Результатов: 12

1

Когда Потемкин сделался после Орлова любимцем императрицы
Екатерины, сельский дьячок, у которого он учился в детстве читать и
писать, наслышавшись в своей деревенской глуши, что бывший ученик
его попал в знатные люди, решился отправиться в столицу и искать его
покровительства и помощи.
Приехав в Петербург, старик явился во дворец, где жил Потемкин,
назвал себя и был тотчас же введен в кабинет князя.
Дьячок хотел было броситься в ноги светлейшему, но Потемкин
удержал его, посадил в кресло и ласково спросил:
- Зачем ты прибыл сюда, старина?
- Да вот, ваша светлость,- отвечал дьячок, пятьдесят лет Господу
Богу служил, а теперь выгнали за ненадобностью: говорят, дряхл, глух и
глуп стал. Приходится на старости лет побираться мирским подаяньем, а
я бы еще послужил матушке-царице - не поможешь ли мне у нее чем-
нибудь?
- Ладно,- сказал Потемкин,- я похлопочу. Только в какую же
должность тебя определить? Разве в соборные дьячки?
- Э нет, ваша светлость, возразил дьячок,- ты теперь на мой голос
не надейся; нынче я петь-то уж того - ау! Да и видеть, надо признаться,
стал плохо; печатное едва разбирать могу. А все же не хотел бы даром
хлеб есть.
- Так куда же тебя приткнуть?
- А уж не знаю. Сам придумай.
- Трудную, брат, ты мне задал задачу,- сказал улыбаясь
Потемкин.- Приходи ко мне завтра, а я между тем подумаю.
На другой день утром, проснувшись, светлейший вспомнил о
своем старом учителе и, узнав, что он давно дожидается, велел его
позвать.
- Ну, старина,- сказал ему Потемкин,- нашел я тебе отличную
должность.
- Вот спасибо, ваша светлость, дай Бог здоровья.
- Знаешь Исаакиевскую площадь?
- Как не знать; и вчера и сегодня через нее к тебе тащился.
- Видел Фальконетов монумент императора Петра Великого?
- Еще бы!
- Ну так сходи же теперь, посмотри, благополучно ли он стоит на
месте, и тотчас мне донеси.
Дьячок в точности исполнил приказание.
- Ну что? - спросил Потемкин, когда он возвратился.
- Стоит, ваша светлость.
- Крепко?
- Куда как крепко, ваша светлость.
- Ну и хорошо. А ты за этим каждое утро наблюдай да аккуратно
мне доноси. Жалование же тебе будет производиться из моих доходов.
Теперь можешь идти домой.
Дьячок до самой смерти исполнял эту обязанность и умер,
благословляя Потемкина.

3

До сих пор не очень понятно почему, но в мировом океане регулярно возникают одиночные «волны-убийцы» высотой до 40 метров. Появившись совершенно внезапно, они топят корабли, опрокидывают нефтяные вышки, разрушают береговые строения. Три подобные волны, одна вслед за другой, обрушилась на знаменитый пляж Бондай Бич в юго-восточном пригороде австралийского города Сидней 6 февраля 1938 года.

В то жаркое летнее воскресенье на пляже было примерно 35000 человек. Несколько сотен из них унесло в океан. Раньше это называли чудом, теперь это называют совпадением, но именно в этот день и именно на этом пляже проходили соревнования спасателей. Они немедленно прыгнули в воду и начали вытаскивать на берег обезумевших от паники людей. Вытащив на берег одних, сразу же отправлялись за другими. 100 человек почти не пострадали, остальным оказали помощь полиция и медики, которые немедленно прибыли к месту бедствия. В итоге из 250 потерпевших погибли только пять. И это тоже можно было бы назвать чудом, но, конечно, запросто можно объяснить решительными и грамотными действиями всех, кто участвовал в спасательных работах.

В то время австралийское общество столкнулось с неприятной проблемой. Разводы участились, а отцы, если дети оставались с матерью, совершенно не горели желанием содержать своих отпрысков. Поэтому некая Аделаида Прескотт, журналистка по профессии и феминистка по призванию, решила воспользоваться случаем и написала в своей газете, что все пятеро погибших злостно уклонялись от уплаты алиментов. Разумеется, при этом добавила соответствующую толику рассуждений о Божьей каре за пренебрежение родительскими обязанностями. Родственники несчастных обратились в суд, газета заплатила кучу денег в качестве моральной компенсации, журналистку уволили. Однако народ в то время еще верил в Бога и печатное слово, отчего воспринял гибридную новость совершенно серьезно. Ее перепечатали другие газеты. В результате число неплательщиков алиментов в Сиднее действительно резко уменьшилось.

Меня занесло на Бондай Бич весной 2014 года. Это очень красивое место, и вы можете убедиться в этом сами, посмотрев несколько фотографий на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале. В этот будний день пляж был почти пустым. Несколько серферов ждали свою волну недалеко от берега, местные радовались солнцу на зеленой травке, туристы рассматривали исторический павильон и граффити на бетонной стене между пляжем и газонами. О былой трагедии напоминала только скромная памятная доска. И тем не менее процент неплательщиков алиментов в Австралии до сих пор остается одним из самых низких в мире.

6

Было это с одним знакомым. Он поехал на свадьбу родственника, на своей машине. Естественно злоупотребил. Был остановлен двумя гаишниками. Опять же по пьяни, во время обсуждения совершенного, дал каждому по сто долларов. Только эти купюры были фальшивками, он как банковский работник таскал их кармане и иногда демонстрировал коллегам, каких высот достигло печатное дело на Западе, предлагая определить подлинность. Разумеется, был с благодарностями отпущен. Позднее, очухавшись и раскаявшись в содеянном, обратился за советом к начальнику службы безопасности своего банка. Тот сказал, что никто никуда сообщать не будет, об этом не беспокойся. А вот в душу ты им точно плюнул. Помни об этом.

10

Мой лучший первоапрельский розыгрыш случился в начале 80-х, в бытность студентом физфака. Доска нашего деканата жила тогда активной жизнью - каждый день появлялись объявления о переносе или отмене лекций, списки хвостистов и грозные предупреждения об отчислении, вести о наборе в спортивные кружки, поздравления победителям всяческих состязаний и тому подобное, в общем каждый входящий в здание факультета начинал утро с того, что проходил мимо этой доски и на нее поглядывал. А у меня был козырь - домашняя пишмашинка, что для того времени было редкостью.

Утром 1 апреля я подошел к этой доске в тщательно продуманное время, убедился в пустоте вокруг, и прикнопил печатное объявление примерно следующего содержания:

ВНИМАНИЕ ВСЕМ СТУДЕНТАМ! Соблюдайте правила поведения в общественном месте! Находясь в помещениях нашего факультета в головном уборе, вы обязаны снимать его при виде декана и уж тем более ректора, а первокурсники - и при виде простого профессора. К студенткам это не относится, им достаточно сделать книксен.

Дата, подпись декана, размашисто мною воспроизведенная из собственной зачетки.

Объявление провисело почти полтора часа на радость людям, и ни у кого не поднялась рука его снять, вплоть до возвращения разъяренного декана со своей первой пары. По воспоминаниям, дошедшим до меня много после, один отчисляемый оболтус успел при виде декана сорвать шапку с головы и поклониться ему в пояс, а его подружка сделала лихой реверанс, перепутав его с книксеном. Но я лично этого не видел. В общем-то, дуроломы типа Швондера и его гоп-компании, расхаживавшие по факультету не снимая шапок и кепок, были у нас скорее исключением, чем правилом, так что читатели этого объявления вероятно сочли его сатирической первоапрельской выходкой самого декана.

11

- О, Здорово, Серега! Сто лет тебя не видел. Как жизнь, как там печатное дело поживает? - Здорово. Да ничего, нормально. - Что там нового в твоем издательстве? - Да вот, недавно один чудик книжку на корректуру прислал о самообучении бальным танцам... - Самообучении?!! Прикольно!! - Прикольно не это, а как он ее назвал. - И как же? - "Я и бал".