Результатов: 4

1

С интересом слушал доклад одной канадской феминистки:

«Кто-нибудь из присутствующих слышал о женских организованных преступных
группировках? Нет? Я тоже. Потому что их не существует в природе! Если
преступную группировку организует мужчина и набирает туда мужчин – это
считается естественным, мужчинам ведь свойственно так поступать. Так уж
они устроены. А вот если преступник – женщина, для общества этой двойной
шок. Разрушается образ типичного преступника как мужчины и образ
женщины, удел которой как преступницы – максимум убить неверного супруга
или попасться на проституции. Но знаете, что я обнаружила в своём
исследовании? Эмансипация коснулась и этой сферы! Неуклонно растёт
количество женщин в преступных группировках, расширяются виды их
деятельности, растёт уровень их квалификации. Но женщины остаются в этих
группировках на второстепенном, подчинённом положении – они выполняют
подсобную, черновую работу и зарабатывают гораздо меньше, даже если
реально загружены больше. В руководящих органах группировок они почти не
представлены!»

Тут дама видимо сообразила, что её занесло на борьбу с дискриминацией
женщин в составе преступных группировок, и она переключилась на другую
тему:

«В США пойманная с поличным проститутка преследуется законом, а её
клиент – нет. Естественно – большинство членов Верховного суда там
мужчины!»

Мужчин в зале было раз-два и обчёлся, и я заметил, что многие дамы в
этом месте осуждающе посмотрели на меня лично. Я покраснел.

«А вот у нас в Канаде в составе Верховного суда почти половина женщин, и
председателем суда до недавнего времени была женщина. И вот результат –
наказание несет и проститутка, и её клиент. А если женщины составят в
этом суде большинство, мы наверно введём шведскую модель!»

На словах о шведской модели я оживился. Много слышал о шведской семье,
но там у мужчин вроде всё хорошо с их полигамными замашками. Но
оказалось, что Швеция – это ещё и историческая родина самых отъявленных
феминисток мужеподобной внешности. И в шведской модели наказание несёт
только клиент. Я содрогнулся, хотя в жизни этой сферой услуг не
пользовался. А докладчицу, кстати приятную даму, понесло теперь в
совершенно неожиданную сторону:

«Феминистическое движение традиционно против проституции, потому что она
унижает женщину, ставит её в подчинённое положение. А вот интересно,
самих проституток кто-нибудь спросил? Нет, они у нас невидимы и
неслышимы. Они не могут сказать ничего в защиту своей профессии,
отстоять свои права – ведь они на нелегальном положении! Там, где
проституция разрешена, женщины не обязаны отдавать почти все свои доходы
криминальному бизнесу, могут скопить деньги на дом, образование,
выбраться из бедного района, создать семью. Я создала общественную
организацию, в которой только два легальных члена – я и моя коллега.
Остальные члены – все под никами. Но одну из них я всё-таки однажды
уговорила прийти в мой класс и выступить перед студентами. В глазах у
них было потрясение: Проститутка! Настоящая!! Живая!!!»

Оказалось, практически все студенты видели до этого представительниц
древнейшей профессии только в художественных фильмах…

4

Друг рассказал.

В свете происходящего в мире общественно политического цунами он сменил не только работу, но и сферу деятельности. Один из тех немногих, кому удалось «войти в ай-ти» после 35 лет, хотя до этого совсем никак не был связан с этой сферой. Трудился инженером-сметчиком, знал кнопки Ctrl-C и Ctrl-V, Excel и пару специфических сметных программ. Но смог одолеть несколько горных пиков и устроиться на работу в качестве ждуна джуна, быстро сменив лычку на мидла.

Жизнь распорядилась так, что пришлось переехать в Мексику, работать на международную компанию. Друг не понимал испанского от слова совсем, хотя сейчас с этим уже все более ли менее нормально. Приехал он не один, а с женой, которая, по счастливому стечению обстоятельств, так же работает в этой компании, но в другом департаменте. В офис они ездят вместе. На такси добираться вдвоем дешевле. И даже работают в одном кабинете. Все общение — на английском.

Начальником у них Карлос, один из местных головастиков. Настоящий «ацтека» и «майа» в одном флаконе, с доброй примесью испанской крови. По-английски шпарит лучше любого жителя Бруклина или Гарлема, а может быть и всего Нью-Йорка. При знакомстве мой друг и его жена представились руководителю как Иен и Джейн. Ну ок, ребята. Хоть кем назовитесь — работайте на здоровье, лишь бы бизнес был хороший и никаких незапланированных геморроев.

Просматривая как-то анкеты, Карлос обратил внимание на страну, откуда приехали ребята. Между прочим, во время кофе-брейка, он спросил:

— Иен, а ты жену дома как называешь?
— Яна, Янка.
— А она тебя?
— Ян, Янек. А тебе зачем?
— Да так, не бери в голову.

В современном мире редко кому удается уйти с работы домой вовремя. Как только наступило окончание рабочего дня Карлос зашел в кабинет к ребятам, посмотрел на часы и спросил:

— А что вы еще сидите-то? Домой не пора?
— Да нужно кое-что доделать, а что?
— Да ничего, я пол дня терпел, чтобы прийти к вам сюда и сказать — Янки! Гоу хоум!