Результатов: 17

1

К хозяину древнего мрачного замка приехал гость. Вечером лакей показывает ему
комнату, отведенную для ночлега.
- Скажите, - спрашивает гость, - не случилось ли в этой комнате что-нибудь
необыкновенное?
- Случилось лет десять назад, - отвечает лакей.
- Как интересно! А что произошло?
- Утром гость, который здесь ночевал, оказался живым.

2

К хозяину древнего мрачного замка приехал гость. Вечером лакей показывает ему комнату, отведенную для ночлега.
- Скажите,- спрашивает гость,- не случалось ли в этой
комнате чего-нибудь необыкновенного?
- Случилось лет десять тому назад,- отвечает лакей.- Утром гость, который здесь ночевал, оказался живым.

3

К хозяину древнего мрачного замка приехал гость. Вечером лакей
показывает ему комнату, отведенную для ночлега.
- Скажите, - спрашивает гость, - не случилось ли в этой комнате
что-нибудь необыкновенное?
- Случилось лет десять назад, - отвечает лакей.
- Как интересно! А что произошло?
- Утром гость, который здесь ночевал, оказался живым.

4

Cтандартная американская ситуевина.
Ночь. В дверь фермера (Арканзас ессно) стучится заезжий
коммивояжер и просит ночлега. Фермер соглашается. Но у него
есть очаровательная и похотливая дочурка. Поэтому, чтобы
узнать, трахалась дочка с приезжим или нет, он кладет
под дверь три куриных яйца. Ясен пень, ночью в комнату
дочки прямо-таки врывается чувак-странник и они
хардкорово трахаются. Потом они замечают
расколошматенные яйца и до них доходит вся трагедь.
Взяв тюбик клея, они всю ночь склеивали яйца
(вот дебилы, нет чтобы в холодильнике новых взять)
А утром довольный фермер, забрав целые яйца,
пошел жарить яичницу.
Бум ножиком по яйцу - ПУСТОЕ!
Бац по второму - ТОЖЕ ПУСТОЕ!
Хряп по третьему - ОПЯТЬ ПУСТОЕ!
Взбешенный фермер выбегает во двор, где пасутся
куры и другая живность и кричит:
- А ну, бля, мазерфакеры, петухи грёбанные,
признавайтесь, кто из вас пользуется презервативами....!?!?!

6

Я уже рассказывал историю неутомимой искательницы женского счастья, Анжелы (http://www.anekdot.ru/an/an1109/o110912.html#6). Если Вам эта история не знакома, то рекомендую ее прочесть для понимания бэкграунда дальнейшего повествования.
Итак, нашу депутатскую приемную снова посетила Анжела! В летящей дубленке, на вот таааких каблучищах, с новыми губами и, кто бы сомневался, опять влюблена. Опять мужчина. И опять проблема. На этот раз юридическая.
Как выяснилось, Гламурная Кисска продолжает поиски женского счастья на просторах интернета. В результате утомительных поисков был найден Борис. Борис красавец. Борис металлург, уволенный по сокращению. Борису 30 лет. Рост 185, вес 80. Русые волосы до плеч (показывала фотографию). Отсутствие собственного жилья и небольшие финансовые проблемы завершают эпический образ мужчины мечты.
И да, все серьезно, Анжела собралась за него замуж. Вероятно, есть такой тип людей, которым жизнь не мила без приключений.
Первое свидание Борис назначил на трамвайной остановке, куда и прибыл на соответствующем виде транспорта. После чего повел Анжелу гулять по набережной. Осенний ветерок кружил золотую листву вокруг влюбленных и постепенно пробирал до костей. В связи с чем было принято решение идти греться к Анжеле домой. И правда, чего уж там, взрослые ж люди…
Грелись до утра, и, в результате, Борис как-то прижился и остался в квартире Анжелы. Дальнейшее показало, что ранее Борис обитал у родителей, с которыми у него произошла какая-то размолвка на финансовой почве, в результате которой он остался без ночлега. Родители не интересовались местонахождением Бориса, а он не жаловал излишним общением родителей.
Может быть, так бы и канула в Лету эта мутная история, но через несколько дней Борису позвонила его мама и сообщила, что сыночка разыскивают судебные приставы и коллекторы. Звонят по ночам, угрожают пустить по миру и т.п. Потому, может быть великовозрастное дитя соблаговолит урегулировать свои проблемы, иначе оно, дитя это, рискует остаться не только без ночлега, но и без регистрации по месту жительства в родительской квартире.
Допрос с пристрастием показал, что свое увольнение Борис переживал горько. И чтобы подсластить жизнь, решил приобрести новый Айфон. В связи с отсутствием зарплатного финансирования этот девайс, предмет неизменной гордости Бориса был приобретен в кредит без первоначального взноса. Какое-то время Борис платил по кредиту из невеликих сбережений, но затем решил, что с банка довольно, тысяч пять он уже честно отдал, а, по внутренним борисовым ощущениям, не такая уж это замечательная штука, Айфон, когда зарплаты нет. А потому платежи прекратил и свою позицию относительно потребительских свойств мобильного устройства изложил через посредство того самого Айфона банку в доступной для широкого круга слушателей форме. После чего трубку брать перестал, сменил симку и контакты с банком прекратил.
Банк получил судебное решение, продал долг коллекторскому агентству, и коллекторы приступили к решительным действиям. Борис счел контакты с коллекторами баловством непозволительным и звонить им не стал. В результате его новый номер коллекторам сообщили собственные родители Бориса. Сумма, установленная ко взысканию поражала воображение и Бориса и Анжелы.
Так вот, Анжела спрашивает. Что может ей грозить, если она заключит с Борисом брак и зарегистрирует его в своей квартире. Ну ведь хороший мужик, чего там. Долг только за кредитный Айфон, а так просто золото…

7

Ездили мы этим летом большой компанией на отдых в Адыгею.
Ехали несколькими машинами, прокладывая путь по навигатору в мобильном телефоне. Очередной день путешествия подходил к концу и надо было решать вопрос ночлега. Было уже около 6 часов вечера, когда мы проезжали Новороссийск. Все мои попытки убедить компанию проехать дальше и остановиться в каком-либо придорожном мотеле не привели к положительному результату и вся компания двинулась через пробки в центр Новороссийска в сторону якобы найденной "хорошей" гостиницы "Океан". Через минут сорок блуждания по городу гостиница была найдена. Она представляла собой обычный совдеповский отель, но немного подремонтированный (вода из крана не капала, в окне гордо стоял кондиционер БК, недавно отпавшие обои были аккуратненько подклеены). Все было бы замечательно если бы не цена за все это удовольствие как за хороший трехзвездочный отель. Охраняемой стоянки у отеля не оказалось (машины просто парковались у дороги около отеля) и я тихо начинал представлять перетаскивание ценных вещей на ночь в номер из машины и утренний вояж обратно. Учитывая предложенные нам номера на 5м этаже и полном отсутствии лифта весь отдых сводился на нет одной этой ночевкой. Остро стал вопрос: ехать дальше или оставаться. Вся компания разделилась на 2 равных по числу голосов лагеря. Не хватало буквально одного голоса или весомого аргумента для принятия решения. На несколько секунд в холле гостиницы водрузилась мертвая тишина. И в этот самый момент решающий голос прозвучал. Это был голос навигатора NAVITEL (из моего мобильника) который я забыл выключить. Он долго пытался проложить наш маршрут дальше и потеряв всякую надежду найти спутники произнес:
"ПЛОХИЕ УСЛОВИЯ ПРИЕМА"
Это был тот решающий голос , которого нам так не хватало. Всего тремя словами он очень точно охарактеризовал сам отель и отношение к его посетителям. Наша компания отойдя от истерического смеха, ничего не говоря развернулась на 180 градусов и двинулась в путь дальше.
Вскоре мы нашли неплохой мотельчик за городом, где благополучно заночевали.
Вот так вот. А говорят навигаторы тупые.

8

ОБМАНУЛ

Однажды Леонид Осипович Утесов засиделся в гостях у режиссера Московского цирка Арнольда Григорьевича Арнольда. Арнольд стал уговаривать Утесова остаться: чего, мол, переться через всю Москву на ночь глядя, вот тебе кушетка, ложись и спи. Утесов ни в какую не соглашался. Мотивировал тем, что боится огромной собаки Арнольда, на которую и днем-то смотреть страшно, а ночевать с ней в одной квартире тем более. Да еще эта кушетка, которую хозяин предлагал для ночлега: Утесов знал, что обычно собака спит именно на ней, и не без оснований опасался, что зверюга будет недовольна. И только когда Арнольд пообещал, что запрет собаку в чулан, Утесов согласился и остался.

Ночью раздался грохот, и на спящего Утесова обрушилось нечто громадное и тяжелое. Эта собака вырвалась-таки из заключения и прыгнула на законную кушетку. Она устроилась в ногах Утесова и всем видом показывала, что не уйдет ни за что. Перепуганный Утесов сдавленным голосом позвал Арнольда на помощь, причем, что интересно, по-еврейски. Хозяин пришел, прогнал собаку, долго озадаченно смотрел на Утесова и, наконец, спросил: «Ледя, вот никак не могу в толк взять: почему ты меня по-еврейски позвал, никогда в жизни на идиш не общались?..» На что Утесов плачущим голосом ответил: «Чтобы твоя чертова собака не поняла, зачем я тебя зову!»

9

У нас в доме такие хлебосольные старушки обитают, что редкий голубь долетит до середины двора. Так уже эти птицы мира отъелись, что предпочитают передвигаться пешком. Наверняка скоро начнут приставать по вечерам к прохожим, чтобы те голубей к месту ночлега доставляли.

10

В этот испанский городок я пришел неожиданно рано – еще не было трех. До следующего городка, а значит и годного ночлега, было не меньше 20 км по горам, пустую дорогу жарило апрельское солнце, вышел я в тот день рано, в общем, я себя уговорил встать на постой пораньше.
На первом этаже небольшой гостиницы (два этажа, пяток номеров) в ресторане тоже было пусто, двери и окна настежь, и только один мужик курил в углу над стаканом пива, посматривая в телевизор на беззвучный футбол. Оказался хозяином.
За пивом разговорились. Роберто сварганил чего-то горячего (что само по себе знак, ведь поесть в Южной Европе между 12 и 17 практически невозможно) и присел за мой столик.
– Знаешь, Друг… Я родился и вырос в этом городишке. Когда я был молодым, у меня было три мечты. Я хотел иметь свою гостиницу, потому что у моего отчима была гостиница, я хотел иметь большой красный мотоцикл, потому что у моего дядьки был мотоцикл, и я хотел жениться на соседке Марии, потому что все мальчишки нашего района хотели Марию.
– Я своими руками построил эту ебаную (de puta madre) гостиницу и кручусь вокруг нее уже больше тридцати лет. Оставить ее хоть на неделю нельзя, потому что тогда не будет денег на кредит, и вообще работать здесь никто не хочет.
– У меня есть этот ебаный красный «Кавасаки», и он стоит в гараже уже 30 лет, потому что в наших горах на мотоцикле не разгонишься, а ездить на «Кавасаки» медленно – не уважать ни себя, ни «Кавасаки». Еще у меня есть кабриолет «Мерседес», и он стоит в гараже, а я на нем езжу три раза в год, потому что припасы для своей гостиницы я вожу на грузовичке, а больше мне ездить некуда.
– Я женился на Марии. Мужчины не болтают про женщин, поэтому я тебе ничего про нее не скажу.
– И чо? Вот сейчас мне 54. Я смотрю на то, что было моей мечтой, и каждый день напиваюсь в своем баре. Каждый день через мою гостиницу проходят каминеро (пилигримы на Камино де Сантьяго), и я хочу все бросить и уйти с вами, такими свободными и беззаботными.
(В моей голове кто-то хихикнул: «…а пулемет я вам не дам!»)
– А чего ж, – говорю я, – и пошли. Я у тебя один постоялец, завтра с утречка и двинем. Закрой свою прекрасную гостиницу, обуйся поудобнее, да пойдем.
Роберто задумался, потом с пьяной серьезностью посмотрел мне в глаза.
– Не могу. Если я уйду, Мария не сможет платить кредит банку. И гостиницу закроют, а я в нее вложил 30 лет жизни. И вообще, как я уйду?
Тем временем ресторан потихоньку оживал. Роберто включил звук в телевизоре и ушел поить желающих. Я поднялся в номер, почитал и лег спать. Где-то за полночь в соседний номер пришел Роберто, долго кашлял, курил на балконе, потом затих. Рано утром я захлопнул за собой дверь и поежился от рассветной свежести. Мокрая дорога упиралась в соседний дом и резко сворачивала вниз. Над горами светлело небо.

12

В первых числах января 1982 года приспичило мне, свежеиспеченному лейтенанту милиции, ехать из Средней России в командировку в Закарпатье.
Да и как было не ехать, если по моему одному из первых уголовных дел о мошенничестве задержали в Москве объявленную мною во всесоюзный розыск гражданку Г… 1910 года рождения, ранее одиннадцать(!) раз судимую за кражи и мошенничества.
На допросах, проходивших у меня как обычно «в теплой дружественной обстановке», арестованная рассказала, что по одному из последних эпизодов обвинения похищенные ювелирные изделия она продала сотрудникам санатория в Западной Украине.
Мне всегда собираться было «только подпоясаться», поэтому в Рождество 7 января я был уже в Ужгороде. Переночевав в гостинице, утром был в санатории недалеко от города.
Директор санатория с пониманием отнеслась к моей миссии, оказала посильную помощь в ее выполнении, но предупредила, что должна представить меня местным ментам. Я ничего против не имел, тем более, что рассчитывал на их помощь.
Сначала появился участковый Ваня, потом подошли еще два «шкафа», одетые по гражданке. Для меня при росте 170 все двухметровые мужики кажутся шкафами.
Оказались сотрудниками МВД Украинской ССР, охранявшими отдыхавшего в санатории замминистра внутренних дел Украины. Вообще их было четверо, дежурили и отдыхали посменно парами. У них в санатории был свой номер с огро-о-мной кроватью.
Ребята поручили Ване оказать мне всю необходимую помощь, так как требовалась работа в населенных пунктах. Ближе к вечеру мы с Ваней всех покупателей установили, допросили, ценности изъяли. Зашли в кафешку выпить чаю, выпили, как водится, водки (но из чайника). Взяли с собой еще водки и горилки (Ваня нашел), чтобы угостить коллег, и вернулись в санаторий. Возвращаться домой мне нужно было на следующее утро. «Охраняемое тело» отбыло к себе спать, поэтому все расслабились.
Сели с ребятами впятером в их номере «общаться», поужинали заодно. Вопрос о месте моего ночлега как-то вообще не возникал. Общались очень душевно и качественно (у ребят тоже «было» и немало), так что утром я обнаружил свое тело на вышеописанной кровати в одной куче с лежавшими вповалку телами всех четверых телохранителей.
Ну, покормили меня завтраком, пожелали счастливого пути и проводили. Впечатления от той встречи остались по сию пору самые теплые.
Да еще приятных впечатлений добавила девушка-попутчица, ехавшая в моем купе до Москвы. Она как достала из сумок копченое сало и домашнюю колбасу, весь вагон слюной давился, а наше купе наслаждалось деликатесами, вкуснее которых я с тех пор не пробовал.
Я к чему это вспомнил? Всегда советские менты находили между собой общий язык, потому что в целом делали одно дело – боролись с преступностью, хотя и отвлекали нас регулярно на всякую ерунду типа чьей-то охраны или участия во всевозможных мероприятиях, проводимых «для галочки». В страшном сне тогда не могло присниться, что мы можем стать врагами…

13

Стандартная американская ситуевина. Ночь. В дверь фермера (Арканзас ессно) стучится заезжий коммивояжер и просит ночлега. Фермер соглашается. Но у него есть очаровательная и похотливая дочурка Тетяна. Поэтому, чтобы узнать, трахалась дочка с приезжим или нет, он кладет под дверь три куриных яйца. Ясен пень, ночью в комнату дочки прямо-таки врывается чувак- странник и они хардкорово трахаются. Потом они замечают расколошматенные яйца и до них доходит вся трагедь. Взяв тюбик клея, они всю ночь склеивали яйца (вот дебилы, нет чтобы в холодильнике новых взять) А утром довольный фермер, забрав целые яйца, пошел жарить яичницу. Бум ножиком по яйцу - ПУСТОЕ! Бац по второму - ТОЖЕ ПУСТОЕ! Хряп по третьему - ОПЯТЬ ПУСТОЕ! Взбешенный фермер выбегает во двор, где пасутся куры и другая живность и кричит: - А ну, бля, мазерфакеры, петухи грёбанные, признавайтесь, кто из вас пользуется презервативами....!?!?!

14

ВЕЗУНЧИК

Как-то мы в компании разговорились о природе везения. Я утверждал, что никакого особого везения не существует, уж тем более невезения. И что вся наша жизнь подчиняется только теории вероятности, ну и до некоторой степени, нашим усилиям.
Слово взял Андрей. Андрей, кроме того что отличный кинооператор, он еще и заядлый спортсмен – покоритель разных Эльбрусов и женских сердец.
И вот его рассказ:

…Позвонил мне как-то одноклассник Витя, спрашивал чей-то номер телефона. Мы потрепались за жизнь и Витя признался, что он самый-самый невезучий человек на свете. И он уже вполне свыкся с этим. Жена от него ушла к другу, с которым он ее и познакомил, на работе тоже хуже некуда. В конторе сокращение и решено было кого-то уволить из отдела. Одного из пятнадцати человек. Стали тянуть жребий, конечно же Вите досталось "увольнение". Тут пришел начальник и сказал, что это несправедливо, ведь всего в отделе не пятнадцать человек, а семнадцать, двое в командировке. Решили дождаться. Дождались, бросили новый жребий, Витя опять вытянул «увольнение».

Короче, нужно было как-то спасать старого школьного приятеля от хандры и невезения и приводить в чувство.
И я предложил сходить вдвоем в короткий поход на пару ночей. С палатками, костром и всем в этом духе. Обычно такие мероприятия ставят голову на место.
Витя хоть и никогда не ходил в походы, но с радостью согласился.
Взял я два рюкзака, две одноместные палатки, собрались, посидели на дорожку и поехали на поезде в сторону Костромы.
Идем по лесу, птички поют, настроение у обоих приподнятое. Особенно у Вити, в походе ему явно понравилось.
Вдруг Витя споткнулся, не удержался и медленно, смешно упал вперед на руки. На вид ничего страшного, я даже захихикал. А Витя затих на некоторое время. Пока не пришел в сознание. Оказалось, что во время падения, рюкзак по инерции пошел вперед и долбанул Витю прямо в шею ребром крышки от котелка. Кровь, ссадина, я даже хотел вернуться, но Витя уговорил продолжить поход. Обклеил я ему затылок пластырем, выдал таблетку от головной боли, пошли дальше, но настроение было уже не то. Нашли подходящую полянку для ночлега, начали устраиваться.
Я разложил свою палатку, Витя свою и я, с высоты своего походного опыта, стал давать ему советы:

- Видишь у тебя палатка стоит под деревом, ему конечно лет сто, но вдруг ночью будет сильный ветер и дерево раз в сто лет упадет прямо на тебя.
- Андрей, но ведь и у тебя палатка под деревом.
- А ты посмотри повнимательней, мое дерево стоит прямо, а твое склонилось над палаткой. Подумай, куда оно будет падать?
- А, ну да вообще-то.

И Витя переставил палатку с другой стороны дерева, теперь оно клонилось от палатки.
Короче. Ночью случился страшный ураган, который бушевал секунд восемь. В результате Витино дерево выдрало с корнем, загнуло в другую сторону и повалило ему на палатку.
Слава богу кости целы, но удар опять пришелся по бедному затылку, хоть и вскользь.
Тут уж и я поверил, что мой одноклассник и вправду потрясающий везунчик.
Пришлось уступить бедолаге свою палатку, а я накрылся тем, что осталось от сломанной.
На следующий день Витя долго мямлил и не решался, потом наконец отважился и спросил:

- А как в походе сходить кой-куда? Есть какая-то технология?
- В смысле, по-большому?
- Ну, да.
- О, а ты еще не ходил? И я че-то забыл тебе сообщить инструкцию.
Схема несложная, вот туалетная бумага и вот тебе лопатка. Идешь куда-нибудь подальше отсюда, где понравится, выкапывыешь ямку, делаешь туда свои дела, потом лопаткой закапываешь обратно. Мы ведь любим и бережем природу?
- Ну, да, любим. Все ясно, я пошел.

Через некоторое время Витя вернулся и смущенно спросил:

- Андрей, подскажи, а как бы мне помыть лопатку?
- Зачем ее мыть? У нас и воды для этого нет. Вытри об траву и засунь обратно в чехольчик.
- Нет, об траву не получится, она ведь в говне.
- Ты какого хрена, Витя, свое говно моей титановой лопаткой тыкал?!
- Да, я не тыкал и оно вообще не мое. Мне просто не повезло, я стал копать ямку, а там уже было зарыто чье-то говно. Так, как бы мне помыть лопатку..?

15

Опять командировочные истории.

Поехали мы как-то раз в Тулу. Вдвоем с коллегой, Диманом. Мне надо было на Красную Горку - на домну я там пневматику ставил.

Ну и пока ехали - надо думать насчёт ночлега. Гостиница - посмотрели букинг и решили что дорого. И сняли трёхкомнатную квартиру. Точно не помню улицу, да и не суть важно. Не самый центр, но и не самые окраины.

Ну приехали с вечера, заготовили какой-то еды, вмазали по стакану и спать.

Утро. Диман спит спокойно себе, я встал - время около 7.30-8 утра. Выпил кофе, закурил первую сигарету.
Стук в дверь.
- странно, - думаю. - вроде с горничной договор был, что мы в 10 будем уезжать, чо-то она рановато.
Ну иду открывать дверь - как есть, в трусах и с сигаретой в зубах.
Дверь открываю - мне сходу прилетает в душу и, завернув мне ласты за спину, меня вытаскивают на лестничную клетку.
Три лося в кожанках, вида довольно гопницкого.
И задают мне сакраментальный вопрос: ты кто?
- а вы,- отвечаю, - кто, блядь?!
Мне в нос три красных ксивы - угро. Во, думаю, нештяк день начался.
- я,- сообщаю, - командировочный.
- девочек вызывал? - спрашивают менты.
А я, на минуточку, так и стою в трусах на лестничной клетке с вывернутыми руками.
- Я, - с намёком отвечаю, - и мальчиков тоже не вызывал.

Ну руки отпустили, заходим в квартиру - из комнаты выползает только проснувшийся Диман, немало удивляясь диспозиции.

В общем, выясняется - вечером в соседнем дворе взяли на гоп-стоп какую-то местную тётку. Сумку отобрали с кошельком и мобилой. А бдительные граждане из подъезда, где мы хату сняли, видимо при поквартирном обходе цинканули доблестным лыцарям плаща и кинжала, что номера на машине у нас не местные и рожи незнакомые.

- так погоди, - говорю ихнему старшому. - тётку ломанули вчера, а ты сегодня ходишь по квартирам в надежде взять авторов хипеса?
- ну это, - отвечает, - вчера не успели
- (??!!!) Спасибо, - грю,- что в душу, а не в табло. А то мне ж работать.

В общем, с тех пор лично я по работе предпочитаю все же гостиницы, а в квартирах приобрел привычку смотреть в глазок.

16

Учкудук, три колодца. Я побывал там. Ну, не совсем Учкудук, а в девяноста километрах южнее, Зарафшан.
Хотя в климатическом исполнении хрен редьки на слаще, особенно в конце июля, когда мне пришлось провести в тех местах очередную командировку.
Не знаю, как сейчас, но в то время это был небольшой поселок с маленьким базарчиком, как основным оазисом общественной жизни, зданием рудоуправления и небольшим рабочим трех или четырехэтажным поселком.
Появилось это чудо градостроения в Узбекистане в советские годы, как и Учкудук, на волне открытия и переработки урановых и золотоносных месторождений в здешних местах. Именно таким он мне запомнился в те восьмидесятые годы прошлого столетия, хотя сейчас, если открыть интернет, то этому даже не верится. Кстати, не спорю, были еще какие-то монументальные строения подальше от рудоуправления, но что это, до сих пор загадка. Я их не обследовал. Почему – поймешь позже.
Ну да, ладно. Пусть цветет и процветает город, но как-нибудь без меня, я им всего пару недель наслаждался и этого мне вполне достаточно.
Привезли туда нашу бригаду из пятерых человек с целью наладки оборудования небольшой котельной, которую возвели вместо существующей промышленной громадины рудоуправления. Годы были тяжелые, народ и первые строители поуезжали за лучшей долей в другие места, вот и построили небольшую котельную для экономии средств, как я понимаю.
А было это в субботу вечером, ближе к ночи. Нас расселили в промышленном общежитии, почти пустом, жило там всего семьи три-четыре. Как выяснилось позже, им просто некуда было ехать. Мы быстро с ними познакомились, выпили за знакомство, как полагается и спросили, есть здесь какой-нибудь водный источник, где бы завтра (т.е. в воскресенье) можно было бы отдохнуть на лоне природы. Есть, конечно, отвечают. Прекрасное озеро с чистейшей Амударьинской водой, которая поступает туда по трубам. Только не сезон сейчас, слишком жарковато. Но мы ждать зимы не собирались и решили оттянуться по полной завтра же (еще нас ввело в заблуждение слово «жарковато», а не «жарко»).
Наутро, все еще не проспавшись и потому еще не представляющих последствий намечающегося мероприятия, прихватив с собой провиант и недопитый запас спиртного, мы бодро зашагали к цели. Вспоминая эту командировку, должен признать, что это были самые энергичные наши шаги за все две последующие недели. Кстати, наш бригадир, Николай Степанович, мужчина лет пятидесяти, на эту авантюру не подписался, решив, что старожилам виднее и остался на хозяйстве.
До озера было километра три, не больше. А утро было раннее, около восьми часов. Прошлепав с километр, один из нас повернул обратно, мотивируя это тем, что по его мнению, он еще вроде бы не совсем хорошо себя чувствует и душновато как-то. Остальные обсмеяли его, мол, слабак и продолжили путь. Еще через километр смелости поубавилось и у остальных, но мы упорно продолжали двигаться, надеясь на скорую озерную прохладу. Кое-как преодолели остаток пути и с размаху бросились в такую манящую и ласковую воду. Вынырнув, я поглядел на окружающих, подумав, что мне одному кажется, что на берегу много прохладней, чем в воде. Но нет, двое из команды поспешно выбирались на берег, отчаянно ругаясь и проклиная того, кто им посоветовал эту прогулку. Я был с ними совершенно согласен, оставалось только найти того несчастного, ему бы сейчас было явно не по себе.
Слегка отдышавшись после первых впечатлений от своей бредовой затеи, мы задумались, а что же дальше? Время поджимало и часы тикали совсем не в нашу пользу. Солнце всходило все выше, и температура воздуха неумолимо поднималась к неизведанным нами высотам. А надо сказать, что мы вышли на отдых по-летнему в нашем понимании, т.е. в одних трусах-плавках. Даже кепок не было, даже какой-нибудь газетной пилотки.
Не сговариваясь, мы вылили из бутылок всю водку, набрали в них водички, побросали свои припасы и двинулись в обратный путь. Только это нам и помогло, хоть немного освежая мгновенно нагревающиеся головы. Придя в общежитие и не разбираясь, кто виноват, мы тут же отправились в душ и откисали там где-то с полчаса. (Кстати, хороший душ, вода правда тепловата, около тридцати, но по сравнению с озером – блаженство. В будущем, место постоянного моего ночлега. Матрас на кафеле, открываешь небольшую струйку воды из душа, она льется на пол, а тебя постоянно обрызгивает влагой. И прохладно и умываться не надо). Больше я того водоема не видел и особого желания увидеть его снова не испытывал.
Кстати, сухой закон был приведен в исполнение незамедлительно и без всяких протестов со стороны широкой общественности.