Анекдоты про пропишут |
3
Женщина, купите тауфон!
Эту просьбу купить милейшая провизорша повторяла каждой покупательнице. У нас в аптеке сегодня акция. По такой цене вы глазные капли нигде не купите.
Я вспомнил, что мой левый глаз давно слезится и просится к окулисту.
Моя очередь. Заказал свое дежурные снадобья.
Милочка подает и ласково предлагает :
- мужчина, купите тауфон, у нас сегодня акция. По такой цене вы никогда не купите!
- спасибо, что напомнили, я должен показаться окулисту.
- ну вот и купите сразу, всё равно тауфон вам обязательно пропишут, но цена будет неизвестно какая.
А действительно, чуть что назначают закапывать тауфон.
- давайте, сколько стоит?
- девяносто восемь. Это только сегодня.
Беру флакон. Уговаривает покупать в запас - срок годности два года.
Тут занимаю стойкую позицию, одного хватит.
Вечером полез в интернет. Только набрал слово тауфон сразу выскочило предложение "ТАУФОН В КРАСНОДАРЕ ОТ 7 РУБЛЕЙ ЗА 5 МЛ в 60 аптеках города и в 9 интернет-аптеках".
|
4
В 2014 году в Крыму произошел референдум. Двум миллионам новых русских нужно сделать было российские паспорта, в кротчайший срок. С материка дополнительно прибыли специалисты, которые работали без выходных ( огромное им спасибо ). Наверное по этому были ошибки. То не та буква, то вместо "м" напишут "ж", то с улицы Ялтинской пропишут в городе Ялта.
Работал у нас тогда мужчина 50-ти лет. Он не отличался красноречием, а когда нервничал, то краснел и заикался. Утром, придя на работу, он сказал что ему позвонили чтобы прийти и забрать паспорт. Начальник его отпустил, как никак дело нужное. Сидим мы в курилке и уже из далека видно, что он нервничает, по его красному лицу. Он сел рядом и закурил, мы молчим, если что то спросить то потом непонятно будет что он будет говорить из-за его заикания. Он выкурил сигарету и начал говорить ( постараюсь пересказать ).
СС у ка. Б лл дб. СС у ка. Пп ять ть де сс ят. Сс у ка. Лл ет. Бб я ть. Пп ять ть де сс ят. Сс у ка. ( и тут без запинки) пятьдесят лет был БУРЯКОМ, а теперь СВЕКЛА. ( на мове - буряк, по русски - свекла )
|
|
5
Сентябрь 2005г, бабье лето, тишь и благодать. Хвосты все сданы, и студенты отдыхают и расслабляются. В 10-ке на Госпитальном 4/6.
Наша компашка не была исключением, поэтому ганжубас тёк рекой, а пиво висело коромыслом.
Время близится к 23:00. И вот одна деваха (далее Д.) просит нас "прописать" её на ночь в общаге, т.к. ей до её сцаных Люберец переть очень уж влом. А пропуск на неё выписан, т.е. если она не свалит до 23:00, то прописавшему её человеку будет ата-та, вплоть до отчисления. Знакомых с окончанием фамилии на "-ко" не нашлось, и надо разработать СуперПлан!
Ага, смотрим, что есть в наличии: длинных досок нет, альпинистских канатов тоже - через окно не попасть.
Но есть огромный чумодан (современный, для туристов, с кодовым 3-циферным замком). Я даже смог в него уместиться, чтобы продемонстрировать Д., как мы её протащим. Но, оказалось, не судьба, при примерно равной массе она была на полголовы выше меня. Для помещения в этот чумодан данной особы требовалось или отпилить ей ступни, или полбашки. Требуемой квалификацией для выполнения сих действий мы не обладали, да и Д. как-то подозрительно стала на нас поглядывать. Вариант с чумаданом пришлось засовывать на антресоль.
И, о Чудо №1, на антресоли я вижу тележку, спальный мешок и пакеты для строительного мусора! Вуаля, новый план готов!
Мешок и пакеты летят в окно кухни на 2-м этаже. Туда же доска от мебели. Тележку спустили на обычной верёвке. Д. вывели из общаги во внутренний двор. На "вертушке" в это время поменялась смена.
Доску на тележку, Д. в спальный мешок в позе эмбриона. Перед тем, как полностью запаковать её в чёрный пластиковый мешок для строительного мусора и дозамотать его скотчем, я ей и всем остальным популярно объяснил, что на всю "операцию" у нас 2 минуты, иначе нас не только выселят из общаги, но и пропишут в менее комфортные места обитания. Д. порекомендовал не дёргаться и дышать,по возможности, через 4 раза на 5-й.
Двинулись. Я качу эту телегу. 30 метров до крыльца.
И вот тут начались "овраги": Вся "команда", выйдя из-за угла в буквальном смысле сложилась пополам от смеха. Мои увещевания, что надо собраться, иначе провал, радистку запытают, а пастора расстреляют, вызывали ещё больший смех.
(Считаю примерно секунды свысока). Я уже прокатил тележку те 30 метров до крыльца, а кореша так и ржали на углу. "Докачу телегу до следующего угла, размотаю, и пусть себе ...... в свои ...... Люберцы!, А что ещё-то придумать?"- больше мыслей не было.
И тут, чудо №2 - это был МАКС с Э4. "Радистка останется жива, и ещё понянчит внуков."
Он неторопливо курил и элегантно стряхивал пепел с сигареты в урну.
- Макс, помоги, пожалуйста, до лифта куль дотащить, родители хавчик прислали, а мои соседи куда-то свалили.
- Без проблем, давай помогу.
Первая дверь в тамбур - уебали Д. башкой об стальной косяк (даже не пикнула).
- Макс, поаккуратней, там банки ещё какие-то!
- ОК.
Вторая дверь - без потерь.
Подходим к "вертушке" - чудо №3 - деваха лет 20-ти, с таким выражением лица, что у стада КРС из 300 голов у 2-3-х тёлок будет похожее. У остальных - гораздо умнее. Открываем калитку, два высоких лестничных марша, кнопка лифта, секундомер в голове. Двери закрываются. Я резко приземляюсь к кульку на тележке и начинаю его дербанить. Тут третьей чуткой ноздрёй на затылке ощущаю взгляд Макса. Он думал, небось, что я оголодал так, что решил прямо в лифте подкрепиться. Но, когда я дораздербанил пакет, его взору предстала Д. с лицом цвета вареной свёклы и глазами какающей мышки. Обернувшись, я встретился глазами с Максом. Этот взгляд я запомнил навсегда.
|
|
6
- Ну что, засранцы, соскучились по соседям? А я вот тут он! Здрасте всем присутствующим.
С такими добрыми словами к нам в палату вошёл крепенький такой мужик – невысокий, но ладный, лет хорошо за пятьдесят. Следом за ним- прапорщик внутренних войск.
В палате восемь коек, пять заняты, три свободны. Инфекционная больница - по Питерски - Боткинские бараки. Восемьдесят шестой год, сентябрь.
- Петрович, хорош глумиться, койку выбрал? - это прапор пробасил.
- Да на такой шконке до конца жизни проваляться можно – это не у вас, бля, в крытке, смотри, как мяконько…
- Ты знай, особо тут не выступай, а то обратно – голубем сизым прилетишь.
- Мне с УДО соскальзывать интереса нет, я уж тут полечусь.
Так у нас появился новый сосед- Петрович, уголовник со стажем. Весёлый такой, всё прибаутками сыпал.
Засранцы – это потому, что все присутствующие в большей или меньшей степени брюхом страдали. Расстройство желудка – скверная штука - а уж в больнице по этому поводу оказаться – вообще радости нет.
Петрович, из тюремной больнички был переведён в обычную, гражданскую – потому, что там инфекционного отделения просто не было - а по условно досрочному освобождению, он вроде как под режим и не попадал - хотя пока и числился заключённым.
В наколках весь – с ног до головы – когда переодевался, видно было. Звёзды на плечах и на коленях. Ярче всего – во всю грудь - картина Васнецова – «Три богатыря». И явно делал большой мастер – от оригинала изображение отличалось только однообразным синим цветом, не научились ещё тогда на зонах цветные татуировки делать. А так – идеальная копия.
Но здоровенный шрам, пересекавший богатырей наискосок, сверху донизу – это вообще производило впечатление.
- Петрович, это где же тебя так угораздило?
- Да маленький был, заснул в траве, на покосе, а дядя Матвей косой и шуганул - вишь, как прилетело? Слава Богу, жив остался…
- Ну что ты гонишь, у тебя что, с детства наколки эти?
- А тебе что, байку в кайф послушать, или по правде, как на зоне за слова спрашивают, и отвечают? Не приставай с вопросами - не совру. Не веришь, сочти за сказку.
Петрович мужик оказался покладистый и неглупый. Брюхо ему конечно, подвело – по пять-шесть раз в день на горшок тащило – ну мы все такие там были. Выздоравливали потихоньку.
Совсем лежачих в палате было двое – Коля, отслуживший дембель со Средней Азии - домой ехал в Петрозаводск, но только до Ленинграда добрался, скрутило, и дед Егор – этот вообще ни на что не реагировал, мычал только тихонько, когда совсем туго становилось.
Им медсёстры судно под задницу подкладывали - если успевали. Иначе приходилось опять постельное бельё менять, и меж ног потом влажным полотенцем протирать от коричневой пенки – ну и запах стоял в палате, нарочно не придумаешь.
Больница, блин.
Сестёр было двое – Катюша - молодая такая, симпатичная барышня, лет за двадцать, и Егоровна - суровая молчаливая тётка, от неё разве матюги услышать можно было.
Петрович с Егоровной только взглядом обменялся – сразу за своих друг друга признали. Она ему потом и добавки на обед подкладывала – без слов, лишь головой кивнув.
А Катюша - та ко всем с улыбкой, милая такая. Это очень крепкий стержень надо в спине иметь, чтобы в больничном говне ковыряясь, к пациентам с поносом с улыбкой относиться. Сестра милосердия. Воистину.
- Дочка, а обход будет сегодня? Что-то опять изжога, может каких таблеток пропишут?
- Петрович, вы и раньше прописанные лекарства не приняли – я же видела, выкинули. Вы здесь подольше полежать хотите, чтоб обратно попозже вернуться?
- Молодец, дочка, раскусила старика. Ну, попить дай, и улыбнись по доброму - мне сейчас мало кто улыбается…
Катюша улыбается – говорю же, добрая барышня…
Петрович с собой притащил книжку – истрёпанное Евангелие, там листы чуть не рассыпались, и читал его, губами шевеля, сквозь очки мутные поглядывая. А странички закладывал потёртой фотокарточкой – чтоб не ошибиться, с какой строчки дальше читать.
Опять обед – в палату тележка с кастрюлями заезжает. Тарелки по койкам раздают – это только по названиям тарелки – миски алюминиевые. Но жрать в принципе приемлемо – ложками поскрипывая. Сижу, жру.
Тут у Коли, в углу палаты, что-то не то, кашей поперхнулся? Клокочет, хрипит, пена со рта - Катюша «Помогите!», громко так, а мы что, мы же не врачи?
Посинел парень, пока ему Катюша искусственное дыхание делала, и массаж сердца – отошёл, не стало его. Больница – так бывает. Все смертны. Ну его и раньше кровавым поносом несло – дышал через раз. Не повезло парню.
На каталку мы его с Петровичем вдвоём перекладывали – и простынкой покрыть помогали – Катюше одной не справиться – тяжёлый.
А уложивши, глядь – Евангелие Петровича на полу валяется, задели, уронили, и фотография эта там же.
Катюша – падает на пол, на колени -
- Откуда у Вас это фото? Голос дрожит – она никогда так не разговаривала -
- ОТКУДА У ВАС ЭТО ФОТО?
- Бля..дь, тебе какое дело? Куда ты на хрен с ногами в душу-то лезешь? Ты, бля, кто вообще?
Петрович, грубо и злобно – поднимая фотографию с пола.
Катюша, спотыкаясь, выбегает из палаты, через минуту возвращается –
- Вот, смотрите – показывает Петровичу точно такую же фотографию – только поменьше истёрханную.
Петрович, с остановившимся взглядом, держит в руках два одинаковых фотоснимка.
- Это, бля, это у тебя откуда?
- Это мама моя.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..
Мне довелось только услышать часть разговора Петровича и Катюши - на лестнице, где на площадке можно было покурить –
- Ты вот что, дочка…
И потом, совершенно изменившимся голосом -
- Ты вот что, Д О Ч К А….. ты подумай, на хрена тебе такой отец, как я?
- А у меня просто больше нет никого…
Дальше я не слушал – неудобно.
Из больницы меня выписали через два дня - гастроэнтероколит – дома фесталом лечится. Так что я не знаю, как закончилась эта история. Но вот в памяти осталась…
|
|
7
"Схема Долиной" - это не нечто новое, а всего лишь развитие темы с "срочной продажей квартиры отъезжающих на ПМЖ в Израиль" из 80-х. Человек договаривался с продавцами о прописке, передавал им либо всю сумму либо как минимум половину денег (после чего ожидалось, что хозяева выписываются) и какое-то время ждал, что его пропишут. А его все не прописывали, а потом случайно выяснялось, что возникли "какие-то проблемы с выездом".
А деньги отдавались без документов, в большинстве случаев в долларах (статья!), а все договоренности были устными... Как вариант, клиенту показывали квартиру вообще не настоящие владельцы, а актеры... Различных версий кидка была масса, к примеру, один наш знакомый за "квартиру" на Дмитрия Ульянова отдал новенькую Школу Рапид, приведённую из Чехословакии, где отработал несколько лет. Ни квартиры, ни машины, ни продавцов он больше никогда не увидел, а его самого потом попытались в поезде зарезать, спасся лишь чудом ...
|
|