Результатов: 3

1

В ленте телеги видео разместили - "Минутка деградации. Разговор двух сверхразумов показали по зомбоящику: конспиролог Юрий Лоза рассказал пропагандисту Борису Корчевникову, что Земля плоская...". Удивительно, что это было в каком-то зале, сидели люди, зачем они туда пришли? Думаю, что у всех в этом зале нет ни только самого лучшего в мире советского образования, а вообще никакого. Даже самого плохого гейропейского и пиндоского, само собой.
Очень давно покупал в кассе в Баку билеты на лучшую в мире железную дорогу. Передо мной дядька спрашивает у кассира: (кассиры, кстати в кассах на вокзале в Баку были мужчины. Наверное прибыльно было, иначе чего бы они там сидели...) - -Почему из Москвы в Баку билет 14 рублей, а из Баку в Москву 15.50 (цена условно)? Кассир: -Ты глобус видел? Из Баку поезд наверх идет! Честное слово, не анекдот и не придумал. Про Лозу видео увидел и вспомнил. Вот этот аргумент я бы привел Лозе. На жд не дураки.

2

Не мое. Найдено на просторах Интернета

Тост за антсемитизм

Один из самых близких моих друзей с весьма типичной еврейской фамилией – произносить ее по ряду причин не буду, назвав его для удобства просто Мишей Рабиновичем, тем более что это не так уж далеко от правды. Так вот, друг моего детства Миша Рабинович родился математическим гением. Он, собственно говоря, этого не хотел – просто так получилось. Гениальность эта была настолько очевидной, что сомневаться в ней было, всё равно что подвергать сомнению тот факт, что Земля вращается вокруг Солнца.
И в 1980 году, по окончании десятого класса, он решил поехать из нашего родного Баку поступать в Москву, в МФТИ. При этом его неоднократно и откровенно предупреждали, что евреям в этот вуз путь напрочь закрыт.
Еврейский мальчик с хорошей головой еще мог поступить в МАИ, при очевидной, как у Миши, гениальности у него даже был какой-то мизерный шанс на поступление на мехмат МГУ, но МФТИ – это был дохлый номер, и об этом знали абсолютно все. Это даже не особо скрывалось. Но Миша Рабинович был, помимо всего прочего, упрямым и самоуверенным до одури. И, похоже, верил в исключительность собственной личности даже больше, чем его мама.
Словом, он таки поехал поступать в МФТИ. Лично для меня, как и для многих других, 1980 год – это, прежде всего, год смерти Владимира Высоцкого, но, напомню, это был еще год Московской Олимпиады. Вступительные экзамены в московские вузы в связи с этим проводились не в августе, как во всех остальных городах Союза, а в июне, сразу после выпускных экзаменов в школе. Дабы к началу Олимпиады зачистить Москву от всех нежелательных элементов, в том числе и абитуриентов.
Рабиновича, как и других поступающих, разместили в опустевшем после скоропалительно проведенной сессии общежитии МФТИ. Первым экзаменом, разумеется, был письменный по математике. На следующий день трое товарищей по комнате в шесть утра начали будить нашего героя – дескать, вот-вот вывесят оценки, вставай!
– Дайте поспать, сволочи! Все равно у меня «пятерка»! – ответил Рабинович, который вернулся после экзамена часа в два ночи и сильно уставший, так как давал одной абитуриентке из российской глубинки несколько уроков по физике твердого тела. Но раз его всё равно уже разбудили, Миша, ворча, поплелся с остальными к доске объявлений с результатами экзаменов. Дойдя до строчки со своей фамилией, он не поверил глазам. «Михаил Рабинович – 2 (неудовлетворительно)», – значилось на листе с результатами.
Рабинович, разумеется, подал на апелляцию. Прошла неделя – ответа из апелляционной комиссии все еще не было. Через 10 дней ему передали, что его дело находится в деканате. Еще дня через три Мише велели явиться за окончательным ответом лично к декану, которым был тогда человек с характерной фамилией Натан.
Андрей Александрович Натан начал с того, что горячо пожал Мише руку и предложил сесть.
– Я должен перед вами извиниться, – сказал он. – Безусловно, ваша работа однозначно заслуживала «пятерки». Но преподаватель, который ее проверял, увы, не смог оценить всей оригинальности ваших решений. Сейчас, к сожалению, все экзамены уже прошли, и принять вас из-за этой нелепой ошибки мы не можем. Но, послушайте, не огорчайтесь. Приезжайте на следующий год, и я вам даю свое честное слово, что именно вы будете приняты. Так сказать, в виде исключения. Надеюсь, вы меня понимаете.
Миша и в самом деле все понял. Он не стал полагаться на честное слово профессора Натана, а вернулся домой и в августе без труда поступил на механико-математический факультет Бакинского университета. В 1985 году он его окончил. Правда, без ожидаемого «красного» диплома: на госэкзамене по научному коммунизму ему влепили «четверку» и исправлять оценку наотрез отказались. Так что в аспирантуру ему удалось поступить только в 1988 году, а диссертацию он защитил лишь в 1991-м – имея к тому времени массу публикаций в различных научных журналах.
Почти сразу после защиты он вместе с женой и дочкой приехал в Израиль. Еще до репатриации один из профессоров Тель-Авивского университета обещал взять его к себе в постдокторантуру, но вскоре после переезда выяснилось, что бюджета у вуза на это место нет. Профессор был страшно огорчен и предложил Рабиновичу просто прочесть в стенах университета одну лекцию – в надежде, что на молодого, талантливого ученого обратят внимание другие мэтры научного мира Израиля и у кого-то найдется для него местечко. Но вышло все по-другому. Минут через десять послелекции к Рабиновичу подошел невзрачный человек в сером плаще, просидевший всю лекцию с каменным лицом в последнем ряду.
– Послушайте, молодой человек, – сказал он. – Неужели вы в самом деле хотите проработать всю жизнь в университете за эту нищенскую профессорскую зарплату? Почему бы вам не попробовать поработать у нас – в концерне «Авиационная промышленность Израиля»?!
Вот так и вышло, что с тех пор и по сей день Миша работает в различных оборонных концернах. Статей в журналах он, правда, больше не публикует, но за эти годы стал одним из главных создателей тех самых израильских беспилотников и другой военной техники, о которой говорят во всем мире. Сегодня он является руководителем сразу нескольких секретных проектов.
Словом, тому, что у Израиля сегодня есть беспилотники, а Россия вынуждена их у нас закупать, да и то, в основном, устаревшие модели, мы обязаны советскому государственному антисемитизму.
Потому что, поступи Миша в МФТИ, он наверняка там бы и защитился, затем стал невыездным и вынужден был бы жить и творить в Москве.
Так выпьем же за антисемитизм. За то, что сколько бы мы ни делали для экономики, культуры, науки и просвещения в странах рассеяния, нам рано или поздно напоминают о том, кто мы есть такие.
Выпьем за антисемитизм в прошлом – ибо на протяжении столетий он хранил нас от ассимиляции и в итоге сберёг как народ.
Выпьем за антисемитизм современный – чем больше он будет набирать силу в университетских кампусах и на улицах европейских и российских городов, тем больше вероятность того, что живущие там талантливые еврейские мальчики и девочки вскоре появятся здесь, на земле предков. А уж чем заняться, мы как-нибудь найдем – в той же науке, медицине, хай-теке...

3

СПЕЦНАЗ, НЕ ЗНАЮЩИЙ ПОБЕД

Никакой ошибки в заголовке статьи нет. Cамый дорогостоящий, самый претенциозный отряд войск спецназначения в мире, американские "Дельта форс" - "Силы Дельта" - одновременно является самым безуспешным и бесславным.

- Пошло всё к чёрту, - выругался президент США Джимми Картер и бросил трубку. Его можно понять: он только что получил доклад, что санкционированная им операция спецназа на территории суверенной зарубежной страны окончилась провалом. И теперь ему самому грозил провал на очередных президентских выборах.
Все началось 4 ноября 1979 г. Группа студентов тегеранского университета, возмущенных противоправными действиями Вашингтона, заняла посольство США в Тегеране, взяв в заложники 53 его сотрудника. В обмен на свободу заложников студенты потребовали от президента Картера выдачи беглого иранского шаха и возврата награбленных шахом богатств. Когда американское правительство убедилось, что меры дипломатического урегулирования (т. е. угрозы и шантаж) на Тегеран никакого воздействия не оказывают, было решено пустить в ход кулаки.
Проучить иранцев доверили суперэлите вооруженных сил США - спецподразделению "Дельта" под командованием полковника Чарльза Беквита, "крутого парня", словно сошедшего с кинокадров голливудского боевика про Рэмбо. Ветеран Вьетнама, "зеленый берет", увешанный медалями от шеи до пояса, Беквит своими руками создал и подготовил "Дельту" в пику коллегам-соперникам, английским спецназовцам из 22 полка Специальной авиадесантной службы - 22SAS, легендарного отряда, имеющего на своем счету множество блестящих побед.
- Чарли, - мягко заметил бригадир Калверт, командир 22SAS, побывав в гостях у "Дельты", - боюсь, у твоих парней слишком много мускулов... Как бы это не сказалось на голове.
Беквит предпочел не услышать подначку Калверта (ну как же, янки круче всех!), а зря.
... Операция "Орлиный коготь" началась 24 апреля 1980 г. 8 транспортно-десантных вертолетов СН-53 "Жеребец" и столько же ударных АН-6 стартовали с палубы авианосца "Форрестол", крейсировавшего в Персидском заливе, и взяли курс на точку "пустыня-1" - заброшенный английский аэродром на полпути к Тегерану. Вскоре к ним присоединились 8 транспортных самолетов С-130 "Геркулес" с десантниками и дополнительным запасом топлива на борту, взлетевших с аэродрома о. Масира (Оман). Поскольку радиус действия вертолетов был недостаточен, в "пустыне-1" им надлежало дозаправиться с "геркулесов" и принять на борт десантников. Далее вертолеты перелетали в точку "пустыня-2" - старые соляные копи в 80 км от Тегерана. По плану операции, в ночь на 26 апреля спецназ при огневой поддержке АН-6 должен был взять посольство штурмом, освободить заложников и вместе с ними отступить к тегеранскому стадиону, откуда всю компанию забрали бы "жеребцы".
- 50 на 50 - если техника и люди будут работать, как надо, - оценил план помянутый выше бригадир Калверт.
Не сработали.
Для начала один "Жеребец" рухнул в воду прямо у борта авианосца. Второй заблудился в темноте и предпочел вернуться. Третий сел на вынужденную в пустыне. Т. о., без единого выстрела группа транспортных вертолетов сократилась до опасного предела: для того, чтобы вывезти всех заложников и десантников, Беквиту требовалось минимум 4 CH-53, и это с учетом возможных потерь от зенитного огня. А накладки тем временем продолжали громоздиться одна на другую...
Разведка клялась и божилась, что "пустыня-1" - это действительно пустыня, т. е. совершенно безлюдное место. В реальности оказалось, что поблизости проходит оживленное шоссе! Нервы у "суперменов", по-видимому, уже начали сдавать, поскольку дельтовцы не придумали ничего умнее, как расстрелять проезжавший мимо бензовоз с целью заблокировать дорогу. Поднявшийся столб пламени был виден с расстояния в 70 км! Если окрестные иранские гарнизоны до этого момента и спали сном праведников, то разожженный американцами костер точно сорвал их с коек. Тем более, что водитель бензовоза умудрился-таки удрать на проезжавшей мимо легковушке. Дельтовцы погнались за ним на мопедах, но не догнали, обстреляли, но не попали. Реальность все меньше и меньше походила на рекламный голливудский боевик...
Между тем на аэродроме кипела работа. При дозаправке вертолетов выяснилось, что шланги коротковаты, а поскольку тягачей в распоряжении отряда, естественно, не было, вертолетам пришлось подруливать к самолетам-заправщикам своим ходом. При этом один из "жеребцов" лопастями своего винта рубанул по топливному баку "Геркулеса"...
Теперь пламя было видно, наверное, даже из Тегерана! Обе машины сгорели дотла вместе с экипажами (8 погибших), 4 десантника получили тяжелые ожоги. Для тонкой нервной системы американских рэмбо это оказалось каплей, переполнившей чашу. Перед глазами "самых крутых парней в мире" уже вставала картина пылящих к аэродрому бронемашин, а драться лицом к лицу с закованной в броню иранской мотопехотой, имеющей за плечами шестилетний опыт тяжелейшей войны, дельтовцам ну никак не улыбалось - это же не по студентам стрелять. Скрежетнув зубами, полковник Беквит приказал бросить вертолеты и сматывать удочки.
Сказано - сделано. Мандраж у янки к этому моменту явно перерос в настоящую панику, поскольку при поспешном бегстве никто даже не позаботился сжечь исправные вертолеты! Так они и достались иранской армии - с оружием, сверхсекретными приборами и столь же секретными документами операции "Орлиный коготь" - на потеху всему свету. Так что, повторимся, президента Картера можно понять...
Беквита за эту неудачу досрочно отправили на пенсию, но везения "Дельте" это не прибавило. Вновь и вновь, с удивительным постоянством питомцы Беквита умудрялись проваливать поставленные перед ними задачи. Их били в Азии, Африке и Латинской Америке; в Европе не били только потому, что там "Дельту" не задействовали. После очередного провала на Гренаде американский командующий, генерал Норман Шварцкопф, прилюдно поклялся, что больше ни за какие коврижки не согласится задействовать "Дельту" в руководимых им операциях! Однако, когда пришло время вторгаться в Ирак, генерала таки уломали подключить "Дельту" к поиску иракских баллистических ракет, надо полагать, с целью реабилитации многажды опростоволосившихся спецназовцев. Скрепя сердце, Шварцкопф согласился - и дельтовцы блестяще подтвердили его правоту: единственный рейд с их участием окончился очередным поражением...
И до сего дня "Дельта форс" остается единственным в мире спецподразделением крупной державы, не имеющим в своем активе хоть сколько-нибудь заметных достижений. Парадокс?
В свое время автор этих строк командовал разведгруппой морского спецназа - водолазы-диверсанты, или, обтекаемо, "боевые пловцы". В разгар "перестройки" в нашу часть с неофициальным дружественным визитом прибыли наши противники-коллеги - американские боевые пловцы из многократно разрекламированной группы спецназа ВМС США SEAL, "морские котики". Программой визита предусматривалось проведение, так сказать, товарищеского матча - состязаний по стрельбе, спортивному ориентированию и преодолению полосы препятствий. И ничего не получилось!
Нормативы по стрелковой подготовке наших гостей оказались настолько низкими, что состязаться с ними нашим бойцам-срочникам было просто неловко: маленьких обижать нехорошо. Наш боец из короткорылого пистолета Макарова должен класть пулю в пулю с дистанции 25 м, а профессионал-янки из длинноствольной "беретты" обязан просто попасть в мишень (неважно, куда) с 10 м. Поэтому стрелковую "дуэль" пришлось тихо отложить в сторону. Наша полоса препятствий, а я бы не назвал ее особо сложной, вызвала у гостей неподдельный ужас: как можно! Ведь тут солдат может получить травму, ему придется страховку выплачивать (я не шучу. Так они готовят своих Рэмбо). В общем, полосу препятствий тоже пришлось отложить в сторону.
Но самое смешное произошло на ориентировании. Ребята приехали к нам со своими приборчиками GPS, а по условиям состязания каждому отряду - нашему и американскому - полагались только карта и компас. Оба отряда десантировались с вертолетов в заранее неизвестной для них точке; им предстояло, сличив карту и местность, определить свое местонахождение и выполнить марш-бросок в точку встречи. В нашем отряде такие задания были набившей всем оскомину бодягой; дело настолько нехитрое, что я на тренировках доверял определение на местности рядовым бойцам - самому мне эта игра давно надоела, все равно, что старую книжку на десятый раз перечитывать. Так вот, "котики" умудрились немедленно потеряться. И вместо движения по маршруту нашей группе пришлось искать этих горе-суперменов в приморской тайге, чтобы они, не дай Бог, не загнулись от голода или не попались на глаза бойцам Внутренних войск МВД или пограничникам - и те, и другие народ особый, остро заточенный на схватку и стреляют без рефлексии. И правильно делают.
Когда мы нашли "котиков", вид у них был, мягко говоря, виноватый. Программу визита пришлось скомкать и быстренько завершить простейшим способом - совместной выпивкой. Когда "супермены" покидали нашу базу, мой боец-связист подвёл итог:
- М-да, а крутизна-то слетает с них вместе со снарягой!
- Когда у спецназовца слишком много мышц и снаряжения, - прокомментировал американский конфуз наш командир роты капитан Зорин, - он, незаметно для самого себя, начинает считать себя всемогущим. А это чревато потерей чувства реальности: такой "бык" не в состоянии правильно оценить степень опасности и принять адекватное решение. За что и будет непременно бит. Самые главные мышцы диверсанта - это разум и воля! А с этим у ребят, похоже, серьезные проблемы...

Сергей ДУНАЕВ