Результатов: 5

1

Пpиходит один новый pусский к дpугому в гости. А тот на диване
pазвалился, весь такой затpаханный, под глазами кpуги. А пеpед ним
на столе - бутылка.
- Чо с тобой, Вован? Чо пьем?
- Hичо не пьем. Джин это в бутылке. Желания исполняет.
- Дай попpобую!?
- Валяй. Только знай, джин этот на сексе конкpетно помешанный.
Взял, значит, бутылку потеp. Джин вылез:
- Чего изволишь, господин?
- Хочу пpостого мужского счастья.
- Ассаpадаpачуккаpа!
Хлоп, обстановка изменилась. Какой-то задpипанный баp. Звучит
"Мумий Тpолль". Стол завален водкой, пивом, жpатвой. И везде
какие-то пьяные волосатые мужики тpахают мясистых потных блондинок.
- Джин! Я хочу чего-нибудь пpиличного!
- Ассаpадаpачуккаpа!
Хлоп, обстановка изменилась. Элитаpный клуб. Звучит "Лунная соната"
Бетховена. Стол завален изысканными яствами, доpогими винами.
Джентльмены с сигаpами в зубах и во фpаках тpахают мясистых потных
блондинок.
- Джин! Мне бы чего-нибудь святого!
- Ассаpадаpачуккаpа!
Хлоп, обстановка изменилась. Цеpковь. Звучат песнопения. Здоpовенные
боpодатые попы в pясах pазмахивают кадилами и тpахают мясистых потных
блондинок.
- Джин! Хватит! Хочу обpатно!
- Ассаpадаpачуккаpа!
Хлоп, обстановка изменилась. Кваpтиpа Вована. Звучат кpики "Джин,
твою мать". Диван, стол, на столе бутылка. Hа диване Вован
из последних сил тpахает мясистую потную блондинку.

2

СЛУЖЕБНЫЙ РОМАН
Работал я с одним пареньком по имени Миша, здоровым малым откуда-то из Сибири - в 70-х гг. в одной московской организации. Контора считалась престижной, поэтому там ни хрена не платили. Интеллигенция - за что ей платить, вот если бы мы мётлами на улице махали...
Но меня это не особо напрягало - почти весь народ так жил, а поскольку я был свободен и не женат, то выпить-закусить по-любому хватало.
Иное дело, Миша. У того имелась молодая красивая (неработающая - разве он мог разрешить такой женщине работать?) жена Ирина, с которой он пыль сдувал, а вот обеспечить не мог. Причем парень он был в деловом смысле хваткий, но вот не находилось сферы применения. Короче, брак трещал по швам.
И, видимо, с горя начал захаживать Миша в буфет соседнего ресторана на Казанском вокзале, и меня стал с собой прихватывать. Выпивали мы по 100-150, закусывая местными крохотными тарталетками (Россия - родина нано-технологий).
И постепенно он стал заглядываться на местную тетку, которая там была завом по производству (считай, сейчас шеф-повар). Ну ничего была себе тетечка, пышненькая и миловидная такая, но уж с Ириной не сравнить.
И все же он на нее форменно запал. И пока я дегустировал эти проклятые тарталетки, эта пара стала уединяться – чем дальше, тем больше. Но я, конечно, помалкивал – зачем в душу человеку лезть.
(Забыл упомянуть – в Москве стояла страшная жара. И само собой отключили горячую воду на месяц. А кое-где и холодную)
Так вот иду я уже в одиночестве к бару на Казанском. Заказываю свои 100, со скучающим видом обозреваю общий зал – и вдруг наблюдаю поистине космическую картину: за одним из столиком, уставленном яствами, сидят Михаил и Ирина в самых своих что ни на есть запредельных костюмах, а их обслуживает сама зав. производством! Феерия!
Хорошенько отобедав, молодые удалились в некое помещение. Как я предположил, небольшая банька для местного персонала. Я весь вспотел от жары, но не уходил, ждал в душном и прокуренном зале ресторана дальнейшего развития событий.
И вот они появились минут через сорок – СВЕЖЕВЫМЫТЫЕ и УДОВЛЕТВОРЕННЫЕ!
Потом мне Миша объяснил все просто. Он предложил завпроизводством научить ее делать настоящие сибирские пельмени. Взамен пользование местной банькой на три недели и небольшой банкет.
И с чего бы мне было Мише не поверить?

3

С давних пор, несмотря на все горести, есть одна великая силушка, от рождения народу нашему данная и поныне неискоренимая. То не страсть до халявы сладостной, да не тяга к застолью сытному, то любовь к смешной шутке доброй, чувство юмора, то бишь огромное.
Было дело в пору недавнюю, в октябрь лета 2008го иль 2009го, упахался аз от дел праведных, к турагенту свои стопы направил. Меня встретила девица юная, да как водится словушко молвила: что Вам, сударь, угодно будет? Чем могу я Вас, сударь, порадовать? Молвил аз, видишь, девица красная, от работы уж нету моченьки, отдохнуть хочу да недорого, да в заморских землях у теплого морюшка. Вас, мне девица молвит, порадую, есть для Вас, говорит, предложение, отправляйтесь-ка завтра в Египет к морю Красному, к морю теплому, да в ненашенскую землю заморскую. Время было в Египте не смутное, дал аз девице кровных рубликов, да домой зашагал собирать одежи пляжные, да злато-серебро заокеанское, ибо не берут поганцы нашенское, да к дороге дальней стал готовиться.
Утомлять Вас не стану строками, как чудесно добрался за море. Только все чин по чину встретили, угощали разными яствами.
В общем, есть в той земле Египетской, город, что Хургадой величается и стоит в граде том, прям у морюшка, тот отель, что «Sinbad» называется. Вот и аз гостил там две неделюшки, да еще германцев много с англами, ну и нашего племени дюже веселилось со всеми тоже.
А помимо всякой там всячины, в том отеле для деток не великих, ни малых, находилося дивное-диво, что батутом принято кликать. И скакали детишки там радостно, но пришло вдруг горе великое, появилась вдруг дырка злобная, дюже гадкая. В общем сдулся батут и настала, средь детишек здесь отдыхающих, уж такая кручинушка страшная, что и слов не могу подобрать, чтоб отчаяние их описать. Ох, искали ту дырку холопы местные, ох, чего они только не делали, не смогли найти и решили проявить похвальное рвение, чтобы нам понапрасну не ждать, написать на трех языках объявление – мол, простите нас гостюшки здешние, только диву полный кирдык, уж такие мы, видимо, грешные. Вот пошли они с просьбой этою - подсказать как писать им правильно, с иноземцами-то беседовать. Подошли к германцу и к англу, вопросили и успокоились, ну и к нашим пошли разумеется. Если кто тут подумал ужасное, сообщу, что Вы это напрасно. Забегу наперед Вам о том сказать, чтоб не ждали Вы слов бранных да матерных, ибо в шутке вовсе не злой их использовать не обязательно. Тот, что к нашим ходил – смерд смекалистый, давно знает нашего брата, что один ему написал, показал еще многим - опыт однако! Долго бегал он к молодцам добрым, не забыл спросить и голубок. Видно думал, что девицам нашим, даже здесь совсем не до шуток. Опросил он и правда многих, все кивали, не смев улыбнуться, ну а дальше «картина маслом» - утром следующим аз проснулся…
Аз проснулся, умылся и тут… Мысль дурацкая: «как там батут?». Еще издали вот что заметил, подходят к диву англицкие дети, прочитают и страшно ревут - «не работает больше батут». Как германцы детей приведут, те прочтут и чего-то орут, разобрал только: «Аллес Капут!». Наши, как подойдут так хохочут, интересно, выходит - интрига! Аз решил посмотреть почему, что написано-то про диво? Подошел, посмотрел, по германски и англицки: «починить мы не сможем батут, извините, друзья, нас пожалуйста». А на нашем египетский хлыщ начертал одно слово:
«Бзддддддддддыдыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыщь».

5

Илья Муромец огромный
К Василисе прибыл скромной.
Ей великий засадил,
Чуть тем самым не убил.
Василиса завизжала,
Раз пятнадцать покончала,
Без сознания отпала
А когда пришла в себя
То Ильюшу удивила:
Яствами накормила,
Вином, пивом угостила,
Ласками всё ублажала,
И домой не отпускала.