Результатов: 13

1

Женщина заворачивает в подворотню, навстречу ей идет мужчина распростерши руки.
Хочет, наверное, пристать, подумала женщина. Что делать? Разбежавшись, она бьет
мужчину в грудь. Раздается звон стекла. Лицо мужчины нервно передергивается и он
с досадой говорит:
- Заколебали эти каратистки, седьмой раз стекло до дома донести не могу.

2

Женщина заворачивает в подворотню,навстречу ей идет мужчина
распростерши руки. Хочет,наверное,пристать,подумала женщи-
на.Что делать? Разбежавшись,она бьет мужчину в грудь.Разда-
ется звон стекла. Лицо мужчины нервно передергивается и он
с досадой говорит: -Заколебали эти каратистки,седьмой раз
стекло до дома донести не могу.

3

Женщина заворачивает в подворотню, навстречу ей идет мужчина
распростерши руки. Хочет, наверное, пристать, подумала
женщина. Что делать? Разбежавшись, она бьет мужчину в грудь.
Раздается звон стекла. Лицо мужчины нервно передергивается и
он с досадой говорит:
- Заколебали эти каратистки, седьмой раз стекло до дома донести
не могу.

5

Женщина заворачивает в подворотню, навстречу ей идет мужчина распростерши руки. Хочет, наверное, пристать, подумала женщина. Что делать? Разбежавшись, она бьет мужчину в грудь. Раздается звон стекла. Лицо мужчины нервно передергивается и он с досадой говорит:
- Заколебали эти каратистки, седьмой раз стекло до дома донести не могу.

6

Мой приятель однажды поругался с женой. Ну как поругался – молча всё
выслушал, взбеленился, сел за комп, поколошматил клавиатуру, распечатал
и вклеил в женский глянцевый журнал, там где письма идиоток-читательниц.
Поставил закладкой нераспечатанный презерватив, протянул журнал жене и
пошёл выпускать оставшийся пар на свежий воздух. Он вообще любитель
японской поэзии, полной знаков и символов. Рукописи, как известно, не
горят - журнал остался лежать у них на комоде, как забавный памятник их
скандалам. Однажды он попался на глаза мне, к моему полному охренению.
Публикую с любезного разрешения обоих: сказали, что если ляпну хоть одно
имя, прибьют:

«Здрассьте я бландинка!!! Ну чего моему мужу от меня надо? Ну посидела в
инете до трёх ночи, мылась потом до опупения, ложусь в кровать вся такая
секси, а он уже дрыхнет. В одиннадцать утра нас его мама звонком
разбудила. Ответил, повесил трубку, стал ко мне прижиматься, нежный
такой. Ну я ему и рассказала всё, что об его маме думаю. И чего он
взбесился? Убежал чего-то. Я знаю – он меня просто не хочет! Никому я не
нужна! Ыыыыы! Попробовал бы только ко мне пристать – я б ему объяснила,
что ему только этого и надо! А вообще мне просто ПМС в башку стучит,
дура я набитая…»

7

Что такое погранзона - знают все. Из тех, конечно, кто жизнь в Советском Союзе представляют не по сериалу «Граница. Таежный роман». Особый паспортный режим, вечный геморрой с получением разрешений на въезд, и прочие прелести. Хрен с ними с закрытыми, как тогда говорили, городами. Секреты они везде есть, пусть охраняются, пусть доступ ограничивается, пусть спецслужбы с погранцами получают возможность кушать свой нелегкий хлеб с маслом не совсем даром. Но края-то надо видеть даже при наших бескрайних просторах. Не особо преувеличу, если скажу, что площадь режимных территорий была сопоставима с площадью иных немаленьких государств. По Белому морю режимные территории начинались недалеко от Архангельска и уходили в далекие северные ебеня. В Мезень, Амдерму, не говоря уже о Диксоне, без пропуска было не попасть. По побережью было натыкано пограничных частей, которые блюли и не допускали. Непонятно, зачем эта затратная хрень была нужна. До вражеских стран несколько сотен, а то и тысяч миль студеных морей, судоходных не всегда. Представить вражеского шпиона-лазутчика в тундре среди оленеводов психически здоровому человеку трудно. Бежать из страны? Тут, конечно, можно представить всякое. Власти-то виднее. Кому как ни ей знать свой народ вороватый, изобретательный, склонный к пьянству и другим закидонам по факту, и обладающий превеликим множеством других удивительных качеств, но декларативно. К развалу Союза во многие закрытые города можно было проникнуть, не опасаясь особых последствий. Туристы, рыбаки и охотники осваивали нехоженые тропы, ранее строго запретные и от того притягательные. В байдарочный поход по р. Мегра, текущей средь дебрей Беломоро-Кулойского плато, дядя Юра отправился с трудными подростками. В байдарочный поход, конечно, по велению души. С трудными подростками - по необходимости. Все-таки работал Юра в центре по их реабилитации. Сплавившись по Кепине, Ерне, Волчьей и наконец по Мегре за каких-то пару недель, покормив мошкару и половив хариуса, байдарочники вышли к морю. Далее нужно было, двигаясь по морю на север, сущая ерунда - миль 25 Севморпути (один дневной переход, если шторма нет), дойти до поселка под названием Майда, и сесть на теплоход, который и доставит их домой. Скажу так, до августа это возможно и осуществимо, но даже у местных поморов перспектива передвижения по морю на байдарках вызывала уважение, укладывающиеся в фразу
- Рисковые вы ребята.
Неприятная новость ждала их еще до выхода в море. Теплоход, на который они должны были погрузиться, благополучно продали то ли в Грецию, то ли в Турцию. Авиасообщение загнулось еще раньше. Покручинившись, дядя Юра дает команду двигаться курсом не на Майду, а на Золотицу, где была возможность сесть на вахтовку и добраться до мест обжитых. Подумаешь, два дневных перехода вместо одного, к тому же плыть на юг психологически комфортнее. Конец июля, белые ночи, штормов нет. Свежий хлеб куплен. Два перехода, одна ночевка и вот она Летняя Золотица. Как бы не так. На траверзе поселка Ручьи дяде Юре захотелось выпить. Я его понимаю, две недели с хулиганьем, названым трудными подростками по недоразумению еще в те времена, когда о политкорректности никто и не слыхивал. Не тот человек дядя Юра, чтобы как-то разграничивать желание и его осуществление. Турики повернули к берегу и через сорок минут Юра ворвался в магазин, именуемый в этих краях лабазом, и растолкав местных жителей приобрел бутылку водки. К слову сказать, местные жители народ спокойный, обстоятельный, не склонный к навязчивому любопытству и бурному проявлению эмоций. Поэтому взирали они на непонятную компанию скрывшуюся в морской дали относительно равнодушно, ну мало ли. Староверы они там в прошлом, и до сих пор в чужие дела не лезут. События, произошедшие чуть позднее, описывали дяде Юре уже офицеры погранчасти, размещавшейся там. Может и особо охранять там было нечего, это как ворота в страну дураков, но дело свое они знали туго. Через пять минут после исчезновения туристов в лабаз забрел один из офицеров. Продавец со всем возможным ехидством доложила, что у них тут детишки на байдарках по морю ходят, водку покупают. Офицер сначала-то не поверил, но слова продавца подтвердили и присутствующие, мрачностью облика подтверждавшие, что к розыгрышам не склонны. Погранец ломанулся к командиру со всей возможной прытью, на полусогнутых, и доложил все как есть понятное дело. Командир к словам подчиненного отнесся с недоверием. Дети? На байдарках? В Белом море? Скрылись нах? Больше почему-то командира интересовало, за каким таким тебя понесло в лабаз. Там ведь ничем кроме хлеба и водки не торгуют. Впрочем, слова офицера подтвердил неожиданно появившийся особист. Который как ни странно уже знал эту историю в подробностях. Количество, пол, возраст, особые приметы, направление движения. Особенности структуры потребления пищевых продуктов местным населением и личным составом его не волновали. Само событие тоже не удивляло. Подозреваю, что необходимость ловить инопланетян он воспринял бы так же буднично. Как бы то ни было, раз уж это не фантомы, не приведения, не личный состав и не местные жители, то стало быть это самые ни на есть нарушители. Которых следует изловить. Изловить, используя всю мощь пограничных войск. К слову сказать, в начале 90-х у погранцов не было ни вертолетов, ни катеров, ни удивительных дронов-беспилотников. Даже на предмет пожрать было тяжеловато. Из всей мощи командир располагал гэтээской. То есть гусеничным транспортером. Который и был отправлен в погоню по берегу. Погранцы рассудили здраво, кем бы не были удивительные нарушители - пристать к берегу им придется. Как говорят, к гадалке не ходи. Ни поспать, ни справить нужду на байде действительно невозможно. К ночи Юра с подопечными разбили лагерь, перекусили и собирались отходить ко сну с полностью незамутненной совестью. Как вдруг рев моторов, свет фар, жуткий мат, автоматчики. Всех грузят в ГТС и везут в расположение, где, как и положено, запирают в охраняемом помещении.
К слову сказать, происходило это в те времена, когда разные ништяки вывозились из страны составами. Границы были практически прозрачны. Мощь пограничных войск в виде вертолетов, катеров, а иногда и рядового состава энергично продавалась по бросовым ценам. С той стороны тоже перло в виде сигарет, спирта составами и беспошлинно. Наркота как транзитом, так и для внутреннего применения десятками тонн. В общем-то, как и сейчас, только тогда это делали не таясь и без всякой организации. Анархия полная. Дядю Юру допрашивают. Тот включает дурика и в свою очередь заявляет, что для детей требуются особые условия содержания и пятиразовое питание по нормам. Погранцы, как ни странно, с этим соглашаются. О нормах содержания они слышали. Дети есть у всех. Охрану снимают. Трудные подростки расползаются по территории части и нарушают беспорядки. Дядя Юра пьет с офицерами. Фильм «Сволочи» снят тогда еще не был и представить детей – диверсантов с командиром никому не приходило в голову. Дядя Юра наглеет и требует, чтобы их отвезли туда откуда взяли. Скоро шторма, выбраться невозможно, по морю ничего не ходит, отправлять будете вертолетом. Словом и т.д. и т.п., на разные лады с вариациями.
До командира части ужас положения стал доходить сразу, как этих гавриков привезли. Одно дело поймать браконьеров, забредших или заплывших не туда, хорошенько отмудохать, поживиться стволами, моторами и амуницией на вполне законных основаниях. Отчетность по ним смотрится хорошо, и докладывать одно удовольствие. Поймать безбашенных подростков с нагловатым инструктором - это дело совершенно другое. Делать-то с ними чего? И главное, как докладывать? И что доложит хитрожопый особист по своей линии? Представить детей, путешествующих по трассе Севморпути на байдарках? Что там о нем подумают. Не знаю, как посылали запросы и как докладывали и куда пограничники, но через трое суток, на том же ГТС отвязную компанию доставили к лагерю. Дали харчей на дорогу. Юра выцыганил маскировочную сеть, вещь по тем временам редкую. В городе их никто не хватился, это главное. Есть что вспомнить. Меня в этой истории удивляло только наличие особиста в особистских войсках. Люди знающие мое удивление не разделяли. Везде особисты сидят, и что-то докладывают по своей линии. С годами, наверное, доклады все причудливей и чудесатее.

8

Друзья приехали со сплава, делились впечатлениями. И мне вспомнился "сплавной" случай из моей юности.
Год восемьдесят шестой. Сплавлялись по Сылве, через молёбский треугольник. Который считается аномальной зоной. СМИ тогда рассказывали и про НЛО, и про йети. И про странности всякие в тех местах. В общем, шумиха была. Сами мы пермские и сплавлялись здесь не первый сезон и не первый раз. Ещё пацанами с отцом одного из друзей начинали - геологом.
Ни разу ни тарелок, ни йети и никаких следов их присутствия не встречали. Места уже знакомые. День на третий к вечеру подплываем к месту планируемой стоянки - оказалась занята группой взрослых на байдарках. Женщины, мужчины приветливо машут, предлагают пристать. Мы тоже пообщаться непрочь. Познакомились, народ из Москвы специально приехал аномальную зону изучать. Даже профессор среди них был. Узнав, что мы местные и бывали здесь не раз - засыпали вопросами. Осведомившись, что мы никогда и ничего не встречали, пылом не угасли. Посоветовали нам внимательнее быть. Чаем нас с малиной напоили. Мы им рыбки "подбросили". У них - гитара. У нас - гитара. Сплавное братство. Остались бы, да нам по шестнадцать-семнадцать. С собою спирт который планировали сегодня распить, да и курить стеснялись. Придумали, что, мол, другую нашу группу догоняем. Попрощались и отчалили.
Знали куда плывём. Через, примерно, километр встали, расположились. Уха. Спирт. Костёр. Гитара.
В начале лета было - ночи светлые. Сидим, пьём, поём. Игорёха - самый заядлый рыбак и рукотворец смастерил какую-то чудо-блесну. Испытать невтерпёж. Решили обмыть новинку - выпили. А Игорёха взял катушку лески, блёсенку свою. Говорит: Обмыть - обмыли, надо и её окунуть. И пошёл к реке. Как и куда он ту блесну привязывал "пи-пи" его знает. Но, вышел невод...
И глядя на пустой конец лески Игорёха возмутился. Над рекой раздалось: ЫЫЫЫАААААА!!!!!
Парня успокоили. Уху доели, спирт допили, спать легли.
Утром я отмывал котелок илом и осокой и проплывающие мимо нашей стоянки москвичи, похвастались: А мы вчера рёв слышали - снежного человека! А вы?

К Игорю не приклеилось погоняло ни йети, ни снежный человек. Приклеилось: Конь. Ибо ржал тогда громче всех.

9

Французский поцелуй.

Было дело, работал я в небольшой фирме. Начальником у нас был энергичный мужчина, в бывшем военный. А секретарём - спокойная и очень привлекательная девушка Марина. В юности она занималась лёгкой атлетикой, прыжками в высоту. Помимо приятного лица, у Марины была стройная фигура, и это при росте 190 см (!). При всём этом девушка носила, как правило, довольно мешковатую и невзрачную одежду и штаны. Это интриговало босса, и он иногда интересовался: «Марина, ну когда же Вы придёте на работу в лёгоньком платьице, когда же мы наконец-то полюбуемся на Ваши стройные длинные ножки?». Делалось всё это в шутливой форме, без нажима. В самом деле, да я сам, да и все остальные мужчины в офисе были бы не против полюбоваться на её ножки.

И вот однажды, в начале лета, она пришла в офис в открытом лёгоньком сарафане, ярком и стильном. Ещё и на высоких каблуках. При этом она заметно смущалась. Все были потрясены. Босс задумчиво сказал: «Да, как же это, наверное, здорово – быть такой красивой и стройной. Всем ты нравишься, все на тебя обращают внимание».

Марина расстроилась: «Ко мне, пока я до дома доеду, успевают пристать раз десять. И в основном пристают какие-то дебилы или пьяные. Вот сегодня я шла к офису – а мне в спину шишкой кинули. Обернулась – а там рабочие на газоне сидят, нерусские. Ухмыляются: «Дэ-э-вущька, га-а-а!! га-а-а!!». Вот Вы (обращаясь к начальнику), наверное, никогда подобной неловкости, страха, смущения не испытывали, и даже не представляете, каково это».

Босс задумался, а затем помрачнел и рассказал следующее. «После окончания артиллерийского училища меня направили служить в полк, находившийся под Благовещенском. И вот я, молоденький лейтенант, направляюсь со своим чемоданчиком в штаб, чтобы доложить о прибытии. Немного смущаюсь – обстановка-то незнакомая. На крыльце штаба стояла огромная, немолодая пьяная прапорщица, курила. Она тут же притиснула меня к стенке и, дыша мне в лицо перегаром, утвердительно сказала: «мне вечером идти в гости, а ёбаря у меня сейчас нет. Ты пойдёшь со мной, а потом ты у меня останешься». Я попытался уйти, но та обхватила меня покрепче и сказала: «сейчас я покажу тебе настоящий французский поцелуй». Мне удалось вырваться, но то мерзкое ощущение шершавого, прокуренного языка в моём рту впоследствии преследовало меня годами». После этого с дурацкими просьбами босс никогда больше к Марине не приставал.

11

Подруга поведала, как они отмечали юбилей. Народу много было, напились и улеглись кто где. Одна в стельку пьяная дама отрубилась на диване, а к ней прилегла подруга. Ночью, проснувшись, эта дама подумала, что спит дома с мужем, и решила к нему пристать, попыталась засунуть руку ему в трусы. Всех разбудил её истошный вопль: "Олееег, а хуй-то гдеее?!"

12

Берег Ледовитого океана, поздний сентябрь. Холодно, промозгло, на тундру уже лег снег. Низкие тучи тянутся на восток, погода серая, волна шурх-шурх в галечный берег… Ветер. Сильный.
Наша маленькая научная экспедиция закончила свои полевые работы, но как выбраться на базу мы не знаем: на вертолет денег не было изначально, расчет был на проходящие суда, а вот их то как раз и нет… До конца навигации еще минимум месяц, но в конце 90-х суда и так ходили не часто по Севморпути, а тут еще и ветер, предштормье… Ждем уже две недели, продукты заканчиваются, старая изба на берегу, в которой мы ютимся, продувается насквозь.
Связь с внешним миром у нас по рации (наш позывной – Факел), выходят База (гидрографы, через которых мы работали, до нее более 400 км), Волнолом (около 300 км от нас, полярка гидрографии) и Кигилях (полярка на Острове, до нее 60 км через пролив, но она принадлежит системе Гидромета). Два раза в сутки База рассказывает нам про суда, которые проходят мимо нас, и почему они не могут нас забрать, Волнолом и Кигилях решают свои вопросы с Базой и при плохой слышимости транслируют нас с ней друг другу. Наши надежды на возвращение домой тают день ото дня, в то время как снежный покров становится все толще. Питание для рации тоже постепенно садится. Очередная вечерняя связь…
И ВДРУГ:
- Факел, говорит БАЗА! Завтра мимо вас будет проходить гидрограф «Днестр», если сможет – заберет.
- База, это Волнолом. Днестр генератор нам доставит? Зима на носу!
- Днестр, говорит База! Заберете геологов, зайдите к Волнолому, отдайте им ваш дизель-генератор!
- База, говорит Днестр! Вы охренели?! Как я им отдам свой дизель-генератор?! А мне чем судно запитывать?! Да я его и из машинного не вытащу, он же у нас встроенный!
- Говорит База. Днестр, да не ваш собственный генератор, а переносной дизельный генератор, на 10 киловатт!
- База, это Днестр. Ну так бы и говорили, а то капитана чуть кондратий не хватил!
Пауза…
- Факел, это Днестр. Как у вас волнение?
- Штормит слегка, волна полметра пока.
- Людей и груза много?
- Три человека, полтонны образцов и вездеход.
- ВЕЗДЕХОД? Факел, вы охренели?! Мы гидрограф, у нас на корме есть пара квадратных метров и все, куда мы вас грузить будем?! База, Днестр не может взять геологов!
- База Факелу, домой хотите?
- Говорит Факел, домой хотим, но с вездеходом!
- База Факелу, решайте сами – домой без вездехода или зимовка с вездеходом!
- Факел Базе, хотим домой без вездехода, но с образцами!
- Добро! Днестр, слышали? Забирайте геологов!
- Факел, говорит Днестр. Сможем – заберем.
Кристальная тишина в эфире.
И ВДРУГ!
Тонкий девчачий голос в этой звенящей тишине:
- Днестр, заберите меня отсюда, пожалуйста!
Долгая пауза.
- Говорит Днестр. Девочка, ты кто?! Откуда отсюда тебя забрать? Где папа и мама?!
- Я на Кигилях к папе на каникулы приехала в начале лета, он на станции работает, а теперь вернуться не могу.
- Говорит Днестр. А папа где?
- Он на сроке сейчас (прим. – метеоданные снимает на площадке), но ему сказали, что судов больше не будет. А я не хочу зимовать!
- База, говорит Днестр! Мы после геологов зайдем на Кигилях, заберем девочку?
- База Днестру, нет, идете на Волнолом, скидываете там дизель-генератор и идете в Базу, девочку пусть Гидромет вывозит.
- Днестр Кигиляху, слышали?
Тишина в эфире. Все замерли и представляют себе страдающую маленькую девочку, которую ждет дома мама.
Тонкий звенящий голос девочки:
- Блядь, опять в школу только в декабре попаду! Да чтоб я еще хоть раз сюда на каникулы приехала! Третий раз в девятый класс!
С коротким щелчком Кигилях отрубил рацию.
Тишина в эфире.
- База, говорит Факел. Может, если Днестр нас не сможет забрать, пусть он на Кигилях зайдет?
- Факел, если он вас забрать не сможет, то и на Кигилях он зайти не сможет. И вообще, если хотите домой – идите вещи собирайте, а кто куда пойдет мы без вас решим. Говорит База, конец связи!
Молча мы собирались в тот вечер, паковались и таскали ящики и мешки на берег. Утром, несмотря на усилившееся волнение, несколькими рейсами шлюпки нас действительно забрал маленький гидрограф «Днестр». Часть образов (хорошо хоть, что небольшая) утонула при погрузке, настроение было не очень. Спустя несколько часов мы проходили траверз Кигиляха. Над морем висел рваный туман, берега почти не было видно, пристать из-за волны Днестр не смог. Мне представлялась на берегу фигурка девочки, которая смотрит на проходящее мимо судно и мечтает попасть в школу…
Попала ли она в школу? Наверняка. Может, все же судном позже забрали, может уже в декабре по льду на вездеходе вывезли… Но все же как это здорово, когда можно ходить в школу!

13

ДВЕ ИСТОРИИ

Вообще-то, история конечно одна, но так иногда бывает, когда два рассказчика пересказывают одну и ту же историю, которая случилась с ними, но при этом, их рассказы настолько разные, что даже не похожи друг на друга. Хотя, ни один рассказчик ни полслова не соврал. Чудеса, но да, так бывает.

У нас на работе есть водитель автобуса - Игорь, стокилограммовый мастер спорта по боксу и даже бывший чемпион, то ли Якутска, то ли Иркутска. На вид Игорь как раз и похож на стокилограммового мастера спорта по боксу, да еще и с бандитской рожей и лично мне сложно представить, что кто-то может к нему пристать на улице. Но однажды такие нашлись.

Как-то поздней осенью, Игорь был в какой-то далекой командировке и вечером шел от парковки своего автобуса, до гостиницы. Дорога пролегала через пустынный парк. Тут его и настигли местные гопники. Игорь сразу понял, что будет заваруха, ведь нормальные хулиганы к таким, как он никогда не пристают, а эти просто какие-то совсем уж отмороженные. Здоровые, довольно спортивного вида, а самое тревожное, что числом пять штук.

Вначале пошли общие вопросы про закурить, про почему не куришь, про дай срочно телефон позвонить, потом перешли к прениям. Наш герой конечно догадался, что вот-вот нападут, даже по положению ног и изменению дистанции, он понимал, кто из них атакует первым и каким образом. Ну, вот и началось. Игорь на корню блокировал первый удар и контратаковал своим. Нокаут. Уклонился от следующего и тоже выключил человека. На третьего он напал сам. Два удара и третий человек также оказался в нокауте, только стоячем. Это когда он уже не с нами, вот-вот рухнет и очень не скоро встанет, но пока, по инерции, стоит, как зомби. Игорь помог ему легким пендалем по заднице, зомби действительно повалился и больше не вставал. С начала боя прошло секунд пять, самое большее шесть и в живых оставалось только двое врагов. В этот момент наша история и разделилась пополам и если бы эти двое, кому-то потом пересказывали эту историю, то их рассказ звучал бы примерно так:

- …Витек только замахнулся на этого чувака, а чувак моментом вырубил Витька по бороде, потом на него бросился Кабан и тут же получил по голове и по печени. Дальше досталось Длинному, Длинный получил удар куда-то по затылку, или в висок, а потом еще и подсрачник. Длинный упал и чувак увидел, что нас осталось всего двое, только я и Андрюха. Остановился, успокоился слегка, сел на лавочку, закинул ногу на ногу вытащил из кармана жвачку, захавал и так нам на спокойняке базарит:

- Вы все поняли, ребятишки? Эти трое мне сразу не понравились, а вы, вроде парни нормальные, не бойтесь, вас убивать я не собираюсь.

Но настроение вы мне все, конечно подпортили.

У вас двоих есть только один шанс уйти на своих ногах – очень быстро собирайте вот это ваше все говно и сваливайте отсюда поскорее.

Мы с Андрюхой слегка «очканули», конечно. А кто бы не очканул? Извинились, сказали, что вышла непонятка, что мы все поняли, никаких претензий не имеем и что он спокойно может идти, куда ему надо, а мы пока тут будем «раздуплять» и поднимать своих покалеченных друзей.

А чувак на нас как заорет на весь парк:

- Вы что, не слышали, что я вам только что сказал!? Бегом хватайте их и чтобы я вас тут никого не видел. Считаю до трех, уже два! Не успеете, ляжете с ними!
А потом у него рожа стала такая страшная, как у оборотня, глаза выпучил и как завоет на нас. Ну, реально как волк.
Мы с андрюхой, естественно подорвались, как-то подняли Витю, Кабана, Длинного и как-то потащили их к дороге. Ну, его нахер. Этот боксер реально какой-то отбитый, не понятно что у него на уме и из какой психушки он сбежал. Сам он так и остался сидеть там на лавочке, смотрел на нас и звонил кому-то по телефону…

А вот как звучала эта же история в пересказе Игоря:

…третий не упал, но выключился и я решил выпендриться и дал ему легкого, волшебного пендаля, но с непривычки, так неудачно получилось, что от этого пендаля, я получил сразу перелом и стопы и голеностопного сустава. Слава богу, что рядом была лавочка, я на нее сел и аккуратно ногу на ногу положил. Слезы из глаз. От боли всего корчит, а гопников еще целых двое. Сижу, делаю вид, что успокоился, но если что могу и продолжить. Потом начал на них орать и даже выл от боли как волк. Хорошо, что они так ничего и не поняли, просто пересрали, подняли своих и унесли.

А я в скорую позвонил и кое-как объяснил где меня искать. Когда меня врачи нашли на лавочке, я был уже без сознания от боли …