Результатов: 17

1

"Если у Вас нету дяди."

Я уже как то рассказывал о дяде моего отца (может кто читал истории про сестру Чойбалсана, Ландау, Германа Титова). Это был уникальный, добрейший, и выдающийся человек. Ушел на фронт в июне 1941-го вместе со всем своим курсом, служил фронтовым хирургом, дослужился до полковника и вышел в отставку. Потом почти 30 лет он проработал в ЦИТО и через его приемную и хирургический стол прошли десятки знаменитых Советских спортсменов, политиков, актеров, научных деятелей, итд. Кавалер разных орденов, лауреат всяческих премий, доктор наук, автор более 100 научных статей, нескольких монографий, с дюжины изобретений, итд, итп.

Как водится такие люди и дружат с людьми яркими и неординарными. Например он дружил с Ю.В. Никулиным (актер кино и цирка), c С.П. Капицей (учёный), и Е.А. Фёдоровым (врач 1-го отряда космонавтов). А ещё один его друг сыграл достаточно ключевую роль в истории моей семьи. Про него и речь пойдёт.

После института мой отец был призван дабы отдать 2 года на благо танковых войск CCCP в качестве комвзвода. Прошёл год, другой, до дембеля остались считаные недели и тут организовываются танковые учения. Наверное отец мог от них и отмазаться, ведь дембель на носу, но он человек очень ответственный, если Родина сказала надо, значит надо. Хоть это и было начало 70-х, он служил на Т-55. Тогда в их дивизии (кстати ей командовал Геннадий Маргелов - сын того самого Маргелова), все офицеры, от комвзвода то комбата должны были быть примером для призывников, так что ожидалось что все офицеры умеют отлично и водить танк и стрелять из танковой пушки.

Свои машины стояли на консервации, в коконах или полукоконах. А для учений пригнали танки из тех что гоняли на учения из полка в полк. И готовили их учениям не сами, а хрен знает кто. Танков было несколько и для учений сформировали группы из комвзводов, комрот, и комбатов для каждого танка. Отцу естественно не повезло и он попал в группу с своим комбатом, ротным и другим взводным. Каждый член группы должен был показать навыки как командир танка, механик-водитель, наводчик и заряжающий (т.е. после каждого "круга" все менялись местами и "должностью"). Задание простое - провести танк по местности, преодолеть какие-то препятствия и сделать несколько выстрелов из танковой пушки по мишеням. Учения начались, поехали.

Сначала отстрелялся комбат, потом ротный, потом очередь моего отца дошла. Тут он видит что тот кто готовил танк к учениям забыл поставить загородку которая блокирует откат пушки после выстрела (грубейшее нарушение безопасности). И главное этот танк кто-то допустил к учениям. Вот здесь получилась дилемма, кстати очень жизненная, если экстраполировать ситуацию. По правилам танк принимать в таком состоянии нельзя, но тогда надо останавливать учения, докладывать выше. А кому выше-то, комбат рядом. И главное и комбат и ротный уже приняли танк и отстрелялись. Получается что некий взводный, прямо перед дембелем, начинает права качать и выставлять вышестоящих нарушителями. Что он самый умный что-ли? То есть или надо идти на принцип, или просто тихонько принять танк и отстрелять свои несколько выстрелов. Он и выбрал последнее, за что и поплатился.

Сделал мой отец один выстрел, другой, и вот последний и последняя мишень. В пылу учений забыл он про неустановленную загородку и тут же был наказан. После выстрела пушка откатом ударила его в локоть правой руки. Пушка у Т-55 ого-го какая. И откат у неё тоже ого-го какой. И сносит пушка ему локоть напрочь. Вместо локтя месиво из жил, вен, костей, мяса, итд.

Что должен сделать человек? Наверное взвыть белугой, распихать всех и вся, и требовать чтобы его срочно везли в медсанбат. Что же делает он? Ему стыдно прекращать учения и он сжав зубы приткнулся к стенке. Тем более что при следующем круге ему надо быть командиром танка.

До сих пор не понимаю как он дотерпел до конца учений. И ещё больше не понимаю как он из танка вылез и даже виду не показал, руку как то лишь как то прикрыл. Вылез, но честь отдать может лишь левой рукой. Комполка "ты чего?" "Да там фурукнул вскрылся" отвечает. "Тю-тю какие мы нежные, ну иди до врача." Пошатываясь добрёл до врача, показал, тот в ужасе. Срочно вкатили обезболивающего и в машину, а там он и отрубился.

Привезли в медсанчасть. "Ни хера себе?" Как же тебя угораздило то?" Локоть орган очень непростой, оперировать его не каждый, даже опытный, хирург ортопед возьмётся, но армейских эскулапов это не смутило. Как то осколки костей вытащили, где могли зашили, где не могли бинт наложили, ну и всё "принимай Суоми красавица". Ну и койку в палате выделили естественно.

Операция прошла по принципу песни "слепили из того что было, а что было то и полюбишь." Что должен делать человек? Я бы "караул" кричал. Но отец просто пишет письмо домой левой рукой (он умеет) что "да дембель на носу, но я дома буду позже. Служба задерживает. Всё нормально."

"Всё нормально...???" Мать получает такое письмецо. Видит что писано левой рукой, дураков же нет. Она срывается и едет к нему в часть, благо это не далеко (900 км) и видит этот цирк. Вернее смотреть там особо не на что, большой бесформенный клубок. Она тут же сообщает что думает об отцовских чудачествах, о местных хирургах, требует снимки, отсылает их и звонит дяде в Москву. Тот заявляет "ситуация аховая, надо срочно ехать в ЦИТО, иначе может быть худо. На армейских "коновалов" надежды мало, им лягушку опасно доверить препарировать, не то что локоть. Как обычно лечат в армейских госпиталях он знает не понаслышке, недаром сам с 1941-го по конец 50-х погоны носил."

И тут мой отец начинает идти на принцип. "Это что такое, я сам виноват. Не доложил, принял танк, должен нести ответственность. И с чего это я, офицер СА, не должен доверять армейским врачам? Они что, клятву Гиппократа не давали? Плюс, ЦИТО это для гражданских, вот дембельнётся, тогда посмотрим." Мать на него орёт "ты что, не понимаешь, пока ты не восстановишься, хрен кто тебя на дембель отправит. А тут счёт на дни идёт, запустишь ситуацию - потеряешь правую руку. Кем ты будешь? Хочешь стать инвалидом в 24 года?" Но отец человек упрямый и принципиальный, переубедить очень тяжело. Мать о дилемме дяде сообщает и он успокаивает "Ах так, ждите звонка."

Прошло пару часов, время под вечер, кое кто из эскулапов уже начинает спиртик принимать, благо его много, да и любили они это дело. И тут звонок, слышится командный голос "Начальника госпиталя к телефону." А начальник военного госпиталя есть фигура неоднозначная. Ему сам чёрт не брат, помимо комдива его хрен кто "построить" может.

"Ну, и кто меня тут беспокоит в этот поздний час?" "С вами говорит Главный Хирург Советской Армии, генерал-полковник Александр Александрович Вишневский. Представьтесь по форме." Начальник госпиталя бы меньше охренел если бы в госпиталь прилетели марсиане и вымыли толчок. Он чуть не проглатывает трубку, падает со стула, потом встаёт, застёгивается на все пуговицы и рявкает "Здравия желаю товарищ Главный Хирург Советской Армии. Докладывает подполковник Х...." "Подполковник, у вас там лежит старший лейтенант Ш. Какого спрашивается чёрта не можете сделать нормальную операцию локтя. Если не умеете, так и скажите. Я в принципе готов сам вылететь с бригадой хирургов и показать как надо лечить Советских военнослужащих. Вам нужна помощь?"

Начальник госпиталя снова чуть не падает и единственное что он может вымолвить "Что вы товарищ генерал-полковник? Всё будет сделано в лучшем виде, я сам лично проконтролирую и буду оперировать." В ответ "Я буду регулярно звонить, будете давать мне лично отчёт."

У бедняги подполковника ступор. Можно пожалуй сравить если бы председателю захолустного колхоза позвонил лично товарищ Брежнев и предложил прибыть в качестве комбайнера и помочь при уборке ячменя, ибо без него не справляются. Он прибегает к отцу в палату и говорит "Мать честная, я только о такой должности как Главный Хирург Советской Армии краем уха слышал. А тут довелось лично пообщаться." Естественно отношение тут же меняeтся, врачи госпиталя собираются на консилиум и достают запыленные книги со студенческих времён. Всё что сделано распарывается, разбивается, снимается, и операцию переделывают заново. Ну а А.А. Вишневский (пусть земля будет ему пухом) периодически названивает и ему идут бодрые отчёты.

Но далее идёт всё как по знаменитому фельетону Жванецкого. "Оперируют они удачно, они выхаживать не могут." "Вы хотите что бы он оперировал хорошо, и ещё выхаживал ночами?" "Я хочу что бы он жил." "Так скажите спасибо что он оперирует хорошо." "За что спасибо, если я его хороню?" Ну а более конкретно, физиотерапия в Советской армии начала 70-х была почти не предусмотрена. И вообще на хрена без 5 минут гражданским человеком заморачиваться? Швы конечно почти зажили, но рука высохла и локоть всё равно комок. Рука практически бездействует.

Идyт предложения - "товарищ старлей, а давайте мы вам оформим группу инвалидности, пенсию, и вперед на гражданку. А дальше вы как нибудь сами." Отец опять идёт на принцип. Раз, я сам виноват. Два, никаких инвалидностей - сам придумаю терапию, для начала привяжите мне просто к руке гирю. Я придумаю упражнения. Ну и в гробу я видал вашу пенсию, у меня гражданская специальность есть. Оклад только выплатите что положено за звание и должность. И на дембель хочу, итак чуть ли не полгода лишних в СА." Такого расклада уж точно никто не ожидал, уволили на гражданку с превеликим удовольствием.

Отец действительно придумал себе упражнения. Сначала с килограмовой гирей, потом с 2, 3, 5 кг. Привязал намертво, с ней ходил, ел, спал, итд. И миллиметр за миллиметром вытягивал локоть и накачивал мышцы. Через год конечность стала похожей на руку. Через 2 уже её было не узнать, накачал её а ля Сталлоне. Ну а из всего опыта почерпнул полную бескомпромисную принципальность ко всему что касается техники безопасности. Так что окончилось всё можно сказать благополучно.

Всё это хорошо конечно. Даже замечательно. Но меня всё мучают вопросы. А что было бы если бы не А.А. Вишневский? А как же остальные сотни и тысячи обычных граждан и военнослужащих, у которых не было правильного "дяди"? Бесплатная медицина это вещь хорошая в теории, а вот на практике может быть потребитель имеет ровно то за что платит?

2

Вчера сижу с котом в ветклинике, кот лежит под капельницей (подозрение на рак, на днях должны делать операцию). Процедура не быстрая, пытаюсь себя чем-то занять и попутно прислушиваюсь к разговорам в приёмной. Заходят два парня, спрашивают администратора:
- Травматолог есть в клинике?
- А что у вас случилось?
- Вот, перелом челюсти по ходу.
- Сколько лет котёнку?
- Да хрен его знает! Мы его только что подобрали! Так есть или нет?
- У нас травматолога нет, есть хирург, но она сейчас занята и терапевт.
- А поскорее нельзя?
Стало интересно, выглядываю в приёмную - стоят два амбала, про которых в 90е говорили -
братки, у одного в руках котёнок, точнее в руке. Диалог дальше:
- Так вы не волнуйтесь! Сколько надо мы оплатим, только врача скорее позовите!

3

Народный врач Дегтярев
О его мастерстве хирурга, универсальности врача, рассказывали легенды, которые оказывались реальностью, и реальные истории, похожие на легенды.
Прокопий Филиппович Дегтярёв возглавлял Барановскую больницу три исторические эпохи – довоенный период, послевоенный и развитого социализма. С 1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.
Предоставим слово людям, его знавшим.
Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.
В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.
Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.
Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…
Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.
Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.
Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.
В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.
Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!
Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…
Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».
…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…
Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.
Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.
Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…
А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.
***
Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.
Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).
У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.
Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.
Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.
Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.
Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.
…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…
Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе!» Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.
40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!
***
Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы
Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.
Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.
После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.
Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.
Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.
Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.
Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…
Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.
Он был настоящий народный врач.
***
Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П.Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.
Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.
Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.
И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.
Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

4

Место Врача в Истории.
Вроде бы уважаемым читателям понравилась вчерашняя история, и как обещал вот ещё.
После отставки из армии Дядя моего отца поселился с семьёй в Подмосковье и начал работать в ЦИТО. Тётушка, кстати тоже фронтовой хирург (они в полевом госпитале познакомились), капитан медслужбы, орденоносец, итд. была отличным кулинаром и радушной хозяйкой. Через работу и благодаря их замечательному гостеприимству они очень скоро они подружились с многими интереснейшими людьми и в их доме редкий день проходил без гостей. Моему отцу повезло будучи старшеклассником провести у них всё лето 61ого и 62ого годов. Да и во время учёбы в МИСИСе во конце 60х он тоже старался у них бывать хоть одни выходные в месяц. Так что это будет пересказ тех баек что он слышал.
Простите пафос, но наверное смело можно сказать что моему отцу судьба раздала козырного туза. Какие люди там бывали, какие вещи рассказывали.... Не будет большим преувеличением сказать что люди которые бывали в том скромном доме творили Историю. Конечно по прошествии 50+ лет многих визитёров мой отец просто подзабыл, другие не производили большого впечатления. Но и тех кого он помнит наверное достаточно. Например, Дядя и Тетя дружили с семьёй Сергея Петровича Капицы, Юрием Владимировичем Никулиным, Александром Александровичем Вишневским (его отец был изобретателем знаменитой вонючей мазюки всем наверное знакомой с детства. В последствии ААВ был главным хирургом Советской Армии. Он ещё сыграет свою роль в жизни моего отца, но о нём будет другая история, если интересно, конечно.) и др. Но однозначным "королём" мальчишеских душ в далёком 1961ом был Евгений Алексеевич Фёдоров, а пацаны его звали просто - дядя Женя.
Дядя Женя был институтским другом Дяди, они вместе ушли на фронт, и не потеряли связь и десятки лет спустя. А работал он не много не мало, врачом в первом отряде космонавтов. ( http://www.nsk.kp.ru/daily/26515/3532261/ (на первой фотке под номером 9) Дальше если интересно, гугль в помощь) . В том году когда вся страна (да что страна, весь мир) от мала до велика говорила только о космосе, любой имеющий отношение к космонавтике был звездой и чуть ли не небожителем.
Делился он многими историями не для печати и которые очень отличались от официальных версий которые тогда писали газеты и вещало радио (а теперь снимают передачи и пишут в вики) и вот одна из них которую он рассказал за одним из застолий далёким летом 61-ого.
Мало кто знает, но на первый полёт на космодром ехал не только Юрий Гагарин в качестве космонавта. В автобусе готовыми к полёту ехали и Гагарин и Герман Титов. Должен был полететь кто-то один из них. А кто именно официально было неизвестно до самых последних минут перед полётом. Но между собой, если кто и делал предположения, то считалось что Титов намного предпочтительней как первый космонавт. Он был моложе на год - полтора, сильнее физически, с лучшей реакцией, более вынослив, поспокойнее, и вообще подготовлен лучше. Даже сами космонавты считали что Титов лучше подготовлен и полетит именно он. А Гагарин был просто душа компании.
И вот они уже подъехали на автобусе и уже около корабля. Естественно куча сопровождающих. До сих пор официальной отмашки "кто будет первым" нету, но Титову идёт приказ - одевай скафандр. И Фёдоров делает последний быстрый мед осмотр, прямо перед стартом. И видит что Гагарин спокоен (он то и сам был уверен что не полетит), а у Титова давление скачет как бешеное (это естественно, ибо опять таки, он-то уверен что ему в полёт и приказ надеть скафандр уже есть).
Титов скафандр одевает, а Фёдоров отходит и говорит кому-то из руководства запуска - "с таким давлением я просто боюсь что бы Титов летел. До беды недалеко. Может лучше, Гагарин?" И тут Титов это слышит и у него происходит нервный срыв и истерика. Он в полуодетом скафандре бросается на врача, и на Гагарина, и на сопровождающих. Орёт несуразные вещи, лезет в драку, и видно что он явно не в себе. Сцена очень тяжёлая, депрессивная, но что делать. На него просто наваливаются толпой, заламывают, и быстренько запихивают обратно в автобус, что бы не сбить настрой Гагарина у которoгo уже меняется лицо. И потом поступает приказ, "летит Гагарин - одевать скафандр". А Титова тем временем быстренько увозят с временным помешательством с космодрома.
А дальше как говорится - история которую мы все знаем. Первый человек в космосе - Юрий Гагарин.
Вот такая роль нескольких слов сказаным врачом в Истории. Конечно может Гагарин всё равно бы полетел первый, а может... впрочем История не знает сослагательного наклонения.

5

Раз уж пошла такая тема медицинских историй то вот ловите.
У моего отца был дядя. Очень замечательный, заслуженный и добрый человек. Фронтовик, полковник в отставке, доктор медицинских наук, кавалер множества орденов и лауреат многих премий, автор более сотни научных работ, дюжины изобретений, и нескольких монографий, итд, итп. Его именем даже несколько операций назвали. Хирург от Б-га, он несколько десятков лет проработал в ЦИТО и по праву считался одним из лучших хирургов в СССР. И вот он поделился в своё время такой историей.
В 1945-м наши войска во время войны с Японией двигались через Монголию. Ну и полевой госпиталь где он служил начальником отделения и ведущим хирургом тоже (тогда он майором был). И вот идёт совсем обычный день, он обходит с помощниками раненых, решает кому какие процедуры, операции, лекарства, итд. И видит он, к госпиталю подъезжает машина, а её сопровождает чуть ли не взвод монгольских автоматчиков. Выводят какую-то бабу, а вокруг неё два холуя в полковничьих званиях вьются. Вообще-то госпиталь для советских солдат и офицеров, но так как медицина в Монголии тогда была аховая (типа на уровне шаман даст какой-то травки пожевать да тёплого кумыса попить, и так сойдёт) то иногда местные монгольские начальники обращались, да и их семьи тоже.
Он помощнику говорит, пойди мол узнай, что за бабку нам нелёгкая принесла, а я тут с тяжёло-ранеными буду. Через пару минут помощник прибегает, волосы торчком. Товарищ майор, это не просто бабка какая-то, там привезли сестру самого Маршала Чойбалсана. (Для тех кто не знает, Чойбалсан был эдаким эквивалентом Сталина в Монголии. Более детально - в гугль). Дядя говорит помощнику, ты беги к ней, узнавай чего и как, послушай её (типа первый осмотр), а я тут сейчас закончу, переодену чистый халат и прийду. Встреть меня у каптёрки.
Встретились, у помощника глаза по 50 копеек. "Товарищ майор, у неё сердца нет." "Так товарищ лейтенант, не дурите мне голову, я конечно вижу как она полковников гоняет, но вы её совсем не знаете и не ваше дело всякие дурацкие заключения о её характере делать. Она между прочим сестра нашего самого главного здесь союзника в борьбе с врагом." "Да нет, товарищ майор, вы меня не так поняли, я её слушал, ну стетоскопом и у неё реально сердца нет." "Так, ты пил, признавайся немедленно. На гаупвахту захотел." "Обижаете, товарищ майор. Не больше обычного. А её сами прослушайте, сердца реально не слышно." "А может у неё и пульса нет? И ходит вообще мертвец." "Нет, зачем. Пульс как раз есть, а сердца нет"
Дядя знакомится с ней, полковники тут как тут. Чего подать, принести? Ничего не надо, переводите только. Слушает он её стетоскопом, и реально, звука сердца почти нет. Не может быть такого. Начинает прикладывать стестоскоп в другие места и оказывается.... у неё сердце справа. Редчайший случай, но бывает. Он вспоминает что с десяток лет назад ему первокурснику старый преподаватель (ему далеко за 70 лет было) говорил что встречал такое во время покорения Туркестана в 1880-х когда был совсем молодым врачом.
Ладно, а жалуется Чойбалсанова сестра то на что? Живот говорит болит. Слева. Все симптомы и осмотр указывают на банальнейший апендицит в критическом состоянии. Но боль то слева. И вот тут-то загвоздка, если у человека сердце справа, значит ли это что все остальные органы расположены наооборот? В институте подобные казусы не проходят (по крайней мере тогда). А тут ошибку делать нельзя, это же не черти знает кто, а сестра самого Чойбалсана. Он думает думает, и решает - апендицит и слева. Будем срочно оперировать.
И тут возникает сложность, причём в самом так сказать неожиданном месте. Монголы по традиции не моются. Как Чингизхан завещал, что мол кто моется, тот смывает с себя счастье, вот так оно и есть. Ладно запах, но это же операция. Должно быть всё стерильно, или уж по крайней мере не так грязно. А на ней чуть ли не корка от грязи.
Дядя полковникам - помыть её надо, переведите. Они ей говорят, а она как заорёт на них. Слюнями брыжет, руками размахивает, по мордам лупить хочет. В кратце сообщает, что пока она жива, она будет жить по законам степи, и если они её только попробуют помыть, то мыть будут и их мертвые тела перед погреблением. И вообще они что забыли кто она такая и что они вообще никто. Скандал на весь госпиталь. Начальник госпиталя прибежал.
Дядя полковникам да и начальнику госпиталя объясняет, что если её не помыть и ни принести к операционному столу в чистом виде, то опасность занести ей инфекцию 100%. Легче просто дождаться перитонита или как акт милосердия, прикончить её сейчас. Короче, не хочет мыться, то пускай как хочет. Но он и ни его отделение проводить операцию не будет категорически. А полковники пущай решают бабьи проблемы сами. У начальника госпиталя полуинфрактное состояние. Он то знает что дядя-то прав, но одновременно понимает, что если пока они препираются бабка окочурится, то он погоны теряет как минимум.
Но начальник на то и начальник что бы находить компромисы. Он говорит всем ждать. Бежит во весь опор к комбригу и кричит, "мне нужна связь с Маршалом Чойбалсаном срочно." "А с Жуковым или Василевским вам товарищ врач связи не нужно." "Нет с ними не нужно, но Чойбалсан нужен срочно, нам надо его сестру помыть. И повторяется разговор "Вы пили?" "Да нет, не больше обычного" "На гауптвахту хотите?", "Нет, нам просто надо бабу помыть" и объясняет комбригу что и как. И говорит, что бабе уже худо, и пока они тут пререкаются, она вообще скоро кони двинет. Комбриг усекает что и его погоны под вопросом и звонит в штаб армии.
И далее опять "Вы пили? На гауптвахту хотите?" "Нет нам просто бабу помыть надо." В штабе тоже чуют что погоны слетают. Они звонят ещё выше. Снова разговор. И ещё несколько звонков и похожих разговоров и наконец сам Маршал Чойбалсан в курсе. Он звонит комбригу и говорит "полковников сюда. Разрешаю вам сестру мою помыть, а ей от меня передайте приказ что бы заткнулась немедленно. Об исполнении доложить."
Далее всё было прозаично. Чойбалсанову сестру помыли. Сняли корки грязи. Похоже она действительно не мылась чуть ли не с рождения. Прооперировали. Действительно апендицит в запущенном виде, ещё пара дней и конец. И действительно оказался слева. Всё прошло удачно.
Ну а потом кому положено ордена и медали получили. Дядя кстати тоже, хотя в наградном листе совсем другое указано.
Потом, признавался что хоть операция самая что ни на есть тривиальнейшая, то волнение он мог сравнить лишь с тем, когда много лет спустя он оперировал Ландау. Но про то, совсем другая история.

6

Итак с чего начать? Пожалуй начну с фитнесса.
Фитнесс - это очень хорошо, но когда в меру. А ведь как бывает? Отвис живот и думаешь, бля надо срочно купить билет в фитнесс клуб! Приходишь на первое занятие и начинаешь кидаться то на тренажеры, то на штанги, то еще хрен знает на что как потерпевший. Короче убиваешь свое тело. На следующий день, просыпаясь утром и чувствуя, что телу 3.14здец думаешь, ах какой же я молодец, теперь я настоящий спортик. И идешь в этот же день опять на тренировку, чтобы окончательно убить жир.
Бухло, синька, он же алкоголь.
Тоже очень хорошая вещь, но мля тоже когда в меру... А кто знает эту меру? Мне это узнать пока не довелось(((. Синячишь до поросячего визга, на зато ты Мужик. Чтобы потом на следующий день лежать пластом. И тут вот что самое странное. Тебе начинают звонить, те, с кем ты вчера старательно старался изучить эту самую меру и предлагать немного подлечиться и дальше продолжить поиск этой неуловимой меры, благо еще суббота и завтра не надо на работу. Иногда лечение начинается с - а давай-ка засадим по кружаку? А? И вот после засаживания кружки в один присест вы откидываетесь на спинку стула и одновременно издаете - уф, полегчало.......
Иногда лечение начинается с беленькой, как настоящие мужики. Надо же клин клином вышибать.
Короче синячить и лечиться - это очень интересные занятия!
И я старательно старался заниматься и фитнесом и синькой.
И вот однажды, уже став мастером спорта по этим видам, я проснулся утром в состоянии нестояния, держась за голову, пошел на толчок. Ну как говорится для приведения себя в порядок нужно сделать три вещи: поспать, посрать и пожрать. Подумав о вечном минут так 20 я почувствовал, что что-то не так! Жопой почувствовал, в прямом и переносном смыслах! Вернее даже так - это моя жопа дала мне понять, что что то не так. Отмотав туалетной бумаги и проведя ей по своей любимой жопе я понял !!!! Бля, МОЯ ЖОПА ДИКО БОЛИТ(((. И походу кое какие кишки вылезли наружу. Оказалось это не кишки. Это вокруг шоколадного гнезда выскочили шишки, которые 3.14здец как болели. Что это такое и что делать?
О, надо сходить в душ, прогреться и отлежаться, авось пройдет.
Первый день отлеживания привел к тому, что болеть стало гораздо сильнее. Ок, подождем еще денек... Следующий день оказался еще хуже. И вот начинаешь обзванивать своих друзей и знакомых и деликатно расспрашивать, было ли у них что-то подобное. Оказывается это херня. У всех это было, но никто сука не признается. А выход проще некуда - надо купить свечи и вставить себе в пещеру. Бля, но у меня там сейчас не пещера, а улей с пчелами. Или пчелы в улье....
Соображать я уже не мог от боли, поэтому сжав всю свою волю в кулак поехал в больницу.
В больнице.
По моей походке доктор все понял. Я шел осторожно, максимально расправив булки, чтобы они не тревожили мой улей!
Как я впоследствии узнал, это типичная походка пасечника, пардон, геморройщика.
Снимайте трусы и ложитесь на бок на кушетку - сказал мне дядя в белом халате. Что он собирался делать я еще не знал. Но через мгновение все, кто находился рядом с кабинетом узнали какой у меня красивый и громкий голос. Это он попытался что-то засунуть в мой улей. Оказалось, что это типа эндоскопа, но для жопы. Когда он пошел на второй заход я начал умолять его не делать этого. Вот так я и потерял свою девственность, а заодно и родил.
Чуть позже, когда я немного пришел в себя и вытер слезы на глазах, дядя показал мне на компе как выглядит моя жопа снаружи и внутри. Святые Угодники! Такого я не видел ни в одном ужастике!
Лечить такой ужас было уже поздно. Оставалось только вырезать там все к такой-то матери. Согласился я быстро.
И вот через пару часов ,еле-еле сбрив волосы на заднице, я воссел на кресло!!!
В детстве мне уже делали операцию, поэтому я приготовился, что мне дадут маску подышать и все произойдет для меня мгновенно. Ни хера! Дядя с двумя женщинами-ассистентами собирались ткнуть шприцем прямо туда! Это была паника! Я себе не мог позволить просто дотронуться туда, не говоря про шприц.
Это был 3.14здец! Сейчас, когда все позади я думаю, что если бы я тогда знал, что меня ожидает, я бы лучше убился ап стену.
Когда мой шоколадный глаз обкололи со всех сторон, я перестал его чувствовать!!!
И процесс начался! К слову, самый прогрессивный на сегодняшний день метод резки - это резка радиоволновым устройством Сургитрон, пр-во США. Как он режет я не видел, но на слух похоже на сварочный аппарат. Первый час прошел великолепно! Боли не было, просто чувствовал, что с моей жопой что-то делают. Ну вот, снаружи мы все срезали! Теперь надо внутри полипы убрать, три штуки! - сказал дядя. И тут началось... Оказывается для того, чтобы добраться до внутренних полипов, нужно вытянуть наружу кишку, которая снаружи оканчивается моей жопой! А это так скажем не совсем приятно. Очень даже неприятно. Представьте, что вам оттягивают мошонку. Первые 10-15 секунд вы терпите, но потом терпеть становится все труднее. И это длилось еще почти час! Бля, во второй раз я бы наверное не вытерпел!

Продолжение...
Наконец-то все закончено. Я лежу в гинекологическом кресле и кайфую от того, что больше никто не оттягивает мою кишку-жопу. Это непередаваемое ощущение! Женщина- ассистент вновь измерила мое давление и спросила
- Как самочувствие, голова не кружится?
- Можете встать?
- Только не торопитесь...
А мне все пох... Я сделан из мяса...
Огромное спасибо этим людям в белых халатах за то, что они без страха и брезгливости копаются в наших жопах. И сразу после операции, сняв перчатки, садятся пить чай с печеньками!!!
А я в это время лежал, засыпая на кушетке и радовался жизни. Часа через два я проснулся, мне сделали два обезболивающих укола в булки и пригласили в кабинет к хирургу. В кабинете все дружно пили чай.... И мне налили кружечку с лимоном и сахаром. Надо заметить, что когда со мной случилась эта беда, я ничего не ел. То есть уже три дня. Потому как страх того, что с этой едой потом придется кое-что делать был сильнее голода.
Дядя хирург взял со шкафа муляж жопы в разрезе и поставил на стол передо мной. Вот смотри, вот такая жопа у нормальных людей, а у тебя она была немного не такая. Мы вот тут все посрезали и теперь у тебя она тоже нормальная и красивая, НО. Чтобы все было хорошо, она должна РАБОТАТЬ!!!
А для этого нужно кушать. Чтобы сегодня обязательно поел. А послезавтра чтобы съел манты и беш.
3.14здец!!! А как я буду все это дело .......???? А не порвется ли??? ( это мои мысли про себя). Но дядя оказался экстрасенсом, он прочитал мои мысли тут же по выражению моего лица.
-Не ссы ( на самом деле он сказал не волнуйся), не порвется. Конечно сначала будет немножко неприятно, но зато потом будет опять приятно, как раньше))).
Ну, если немножко неприятно, то почему бы и нет? У меня появилось вдохновение. Пожрать впервые за четыре дня - такая перспектива меня радовала. Я пожал руку дяде и вышел на улицу к машине.
Путь мой лежал в кафе возле дома. Манты и беш я сразу есть не решился, поэтому взял супчик и тефтельки.
А ведь не так страшен черт, как его малютки))))). Ведь у меня есть: 1) анестезирующие свечи 2) гель для жопы 3) кеторол!!!
Все было замечательно! За исключением того, что я забыл выпить таблетку кеторола перед сном, поэтому пришлось ночью проснуться в поту, глотать эту таблетку и ждать когда же она подействует.
Утром меня ждал прием у доктора!
Услышав знакомое - снимай трусы и ложись бочком на кушетку, я быстро все сделал и удобно улегся. Дядя доктор сейчас просто посмотрит на свою вчерашнюю работу и отпустит меня домо ОООЙ, БЛЯЯЯЯЯ! Я родил...
Дядя - садист раздвинул мои булки и засунул свой нихера не тонкий пальчик мне туда, где уже все успокоилось.
... Пчелы вернулись в улей...
- Ну молодец! У тебя все нормально, даже гноя нет! Дома сам делай упражнения, растягивай мышцы и не забывай кушать, особенно манты и беш.
Какой нахрен БЕШ? У меня только только все успокоилось и я подумал, что уже здоров, как он тут все разворошил.
Два укола в булки и я опять еду домой.
Заехал в кафе и взял порцию из пяти мант. Надо, Федя, надо.
Через час все плохое забылось, опять вернулся вкус жизни!!! (Кеторол действует великолепно!).
В 4 часа утра я спустился на землю... Как объяснить мое состояние? Это просто 3.14здес! Я понял, что жопа болит не просто от того, что её порезали, но еще и от того, что кто-то или что-то давит на нее, а она изо всех сил сопротивляется. Ужас. Я обратился внутрь к своему мужеству, но оно меня покинуло. И я вспомнил детство и её величество Клизму! Бля, вот мое спасение! Но где её взять в 4 утра??? Да, еще одна беда - кеторол закончился. Это паника!
-103, скорая, мне песдес, спасите. Не могу посрать, если не приедете через 15 мин, то вызывайте патологоанатомов ( он скончался от взрыва говняной бомбы).
Через 20 мин стук в дверь. Ааааа, мое спасение!!!
В комнату зашли парень и девушка ( или студенты на отработке или только закончившие).
- Братишка, клизма бар ма? (с казахского переводится как - клизма есть?)
Оказывается бригады скорой помощи не возят клизмы и слабительное...
Епть. А кеторол бар ма?
Ну это добро у них было. Но перед этим парень попросил меня лечь на бочок. Я сначала на понял, что он задумал. Но когда от открыл чемоданчик, вытащил перчатки и смачно их надел, согнув все пальцы, и оставив указательный, я сразу все понял. Сталевар .баный. Опять вспомнил детство когда ходил на экскурсию на завод. Там дырка в печи через которую выливается металл затыкают глиняной пробкой. И когда настает время, сталевар длинным ломом пробивает эту пробку и металл вырывается наружу. И этот умник решил поиграть со мной в игру печка и сталевар на глазах у своей подружки. Нихера! Не дам тебе такой развлекаловки!
Короче от них мне нужен был только укол кеторола!
Сразу после этого я полетел в аптеку за слааааабительныыыыым.
Что можно добавить в конце? Сейчас я уже практически здоров и это клёво! И хотел бы всем вам пожелать быть здоровыми и не пройти то, что пришлось мне! Берегите здоровье!

7

Сказка о человеческом тщеславии

Воет за окном ветер, несет с Невы беспощадную гиперборейскую стужу, выдувает через древние рассохшиеся рамы слабенькое тепло не менее древнего радиатора. Но благодаря прекрасному девайсу масляная батарея в ординаторской почти тепло.

Немолодой ответственный дежурный хирург настроен благодушно. Все поступившие больные осмотрены, записаны и по необходимости прооперированы, сомнительных нет, а дежурного по приемнику давно не вызывали, и он погружен в просмотр завораживающего своим идиотизмом мексиканского сериала «Просто Мария».

Традиционные пельмени съедены, бригада пьет чай. Молодняк обсуждает рассказ американского писателя Стивена Кинга об успешном хирурге, переквалифицировавшемся в наркодилеры, и оказавшемся после авиакатастрофы на безжизненном каменистом островке среди океана. Герой рассказа последовательно ампутировал себе обе ноги, первую из-за начавшейся гангрены, вторую - как источник белков и незаменимых аминокислот. Мнения ученых по вопросу, возможно ли, имея из инструментария только нож, а из медикаментов - героин, и, не являясь облитерантом, отрезать себе ногу и не помереть непосредственно в ходе операции, разделяются, и ответственного просят высказать его авторитетное, основанное на многолетнем опыте, мнение.

- Да кто же его знает? - загадочно улыбается ответственный, прихлебывая растворимый кофе. - Возможности человека, как известно, безграничны. Давайте я вам лучше сказку расскажу тематическую.
В давние-стародавние времена, когда никого из вас, мои юные друзья, еще не было на свете, в одной обычной городской больнице работал обычный молодой Доктор-хирург. Ничем особенным среди собратьев Доктор не выделялся - работал, дежурил, оперировал, перевязывал и писал, как все. Разве что замечали за ним коллеги нестандартную особенность. Завел Доктор привычку шить по ночам на дежурствах в свободную минуту подушки. Что же в этом удивительного, спросите вы, все мы в разное время увлекались совершенствованием хирургической техники? Все-то все, да только доктор подушки шил не просто так, а перед зеркалом, что, согласитесь, довольно необычно.

А из больнички той проторена была дорожка на самый крайний Юг, южнее не бывает, в экспедиции. Все желающие по очереди вербовались туда врачами. Зарплата хорошая, работы немного, условия хоть и трудные, но в целом интересно. И вот настала очередь нашего Доктора понаблюдать пингвинов в естественных условиях.

Уплыл он на свои юга. А вскоре коллеги прочитали в газетах сенсационный репортаж о Враче-Герое. Заболев внезапно аппендицитом, он не позволил себе помереть, тем самым оставив экспедицию без специально обученного человека, умеющего профессионально мазать царапины зеленкой. Как настоящий Советский Человек, Доктор удалил себе аппендикс сам, не зря же он упорно отрабатывал умение оперировать подушки в зеркальном отражении.

В больнице все всё поняли, а заведующий кафедрой Профессор после возвращения героического Доктора попросил поискать его себе другое место работы.

Народ посмеялся и забыл. Прошло несколько лет, и однажды ночью в больницу прибыла карета скорой помощи с нашим Доктором на борту в качестве пациента. У Доктора болел живот. А как вы все, я надеюсь, усвоили, анамнестические сведения о перенесенной аппендэктомии, равно как и наличие рубца по Мак-Бурнею-Волковичу-Дьяконову, не позволяют нам отказаться от вмешательства, если пациент демонстрирует клиническую картину локального (а нелокального - тем более) воспалительного процесса в брюшной полости. И вот тихо, без всякой помпы, силами дежурной бригады у героя нашей сказки был удален флегмонозно измененный червеобразный отросток. Но в газетах об этом ничего не написали, ведь каждую ночь в нашем немаленьком городе делается не меньше десятка аппендэктомий, и что в этом примечательного?

Молодежь переваривает услышанное.

- Да как же так, свидетели же были, которые ассистировали, я читал, и фотографии есть?!
- Есть, - соглашается рассказчик. - Ну тогда скажи, какой этап аппендэктомии ты на фотографии видишь?
- Там общий план и непонятно.
- Значит, с этим разобрались. Внутреннее устройство телевизора ты знаешь, чинить их умеешь? Нет? Если при тебе будут чинить телевизор, поймешь, что конкретно там ремонтируют? Вот и свидетели не очень поняли.
- Но почему же вы молчали и не рассказали, как дело было на самом деле?
- А что нам, нужно было опровержение в «Комсомольскую правду» написать? Как думаешь, напечатали бы его?
- А если пойти в архив и историю поискать?
- Ну займись, если время есть и желание. Только помни, что срок хранения историй в архиве - 25 лет. Скорей всего, ее там уже нет...
* * *

Хотелось бы, наверное, завершить эту историю каким-нибудь назидательным резюме. Мол, сколько веревочке не виться, правду, как шило, в мешке не утаишь, и вообще, в чем сила, брат.
Однако вся эта вековая народная мудрость здесь ни к селу, ни к городу. Ложь, которую можно красиво назвать мифом, пережила своего фигуранта, свидетелей и очевидцев, и нас с вами переживет тоже. Да и ладно.

Вывод мне придется сделать другой.
Не стоит верить никаким удивительным и впечатляющим сагам и сказаниям, если ты не был их непосредственным участником или наблюдателем, или если не доверяешь рассказчику абсолютно.
Everybody, как известно, lies.
Как один из интернов, слушавших, раскрыв рот, эту сказку 20 лет назад, подтверждаю.

8

Пошли Терапевт, Психиатр, Хирург и Паталогоанатом на утиную охоту.
Засели в камышах и стали ждать. Так как на четверых у них было всего одно ружье, решили стрелять по очереди.
Первым взял ружье Терапевт.
Вдруг из камышей вылетела утка. Терапевт вскинул ружье, но подумал:
"Хм, а утка ли это? Может, это павлин, а может, сова...???" И пока он думал, утка улетела.
Настал черед стрелять Психиатра.
Вылетела птица. Психиатр прицелился и... подумал: "Это утка, и я знаю, что это утка, но знает ли она, что она утка, вот в чем вопрос!" Пока он так размышлял, утка благополучно смылась.
Взял ружье Хирург.
Показалась птица. И тут же.... БАХ БАБАХ.
Хирург говорит Патологоанатому:
Ну-кась, сходи, погляди утка ли это...!!!

9

Посвящается М.Л.

МОНАШКА ЯДВИГА

Рассказала эмигрантка о своей маме. С её согласия привожу эту историю как бы от первого лица - её мамы. Правда, моим суровым языком плаката....

Почти в конце Великой Отечественной войны я закончила мединститут и в новенькой форме лейтенанта медицинской службы прибыла по назначению в дивизионный госпиталь. Госпиталь расположился в женском католическом монастыре только что освобождённого польского городка.

Командир госпиталя, полковник медицинской службы, он же и главный хирург, установил добрые и доверительные отношения с аббатисой монастыря. По уговору с ней, часть главного зала для богослужений и боковые приделы костёла отделили деревяннной отгородкой для госпиталя. Правда, вовсе не до высокого свода костёла, а высотой всего-ничего метра в два с половиной. У раненых появилась возможность слушать игру органа, мессы и пение хора, зато верующие могли услаждать слух стонами и матюгами соседей.

Монахини стали вольнонаёмными санитарками и сиделками. Госпиталь временно принял их в штат и поставил на довольствие. Если возникала нужда, им оказывали медицинскую помощь да оделяли лекарствами. И - немаловажно - своим присутствием советские военные охраняли монастырь от мародёров и бандюганов, этих шакалов войны - территорию только освободили от немцев, фронт ушел километров на 60-80. Выздоравливающие бойцы помогали и в монастырском хозяйстве, выполняли всякие мужские работы. Увы, кроме главной: с этим у нашего полковника было строго. Женский персонал госпиталя разместился в кельях, когда выделенных, а когда и совместно с монашками.

А вообще полковник наш был человек замкнутый, суровый, с красными глазами от недосыпа - за хирургическим столом выстаивал по две смены, а если было много раненых, то и все три. Да в отличие от остального командного состава не завёл себе ППЖ - полевую походную жену, хотя мужчина был вовсе не старый, видный из себя, да при том всем нам отец, бог и воинский начальник. Многие врачихи и сёстры клали на него глаз, раскатывали губу и откровенно к нему мылились, но он на это положил и сделался для всех неприступным утёсом.

Говорили, что у него пропала без вести семья - мама и жена с двумя детками. В составленных с немецкой педантичностью списках уничтоженных в концлагерях их пока не обнаружили. У него ещё оставалась надежда, в одном из откровений наседавшей на него даме он обмолвился - верит в примету, если ни с кем не свяжется, семья найдётся.

Вообще-то окружающие меня считали красавицей, при моём появлении у молодых мужчинок начинали блестеть глаза, и они начинали козликами прыгать вокруг. Более пожилые подтягивали животы и становились мягче, добрее и где-то даже романтичней. Когда же я предстала под красны очи моего начальника, в новёхонькой форме лейтенанта медицинской службы для её прохождения, полковник лишь мельком глянул моё направление, сухо пожелал успеха.

Меня такой приём даже немного покоробил, а пока я коробилась, мой начальник без всяких там сантиментов приставил меня к доктору-терапевту, опытному - как профессионал, но молодому по возрасту симпатичному капитану медицинской службы. Нашей задачей была предварительная сортировка раненых и послеоперационное выхаживание. Я рьяно приступила к выполнению медицинских обязанностей, сбылась мечта, которую лелеяла все годы ускоренного обучения в эвакуированном на Урал московском мединституте.

А жить меня поселили в келье с молодой монашкой Ядвигой, работавшей санитаркой под моим началом. Через несколько дней я заметила странности в её поведении: она, проверив заснула ли я, складывала в котомку харчи и ускользала. А ещё просила, если у меня оставались продукты, отдавать ей. Через несколько дней у нас сложились доверительные отношения.

В конце концов, мы были ровесницами, вместе работали да и питали друг к дружке определённую симпатию. Если я таки была комсомолкой, спортсменкой, красавицей, то Ядвига, за спорт и комсомол не знаю, но уж красавицей была точно. Да в монастырь, как оказалось, ушла не для того, чтобы ближе к Богу, а подальше от гестапо, заподозрившего её в связях с подпольщиками.

Гестапо же заподозрило её не зря - она была связной между городскими подпольщиками и сельскими партизанами. Ей удалось ускользнуть из-под самого носа гестаповских менеджеров по сыску да исчезнуть от мира сего. Ядвига взяла с меня клятву на распятии, хотя и знала, что я еврейка, и поделилась своей тайной: она прятала в запущенном склепе на отшибе кладбища костёла еврейскую семью.

Семье удалось сбежать, когда партизанами был пущен под откос эшелон, отвозивший живое топливо для газовых печей в концлагерь. Их подобрали добрые люди и свели с подпольщиками. Мать и деток какое-то время перепрятывали по подвалам да чердакам, пока подпольщики не поручили их Ядвиге, осевшей в монастыре. И вот уже почти два года она, да и другие монашки, посвящённые в тайну, прячут и поддерживают эту несчастную семью.

У меня сразу возник вопрос - а почему Ядзя сразу не известила о своих подопечных наших, освободителей. Она призналась - из страха, вдруг немцы вернутся, война такое дело - сегодня побеждают одни, завтра - другие. И припомнят ей укрывательство опасных врагов рейха и фюрера.. Ну, не верила в возросшую мощь уже победоносной Советской армии, но по этой теме, особенно как для монашки, Бог ей судья.

И тут у меня сверкнуло какое-то озарение-предчувствие - уж не разыскиваемая ли по всему фронту семья нашего полковника? Я напросилась к Ядвиге взять меня с собой - и, о, чудо: это были вроде они, хотя фамилия была другая, но ничего больше выяснить не удалось, мать, предполагаемая жена полковника, потеряла речь и слух из-за сильной контузии при крушении эшелона, а мальчик годов шести и примерно трёхлетняя девочка, ошарашенные появлением женщины в форме, внятно ответить не смогли, внешнего же сходства с полковником в полумраке склепа я не увидала. К тому в семью, которую он разыскивал, входила и его мама, и эта не подходила по составу - другая комплектация.

И всё-таки я уговорила Ядвигу на встречу с полковником. По-любому, заключенные в склепе выбрались бы на волю, он бы помог им вернуться на родину. Ядзя пугливо согласилась, но попросила сохранить всё в полной тайне, мало ли что. Утром я рвалась то ли обрадовать, то ли разочаровать полковника, всё робела к нему подойти: а вдруг это не они?

Да и кто я такая тревожить начальство, обращаться полагалось по команде по команде, согласно уставу, но просьба была очень личная. Короче, я всё-таки решилась и, как певалось в известной песенке знаменитой тогда Клавдии Шульженко, "волнуясь и бледнея", осмелилась:
- Товарищ полковник, разрешите обратиться по личному вопросу!
- Замуж собралась, быстро вы снюхались с Николаем? (Начальство знает всё и про всех - по долгу службы, стук в госпитале, как в образцовом советском учреждении, был налажен превосходно). И он продолжил:
- Неймётся потерпеть несколько месяцев до конца войны? Ладно, что там у тебя, давай покороче!
- Нет, товарищ полковник, у меня не про снюхались - и изложила ему суть дела, да передала просьбу Ядвиги о конспирации.

Он тут же сорвался с места:
- Веди!!! - Однако просьбу о соблюдении всех предосторожностей уважил - задами да огородами, обрядившись в маскхалат, устремился к склепу. А вот тут вся наша конспирация чуть не полетела в тартарары: семья оказалась таки его, и какие неслись из склепа вопли радости, визги истерики,- словами не передать. И слёзы - судьба матери полковника осталась неизвестной, но, скорее всего, она погибла - при подрыве эшелона или уже в концлагере.

Затем подогнали санитарный фургон, спрятали в него семейство с полковником и, сделав крюк, чтобы изобразить явку с вокзала, прибыли в госпиталь, якобы родные полковника отыскались по официальным каналам.

Что и говорить, как счастлив был командир, повеселел, сиял от радости, окружающий пипл даже не удивился метаморфозе. Правда, меня и Ядвигу он попервах пожурил - почему не открылись сразу? Но простил и воздал сторицей: меня через несколько месяцев произвёл во внеочередные старлеи медицинской службы и приказал выйти замуж за Николая.

Я охотно подчинилась приказу, в Николая влюбилась с первого взгляда, с ним произошло тоже, и во мне уже зрел его ребёнок. Благодаря же командиру, случилось то, что должно было случиться рано или поздно.

... Нас сочетали в костёле по красивому и торжественному католическому обряду - Николай был православным атеистом, я - такой же иудейской. Обряд был классным, и нам было пофигу, кто освятил наш брак. В конце концов Бог един, просто разные религии представляют его в выгодных им форматах. А брачное свидетельство командира на казённом бланке госпиталя да последующая примерно комсомольская свадьба отпустили нам религиозный грех перед атеизмом.

... И через положенные 9 месяцев, уже после Победы, родила я мальчишку. Увы, плод был крупный - в высокого Николая. Чтобы не рисковать, решили делать кесарево сечение. Есссно, операцию провёл сам начальник госпиталя, больше никому меня не доверил. Да уже в добротной немецкой клинике, где разместился наш госпиталь перед отправкой на родину и расформированием.

А как сложилась судьба наших героев? Ядвига вышла замуж за сержанта-водителя того самого санитарного фургона поляка Збышека, он как бы оказался посвящённым в её тайну, вроде с этой тайны у них и началось. Я отработала лекарем больше полувека, выросла до главврача крупной киевской клиники. Мой Николай Иваныч стал доктором медицинских наук, профессором. У нас двое деток, старший кандидат медицинских наук, доцент, закончил докторскую, работает в Киевском Охматдете, где папа заведовал отделением. В медицине такая семейственность приветствуется.

Для Ядвиги мы добились звания праведницы народов мира, её фамилия, правда, девичья, в списках знаментого музея Холокоста Яд-Вашем, она получила аттестат праведницы и пенсию от Израиля. У неё прекрасная семья со Збышеком, трое деток, внуки. У жены полковника после многолетнего упорного лечения речь и слух почти восстановились. Спасённые детки тоже подросли, завели свои семьи и стали классными хирургами.

Наша младшая дочка по программе обмена студентами окончила медицинский факультет Сан-Францисского университета. Вышла замуж за однокурсника, американца-католика, но ради неё он принял иудаизм. Свадебный обряд провели в синагоге - в какой-то мере маленький религиозный реванш состоялся. Хотя, конечно, ортодоксальным иудеем наш американский зять так и не стал, лишь пополнил ряды иудеев парадоксальных.

А мы все иммирировали к дочке в Окленд, город-спутник Сан-Франциско. Здесь у неё с мужем небольшая частная клиника, занимающая нижний этаж их большого собственного дома. Мы с мужем уже на пенсии - в нашем очень уж преклонном возрасте сдать на лайсенс американского врача нереально, да и давно уже пора на покой, сколько там нам осталось!

Несколько раз посещали ставший родным монастырь в Польше, не жлобясь на пожертвования...Увы, несмотря на место главных событий в нашей жизни - монастырь, в Бога никто из нас так и не поверил, зато поверили в справедливость случайности, которая свела стольких хороших людей и сполна наделила их счастьем .

10

Года три назад обращается ко мне коллега - хирург из другой больницы, с просьбой настроить ноутбук который стал глючить, а он ему, видите ли - "позарез" нужен для важного дела. И шоб - "летал".

Что за архиважные проблемы ему надо решить, я уточнять не стал. Завез он ко мне свой аппарат с ХРюшей на борту, котоый я должным образом почистил от всякой заразы, оптимизировал, поубивал все ненужное, а "нужное" установил. Почему "нужное" в кавычках? Скоро узнаете.

Обычная, рутинная для Вашего покорного слуги процедура, на которую ушло не более часа. Отдал я ему этот ноут с легким сердцем и осознанием "качественно"выполненного на 100% обещания. Почему "качественного" в кавычках? Сейчас узнаете.

Звонит он мне ровно через сутки. Приходилось Вам слышать смесь мата и одновременного ржания в трубку? Так вот мне пришлось. Дело в том что я ему установил очень "нужный" софт в виде скринсейвера Side 9. Кто не знает - замечательный (любой нормальный мужик оценит) скрин в виде полуголых девиц, моющих мыльной пеной ваш монитор. Вот здесь ссылка на ролик. Интервал срабатывания установил в 15 минут.

http://www.youtube.com/watch?v=7SgyGnBfRVE

Архиважная задача, которая стояла перед этим ноутом - быть подключенным на следующий день к проектору для демонстрации на большом экране презентации в Power Point достижений его отделения на очередном Республиканском хирургическом обществе. Я там не был, поскольку дежурил. Очень хорошо совпало это дежурство. Иначе бы покалечил он меня сразу же после заседания.

Произошло следующее: Идет доклад, слайды идут на ура, ноут работает как часы, проектор - тоже. Демонстрация временно прерывается для ответа на ряд вопросов. Мой коллега начинает отвечать на вопросы просвещенной аудитории. Через 15 минут в затемненном зале срабатывает скринсейвер. Аудитория замирает. Сначала зачарованно смотрит на здоровенный экран, потом начинается ржание. Первыми оживились, естественно, студенты и аспиранты. Потом и до профессуры очередь дошла. Мой коллега к экрану стоит спиной и продолжает увлеченно вещать о достижениях в эндоскопической абдоминальной хирургии. Наконец он ощущает неладное, оборачивается, бледнеет и бросается к мышке. Девушка исчезает...

Так вот - из зала раздались крики почтенных докторов (не студентов): "Верни её назад!!!!"

11

Случилось, мне попасть в больничку.
Вот как бывает – за всю жизнь не имел даже карточки в поликлинике, все
болячки были только результатами травм и ранений. Жизнь прожил и не
знал, что такое насморк, или похмельный синдром, и тут – на тебе! Первый
поход к участковому врачу, обернулся срочным вызовом неотложки прямо в
поликлинику. С ветерком и музычкой домчали до ЦГХ, если кто знает.
Спасибо, телефоны теперь у каждого имеются. Позвонил. Пока делали
экспресс – анализы, рядом появилась дочка.
Вместе почитали стандартный текст, подписавшись под которым, пациент
брал на себя всю ответственность за неудачный исход операции. Пришёл
посмотреть меня хирург – приятный молодой человек, которому предстояло
провести ремонт моего двигателя. Заверил нас, что до меня у него уже
около трёхсот оперируемых прошло. Анестезиолог тоже опытный и
внимательный. Делают они всё грамотно, аккуратно, независимо от того, на
какой основе попал на стол клиент. Никому ничего платить не надо. Всё
будет хорошо…, но, всё таки, если есть какая – то возможность
отблагодарить, то они будут очень благодарны.
Я, свою очередь, заверил доктора, что очень рад, что меня будет
оперировать именно он. Сам я ничего не боюсь и понимаю, что лично мне
станет лучше, при любом исходе операции.
Наутро покатили.
Привязали покрепче и стали прилаживать к морде лица маску. Было
любопытно, как будет действовать наркоз. Внезапно маску убрали. Лежу,
прикидываю - по какой это причине прекратили подготовку. Тут замечаю,
что света нет совсем и рядом никого нет. Ни хрена себе! Бросили меня и
свалили. Постепенно глазки стали к темноте привыкать, кручу головой
туда-сюда, уже отчетливо вижу на стене полоску света. За дверью светло.
Начинаю соображать, что нахожусь совсем в другом помещении. Как же,
думаю, я не заметил, что меня перевезли в другое место. Попытка
подняться ни к чему не привела – мало того, что тяжесть в теле
необычайная, так ещё и запутали меня всякими шлангами и проводами. Рядом
приборы какие-то, а людей никого. Хотя, где-то далеко, слышны какие-то
голоса.
Стало понятно, что самое интересное я проспал - операция закончилась.
Сколько времени прошло неизвестно. Ещё непонятно, как, в этой ситуации,
простите, «до ветру» сходить. Как только мысль эта коснулась моего
мозга, так сразу ни о чём другом я уже думать не мог. Хочу в туалет и
всё тут. Ничего больше не хочу. Наконец, посчастливилось дотянуться до
клавиши в изголовье. Нажал раз, другой. Слышу голоса приближаются. Дверь
распахнулась и в палату вошли сразу три спасительницы и один спаситель.
Наперебой сообщили мне, что я жив, показания все хорошие и, главное, что
сейчас глубокая ночь, я должен спать, выздоравливать и не мешать
дежурить.
Как бы неудобно не было, но я объяснил причину беспокойства. Одна
дамочка сунула руку под моё одеяло, и успокоила, сказав, что со мной
утка и мне больше ничего не надо. С весёлым гомоном компания удалилась.
Тему завёл, аж самому неудобно. Ну, ладно.
Лежу и продолжаю мучиться.
Не знаю, по какой причине, охватили меня такие боли и спазмы, что ровным
счётом ничего не могу поделать. Набрался наглости и снова надавил на
кнопку вызова.
В ответ на мою жалобу о спазмах, дежурная успокоила – сказала, что
завтра суббота, послезавтра воскресенье, а вот в понедельник в отделение
пригласят уролога, и тот разберётся почему у меня не получается
«сходить».
Своим искромётным юмором она так развеселила всех дежуривших коллег, что
стало ясно, что среди них нет ни одного трезвого.
Одна барышня наклонилась поближе и громким шёпотом поведала:
- Мужчина, вы платили хирургу? Вот он пусть за вами и смотрит. А если
ещё будете среди ночи трезвонить на всю реанимацию, то мы соберём
коллективную жалобу со всех палат, что вы ночами буяните и мешаете
больным спать.
Попробовал наорать, но только рассмешил экзекуторов. С хохотом свалили.
Лежу, мучаюсь, вполголоса матерюсь. Не выходит у меня ничего, хоть
тресни. Смотрю, а на тумбочке моей стоит пластиковая поллитровочка с
водичкой. Решил тут я попробовать клин клином вышибить – напиться, так,
чтобы … Короче, хуже уже не будет. Дотянулся до бутылочки, испил водицы,
а как стал бутылочку эту обратно на тумбочку ставить, чувствую,
бутылочка эта ровно стоять не желает, а с поверхности тумбочки моей,
стал свет голубой разливаться. Пошарил, и в руке оказался мой родной
телефон сотовый.
Без раздумий звоню в скорую помощь. Излагаю причину вызова. Так и так,
мучаюсь, мол, от боли, но ничего не получается. Спрашивают фамилию,
возраст, а как дошло до адреса, то мой ответ, что лежу в кардиологии
знаменитого центра, поверг женщину, на том конце провода, в шок.
Переспросила, не шутка ли это пьяная. Попросила успокоиться и подождать.
Не прошло пяти минут, как в коридоре началась беготня. Ко мне в палату
влетели две знакомые «дежурные по концлагерю». Я сразу стал «миленьким»
и «лапочкой». И стали расспрашивать про самочувствие, и попросили
постараться повернуть к ним лицом попочку, и сделали мне такой
эффективный укольчик, что напряжение и спазмы как рукой сняло, и всё у
меня чудесно получилось, и получается, дай им Бог здоровья, по сей день.
Пока засыпал, слышал хождение по палатам. Очень сильный интерес к
здоровью пациентов возник среди ночи у персонала.
В понедельник, после переезда в другую палату, ко мне пришёл мой хирург.
Послушал, то -да сё. Улыбается. Спрашивает:
- жалоб нет?
- обещали – говорю – сто грамм к ужину, да не подали.

Изобретателям сотовой связи, отдельное спасибо!

12

Прочитав историю про несостоявшуюся дуэль Мечникова с французом вспомнил
пару случаев про несостоявшиеся дуэли:

редактора одной американской газеты вызвали на дуэль и тот имея право
выбора оружия выбрал: кидание в лицо тортами до смерти одного из
дуэлянтов. Возмущенный этим условием соперник отказался от дуэли

одного хирурга вызвали на дуэль: тот явился на дуэль абсолютно голым
(это в те пуританские времена!). Хирург заявил, что лечил много раз
огнестрельные раны и знает, что попавшие в раны обрывки одежды
представляют не меньшую опасность чем сама пуля – поэтому при стрельбе
на дуэли хочет не иметь одежды вовсе. Оскорбленный этим его голым видом
соперник от дуэли отказался и ругаясь ушёл.

14

Терапевт, Психиатр, Хирург и Патологоанатом поехали на утиную охоту.
Засели в камышах и стали ждать. Так как на четверых у них было всего
одно ружье, решили стрелять по очереди. Первым взял ружье Терапевт.
Вдруг из камышей вылетела утка. Терапевт вскинул ружье, но подумал:
"Хм, а утка ли это? Может, это павлин, а может, сова...???"
И пока он думал, утка улетела.
Настал черед стрелять Психиатра. Вылетела птица.
Психиатр прицелился и ....подумал:
"Это утка, и я знаю, что это утка, но знает ли она, что она утка,
вот в чём вопрос!"
Пока он так размышлял, утка благополучно смылась.
Взял ружжо Хирург. Показалсь птица. И тут же....БАХ-БАБАХ.
Хирург грит Патологоанатому:
- Ну-кась, сходи, погляди - утка ли это....!!!!

16

Собрались как-то на охоту терапевт, психиатр, хирург и патологоанатом. Пришли на место, засели.. Ждут уток. Взлетает одна - терапевт встает, прицеливается и начинает думать: "А утка ли это? А может, это петух или жаворонок?". Пока он так думал, ессно, утка улетела. Через некоторое время взлетает еще одна. Встает психиатр. Тоже прицеливается, и задумывается: "Я знаю, что это утка. Но не факт, что это знают мои коллеги... И вообще, знает ли утка, что она утка?". Смотрит - а утка уже улетела. Ну делать нечего, сидят дальше. Взлетает еще одна. Встает хирург, не целясь, сбивает ее нахрен. Потом поворачивается и говорит патологоанатому: "Сходи, посмотри, утка ли это?"

17

Пошли терапевт, психиатр, хирург и паталогоанатом на утиную охоту. Засели в камышах и стали ждать. Так как на четверых у них было всего одно ружье, решили стрелять по очереди. Первым взял ружье Терапевт. Вдруг из камышей вылетела утка. Терапевт вскинул ружье, но подумал: "Хм, а утка ли это? Может, это павлин, а может, сова...???" И пока он думал, утка улетела. Hастал черед стрелять Психиатра. Вылетела птица. Психиатр прицелился и ....подумал: "Это утка, и я знаю, что это утка, но знает ли она, что она утка, вот в чём вопрос!" Пока он так размышлял, утка благополучно смылась. Взял ружье Хирург. Показалась птица. И тут же....БАХ - БАБАХ. Хирург говорит Патологоанатому: - Hу - кась, сходи, погляди - утка ли это....!!!!