Результатов: 3

1

Обычное утро коммунальной квартиры номер четыре

Автор: Александр Гутин

Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Мусечка, вы бы шоколад в мясорубку еще с фольгой засунули! И зачем вам мясорубка, когда есть терка?
-Розалия Моисеевна, вы такая умная, что у вас скоро мозг пойдет носом! И что вы все время смотрите в чужие стороны, когда у вас борщ? Варите свой борщ и я вас не спрашиваю.
-Муся, Розалия Моисеевна права, шоколад надо поломать на кончики, а потом тереть на терке, зачем тебе мясорубка?
-Ну, так я ей и говорю, зачем ей мясорубка, только ваша Муся это не Муся, а какой-то бендюжник, кричит и хамит пожилой женщине.

-Розалия Моисеевна, у вас борщ, идите его солить и не думайте, что вы самая умная, а вокруг мебель!
-Вот видите, она опять, ваша Муся! Приличные родители, надо же...
-Мама я хочу какать!
-Левочка, подожди, я тру шоколад, у меня грязные руки.
-Мама я хочу какать, я сейчас покакаю прямо на половик!
-Муся, идите усадите ребенка в уборную, вы что боитесь измазать шоколадом его дрек? Я только позавчера выбивала половик!
-Мама я хочу какать! Мама я хочу какать!
-Оу, Муся, иди уже усади Левочку, я потру твой шоколад!
-Семен Иммануилович, вы что опять в уборной? Выходите, тут ребенок хочет!
-А почему вы думаете, что я не хочу? Я только зашел!
-Так вы всегда хочите, а ребенок только иногда. И вы уже со вчерашнего дня там живете и не выключаете за собой свет!
-Мама я хочу какать!
-Семен Иммануилович, если Левочка покакает на половик, вы сами будете его нести в химчистку, выходите из уборной, я вас умоляю!
-Ша! Я уже выхожу! Я так не могу, тут не дают спокойно жить и умереть! Это же не возможно!
-Семен Иммануилович, тут после вас мухи летают мертвыми и не жужжат! Что вы такое кушали, Семен Иммануилович?
-Муся, когда вы будете ходить в уборную фиалками, я вам сразу сообщу, а пока не делайте мне беременной голову и усадите уже своего Левочку какать!
-Муся, тебе тереть весь шоколад или половину?!

Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой. Муся Шнейдерман и ее мама Хана Абрамовна готовили шоколадный пирог, Розалия Моисеевна варила свой борщ, а Левочка, сын Муси и внук Ханы Абрамовны хотел какать.
Именно в это обычное утро коммунальной квартиры номер четыре, сын Розалии Моисеевны, Йося, вошел в парадной майке белого цвета и в синих тапках на ногах на кухню и сказал:
-Мама, вы как хотите, но я так больше не могу, мама!
-Ай, Йося, не делай мне голову, ты видишь я занята и варю борщ?
-Я так больше не могу, мама, и я хочу сказать, что я женюсь.
-В смысле ты так больше не могу и хочу сказать, что ты женюсь?
-Я, мама, женюсь, я хочу тебе это сказать и так больше не могу.
-В смысле, ты женюсь и хочешь мне сказать и так больше не могу?
-Мама, прекратите повторять моих слов! Я именно это и хочу вам сказать! Мне двадцать шесть лет и я имею право!
Розалия Моисеевна положила ложку на стол, выключила газовую конфорку и тяжело опустилась на табурет.
-То есть ты женишься?
-Да, мама, я женюсь.
-То есть ты вот так вот женишься на женщине?
-Да, мама, я решил. Я женюсь на женщине, потому что на мужчине никто не женится.
-Это еще как сказать- вклинилась в разговор Муся.
-Муся Шнейдерман, если ты не замолчишь свой рот, я сделаю тебе первую группу инвалидности вот этим борщом и мне не будет жалко полкило говядины, которые там плавают!-парировала Розалия Моисеевна- То есть ты, Йося, все решил?
-Да, я все решил, мама, и даже не спорьте.
-То есть ты все решил, Йося, а мама может уже ничего не решать? И кто эта шикса, что ты на ней решил?
-Ну, почему сразу шикса, мама? Она хорошая девушка с работы.
-Хорошие девушки не работают на трикотажной фабрике. Там работают шиксы, а хорошие девушки сидят дома и жду пока на них женится хорошие мальчики из приличных семьи.
-Но мама, она правда очень хорошая, мы ходили с ней в драмтеатр и в горпарк кататься на карусели и кониках! Ее зовут Танюша Гапоненко, она живет в общежитии, она …
-Ша! Вы слышали? Гапоненко! Ее зовут Гапоненко из общежития! Мы Фельдман, а она Гапоненко! Конечно, она хорошая, она очень хорошая! Она видит стоит неженатый мальчик из хорошей семьи, воспитанный и одетый в приличную рубашку, так она сразу охмурила и сделал себе личную жизнь!
-Мама, подожди...
-Так мало того, этому шлимазлу больше не нужна мама, которая всю жизнь только и делает, что его любит как свуою жизнь и здоровье, одевает как английского лорда, делает гефелтифиш, который не пробовал сам Леонид Ильич, так зачем ему любить такую маму, когда у него есть Гапоненко, гойка, которая ходит в драмтеатр и катается на кониках!
-Мама, ну хватит играть театр, ты же не в кино! Я женюсь и все!
-Значит я умру. Иди женись, делай что хочешь, на Гапоненке, на Шмапоненке, хоть на негритоске из колоний, мне все равно, я умру и у тебя не будет никакой мамы и тебе будет хорошо.
-Мама!-неожиданно твердо произнес Йося- Я женюсь. Все. До свидания.

На свадьбе Розалия Моисеевна не произнесла ни слова. Когда гости начали расходиться, она молча встала, и поджав губы удалилась в комнату, плотно прикрыв за собой дверь, поэтому так и не увидела, как молодожены уезжали в общежитие, где решили жить после свадьбы.
Несколько раз Йося с женой пытались утрясти конфликт, приходили в гости к Розалии Моисеевне, но она только молчала и не притрагивалась к принесенному торту.
Йося очень переживал, удивлялся неприступности мамы, а потом, с горечью констатировал факт того, что она сдавать позиций не собирается и визиты прекратил.
-Муся, вы бы поговорили с Розалией Моисеевной, это же надо устраивать такую трагедию из Гамлета, Йося так переживает, так переживает, что даже похудел и плохо кушает- говорила Зина Хаскина.
-А что я могу сделать? Это же не женщина, а железный Феликс. Можно подумать у нее не один сын, а целая футбольная команда «Динамо»...
С Розалией Моисеевной о сыне никто заговаривать не решался, обходя деликатную тему, а сама она при упоминании его имени мрачнела и принималась нарочито громко звенеть тарелками.

Прошел почти год. Был теплый майский вечер. Возле гаражей играли в домино Зелик Абрамович, Боря Лифшиц и Вася Калюжный. Мальчишки галдели, сидя на пожарной лестнице. Зина Хаскина громко рассказывала что-то по большому секрету жене доктора Шварца Гите Самуиловне, а сам доктор Шварц читал газету на балконе и слушал как дудит репетицию Шуберта на трубе за стеной Сема Зильберман.
Но вдруг двор словно накрыло ватой. Звуки стихли. Костяшка домино застыла в воздухе, зажатая в ладони Васи Калюжного, мальчишки, как по команде перестали галдеть и замерли, раскрыв рот, Зина Хаскина споткнулась на полуслове, а доктор Шварц прекратил шелестеть своей газетой. Даже труба Семы Зильберманы что-то невнятно продудела и замолчала.
Розалия Моисеевна, вешавшая на веревку пододеяльник, удивленно оглянулась и увидела в арке дома своего сына с женой. В руках Йося держал большой сверток, перевязанный голубой лентой.
Под гробовое молчание, переминаясь, Йося нерешительно приблизился к маме:
-Вот, мама. Я так больше не могу и хочу сказать. Хоть ты и может этого не хочешь, но это твой внук Миша, который мой сын. Просто Таня говорит, что ты должна на это посмотреть и познакомиться, потому что вы родственники.
Розалия Моисеевна молча взяла сверток из рук Йоси и заглянула в него.
-Миша?
-Миша. Но если ты не хочешь знакомиться, то он не виноват.
Розалия Моисеевна плакала.
-Мама, прекратите плакать, мама почему вы плачите?
-Идите в квартиру, я напеку оладушки, что вы проглотите язык и все зубы....

-Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Танюша, так порубайте мосол, кто же ложит в мясорубку мясо с мослами, я вас умоляю!
-Муся, смотрите в свою сторону, вас забыли спросить!
-Так Муся права, Таня, мясо надо порубать- сказала Розалия Моисеевна и сняла с плиты кастрюлю с компотом.
-Мама, я хочу какать!
-Подожли, Левочка, у меня руки грязные! Это не ребенок, это цорес майне грейсе!
Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой.

2

Видел в новостях сюжет: паренек из Нью-Йорка в 16 лет, увидев запись концерта Горовица в Москве, захотел стать пианистом. Он добился своего, даже был музыкальным руководителем театра... Но однажды он бросил театр и стал играть на улице. Каждый день он везет на тележке трехсоткилограммовый рояль за полтора километра в парк и играет для прохожих. И он счастлив, видя лица и слезы слушателей...
А вспомнил я своего соседа, дядю Борю. Ушел на фронт пацаном. Вернулся под конец войны без руки... Работу все же нашел - стал лесником. От окраины нашего городишки, больше похожего на большую деревню, до леса - шаг шагнуть. Дядя Боря каждый день запрягал пегую лошаденку и уезжал на работу. Женился на тихой, скромной женщине, потихоньку, одной рукой мастерил по хозяйству... Никто не знал о его мечте и том как он к ней шел. А Боря по ночам запирался в баньке и учился играть на гармошке. И у него получилось! Соседи рассказывали, что когда он первый раз на лавочке около дома развернул меха и повел "Землянку" и "Амурские волны" удивлению не было предела... Но потом никто не задумывался, каково ему попадать культей по басам. Просто все слушали. Боря был виртуозом. Когда майские вечера становились теплыми, плыли над притихшими улицами вальсы и знакомые мелодии из фильмов.. Боря играл на моей свадьбе. Когда она вечером выплеснулась на улицу (О! Вы не знаете, что такое деревенская свадьба! Когда "официальная" часть заканчивается, приходят все, кто хочет, и всем бывает налито!), Боря пришел сам с своей гармошкой и наяривал до глубокой ночи. Свадьба пела и плясала! Но даже в суете и разгуле я заметил выражение лиц и глаза двух приезжих гостей, вдруг понявших, что виртуоз однорукий...
Боря вскоре ушел из жизни. Но это уже другая, печальная история.

3

В знакомой девичьей компании появился Боря. Очень похож на помесь добродушного Шрека и недобитого бандита из 90-х. Ездит на большом чёрном джипе системы крузак без номеров. Девчонки обомлели ещё на ознакомительном вечере. Его устроила подруга Света, чтобы представить своего любимого парня. В конце этого вечера он весело предложил закатиться всем вместе в сауну.

С тех пор они были с ним в сауне много раз и не пожалели об этом. Только персонал смотрит ошарашено, как они заходят вместе впятером. А ещё в бассейне он плавает самозабвенно, без трусов. Ну, вылитый Шрек – считает, что все и так уже всё видели. Но с них простыней пока не срывал и вообще держится безупречно.

Обманчивой оказалась и бандитская внешность. Деньги свои Боря зарабатывает в далёких тропических странах честным трудом. Он обучает интуристов виндсёрфингу, скуба-дайвингу и прочей дорогостоящей хрени. Долларов 100-300 за час. Далеко не каждый ветер способен оторвать его могучую фигуру от земли. Зато при штормовом зимнем ветре Фантьета он парит над волнами в одиночку, как живой рекламный щит своей фирмы.

Ну и любовь к сауне у него под девизом – чтобы хорошо пропариться, надо сначала здорово замёрзнуть. А в тропиках с этим не очень. Вот и заглядывает иногда в Россию. Встретив Свету, завис надолго. Уже под конец апреля, в солнечный день, предложил выбраться всей компанией на шашлыки в бухту Три поросёнка. Несмотря на ледяную воду, на берегу было жарко. Пляж оказался переполнен загорающими, всюду дымились костры и торчали джипы. Девушки разделись, обнажив свои самые привлекательные купальники, и после шашлыков принялись играть с Борей в пластиковую тарелочку. Вся мужская нормально ориентированная часть пляжа за ними с интересом наблюдала. А потом начался экшн. Одна из девчонок счастливо рассмеялась, запустила и - тарелочку сдуло в море.

Боря не раздумывая снял трусы и бросился в бурные волны. Тут уже и женская часть пляжа с интересом уставилась на его мощную задницу. Подруги построили плотную стенку плечом к плечу, и как могли его прикрыли. Только пляж оказался мелким. В воду Боря уходил очень долго и постепенно. Тарелку уносило ветром.

Минут через 15 он вышел из воды, качаясь и даже не пытаясь прикрыть тарелкой своё достоинство. У него зуб на зуб не попадал. Выходя, Боря заорал на весь пляж: «Девки! Я замёрз! Марш в сауну!»