Результатов: 50

1

Из серии рассказов "на одну букву"

Путин посещает Петербург

Предвыборные переживания - претендент приехал посетить Петербург.
По пути продумывал посвящённое Петербургу предвыборное послание.
Прибыл - почести, поздравления, приёмы - придолбало. Пошёл пообщаться
по-простому, перед прохожими. Произвёл приветствие - прислушались.
Подошли прокуренные путейцы, пропахшие потом, перегаром. Помолчали,
послушали, потоптались... Проставились. Путин принял, повеселел.
Пообещал подачки. Путейцы послушно пообещались проголосовать.
Прибежали путаны, педерасты, прочие проститутки, погалдели, помадно
поцеловали. Путин посмущался - путанка пригожая приглянулась...
Промолчал - половой пыл поугас по причине пустого портмоне. Праздник
пропал. Прелестницы порхнули по притонам, приютам, по подвалам.
Приковыляли полуслепые пращуры, послушали, похряхтели - подтвердили,
проголосуют. Пришёл праздношатающийся пьяный Пётр Петрович, потряс
портвейном, поикал. Пробормотал про преданность, пописал под
предвыборную платформу. Пригласил по простоте пивка попить. Поплакал
про проблемы - Путин проникся. Пообещал помочь. Петрович просиял,
полез прощаться, почмокал Путина. Путин плюнул - противно.
Потом претендент подустал, промокнул прилипшие патлы платочком, пошёл
прочь - погулять, проветриться.
Прохожие прямиком по прибежищам - перекусить, переночевать.

Потом проголосовали. Получили полную победу...

ПРОЧИТАВШИЙ!!! ПРОГОЛОСУЙ ПРАВИЛЬНО!

2

Закон тюбика:
Из пустого тюбика от крема для бритья всегда можно выдавить еще
немного крема, которого хватит, чтобы побриться.
Следствие из закона тюбика:
Крема будет хватать до тех пор, пока вы не купите новый тюбик.

3

Рождённые фальшивой зарёй

Октябрём семнадцатого
Дорога нам к счастью открыта.
Много с тех пор воды утекло.
Рождённые фальшивой зарёй,
Стоим у пустого корыта.

Чтоб бедность победить
Богатеньких мы свергли.
Но путь дальнейший показал
Что Марксов "Капитал"
Всего лишь опровергли.

Своей революцией,
Говорил Джон Рид.
Россия потрясла всех на свете.
Теперь же век спустя,
Трясём свои залежи-газа и нефти.

Великий Октябрь приветствуем
Под громкое-"Ура"!
Но в революционной Ливии,
Мы "все" за Каддафи -царя".

У Америки с Европой
Есть своя Карма.
Известно также всем,
"Карманник" не любит жандарма.

Что с нами случилось?
Где тут собака зарыта?
А дело в том,
Что даже кони грызутся
У пустого корыта.

Под гимн Советский
Двуглавый орёл просыпается рано.
Одна голова "Октябрю,ура!"-орёт,
Другая кричит: "Голосуй за тирана."

Акакий Акопович

4

Дело было году, чтобы не соврать, в 2003ем. Я тогда работал в одной
подрядной организации при нашем горячо любимом заводе, совмещая сразу
две должности. Днём был слесарем «от скуки на все руки», или вернее
сказать «сбегай, принеси, подай, отойди не мешай», а ночь через две –
«ночным директором», или, проще говоря, сторожем в той же самой конторе.
Надо сказать, что деньги за сторожевую службу платили достаточно
скромные, но тогда они меня устраивали, а вот сменщики у меня менялись
регулярно и при очередной такой перемене, я сосватал туда своего друга
детства, Серёгу. Это всё была предыстория.
А сама история началась с телефонного звонка, раздавшегося в то самое
время, когда я разложил на столе в своей «караулке» нехитрый дежурный
ужин. В ответ на моё унылое «Алло» Строгий Голос в трубке представился
дежурным вневедомственной охраны УВД города и спросил, с кем он
разговаривает. Не мудрствуя лукаво, я обозвался сторожем, но Строгий
Голос таким ответом не удовлетворился и потребовал представиться «как
положено». Как именно положено представляться сторожу гражданской
организации я понятия не имел, да и вообще не понимал, с какого бодуна
должен делать доклад дежурному по городу, но не так давно оставленная
военная служба дала себя знать, и я таки представился: «Дежурный по ООО
«ЁКЛМН» Ф. И. О». Строгий Голос сменил гнев на милость и уже более
благосклонно затребовал доклад об обстановке. Я пребывал в
растерянности. По идее, городской ВОХР не касался меня никаким боком,
даже должностная инструкция предписывала в случае чего звать на помощь
заводскую охрану. Но от моего начальства вполне можно было ожидать
внезапной смены приоритетов, о которой меня забыли предупредить, поэтому
я уже совсем по военному доложил, что за время моего дежурства
происшествий не случилось. И тут Строгий Голос неожиданно сменился Диким
Ржачем. Оказывается это друг Серёжа, от нечего делать, решил меня
разыграть, прикрыл рот платком, набрал знакомый номер, ну а дальше вы
знаете. После того как я высказал всё, что о нём думаю, мы вместе
посмеялись и вскоре я об этом приколе забыл.
Прошло недели две. На этот раз, телефонный звонок оторвал меня от чтения
книги. В ответ на моё унылое «Алло», Серьёзный Голос в трубке
представился дежурным пожарной охраны, сообщил, что на их пульт поступил
сигнал от нашей пожарной сигнализации, и потребовал сию секунду
доложить, что у нас тут горит. Пожарная сигнализация у нас действительно
была, но вот закавыка, ставили её уже при моей памяти, и я точно знал,
что пульт у неё всего один - тот, что висит на стене у меня над головой.
Собственно, с этого момента уже можно было начинать ругаться матом, но
пожар дело не шутейное, поэтому, сначала я переспросил, куда именно они
звонят, а то может номером ошиблись? Серьёзный Голос такого поворота
событий явно не ожидал и понёс какую–то ахинею о том, что он, дескать,
знает куда звонит, а моё дело отвечать на заданный вопрос. При этом
Серьёзный Голос так разволновался, что в нём стали проскальзывать
знакомые нотки, я узнал говорившего и даже вычислил, откуда он звонит,
он обложить горе-шутника матом не успел – трубку бросили. Серьёзный
Голос изображал Лёха, Серёгин друг и собутыльник. Судя по характерной
акустике пустого помещения, звонили из Лёхиной квартиры. Стационарного
телефона там не было, а перезвонить с заводского телефона на мобильный я
не мог, так что на сегодня инцидент можно было считать исчерпанным.
Ладно ребята, вы пошутили – я тоже посмеялся! Только не надо забывать,
что я в этой конторе свой человек, а значит и возможностей для алаверды
имею на порядок больше. К утру план мести был готов. Днём я попросил
нашего водителя оставить мне на выходные ключ от бокса, якобы повозиться
с моим «Москвичом». Такое и раньше бывало, поэтому ключи мне доверили
без лишних вопросов.
По дороге с работы я зашёл к Лёхе. Его лицо носило отчётливые следы
вчерашнего недоперепития – хлопцы явно употребили немного меньше, чем
хотели, но значительно больше, чем могли. В таком состоянии он просто не
способен был отрицать очевидное и сразу признался, что звонил мне и
притворялся пожарным не корысти ради, а токмо волею подстрекавшего его
Серёги. Убивать повинившегося я, разумеется, не стал. Даже наоборот,
проникшись состраданием к его болезненному состоянию, позвал к себе в
гости, где мы отобедали и скоротали время до вечера за компьютером.
Когда за окнами начало смеркаться, я облачился в свой любимый
дембельский камуфляж, обулся в не менее любимые берцы и сунул в карман
мобильник. Об этом телефоне стоит рассказать немного подробнее. То был
первый в нашей семье мобильник, купленный для компенсации отсутствия
стационарного телефона. Поэтому он, как правило, лежал дома и имел
городской номер, что позволяло звонить на него, в том числе, и с нашего
рабочего телефона. Последним благоприятным обстоятельством Серый
пользовался всякий раз, когда у него возникали какие-либо вопросы по
караульной службе. Поэтому, я и взял «трубу» с собой, чтобы с одной
стороны, сразу узнать о результате предпринятых действий, а с другой, не
позволить Серёге наделать глупостей типа чреватого для меня
последствиями звонка начальству.
Честно сказать, откосивший от армии Лёха не относился к числу людей, с
которыми я готов пойти в разведку, а тем более в настоящий диверсионный
рейд. Но он догадался, что я затеваю какую-то пакость для Серёги и,
будучи оставлен дома, вполне мог его предупредить. Пришлось тащить этот
балласт с собой.
Двор нашей шарашкиной конторы был катастрофически неудобен для охраны.
Практически, находясь в своей караулке, сторож мог контролировать только
калитку, административное здание, дверь склада и три уже полуразобранных
ко времени описываемых событий грузовика. Двое въездных ворот, ворота
боксов и расположенная в отдельно стоящем здании раздевалка из сторожки
не просматривались. По-хорошему, всё это хозяйство следовало
периодически обходить дозором, но кто бы заморачивался, только не Серый.
Припарковав «москвича» в непросматриваемом от калитки месте, мы
перелезли через бетонный забор возле ворот и пробрались к боксу.
Отомкнув навесной замок на калитке бокса, я загнал своего сообщника
внутрь, а сам открыл одну створку ворот, снова закрыл на замок калитку,
вошёл внутрь бокса и, прикрыв воротину, запер её изнутри на засов. Таким
образом, мы оказались внутри запертого на навесной замок бокса. Когда
глаза привыкли к темноте, мы забрались в кузов стоявшего в боксе ГаЗона
и я начал греть зажигалкой висящий под потолком датчик пожарной
сигнализации. Предполагалось, что от нагревания датчика сработает
сигнализация, её громкий и противный писк поставит друга Серёгу на уши и
тот примется названивать мне, а уж я заставлю его, как следует побегать
по двору, обнюхивая все «возможные места возгорания». Однако время шло,
датчик грелся, рискуя оплавиться, что было для меня крайне не
желательно, а телефон в кармане молчал. Не выдержав, я сам позвонил
Серёге и убедился, что мой план не сработал. Признавать своё поражение
очень не хотелось. Осмотрев бокс, я обратил внимание на стоявший у стены
баллон с пропаном. Шутить с газовым баллоном было слишком опасно, но он
натолкнул меня на удачную мысль. Вновь подняв засов створки ворот, я
аккуратно пристроил его ручку на краю ограничительной планки, быстро
подошёл к трубе заводской воздушной сети и открыл кран. Выходящий из
трубы под высоким давлением воздух страшно зашипел, мы выскочили из
бокса, и я с силой захлопнул воротину. От удара, сопровождавшегося
немалым грохотом, ручка засова сорвалась с ограничителя, засов упал вниз
и запер ворота изнутри. Забежав за угол бокса, мы с разбегу перемахнули
через забор, галопом добежали до машины и спрятались в ней. Воздух в
боксе свистел так, что слышно было, должно быть, в радиусе
полукилометра. Не прошло и трёх минут, как у меня в кармане ожил
мобильник. С трудом удерживаясь от смеха, я взял трубку:
- Алло.
- Дрон, - от волнения, Серый заикался заметно больше обычного – тут в
боксе что-то шипит!
- Как шипит?
- Громко! Что это такое?! Оно не взорвётся??!
- Да чёрт его знает. Там вообще-то днём газовый баллон стоял….
- И что мне делать?
- Главное, возле бокса не кури! А там глядишь, пошипит да перестанет,
должен же газ в баллоне когда-то кончиться.
Не думаю, что мой ответ сильно его обнадёжил, но ничего более
остроумного я придумать не успел.
По большому счёту, своей цели, напугать друга до заикачки, я добился. Но
просто так постучать в ворота и сказать: «Сюрприз! » было бы
слишком просто. Я опять перемахнул через забор и, подобрав валявшуюся на
земле бутылку из-под водки, стал красться вдоль стены бокса, чтобы,
подобравшись поближе к сторожке, расколотить бутылку об ближайшую к ней
стену и тем окончательно довести друга до кондрашки. Когда до угла бокса
оставалось менее трёх метров, из-за него медленно высунулась Серёгина
голова. Предполагая, что Серый после разговора со мной нервно курит в
караулке, я не ожидал его появления и слегка опешил от неожиданности. Но
это была сущая ерунда по сравнению с той бурей чувств, что испытал сам
Серёга, увидев в потёмках крадущегося прямо к нему человека в камуфляже
с зажатой в руке наподобие противотанковой гранаты бутылкой. В первое
мгновение он шарахнулся от меня, как от привидения и только спустя
пару-тройку секунд, разглядев, наконец, мою довольную физиономию,
разразился отборным матом, перекрыв на время даже свист воздуха в
боксе….
Позже, мы не раз со смехом вспоминали это приключение, пока я не
совершил свою следующую террористическую вылазку. Но это уже совсем
другая история…..

5

О правильном питании
Была одна такая неприятная история в штатах, которая началась буквально с пустого места. После войны в Лаосе на гражданку демобилизовался вполне себе типичный морпех, звали его Лукас Лок. В общем–то парень был сообразительный, а в армию попал скорее по собственной глупости. Знаете, по молодости что–то щелкнуло, пошел да завербовался. Ну, да ничего, вернулся с полным комплектом рук и ног. И т.к. уже имел опыт общения с азиатами и за время службы накопил немного средств, начал потихоньку возить из Лаоса разный ширпотреб местный, дело не очень пошло, переключился на японскую технику. В те годы Японию еще не очень в США жаловали, да всех азиатов в общем–то – Корея, Вьетнам и т.д. А потому старались дел с ними не иметь. Лукас, что называется, поймал волну. Как раз неприязнь к узкоглазым пошла на нет, а недорогая бытовая техника разных там Тошиб и ГолСтаров была востребована. Конечно выгодную тему быстро просекли крупные ритейлеры, но Лукас успел оторвать достаточно крупный кусок, которого было достаточно для того, чтобы приступить к тому чего он действительно жаждал.

Для начала он арендовал в Неваде заброшенную военную авиабазу. База по сути располагалась между горами. В достаточно просторной лощине стояли хозяйственные постройки, а основные помещения и взлетные полосы располагались в скале. Это был штатовский пережиток бредовых идей времен самого начала холодной войны. Задачей базы было обеспечить неизбежность ответного атомного удара по СССР. То есть если советы бомбили США, горы укрывали стратегические бомбардировщики, те взлетали с билетом в один конец — на обратную дорогу топлива не было. Отбомбившись, летчики должны были уйти от зоны поражения, снизиться, покинуть самолет на парашютах. А их в заданных районах СССР подбирали специальные отряды спасателей. Под эту задачу даже отдельную агентурную сеть развернули в стране советов. Но 50–ые закончились, на смену засекреченным военным базам с самолетами пришли бездушные ракеты, которые могли уже не только долететь до Владивостока, но и до Урала. А потом и до Москвы через полюс. И огромный укрытый в горном ущелье аэродром стал не нужен.

Так вот. Лукас оторвал её, что называется, за бесценок. Помимо удаления от всего живого, у неё был еще один важный плюс, в ущелье 360 из 365 дней в году дул достаточно сильный ветер. Собственно это место во многом именно поэтому выбрали под строительство авиабазы, полосы всегда стараются строить так, чтобы самолет взлетал против ветра – это увеличивает подъемную силу, укорачивает пробег и экономит топливо. Однако бывший морпех самолеты не любил, в те времена координация в армии США была не столь хороша и ему в Лаосе приходилось видеть таких же простых ребят из Огайо, как и он, попавших по ошибке под заливание напалмом палубными фантомами. Лукас же мечтал о самом большом, дорогом и бессмысленном тире за всю историю человечества.

Он расчистил площадь от хозяйственных построек, а на их месте возвел почти точную копию Кларксберга, его родного городишки в Огайо, который он особо не жаловал. В его тире мишенью должен был стать именно город. Единственное отличие от реального прототипа было разве что в том, что некоторые кирпичные постройки были заменены схожими каркасными. После разрушения восстанавливать кирпичный дом намного сложнее. В остальном все было, как надо, занавесочки в окнах, столбы освещения, припаркованные машины. Естественно никакой мебели и ремонта внутри домов не было и большинство машин было хламом с аукционов, но с определенного удаления выглядело все достаточно натуралистично, а большего и не нужно было. Как ни странно, на достаточно специфическое развлечение “разнеси в щепки город” нашлось немало желающих клиентов с деньгами, а надо понимать, что развлечение недешевое. После дня стрельбы, неделю, а иногда и две город приходилось отстраивать чуть ли не с нуля. Но в тот период Америка была на подъеме, воротилы с волстрит, промышленники, банкиры потянулись ручейком, в общем–то постоянно существовала очередь. Т.к. чаще раза в неделю подобное мероприятие было проводить невозможно.

Что касательно арсенала, в нем было почти все доступное вооружение 60–ых годов, которое к концу семидесятых в США активно списывалось. От ручных гранатометов вроде советского РПГ–7 и Bazooka времен второй мировой до артиллерийских орудий вроде немецкой двойной восьмерки. Хитом же был шестиствольный прототип Эвенджера, его удалось раздобыть благодаря одному из топ–менеджеров General Electric, который был клиентом Лока. Семиствольный вариант этой пушки выполненной по схеме Гатлинга пошел на американский штурмовик. Пушка плевалась 30–мм снарядами с такой скоростью, что отдача, ну не останавливала самолет с которого стреляла, но давала рывок и торможение такой силы, что летчики жаловались. Она кстати до сих пор на вооружении. Шестиствольный вариант был конечно чуть помедленнее, но удовольствия доставлял столько же. Еще бы представьте себе у вас “в руках” ствол длинной с автобус, который вы благодаря системе противовесов можно, как пушинку вертеть и заливать огнем машины на импровизированном шоссе, окраину города, здание мэрии. Тут как раз объяснения выбора ветреного места под этот необычный тир, после пары очередей из того же эвенджера пыль бы заволакивала все вокруг и висела еще полчаса, но т.к. ветер быстро относил её вдаль от стрелка и города, стрелять можно было почти без остановки.

Но вершиной эволюции оружия стала собственная разработка Лока, ему удалось создать спаренный Гатлинг на основе основного орудия старого американского танка Паттон. Представьте себе два барабана по шесть стволов в каждом вращаются друг навстречу другу фронтальном разрезе это выглядело, как шестерни, у которых вместо зубцов были дула ствола. На месте схождения двух окружностей происходил выстрел из 90–мм орудия. Скорострельность была конечно невысокая, но само по себе орудие пожалуй было рекордсменом по нанесению разрушений в секунду. У Лукаса были опасения разрешат ли строительство подобной вундервафли гражданскому лицу, но помогли знакомые конгрессмены, которых самих, как малых детей, подмывало из неё пострелять. Да и честно говоря с военной точки зрения подобная пушка была крайне неэффективна, любой боеприпас объемного взрыва сделает больше разрушений за меньшее время, а уж полное отсутствие мобильности превращало её в легкую мишень.

Помимо прочих геморроев с эксплуатацией этой вундерваффли, вроде мегаватт электричества, требующихся на раскрутку стволов, была еще проблема с разминированием. Далеко не все старые 90–мм снаряды разрывались, а значит перед тем, как на площадке для восстановительных работ появлялись строители, туда запускали саперов. Кто бывал на военных полигонах, да хоть даже в России, знает, что разминирование идет в два этапа, сначала на территорию запускают бойцов с красными флажками их задача прочесать поле, найти неразорвавшийся снаряд, не ходить, не прыгать и не дышать рядом с ним, т.к. взрыватель взведен, а воткнуть в метре красный флажок. Когда всё поле размечено, саперы просто подрывают находки.

Ну кого можно в Неваде набрать на такую работенку, ходить в тяжелом бронежилете и каске по минному полю под палящим солнцем, естественно всяких тупиц–реднеков. В Неваде есть две работы — служить в армии или обслуживать пьяных туристов в Вегасе. Как раз тех, кто был слишком туп для армии и набирали на саперные работы. Понятно, что в один прекрасный день эти ребята должны были наломать дров, что и случилось в конце сентября 83–ого.

По одной из версий один из реднеков решил сфотографироваться со снарядом в руках, что, о чудо, закончилось взрывом, от которого погибло 4–е человека. Двоих, которые должны были фотографировать, более менее удалось собрать до полной картинки, того что полез к снаряду насобирали на небольшой полиэтиленовый пакет. А вот четвертому, что называется, не повезло. Его нашли в с торчащим из спины осколком, который пробил бронежилет, в луже крови. Естественно никто торопиться с вызовом скорой не стал. Но как потом показало вскрытие, товарищ этот банально задохнулся. В момент взрыва он сидел поблизости на капоте уцелевшего после стрельбищ пикапа и ел какие-то мексиканские кукурузные чипсы, что–то типа начос. Его подкинуло взрывной волной, в спину прилетел осколок, он действительно пробил бронежилет, но лишь рассек кожу на спине и пересчитал пару ребер, то есть никакой опасности для жизни не представлял. А вот чипсы встали поперек горла, то есть если бы ему сразу сделали прием Геймлиха и искусственное дыхание, парень бы выжил. Но тут трудно винить местных работяг, которые прибежали на место взрыва, даже медику достаточно сложно догадаться, что человек лежащий в луже крови с торчащим из спины осколком размером с ладонь, просто поперхнулся.

Казалось бы поперхнулся и поперхнулся, “помер Евфим да хер с ним”. Кому суждено быть повешенным, не утонет. Ну судьба такая у парня. Да и ничем особым он не отличался от остальных недалеких дебилов, разве что особой любовью к “покушать”. Но была у паренька примечательная фамилия Коард, из–за которой он чуть ли не с детства был под колпаком ЦРУ. Дело в том, что папанька его был мужик героический. Уинстон Бернард Коард. В свое время он учился в США в университете, потом в Лондоне поработал, а в итоге люто угорел по идеям коммунизма и поехал в отдельно взятую Гренаду строить коммунизм. ЦРУ себе долго не могло простить, что у них под носом пол жизни крутился будущий лидер очередной коммунистической революции, а они даже не смогли отследить его связей с подпольными коммячейками США. А потому с сына глаз не сводили, особенно в связи с тем, что его коммунистический папаша сынулю разгильдяя очень любил и из далекой Гренады связь с ним поддерживал. ЦРУ решило воспользоваться таких исходом дела и постараться арестовать отца во время визита в штаты по случаю похорон. Для этого они отыскали мамашу парня, в прошлом исполнительницу экзотических танцев из Вегаса. После чего её чудесным образом удалось вывести из 10–летнего запоя и заставить позвонить в Гренаду отцу. Но все пошло не совсем по плану, а точнее совсем не по плану спецагентов.

Мамаша изложила суть истории как–то больше в ключе, что бросили их сынулю умирать, могли помочь, но мол не стали и умер он мучительной смертью от удушья. И вместо глубокого отцовского горя Коард буквально пришел в ярость. Ну естественно, грязные империалистические ублюдки убили кровинушку. Отомщу, не забуду. Тут стоит отметить, что Винстон Бернард все эти годы на Гренаде времени не терял, а устроил в 79–ом году там переворот вместе со своим другом и товарищем Морисом Бишопом. Они почти как Фидель и Че были, только на лодке не приплывали на остров. Парни были те еще романтики, хотели построить свою Новую Калифорнийскую Республику, по типу как в фоллауте, только им даже забор было строить не надо, они же на острове. После переворота налаживали связи с соцлагерем, с Кубой сахаром менялись, из СССР в долг оружие завозили, в общем занимались всякими мелкими приятными радостями свойственными тропическим коммунистам. Однако после известия о смерти сына Коард рассвирепел и местами даже обезумел. И отныне решил карать буржуев на земле, воде и в воздухе, о чем немедленно сообщил своему сотоварищу Бишопу. Тот в свою очередь затею друга не поддержал, распустил либеральные сопли, что нам и так живется неплохо. Коард, как мужик решительный, послал друга тропиками, выгнал, лишил титулов. Отыскал на ввереной ему территории острова американских студентов медиков и решил их всех вешать, для чего предварительно запер их всех в здании заброшенной школы.

В штатах в этот момент все мягко говоря напряглись. Их и до этого не радовала мысль, что у них под боком появляется вторая куба. А потом эти краснопузые начали строить аэропорт, всем говорят, что гражданский, но если чего он становился аэродромом подскока для советских стратегических бомбардировщиков. А тут еще студенты эти по обмену. Ясное дело какие там могут быть практиканты в стране соцлагеря. Половина наверняка была вербована штатовкой внешней разведкой для сбора информации по вероятному противнику, а своих в разведке не бросают. Пришлось снаряжать авианосец, почти 10 тысяч морпехов и срочно заканчивать все это свободолюбие в непосредственной близости от своих берегов.

Слава Богу была осень у людей отпуска, дача, картошка. В общем вся война с Гренадой ограничилась 60 убитыми с обеих сторон. Советский Союз тут отнесся с пониманием, у него тут была своя война в Афганистане. Буднично так и без фанатизма по телевизору и через газеты пожурили бездушную американскую машину, которая намотала на маховик очередной остров истинной свободы. Этим все и ограничилось. Тир в Неваде закрыли. Ну, а Гренаде пришлось отказаться после вторжения от коммунистических планов и насадить у себя нормальную демократию.

Вот. Я к чему это всё. Питаться надо нормально. Все эти чипсы, хлопья и бутерброды до добра не доводят. Они с равной вероятностью могут обострить как гастрит, так и международные отношения. Поэтому питайтесь правильно. Наварите себе борща, сметанки купите, только на рынке у бабушки, а не эту биомассу из магазина. Баночку с борщом с собой на работу взяли, разогрели — красота. А вечерком можно нормальных пелемешек сварить, маслица кусочек сливочного сверху, укропчик измельчить и посыпать. Горячее это очень важно. А вот эти все перекусы, чипсы и снэки — от лукавого! И ни чем хорошим, как показала история, не заканчиваются. Берегите себя.

6

Историю рассказали в детстве, в пионерском лагере, после отбоя.

Поехали с братом купаться. Место - замечательное: вода, лесок, песок. Правда, "кирипч" на дороге висит, ну да хрен с ним.

Хорошо отдохнули, едем обратно. И соображаем: на перекрестке - гаишники. И они нас видели, и проезд "кирпича" так не оставят. Знак на столбе был не закреплен. Сняли с крючков, и - в кусты.

Тормозят. Почему "кирпич" проехали? Какой еще кирпич? Поехали, посмотрим!

И гаишник сказал у пустого столба лишь: "Опять сняли!". Но сказал так, что в голосе рассказчика, наглого пацана, была обреченность.

7

В г.Киеве есть абсолютно замечательное кафе, называется "Теремок".
На Подоле, а точнее на Контрактовой.
Уж поверьте мне - вкуснее ни в одном ресторане не едовал!
Стиль заведения - абсолютно русский: внутри - сруб, в псевдо окнах миниатюры Рязанской жизни 150-летней давности, атрибутика русской глубинки. Самовары, плюшки, ватрушки... Благо водку на разлив не предлагают!
Это что бы стал понятен сам смысл.
На дверях в уборную таблички: Мужской - "Бояре", Женский - "Боярыни".
Иду я, после разливного бельгийского пива, разлитого молдаванским работником, в стилизованной под глубинку России кафе в Столице Украины (!) в кабинет с надписью "Бояре".
Напротив мне спускаются со входя девушка с парнем (или: парень с девушкой - как будет угодно!), и я прям практически перед ихним носом распахиваю дверь нужника, чтобы успеть проскочить и не толкаться в коридоре.
Гляжу внутрь - никого (там две кабинки, и обе полуоткрыты). Посему громко вслух, специально для новоприбывших гостей заведения, произношу внутрь пустого туалета:
- Здавь Будьте, бОяре!!!!
И захлопываю за собой дверь!
...после секундной паузы пара прыснула хихиканьем...

8

В г.Киеве есть абсолютно замечательное кафе, называется "Теремок". На Подоле, а точнее на Контрактовой.

Уж поверьте мне - вкуснее ни в одном ресторане не едовал! Стиль заведения - абсолютно русский: внутри - сруб, в псевдо окнах миниатюры Рязанской жизни 150-летней давности, атрибутика русской глубинки. Самовары, плюшки, ватрушки... Благо водку на разлив не предлагают! Это что бы стал понятен сам смысл. На дверях в уборную таблички: Мужской - "Бояре", Женский - "Боярыни". Иду я, после разливного бельгийского пива, разлитого молдаванским работником, в стилизованной под глубинку России кафе в Столице Украины (!) в кабинет с надписью "Бояре". Напротив мне спускаются со входя девушка с парнем (или: парень с девушкой - как будет угодно!), и я прям практически перед ихним носом распахиваю дверь нужника, чтобы успеть проскочить и не толкаться в коридоре. Гляжу внутрь - никого (там две кабинки, и обе полуоткрыты). Посему громко вслух, специально для новоприбывших гостей заведения, произношу внутрь пустого туалета:

- Здавь Будьте, бОяре!!!!

И захлопываю за собой дверь!

...после секундной паузы пара прыснула хихиканьем...

9

Новогодняя горячка

Закавыкину было очень плохо. Уже третий день в его тренированный организм не поступало ни капли спирта. Он чувствовал себя спортсменом, внезапно вышедшим на пенсию. Хотелось нагрузиться, но все тренировки безжалостно отменила жена - «новый год на носу, а этот гад хлыщет вторую неделю».

… Устав ворочаться, Закавыкин влез в тапки и пошаркал на кухню. Организм сотрясало, сердце часто ухало где-то в горле, в животе ныло.

За кухонным столом сидел старый седой черт и ел из жестяной банки оливки, вылавливая их пальцами. Отложив банку, он печально и сочувственно посмотрел на Закавыкина.
- Нельзя так жить, - произнес он голосом покойного деда, - так жить нельзя! И скосил взгляд на лежавший перед ним кухонный нож.

Закавыкину внезапно все стало ясно. Он тут, вот сейчас, наконец понял, что Шопенгауэр - потрепанная книга которого «Мир как воля и представление» лежала у него в туалете для употребления по непрямому назначению и которую он читал, так уж получилось, с конца - это не мудофель забугорный, нет. Это, это… «Gott» - всплыло откуда-то из мозжечка.

О, как он был прав. Нахлынула вселенская тоска и четкое понимание, что смысла у жизни нет. Закавыкин рывком схватил нож и одним движением полоснул себя по горлу.

Старый черт рассыпался на тысячи маленьких чертят, которые как тараканы, разбежались по щелям…

Бригада СМП славного городка Иудино, что расположен рядом с одноименной узловой станцией, доставила горячего гражданина в приемный покой Н-ской больницы, транзитом через психушку, аккурат ранним утром 31 декабря.

В хирургии в этот день дежурил доктор Хризантемов. Как молодой, несемейный и бездетный, он должен был встретить этот, а возможно и следующий, новый год на работе.

Рана оказалась большой, но не очень глубокой, под дном её угрожающе пульсировала сонная артерия. Осталось ушить и отдренировать. С перевязанной шеей Закавыкина, в состоянии глубокой задумчивости, разместили в первой палате.

Больных в отделении к празднику осталось мало, было непривычно тихо. День прошел спокойно. И поздно вечером, закончив с делами, в ординаторской накрыли нехитрый стол. Хризантемов, две постовые сестры и санитарка, дождавшись двенадцатого удара курантов по ОРТ, сдвинули фарфоровые кружки с шампанским и выпили за наступление нового 1996 года. Затем с часок посмотрели «Старые песни о главном» и потихоньку разбрелись. Почти сутки на ногах давали о себе знать.

Еще через полчаса, выпив горячего чаю, Хризантемов расстелил на диване постель и блаженно вытянул ноги. Успел только подумать, что пить надо водку, а не эту кислятину и провалился в сон.

Ровно в 2 часа 15 минут громкие крики подбросили Хризантемова на ноги. Накинув халат, он распахнул дверь. Кричала постовая сестра. В коридоре от окна к окну, пытаясь их открыть, метался Закавыкин с перекошенным лицом.

Затем он побежал в конец коридора, шлепая босыми ногами. Там за двустворчатой дверью была редко используемая лестница. Резко подергал за ручку - заперто. Заметил, что нижняя стеклянная секция в правой створке отсутствует, и полез в проем.

Тут Хризантемов вышел из ступора, в нем включился охотничий инстинкт. Адреналин, зашумевший в ушах, позволил ему в пару секунд добежать до пустого уже проема в дверях и пролететь его без задержки (позже он, в присутствии коллег, безуспешно пытался повторить этот фокус; замечу, что росту в Хризантемове было аж 190 см, а проем был квадратом со стороной 50 см, расположенным у пола). Шум на слабо освещенной лестнице раздавался снизу. Хризантемов галопом, как боевой верблюд, помчался вниз, перепрыгивая через ступеньки. Мысль была только одна - догнать.

Беглец опережал его на полтора пролета. Третий этаж, второй… На площадке между первым и вторым этажом доктор остановился как вкопанный от увиденного. В пяти метрах ниже, бывший работяга Закавыкин, а ныне берсерк Закавыкин, ломился в дверь, которая вела в тупиковый рентгенкабинет. Он молотил по двери голой ногой с такой силой и яростью, что раньше дверей в щепки должна была разлететься его нога. Затем он сорвал со стены рядом тяжелый огнетушитель ОХП-10 и стал крушить двери им.

«Тупые предметы весьма разнообразны по величине, форме, характеру материала и наиболее широко распространены в быту и на производстве» - услужливо выдала память Хризантемова строчки из учебника по судебной медицине.

Азарт, до того диффузно разлитый по телу, внезапно сгустел, собрался в холодный комок под ложечкой и вышел меж лопаток испариной. Стараясь не дышать, Хризантемов стал пятиться, а потом практически бесшумно поскакал обратно.

Что ему делать он не знал. Подумав, набрал 02.
Через четверть часа к приемному покою подъехало два лунохода с восемью(!) милиционерами. У половины из них были бронежилеты и автоматы Шмайсера - Калашникова. Выслушав сбивчивый рассказ дежурного врача, они рассыпались по этажам стационара. Обойти предстояло пять этажей в двух крыльях, цокольный уровень и чердак.

Хризантемов увязался за одним из тех, кто показался ему наиболее крепким. Тот спустился в подвальное помещение. Дергал за ручки все попадавшиеся по пути двери и внимательно осматривал все закоулки. В торце подвала был черный выход на улицу, забранный изнутри двухсекционной решетчатой дверью, сваренной из стального уголка и сантиметровой арматуры, запертой на висячий замок. Верхний левый угол этого заграждения оказался нечеловеческой силой Закавыкина загнут и выдернут из верхней петли. Сержант подергал конструкцию за деформированную часть, затем опасливо стал шарить на груди, проверяя наличие оружия.

Поиски продолжались около часа и закончились ничем. Закавыкин как сквозь землю провалился…

Беглеца обнаружили только утром, в 25 км от больницы, на станции Иудино. Вернули в больницу. Уложили в первую палату в состоянии все той же глубокой задумчивости. Для надежности рядом на табуретке посадили жену.

Как Закавыкин при 23 градусах мороза, а именно столько было в ту ночь, ничего себе не отморозил и даже не простыл, пройдя пешком два десятка километров, будучи в одной пижаме и босиком, это пусть объясняют физиологи или психологи. Мы лишь заметим, что «человек, в сущности, дикое, страшное животное. Мы знаем его лишь в состоянии укрощенности, называемом цивилизацией, поэтому и пугают нас случайные выпады его природы».

10

В какой-то мере навеяло фразой "я бываю крайне агрессивным, когда задевают меня или мои интересы".

Сейчас, как говорится, только ленивый о Крыме не пишет. Я хоть и ленив, но тоже, пожалуй, пару строк напишу. Вот, правда, политики особой не обещаю, аполитичен я, что поделать.

Сначала – не о Крыме, а о Сухуми. Был я там в восьмидесятых, в сентябре, поехал отдохнуть после военных сборов. Зашёл в обезьяний питомник. Получил огромное удовольствие от наблюдений за обезьянами. В основном, были они гораздо приветливее, добрее и смышлёнее дорогих соотечественников, да и в общении приятнее. Но вот дошёл я до вольера с павианами, двинул вдоль него по песчаной дорожке. И чем-то не приглянулся краснопопому павианскому пахану, сидевшему у своего гарема. Был он грузен, злобен и угрюм. Очень уж нелестно предполагать, что увидел он во мне конкурента, но других версий мне что-то не измыслить. Одним словом, вскочил он, подбежал к решётке и начал мне всячески угрожать. Скалился, яростно верещал, размахивал руками, подпрыгивал и приплясывал. И пока я шёл вдоль его вольера, так и бежал рядом со мной вприпрыжку, что-то выкрикивая и злобно беснуясь. Ну, кинул я ему пару орехов, посмеялся и дальше пошёл.

Теперь – о Крыме. Отдыхал я в девяностых на Тарханкуте. Из моря почти не вылезал, то с маской нырял, то устраивал долгие заплывы вдоль берега. И вот как-то раз плыву я себе вдоль обрывистого, скалистого берега, думаю о чём-то своём. А кое-где там под обрывом небольшие пологие пляжи встречаются. И вот проплываю я такой пляжик, длиной он – метров сто от силы. А с краю пляжа этого расположился какой-то отдыхающий со своей семьёй. Был он грузен, злобен и угрюм. И, видимо, заподозрил, что направляюсь я к другому концу этого пустого пляжа. Подскочил он, подбежал к берегу и начал мне всячески угрожать. Скалился, яростно верещал, размахивал руками, подпрыгивал и приплясывал. И пока я плыл вдоль берега, так и бежал рядом со мной вприпрыжку, что-то выкрикивая и злобно беснуясь. И пока я не скрылся за скалами, так и преследовали меня визг, мат – и дежа вю.

Не знаю уж, какой он национальности был, украинец, русский или ещё кто. Но с сухумским собратом своим он был схож чрезвычайно. Правда, тарханкутский клон был намного гнуснее, так что орехов я бы ему, пожалуй, не дал, даже если бы они с собой и были.

13

Думай проще

Высокие технологии - это круто, но иногда "низкие" бывают на порядок полезнее и экономичнее, главное - мозгами шевелить в нужном направлении. Сейчас вы узнаете историю фабрики по производству зубной пасты, где возникла проблема обнаружения пустых тюбиков на выходе конвейера.

Осознавая всю важность вопроса, директор фабрики созвал начальников отделов. Собрание постановило запустить новый проект - привлечь для решения проблемы пустых тюбиков стороннюю инжиниринговую компанию, так как собственный конструкторский отдел был слишком загружен, чтобы взять на себя дополнительную задачу.

Проект включал закономерные стадии: ассигнование бюджета, запрос предложений на заключение контракта, привлечение независимой третьей фирмы к выбору подрядчика - и, 6 месяцев (а также 8 миллионов долларов) спустя, фабрика получила фантастическое решение - вовремя, в рамках бюджета, высококачественное и удовлетворившее всех.

Это были высокотехнологичные прецизионные весы. В случае детектирования ими тюбика, который весил меньше, чем стандартный (т.е. был пуст), включалась сирена и сопровождающая импульсная световая иллюминация, конвейер останавливался, один из рабочих должен был дойти до конца ленты, снять бракованный тюбик, и запустить линию вновь.

Некоторое время спустя, директор решил удостовериться в рентабельности проекта и, собственно, окупаемости инвестиций: результаты были поразительны - с момента установки весов с конвейера предприятия не сошло ни одного пустого тюбика, поступила всего пара жалоб от покупателей, а доля рынка продукции фабрики возросла.

Однако, просматривая статистические данные, директор заметил, что количество дефектов, регистрируемых весами, снизилось до нуля через 3 недели после их установки и так и оставалось на том же нулевом уровне по сей день. Но ведь изначально обнаруживалась, по крайней мере, дюжина пустых тюбиков ежедневно. Это могло означать лишь одно - отчет неверен. Директор приказал поместить рядом с весами записывающее устройство, и после некоторого расследования, инженеры сообщили, что предоставленные сведения абсолютно достоверны. Весы действительно не регистрировали дефектов, потому что все тюбики, доходившие до них, были полными.

Озадаченный, директор поехал на фабрику, решив взглянуть на весы самостоятельно. И что же он обнаружил?...

За несколько метров до весов рядом с лентой конвейера стоял обычный офисный вентилятор за 20 долларов и сдувал пустые тюбики в корзину. «А, это один из рабочих поставил, потому что ему надоело ходить в конец линии каждый раз, когда звучала сирена» - объяснил директору пробегавший мимо сотрудник.

Можно сделать вывод, что крайне трудно найти простое решение, изначально руководствуясь сложной замысловатой схемой его поиска, или что стимул в виде небольшого поощрения для обычных рабочих, которые как никто знают технологический процесс - ключ к возможному решению многих частных производственных задач. В любом случае эта история - яркая иллюстрация того, что следует мыслить проще при любой возможности.

18

Реальный случай. Советский МРК на переходе морем. За ним ведет слежение американский корвет УРО. Понятно, что присутствие вероятного противника наших напрягает, но тут хотя бы у янкесов тоже служба.

Дальше америкосы начинают борзеть. Выходят вперед в кильватер нашему кораблю, дистанция минимальная, вешают на корме здоровенный экран, ставят кинопроектор и начинают крутить порнуху. Тут нужно заметить, что дело не только в руссо матросо облико морале, янки создают прямую угрозу навигационного происшествия. Выручила русская смекалка. Открывается задняя крышка пустого ТПК, туда залезает матрос с пожарным ведром на швабре, затем открывается передняя крышка, и матрос высовывает это ведро. Американцев как ветром сдуло - даже не подумали, что мала дистанция для ракетного залпа!

19

Закон тюбика: из пустого тюбика от крема для бритья всегда можно выдавить ещё немного крема, которого хватит, чтобы побрится.
Следствие из закона тюбика: крема будет хватать до тех пор, пока вы не купите новый тюбик.

20

Кое-что про нечистую силу и прочий полтергейст

После развода жена Ромы, исповедовавшая принцип "- Хоть конура, но в центре!" прикупила себе однушку на проспекте Мира, а непритязательный Рома на оставшиеся грошики приобрёл первое что попало. Попала Роме квартирка на самой окраине, считай в пригороде. Даже не то чтобы квартирка, а половина дома. Есть такие, знаете, типовые двухквартирные дома советской постройки.

Этот неказистый на первый взгляд объект недвижимости имел с точки зрения Ромы ряд неоспоримых преимуществ. Во-первых, как ни крути, полноценная двушка. Отдельный вход. Клочок земли, огороженный палисадником. Никаких соседей, не считая одинокой полупарализованной старухи за стенкой. Два шага до работы. И самое главное -максимальная удалённость от центра. Что практически исключало для Ромы возможность даже случайной встречи с бывшей супругой или её мамой.

Безусловно, был у этого жилища и недостаток. Причем существенный. Причем настолько существенный, что прежние хозяева, которые мыкались с продажей этой квартиры не первый год, смотрели на Рому со смесью надежды и недоверия, словно ждали, что Рома, как и остальные покупатели, в последний момент растает как ёжик в тумане. Дело в том, что квартирка эта имела крайне дурную репутацию.

Можно называть это как угодно, чертовщиной, нечистой силой, полтергейстом, но факт остаётся фактом - в доме время от времени происходили странные вещи. Периодически сами собой перемещались предметы, пропадали и так же неожиданно появлялись какие-то вещи, иногда ниоткуда доносились странные и пугающие звуки. Короче, присутствовал полный набор чертовщины, многократно описанный каналом рен-тв и газетой Оракул. И не то чтобы эти странности происходили часто и постоянно, нет. Но оттого что они происходили нечасто, они производили ещё более неожиданное и угнетающее впечатление. В том числе и своей кажущейся бессмысленностью. К примеру приходите вы с работы, а на кухонном столе лежит гаечный ключ на семнадцать. Которого в вашем доме отродясь не водилось.

Что только бывшие владельцы, люди рациональные и не суеверные, не предпринимали для борьбы с этим явлением. Меняли замки, навешивали ставни на окна. Приглашали батюшку с кадилом, с целью освятить жилище. Батюшка жилище конечно освятил, но потом упился в такую зюзю, что за один вечер нанёс хозяевам ущерба больше, чем нечистая сила за все предыдущие годы. Звонили, уподобясь незабвенной Ффрекен Бок, на телевидение, в какую-то передачу о потустороннем, где их откровенно и честно послали, предложив не морочить занятым людям головы всякими глупостями. В конце концов дошли в своём отчаянии до того, что однажды даже установили настоящий волчий капкан, в который сами же чудом и не угодили. Потому что капкан, который они ставили на кухне, к моменту их возвращения вдруг оказался в прихожей, прямо под дверью.

Так что продавцы не без основания опасались, что в последний момент Рома, которому доброжелательные соседи о странностях квартиры безусловно донесли, даст заднюю и соскочит. Но Рома, продукт советской системы воспитания, на все эти слухи только усмехался, и в конце концов стороны ударили по рукам. Тем более что прежние жильцы оставляли новому владельцу в качестве бонуса практически всю обстановку и утварь. Вероятно опасаясь увезти с собой в каком нибудь мебельном ящике пресловутую барабашку. Так Рома над ними незло подшучивал, вселяясь в новое жилище.

Вскоре однако новый жилец вынужден был признать, что слухи о странностях, происходящих в квартире, имеют под собой вполне реальную почву. Первым звоночком была бутылка шампанского. Бутылка шампанского, открытая на новоселье и стоявшая в холодильнике практически нетронутой, которую Рома всё собирался выбросить, да рука не поднималась. А когда поднялась, то Рома с удивлением обнаружил, что содержимое бутылки убыло наполовину. Из-под плотно закрытой пробки, из холодильника, в квартире где кроме него никто не бывал.

А потом началось. Может началось и раньше, просто Рома, первый раз столкнувшись с необъяснимым, стал более внимательно относиться к окружающей обстановке. Все происшествия были того же порядка, что и с шампанским. То есть с одной стороны характеризовалось своей очевидной бессмысленностью и необъяснимостью, а с другой - такой же очевидной безобидностью. Хлебные крошки на столе, паспорт, переместившийся из серванта на телевизор, исчезнувшие непонятно куда купленные накануне лампочки, лужа воды под подоконником от свежеполитых непонятно кем цветов, и всё в таком духе. Будь Рома заранее не осведомлён, возможно он бы и запаниковал, и отправился по скользкому пути предшественников, меняя замки и расставляя капканы. Но убедившись, то происходящие события не представляют угрозы для жизни и здоровья, Рома решил просто махнуть рукой и не портить себе нервы. Единственное, что вызвало у него лёгкую досаду, это пропажа новых бокорезов, которые он накануне спёр на работе, чтобы подшаманить старую электропроводку. Но Рома эту досаду в себе быстро погасил и на следующий день спёр на работе другие. Короче, так или иначе Рома с имеющейся в наличии нечистой силой научился сосуществовать.

А в остальном новое жилище его вполне устраивало. Он познакомился с соседкой, милой старушкой Ольгой Витальевной, которая совсем плохо слышала, была подслеповата, и едва передвигалась по дому, так что Рома взял себе в привычку, идя в магазин покупать ей какие-то продукты первой необходимости. Чему та была безмерно рада. А уж когда он починил ей кран и поменял розетку на кухне, счастья её не было предела. Короче, жизнь как говорится потихоньку налаживалась.

Как-то раз, в понедельник утром, Роме стало резко плохо. Причин тому было две. Первая - юбилей коллеги в пятницу, и вторая - свадьба племянника на выходных. К выпивке Рома относился весьма положительно, и никогда не избегал хорошей компании, но имел в этом деле одну особенность. Его организм идеально переносил однократные возлияния, но был категорически против многодневных. Так что проснувшись с утра в понедельник Рома почувствовал себя плохо, позвонил на работу, взял отгул, и остался лежать на кушетке, стараясь не производить лишних движений. Потому что и без них в голове ударно работала механическая кузница, долбя череп и всё его содержимое изнутри. Ситуацию могла бы спасти пара таблеток аспирина, но как назло аптечкой разжиться Рома ещё не успел. Поэтому он тупо лежал на кушетке, уперев взгляд в старенький ковёр на полу, оставшийся ему от прежних жильцов.

Он так долго смотрел на этот ковёр, что в какой-то момент тот просто поплыл у него перед глазами. Рома тряхнул головой, вызвав порыв энтузиазма молотобойцев, однако ковёр и не думал приходить в порядок. Он, наоборот, пучился всё сильнее и сильнее, потом по нему прошла волна, и внезапно из-под края ковра появилась желтая костлявая рука.

Будь Рома не в таком плачевном состоянии, возможно его хватил бы кондратий. А так он только оцепенел и молча наблюдал, как костлявая рука поскребла по полу, потом ковёр ещё сильнее вздулся, и вслед за рукой из-под него показалась седая взлохмаченная голова.

- Здравствуйте, Ольга Витальевна! - неожиданно даже для самого себя внезапно севшим голосом произнёс Рома.

Голова вздрогнула, на мгновенье замерла, а потом так же внезапно как появилась исчезла под ковром. За ней исчезла рука, а потом и ковёр, поколебавшись, принял своё обычное положение. И наступила тишина.

С минуту Рома лежал, приходя в себя, потом резко вскочил, и забегал по дому, на ходу натягивая брюки. "Вот же старая карга! - матерился он себе под нос. - Вот тебе и барабашка! Вот тебе и домовой! Ай да Ольга Витальевна! Ну погоди у меня!" Наконец он застегнул брюки, и сунув ноги в тапки выскочил за дверь.

Чтобы попасть к соседке ему нужно было миновать две калитки и обежать палисадник. У соседки оказалась не заперто. Рома толкнул дверь и без стука шагнул в дом. Ольга Витальевна как ни в чем ни бывало уютно сидела за столом у окна, и пила чай из блюдца с сахаром вприкуску. Блюдце в руке старушки ароматно парило, а сахар она ловко колола до боли знакомыми Роме бокорезами.

- Ой, Ромочка! - радостно воскликнула Ольга Витальевна застывшему в дверях соседу. - Как хорошо что ты зашел! А то я сегодня так плохо себя чувствую, еле от постели до стола добралась. А у меня хлеб кончился, прям не знаю что и делать. Ты в магазин не собираешься? Если соберёшься, купи и на меня, будь другом. А ты что не на работе, не приболел часом?

Рома стоял и тупо смотрел на бокорезы в руке старушки. Все слова, которые он заготовил, пока бежал, куда-то делись.

- Не пошел на работу. - буркнул он. - Что-то голова раскалывается.

- Это всё погода! - авторитетно заявила Ольга Витальевна. - По телевизору передавали.

Вместо ответа Рома развернулся и пошел на выход.

Он зашел в магазин, купил хлеба старухе, минералки и кой каких продуктов для себя, и всю дорогу думал про то, как очевидна была разгадка. Ведь и про люк, и про общий подвал под домом ему говорили, но он за ненадобностью пропустил это мимо ушей. Ещё он думал про то, что сразу по возвращении возьмёт гвозди, молоток, и намертво забьёт к чертовой матери вход в подвал.

Потом он занёс хлеб соседке, которая всё так же сидела на кухне у окна, и пошел домой. Кузница в голове снова начала свой ударный труд, и надо было бы сходить в аптеку за таблетками, но сил уже не было, хотелось поскорей добраться до кушетки и лечь. Разувшись в прихожей Рома заглянул на кухню, чтобы оставить продукты, и внезапно застыл как вкопанный.

- Твою же мать! - выругался он в сердцах.

На кухне, прямо посредине пустого стола, лежала упаковка аспирина.

Ракетчик (с его разрешения)

22

В крупных городах в частном секторе владельцы домов частенько размещают в них то автосервис, то шиномонтаж, то сауну. На одной такой сауне висит светодиодная рекламная панель, на которой чередуются надписи "сауна", "бассейн", "спорткомплекс" и так далее. И всё бы ничего, но на слове "сауна" на панели остаётся много пустого места, и туда добавили показания температуры окружающего воздуха... Довольно своеобразно выглядит надпись САУНА -5°C

25

- Выпил стакан купленного в знаменитом гипермаркете кефира, а через час увидел на дне совершенно пустого стакана дохлую муху, за которой целый день безуспешно гонялся по всему дому. Что же тогда я выпил из пакета со словом КЕФИР? - А это идея. Надо проверить их кефир еще и на тараканах, мышах и крысах, если эффект такой же- мы озолотимся.

26

Осторожный попугай …

Попугай в течение двадцати лет
Кричал лозунг: «Россия, вперёд!»
Смеялась Европа и весь интернет,
И ставил «лайки» щедрый народ …

Попугай постарел, стал осторожнее, -
Стал лить … из пустого в порожнее!

Акындрын – 06.07.2019

27

Приятель женат на типичной московской блондинке. Сам он программер, поэтому ее мнения и хотелки регулярно взрывают ему мозг. Он их перекладывает на язык логики, что само по себе чревато.
С одной стороны, их холодильник совершенно пуст.
С другой стороны, она понятия не имеет, чего там еще не хватает.
После расспросов выясняется, что там не хватает чего-то вкусненького.
Но чего именно? Психанул, потребовал список в письменном виде, съездил и купил всё.
Вернулся и выкладывает: плюшку московскую, бублики, кофе, черешню и сигареты. И вдруг понимает, что ничего из этого не положишь в холодильник. Он так и остался пуст! Какие-то шансы его заполнить были у черешни. Но она ее немедленно съела. Трагедия совершенно пустого холодильника продолжается..

28

Зарисовка.

К нам повадились с весны ходить на задний двор несколько кошек. Хорошие кошки, меж собою дружат, за еду не дерутся. Пара вообще очень ласковые. Дети всем дали имена.
Сначала одна, Флаффи принесла котят под пандусом. Я их пристроил в приемную семью, когда пара месяцев исполнилась.
Теперь другая, Мери Джейн, тоже родила. За забором в лесу, внутри пустого пня. Иногда приходит просто от детей отдохнуть. Поест, полежит. Подойдет, потрется. Красивая кошка, очень. Черно-белая, их тут "таксидо" зовут.

Есть у нее привычка: любит пить из бассейна. Воды не боится, спускается на первую ступеньку - и лакает себе. Лекции по химии, окрики, стук в окно не помогают. Хотя рядом стоит ковшик чистой хорошей воды.

Как-то пошли мы всей семьей к бассейну, и втроем - дочка, сын и я - залезли, и плаваем. Мери Джейн сидит рядом. Наблюдает.

Дочка вдруг: вот сидит кошка, и ей, наверное, противно на нас смотреть: она думает:" эти люди тут поплавают, потом в бассейн написают. А мне из него пить!"

29

Я тут уже как-то рассказывал историю, как три раза прямо перед моим носом пытались кинуть пачку денег (долларов), чтобы я ее поднял, и т.п. (ну, стандартное мошенничество 90-х и начала 2000-х).
При этом я тогда еще не представлял (в первый раз), что это мошенничество, но - моя природная честность не дала мне "попасться на удочку" довольно примитивной схемы, эксплуатирующей, в основном, жадность жертвы.
Недавно рассказали в газетах об очередном "усовершенствованном" варианте примерно такого же мошенничества - уже с применением "высоких технологий", а именно - банкоматов.
Прочитав об этом, я хлопнул себя по лбу.
Выяснилось, что меня с месяц назад тоже хотели "развести" по "банкоматной схеме", а я - опять, как и в 90-е, не "купился", и мошенники смылись, не солоно хлебавши.
Выглядело это так: темный ноябрьский вечер, я хочу снять деньги в банкомате на первом этаже офисного здания (туда свободный доступ с улицы). Время уже порядка 18:30, основная масса офисных сотрудников давно разбежалась, так что я удивлен, что к сберовскому банкомату очередь в два мужика, причем первый, достаточно хлипкий, снимает деньги, я занимаю очередь за ним, а второй почему-то сразу пристраивается в очередь за моей спиной, причем и рост у него под 190, и вес килограммов 140. Как-то я сразу не очень уютно себя чувствовать начинаю с таким внушительным дядей за спиной в отдельном помещении почти пустого офисного здания, да еще в темное время суток.
Тем не менее, мне надо снять срочно 20 тыс руб для отдачи долга, другой банкомат надо еще полчаса искать, так что героически стою и дожидаюсь доступа к заветной щелке банкомата.
Щуплый мужик передо мной долго насилует банкомат и, наконец, убегает наружу, на темную улицу.
Я вздыхаю с облегчением, двигаюсь ближе, и - вижу, что чувак НЕ ВЗЯЛ деньги, торчащие из щели банкомата. Банкомат при этом человеческим голосом верещит, что через 30 секунд деньги он засосет обратно, если их прямо сейчас не взять. Рефлекс срабатывает - я выхватываю деньги и - КЛАДУ ИХ в том же банкомате РЯДОМ на соседнюю горизонтальную поверхность. После чего в приступе человеколюбия выбегаю на темную улицу и ору: "Мужик! Деньги свои ЗАБЕРИИИИ!" Естественно, никто не отзывается. Возвращаюсь к банкомату, вижу того широкоплечего мужика, который переводит ох..вший взгляд с меня на деньги, с денег на меня. Говорю ему: "Сейчас отдам деньги охраннику, он потом передаст чуваку, когда тот догадается вернуться". Добавлю, что денег, по ощущению (не считал я их) было тысячи 3-4, не больше. Внутренне недоумеваю, почему мужик, потратив минимум 10 минут на изнасилование банкомата, так и ушел, не получив свои деньги, при этом сбежал после всех мучений "в самый патетический момент", когда банкомат пищит, моргает лампочками и показывает сообщение: "Получите Ваши деньги!"
Широкоплечий мужик хватает деньги, кричит мне: "Да я сейчас его догоню!", и убегает. Я с облегчением получаю нужные мне 20 тыс со своей карты и еду домой.
И только потом, прочитав в газете про схему этого "разводилова", я осознал всю опасность ситуации.
Если бы я сунул в деньги в карман (да еще пересчитал бы их перед этим), моментально появился бы "рассеянный владелец" и сказал бы, что на с самом деле там было не 3 тыс руб, а 23 или 33 тыс руб, соответственно, с меня бы причиталось 20-30 тыс или больше, при этом широкоплечий чувак "подтвердил бы", что денег было гораздо больше, "а твои отпечатки пальцев есть на всех купюрах, так что вызываем полицию".
Как обычно, россияне СТРАШНО боятся иметь дело с полицией, так что 20-30 тыс с каждого облапошенного ребятам были бы практически гарантированы. Кстати, не факт, что за углом не стоял прикормленный полиционер (или просто подельник в полицейской форме и с липовой ксивой).
Постепенно я понял, какими деталями своего поведения я разрушил мошенническую схему:
1) Не пересчитывал деньги, причем взял пачку купюр ЗА РЕБРО (отпечатки мои практически нереально было найти при всем желании)
2) Сразу положил деньги не в карман, а снаружи НА БАНКОМАТ.
2) Через секунду-полторы побежал догонять "пострадавшего" (что явно потом можно было просчитать по камерам слежения - ну, это я понял уже после пары дней размышлений)
3) Сообщнику сразу сказал о желании немедленно отдать деньги охраннику, т.е. даже и мысли не было оставить деньги себе ("Эээ, разве это деньги, дорогой?")
Короче, люди, будьте бдительны! (С)

30

Заранее скажу, что история нифига не смешная. Просто история из жизни.

Несколько лет назад сидели мы как-то с девочками, болтали, долго обсуждали мужиков и то, какие они все козлы. Вот и Оля говорит:
- Знаете, я уже решила, вот закончу учебу и усыновлю себе ребенка. В мире и так слишком много детей, нуждающихся в любви и ласке, так что незачем мне водится с сомнительными мужиками из-за ребенка, пусть идут они все нах. Усыновлю мальчика, в возрасте до 2 лет и сама буду поднимать, слава богу, зарабатываю прилично.

Идея нам не понравилась, постарались мы её переубедить, не получилось. Тогда Лена, работающая юристом, говорит:
- Знаешь, идея вообще-то неплохая, я тоже одно время интересовалась этим. Процедура очень слишком заебистая, справки, отчеты, проверки, беготня по всяким органам, короче, тебя будут иметь долго и нудно, при чем, разные люди и в разных позах.
- Да, я знаю, ничего, оно стоит того.
- И еще тебе понадобится где-то 20-50 тыщ долларов наличными на вазелин, без этого никак.
- Да нифига! С какого перепугу я должна взятки давать, когда можно всё законно сделать?
- Ну, вообще-то мы не в Финляндии живем, чтобы закон работал, это раз. Во-вторых, не подстластишь, тебе откажут.
- Откажут, я их засужу.
- Смысла нет. У них есть вполне законные основания отказать тебе. Понимаешь, законодательсво старается «уберечь» детей от всяких там мафии, которая занимается органами или рабством, поэтому тебе могут легко отказать, тем более, что у тебя были проблемы с гражданством и в сумме треть года ты проводишь заграницей.

Оля через несколько лет всё равно начала процесс усыновления, а точнее, удочерения, так как в приюте она влюбилась в девочку в возрасте трех лет и позабыла все свои планы на счет младенца. Меня Оля тоже потащила в приют знакомить с девочкой, с аргументом «она же твоя тезка». Мне стал понятен выбор Оли, потому что у девочки был нрав котенка, обожала ластится и прям таяла как мороженое, когда её обнимали и целовали.

Процесс занял полтора года. С родителями моей тезки повезло, мать умерла при родах, отец был жутким пьяницей и был лишен родительских прав. Но всё равно деньги текли как река и в какой-то момент Олечка осталась совсем без копейки. Бросать всё нельзя, там не только деньги не вернут, но и без девочки Оля жизнь себе уже не представляла.

Было еще пару моментов, из-за чего дороги назад уже не было. Девочки начали сильно гнобить в приюте. Оля по доброте своей начала покупать ребенку всякую там няшную одежду, игрушки, куклы. Девочка очень радовалась этим подаркам, из-за чего Оле хотелось покупать всё больше и больше. Но после ухода Оли другие дети силой отбирали эти вещи, а если не могли отобрать, портили как могли. Подруга пыталась поговорить с воспитательницами, с другими детьми, пока наконец не поняла, что подарки лучше оставить до лучших времен. Но даже после этого лучше не стало. Видимо, дети завидовали моей тезке из-за того, что ей повезло больше, скоро у нее будет любящая мама, свой дом, куклы. В принципе их понять можно. Но обижали они девочку сильно. Последнее время Оля приходила из приюта вся заревенная и только и думала о том, как бы девочку побыстрее взять к себе.

Ну а мы что, звери что ли. Собрались друзья, помогли чем могли, кто-то безвозмездно, осознавая цену этого поступка, кто-то в долг, а кто-то под проценты. Бедной Олечке пришлось и из мебели что-то продать.

Но результата достигла. Пропуская все детали, как разные госслужащие старались из пустого места переграды придумать, чтобы не исполнить решение суда, в конце концов отдали девочку Оле.

Банкет мы само с собою, закатили. Отметили такой случай, я лично с восторгом отметила, что завидую упорству своей подруги, так как сама столько не выдержала бы. А Оля обняла девочку и сказала тихо, что она этого стоит.

Хотела бы я на этом закончить историю, да законодательство не разрешает. Приходят раз в 3 месяца, как их называют, социальные работники что ли? Короче, приходят проверять девочку. Ну, естественно получать свою долю. Не дашь, напишут, что с ребенком плохо обращаются и всё, хана, отнимут ребенка. Вот и без вариантов как-то. Первый соцработник хотя бы расспрашивал девочку, как она, что делает, что кушает, бъет ли её мама, проверял комнату ребенка, лекарства, которые она пьет. Потом его перевели в другой район, а на его место прислали какого-то пофигиста. Он ничего не проверяет, девочкой не интересуется, с дверей получает деньги и уходит. Зато у него и такса выше.

Вот так вот. Хотела бы я ещё написать, как мою тезку от вредных привычек отучивали, как она прятала надкушенное яблоко под подушкой и всё остальное, да длинно выходит чересчур. Главное, что Оленька уже забыла, что не сама рожала её. Но как говорится, за всё в мире приходится платить, даже за любовь.

31

По итогам уходящего 2020 года правительство приняло постановление о поголовном награждении населения орденом "Переживший 2020-й". На ордене будут размещены изображения маски, перчаток и пустого кошелька на фоне российского триколора. Награда изготавливается и вручается за счёт награждаемых и является обязательной к ежедневному ношению.

32

По итогам уходящего 2020 года правительство приняло постановление о поголовном награждении населения орденом "Переживший 2020-й". На ордене будут размещены изображения маски, перчаток и пустого кошелька на фоне российского триколора. Награда изготавливается и вручается за счёт награждаемых и является обязательной к ежедневному ношению.

33

Семейство Шмуклеров производило гвозди на протяжении всей жизни, прадедушка был гвоздоделом, дедушка, потом папа. Папа говорит сыну: - Фима, я 30 лет на производстве и ни разу не был в отпуске... Давай ты останься за директора, а я хоть на месяц уеду с мамой, отдохну. - Папа, я же не специалист, я маркетолог, я рекламист! - Сыночка, у нас полные склады гвоздей! Ты только поруководи, попродавай эти гвозди, а я через месяц вернусь - и всё будет в порядке! Сын остался, папа уехал. Через две недели папа получает телеграмму: "Папа срочно выезжай гвозди закончились". - Фима, как закончились?! - Папа, я дал рекламу... - А ну, покажи! Сын показывает, там изображен Иисус Христос, прибитый к кресту, и надпись: "Гвозди Шмуклера держатся уже 2000 лет." - Фима! Ты, конечно, идеальный маркетолог, но ты идиот! Как можно было изображать Иисуса Христа на рекламе? Мало нас, евреев, били, погромы устраивали? Немедленно снять!!! Папа дал команду, нарастили производство, Фима снял рекламу, папа уехал отдыхать дальше. Через две недели опять приходит срочная телеграмма:" Папа, срочно вылетай, и эти гвозди закончились." - Фима, что, опять реклама? - Да, только успокойся - никакого Иисуса Христа, всё как ты просил. Папа смотрит - там изображение пустого креста, без Иисуса, и надпись: "Если бы у них были гвозди Шмуклера..."

34

Опытная старая проститутка

Алеся Казанцева пишет:

«Как-то раз я работала на проекте с молодой группой. Очень молодые все там были, подростки 20-25 лет. И я. Мне 41 год.

Обычно я обхожу такие компании стороной, откровенно их боюсь. И вообще, если иду по темной улице и вижу толпу взрослых мужиков, то опасаюсь не так сильно, как если бы навстречу шла группа молодежи. Молодежь всегда более жестокая, хотя бы потому, что они не знают, что такое боль.

Но продюсер меня очень попросил поработать на том проекте, потому что ему было 47 лет. Вместе бояться не так страшно.

Весь проект меня не покидало ощущение, что ребята разбили копилку. И скинулись на очень дорогую, но старую и опытную проститутку. (Я работаю ассистентом режиссёра). Режиссер и оператор смотрели на меня издалека и шептались: «Ты иди ее спроси!» - «Нет, сам иди и спрашивай!»

Они подходили оба и типа: «А вот вы можете сделать нам вот так?»
Я говорила: «Ну, могу».
Они: «А вот так?»
Я говорила: «Ну, могу».
И они такие: «Уиии!»

Мы приезжали выбирать объект для съемки рекламного ролика. Режиссер с оператором заходили, терли пальцами подбородок и говорили: «Ну это поздний ренессанс, нам нужен ранний». Я думала: «Не выебывайтесь, это всего лишь кафе». Они говорили: «Нам нужно искать еще». Мы с продюсером отвечали: «Понимаете, клиенту очень нравится этот объект». Они говорили: «Нет, нам надо смотреть дальше».

Я делала сто усилий в день, чтобы не закатывать глаза, иначе бы они сломались, как у советской куклы, и упали внутрь черепа. Продюсер мне иногда писал сообщения: «Измени выражение лица, сейчас очень заметно».
Я представляла, как в это же кафе заходит любой знакомый мне опытный 50-летний режиссер и говорит: «Блять, что за хуйня, зачем вы меня сюда привезли, кто локейшн-менеджер, кто этот хуесос?» Мы бы сказали: «Понимаешь, клиенту очень нравится этот объект». Режиссер бы ответил: «Ну да, я и говорю, что объект отличный, больше не надо никуда ехать и смотреть». А оператор бы вообще ничего не ответил, потому что его бы не было на этой встрече. Взрослые операторы почти не ездят уже. Они присылают своих бригадиров по свету. Те стоят с такими красными напитыми лицами и говорят: «Все понятно, сделаем».

Недавно продюсер Дима, который работает уже много-много лет, начал обзванивать список группы, который дал ему молодой режиссер. Ни одного имени продюсер Дима из этого списка не знал. Он набрал номер одной девушки (художницы по костюмам) и предложил ей проект. На что девушка ответила, что она уже давно ушла из профессии. Продюсер Дима, который работает много-много лет, схватился за голову. Когда ты успела в нее войти, чтобы уже выйти?

Один раз я работала с художницей по гриму, которую звали Лесли. На самом деле, она была Лизой, но просила называть ее Лесли. Мне казалось, что я все время зову овчарку. "Лесли, Лесли, надо поправить грим". Еще у нас в группе было много таких имен, сейчас модно среди молодежи. Я себя чувствовала какой-то крестьянкой среди этого. Они друг другу: "Ирэн! Гала! Мика!" И тут я, какая-то старорежимная Алеся, стою в простом платье посреди поля, ем сырую картошку.

Короче, мы ездили в сто разных кафе и искали ранний ренессанс.

Я терпела каждый свой шаг, физически сложно было переставлять ноги. Я не хотела просто даже идти. Не могла говорить, выдавливала слова, как из пустого тюбика зубной пасты. Я была крайне вежлива, как никогда вообще! Постоянно получала сообщения от продюсера про свое лицо. И вздыхала, как больная корова. Потом режиссер и оператор захотели кофе. Они не так сказали, они сказали: «Нам нужен кофи поинт». У продюсера со звоном упали глаза в череп, как велосипедные звонки от детского «Лёвушки». Потому что любой опытный взрослый режиссер сказал бы: «Ебануть бы кофейку!» Или: "Где мой кофе, пидарасы?!" Режиссёры умеют найти слова, которые тебя одновременно парализуют, но и заставляют бежать.

Мы припарковались около кофейни. Режиссер и оператор сказали: «Нам био разлагаемое безлгютеновое эко-кофе на ромашковом протеине с лавандовой пенкой и безлактозной карамелью».

Я на это все смотрела, смотрела, говорю им: «Секундочку!»

Зашла за угол, а там супермаркет. Я им почти кричала в лицо: «У вас есть большие стаканы бумажные?! СРОЧНО!!! Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ!!!» Они говорят: «Есть!» Я прямо на кассе вырывала пробку из просекко и налила себе четверную порцию в огромный кофейный стакан. С гигантской лактозой и глютеном. Весь магазин так проникся, что они мне даже насыпали льда. Потом я вышла, но тут же вернулась и купила еще такого же кофейку продюсеру.

Оператор с режиссером сразу превратились в очень интересных и смешных людей, мы с продюсером включились в поиск ренессанса, пошел дождь с градом, начался шквальный ветер – то есть даже погода улучшилась.
И вот эти огромные стаканы весь день нас примиряли с тем, что мы уже не молоды. И ещё с тем, что мы никогда больше молодыми не станем.»

***

Именно старой опытной проституткой я и чувствую себя в большинстве случаев.

Клиент только говорит, что хочет открыть кафе, а ты уже знаешь не только где, сколько на это нужно будет потратить и какую прибыль оно может принести (в идеале), но и то, что он будет упорно настаивать на самой оптимистичной посадке и максимальном среднем чеке, что вычеркнет все риски и заплатит за ремонт в полтора раза больше, потому что нужно, "чтобы смотрелось".

И что всех своих денег нет, но половину дает партнер, который ему полностью доверяет и не будет ни во что вмешиваться - и что конечно же он будет.

И что первым администратором будет племянница, и чем все это закончится.

К концу первой фразы ты уже можешь с точностью до трех месяцев предсказать дату первого банкротства - а с момента вашей встречи не прошло и минуты.

И ничего, ничего нельзя с этим сделать, это знание невозможно передать, хоть вывернись наизнанку. Примерно к 18 годам человек уже уверен, что он сам знает все на свете, и ему нужны лишь технические исполнители.

- У нас уникальный проект, вы такого никогда не видели!

- Предоплата 50%, будет готово через неделю.

36

Почему холодильники КВАДРАТНЫЕ, а кастрюли и тарелки круглые? И в итоге у тебя ничего нормально не влезает в холодильник при том, что между тарелками остаeтся куча пустого бесполезного места. ******. В круглых холодильниках та же ботва...

37

Было это году в 83. Республика Коми, летняя экспедиция. Живем в деревне без электричества, но это к делу не относится. В соседней деревне километрах в восьми живет специалист по медведям, к которому мы периодически ходим на чай. Между нашими деревнями притулилась еще одна с погостом. Церковь заброшена, но можно зайти внутрь. Что мы и сделали на обратном пути от Ник Ника. Внутри церкви - хлам. Некоторые стекла разбиты. Моя подруга, с которой мы тогда были, обладала (да и сейчас продолжает обладать) практически профессиональным оперным голосом. Встав посередине пустого церковного зала, она запела традиционное "Аве, Мария". Как красиво и торжественно звучал в стенах церкви ее голос! Я завороженно слушала. Голос набирал силу и, казалось, он парил самостоятельно где-то там, под самым куполом. Я отвернулась от поющей подруги и стала рассматривать полуистлевшие росписи на стенах. Казалось, что поют эти самые израненные стены...
Я прошла в другое помещение, то, которое было ближе к двери, мне хотелось проверить силу звука.
Как вдруг в окошке, том самом, без половинки стекла, я увидела искаженное от страха лицо пожилой женщины. Лицо было так выразительно, что и я вздрогнула и отступила в глубину. Женщина заметила меня не сразу, она продолжала вглядываться в полумрак церковного помещения, будто силясь разглядеть в нем что-то, что ее так напугало. Наконец она увидела меня и закричала. Я спешно вышла на улицу, за мной вышла и моя подруга. У стены церкви мы увидели испуганную старушку, которая сжимала в руке веревку. К веревке была привязана коза, которая достаточно равнодушно щипала травку.
Ну а теперь ситуация глазами жительницы деревни: каждый день она шла за своей козой, которая была привязана на лужайке недалеко от церкви. Каждый день она возвращалась с козой мимо церкви, огибая ее вдоль стен. И этот день был не исключением... Только в этот день она услышала сильное, торжественное пение ангела, доносившееся из глубины храма...

38

Ненавижу тараканов, боюсь ужасно, брезгую, презираю этих мерзких паразитов, при каждом удобном случае претендующих нелегально пробраться в вашу квартиру и беспардонно прописаться на ваших же квадратных метрах. И ведь фиг потом от них избавишься, особенно когда сосед по этажу активно и очень успешно их разводит. И ладно бы ещё разводил на продажу на корм разным птицам или рептилиям, или кто там ими питается...но нет! - он их для души разводит, ерш твою медь.

Бестараканно мы прожили в нашем доме почти 20 лет, потом старенькая соседка из ныне тараканной квартиры совсем слегла, и к ней перебрался сын - пипец какой алкозависимый. Трезвым я его ни разу не видела. И все же нужно отдать ему должное: в прошлом явно умный, интеллигентный и хорошо воспитанный человек, он до самого конца жил со своей лежачей мамой, ухаживал за ней, хотя и свои предосудительные интересы при этом ежедневно соблюдал, ну и, вероятно, от скуки или по доброте душевной, отараканил, на хрен, всю ее квартиру, а заодно и полподъезда. Вот только поздно я об этом узнала.

Не буду подробно описывать первый опыт обнаружения в своей квартире нежданного рыжего, а потом и чёрного перебежчика, а также весь спектр эмоций, который я испытала, однажды с ужасом осознав, что набеги не случайны, и несмотря на инсектициды, будут продолжаться до тех пор, пока проблему в своем тараканнике не решит сосед. Хорошо ещё, что тараканам к нам с лестничной клетки через тамбурную дверь сначала в тамбур пробиваться приходится, где мы их наловчились грохать на подступах к заветным рубежам, иначе...хм... почему-то вспомнились пограничные терки Беларуси по поводу беженцев...))). В общем, стала я искать с сиим нерадивым владельцем питомника встречи, но застать его дома оказалось сложно. Надежды на трезвость мышления и адекватность реакции алкопрофессионала было мало, честно, тем более, что познакомиться с ним в ранний дотараканий период никакого желания не возникало, но проблему-то нужно как-то решать.

И вот вчера вечером я пошла к мусоропроводу выносить мусор... ну, как пошла - короткими перебежками: быстро захлопывая за собой сначала дверь квартиры, потом тамбура, - стремительно скакнув как можно дальше через порожек и бросив настороженный взгляд на свой верхний дверной косяк, инстинктивно вжимая голову в плечи... Просто на косяке периодически тараканы тусят, после того, как сосед дверь в своём тараканнике открывает, чтобы войти или выйти. Однажды с этого косяка таракан на меня, замешкавшуюся у двери, прыгнул - ей-ей не вру - похоже, он апробировал новую тактику прорыва: минуя демаркационную инсектицидную линию, жирно очерченную по всей дверной коробке.

В общем, выпрыгиваю, а навстречу - ставший «любимым» сосед, причём под хорошей «мухой», а поскольку «мухи» у него первосортные всегда, разговор решила на потом не откладывать. И он состоялся... Сложно разговаривать с бухим и абсолютно непонятным для тебя человеком, на ходу меняя, адаптируя и применяя различную, пока что «пряничную» тактику, стараясь затронуть нужные струны души и все же до него достучаться. Полчаса переливания из пустого в порожнее с редкими проблесками надежды на успешный исход переговоров. И наконец - уффф, вроде донесла, вроде пообещал в течение 3 дней начать избавляться от тараканов. Йес! Я это сделала! Правда, тут же снова какую-то хрень понёс...

Спеша поставить точку на достигнутых договоренностях, - пока не передумал -спешно попрощалась и, привычно скакнув в тамбур, захлопнула за собой дверь. Вот не знаю, что сподвигло меня остаться стоять за тамбурной дверью и прислушаться (глазка нет). Вероятно, подсознательно сопоставив ежедневные нормативы шарахающихся по стенам, дверям, полу и потолку лестничной клетки тараканов со временем, в течение которого дверь соседа остаётся открытой, я втайне надеялась, что теперь он непременно заскочит в неё сайгаком и очень этого ждала.

Тем временем ключ в двери соседа несколько раз повернулся, раздался шум распахивающейся настежь тяжёлой металлической двери, потом несколько сжимающих сердце секунд тишины и...до моих ушей донёсся бухой, требовательный и вместе с тем какой-то обреченный голос соседа:
- Ну... выходите...
«Бляааа...» - тотчас выдохнул охреневший - ну, ооочень мягко сказано - внутренний голос. Сайгаком в свою квартиру метнулась я... В эту ночь мне почему-то не спалось. Совсем.

40

Не так давно в обсуждениях возникла тема "с какого возраста ребёнку можно гулять одному". :) У меня со вчерашнего дня ещё довод появился.
Вчера договорилась с одной дамой из другого района города, что зайду к ней по делу. В том районе я бываю крайне редко (раз 10, не больше, за 40 лет), поэтому знаю его очень условно(только основные транспортные пути). А дама ещё оказалась великой конспираторшей - вместо того, чтобы просто сказать адрес (я бы его просто по карте нашла), она сказала название остановки, а потом давала указания по телефону "пройдёте вдоль длинного дома, повернёте налево...". Прошла, повернула - там дороги не было, снежная целина и забор, окружающий двухэтажное неиспользуемое офисное здание. Я достала телефон, чтобы уточнить путь, но тут от этого пустого здания ко мне подбежали четверо детей - парнишка лет десяти, две девчонки лет восьми и совсем мелкий пятилетний мальчик. Они кричали:"Тетя, тетя! Вызовите пожарных! Дом горит!". Я посмотрела на дом - никаких следов дыма. Стала уточнять ситуацию. Дети объяснили, что они играли внутри, а там загорелась проводка. Они пытались вызвать пожарных, но те детей даже не дослушали. Я, если честно, сходу побоялась брать на себя ответственность, но детки были чумазые - и если у девчонок копоть на личиках и одежде была видна не так явно, то у пятилетки и лицо, и одежда были серыми. Да и дым из окна появился - как-то странно, периодами: то идёт, то не идёт. В общем, пожарных я вызвала, стала дожидаться, а тут этот десятилетний герой и говорит мне:"Ну ладно, я пойду вещи достану". Я:"Какие вещи???!!! Горит же!!!". А он:"Да ладно, это только проводка! А у меня там вещей на две тысячи!". Я от этого довода просто опешила. То есть задохнуться в дыму он не боится, а вещей ему жалко! Тут я уже на повышенных тонах объяснила, что если ему станет плохо, то никакие вещи не утешат его родителей. Просто со скандалом отгоняла детей от дымящегося дома. К счастью, тут и пожарные подъехали - у детей новое развлечение появилось, в здание они рваться перестали.
Так вот, к чему это я: этот десятилетний пацан изначально показался мне достаточно разумным. Он вполне серьёзно руководил своей малолетней компанией. Да и родители спокойно отпускали его гулять в одиночестве. Но в то же время он совершенно спокойно пытался войти в задымлённое помещение за некими ценными для него вещами - не учитывая риска надышаться дымом. Так что даже самые разумные и ответственные дети иногда могут отчебучить что-то невообразимое...

41

"Все мы родом из детства"

Наверное, с вероятностью, близкой в вероятности положительного теста на отцовство, каждый из проживших школьные годы в СССР, имел свой роман с пионерией. По моей маленькой пионерской жизни Хрущевско-Брежневские 60-е прошлись весьма замысловатым узором. Небезынтересным, полагаю, большинству читателей. В отличие от моих прежних историй из жизни, здесь не все так мрачно, хотя и без голимого юморного рафинада. Которого не знает природа. И от которого портятся зубы жизни.

Пропаганда хрущевской химизации всей страны как главного средства быстрого наступления коммунизма пронизывала все слои общества, от мала до велика. Лозунги "Коммунизм есть советская власть+электрификация+ химизация всей страны!" красовались по всей стране. Как-то наша классная на последнем уроке объявила нам, юным пионерам, что сегодня после обеда мы будем играть пьесу, посвященную могуществу химии. Главные действующие лица- нефть и газ. Они по ходу пьесы рассказывают, на что они как таковые годятся, и что из них еще можно приготовить. На меня, как на мальчика и хорошего ученика, выпала роль газа. На хорошую ученицу- соответственно нефти. Пьеска небольшая, после прочтения училкой я со своей отменной памятью свою роль уже запомнил. Осмысливая роль, я спросил училку, а как я должен выглядеть, ведь газ же бесцветный? (Я был очень прилежным в учении и ответственно относился к школьным заданиям. Может, отчасти из-за этого я был весьма упитанным мальчиком. Одноклассники порой обзывали жирняком, а старшеклассники, примерно 8-ой класс,- насмешливо-ласково пончиком, и как бы шутя норовили ущипнуть-пощупать. Я все это запоминал, и намеревался с ними рассчитаться, когда подрасту и поднакачаюсь. Железок со свалки натаскал, и первым делом, придя со школы и сняв школьную одежку, поднимал железки, камни. Мама порой боялась, что надорвусь. "Впрочем, это уже другая история."). Училка удивленно ответила, ну как же, когда он горит, он голубой. Вот ты оденься в голубое, а на голову сделай из ватмана голубую корону, крупными зубцами вверх, как голубые язычки пламени. А ты, нефть, оденься во все черное. (Волосы у девочки от природы были черные и кожа смуглая, как обычно в том регионе).
Успешно справившись с подготовкой, я задался вопросом, а как быть с красным пионерским галстуком, не заругают ли, что в школу без него пришел? Но он же не голубого цвета? Подумав-подумав, я решил, что галстук будет красными язычками пламени, ведь и такие у газа тоже бывают.
Играем на сцене почти пустого актового зала школы, мало кто из одноклассников пришел посмотреть. В зал заглядывает один из 8-классников, развязный раздолбай, из пощипывающих меня. Скользнув взглядом по залу с хулиганистой улыбкой, он вдруг удивленно и внимательно начинает разлядывать меня с ног до головы. Лицо его начинает расползаться теперь в как бы игриво-хулиганской улыбке. Подходят к нему еще два таких же "залихватских" другана, как бы школьных мажоров. Он им что-то-говорит, они ему, мне не слышно, но по выражению их лиц догадываюсь, что что-то типа "А пончик-то наш оказывается голубой!". С ощущением, что я сам залажу в петлю, самим сделанную, доигрываю как прилежный ученик до конца.(Когда пишу эти строки, вспоминается фраза, видать рожденная хрущевской химизацией и "химиками" (расконвоированными на многочисленных стройках большой химии тех времен): "Химия, химия, вся залупа синяя!").

Какого-либо последующего усиления этих "квазисексуальных" домогательств я не припоминаю. Возможно, "дедов" не на шутку отпугнули далее произошедшие события. В апреле, ко дню рождения Ленина классная вновь объявила, что мы будем играть пьесу, на этот раз о встрече Ленина и с простым крестьянином вблизи глухой деревушки, после охоты ("Человек с ружьем", по-моему). На этот раз на более серьезном уровне,- на торжественном собрании в районном доме культуры, на смотре разных классов. Училка дает вводную типа: "Роль Ленина мы можем доверить только ученику, который так же хорошо и прилежно учится, как Ленин. (Им оказался я.). Крестьянина должен играть только твердый хорошист, потому как союзник рабочему классу.". И указала на недавно появившегося в классе худенького, но очень дисциплинированного и очень прилежного русского мальчика. Он даже черные нарукавники на руках носил, был очень воспитанный, никогда не озорничал. Но все делал замедленно, говорил даже замедленно, но с прекрасной дикцией. Мне кажется, речь давалась ему с трудом. Когда через неск. лет услышал анекдоты про дистрофиков, в большинстве из них я легко представлял этого мальчика. Назову его Кре, как игравшего крестьянина. Ядро пьесы: Ленин с ружьем и с одной подстреленной птичкой и сумкой с харчом встречается с крестьянином. В ходе завязавшегося разговора, перешедшего в совместный перекус водой с хлебом, крестьянин интересуется у городского по виду охотника, доводилось ли ему видеть Ленина. Ленин отвечает, что да.
-А правду говорят, что Ленин за один присест семь караваев съедает?- спрашивает крестьянин.
-Да враки все это,- добродушно посмеиваясь, ответствует Ильич.
Училка волновалась, она вообще была молодая стройная симпатичная училка, но беспокойная. Отрепетировали в классе после уроков на зубок. Хлеб и ружье только мысленно изображали.
На генеральной репетиции училка наказала, чтобы и я и Кре принесли по ломтю посоленного именно серого хлеба, одного и того же заданного размера, чтобы не дай бог не получилось, что большевики крестьянство эксплуатируют. И еще одному ученику поручила выстрогать деревянный муляж ружья. Зал ДК, человек 100 с небольшим. Набит полностью взрослыми, худсамодеятельность заменяла населению телевизор, народ смотрел всегда с большим интересом, тем более что шли выступления коллективов из разных классов, целая лениниана. Зал в полусумраке, сцена освещена. Наша беспокойная училка удостоверяется в соизмеримости крестьянских и ленинских хлебов, но когда смотрит на принесенный муляж ружья, на ее красивом лице появляется отчаяние, а из теплых карих глаз, казалось, вот-вот брызнут слезы. Дедушка ученика рубанул неск. раз по грубо пиленой тарной доске и полил черной гуашью. Которая, словно темная морилка, оттенила грубый рельеф пилежки, неубранные зарубки от топора и неотрубленую рассщеперивщуюся щепу. ("Шеф, усе пропало!..."). И это ружье Ленина? Я тогда предлагаю сбегать домой за воздушкой. Училка, прикинув, когда дойдет наша очередь, и переспросив, успею ли я точно обернуться, отпускает меня. Запыхавшись, забегаю домой, в ноздри ударяют изумительные запахи свежеприготовленого обеда на кухне. Игнорируя призывы бабушки поесть, с воздушкой бегу назад. Успеваю! Но запахи обеда, свежий морозный воздух и пробежка сделали свое дело, я стал испутывать сильный голод. И я уже с нетерпением стал ждать нашего череда, чтобы хоть хлебом перекусить во время игры. Доходим до совместной трапезы. Я махом заглотил свой хлеб, а Кре крошку отщипнул, и дальше не ест. Играет, сидя на пне лицом к залу. Я стою рядом, правым боком к залу. И тут я решаю, раз он так медленно говорит, я успею за время его репризы незаметно взять и съесть его хлеб. Закончив свою репризу, я доворачиваюсь полуспиной к залу, и закрывая собой хлеб Кре, беру и начинаю его быстро-быстро жевать. А Кре в это время тянет: "А...правда,... что Ленин...за один...присест...семь...". Примерно здесь я с ужасом осознаю, что не успеваю съесть весь хлеб во рту! Распихиваю судорожно весь хлеб за щеки как хомяк, и опять становлюсь правым боком к полусумрачному залу. И после его репризы, пытаясь изобразить шутливое посмеивание, произношу: "Да враки все это!". И вдруг в полной тишине правым глазом периферически замечаю, что вроде как воздух в зале медленными волнами ходит. Ничего не понимаю! Осторожно поворачиваюсь в зал и вижу: Все сидят с очень серьезными сосредоточенными лицами, с широко открытыми глазами и плотно сжатыми губами, и всех будто бьет током (Такое я видел, когда незаметно приставляли кому-нибудь провод от магнето, которое чуть крутили). Но я ж никогда не видел проводки на сиденьях, когда ходил туда в кино! И все молчат!
После спектакля я спросил училку, а что это было? Молчит. Я еще раз. После паузы она говорит: " Ну как ты не понимаешь, ты говоришь, что враки все это, о том, что Ленин за один присест семь караваев съедает, а сам при этом воруешь хлеб у крестьянина и запихиваешь тут же себе в рот!"
Меня бросило в жар и снова как бы на сцене возникла виселица с петлей, в которую я сам просунул голову... "Чудовищное искажение святого образа вождя!" Отца в тюрьму, меня в спецшколу, у мамы сердце не выдержит...Примерно такие мысли проносились в моей пионерской голове.
К счастью и удивлению, никаких репрессий не последовало.(Хотя семья моего отца ощутимо пострадала во времена большой репрессии, а дядя его был расстрелян, могли, наверное, в принципе попытаться кадило рецидива раздуть). Может, это был один из концов хрущевской оттепели? Но какой страх у всех без исключения взрослых в зале возник! Ни единого звука! Все тряслись от смеха молча, сильно сжимая рты и выпучив глаза! Самые зады зала тонули в темноте, но примерно 2/3 глубины зала я видел. Тишина была как во всем зале, так и на сцене.
И может быть, волшебная сила моего сценического искусства, народной молвою дошедшая до "дедов", так преобразила их души, что они со щипками больше до меня не домогались. Да и я стал вытягиваться.
Продолжение истории, чувствую, выпирает за формат, на сегодня заканчиваю.

П.С. Прикрыв глаза, представляю себе ковер-самолет, на котором я , "пионар" Болтабай, и старик Хоттабыч (Из волшебного фильма моего детства "Старик Хоттабыч"), не спеша путешествуем по небу, напевая песенку со словами "Поздно мы с тобой поняли, что вдвоем вдвойне веселей, даже проплывать по небу, а не то, что жить на земле...". И муэдзин с минарета, пристроенного к ДК, ставшим мечетью сейчас, узнав нас, приветливо машет нам. И нам сверху, как и во времена моей пионерии, никаких границ не видно...
Временами в воздухе вокруг нас возникают завихрения, в которых крутятся какие-то бумажки. Это дурилки картонные, уносимые ветром на поганые болота в страну Оболванию.
Но мы летим другим путем. Не надо оваций. Милости просим к нашему ковру. Сотканному из человеколюбия.

42

Объявился однокурсник, с которым не было связи лет 20, если не больше. Набрел в интернете на мои байки и догадался, что я – это я. Выбрали с ним время, чтобы поностальгировать, устроили видеоконференцию с бутылочкой по каждую сторону монитора.
– Как сам-то? – спрашиваю. – Как дети, как Оленька?

Оленька – это Володина жена, тоже с нами училась. У них была такая любовь на старших курсах – стены тряслись. В буквальном смысле тряслись, соседи по общежитию свидетели.

– Сам в порядке. Дети молодцы, внуков уже трое, четвертый запланирован. А Оленька умерла.
– Ой, извини пожалуйста, не знал.
– Ничего, это в целом позитивная история. Жили долго и счастливо и всё такое. Она когда заболела, сын еще в девятом классе учился, дочка в шестом. Они у нас поздние, мы сначала купили квартиру, а потом их завели. Проверялась всегда как по часам, маммограммы, анализы и всё, что положено. Оля вообще очень организованная. Вела дневник всю жизнь напролет, начиная класса с восьмого. От руки, в таких толстых тетрадях с пружинами. Закупила этих тетрадей штук 100 или 200 и каждый день что-то записывала. Ну, не каждый, но раз в неделю точно.

Ну вот, проверялась-проверялась и вдруг – опаньки, сразу третья стадия. Сделали МРТ – там еще и метастазы, то есть четвертая. Операцию делать бессмысленно, прощайтесь. Мы, конечно, туда-сюда, в этот диспансер, в тот, в Германию, в Израиль. В Израиле такой русский доктор, говорит: «Вылечить я ее не могу, поздно, но продлить жизнь попробую. Хотите?». Как в гостинице с почасовой оплатой: «Продлевать будете?» – «Будем» – «На сколько?» – «На все!».

Есть, говорит доктор, протокол химиотерапии, совершенно новый, только-только прошел испытания. Капельница адского яда раз в три недели. По цене, конечно, как Крымский мост. Сколько времени делать? А всю оставшуюся жизнь, сколько организм выдержит. Выдерживают кто год, кто два, больше четырех пока не получалось. Химия всё-таки, не витаминки.

Подписались мы на эту химию. Позже оказалось, что в Москве ее тоже делают, и даже бесплатно, по ОМС. Надо только найти правильного врача и уговорить. Но действительно совсем не витаминки. Понятно, почему люди долго не выдерживают. В сам день капельницы самочувствие нормальное. На второй день плохо. А с третьего по седьмой – только бы умереть поскорее. Тошнит аж наизнанку выворачивает, болят все органы и даже кости, вдохнуть невозможно, ломит все суставы, все слизистые воспалены и кровоточат, ни сесть, ни лечь, ни поесть, ни попить, ни наоборот. А потом две недели вроде ничего, до следующей капельницы.

И вот в таком режиме она прожила не год, не два, даже не четыре, а почти одиннадцать. На ней три диссертации написали, врачи приезжали посмотреть из других городов – уникальный случай. Плакала, что не увидит, как Юрка школу закончит, а он успел институт кончить, жениться и двух детей завести. И Юлька кончила институт и вышла замуж еще при маме. Мы с Оленькой полмира объездили, на всех театральных премьерах были и всех гастролях. Раньше-то всё откладывали, копили то на ремонт, то на будущие машины-квартиры детям, а тут мне стало плевать на деньги. Есть они, нет их – я мужик, заработаю. Хочешь в Париж – поехали в Париж. Надо только подгадать, чтобы улететь на восьмой-девятый день после капельницы, а вернуться к следующей. И маршрут выбирать без физической нагрузки. На Килиманджаро нам было уже не подняться, но на сафари в Кению съездили. Там нормально, машина везет, жирафы сами в окно лезут.

– Володя, – спрашиваю, – как ты думаешь, почему Оля так долго продержалась, а другие не могли? У других ведь тоже дети, всем хочется побыть с ними подольше. Просто повезло или что?
– Повезло, конечно. Плюс правильный образ жизни, был хороший задел здоровья до начала химии. Но главное – это ее дневник. Она же ответственная, любое мелкое дело надо довести до конца. Когда начались химии, в очередной тетради оставалась где-то четверть пустых страниц. И когда она плакалась, что больше не может, от следующей химии откажется, что лучше умереть, чем так мучиться, я уговаривал: «Вот допиши эту тетрадь до конца, и тогда я тебя отпущу, умирай на здоровье». А тетрадь всё не заканчивалась и не заканчивалась, так и оставалась исписанной на три четверти.
– Как это?
– Помнишь, был такой рассказ «Последний лист»? Там девушка решила, что умрет, когда упадет последний лист плюща за окном. А он всё не падал, и она тоже держалась и в конце концов выздоровела. А потом узнала, что этот последний лист не настоящий, его художник нарисовал на стене.
– Помню, мы этот рассказ проходили в школе по английскому.
– Мы тоже. Ну вот, я решил: чем я хуже того художника? Устрою ей тоже последний лист. Стал потихоньку вставлять чистые листы в конец тетради. А исписанные из середины вынимал, чтобы тетрадь не казалась слишком толстой и всегда было три четверти исписанного, четверть пустого. Она постепенно догадалась, что тут что-то нечисто, но не стала ничего выяснять. Восприняла это как маленькое чудо. Так и писала эту последнюю четверть тетради одиннадцать лет.

– Володь, слушай… Я ж типа писатель. Мне очень интересно, что люди чувствуют, когда смерть так близко. Что там было, в этой тетради?
– На эту тему ничего. Если читать, вообще не догадаешься, что она болела. Писала про Париж, про жирафов. Что у Юльки пятерка, а Юрка, кажется, поссорился с девушкой. И какой-нибудь рецепт супа из брокколи.
– Можно я эту историю выложу в интернете?
– Валяй.
– Только, понимаешь, люди сейчас не любят негатива. Хотят, чтобы все истории хорошо заканчивались. Давай я не буду писать, что она умерла? Как будто мы с тобой разговаривали не сейчас, а когда Оля была еще жива. Закончу на том, что ей исполнилось 57, а что 58 уже никогда не исполнится, умолчу.
– А какая разница? Что, если не писать, что она умерла, люди будут думать, что она бессмертна? Читатели не дураки, поймут, что это всё равно история со счастливым концом.
– Не понимаешь ты, Володь, принципов сетевой литературы. Но дело твое, напишу как есть.

Вот, написал. Посвящаю этот рассказ светлой памяти О.А.Ерёминой.

43

я - русский
и делать не стану
кому-то и что-то назло
себя обзывая "шаманом"
истошно кричать: "повезло!"

я - русский
но это не значит
что ради пустого словца
я стану повсюду судачить
что "буду идти до конца"

поверьте, герои - другие
которые точно идут
они прославляют Россию
но молча работу ведут

и хайп им дешёвый не нужен
и отзвуки славы пустой...

мы русские правде лишь служим
наш голос спокойный простой

44

Еще только середина ноября, а в США уже вовсю продают рождественские украшения, появилась и иллюминация на улицах. Мне тоже не терпится поскорее закончить этот проклятый год, так что не буду ждать декабря и расскажу о рождественском чуде уже сейчас.

Моему сыну было лет 14-15. Он жил с мамой в Нью-Йорке и приехал на зимние каникулы ко мне в Чикаго. Чтобы не было скучно, захватил одноклассника и лучшего друга Митчела. Родители Митча охотно его отпустили и даже прислали мне каких-то денег в компенсацию расходов.

На Рождество и два дня после я снял гостиницу в живописном городке километрах в трехстах от Чикаго. Думал, что будем ходить на лыжах, любоваться красотами, играть в снежки, но помешал мороз. По нашим меркам небольшой – градусов 25, но для американцев всё, что ниже нуля по Фаренгейту, проходит по разряду стихийного бедствия. Так что по улице мы перемещались короткими перебежками, а отдыхали по большей части в гостиничном бассейне и в номере. Научили Митча играть в дурака и отлично провели время. Но это всё предисловие, а история, которую я хочу рассказать, произошла, когда мы в эту гостиницу ехали.

С утра мы прокатились по Чикаго – теми же короткими перебежками от машины до достопримечательности. Последним пунктом посмотрели праздничную иллюминацию в зоопарке и тронулись в путь. Было не поздно, часов 5-6, но уже стемнело. Я, видимо, слишком давно живу в США, потому что не покормил детей перед дорогой и не взял никакой еды с собой. Рассчитывал поесть по пути в одном из ресторанов, которых вдоль трассы полным-полно.

Похоже, я всё же недостаточно долго живу в США. Я не учел, что это был Christmas Eve – предрождественский вечер, и работники всех придорожных ресторанов давно сидели дома у каминов и смотрели кино про Гринча. Было закрыто абсолютно всё, даже Макдональдсы и 7/11 на заправках. Мы ехали от одной тёмной плазы к другой, и наши надежды нормально поесть таяли с каждым километром.

Вы не представляете, что такое два голодных пятнадцатилетки. Это значительно хуже, чем пятнадцать голодных двухлеток. Нет, они не плакали и не жаловались, но по каждому движению, жесту и взгляду было очевидно, как глубоко они страдают. Мы пытались слушать музыку, но слова всех песен напоминали о еде, даже it воспринималось как eat. Пытались играть в слова, но все слова придумывались на одну тему и произносились с одинаковым вожделением: о, пицца! – о, апельсин! – о, начос!

Оставалась последняя плаза на въезде в тот городок, где находилась гостиница. В нормальное время на ней наперебой сверкали огнями Burger King, Taco Bell, Panda Express и еще десяток заведений на любой вкус и кошелек. Сейчас она была темна и пуста. Я уже смирился с мыслью, что придется ехать голодными до гостиницы и там кормить детей богомерзкими сникерсами из автомата (еще принимает ли тамошний автомат кредитки, а то на этих троглодитов никакой мелочи не хватит), как вдруг заметил свет в дальнем конце плазы.

Мы подъехали. Вывеска не горела, но окна ресторана светились, на парковке стояло множество машин. Внутри нас встретили заполненные людьми столики, громкая музыка и толпы народа, танцующего и просто снующего туда-сюда. Мне бросилось в глаза разнообразие рас и оттенков. Здесь были белые, черные, арабы, мексиканцы, китайцы, индусы – словом, все ингредиенты американского плавильного котла кроме разве что индейцев, и то какие-то перья мелькали в глубине зала.

Кассира или хостес на входе не наблюдалось. Я поймал за локоть какую-то девушку и спросил, работает ли ресторан.
– Нет, сэр, – ответила она. – У нас мероприятие.
Но я и сам уже заметил огромный плакат «С праздником, дорогие работники ресторанного бизнеса Городка-на-Отшибе! Счастливого Рождества, Хануки и Кванзы!». Мы попали на корпоратив местных официантов и поваров.
– Может быть, вы продадите нам хотя бы что-нибудь, – взмолился я. – У меня дети голодные.
Девушка посмотрела мне за спину. За каждым моим плечом возвышалось по деточке шести футов ростом. Они смотрели на нее голодными глазами, облизывались и требовательно цыкали зубом.

Сердце девушки не выдержало. Она выцепила из толпы пожилого китайца в золотых очках – видимо, главного в этой тусовке, пошепталась с ним и сказала:
– Ну ладно. У нас тут был конкурс поваров, может быть, что-то осталось. Можете доесть что там найдете, денег не надо.
И провела нас сквозь веселящийся зал в пустое помещение кухни. Принесла нам по стакану воды и оставила наедине с долгожданной пищей.

Про «что-то осталось» – это она так пошутила. Там было, наверное, сто... нет, это мне показалось, но не меньше тридцати лотков, поддонов и подносов с американскими, итальянскими, мексиканскими, греческими, китайскими, индийскими и бог весть какими еще кушаньями. Все национальные кухни Городка-на-Отшибе представили лучшее, чем могли похвастаться. Некоторые поддоны были опустошены на 3/4, другие наполовину, третьи едва тронуты, но даже самого пустого хватило бы, чтобы накормить нас троих от пуза.

Я положил на тарелку несколько кусочков первого попавшегося – это был orange chicken, китайская курица в апельсиновом соусе, попробовал... и понял, что все orange chicken, съеденные мною за предыдущую жизнь, были просто кусками подметки, пожаренными в машинном масле. Стал лихорадочно пробовать другие блюда... Что сказать? Я не дурак вкусно поесть, едал в неплохих ресторанах, бывало даже в мишленовских, но в гастрономический рай попал впервые. Любой мишленовский шеф ничто по сравнению с поваром, который хочет выпендриться перед другими поварами. Шедеврами было абсолютно всё. Я взял по ложечке каждого блюда, потом по 2-3 ложки наиболее понравившихся, потом, уже едва дыша, не удержался и запихнул в себя по дополнительной порции мусаки и какой-то разновидности плова. Мальчишки налегали в основном на привычные бургеры и пасту, но эти бургеры и паста имели мало общего с теми, что подают в американском общепите обычно. Я пробовал.

Через полчаса мы сидели на стульях наевшиеся как никогда в жизни, пыхтели и отдувались. Там был еще десерт, сто видов разнообразно украшенных рождественских печений и пирожных, но сил на них не осталось. Пришла давешняя девушка, молча насыпала нам этих печений в большой бумажный пакет и повела к выходу. Проходя через зал, я отобрал у ведущего микрофон и объявил:
– Спасибо вам всем, это был лучший рождественский ужин в нашей жизни!
Мне зааплодировали.

Не знаю, связано это с тем вечером или нет, но Митч влюбился в Чикаго и теперь учится тут в университете. На программиста, не на повара.

45

Три лягушки упали в ведро с самогоном. Одна сказала, мне пистетс и утонула. Вторая пыталась сбить сметану, но у неё не получилось. Третья пила-пила, пила-пила, пила-пила... И наконец с трудом вывалилась из пустого ведра.

46

Подруга-врач репост сделала с какого-то источника.
Не мог пройти мимо и сюда на память не закинуть, потому что тут такого не припомню...

Исповедь реаниматолога.

"Я реаниматолог. А если быть более точным, то peaниматолог­-анестезиолог. Вы спросите, что предпочтительней? Я вам отвечу: хрен редьки не слаще. Одно дежурство ты реаниматолог, другое ­ анестезиолог, но суть одна ­ борьба со смертью. Её, проклятую, мы научились чувствовать всем своим нутром. А если говорить научным языком, то биополем. Не верьте, что она седая и с косой в руках. Она бывает молодая и красивая, хитрая, льстивая и подлая. Расслабит, обнадёжит и обманет. Я два десятка лет отдал реанимации, и я устал...

Я устал от постоянного напряжения, от этого пограничного состояния между жизнью и смертью, от стонов больных и плача их родственников. Я устал, в конце концов, от самого себя. От собственной совести, которая отравляет моё существование и не даёт спокойно жить после каждого летального исхода. Каждая смерть чеканит в мозгу вопрос: а всё ли ты сделал? Ты был в этот момент, когда душа металась между небом и землёй, и ты её не задержал среди живых. Ты ошибся, врач.

Я ненавижу тебя, проклятый внутренний голос. Это ты не даёшь расслабиться ни днём, ни ночью. Это ты держишь меня в постоянном напряжении и мучаешь постоянными сомнениями. Это ты заставляешь меня после суточного дежурства выгребать дома на пол все медицинские учебники и искать, искать, искать... ту спасительную ниточку, за которую ухватится слабая надежда. Нашёл, можно попробовать вот эту методику. Звоню в отделение, ­ как там больной?

Каким оптимистом надо быть, чтобы не сойти с ума от всего этого. Оптимизм в реанимации ­ вам это нравится? Два абсолютно несовместимых понятия. От стрессов спасается кто как может, у каждого свой «сдвиг». Принимается любой вариант: бежать в тайгу в одиночестве, чеканить по металлу, рисовать картины маслом, горнолыжный спорт, рыбалка, охота, туризм... Мы спасаем людей, а увлечения спасают нас.

Спасать... Мы затёрли это слово почти до пустого звука. А ведь каждый раз за ним стоит чья­-то трагедия, чья­-то судьба. Спросите любого реаниматолога ­, сколько человек он спас? Ни за что не ответит. Невозможно сосчитать всех, кому ты помог в критический момент. Наркоз дал ­ и человек тебе обязан жизнью.

Почему-­то больные анестезиолога врачом вообще не считают. Обидно, ей богу. Звонят и спрашивают: а кто оперировал? И никогда не спросят, кто давал наркоз, кто отвечал за жизнь больного во время операции? Мы посчитали: пять тысяч наркозов в год даёт анестезиолог. Пять тысяч стрессов ­ только от наркозов! Ведь каждый раз ты берёшь на себя ответственность за чужую жизнь: ты, анестезиолог, отключаешь у больного сознание, и тем самым лишаешь его возможности самому дышать, а значит, жить.

Больше всего мы боимся осложнений. У нас говорят так: не бывает маленьких наркозов, бывают большие осложнения после них. Иногда риск анестезии превышает риск самой операции. Может быть всё, что угодно: рвота, аллергический шок, остановка дыхания. Сколько было случаев, когда пациенты умирали под наркозом прямо на операционном столе. Перед каждой операцией идёшь и молишь Бога, чтоб не было сюрпризов.

Сюрпризов мы особенно боимся. Суеверные все стали... насчёт больных. Идёшь и причитаешь: только не медработник, не рыжий, не блатной, не родственник и не работник НПО ПМ. От этих почему­то всегда неприятности. Чуть какие подозрения на «сюрприз» возникают, трижды сплевываем и стучим по дереву.

Нас в отделении 11 врачей, и у всех одни и те же болячки: ишемическая болезнь сердца, нарушение сердечного ритма и... радикулит. Да, да, профессиональная болезнь ­ радикулит. Тысяча тяжелобольных проходит через наше отделение за год, и каждого надо поднять, переложить, перевезти... Сердце барахлит у каждого второго из нас ­ как только эмоциональное напряжение, так чувствуешь, как оно в груди переворачивается.

Говорят, американцы подсчитали, что средняя продолжительность жизни реаниматолога ­ 46 лет. И в той же Америке этой специальности врачи посвящают не более 10 лет, считая её самым вредным производством. Слишком много стресс­факторов. Из нашего отделения мы потеряли уже двоих. Им было 46 и 48. Здоровые мужики, про таких говорят «обухом не перешибёшь», а сердце не выдержало...

Где тут выдержишь, когда на твоих глазах смерть уносит чью­-то жизнь. Полгода стоял перед глазами истекающий кровью молодой парень, раненый шашлычной шампурой в подключичную артерию. Всё повторял: «спасите меня, спасите меня». Он был в сознании и «ушёл» прямо у нас на глазах.

Никогда не забуду другой случай. Мужчина­-инфарктник пошёл на поправку, уже готовили к переводу в профильное отделение. Лежит, разговаривает со мной, и вдруг зрачки затуманились, судороги и мгновенная смерть. Прямо на глазах. Меня поймёт тот, кто такое испытал хоть раз. Это чувство трудно передать: жалость, отчаяние, обида и злость. Обида на него, что подвёл врача, обманул его надежды. Так и хочется закричать: неблагодарный! И злость на самого себя. На своё бессилие перед смертью, за то, что ей удалось тебя провести. Тогда я, помню, плакал. Пытался весь вечер дома заглушить водкой этот невыносимый душевный стон. Не помогло. Я понимаю, мы ­ не Боги, мы ­ просто врачи.

Сколько нам, реаниматологам, приходилось наблюдать клиническую смерть и возвращать людей к жизни? Уже с того света. Вы думаете, мы верим в параллельные миры и потусторонний мир? Ничего подобного. Мы практики, и нам преподавали атеизм. Для нас не существует ни ада, ни рая. Мы расспрашиваем об ощущениях у всех, кто пережил клиническую смерть: никто ТАМ не видел ничего. В глазах, говорят, потемнело, в ушах зазвенело, а дальше не помню.

Зато мы верим в судьбу. Иначе как объяснить, что выживает тот, кто по всем канонам не должен был выкарабкаться, и умирает другой, кому медицина пророчила жизнь? Голову, одному парню из Додоново, топором перерубили, чуть пониже глаз ­ зашили ­ и ничего. Женщину доставили с автодорожной травмой ­ перевернулся автобус, переломано у неё всё, что только можно, тяжелейшая черепно­мозговая травма, было ощущение, что у неё одна половина лица отделилась от другой. Все были уверены, что она не выживет. А она взяла и обманула смерть. Встречаю её в городе, узнаю: тональным кремом заретуширован шрам на лице, еле заметен ­ красивая, здоровая женщина. Был случай, ребёнка лошадь ударила копытом ­ пробила череп насквозь. По всем раскладам не должен был жить. Выжил. Одного молодого человека трижды (!) привозили с ранением в сердце, и трижды он выкарабкивался. Вот и не верьте в судьбу. Другой выдавил прыщ на лице (было и такое!) ­ сепсис и летальный исход. Подобная нелепая смерть ­ женщина поранила ногу, дело было в огороде, не то просто натерла, не то поцарапала ­ заражение крови, и не спасли.

Хотя, где-­то в глубине души, мы в Бога верим. И если всё­ таки существуют ад и рай, мы честно признаёмся: мы будем гореть. За наши ошибки и за людские смерти. Есть такая черная шутка у медиков: чем опытнее врач, тем больше за его спиной кладбище. Но за одну смерть, которую не удалось предотвратить, мы реабилитируемся перед собственной совестью и перед Богом десятками спасённых жизней. За каждого боремся до последнего. Никогда не забуду, как спасали от смерти молодую женщину с кровотечением после кесарева. Ей перелили 25 литров крови и три ведра плазмы!

Мы перестали бояться смерти, слишком часто стоим с ней рядом - в реанимации умирает каждый десятый. Страшит только длительная, мучительная болезнь. Не дай Бог, быть кому­-то в тягость. Таких больных мы видели сотни. Я знаю, что такое сломать позвоночник, когда работает только мозг, а всё остальное недвижимо. Такие больные живут от силы месяц-­два. Был парень, который неудачно нырнул в бассейн, другой ­ прыгнул в реку, третий выпил в бане и решил охладиться... Падают с кедров и ломают шеи. Переломанный позвоночник ­ вообще сезонная трагедия ­- лето и осень ­ самая пора.

Я видел, как умирали два работяги ­ хлебнули уксус (опохмелились не из той бутылки) и я врагу не пожелаю такой мучительной смерти.

С отравлениями в год к нам в отделение поступает человек 50, из них 8­-10 не выживают. Не то в этом, не то в прошлом году был 24­летний парень, с целью суицида выпил серную кислоту. Привезли ­ он был в сознании. Как он жалел, что сделал это! Через 10 часов его не стало. А 47­-летняя женщина, что решила свести счёты с жизнью и выпила хлорофос. Запах стоял в отделении недели две! Для меня теперь он всегда ассоциируется со смертью. '

Кто-­то правильно определил реаниматологию, как самую агрессивную специальность - манипуляции такие. Но плохо их сделать нельзя. Идёт борьба за жизнь: от непрямого массажа сердца ломаются рёбра, введение катетера в магистральный сосуд чревато повреждением лёгкого или трахеи, осложнённая интубация во время наркоза ­ и можно лишиться нескольких зубов. Мы боимся допустить малейшую неточность в действиях, боимся всего...

Боимся, когда привозят детей. Ожоги, травмы, отравления... Два года рёбенку было. Бутылёк бабушкиного «клофелина» и ­ не спасли. Другой ребёнок глотнул уксус. Мать в истерике ­ сама, говорит, бутылку еле могла открыть, а четырёхлетний малыш умудрился её распечатать... Самое страшное ­ глухой материнский вой у постели больного ребёнка. И полные надежды и отчаяния глаза: помогите! За каждую такую сцену мы получаем ещё по одному рубцу на сердце.

Мы, реаниматологи, относимся к группе повышенного риска для здоровья. Вы спросите, чего мы не боимся? Мы уже не боимся сифилиса ­ нас пролечили от него по несколько раз. Никогда не забуду, как привезли окровавленную молодую женщину после автомобильной аварии. Вокруг неё хлопотало человек 15 ­ все были в крови с головы до пят. Кто надел перчатки, кто не надел, у кого­-то порвались, кто-­то поранился, о мерах предосторожности не думал никто ­ какой там, на карту поставлена человеческая жизнь. Результаты анализов на следующий день показали четыре креста на сифилис. Пролечили весь персонал.

Уже не боимся туберкулёза, чесотки, вшей, гепатита. Как­-то привезли из Балчуга пожилого мужичка ­ с алкогольной интоксикацией и в бессознательном состоянии. Вызвали лор­врача и тот на наших глазах вытащил из уха больного с десяток опарышей. Чтобы в ушах жили черви ­ такого я ещё не видел!

В последние годы всё чаще больные поступают с психозами. От жизни, что ли, такой. Элементарная пневмония протекает с тяжелейшими психическими отклонениями. Пациенты соскакивают, систему, катетеры вытаскивают, из окна пытаются выброситься… Один такой пьяный, пнул в живот беременную медсестру ­ скажите, что наша работа не связана с риском для жизни.

Про нас говорят ­ терапия на бегу. Мы всё время спешим на помощь тем, кому она крайне необходима. Нас трудно представить спокойно сидящими. Народ не даёт нам расслабиться вообще. Молодёжь падает с высоты ­ веселятся на балконе, открывают окно в подъезде и садятся на подоконник ­ шутя толкаются... За последние три месяца у нас в отделении таких побывало несколько человек. Семнадцатилетняя девочка упала с восьмого этажа, хорошо на подъездный козырёк. Осталась жива.

Сколько мы изымаем инородных тел ­ можно из них открывать музей. Что только не глотают: была женщина, проглотила вместе с куском торта пластмассовый подсвечник от маленькой праздничной свечки. Он острый, как иголка ­ пробурил желудок. Столько было осложнений! Очень долго боролись за её жизнь и спасли. Из дыхательных путей достаём кости, орехи, кедровые, в том числе. Как-­то привезли женщину прямо из столовой ­ застрял в горле кусок непрожёванного мяса. Уже к тому времени наступила клиническая смерть, остановка дыхания. Сердце запустили, перевели на аппарат искусственного дыхания, но... спасти не смогли ­ слишком много времени прошло. И такие больные ­ один за другим. Покой наступает только после дежурства, и то для тела, а не для головы. Иду домой и у каждого встречного вглядываюсь в шею. И ловлю себя на мысли, что прикидываю: легко пойдёт интубация или с осложнениями? Приходишь домой, садишься в любимое кресло и тупо смотришь в телевизор. В тисках хронического напряжения ни расслабиться, ни заснуть. В ушах стоит гул от аппаратов искусственного дыхания, сейчас работают все пять ­ когда такое было? Приходишь на работу, как в цех, поговорить не с кем: целый день только механические вздохи-­выдохи.

Даже после смены в голове беспрерывно прокручиваются события минувших суток - а всё ли я сделал правильно? Нет, без бутылки не уснёшь. А денег не хватает катастрофически. Иной раз получишь эти «слезы» (2700 на две­-то ставки) и думаешь: на кой мне это всё надо? Жил бы спокойно. В какой­-то Чехословакии реаниматолог получает до 45 тысяч долларов в год. У нас в стране всё через... катетер. Врачи, как, впрочем и вся интеллигенция, в загоне. Одно утешает, что ты кому-­то нужен. Ты спас от смерти человека и возродился вместе."

с.Владимир Лаишевцев , анестезиолог-реаниматолог. 2000г.

47

— Как-то академик Гельфанд сказал: «Люди думают, что не понимают математику, но все зависит от того, как объяснять. Если спросить пьяницу, какое число больше — 2/3 или 3/5, он не сможет сказать. Но если переформулировать вопрос: что лучше, две бутылки водки на троих или три бутылки водки на пятерых, то он сразу же найдется — конечно, две бутылки на троих».
— Люди и химию не понимают.
— Что ты имеешь в виду?
— Процедурный кабинет. Я в нем под капельницей лежал, а рядом два мужика с хмурыми мордами. Увидев, что моя фляжка почти опустела, медсестра, которая помоложе, вколола в нее полный шприц Мексидола. Затухший было процесс перетекания из пустого в порожнее возобновился. Я поинтересовался, почему она сразу не смешала лекарства. Сестра пожала плечами. Ответила старшая:
«Любое лекарство это химия. Если смешать лекарства в одном флаконе, неизвестно какая реакция начнется – выделения, замещения или еще чего, поэтому рисковать не следует. Как правило, второе лекарство применяют для того, чтобы либо ослабить действие первого, либо усилить его, их лучше принимать раздельно».
«Ну да, это как с пивом», – говорю, - «если в одном флаконе с водкой смешать, ерунда получится. А после 150 кружку застегнуть, самое оно».
«Вот и разобрались», – сказала старшая.
Мужики разулыбались.
– Так ты пьяница?
– Нет. Дегустатор.

49

Вопросы наследственности.

Папенька мой был большим оригиналом. Сейчас то я понимаю, насколько он отличался от окружающей среды, но тогда я воспринимал его , как некую норму.
Зря.
Брился папаня опасным трофейным Золингеном.
Опасными тогда звались лезвия, что точили на ремне. То, что сейчас зовется «опасными» (т-обоазники) , в те времена звались «безопасными»
Это многое говорит о разнице времен.
Я получил первых значимых пиздянок в жизни, когда спер этот артефакт и пошел с ним в детсад изображать ровного пацанчика на раене. Но это так, детали. Просто население тогда предпочитало электробритвы.

Отличало батю от типичного строителя коммунизма иное.

Папаша жил на нетрудовые. Вечно мутил какой то шахермахер. Помню , иногда брал меня в сквер около библиотеки, где терлись неприметные мужички , системы «хмырь» , однотипно одетые в кепочки и драповые польты.

Папаша о чем то вполголоса тер с этими подозрительными личностями, иногда уходил оттуда повеселевший , иногда скрипя зубами.

Как то после переговоров с одним зачуханным типом, я просил , что это за фуцин. Папаня иронично пожелал мне за всю жизнь поднять столько лавэ, сколько этот фуцин за месяц имеет.

Как коммунист, папаня не мог светить достатком и потому ездил на 21волге, но отделанной хромом по самое «немогу»
В доме у нас, как я теперь понимаю , все было ворованным или контрабандным, даже воздух был спертым.
Помню , как папаня взял меня с собой строить гараж. Пахали с нами нанятые рабочие. Опалубку , кровь из носу, надо было закончить к вечеру. Потому что ночью привезут бетон. Сейчас то я понимаю: почему бетон возили ночью.

Как то к нам приехал его сын от первого брака. Лет 13ти. Вован был такая же падла, как и я, и мы быстро сдружились.
Папаня вздумал поучить его водить машину. Результатом обучения стал закатанный в асфальт калдырь, что выпал под колеса из кустов. Нормально за пивом сходил, называется.
В доме запахло зоновскими портянками.
Папаня , разумеется, про педагогические свои таланты властям не рассказал. Из скромности.
Калдыря лечили за папанины средства и денег ему отсыпали столько, что тот клялся при первой же возможности лечь под волгу еще раз. Если понадобится.

В дом зачастил судья Ильченко, с коим батя бухал до положения риз.

В итоге получил условку и даже не вылетел из партии. Хоть это было против правил.

Но алкоголизм с судейскими периодически повторялся. При его роде деятельности и модуса операнди надо было уметь дружить со всеми ветвями власти.

Как то зимой в Севастополе врезали крепкие заморозки. Что бывало тогда крайне редко: я так вообще эдакую аномалию видел единожды. Батя был в отъезде
Антифриз, залитый в систему, был, разумеется, ворованный
потому блок двигателя хрустнул.
Найти при позднем СССР блок двигла на Волгу было из разряда ненаучной фантастики. Сверхчеловека, осилившего эту задачу можно было смело слать на поиски Святого Грааля. Он бы и его нарыл легко.
Папаня двигло таки намутил. От 24й.
Его (двигло, а не родителя) привезли в гараж , конечно же, ночью, какие-то неустановленные следствием личности.
Маманя, помню, орала на батю под утро:
«НУ НЕУЖЕЛИ НЕЛЬЗЯ ЖИТЬ ЧЕСТНО?!»
-Можешь попробовать -пожал плечами родитель. Но тебе не понравится.

Беда пришла откуда не ждали. Пытливый гаишник влез под капот, переписал номер двигла и выяснилось, что агрегат сей сперли с поливки полей трудоробые крестьяне.
Воду он там качал куда-то. Переливал из пустого в порожнее.
В доме опять пахнуло Колымой и пьяным Ильченко.

В это сложно поверить, но самый гуманный советский суд как-то умудрился , руководствуясь принципами социалистической законности , не только признать кражу колхозного двигла законной, но и вынудил ГАИ внести его номер в техпаспорт папиной Волги.
Если вам скажут, что в СССР власть плевала на интересы народа-не верьте. Наговаривают.
К чему я это? Да вот перешел я на «опасные бритвы»
Трофейный Золинген, разумеется.
Против наследственности не попрешь.
Глядя на собственные жизненные потуги все более убеждаюсь, что это не я, это Дарвин, сука, виноватый.

Остальное подобное тут

https://ridero.ru/books/catalog/?offset=0&q=Камерер+Максим

50

БЛЯТЬ !!!
Сегодня просыпаюсь, а в городе немцы !!!
я, вообще-то из Новосибирска.
Болит ВСЕ !!!
от головы до жопы, включая поясницу.
ладно, раз болит – значит живой…
Начинаю вставать…
БЛЯТЬ !!!
Какой-то металлический стул…
Нафигатор показывает Аугсбург.
Я один раз просыпался в полицейском участке аэропорта Будапешта, но это же было в прошлом веке !!!
Опираюсь на бетонную стенку…
Сука, сразу вспомнил КПЗ в аэропорту Вены, но это же совсем другая история.
Ладно, иду и думаю:
«Серега, тебе же 72, а не 27… Думай…!!!»
Захожу на кухню…
ПОСРЕДИНЕ ПУСТОГО ПОЛА ЛЕЖИТ ПАКЕТ, А В НЕМ – СУХАРЬ !!!
0.7 литра Рислинга, и даже пробка не под штопор, а просто рукой свернуть !!!
!!!
Можете представить мои чувства ?!!
Ну, а дальше все по накатанной:
- походная аптечка, вольтарен, ибупрофен, атенолол…
Через 2 часа был уже в норме…

Смирнов Сергей Александрович
Выпускник Физфака НГУ 1974 года

С НОВЫМ ГОДОМ, СИБИРЯКИ !!!