Анекдоты про распробовали |
2
Жена говорит мужу-алкоголику:
- Как ты достал. Каждый вечер пьяный, денег домой не приносишь.
Ты сходил бы на кладбище, посмотрел, сколько там людей твоего возраста умерло от водки.
На следующий день он ушел с утра и вернулся под вечер пьяный.
- И где ты был?
- Обошел все кладбище, читал надписи на ленточках венков:
ОТ ТЕЩИ, ОТ ЖЕНЫ, ОТ СОСЕДЕЙ, ОТ ДРУЗЕЙ...
ОТ ВОДКИ никто не умер.
***
- Почему водка пьется из горла лучше, если бутылку взболтать?
- Все дело в воздушных пузырьках!
***
Когда француженку спросили о лучшем в жизни удовольствии, она ответила:
"Чашка кофе до, сигарета после". Услышав это, русский воскликнул:
"Бутылка водки вместо!"
***
- Я детишкам на Новый год детского шампанского купил.
Так эти обормоты выпили, распробовали, детских сигарет попробовали, детской водки, детских женщин вызвали! Так утром пришлось за детским пивом бежать!!
***
- А вы знаете, что настоящим шампанским может называться только то вино, которое производят во Франции, в провинции Шампань. Настоящий коньяк готовится только из винограда, выросшего в провинции Коньяк....
- Ага! А настоящая водка - это то, что смешал лично Д. И. Менделеев!!!
|
3
К истории 899168 от 1 августа про шведский стол.
Мне сразу вспомнился первый шведский стол за границей в 1993 году в Южной Корее, в Сеуле. Мы там были с группой молодых (в основном) людей из России. На первый ужин в столице нас привезли в ресторан с гигантским шведским столом, включающим сырую рыбу (сашими) и многие другие морские деликатесы.
Причём корейская кухня, как вы знаете, изобилует острыми и очень острыми блюдами. Нас сразу предупредили, что если на тарелке что-то остаётся, то компании придётся платить большой штраф, так что нужно брать только столько, сколько мы можем съесть.
Нас, группу руссо туристо, выпустили из автобуса и запустили в зал, где мирно ужинали ничего не подозревающие корейцы, в основном парами. Сказать, что это было нечто, это ничего не сказать. В течение полутора минут вся еда из многометровых выкладок буфета оказалась на тарелках наших туристов. Включая резко красные блюда из чего-то нарезанного, которые, как мы быстро выяснили, были крайне острыми закусками, мы их даже в рот положить не могли (корейцы брали 1 ложечку к чашке риса как приправу). Да, конечно, там были названия, что это, но мы ни по-корейски, ни даже по-английски большинство не понимали.
Мы просто хапали все подряд, надо было что-то хватать, потому что каждый понимал, не схватишь – останешься без ужина, в кругу руссо туристо хлопать ресницами чревато.
Стойка с фруктами опустела мгновенно. Кусочки арбузов, дыни, бананы, ягоды и другие экзотические фрукты, названий которых мы не знали, были сметены голодающими из России в момент. Шустрые корейцы подсуетились и выложили еще фруктов, их тоже смели за 30 секунд. Стайка менее проворных девушек паслась у опустевшей фруктовой стойки с тарелками наперевес. Еще 3 загрузки с тем же результатом и корейцы либо решили оставить эту затею, либо послали кого-то на ближайший рынок докупать продукцию, но новых загрузок бананов, киви и клубники не произошло.
Народ жрал так, как будто их не кормили со времен второй мировой. Ужинающие корейцы изумленно пялились из-за столиков по углам, самые ближние к буфету столы были заняты русскими (ближе бежать за добавкой). Народ быстро обменялся впечатлениями, был вынесен приговор, что красные блюда не стоит брать, тарелки с горами несъеденной еды начали заполнять центр столов. Кучи дорогостоящих ломтиков сашими, не прошедших тест на вкус у российских ценителей деликатесов, безотрадно нагревались до комнатной температуры.
Несколько минут не было чистых тарелок (у каждого нашего было перед ним минимум 2-3), потом их поднесли. Обслуживающий персонал встал в наблюдение у каждого угла, чтобы вовремя подсуетиться, так как даже запасы того, что никогда не заканчивается, были под угрозой. Руссо туристо с тарелками наперевес кружили вокруг буфета, высматривая, что еще они не попробовали, либо не распробовали как следует.
Вежливые корейцы пропархивали, как птички, пытаясь положить себе ложечку еды под локтями внимательно рассматривающих и нюхающих блюда наших. По сравнению с корейцами, облаченными исключительно в костюмчики с галстуками, наша толпа в трениках “Адидас” выглядела внушительно. Мало кому из местных удавалось протиснуться к заманчивым мясным и креветочно-крабовым витринам, их уделом оставались рис и красные овощные соусы.
Налопавшись всего подряд и удостоверившись, что клубники и киви все еще не поднесли, народ налег на тортики и сладости, стараясь впихнуть в себя все, что положили на тарелку, хотя это было совершенно безнадежной задачей. Корейские организаторы пытались убедить наш народ выйти из-за столов (вакханалия продолжалась уже более 2 часов, пора было ехать в гостиницу), но те не сдавались, продолжая втискивать в рот недоеденное. Шанса что-то вынести не было, у выхода уже стояла “проверка” из персонала ресторана.
В конце концов, организаторы сумели вытурить наших из ресторана, по одиночке. Загнав нас в автобус, они явно облегченно вздохнули.
Мне было очень любопытно, сколько организаторы заплатили в качестве штрафа. Судя по их встревоженным лицам, сумма оказалась, наверно, немаленькая. Больше нас в этот изумительный ресторан не привезли. Следующий ужин мы поглощали в какой-то забегаловке, где каждому приносили по тарелке.
|
|
4
Про селёдку в Финляндии.
В конце 1970-х нашу группу свежепоступивших первокурсников повезли естественно на картошку.
Колхоз на севере Латвии.
В колхозной столовой кормили на убой, но каждый второй день на первое выдавался местный суп.
Это был сладкий молочный овощной суп с килькой пряного посола внутри.
Странная штука, но к концу месяца мы его распробовали.
Много-много лет спустя очутился я в небольшой прибрежной деревушке в Швеции.
Такая небольшая таверна, туристов нет, местные работяги пивом разминаются.
Подходит девчонка, ну для развлечения просим что-нибудь этакое местное, региональное.
ОК.
Через некоторое время несут нам две довольно глубокие миски.
В помещении наступает мёртвая тишина и все поворачиваются в нашу сторону.
В миске - горячий молочный овощной суп, из которого явственно выглядывает кусок селёдки.
Цирк с охреневшим турьём захотели, господа рыбачки?
Сейчас устроим!
С совершенно скучающим видом "ничего необычного" пробуем суп, а он не сладкий!
Ага, попались!
Слегка картинно морщимся, требуем сахарницу, и щедро бухаем несколько ложек в суп.
Вот те лица вокруг я помню до сих пор.
PS И всё-таки наш суп с килечкой куда вкуснее их с селёдкой, да!
|
|
5
Из жизни лесного дауншифтера.
Устал от людей, стресса, вечно недовольных клиентов, горящих сроков, просроченных счетов и перебрался в лес из города.
В свой, настоящий, с речкой. Ближайший сосед в полукилометре - такой-же, как и я уставший. Только усталость его, судя по особняку, продуктивней моей оказалась. Я ему на нервы пол-года покапал, пока свою избушку в лесу построил, а потом и я угомонился.
Первая весна - солнышко, снег тает.
Лось за окном задорно хрумкает посаженными сосенками. Сосенки жаль, но да ладно - отрастут. Пусть хрумкает, я - щедрый, еще посажу.
Снег стаял - солнышко, пришли косули, задорно хрумкают недоеденными лосем сосенками, поглядывают на пробивающиеся тюльпаны и прочие нарциссы. Стало обидно, вышел - накричал. Ушли, не попрощавшись, оставив кучу удобрений на клумбах. Щедрый подарок - это хорошо.
Апрель. Пришла кошка. Ручная, даже слишком. Пришла с подарком в виде крота. Покормил, напоил, с плеча ссадил. Больно ручной выглядит. Сходил к соседу в гости с сувениром, проведать жив-ли цел-ли, сувенир раздавили за пару часов, обратно шел домой - поздоровался с лосем как со старым знакомым. Спросил соседа про кошку, оказалась общей - ходит в гости ко всем в радиусе двух километров, ловит кротов и прочих землероек. Полезная животинка в общем.
Май. Птички поют, дятлы с дятлятами в дупле возле дома поселились. Хоть и не городской сосед с перфоратором, но такие-же неутомимые.
Косули доедают остатки клумб и уже не убегают, когда на них ругаются. По-обвыклись. Ну да ладно, я - щедрый, еще посажу. Кошка приходит раз в два дня обменять крота на еду. Чувствую себя бледнолицым меняющим шкурки пушного зверя на стеклянные бусы у индейцев.
Лось не появляется пару недель, вместо него пришел олень, от осознания того, что опоздал с клумбами, обиделся и перед уходом закусил липой и орешником.
Июнь. Накосил травы на лугу, собрал в стог, поставил в стороне от дома. Не можешь победить - руководи. Вроде сработало - косули с оленем распробовали и каждый вечер топают напрямую к стогу не трогая остатки клумб. Пропала кошка, не появляется уже две недели. Заволновался, сходил к соседу с сувениром, спросил про кошку - тот тоже не видел пару недель. Помню, что-то про лису говорил. Шел домой, встретил лося - выглядит отъевшимся. Еще бы - на моих-то сосенках и сене.
Июль. Кошка так и не пришла, грущу. Из лося кротолов так себе - большой, нетерпеливый и копать не умеет. Погладить дается, но уж больно вонюч. Ходил к соседу с сувениром, обсудили бизнес план развития эко-туризма в нашем лесу. Скоро второй сенокос будет, а там и другое зверье подтянется. Баньку построим, домиков гостевых натыкаем.
Ну и кошку заведу себе, а то кроты расплодились.
|
|
6
Был на стажировке в Венгрии. После учебы поехали на озеро Балатон. Прекрасное место, кругом виноградники, погода великолепная. Вина там шикарные, виноград созревает быстро, сахара в нем более 25%. Солнечных дней в году много, туфовые породы держат тепло и ночью идет ускоренное дозревание, плюс гладь озера дает дополнительную инсоляцию.
И позвали нас на дегустацию вин. Фермерское хозяйство, несколько гектар виноградников. Хозяин -пожилой мужчина, вместе с ним работают два сына и их семьи. При винодельне ресторан. Все показали, рассказали, дегустируем вина. Распробовали все. Тут хозяин поведал историю. Говорит, угадайте, сколько мне лет. Начали высказываться. Кто говорит «50», кто «55», кто «70». Никто не угадал.
Мне, говорит, уже 87 лет. Но выглядит лет на 50, не больше. А как? Свежий воздух, физический труд, вино свое.
Далее с его слов.
Как-то занемог, пошел к врачу. Тот просит- возьмите мед.карту. поискали в регистратуре-нет.
-А Вы когда у нас были?
-Он отвечает-лет 20 назад.
-А сколько Вам лет?
-86.
-Вот как? Ну давайте заведем новую мед.карту. Хорошо, на что жалуетесь?
Да голова стала кружиться.
Ну доктор посмотрел, записи сделал. Попросил сдать анализы и дня через три приходить. Прошло три дня. Врач смотрит результаты и говорит:
-Вы чем занимаетесь?
-Я винодел.
-А Вы пьете?
-Ну, конечно, каждый день. У меня 50 бочек по 1000 литров. Надо из каждой регулярно по 50 грамм попробовать- не ушло ли вино в уксус, не бродит и т.д.
Знаете, говорит врач, я ничего не вижу по анализам, все как у младенца, только немного сахар повышен. Ну, можете попить вот эти таблетки от давления. Больше я ничего для Вас сделать не могу. У Вас все отлично.
Пожелали и мы ему здоровья и успехов в его благородном деле.
|
|
7
В 1927 году немецкий эндокринолог Зельмар Ашгейм обнаружил интересное явление: если белым мышам ввести подкожно немного мочи беременной женщины, животные приходят в неистовое возбуждение. Это связано с действием гонадотропного гормона, который мощно влияет на половую сферу.
В СССР опыт Ашгейма повторил врач Алексей Замков, муж знаменитой Веры Мухиной. Только Замков пошел дальше: начал ставить эксперименты на более крупных животных, а затем и на себе самом. Результаты оказались просто восхитительными: "Будто выпил бутылку шампанского! Длился этот подъём дней 10. А подопытная фауна неистовствовала. Старый рысак, которого готовили к забою, после инъекции показал рекордную резвость. Всякая тварь крепла, плодилась и размножалась, как в раю", – так описал Замков действие препарата, который он назвал красивым словом "Гравидан".
Увидев, как преобразился её муж, Вера Мухина тоже потребовала укол "того же самого" – и начались счастливые дни. На волне первого энтузиазма Замков расширил эксперимент – теперь в клинических исследованиях принимали участие красноармейцы и наркоманы (эти социальные группы пересекались). И да, многие излечивались от наркотической зависимости! Правда, как выяснилось позднее, у них возникала зависимость от Гравидана – но это было, что называется, не в счет.
Однако и завистники не дремали! В 1930 году противники лженауки опубликовали в "Известиях" злую статью, где обвинили Замкова в знахарстве и противозаконных экспериментах на людях. Лабораторию, где проводились эксперименты, закрыли. Замков попытался нелегально выехать за границу, чтобы продолжить исследования вдали от большевиков, но его поймали – и обвинили в попытке продать чудодейственный секрет мочи на запад. К счастью, приговор оказался довольно мягким. Первооткрывателя Гравидана всего лишь сослали на три года в Воронеж, и Вера Мухина, тосковавшая и по мужу, и по препарату, уехала вслед за ним.
Но и ссылка продлилась недолго. Оказалось, что Гравидан уже нашел приверженцев среди "селебретис": его "распробовали" такие непростые люди, как Максим Горький и Семен Будённый, а также многие члены ЦК КПСС, остро нуждавшиеся в стимуляторах. В 1932 году Замкова срочно вернули в Москву и даже назначили директором специально созданной лаборатории. Дело было налажено с государственным размахом – мочу беременных собирали на специальной "ферме", созданной под Москвой, на окраине Хотьково. Это был особый совхоз, где выращивали экологически чистые овощи и фрукты, которыми кормили молодых и здоровых женщин на первых месяцах беременности (в основном, крестьянок, привезённых в Хотьково со всей страны).
С 1934 года совхоз и прилегающие к нему корпуса получили название "Государственный институт урогравиданотерапии", а Замков был назначен директором этого учреждения. Открытый им препарат использовался не только в медицине, но и в ветеринарии, для того чтобы животные прибавляли вес и активнее размножались. Производство набирало обороты, в стране работали сотни пунктов, где хранились пробирки с волшебной янтарной жидкостью.
Уколы мочи получали не только свиньи, коровы и жеребцы (которых никто не спрашивал), но и высокопоставленные партийные чиновники. Молотов, Калинин, Орджоникидзе и примкнувшая к ним Клара Цеткин. У последней, правда, на советскую мочу обнаружилась аллергия, унесшая ее в могилу (вернее, в урну, замурованную между кремлевских кирпичей). Нельзя было с определенностью утверждать, что немецкую коммунистку убил именно Гравидан, но на Сталине врачи решили не экспериментировать.
А вскоре выяснилось, что препарат обладает целым букетом ярчайших "побочек": расстройство сна, ухудшение общего самочувствия, сердцебиение, одышка, появление сыпи. К тому же применять его надо было очень осторожно: каждый пациент реагировал на уколы по-своему, дозы приходилось подбирать индивидуально. В довершение ко всему оказалось, что при отмене Гравидана у многих начинаются настоящие "ломки", и весь его целительный эффект сходит на нет.
То есть это была опасная "игрушка". Даже кони дохли во время экспериментов! И только кавалерист Буденный с его железным здоровьем держался молодцом, требуя новых доз Гравидана.
В 1936 году в прессе опять началась кампания против "врачей-чудотворцев", перед которой Замков оказался почти беззащитен. Благоволивший ему Горький умер, Орджоникидзе вскоре застрелился. Как ни парадоксально, единственной его защитой оказалась супруга, Вера Мухина, которая как раз получила заказ на статую для украшения советского павильона на Всемирной выставке в Париже. Говорят, "Рабочий и колхозница" создавались ею "под Гравиданом", и она использовала по три дозы в день. Что ни говори, а по этой великой скульптуре видно, насколько мощным было вещество!
Тем не менее в 1938 году институт и "гравидановую ферму" закрыли, а Замков, подорвавший здоровье экспериментами с лошадиными дозами препарата, слег с инфарктом миокарда. Ему не удалось дожить даже до 60. Вера Мухина пережила супруга на десятилетие и скончалась от стенокардии в 1953 году, едва дожив до 64 лет…
Так закончилась история "русской Виагры". А впрочем, не совсем закончилась. В 60-е годы XX века СССР накрыла волна интереса к нетрадиционной медицине (мумие, иглоукалывание, лечебное голодание), и многие вспомнили об уринотерапии. Статьи Замкова, опубликованные им в 30-е годы, перепечатывались в "самиздате", переснимались на фотокарточки и расходились по стране. Уринотерапия твердо заняла свое место среди псевдомедицинских безумств, и до сих пор ее сторонники готовы с пеной у рта доказывать благотворное влияние мочи на организм и дух человека. Правда, никаких шедевров, подобных "Рабочему и колхознице", она создать больше не помогла. Похоже, это был единственный случай в истории.
|
|
8
Про спасение на водах - 6
Не от автора этой саги, а от ее благодарного читателя. Свое вспомнилось. Мне тоже довелось однажды спасать в воде человеков. Если это можно назвать водой, а нас в том состоянии человеками.
Это был 1984. Мы студентами начальных курсов всё лето строили грандиозный свинарник среди уссурийской тайги. Не такая уж и глушь, дороги вокруг и Уссурийск недалеко, а под боком деревня Раковка. Мудрые архитекторы отвели место для мегасвинарника чуть на отшибе, на пустошах, чтобы не воняло на обитаемые местности.
В категориях автомобильной езды от нашего палаточного студгородка до свинарника было минут 15, до Уссурийска с полчаса, все эти шоссе нам были прекрасно известны и многократно изъезжены. После месяца работы чувствовали себя старожилами-аксакалами.
Но, получив первый аванс прямо перед выходным днем, мы слегка одурели от счастья и отправились всей гурьбой в ближайшее сельпо села Раковка.
Там обнаружили полное отсутствие пива и водки, зато стояло несколько ящиков прекрасного венгерского вина Токайское, нежно-золотистого цвета. Черт его знает, как оно там оказалось, может местные власти решили спасать своих совхозников от алкоголизма переключением на благородные вина. Мы реально охренели и скупили весь запас токайского.
Пока грузили его в рюкзаки, вернулись и самые бойкие ходоки, посланные по всей деревне, с картошкой и свежезабитым гусем. Добыли ли они его методом Паниковского или купили за баснословные деньги, мне осталось неизвестным. Моя миссия была снять девиц, какие найдутся, разговорить их, развеселить и увлечь на нашу пирушку. Миссию эту я позорно провалил, хоть и очень старался. Обежал весь раскидистый поселок, типа занимаясь кроссом, но никого не обнаружил, кроме сердитых старушек. Прекрасные девы если и были в этих местах, то все от меня попрятались. Изредка попадались суровые парни со взглядами, обещавшими нехилые пиндюли.
Потом мы всем табором отправились на дальнюю поляну в лесу у речки, разожгли большой костер, на золе испекли свое барбекю и распробовали токайское.
Будь это нормальная гетеросексуальная компания, пары жизнерадостных девиц было бы достаточно, чтобы зафиксировать нас на месте. Все бы выпендривались, пели и плясали, наяривали бы на гитарах и гармошках, хохмили, купались бы в речке и так далее. У самых бойких это могло бы закончиться счастливыми браками или восхитительными легкими романами. Остальные бы вымотались прямо у костра и мирно пошли бы спать домой.
Но в однополой среде студиозусов всё пошло не так. Самый романтический бабник, набравшись токайского, забрался на высокую березку и оттуда горько плакал, покачиваясь на суку, читал свои стихи звездному небу. Остальное сообщество довольно быстро пришло к выводу, что начало вечера было конечно прекрасно, подкрепились и слегка подогрелись, но - раз нормальных баб тут нет, что нам мешает прогуляться в Уссурийск? Это большой, стотысячный город, не одни же мужики и старушки там живут.
Мысль эта пришла нам в голову практически одновременно, коллективный идиотизм вообще заразителен. Кончились печеная картошка и гусь, запасы токайского почти исчерпаны - что нам тут еще делать? Сельпо Раковки закрыто, жители легли спать. И где же нам быть в этот прекрасный вечер, как не в Уссурийске? Там бабы, бани, водка, танцы, пожрать наконец чего-нибудь можно купить, под душ сходить - хоть что-то из этого набора там обязательно найдется!
Пессимисты вернулись в наш палаточный лагерь, оптимисты в числе десятков трех взяли и пошли.
Брести по шоссе нам показалось беспонтовым, пыль глотать от проносящихся мимо машин. Вряд они ли возьмут на борт такую ораву бухих студентов, а вот милиция повяжет быстро. То ли дело шагать по диким полям и лесам на свежем воздухе!
Кто-то вспомнил широкую грунтовую дорогу недалеко от нашей поляны, ведущую в направлении Уссурийска, по ней мы и направились.
Грунтовка эта оказалась ведущей к сенокосам и лугам, мало-помалу разветвлялась и сужалась вплоть до тропок, заканчивавшихся тупиками на месте бывших и еще не убранных стогов. Полная тишь и тьма вокруг на версты, луна упорно не всходила.
Долго мы блуждали по этому лабиринту, и уж решили возвращаться обратно, но самый зоркий из нас заметил вдруг вдали огонек! Как раз в направлении Уссурийска! Огни большого города поманили нас с новой силой. Мы двинулись к свету напрямик, невзирая на препятствия.
Тропы постепенно сменились топями, гатями, мы вооружились слегами. Кто-то периодически проваливался в трясину, мы и вытаскивали, и сами проваливались. Кто там был Мазай, а кто Герасим, кто Муму и кто зайцы - хрен было разобрать в кромешной тьме. Барахтались и орали все. Если бы погас единственный имевшийся у нас фонарик, перетопли бы нафиг.
Но одинокий огонек цивилизации с каждым шагом становился всё ближе, горел уже яркой звездой. Ближе к утру мы добрели наконец до него, на грани физического и морального истощения. Нам очень хотелось вымыться, высушиться, согреться, съесть чего-нибудь и провалиться в глубокий сон. Какие уж тут бабы.
Огнем в ночи оказалась сторожевая будка при тот самом свинокомплексе, который мы строили уж месяц с рассвета до заката, порядком от него осточертев. Сторож ээ, сильно удивился, что мы пришли на работу так рано, да еще в выходной день. Пешком со стороны болот, считавшихся гиблыми. Комсомольцы-энтузиасты. За ночь похода мы успели протрезветь совершенно, но изрядно вымазались. Видом своим напоминали будущих питомцев этого сооружения.
Путь, нами пройденный за ночь, составлял всего километров 15. До заветного Уссурийска было еще шагать и шагать. Мы категорически отказались от этой затеи, решили возвращаться по шоссе.
Сторож был милосерден, заварил крепкий чай с сахаром и лимоном, несколько раз кипятил для нас чайник. Приглядевшись и послушав нас, достал увесистый шмат сала и бутыль самогонки, раздал пару замасленных толстых бушлатов. В них мы грелись поочередно.
Всё это подействовало живительно - на нас нашло вдохновение. Захотелось оставить память об этом путешествии. Взяли мешок цемента, нашли чан, добавили воды, песка и щебня, вставили арматуру и соорудили в сторонке за лесополосой скульптуру в виде фаллоса, горько вздымающегося метра на два. Работали добросовестно, надеясь, что сами посетим вновь эти места где-нибудь на пенсии, а археологи будут потом столетиями ломать голову над этим артефактом.
По пути домой хмуро распевали хором "Широка страна моя родная, много в ней епических болот!"
В целом от этой прогулки осталась радость, что не утопли в трясине.
P.S. Бетонный хер через сутки основательно застыл и был обнаружен начальством. Самим же пришлось его раздалбливать отбойными молотками и кувалдами.
P.P.S. Болото - это одно из агрегатных состояний воды. Равно как и пиз.еца полнейшего.
|
|