. Накинув халат, он распахнул дверь. Кричала постовая сестра. В коридоре от окна к окну, пытаясь их открыть, метался Закавыкин с перекошенным лицом.

Затем он побежал в конец коридора, шлепая босыми ногами. Там за двустворчатой дверью была редко используемая лестница. Резко подергал за ручку - заперто. Заметил, что нижняя стеклянная секция в правой створке отсутствует, и полез в проем.

Тут Хризантемов вышел из ступора, в нем включился охотничий инстинкт. Адреналин, зашумевший в ушах, позволил ему в пару секунд добежать до пустого уже проема в дверях и пролететь его без задержки (позже он, в присутствии коллег, безуспешно пытался повторить этот фокус; замечу, что росту в Хризантемове было аж 190 см, а проем был квадратом со стороной 50 см, расположенным у пола). Шум на слабо освещенной лестнице раздавался снизу. Хризантемов галопом, как боевой верблюд, помчался вниз, перепрыгивая через ступеньки. Мысль была только одна - догнать.

Беглец опережал его на полтора пролета. Третий этаж, второй… На площадке между первым и вторым этажом доктор остановился как вкопанный от увиденного. В пяти метрах ниже, бывший работяга Закавыкин, а ныне берсерк Закавыкин, ломился в дверь, которая вела в тупиковый рентгенкабинет. Он молотил по двери голой ногой с такой силой и яростью, что раньше дверей в щепки должна была разлететься его нога. Затем он сорвал со стены рядом тяжелый огнетушитель ОХП-10 и стал крушить двери им.

«Тупые предметы весьма разнообразны по величине, форме, характеру материала и наиболее широко распространены в быту и на производстве» - услужливо выдала память Хризантемова строчки из учебника по судебной медицине.

Азарт, до того диффузно разлитый по телу, внезапно сгустел, собрался в холодный комок под ложечкой и вышел меж лопаток испариной. Стараясь не дышать, Хризантемов стал пятиться, а потом практически бесшумно поскакал обратно.

Что ему делать он не знал. Подумав, набрал 02.
Через четверть часа к приемному покою подъехало два лунохода с восемью(!) милиционерами. У половины из них были бронежилеты и автоматы Шмайсера - Калашникова. Выслушав сбивчивый рассказ дежурного врача, они рассыпались по этажам стационара. Обойти предстояло пять этажей в двух крыльях, цокольный уровень и чердак.

Хризантемов увязался за одним из тех, кто показался ему наиболее крепким. Тот спустился в подвальное помещение. Дергал за ручки все попадавшиеся по пути двери и внимательно осматривал все закоулки. В торце подвала был черный выход на улицу, забранный изнутри двухсекционной решетчатой дверью, сваренной из стального уголка и сантиметровой арматуры, запертой на висячий замок. Верхний левый угол этого заграждения оказался нечеловеческой силой Закавыкина загнут и выдернут из верхней петли. Сержант подергал конструкцию за деформированную часть, затем опасливо стал шарить на груди, проверяя наличие оружия.

Поиски продолжались около часа и закончились ничем. Закавыкин как сквозь землю провалился…

Беглеца обнаружили только утром, в 25 км от больницы, на станции Иудино. Вернули в больницу. Уложили в первую палату в состоянии все той же глубокой задумчивости. Для надежности рядом на табуретке посадили жену.

Как Закавыкин при 23 градусах мороза, а именно столько было в ту ночь, ничего себе не отморозил и даже не простыл, пройдя пешком два десятка километров, будучи в одной пижаме и босиком, это пусть объясняют физиологи или психологи. Мы лишь заметим, что «человек, в сущности, дикое, страшное животное. Мы знаем его лишь в состоянии укрощенности, называемом цивилизацией, поэтому и пугают нас случайные выпады его природы».

5

Выбираю себе робот-пылесос, с некоторых отзывов почти рыдаю:
Xxx: когда мне было три года, мне подарили луноход на батарейках, который ползал по полу. Лунохода я боялся, залезал на диван и оттуда за ним смотрел. Теперь благодаря роботу-пылесосу моя роль в уборке свелась примерно к тому же.

6

Телефон. Все основано на реальных событиях, рассказано очевидцем.
История произошла лет 5 назад. Районный отдел милиции в центре провинциального города. Отдрюканные после утренней планерки опера изображают бурную деятельность. Один из них с огромной неохотой, являясь дежурным опером, бредет к своему кабинету, и войдя туда обнаруживает в нем зареванную девушку. Когда она подняла на него глаза, у опера с пятилетним стажем, много видевшего, вдруг забилось сердце как у 15-летнего девственника при виде плаката Памелы Андерсон. В общем, за долю секунды он про себя решил, что какой бы ни была суть преступления, совершенного против данной гражданки, он его раскроет. По любому. Кратко опросив девушку, он выяснил, что при выходе из трамвая у нее вырвал из рук телефон молодой человек и убежал. За ним погнались пара пассажиров трамвая, но быстро отстали. Телефон был подарен мамой на день рождения, и там было очень много дорогих сердцу девушки фото. Преступление было совершено около получаса назад, от остановки трамвая до отдела 10 минут ходу. Приняв и оформив заявление прекрасной гражданки, опер назначил ей повторную встречу в 6 часов вечера в своем кабинете. На часах было 9 утра. Опер пробежал по всем кабинетам, опер собрал кентов и кратко пояснил задачу, пояснив, что для него это вопрос серьезный. Когда дело касается сотрудника, менты работают на совесть. Резко были озадачены внештатные сотрудники из криминальных кругов, были изъяты и просмотрены записи с камер видеонаблюдения окрестных торговых центров. Внешность и примерный маршрут был установлен. После сверки с архивом определилась и личность преступника, ибо его биография уже содержала в себе несколько условных и один реальный срок за подобные преступления. Опергруппа с самым бывалым водителем лунохода помчались на домашний адрес, где и застали злодея в компании собутыльников. Проведя экспресс-допрос, опер узнал, что телефон был обменян на пойло с закусью у продавщицы близлежащего магазина. Через 5 минут телефон был изьят, компания злодеев, один из которых находился, как оказалось, в федеральном розыске за убийство, доставлена в отдел. Краткий осмотр памяти телефона показал отсутствие в записной книге записи "Любимый" и подобных синонимов. На часах было 5 вечера. Опер сбегал до ближайшего цветочного магазина и уселся ждать. Как ни странно, девушка оказалась пунктуальной, и ровно в 6 часов переступила порог его кабинета. Телефон и цветы были торжественно вручены. Свадьба состоялась через полгода.

7

Vizhu sputnik.

Когда я зашёл в кабак, старина Питер, как всегда, втирал очередному новичку:

- Первым в космос полетел русский. Сперва три собаки, потом американская обезьяна, а потом - русский. Джордж ГагарИн - они говорят - Ури, но это значит - Джордж.

Стены кабачка "Ракета" увешаны фотографиями, там и Лайка, и Белка со Стрелкой, и обезьяны, и Гагарин, и Титов, и Леонов, и Амстронг, и Королев, и фон Браун, и Хайлайн, и фотографии ракет и шатлов. Макеты ракет и шаттлов висят под потолком, над столами, по дверному косяку...

- Обычно в Sputnik пьют пинту Бомбардира. Но сегодня 4 октября, так что в Бомбардир наливаем двойной шот водки. Это называется Orsh. Orsh - это место, где русские первый раз применили ракеты. Они стреляли ракетами по немецким танкам. Дюжина ракет за раз. Хуяк! - и никаких танков, только большая черная воронка. Ну, за космос!

- Ga-ga-rin!
- Ga-ga-rin.

В три глотка они осушают не пинтовые стаканы, а вполне себе литровые кружки. Вскидывают донышком к глазам, отверстием ко звездному небу. Хором:
- Vizhu sputnik.

- Но на Луну русские не летали, - уточняет новичок.
- Люди не летали. Машины - летали, - объясняет Питер. Вот такие - он показывает на модель лунохода на полке.
- Похоже на танкетку, - говорит гость.
- Гораздо меньше, там ведь нет людей.
- Но на Марс - это уже только американцы.
- Ага.
- Ga-ga-rin!
- Ga-ga-rin.
- Vizhu sputnik!

Кабак заполняется народом. Почти все знают друг друга, и знают, что будет. Будут документальные кадры, будут куски из "Укрощения огня" с самопальными субтитрами, будет часть ленты BBC, что-то от Discovery...

Жаль, я не покойный Владимир Войнович и не могу адекватно перевести песню про 14 минут. Впрочем, у меня сегодня есть хороший сюрприз для хорошей компании. Я достаю сверток и разворачиваю у барной стойки. Это - модель первого спутника, шар со стрелами. Кабак на секунду замирает, пока я нажимаю кнопку, так что сигнал спутника взрезает внезапную паузу, как тогда, 60 лет назад. И тут человек тридцать, почти синхронно вскидывают кто стаканы, кто кружки:
- Ga-ga-rin!
- Ga-ga-rin.
- Vizhu sputnik.

Это было год назад, в 60летний юбилей Великой победы человечества. Сегодня они будут пить без меня, я в Москве. Ближе к вечеру я буду на ВДНХ, зайду в павильон "Космос", а после, встав рядом с ракетой "Восток", включу Skype. И мои друзья на соленых болотах увидят реплику великой ракеты.

- Vizhu sputnik!