Результатов: 3

2

Знаете ли вы, что такое настоящий ночной кошмар программиста?

Два года назад дело было. Начальство решило по политическим причинам напичкать наш продукт такими фичами на тему секретности, какие были у продукта совсем другого класса и предназначения... ну, примерно, как если бы в торговом центре установить порядки режимного предприятия. Для нас, программистов, обернулось это понятно чем - сплошными трудностями на пустом (прежде) месте, срывом всех сроков, авралами и т.п.
Так вот.
Снится мне, что я захожу в автобус, с названием нашего продукта на борту. Беру у водителя на входе несколько security token-ов - на то, чтобы пройти в салон, на то, чтобы занять кресло и на то, чтобы оплатить проезд. Токены на вид как детские игрушечные монеты для игры в магазин. Мне еще говорят, мол, берите больше, они не всегда срабатывают.
А вот и кондуктор. Протягиваю ему мелочь за проезд и токен, подтверждающий мои права произвести оплату.
- Ваш токен не действителен! У него истек срок действия!
Протягиваю другой.
- Этот токен поддельный! Видите, позолота стерлась, под ней пластмасса!
Протягиваю третий.
- Этот вообще на проезд стоя. А надо на оплату проезда!
Озираюсь по сторонам - не завалялось ли у кого из коллег лишнего, ненужного security token-а? Но кондуктор пресекает мои поползновения: каждым токеном может пользоваться лишь то приложение, для которого он выпущен! Передача другому пассажиру не допускается!

Пока все это происходит, автобус уже проехал остановку и я, как не оплативший вовремя свой проезд, перехожу в статус безбилетника. Но штраф я оплатить не могу, т.к. для этого нужен соответствующий токен - а таких нет даже у водителя. И покинуть автобус, не заплатив, я тоже не могу. Происходит исключительная ситуация, не предусмотренная разработчиками. Единственный выход = экстренно проснуться, иначе рискую "зависнуть" в этом сне. Огромным усилием воли посылаю себе сигнал SIGTERM. Сработало, просыпаюсь! Последняя мысль перед пробуждением: "Эх, syslog надо было сохранить..."

3

В конце 90-х мне пришлось лежать в отделении челюстно-лицевой хирургии
на улице Соломенной Сторожки в Москве. Нет-нет, ничего серьезного,
просто пришлось исправлять ошибку хирурга, оставившего в пол корня при
удалении зуба. В палате нас лежало четверо, но что удивительно, что трое
из них (включая меня) имели армянскую кровь. Я, правда, полукровка,
родившийся и выросший в Москве, и никаким боком на армянина не похожий,
скорее уж на еврея. Один из оставшихся был кучерявым блондином лет
25-ти, то же абсолютно непохожим на армянина, но с характерным именем
Ашот, другого, дедка лет семидесяти, величали Степанов Степан - но,
несмотря на свои русские имя-фамилию, внешне он был типичным
представителем Кавказа.
Жили мы весело, только дед все огорчался, что никаких процедур, кроме
утреннего осмотра, ему не делают. Но в день, когда нам с Ашотом должны
были делать операцию, произошло чудо. Вошла медсестра и под
одобрительное кряхтение деда, вколола какой-то укол. Видать, процесс
лечения начался.
Что было дальше - помню смутно, поскольку мне то же вкололи какой-то
укол (думаю, сильный транквилизатор), от которого я моментально поплыл и
воспринимал все происходящее как во сне (операция делалась под местным
наркозом). Одно могу сказать точно, что когда тебе разрезают челюсть и
шуруют внутри какими-то скребками, ощущение не из приятных, даже под
действием транквилизатора.
В себя я стал приходить только к следующему утру. Рядом, примерно в
таком же состоянии рядом лежал Ашот. На утреннем обходе нас осмотрел
хирург, который делал операцию. Он остался доволен и, уже собираясь
уходить, обратился к Ашоту. "Ты на будущее знай" - сказал он,"на тебя
наркотики не действуют". "Какие наркотики?" - удивился Ашот. "Ну как
же", теперь уже удивился врач, "тебе же перед операцией укол делали?".
"Нет" - ответил Ашот. Лицо врача окаменело. Мхатовская пауза длилась
секунды три. Быстрыми шагами врач вышел в коридор и рявкнул:
"Медсестра!". Судя по тону, та уже понимала, что произошло что-то совсем
не то. "Кому укол вчера перед операцией делала?" - с порога припер ее
врач. Медсестра не успела ответить, но по ее взгляду мы все поняли.
Взгляд был направлен на кровать Степана.
Боже! Ну кому могло прийти в голову, что в одной палате будет лежать
характерный кавказец по имени Степанов Степан и европейского вида
блондинчик по имени Ашот.
Но все закончилось хорошо. Степан проснулся только к обеду, проспав,
таким образом, часов тридцать. Ашот с юмором отнесся к ситуации и не
имел претензии ни к кому, кроме Степана (в шутку, конечно). И до самой
выписки время от времени подкалывал глуховатого Степана: "Что дед, украл
мой дорогостоящий укол!". На что обычно Степан, который был изрядно
глуховат и в половине случаев не слышал, что ему говорили, отвечал
дежурной фразой, которой прикрывался, когда не слышал, что ему
говорили: "А что поделать!"
P.S. В заключении - спасибо врачам, которые без всяких денег и
вымогательств замечательно меня полатали. Сейчас это, думаю, из области
фантастики. "А что поделать!", как сказал бы Степан.