Анекдоты про хотя ходил
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 166

101

Старая это уже история, и дед у меня умер в 2010, земля ему пухом, а поделиться как я ее записал за год до его смерти, в 2009, хочется.

6 февраля 2009 года моему деду исполнилось 94. Он по-прежнему жил в Казани, почти не ходил, и очень плохо видел. Говорил я с ним по телефону не часто - он не мог сам держать трубку, все-таки и его достала эта чертова болезнь Паркинсона. Когда я очень скучал, то просил маму подержать телефонную трубку у его уха. Тогда мы с ним и перебрасывались несколькими фразами. А говорить с ним было не сложно - ум у деда оставался по-прежнему ясный, и его чувство юмора никуда не пропало.

Он родился в 1915 году, в Одессе, а детство провел на Голой Пристани - в доме своего отца, Петра Тимофеевича Сидорова, главного управляющего массандровских винных подвалов Его Императорского Величества.

Дед же мой много что за свою жизнь повидал. И убитую красноармейцами маму - в ту злосчастную ночь 1927-го, когда по их душу пришли, а Петр Тимофеевич, мой прадед, отстрелялся, и ушел с гувернанткой и подростком-дедом по к счастью замерзшему Днепру. Моя прабабка, дедова мама, Мария Кремли-Сидорова, увы, тот налет не пережила. Потом у деда с прадедом был Ташкент, тиф (дед два раза болел) потом много еще чего, и, наконец, Казань.

Прадед был мастером своего дела, виноделом высшего класса, так что меня не удивляет, что его не посадили, не расстреляли, а назначили директором казанского винодельного завода. Трясли НКВД-шники их, правда, регулярно, но всегда без толку. Прадед мой не с той службы на новый пост пришел, чтобы воровать начать.

А дед закончил рабфак, и, работая слесарем, поступил в КАИ, уже имея корочки мастера 7-го разряда. Талантливый он был, механик от бога, хотя и придирчивый. Бабушка его потом часто миллиметром называла, хотя на мой взгляд - микроном было бы правильнее. Отучился в КАИ он как-раз к началу войны.

30 июня 1941 он женился на моей бабушке, Евгении Яковлевне Майоровой, тогда студентке казанского финансового-экономического (мы этот институт в Казани "кофейником" называем), и сразу со свадьбы ушел делать сначала Катюши, а потом самолеты-штурмовики на казанский авиационный. Два раза сбегал с завода, хотел на фронт попасть - возвращали. Слесарь 7-го разряда - это не шутка.

В 1943 родилась моя мама, а в 45 война закончилась. Дед поступил в аспирантуру, защитился, и в конечном счете стал доцентом на кафедре аэродинамики в своей альма-матер. Эту самую аэродинамику студенты долго потом еще сидородинамикой называли. Были у студентов на то причины.

И вот в Казани, уже в зрелом возрасте, далеко за тридцать, подцепил мой дед страстишку. Да нет, не то, что вы подумали. Курить он бросил еще в 25 лет, когда почувствовал, что втягивается, к вину относился всю жизнь как к деликатесу, хотя все марочные вина безошибочно распознавал с первого глотка. Я ему, уже будучи аспирантом в Праге, как-то из Венгрии, из какого-то погребка, его родной массандровский мускат билый червонного каменю привез. Опознал дед вино, даже не попробовав, по запаху. Хотя на то, что в России тогда под этим названием продавалось, он ругался по-черному. Да и еще бы. Виноград под этот мускат ведь дедов дед, Матвей, в Крыму приживать начал, и моему ли деду было не знать, как тот мускат пахнуть должен? Что и как у деда с женщинами было - мне не ведомо, не спрашивайте, так что, о страстишке я пишу совершенно о другой.

Мой дед подсел на грибы. Точнее, на тихую грибную охоту. И так подсел, что до самого конца, пока ходить мог, от страсти своей не отказывался.

У деда к грибам своеобразное отношение всегда было: для него достойных пород существовало всего четыре - белые, грузди, подгруздки, и рыжики. Только в начале июня он возил нас всех на подберезовики - до белых нужно было подождать, а грибы собирать ему хотелось всегда, и длинная зима его раззадоривала так, что мало не покажется.

Всем своим грибным местам дед давал названия: Змеиная горка (там он с гадюкой за боровик спорил), первая, вторая, третья Грива (представления не имею, почему так он эти места назвал, это все подберезовиковые раздолья были), львиный холм (отдельная история, не поверите, но там к моей бабушке львенок выскочил, и лизаться с ней стал. Это его работники казанского зоопарка на природу вывезли, а он, поросенок, отвязался). И общепринятое название - Кордон. (Был у нас недалеко от дачи какой-то кордон в какое-то время, так название и закрепилось).

Меня дед к собиранию грибов приучил в возрасте, когда я не то что говорить, я и ходить толком-то не умел. А режим у нас был строгий. Перед "грибалкой" вставать нужно было так, чтобы успеть на первое место еще до восхода солнца. Почему так? Точно не скажу, но дед на своем твердо всегда стоял. А потом отмахиваешь километров 20-30 с ним, по всем местам, и тащишь на себе корзинку с тем, что собрал, сам тащишь. Думаете, тяжело? Да ни фига! Да я бы драться сразу полез, предложи мне кто эту корзинку за меня понести. Мое! Я нашел! Не трогай!

Вот, как-то мы на эту змеиную горку и поехали, перед рассветом. Место это в сосновом бору - красиво там очень, ну, да мне, пятилетнему карапузу на крастоту тогда наплевать было. Я грибы искать приехал. Дед убежал сразу по своим местам, а бабуля-Женя со мной осталась, конечно. Вот мы с ней и пошли, вперевалочку. Она мне сказки рассказывала, и мимоходом упражнениями по математике напрягала, а я башкой во все стороны крутил. Вот крутил-крутил, и остолбенел вдруг. Потому что увидел огромный, роскошный боровик. Воооот тааакой!!!! И застыл на месте. Бабушка боровика сначала не заметила, почувствовала, что я остановился, и меня за руку дерг - а я все стою, рот раззявя. Она тоже посмотрела. Там сложно не заметить было, это был гриб-грибов, и совсем не старый, кстати, не боровик - а мечта грибников. Подошли. Бабуля присела, а я скакать начал, вопя: "Гриб нашел, гриб нашел!" Даже и не вспомню, когда у меня еще такое счастье было...

С дедом встретились часа через два. Что-то он собрал, конечно. Но когда он увидел моего боровика-чемпиона, только руками взмахнул. Я был такой гордый!)))

По возвращению все белые мы обычно сушили над плитой на зиму, разрезав их на дольки. Но, видимо я так смотрел на своего красавца-боровика, что дед сделал для него исключение. Мы его засушили целиком. А потом я отнес этот сушеный гриб в свой детский сад, и нам всем, всей малышне из моей группы, наша детсадовская повариха сварила из него суп.

Я грибов в самом разном виде много покушал, но вкус того супа помню до сих пор.

Да, самое главное. В последний раз когда я с дедом разговаривал, он меня спросил: "Помнишь тот твой боровик на Змеиной горке?" Я сразу понял, о чем он. "Да", - говорю, - "А что?" Дед с ответом задержался, рука у него сильно тряслась. Дерьмовая это болезнь Паркинсона, все-таки. Но потом он собрался, и вдруг спросил: "Ты если приедешь, свози меня туда, а? Вдруг там еще один такой боровик вырос?"

102

Переделка песни
"А напоследок я схожу"

А напоследок я схожу...
А напоследок я схожу...
Посрать, ты не волнуйся.
В толчок схожу и посижу.
Ты подожди меня, не дуйся.

И ты б сходил. Хотя б отлил
Что выпили... Терпеть - не дело!
Ты много пил, и не ходил.
Но прежде я, потом ты, смело...

Ну, напоследок я схожу...
Работу малую кишок
Живот вершит, прости за пуки.
Пусть стайкою наискосок
уйдут все запахи и звуки.

А напоследок попрошу...
Дай чай, пока в толчок не суйся!
А я тут рядом посижу
И прогоню дурного скунса.

Чай напоследок попрошу...

15.09.2018.genar-58.

103

Я влюбился в эту девочку в первый же день, когда мама привела меня в первый класс, а ее привел в тот же самый первый класс ее отец. Это была миниатюрная девочка, похожая на ангела, с прозрачной кожей на цыплячьих запястьях, с красивым личиком, половину которого занимали огромные синие грустные глаза. Скуповатое осеннее северное солнце сначала попадало в эти огромные глазищи, и лишь потом миллионами лучиков разлеталось по праздничным букетам, цветным бантам, форменным бляхам и кокардам первоклашек. Я влюбился мгновенно и бесповоротно. И эта солнечная влюбленность продолжалось все восемь лет, пока мы учились в одном классе. Я подозреваю, что до сих пор это чувство влюбленности никуда не делось из моего сердца, хотя за долгие-долгие годы, минувшие с тех пор, когда я видел ее в последний раз (а это было весной 1962 года, когда мы закончили восьмой класс и разошлись по разным школам), я, естественно, не раз влюблялся, женился, разводился и снова влюблялся…

Нина Смирнова была из офицерской семьи, жили они на дальней окраине Вологды у берега реки в старом деревянном домике с огородом. Ее мама была портнихой, и в те, мягко говоря, скудные годы Нина всегда была прекрасно одета. Все в ней было гипертрофировано аккуратно, ладно и изящно. Всегда разные и всегда белоснежные воротнички, манжетики, изящные пуговки, заколочки, ленточки и шнурочки вызывали во мне чувство восхищения и преклонения перед этим буквально природным совершенством и гармонией. Все восемь лет, которые мы проучились вместе, я жил с этим чувством восхищения и преклонения - тайным чувством, которым невозможно было (стыдно!) поделиться ни с братом, ни с ближайшим другом. Как ни странно, я до сих пор помню ее всегда тщательно отутюженное светло-коричневое вельветовое платьице под форменным фартуком, легкую шубку из серого кроличьего меха и темную вязаную шапочку. Что-то очень особенное должно было происходить в душе мальчишки, чтобы он стал замечать такие вещи…!
Эта влюбленность будила во мне порой довольно странные реакции – я хорошо помню, как меня радовало, что количество букв в ее фамилии совпадает с количеством букв в моей, что она сидит в соседнем ряду точно на таком же месте, что и я в своем, что у нас с ней одинаковые отчества … Правда, огорчало то, что в классе было еще пара-тройка ребят, фамилии которых имели точно такое же количество букв, и что в третьем ряду точно на том же месте сидит самый сильный в классе Вовка Кудряшов, что маму Витьки Упадышева зовут так же, как ее маму.
Конечно, я был не единственным мальчишкой в классе, кто был тайно или явно влюблен в нее. Да, и трудно было в нее не влюбиться - настолько разительно отличалась она от своих одноклассниц, настолько резко выделялась она из общей среды. В то же время я не помню, чтобы она кого-то из мальчишек выделяла. По-крайней мере, я абсолютно точно знал, что на меня она особого внимания не обращала. Удивительно, но это вовсе не порождало во мне какой-то досады, боли или душевных мук, даже не доставляло мне каких бы то ни было неудобств - мне хватало моей очарованности, которая накрыла меня в первую встречу и только росла с годами. Лишь однажды что-то похожее на ревность горячей иголкой коснулось моего сердца. Это случилось, когда наш «астроном» Витя Огородов (а он действительно очень рано и очень всерьез заинтересовался астрономией) сделал потрясающе интересный доклад о Марсе… Я увидел, какими глазами Она смотрела на Витьку в эти минуты…!

Нина была домашним ребенком в интеллигентной семье. Ее высказывания всегда удивляли меня взрослой рассудительностью и необычностью взгляда на вещи. Сейчас я понимаю, что ее юная память легко усваивала интересные сентенции из разговоров взрослых, а логика отличницы легко адаптировала их к потребностям нашего детского, а потом юношеского общения. Хотя я должен сказать, что она всегда стояла несколько в стороне от событий в нашем довольно сплоченном школьном содружестве. И школьная и послешкольная дворовая жизнь пацанов и девчонок здесь, на окраине Вологды, была бурной и насыщенной, но, я думаю, Нина жила в другом мире, более взрослом и сложном, более интеллектуальном и чувственном, чем наш простой и ясный, добрый и жестокий дворовый мир городской окраины.

Каждый год с приближением летних каникул я с грустью понимал, что предстоят три долгих месяца, когда я не смогу ежедневно видеть ее и слышать ее голос. Конечно, в первые же летние дни поток интересных и важных событий целиком захватывал меня, не оставляя ни времени, ни сил для грустных переживаний. Зато последние дни перед Первым сентября были для меня наполнены сладким ожиданием. Я знал, что я обязательно увижу ее! Мир вокруг меня расцветал уже от одной этой мысли! И до сих пор я вспоминаю эти минуты как одни из самых светлых в моей жизни, как исключительный подарок судьбы…

Надо сказать, что моя потребность каждый день видеть ее заставляла меня совершать необычные поступки. Когда я болел и не ходил в школу, я при первой возможности сбегал из дому и, спрятавшись за деревьями, ждал, когда она с подружкой будет возвращаться после школы домой. Если бы кто-то из приятелей увидел меня в этот момент и понял бы, зачем я здесь, я бы прошел через такой позор в собственном дворе, как если бы меня увидели с нотной папочкой под мышкой (суров и безапелляционен был в те времена мальчишечий кодекс чести!).

Наш класс был очень сплоченным - с 1 по 8 класс состав его был практически неизменен. Может быть, поэтому многие из нас до сих пор в контакте друг с другом. Я знаю судьбы многих своих одноклассников, но, к сожалению, Нина Смирнова исчезла с нашего горизонта, и ее судьба для меня и для тех одноклассников, с кем я поддерживаю связь, пока остается неизвестной. Когда появилась возможность поиска в Интернете, я, естественно, попытался найти ее по ее прежней фамилии СМИРНОВА НИНА ВЛАДИМИРОВНА, но, к сожалению, положительного результата поиск не дал.

Я абсолютно уверен, что это был необыкновенный человек, и судьба ее должна была сложиться необыкновенно.

Кем, а главное (и может быть даже важнее!) – какой! она стала в этой долгой взрослой жизни?

104

Одесские зарисовки.

Риелторам и маклерам Одессы посвящается!

Маклер Леня ходил по гостиной трехкомнатной квартиры на Асташкина вокруг покупателей как акула, сужая круги и готовясь к фатальному для жертвы броску.
- Нет ,вы только посмотрите этот вид из окна! Вы думаете, что это вид на развалины старого дворового туалета? Включите воображение!Ведь если вы немного потратите кирпича и денег, то здесь может стоять ваш каменный гараж. А квартира в центре с видом на свой гараж- это же цимес! Это отсутствие в доме переживаний за своего железного коня, корвалола на вашем ночном столике и присутствие железного здоровья до самых похорон! Вы знаете что говорит моя Цилечка? О!Это мудрая женщина! Она говорит ,что все болезни от нервов и только ты, старый маразматик, принес домой болезнь от этой хвойды Доры с Канатной. Если опустить про Дору и сопутствующие ей болезни, то всё остальное очень даже мудро. А у настоящего одессита мудрость в крови. Ведь я в вас не ошибся, господа? И мы таки да, земляки?
- Ну.... уже да...почти...- немного ошеломленные таким мощным напором этого маленького пухлого человечка еле-еле вымолвили покупатели,- вообще-то мы из Винницы, но уже одесситы.
-О! Уже почти да...хе-хе, я так и знал, что мы с вами из одной породы людей! В той Виннице наверное уже никого не осталось и те кто мудрее едут в Одессу, а остальные в Киев, штоб он мене был здоров....И сколько там до той Винницы? Одна ночь в плацкартном вагоне - и вы уже одессит! Сейчас я посмотрю документы у хозяйки и пойдем оформлять задаток.- И с этими словами Леня оставил пришибленных ситуацией нью-одесситов смотреть из окна гостиной на ту груду старого известняка, которая с легкой руки Лёни обещала превратиться в каменный добротный гараж.

-Клавдия Семеновна, вы таки счастливый человек! Эти винницкие "одесситы" уже берут вашу квартиру! Правда чуть дешевле, чем мы с вами думали, но тоже прилично. Поверьте ,я выжал что мог! А теперь дайте я гляну на ваши документы.Не то ,что я вам не доверяю, но глянуть на них меня просто вынуждает профессия и обещание моей Цилечки быть чистоплотным во всем....
-Лёнечка, у меня есть проблемка.... у меня пристроечка не узаконена .Там где кухня и санузел. - виновато призналась хозяйка квартиры.
- И того у нас неузаконены 18 метров! А вместо 60-ти метров покупать прописанных в документах 48 даже винницкие у вас не будут,- опечалился Лёня, выискивая способ выйти из положения с наименьшими для своего бюджета потерями. "Итак,-думал Леонид,- узаконивать этот весь "геморрой" выйдет в штук пять-шесть зелёных и несколько месяцев.А это потери.Бюджеты у обоих сторон просто впритык, а значит я попадаю и на часть своей разницы.А если учесть ещё и сроки, то оно мене надо?".
-Так, Клавдия Семёновна, вы сегодня никуда не идете, вы видите какая жара? Оно вам надо? Эти нотариусы еще те кишкомоты. Сидите дома ,а я на днях к вам заскочу и мы решим что делать дальше.- и пошел в гостиную.
-Идемте,господа, -обратился Леня к покупателям и пошел к выходу.
Выйдя на улицу,Леня резко повернулся к уже полностью ничего не соображающим покупателям своей сияющей улыбкой и радостно произнёс.
-Господа.Земляки, так сказать.... Я не могу своих людей подставлять под покупку сомнительных квартир. Там немножечко дикий халоймес в документах, кое-что незаконно пристроено. Всего лишь кухня и туалет с ванной. А зачем нам квартира без кухни и возможности помыться? Пусть даже с видом на свой гараж.Оно нам с вами надо? Но! Господа! - тут просто весь взвился ввысь Леонид и для пущей торжественности момента поднял над головой указательный палец.-У меня для вас есть то ,что называется бонус! И не просто бонус, а золотой бонус! И он находится в двух кварталах отсюда на Раскидайловской и всего-лишь за пятьдесят тысяч американских денег ! Оооо, что это за квартира! 67 квадратных метра в "сталинском" доме,большой балкон, средний этаж с видом на Староконный рынок.Вы любите животных?Как там у Экзюпери, который де Сент-... "Мы в ответе за тех ,кого приручили" и всё такое ... Нет ,не любите животных? Напрасно.Жить в Одессе и не любить хотя-бы кошек просто невозможно. Аллергия? На кошек? И на собак тоже? Ой, что вы говорите! А с виду сразу и не скажешь ,что всё так плохо.Вы знаете, у меня есть просто замечательный аллерголог. Я ему в том году помог с поиском квартиры. Он мене так благодарен, так благодарен , что подарил аж две бутылки даже неприлично сказать какого дорогого коньяка и еще до сих пор чувствует себя должным.Так и говорит, Леня,приходи и ощути весь этот комфорт ,что ты мене тут обещал. Один звонок и он вас примет сразу после сделки у нотариуса. И даже без очереди. Ага, вот мы и пришли......

105

Пару недель назад тут была отличная история https://www.anekdot.ru/id/948021 и она заставила вспомнить нечто издалека похожее из истории моей семьи. Хотя финал, хвала Всевышнему, был другой, и всё же. Сначала этот текст я писал для себя, может когда нибудь дети прочтут. Потом подумал, решил поделиться. Будет очень длинно, так что тем кто осилит буду благодарен.

"Судьба играет человеком..."

Война искарёжила миллионы судеб, но иногда она создавала такие сюжеты, которые просто изложи на бумаге и сценарий для фильма готов. Не надо выдумывать ничего, ни мучиться в творческих потугах. Итак, история как мой дедушка свою семью искал.

Деда моего призвали в армию в сентябре 1940-го, сразу после первого курса Пушкинского сельскохозяйственного института. Обычно студентов не брали, но после того как финны показали Советской армии где раки зимуют в Зимней Войне, то начали призывать в армию и недоучившихся студентов. Впрочем... наверное я неправильно историю начал. Отмотаем всё на 19 лет назад, в далёкий 1921-й год.

Часть Первая - Маленькая Небрежность

Началось всё с того что мой дед свой день рождения не знал. Дело было простое, буквально через неделю-полторы после того как он родился, деревня выгорела. Лето, сухо, крыши из соломы, и ветер. Кто-то что-то где-то как-то не досмотрел, полыхнуло, и глянь, почти вся деревня в огне. Дом, постройки, всё погибло, лишь кузня осталась. Повезло, дело утром было, сами спаслись. Малыша регистрировать, это в город надо ехать. Летом, в горячую пору, можно сказать потерянное время. В себя придём, время будет, тогда и зарегистриуем. Если мелкий выживет конечно, а это в те годы было далеко не факт.

Отстроились с горем пополам. В следующий раз в город прадед выбрался лишь в конце зимы. И сына записал, что родился мол Мордух Юдович, 23-го февраля, 1922-го года. А что, день хороший, запомнить легко, не объяснять же очередному "Ипполиту Матвеевичу" что времени ранее не было. Дед сам об этом даже и не знал долгие годы, прадед лишь потом поделился. На дальнейшие дедовы распросы, "а какая же настоящая дата моего рождения?" отец с матерью отвечали просто, "Ну какая теперь разница? Да и не помним мы, где-то в конце июля."

Действительно, разница всего 7 месяцев, но они как раз и оказались весьма ключевыми. Был бы малец записан как положено, в сентябре 1939-го шёл бы в армию, а там война с финнами, и кто знает как бы судьба сложилась. А так, на момент окончания школы, ему официально 17 с половиной лет. Поехал в Ленинград в институт поступать. Конечно можно было и поближе, как сестра старшая, Рая, что в Минск в пединститут подалась. Но в Ленинграде дядька проживает, когда летом в деревню приезжает родню навестить, такие чудеса про этот город рассказывает.

На кого учиться? Да какая по большому счёту разница. Подал документы в Военно-Механический. Место престижное конечно, желающих немало, но думал повезёт. Но не поступил, одного балла не хватило. Возвращаться домой не поступивши стыдно, даже невозможно, ведь там ждут будущего студента. Что делать? Поступать в другой институт? Так уже пожалуй поздно. Впервые в жизни сгустились тучи.

Но подфартило, как в сказке. Оказывается бывали институты куда был недобор. А посему "охотники за головами" ходили по другим ВУЗам и искали себе студентов из "отверженных." Так расстроеного абитуриента обнаружил "охотник" из Пушкинского сельскохозяйственного института.
- "Чего кислый такой?"
- "Не поступил, что я дома скажу?"
- "Эка беда. К нам пойдёшь?"
- "А на кого учиться?"
- "Агрономом станешь. Вся страна перед тобой открыта будет. Агроном в колхозе большая фигура. Давай, не пожалеешь. А экзаменов сдавать тебе не надо, твоих баллов из Военмеха вполне достаточно. Ну что, договорились?"
Тучи развеялись и засияло солнце. Теперь он не постыдно провалившийся неудачник, а студент в почти Ленинграде. И серьёзную профессию в руки возьмёт, не хухры мухры какие-то.
- "Конечно согласен."

Год пролетел незаметно. Помимо учёбы есть чем себя занять. На выходных выбирался в город, помогал тётушке пивом из бочки и пироженными торговать супротив Мюзик-Холла. Когда время свободное было ходил по музеям и театрам, благо места на галерке копейки стоили. Бывал сыт, пьян, и в общагу бидон с пивом после выходных приносил, что конечно способствовало его популярности.

Учёба давлась легко... почти. По математике, физике, химии, и гуманитарным предметам - везде или пять или твёрдая четвёрка. Единственный предмет который упрямо не лез в голову - биология. Там, не смотря на все старания, красовалась жирная двойка.

Казалось бы, фи - биология. Фи то оно, конечно, фи, но для будущего агронома это предмет наиважнейший, ключевой. Проучился год, и из всего курса запомнил лишь бесовские заклинания "betula nana" и "triticum durum", что для непосвящённых означало "берёза карликовая" и "пшеница твёрдая." Это конечно немало, но для заветной тройки явно недостаточно. Будущее снова окрасилось мрачными тонами, собрались грозовые тучи и запахло если не отчислением, то пересдачей. Но кто-то сверху улыбнулся, снова повезло - спас призыв.

Биологичке, уже занёсшей длань дабы поставить заслуженную двойку за год, студент хитро заявил:
- "Пересдавать мне некогда. Я в армию ухожу, Родину защищать буду. А потом конечно вернусь в любимый институт. Может поставите солдату тройку?"
- "Ладно, чёрт с тобой, держи трояк авансом. Только служи на совесть."
И тучи снова рассеялись и засияло солнце.

В армию пошёл с удовольствием. Это дело серьёзное, не книжки листать и нудные лекции слушать. Кругом враги точат зуб на социалистическое государство, а значит армия это главное.
- "Кем служить хочешь?" насмешливо поинтересовался военком.
- "Всегда хотел быть инженером. Может есть инженерные войска?" робко спросил призывник.
- "Как не быть, есть конечно. Да ты из Беларусии, вот как раз там для тебя есть местечко. Гродно, слышал такой город?"

Перед самой армией побывал чуток дома, родных повидал. При расставании бабушка подарила ему вещмешок, сама сшила. Сказала "храни, принесёт удачу. Ты вернёшься, а я чую что тебя уже больше не увижу." Ну и мать с отцом обняли "Ты там служи достойно, письма писать не забывай."

Попал призывник в тяжёлый понтонный парк под Гродно. Романтика о службе в армии вылетела очень быстро, а учёба в институте вспоминалась с умилением и тоской. Даже гнусная биология перестала казаться такой отвратной. Гоняли солдатиков нещадно, и в хвост и в гриву, уж очень хорош недавний урок от финнов был. Учения, марши, наряды, и снова марши, и снова учения. Понтоны штуки тяжёлые, таскать их радости мало. Вроде кормили неплохо, но для таких нагрузок калорий не хватало. Одно спасало, изредка приходили посылки из дома, там был кусковой сахар. На долгих маршах кусочек потихоньку посасывал, помогало.

Полгода пролетело. Хотя и присвоили звание ефрейтора, но радости было мало. На горизонте было весьма сумрачно, но как обычно появился очередной лучик солнца. Пришёла сверху разнарядка "Предоставьте солдат и сержантов в количестве 20 штук из тех у кого есть неоконченное высшее образование для прохождения курсов младшего комсостава. Окончившим курсы будет присвоено воинское звание младший лейтенант."

Это шанс. Однозначно по службе послабление будет. Неоконченное высшее, так оно есть. А самое главное, курсы то будут в ставшем таким родным Ленинграде. "Хочу, возьмите." И снова лучик солнца сквозь тучи пробился. Повезло, приняли, стал солдат курсантом. Родителям написал, "гордитесь, сын ваш скоро будет красным командиром." Дядьке с тётушкой тоже весточку послал "ждите, скоро буду в Ленинграде."

В апреле 1941-го курсантов со всей страны собрали в Инженерном Замке. Сердце пело и жизнь сверкала всеми цветами радуги. Учиться в Ленинграде на краскома это вам ребята не понтоны таскать. Так сказать, две больших разницы. А главное, от Инженерного Замка до Кировского Проспекта, 6 где дядюшка с тётушкой обитают, чуть ли не рукой подать. "Лепота. Это я удачно на хвост упал." рассуждал курсант. И почти сразу же мечты были разбиты.

Конечно изредка занятия бывали и в Инженерном Замке, но в основном курсанты базировались в Сапёрном. А где ещё будущих сапёров держать? Там им самое место. А курсы оказались ох не сахар, и уж никак не легче чем обыкновенная служба. Увольнительных почти не давали, да и те кто получал, редко имел возможность добраться до Ленинграда. Настоящее уже не казалось таким замечательным, но в будущем виднелись командирские кубики, и это прибавляло силы. Родителям изредка писал, "учусь, ещё несколько месяцев осталось, всё нормально."

А 22-го июня, 1941-го мир перевенулся. Хотя о войне с возможным противником говорили на политзанятиях и пели песни, была она неожиданной. Курсантов срочно собрали в Инженерном Замке на митинг. Там звучали оптимистичные речи и лозунги: "Дадим жёсткий отпор коварному врагу" твердил первый оратор. "Разобьём врага на его же территории" вторил замполит. "Куда немчура сунулась? Да мы их шапками закидаем." уверенно заявлял комсорг.

"Товарищи курсанты" огласил начальник курсов. "Мы теперь на военнном положении и вы передислоцируетесть под Выборг, будете строить защитные рубежи на случай если гитлеровские подпевалы, белофинны, посмеют нанести там удар. Все по машинам." Отписаться и сообщить семье не было не малейшей возможности. Тучи сгустились и стало мрачно как никогда раньше.

Часть Вторая - Эвакуация

А вот в родной деревне всё было непросто. Рая, старшая сестра, только закончила 4-й курс и была на практике в Минске. Дома оставались отец, мать, две младшие сестры (Оля и Фая), бабушка, и множество дядьёв, тёть, и двоюродных. У всех был один вопрос "Что делать?"

Прадед был мужик разумный и рассуждал логично. Немцев он ещё в Первую Мировую повидал пока их деревню оккупировали. Слово плохое грех сказать. Культурные люди, спокойные. Завсегда платили честную цену. Воровать ни-ни, мародёров сами наказывали. А идиш, так это почти немецкий. Бежать? Так куда? Да и зачем? Да и как уехать, лошади нет, старшая дочка не пойми где. Слухами земля полнится, дескать Минск бомбят, может уже сдали. Не бросать же её. Жива ли она вообще?

Нет, ехать решительно невозможно. Матери 79 лет, хворает. Братья - один в Ленинграде, другой в Ташкенте, а их жёны с детьми тут. Причём Галя, которая ленинградская, на сносях, вот вот родит. Подождём. Недаром народная мудрость гласит "будут бить, будем плакать."

Одна голова хорошо, но посоветоваться не грех. Поговорил со стариками и даже с раввином. Все в один голос твердят. "Ну куда ты помчишься? От кого? А то ты немцев не видал, порядочный народ. Да может колхозы разгонят, житья от них нету. Уехать всегда успеешь." Убедили. Одно волновало, что с дочкой? Хоть и не маленькая уже, 21 год, но всё же спокойнее если рядом.

Так в напряжении прожили 9 дней. А на десятый она пришла. Точнее, доковыляла. Рассказала ужасы. Минск бомбили, город горит, убитых масса. Выбралась в чём была, из вещей лишь личные документы. Чудом поймала попутку что шла на Гомель. Потом шла пешком и заблудилась. Далее крестьяне на подводе добросили до Довска. После опять пешком брела. Туфельки приказали долго жить, сбила все ноги до костей, а это худо. Зато теперь семья вместе, а это очень даже хорошо.

Иллюзий у прадеда поубавилось, но решимости ехать всё равно не было. Конец сомненьям положил квартирант, Василий. Когда сын в Ленинград уехал, его комнатушку решили сдать и пустить жильца. Прабабушка о нём хорошо заботилась, и подкармливала, и обстирывала. Вася был нездешний, откуда-то прислали. Сам мужик партейный, активист, работал в сельсовете. По национальности - беларус, но на идиш говорил не хуже любого аида, а на польском получше поляков.

"Юда" сказал он "ты знаешь как я к тебе и твоей семье отношусь. Скажу как родному, плюнь на речи раввина и этих старых идиотов-советчиков. Поверь мне, будет худо, это не те немцы. И они тут будут скоро, не удержим мы их. Пойми, тех немцев что ты помнишь, их больше нет. Сам не хочешь ехать, поступай как знаешь, но девок отправь куда подальше отсюда. Пожалей их." Удивительно, но прадед послушал его, уж больно хорошо тот умел убеждать (Василий потом ушёл в партизаны, прошёл всю войну, выжил. Потом опять долгие годы в администрации колхоза работал. Больших чинов не нажил, но уважаем был всей деревней, пусть земля ему пухом будет.)

Решили ехать, тем более что стало чуток легче. Одна невестка с двумя детьми в одно прекрасное утро исчезла не сказав никому ни слова. Как после оказалось, деньги у неё были. Она втихую наняла подводу, добралась до станции, и смогла доехать как то до Ташкента и найти мужа (кстати её сын до сих пор здравствует, живёт в Питере). Прадед тоже нанял подводу, и целым кагалом поехал. Жена, 3 дочери, мать, невестка с сыном, сам восьмой. Куда ехать, ясного мало, но все вроде рвутся на станцию.

А там ад кромешный. Народу сотни и тысячи. Поездов мало, куда идут непонятно, время отправки никто не знает, мест нет, вагоны штурмуют, буквально по головам ходят. Кошка не пролезет, не то что семью посадить с бебехами. Тут прадед хитрость придумал. Пошёл к домику где начальство станции, и начал в голос причитать. "На поезд не сесть, уехать невозможно. Осталось одно, лишь с горя напиться." Просильщиков было много, их уже работники станции уже и не слушали, но тут встрепенулись, ведь о водке речь зашла. А водка во все времена самая что ни на есть твёрдая валюта. "Есть что выпить?" "Есть пару бутылок, коли посадите на поезд, вам отдам." "А ну пошли, сейчас место будет."

Места действительно нашлись. Счастье, чудо из чудес. Можно смело сказать - спасение. Но тут, невестка учудила "каприз беременной."
-"Никуда не поеду." вдруг заявила.
-"Ты что, думай что говоришь? Тут место есть, потом и слезами добытое. Уезжать надо." - орал прадед.
- "Нет, я не поеду. Хочу к сестре, она тут недалеко живёт. Вы езжайте, а я с сыном к ней пойду."
А поезд вот-вот отправится. Невестку жалко, племянника тоже, всего 12 лет ему, но своих дочерей и жену жалче не менее.
- "Ты уверена, давай с нами?" уже молит прадед и слышит твёрдое "нет."
Это худо, но стало куда хуже.
- "Я тоже не поеду. С ней остаюсь. Ей рожать скоро. Помогу как могу. Мне помирать скоро, а я вам в дороге дальней обузой буду." - заявила мать.
- "Мама, ты что?"
- "Езжай сынок, вас благославляю. Но я остаюсь, а вам ехать надо. Внучек спасай. Мотика (это мой дед) если доведёт Господь увидеть, поцелуй за меня." и вышла из вагона. Тут и поезд тронулся.

(К истории этот параграф отношения не имеет, но всё же... Что произошло на станции, рассказать некому. Скорее всего невестка и прапрабабушка банально друг друга потеряли в этом Вавилонском столпотворении. После войны прадед много расспрашивал и выяснил:
1) Невестка с племянником добрались до её сестры. Та уезжать не захотела. Их так всех и расстреляли через пару недель около Рогачёва.
2) Прапрабабушка как-то вернулась в деревню. До расстрела она не дожила. Младший сын соседей (старшие два были в РККА), Коршуновых, что при немцах подался в полицаи прадеду рассказал следущее. Мать вернулась и увидела что из её дома соседи барахлишко выносят. Начала возмущаться, потребовала вернуть. Они её и зарубили, прямо во дворе собственного дома.
3) К деревне согнали несколько таборов цыган. Расстреляли 250 человек. Евреев сначала согнали в одну часть деревни и держали там несколько дней. Потом расстреляли и их, почти 500 человек. Среди них и дедовы дядя, тётя, и двое двоюродных.
Долгое время там просто был холмик, только местные знали что под ним лежит. В конце 1960-х на братской могиле поставили памятник. Лет 30+ назад я его видел, хотя и мелким был, но запомнил.)
Самого Коршунова потом судили за службу в полиции. Он 5 лет отсидел, вернулся в деревню и работал трактористом. )

С поезда на поезд, пересадка за пересадкой, и оказался прадед с семьёй около Свердловска. Километров 250 от него есть станция Лопатково, там и осели. Прадед нашёл работу в колхозе кузнецом. Могли изначально хороший дом и корову купить, денег как раз впритык было, но прабабушка возмутилась "Один дом и корову бросили, потом ещё один бросать. А денег не будет, с чем останемся? Да и всё это закончится через месяц-другой." В итоге приобрели какую-то сараюху, только что бы как то летом перекантоваться. Через пару месяцев оставшихся денег еле-еле хватило на несколько буханок хлеба. Но живы, а это главное. Одно беспокоило, а что с сыном. От него ни слуху ни духу.

Страшная весть пришла в январе 1942-го. Она гласила "Командир взвода, 224-й дивизии, 160-го полка, младший лейтенант М.Ю.П. пропал без вести при высадке десанта во время Керченско-Феодосийской операции."

Часть 3. Потеряшка

А курсанта водоворот событий понёс как щепку. Все курсачи рыли окопы, ставили ежи, минировали дороги у Выборга примерно до середины августа 1941-го. А потом внезапно одним утром пришёл приказ, "срочно обратно, в Ленинград. Курсы будут эвакуированны. К завтру вечером что бы были в Ленинграде как штык."

Машин не дали, сказали "транспорта нет. Невелики баре, и пешком доберётесь, вперёд." Это был первый из трёх дедовских "маршей смерти". Август, жара, воды мало, голодные, есть лишь приказ. От Выборга до Ленинграда 100 километров. И шли без остановки, спя на ходу, падая от усталости, солнечных ударов, и обезвоживания. Кто посильнее, тащил на себе ослабевших. Последние километров 15-20 большинство уже шло в полусознательном состоянии, с закатившимися глазами, и хрипя из последних сил. Каждый шаг отдавался болью, но доползли, никого не бросили.

Тут сверкнул небольшой лучик солнца. Объявили, курсы переводят в Кострому, отъезд завтра утром. В этом бардаке, ночью, он чудом смог выбраться к дяде на Петроградку на несколько минут, сказал что их эвакуируют, и попрощался. Повезло однозначно, за неделю-полторы до того как смертельное кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинградов, курсантов вывезли.

В Костроме пробыли совсем недолго. Учить их было некогда, а младшего комсостава на фронте не хватало катастрофически, ведь их выкашивало взводных как косой. Всем курсантам срочно бросили по кубику на петлицу и распределили. Тем кто учился получше дали направление на должность комроты, кто похуже комвзвода, и большинство новоиспечённых краскомов отправились на Кавказ ( https://www.anekdot.ru/id/896475 ).

Хотел с Нового Афона родителям отписаться, что мол жив-здоров, а куда писать? Беларуссия уже давно под немцами. Да и вопрос большой живы ли они? Что фашисты с мирным населением в целом творили, и с евреями в частности он прекрасно осозновал. В сердце теплилась надежда, что "вдруг" и "может быть" ведь батя мужик практичный, может и придумает чего. Но мозг упрямо твердил, чудес не бывает, сгинули родители и сестрички как и сотни тысяч других в этом аду. А когда пару аидов встретил и их рассказы услышал, последние иллюзии пропали, понял - остался он один.

Весь горизонт заволокли грозовые тучи. В душе поселилась ненависть и злоба и... удивительное дело, страх исчез совсем. В одночасье. Раньше боялся что погибнет и мама с папой не узнают где, а теперь неважно. "Выжить шансов нет", решил. В 19 лет себя заранее похоронил. Как оно пойдёт, так и будет. Об одном мечтал, хоть немного отомстить и жил этой мыслью.

А далее был Керченско-Феодосийский десант, был плен, и был побег ( https://www.anekdot.ru/id/863574 ). И снова подфартило как в сказке, выжил, видно кто-то сильно за него молился. И в фильтрационном лагере повезло стал бригадиром сотни. Хоть и завшивел и голодал, но даже не простудился. Более того, проверку прошёл и звание не сняли. Ну и как вишенка на торте, тех кто успел проверку пройти, отправили снова на Кавказкий фронт, вывезли из Крыма за пару недель до того как его во второй раз немцам сдали. Большой удачей назвать приключение трудно, но на этом свете лучше чем на том, так что уже хорошо.

Получил новые документы (https://www.anekdot.ru/id/923478 ) и...еврей Мордух Юдович исчез. Теперь появился на свет совсем новый человек, беларус - Михаил Юрьевич. Документы то конечно новые, но на душе легче не стало. Оставалось одно, стиснуть зубы, воевать и мстить.

За чинами не гнался. Воевал как умел и на Кавказе, и под Спас-Демьянском, и под Смоленском. Когда надо в атаку ходил ( https://www.anekdot.ru/id/884113 ), когда надо на минные поля ползал. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул. И жил как жил. И голове своей руками помогал." Почти два года на передовой, лейтенантом стал, и даже ранен не был.

"Счастливчиком" его солдаты и офицеры называли, ибо везло необычайно. У всех гибло 30-40% состава, а у него по 2-3 бойца за задание. Самые низкие потери из всех взводов в батальоне. А солдаты и командиры же видят кому везёт, так везунчиков почаще на задания посылают, дабы потерь поменьше было. Но про себя знал, не везение это. Злоба и ненависть спасают. "Чуйка" звериная появилась, опасность кожей чувствовал. Если жив до сих пор, то лишь потому что бы кому мстить было.

Однажды, в середине 43-го мысль мелькнула, узнать а как дядька в Ленинграде? То что любимый город в блокаде он осознавал, но удивительное дело, говорят что письма иногда туда доходят. Знал что там худо, голодно и холодно, но город держится. А дядька-то хитрец первостатейный, этот и на Северном Полюсе устроится ( https://www.anekdot.ru/id/898741 ). Чем чёрт, не шутит, послал письмецо. О себе рассказал, что жив-здоров, и спросил, может о родителях и сестричках знает чего? И чудо из чудес, в ответ письмо получил прочитав которое зашатался и в глаза ослепительно ударило солнце.

Часть 4. Сердце матери.

Семья в Лопатково осела, прадед работать начал. Голодно, холодно, но ведь живы. Отписался брату в Ленинград, рассказал и о матери и что его жена с ними эвакуироваться не пожелала. Спрашивал может о Моте весточка какая есть, ведь он в Ленинграде учится. Тот ответил, что курсантов эвакуировали в Кострому, а большего он не знает. Стали переписываться, хоть и не часто, но связь держали. Низкий поклон почтальонам тех времён, не смотря на блокаду доходили письма в осаждённый город и из города на Большую Землю.

Прадед и прабабушка за поиски взялись. О том что сын на Кавказ направлен выяснили, благо на каких курсах сын учился они знали. Запросы слали и вот ответ пришёл о том что "пропал ваш сын без вести." (впрочем каким он ещё мог быть, ведь Мордух Юдович действительно исчез, по документам теперь воевал совсем другой человек). Прадед почернел, но крепился, ведь он один мужик в семье остался. Ну а мать и сёстры белугой ревели, бабы - ясное дело. А потом жинка стала и веско молвила "Мотик жив, сердце матери не обманешь. Не мог он погибнуть. Никак не мог. В беде он сейчас, но жив. Я найду его." Прадед успокаивать её стал, хотя какое тут к чертям собачьим успокоение. А она как заклинание повторят "Не верю. Не верю. Не верю. Живой. Живой. Живой."

С тех пор у неё другая жизнь началась. Надеждой она жила. Хоть семья голодала, мать стала "внутренний налог" с домашних взымать. Экономила на чём могла, сама не ела, но изучила рассписание и к каждому составу с раненными выходила. Приносила когда хлеба мелко нарезанного, когда картошки сваренной, когда кастрюлю с супом. Если совсем туго было, то всё равно на станцию шла, без ничего. Ходила от вагона к вагону, подкармливала ранненых чем могла и спрашивала лишь одно "С Беларусии кто нибудь есть? Из под Гомеля? Сыночка моего не видели? Не слыхали? Младший лейтенант П." Из недели в неделю, из месяца в месяц, в жару, в стужу, всё равно.

Прадед и дочери умом то всё понимали, убеждать пытались что без толку всё это. Самим есть нечего. Но разве её переубедишь? "А вдруг он голодает? Может его чья-то мать подкормит." твердила. Прадед после говорил, что она каждую ночь об одном лишь молилась, сына ещё разок увидать. А потом вдруг неожиданно свезло, солдатик один раненный сказал "В нашем батальоне лейтенант с такой фамилией был. О нём ещё недавно в "Красной Звезде" писали, правда имя и отчество не помню."

Эх лучше бы не говорил этих слов. Обыскались, но тот выпуск газеты нашли. Действительно лейтенант П., отличился, награждён Орденом Красного Знамени (большая награда на 1942-й год), назван молодцом, вот только имя и отчество в заметке не указаны. В газету написали, стали ответа ждать. Пришёл ответ, расстройство одно "данных об имени и отчестве у нас нет. И военкора что ту заметку писал тоже в живых уже нет." На матери лица нет, посерела вся. Ведь нету хуже ничего чем погибшая надежда. (К слову, в "Красной Звезде" та заметка была по дедова троюродного брата. Он погиб в самом конце 1942-го.)

Жизнь тем временем идёт. Даже свезло немного, старшая дочка в колхозе учительницей устроилась, хоть какая-то помощь с едой, ведь она карточки получает. И средняя дочка в Свердловске в мединститут устроилась, там стипендия, хоть и небольшая.

И вдруг как гром среди ясного неба, из блокадного Ленинграда прадедов брательник весточку прислал. "Жив твой сын" говорит. "Недавно письмо от него получил. Я ему отписался и твой адрес и данные сообщил." Прадед тут же ответ написал "Не верю. Ты сызмальства сказки рассказывать любил. Нам извещение пришло, что он пропал без вести. А что это значит, мы знаем. Матери я ничего не скажу, если вдруг неправда, то она просто не переживёт. Перешли нам его письмо."

Часть 5. Найдёныш.

Письмо от дядьки ошарашило. То что тот сам как нибудь выкрутится, тут сомнений мало было ибо дядька был мужик с хитерцой, его за рупь за двадцать не взять. Но что родители и сестры целы, вот чудеса в решете. Первым делом письмо написал в далёкое Лопатково, что дескать жив, здоров, имя-отчество у него теперь другое, по званию он нынче лейтенант, служит сапёром в 1-ой ШИСБр (штурмовая инженерно-сапёрная бригада), взводом командует, даже орден имеется. Воюет не хуже остальных, только скучает сильно. А главное, пускай знают что он аттестат оформит дабы они оклад его могли получать, ибо ему деньги не нужны. Ну а вторым делом, сей же час аттестат оформил. Стал ответа ждать.

Пока ждал, внутри что-то щёлкнуло. Нет, воевал как и прежде, но для себя понял, теперь что-то не так. Не может столько везения одному человеку судьба даровать. И сам целёхонек и семья цела. "Чуйка", она штука верная, должно что-то нехорошее произойти. Просто этого не избежать.

И как накаркал, у деревни Старая Трухиня посылают всю роту проходы перед атакой делать. Проходы смайстрячить, это дело привычное, завсегда ночью ползли, но изначально осмотреться следует. Днём до нейтралки дополз, в бинокль поизучал, понял, коварная эта высота 199.0. Здесь его фарт закончится однозначно, укрепления у немцев такие, что мама не горюй. Других вариантов конечно нет, но обидно, очень обидно погибать в 21 год, особенно ведь только семью нашёл, а повидать их уж не придётся. Написал ещё письмецо, не дождавшись ответа на первое. "Дорогие родители и сёстры. На опасное задание иду. Коли не судьба свидеться, то знайте, что я в родной Беларуссии."

Эх, не подвела "чуйка". До колючки добрались, да задел один солдат что-то, забренчало, загрохотало, и с шипением полетели в небо осветительные ракеты. Стало свето как днём, наши как на ладони и вдарили немцы из пулемётов и миномётов. Вдруг обожгло и рука стала мокрой и тут же онемела. Осколки в плечо и лопатку вошли, боль адская, и что ты сделаешь? Кровь так и хлыщет, сознание помутнилось, одно хорошо, замком Макаров не растерялся и волоком к своим потащил. Нет, не закончилась пруха, доползли до своих. Хоть и ночь, но казалось что солнца лучик сквозь тучи пробивает.

Рану промыли, какие могли осколки вытащили, перевязали и на санитарный поезд погрузили. Ранение тяжёлое, надо в тыл отправлять. Страна большая, госпиталей много. Как знать куда занесёт? В поездах уход плохой, рана загнила, обезболивающих нет, санитарки просто ложкой гной вычерпывают, больно и неприятно до ужаса. Опять тучи сгустились, все шансы есть что гангрена начнётся и до госпиталя просто не дотянет.

Из всех городов огромного Советского Союза, попал в госпиталь ... в Свердловске. "Операцию надо срочно", врач говорит. "Завтра оперировать будем. Осколки удалили не все. Надо и рану хорошенько промыть и зашить. Ты пока с силами соберись, тебе они завтра понадобятся. Если чего надо, ты санитарок зови."

Лежит, чувствует себя весьма погано. Сестричек позвал, попить дали. "Вы откуда?" спросил. "Да мы тут в мединституте учимся. Практика у нас." Вдруг как громом ударло, дядино письмо вспомнил где он о семье писал. "А вы девчонку такую, Оля П. не знаете? На втором курсе у вас думаю учится. Не сочтите за труд, узнайте. Коли найдёте, скажите что её брат тут."

На утро операцию сделали, а когда очнулся около постели сестра Оля с подружкой сидели. Впервые за долгие годы заплакал. На маршах смерти стонал, но слёз не было. В расстрельной шеренге губы до крови кусал, но глаза сухие были. Друзья и товарищи гибли, и то слёзы в себе держал. Даже когда ранило, и то не плакал. А тут разрыдался как маленький.

Тучи окончательно рассеялись, и ослепитально засияло солнце, хоть и хмурый ноябрь на дворе. Выздоровел через пару месяцев, выписали. В Лопатково на целый день съездил (https://www.anekdot.ru/id/876701 ). Через долгих 3.5 года наконец родителей и сестёр обнял. Целый день и целую ночь с мамой, папой, и сестричками под одной крышей провёл. Это ли не настоящее счастье? А как мать расцвела, как будто помолодела лет на 25.

Далее с его слов "А что до конца войны оставалось "всего" полтора года, так и потерпеть можно. Ведь главное что семья жива и в безопасности. Полтора года войны, да разве это срок, можно сказать "на одной ноге отстоял." И хоть опять был фронт, Беларуссия, Польша, Пруссия, Япония, минные поля, атаки, ордена, ещё ранения, но солнце продолжало светить ярко. И "чуйка" громко говорила, "Ты вернёшься. Вернёшься живой. И семья тебя будет ждать. Всё будет хорошо."

Что ещё сказать? Пожалуй больше нечего.

106

Разговор с адвокатом

Я думал, как бы смягчить некоторую суровость заголовка. Не писать же, в самом деле, «это не то, что вы подумали»! Хотя это почти то… Хочется объяснить, с чего вдруг адвокат появился? И чтобы нескучно, сразу понятно, и не возник тревожный вопрос «что случилось?»
Ничего лучше не придумал, как сказать: по происхождению я сын прокурора.
Моя мама была прокурором. Об этом не вполне обычном сочетании я напишу позже. Мама страшно не любила всех нарушителей закона и боролась за законность, не щадя себя! Слово адвокат впервые я услышал, конечно, от нее, когда ходил в школу. И запомнил, что адвокат это тот, кто мешает ей бороться с преступностью. Над сложными вопросами юриспруденции я тогда не рассуждал.
В великой книге про нас уже все написано. И совершенно не случайно, у сына прокурора появился зять - адвокат. Отличный парень, зовут его Азиз. Он блестяще закончил университет, работает, не щадя себя (не случайное совпадение!) и о работе не рассказывает. О адвокатской хватке и выучке Азиза можно судить только косвенно, из разговоров с ним на, казалось бы, отвлеченные темы.
Вы смотрели американские фильмы про адвокатов? Это сыщики, дипломаты, психологи и борцы за справедливость в одном лице! Вот на разговор с Азизом в таком лице я и нарвался! А начиналось все как шутка, причем я был уверен, что разыгрываю ее я…
Итак. Дочь попросила собрать у них дома шкафчик, пока они будут на работе. Я собрал шкафчик, а заодно починил очки от солнца, которые лежали на столе – отвалилась дужка, потерялся винтик. У меня такой винтик был. Откуда он взялся - позже.
Через несколько дней мы с зятем едем в машине. Он в очках, говорит мне еще раз спасибо за починку и спрашивает:
- Откуда взяли винтик?
Чувство юмора у меня есть. Правда друзья говорят, что несколько особенное. Мне нравится иногда разыграть кого-то, отвечая максимально правдоподобно, обычным голосом, но абсолютно вразрез правде.
Я нашел винтик – отвечаю я. То есть представляете, я нашел винтик длиной 3 мм, в щели паркета, притом, что у меня и близорукость и дальнозоркость! Но отвечаю убедительно.
- О кей! – говорит Азиз.
Проезжаем поворот. Азиз спрашивает
- А где вы его нашли?
- На полу в квартире.
- О кей!
Слово «Окей» у американцев помимо согласия, означает и некую смысловую запятую, типа часть мысли закончена, «информация принята к размышлению», «готовлю ответ» или что-то в этом роде.
- А как вы его нашли?
Заметьте, он не высказывает сомнения в вероятности того, что существуют люди, которые без миноискателя, в очках, ползают по полу и ищут винтик от очков, не зная, что вообще они там ищут! Он просто проясняет ситуацию. В свою очередь, я понимаю, что разговор принимает оттенок игры «мафия». И напрягаюсь.
- Я шкафчик собирал на полу, гляжу – винтик лежит.
- О кей!
Я уже напряженно думаю над следующим вопросом, потому что, судя по интонации, Азиз всерьез решил прояснить «поисковые» возможности своего тестя.
- А как вы его нашли на полу в квартире позавчера, если очки развалились месяц назад на улице? – спросил Азиз голосом, вполне допускающим наличие рационального ответа.
Ха-ха-ха! Какой нелепый вопрос! Мне невероятно весело, я выиграл! Я разыграл! Я его поставил в тупик, шутка удалась! У меня, конечно, мелькнуло с десяток вариантов, типа «винтик застрял в шарфе», «упал в сумку, потом выпал на пол», но я мгновенно представил ответы, которые меня не просто бы прижали, а расплющили. «Шарф не ношу», «сумки нет», и, если бы я упирался, то «пол пылесосим раз в три дня» и т.д. и т.п. Шутку надо было заканчивать.
- Ладно! У меня винтик был, и я его вкрутил, - закончил я информационным тоном.
Розыгрыш удался, т.е. Азиз в процессе разговора не догадался, что я вру. Однако проанализировав разговор, я понял, что не все так просто. Адвокат задавал вопросы, не подсказывая ответы. Возможно, он сомневался, но вида не подавал. Он не делился имеющейся информацией. Он не предлагал построить отвечающему логическую цепочку. Он никак, ни одной эмоцией, не выразил свою оценку моих ответов. Он профессионально воссоздавал картину происшедшего, и любая логическая нестыковка была бы обнаружена.
Заметьте, он не спросил, как могло случиться, что у меня оказался такой редчайший в быту предмет, как винтик для очков. И про то, как я вкрутил винтик он не спросил. Почему? Потому, что это мое личное дело, и его очков это не касается. Зачем спрашивать сверх необходимого?
Вот так я познакомился с «адвокатским расследованием».
Моя жена тоже выяснила про винтик. Быстро и без сантиментов.
- Откуда винтик?
- Нашел!
- Ложь!
Все, как у Шерлока Холмса: сложнейшая цепочка логических рассуждений скрыта от слушателя. Зато сразу есть результат, оценка ситуации и мнение об ответчике! (Она сказала поярче, я несколько сглаживаю.)
- Купил наборчик винтиков и отвертку в Хоум Депот, - признаюсь. Это магазин строительных товаров размером с три Леруа.
- Ты в гигантском магазине специально искал винтик для очков?! Откуда ты знал???
- Я знаю, что эта полезная вещь всегда нужна! – уклончиво ответил я, чувствуя, что набрал тысячу очков по шкале «уважение».
Не буду же я рассказывать, что увидел наборчик случайно на кассе?
Случайно ли?

107

Вот вы ждете смешные истории и пытаетесь написать смешно о ВОВ. Но все сводится к мату и сексу . Читаю вымышленные истории о ветеранах и обидно за них . Так 11.05.18 истории №947488 , 947489 за подписью –Сердж, ну «натуральный высер» как сказал в комментах – tracer. О войне смешно писать нельзя! Это всегда горе. Попробую написать о своих родственниках . Мой отец, Иван Афанасьевич, 7 лет был в армии :– в 1939г. Призвали в армию ,потом война с немцами , затем с Японией, и демобилизовался только в 1946 г. был фронтовой шофер , возил снаряды на передовую , воевал на Курской дуге, в Польше , в г.Санок был ранен , награжден боевыми медалями и орденами. Был очень скромный. Никогда я не слышала от него матерного слова, хотя повидал он много. Но не любил он рассказывать о войне, но в 1991году он написал воспоминания в газету Ветеран , чтобы рассказать «молодому поколению как освобождали свободу и независимость нашей советской Родины от немецко–фашистского порабощения.» Письмо большое , приведу лишь выдержку ,дословно:–«и самое необыкновенное произошло в один из солнечных дней, после прорыва Курско–Орловской дуги. Той части , куда мы везли боеприпасы на месте не оеазадось, она ушла вперед, порвав оборону противника и мы ехали вслед за ней по пшенично-ржаным полям, скошенным пулями и подъехали к необычной стене. Стене из человеческих трупов , высотой примерно до двух метров , ни в право , ни в лево конца этой стены не было видно. Трупы уложены как по заказу рядами– немецких и наших советских солдат, которые, то наступали , то отступали через эти трупы, а их косили ураганным огнем, наращивая стену. Я видел примерно такие же стены из трупов немецких солдат и офицеров, но там они были уложены специально при расчистке улиц ст.Коростень. На такие стены смотреть дико,жутко. Какие нервы нужно иметь солдату , чтобы пережить весь этот ужас войны?» Моя мама, Елизавета Никитична, в 16 лет, в 1942 г. была мобилизована на военный завод в Красноярск , делала детали для самолетов , снарядов. Вспоминала , что было так тяжело,что они постоянно просились на фронт, на передовую. Если работаешь в ночь и уснешь за станком – трибунал! А заснуть можно было от слабости, т.к. давали паек и всегда хотелось есть. Мастер жалел девчонок, ходил по цеху , будил . Мама постоянно выполняла.
план на 100 и больше %. Она рассказывала, что если на детали к самолету будет какая то неточность , то такая деталь в полете может отказать и они очень ответственно относились к своей работе. Мама была награждена медалью« за доблестный труд в ВОВ». Мой дед, Афанасий Николаевич, был ранен в бою осколком снаряда , прямо в сердце .осколок застрял в мм от сердца и хирург сказал:– если я буду вынимать осколок, то солдат может умереть у меня на столе, а так ещё может поживет. Дед прожил 70 лет, работал, строил дома, вырастил пять сыновей. Никогда я не слышала от него матерного слова и не помню, чтобы он вспоминал войну. Было какое то негласное табу. Другой мой дед, Никита Егорович, имея бронь , выпросился добровольцем на фронт, на передовую. Тоже никаких разговоров о войне, единственный случай помню, мама рассказывала, у деда в колхозе осталось семья, дети. А колхозе тоже, во время войны, был голод, так как все сдавали на фронт .был план по сдаче молока масла табака и т.д. не сдашь–трибунал. И вот мой дед получает на фронт письмо, что его единственный сын (были одни девчонки) умер от голода (может и не от голода, но в деревне врача не было). Дед от горя встал на бруствер пусть меня немцы убьют, зачем жить.высокий,почти 2 метра ростом, красивый мужик стоит во весь рост, пули веером вжикают со всех сторон и ни одна даже не задела. Потом наши стали кричать «ложись, иначе мы тебя убьем, потому что ты выдаешь позиции». Он упал и плакал обнимая землю. Дед умер рано, в 50 лет., но я помню его добрым, никогда не матерившимся, и он пел красивые песни у него был красивый голос. я выросла в послевоенное время, да был голод, разруха, но наше поколение выросло в условиях любви к детям, к жизни, к миру! Наши родители, деды восстановили страну. В наше время мат и татуировки были признаком дурного тона , так как матерились и накалывались лагерники из мест не столь отдаленных . А сейчас современная молодежь не считает это зазорным. В интернете «прикольно » обосрать всех матом и при этом получить кучу лайков (даже название собачье). Певцы поют матерные песни, зарабатывая на этом миллионы. И это наша культура? Лолита, Шнур и даже Киркоров ,король, поп звезда, опустился до этого дешевого авторитета , сняв позорный клип–«цвет настроения синий» в канун праздника 9 мая, гдепоказаны бомжи, наркоманы,,алкаши , маленький ребенок, пьющий из горла вино прямо в магазине и и сам Киркоров матерится, причем смачно, со вкусом. А потом радуется как мальчик :–Ура, у меня десять миллионов просмотров!» Моя дочь современная женщина, 34–х лет, когда я начинаю говорить свое мнение обо всем этом, говорит:– да это же просто прикол такой. неужели миллионы наших потомков , восстанавливали страну из руин, чтобы сейчас ,ради прикола, вы их обсерали, а они уже все на том свете и не могут защититься . А сейчас день Победы превратили в источник наживы. Обидно, что фашизм в нашей стране злорадствует над нашими ветеранами . Написала сущую правду. Извините, что не смешную, а со слезами на глазах.

108

Прикол в этой истории будет в самом ее конце, но не могу отказать себе в удовольствии вначале окунуться в атмосферу ей предшествовавшую.

Мое детство закончилось, скакнув в отрочество вместе с переездом нашей семьи из бабушкиного дома в барак.
Барак, слава Богу, был не лагерным – так назывались убогие деревянные жилые строения нашего рабочего городка.
В переулке Первом-Барановском их было три. Два одноэтажных десяти квартирных, и один двухэтажный с двумя подъездами. Стояли они достаточно просторно, на самой окраине города в окружении частных домов и подпертые с тылу рекой.
Точнее - основное русло Уссури было почти за километр, а подпирала нас ее протока, отделявшаяся от реки чуть выше по течению перед нами, и снова вливавшаяся в реку - нас чуть поодаль.
Остров, который образовывали река и одноименная ему протока - назывался «Бешеный Эрик», так он называется и сейчас.

Почему пионерский лагерь, находившийся на Бешенном Эрике носил имя Вали Котика и на нем расположился мы не знали. Но о вероятности того, что однажды всех пионеров с их блудливыми вожатыми, очередным наводненим унесет в свелое будущее - догадывались даже октябрята.

Не знали мы еще тогда - как неведомая «ебическая сила» заставляла разнополых коллег и сослуживцев двух прилегающих к протоке заводов, все теплое время года хаотично - словно потерпевшими кораблекрушение робинзонами, разбредаться по заросшему зеленью острову и жизнеутверждающе трахаться под каждым кустом.

В весеннее половодье Уссури сливалась с протокой воедино, накрывая с головой наш остров и твердь до самого горизонта, они мчались дальше до океана и потом впадали в Миссури.
Индейцы Фенимора Купера казалось были совсем рядом, и если я ничего не подзабыл – кажется мы с ними тогда дружили дворами.

Вид всего нашего деревянного и неокрашенного микрорайона, вместе с его сараями, не подготовленного человека мог бы вогнать в вечный ступор, но нам было комфортно. Комфортно еще и потому, что родители (хотя бы один из них у всех у нас были) - всегда были на работе. Ремни и затрещины они доставали уже по вечерам, оглашая гулкую округу несправедливо обиженными воплями.

Мы - это все кто обитал в этом мире, и на работу не ходил. Хотя, кроме нас и тех кто ходил на работу была еще бабка Пашка, пара алкоголиков, местный сумасшедший – Хайгитлер, он исправно учил местных малолеток «кидать зигу», две или три вечно беременных мамаши и Виталя.

Всем нам было от трех до восемнадцати, а сколько было Витале мы точно не знали. Виталя очень любил мотоцикл и не работал потому, что всегда ходил в гипсе, а когда я его увидел впервые он был похож на белый вертолет.
Потом, случалось, у него в гипсе поочередно покоились разные руки и ноги, но вертолетом он мне нравился больше всего.
Представьте себе загипсованного от пупа до самой шеи человека с расставленными в стороны руками. Разве не здорово? Хотя возможно его и загипсовали так не из-за красоты, а для того чтобы он не смог ездить на мотоцикле.
Девушки к Витале не ходили, наверно потому что он не мог обниматься, от скуки Виталя учил нас играть в карты и на бильярде.

Все мы, без деления на пол и возраст - были одной компанией. Делились конечно по играм, если допустим играя в «козла» был риск на своем горбу провезти Виталия в его вертолете выбор был за тобой - играть либо быть зрителем, а лапта, чижики, горки, рогатки, секреты, классики и шпионы – по желанию.
Так же толпой ходили и на речку. Те, кто постарше следили за малышней, все купались и до черноты загорали.

Была еще такая релаксовая фишка, как рисование на загорелых спинах друг друга, причем в двух вариантах:
Либо ты рисуешь на чьей-то спине мокрой палочкой, макая ее в консервную банку с водой, затем посыпаешь нарисованное, раскаленным на солнце песком и потом, сдувая лишний песок - являешь миру прилипшее к коже творение. Или рисуешь сухой заостренной щепкой, оставляя на загорелой до черна коже отчетливый белый след. Либо рисуют на тебе, и если играете в слова или буквы и ты не угадал нарисованное – снова меняетесь.
Потом, изможденные солнцем мы возвращались к баракам таща куканы с наловленной рыбной мелочью для вечерних соревнований дворовых котов.

За пару лет до моего окончания школы, в бараке наша семья уже не жила. Отец получил квартиру, и хотя мы переехали в центр, с друзьями я и моя старшая сестра Ленка - продолжали общаться.
Конец школе, экзамены в мореходку и морская медкомиссия.

Шестьдесят человек в трусах на босую ногу, мы бегали из кабинета в кабинет.
Прикрывая один глаз мы разглядывали М Н К и Х/З, и как могли описывали свои цветовосприятия. Еще мы загнувшись, раздвигали свои ягодицы и сначала позволяли доктору полюбоваться видом издали, чтобы составить общую картину, а потом прикрыть свой глаз и заглянуть каждому в очко по отдельности. После дышали в мешок, давили эспандер, приседали и прислушивались. На прощание кому-то показав зубы и по очереди залупив каждый свое дерматологу - выстроились перед кабинетом приговоров.

В кабинет нас запускали человек по десять. Дошла очередь и до меня. За столом у окна сидели несколько врачей, мужчины и женщины, и морской офицер. Будучи уже в трусах, мы выстроились в шеренгу вдоль стены и по очереди, услышав свою фамилию, выходили на несколько шагов вперед, останавливаясь напротив стола.

Что предполагал этот этап медицинской комиссии, кроме объявления окончательного ее результата - нам не объясняли. Может они опасались чтобы в стройные ряды морских офицеров случайно не затесался горбатый или глухонемой, но нас просили вначале представиться, потом повернуться в профиль и затем спиной.

Представился и я, затем повернулся профилем а когда повернулся к ним спиной - пауза затянулась. Кто-то из врачей сдержано хихикнул.
На свой счет этот всхлип не воспринял. Пауза затягивалась уже подозрительно. Старший комиссии явно сдерживаясь чтобы не заржать в голос, все-таки выдавил:
- Вы уверены, что хотите стать моряком? – Пока я переваривал вопрос, всхлипнула одна из врачей за столом.
- Да. - Уверенно кивнул я.
- А танкистом не хотели? – С трудом соблюдая врачебную этику, врачи ржали внутри себя покашливая и привзвизгивая.
- Нет. - Я все еще стоял спиной к столу и прислушивался.
Подозревая что это на долго, я повернулся сам. Старший медленно приходил в себя:
- А танк откуда?
- Какой танк? - завис я. Старший судорожно дернул в мою сторону указательным пальцем:
- На спине…. У вас….. и …… Звезда! – Через мгновение до меня дошло.
- Годен! – Сказал старший, - идите.
- Только вместо танка нарисуешь якорь! - Очухался морской офицер.

Нарисую бля - вспоминал я, никогда не бухавший и терявший сознание лишь на мгновение единожды в своей жизни.
Вспомнил конечно – жара, речка, Серега Цыган, я, может Вован или другой Серега и Женя Лаптев – младший братишка моей одноклассницы, который и накорябал на моей спине танк со звездой. Октябренок херов.
Потом я снова завис…
Только было это год назад - прошлым летом!
Отрочество медленно отпускало меня в юность.

109

И снова о необычных судебных процессах и забавных исторических казусах в США. Предупреждаю, будет очень много букафф.

Вместо предисловия:

История возникновения, развития, и экспансии территории США весьма сложна и запутанна. Сейчас это одна страна состоящая из 46 штатов, 4-х содружеств всеобщего благосостояния (commonwealths), 16-ти территорий, и округа Колумбия, а когда-то это был целый компот из колоний, провинций, и владений Великобритании, Франции, Голландии, Швеции, Испании, России, и индейских земель. Были на территории нынешнего США и независимые признанные государства например Республика Техас, Республика Вермонт, и Королевство Гавайи. Были и непризнанные, но достаточно крупные образования что при определённых обстоятельствах могли бы стать странами сами по себе, например Республика Рио Гранде, Республика Западной Флориды, и Республика Калифорния. Бывали образования и совсем маленькими, но с большими амбициями например Республика Мадаваска или Республика Индейского Ручья. История знавала и совсем экзотические примеры вроде Королевства на Бобровом Острове, Республику Кинни или, моего личного фаворита, Великую Республику Грубых и Готовых (Great Republic of Rough and Ready).

Отношения между различными штатами, государствами, и территориями были очень сложными. Иногда удавалось решать проблемы мирно, но случались и кровавые стычки иногда перерастающие в войны. Ну а чаще всего разногласия решались в судебных процессах которые могли тянуться веками.

"Пядь Земли"

Историческая справка:
Остров Эллис - основной пункт приёма иммигрантов в США в 1892-1954 гг. через который прошло более 12 миллионов человек. С 1976 г. музей и национальный парк. Расположен в штатах Нью Джерси (НД) и Нью Йорк (НЙ).

Эпиграф
1) "Чужой Земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим." (Борис Ласкин, Марш Советских Танкистов).
2) "Это нога, у того у кого надо нога." (из к/ф "Берегись Автомобиля").

Жил да был один мужик по имени Терри Коллинз. На работу он ходил, на английском говорил, и вообщем вел мирное и малопримечательное существование. А вот работал он не абы где и не абы кем. Был он парк ренджером на острове Эллис. Несмотря на звучную должность особых звёзд Терри с неба не хватал, даже пожалуй напротив, функционал у него был весьма прост, уборщик-мусорщик.

Один раз в 1992-м году получил он простое задание, избавиться от очередной кучи мусора (с острова отходы не вывозились, их зарывали в отведённом могильнике). Вот уж совсем не понятно как, но факт штука упрямая, в рабочем рвении наш герой умудрился оттяпать себе ногу. Казалось бы - тьфу нога, тоже мне диво. Парков национальных в США много, а ренджеров в них тьма-тьмущая. А конечностей у ренджеров вообще без счёту. Но это нога оказалось очень и очень не простой, даже роковой в некотором смысле.

Бравый парень Терри рассудил просто, ногу мне отрезала машина, значит она и виновата. Но машина вещь железная и бессловесная, её к ответу привлечь очень даже тяжело, а вот компания что её производит как раз ответственность может нести и посему денежку должна выплатить немалую. Он недолго думая подал в суд на компанию Promark Products, ту самую фирму что машину предоставила.

А вот компания рассуждала совсем по иному и тоже, по своему, здраво. "Мы денежки не печатаем. Ежели мы этому бойцу мусорного фронта компенсацию выплатим то оболтусы со всех сторон начнут ноги себе резать. Эдак никаких средств не напасёшься. А коли ещё и до рук дело дойдёт, то вообще кранты. Тогда легче компанию просто закрыть, на всех денег не хватит. Тут глубже смотреть надо. Вины тут нашей никакой нет, просто дают работать на технике разным долбоёжикам. Не обучают их, а нам отдувайся. Фигушки вам деньги просто так платить, баба Яга против." И Promark Products тоже поступила логично, подала в суд на федеральное правительство что управляет парком, мол не обучили своего сотрудника как следует.

Вот тут-то и загвоздка произошла. Оказывается что законы от штата к штату разнятся и очень сильно. Например НД подобные иски не разрешает (т.е. иски которые как бы перекладывают отвественность), а штат НЙ говорит "пожалуйста". И федеральные чиновники, со своей колокольни, также рассудили здраво, и сказали "Только нам ещё одного иска для полного счастья не хватало. Вы уж извините-подвиньтесь, но судилка у вас не выросла. Ногу мистер Коллинз потерял в НД, так что решайте вопрос как нибудь без нас." Засим оставим несчастного Терри и его ногу и окунёмся в историю.

С начала 17-го века территория около реки Гудзон принадлежала Нидерландам (колония так и называлась, Новые Нидерланды), но в 1664-м году Англия благополучно эту территорию отобрала. Потом на пару лет голландцы смогли её вернуть, но удержать её от алчных англичан было невозможно. В 1674-м Англия захватила эти земли окончательно, а король, Карл Второй, подарил их своему брату (будущему королю Якову Второму). Яков же раздал земли своим фаворитам которые и основали колонии Нью Йорк и Нью Джерси. Казалось бы всё как всегда, весьма даже традиционно, в духе 17-ого века.

Печаль в том что границы между колониями определили весьма условно и неоднозначно. Стараясь привлечь колонистов, знатные вельможи из далёкой Англии раздавали наделы один за другим, даже толком не вникая в тонкости какую землю и кому они выдают. Очень часто на один и тот же участок могли выписать бумаги управленцы обоих колоний. Это привело к неразберихе и массе судебных исков. Но суд был далеко, в Старом Свете, так что от аргументов в правовом поле поселенцы вскоре перешли к практическим действиям и разгорелась самая настоящая война, т.н. Ньюджерсийская Пограничная Война (NJ Border War).

Мало того что граница на суше была спорной, не менее спорной она была и по реке Гудзону. Какой то мудрец в далёком 1664-м году (когда впервые отобрали территорию у Нидерландов) заявил "границу проложим по берегу реки со стороны Нью Джерси", а не по середине как это было обычно принято. Причина проста, вельможа кто получал колонию НЙ имел больший вес при дворе и таким образом приобрел контроль над основной водной артерией и над устричными отмелями на речных островах. Итак остров Эллис (и другие) благополучно оказались у НЙ, хотя по расстоянию они куда ближе к НД.

С усердием заслуживающим лучшего применения колонисты уничтожали друг друга более 60 лет, почти вплоть до Войны за Независимость. Потом они взяли передышку ибо было ещё с кем повоевать. Когда колонии наконец обрели независимость надо было отдышаться, уж слишком много стало погибших. Затихший было конфликт в 1801-м оживил один из отцов-основателей США, сам Александр Гамильтон, построив пирс на Ньюджерсийском берегу реки Гудзон.

- "Отличненько." потёрли потные ладошки Никербокеры (прозвище ньюйоркцев), нашей землицы прибыло. Раз он выступает с берега на территорию реки, значит он принадлежит нашему штату. А посему вся коммерческая деятельность с него будет облагаться нашими налогами. Спасибо, дорогой Шурик."
-"Грабють, без ножа режуть. Ратуйте люди добрые." заорали ньюджерсийцы. "Давно не воевали? Так мы вам устроим сладкую жизнь."

Но для начала они подали в суд дабы пересмотреть границу по реке, тем более что коммерческих судов на реке стало больше и ситуация где весь доход шёл в НЙ была явно несправедливой. Да и торговля устрицами была бы неплохим финансовым подспорьем для небогатого штата. Почти 33 года штаты судили друг друга, но в конце концов ситуация всем приелась и в 1834-м году был заключён компромисный договор.
-"Так уж и быть, уговорили," сказал НЙ, "Мы согласны на границу посередине реки."
- "Ладно." подвинулся и НД. " Пускай остров Эллис и ещё несколько остануться за вами."
- "Отлично. Так и запишем, вся территория островов (то бишь суша) будет у НЙ, а всё что под водой у штата НД. А что бы совсем никому не было обидно, на островах мы построим форты и будут они под нашим управлением и надзором." сказало федеральное правительство.
На том все порешили и успокоились.

Прошло почти 60 лет и на острове Эллис был устроен пункт приёма иммигрантов. Так как остров был маленький (примерно 1.3 гектара) то завезли землю и насыпали ешё примерно 12 гектаров, тем самым его увеличив. Построили бараки, приёмный пункт, пирс, кухню, небольшую электростанцию, госпиталь, и даже несколько домов для сотрудников. И всё было тихо мирно почти 100 лет пока хрупкое равновесие не было опрокинуто отрезанной ногой Терри Коллинза.

Правительство заявило, "ногу отрезало не на острове что был изначально, а на насыпной территории. А так насыпи не было во времена договора 1834-го года, то значит она принадлежит Нью Джерси." Но Федеральный Суд, чьё отделение находится в Манхеттане (т.е. в Нью Йорке), не согласился и заявил "договор ясен как день, читайте на английском по белому вся суша - НЙ, вся подводная часть - НД. А сколько было гектаров в давние времина, это дело десятое и забытое."

Думаете НД съело эту пилюлю молча? Да как бы не так.
- "Жулики." завопило НД. "Так и знали. Стоило всего на 160 лет отвернуться и здрасте, я ваша тётя. Беспардонно отжали недвижку."
- "Мошенники." взвыл обиженный НЙ. "Нет, вы видели эти босяков без шнурков. Договор для них уже не договор."
- "Грабители с большой дороги. Мало того что у них территории в разы больше, так они ещё и последний грош у сиротки отбирают." плакало НД.
- "Прохиндеи и бессовестные хапуги." взбесился НЙ. "Земля была, есть и будет наша. Ясно сказано, ваша территория под водой, вот там и живите. Самое кстати для вас место."
- "Ах так, да мы на вас в суд подадим." пригрозило Нью Джерси.
- "Ой, нам уже таки страшно. Испугали ежа голой задницей. Да у нас в штате юристов и адвокатов десятки тысяч, а у вас лишь одни свалки токсичных отходов." усмехнулся НЙ.
- "Это лишь потому что когда каждый штат получал свою порцию дерьма, мы выбирали свою раньше вас. Будет больно, пеняйте на себя." И подали в суд.

Инстанция за инстанцией и иск быстро добрался до Верховного Суда.
- "Уважаемые Судьи" вкрадчиво начал НЙ. "Вы посмотрите на этих бесстыжих поцев. Они притворяются Кларой Целкин, но вы то знаете за мокрое и за сухое. Суша она и в Африке суша, а вода она и в Китае вода. В договоре всё ясно, суша наша. А на водное пространство мы и не претендуем."
- "Тьфу в ваши бесстыжие глаза. Нам таки стыдно ходить с этим НЙ по одному США. Вы же разумные люди. А что если эти шлемазлы захотят и осушат всю реку? Это что, получится им тепло и мягко, а нам снова кушать кугл? Мы за это не согласны." аргументировало НД.
- "Граждане судьи. Ну посмотрите сами. Неужто вы думаете что хоть кто-либо кто ехал через остов Эллис пёрся в эту ньюджерсийскую дыру. Что бы да, так нет. Когда подплывали корабли все видели перед собой Нью Йорк. И плыли они именно к нам." убеждал НЙ.
- "Ха, а вы их спрашивали? У нас от возмущения стынут волосы. Вы же видите, они просто заговаривают вам зубы." возмутилось НД.

Суд пошёл совещаться.
- "Может пошлём их всех в жопу?" предложил один либеральный судья.
- "Да нет, это место уже занято. Мы же уже обещали туда послать защитников прав лиц нетрадиционной ориентации." напомнил консервативный судья.
- "Блин, как хочется всё решить, ничего не решая." возмечтал третий судья.
- "О, а это идея." подхватил Глава Верховного Суда. "Зовите сюда этих балбесов."

- "Вы делаете нам нервы. Предлагаем ша." сказал Верховный Суд. "Купите себе кота."
- "Зачем кота?" удивились штаты.
- "Затем что ему вы будете крутить бейцы, а нам не надо. Слушать вас одно удовольствие, а не слушать совсем другое. Итак, мы назначаем вам арбитра, умный мальчик из хорошей семьи, его зовут Пол Веркиль. Пускай он предлагает решение. А теперь все вон отсюда."

- "Снова нас разведут как кроликов. Мы слышали за этого Пола. Кто не знает этого унглика из Нью Йорка. Ну что умного он может сказать?" опечалилось НД.
- "Павлуша, наш парень. С ним будет всё чётко." радовался НЙ.

Пол Веркиль действительно старался. Он всех выслушал и предложил так "По понятиям, конечно землю надо отдать НД. Но, тогда эти 1.3 гектара что принадлежат НЙ будут окружены землёй другого штата, а это не комильфо. Посему предлагаю честный пацанский пополам. Из новых 12 гектар, 10 идут НД, а 2 НЙ, дабы у него был выход к воде. Ну как?"

Возмущению обоих штатов не было предела. Впервые они объединились в неприятии предложения.
- "И это называется решение? И это говорит он, наш Павлик, которого мы вскормили и вспоили. Да за такое решение его нужно на той же свалке закопать. И 2-х гектаров нам для этого не понадобится, уж будьте уверены. Вся земля наша и точка." взъярился Нью Йорк.
- "Ну что мы говорили, правды искать у профессионального балабола. Да любой шнорер из Камдена предложил бы что-то получше. Может этого шлемазла просто утопить? Или хотя бы ногу отрезать? Вся новая земля наша, до последнего дюйма." возмущался НД.

Резонанс получился большой и в итоге оба штата отвергли решение арбитра и развернулась газетная шумиха.
- "Может вообще, передать остров какому-нибудь другому штату, ну например Коннектикуту." поступило предложение в Нью Йорк Таймс.
- "Ха, а с этого момента два раза и медленно. Мы кстати совсем не против." обрадовался Коннектикут.
- "Пшёл вон пока цел. Эта наша корова и доить её мы будем сами." опять проявили единство штаты. И снова подали иск в Верховный Суд.

Опять прозвучали те же аргументы что и ранее. Каждый штат тянул несчастный остров на себя и обвинял другого во всех смертных грехах. Наконец Верховный Суд проголосовал и со счётом 6:3, судьи решили отдать всю землю что была добавлена к острову после 1834 года Нью Джерси. А 1.3 гектара ньюйоркской земли оказались окружены со всех сторон. Теперь у НЙ осталось лишь несколько зданий, а границу между штатами пролегла прямо через иммиграционный центр.

У Нью Джерси был праздник. Наконец, после почти 330 лет, земля вернулась в родной штат. Правительство тут же выделило своему новому приобретению почтовый индех, налоговый номер, указало на картах, и под музыку при большом скоплении народа в День Независимости подняло свой флаг на острове. А губернатор напоказ несколько дней щеголяла в новой футболке где жирными буквами было написано, "Остров Эллис, Нью Джерси."

А что же реально получило Нью Джерси как компенсацию за миллиионы долларов потраченных на юристов? Ведь земля как и была так и осталась в федеральном владении. Если исключить несколько тысяч долларов налоговых сборов с продажи сувениров из музейного магазина, то по сути ничего. Кроме конечно чувства глубокого морального удолетворения, что долларами не измерить. Ведь говорили в старину умные люди "понты дороже денег."

110

Пришел мужик(М) в больницу к хирургу(Х) и говорит:
(М)-Понимаете, доктор, мне кажется, у меня третье яйцо растет.
Хирург посмотрел, повертел, пощупал.
(Х)-Hет никаких признаков.
(М)-Hо я же чувствую.
(Х)-Знаете что, идите к главврачу(ГВ), пусть он посмотрит.
У (ГВ):
(М)-Понимаете, доктор, мне кажется, у меня третье яйцо растет.
Главврач посмотрел, повертел, пощупал.
(ГВ)-Hет никаких признаков.
(М)-Hо я же чувствую.
(ГВ)-Может, рентген сделать? Хотя, знаете, у нас сегодня профессор (П) принимает; идите, с ним поговорите.
У (П):
(М) — Понимаете, доктор, мне кажется, у меня третье яйцо растет.
Профессор посмотрел, повертел, пощупал.
(П)-Визуально не наблюдается, на ощупь ничего не чувствуется.
(М)-Hо я же чувствую.
(П)-Знаете что, давайте сделаем так: как только визуально или на ощупь появятся какие-нибудь признаки, сразу лично ко мне, и мы будем Вас обследовать.
Мужик выходит из больницы, а навстречу ему знакомый(З) идет, за щеку держится.
(М)-Здорово, что проблемы?
(З)-Вот зуб болит, флюс вскочил, ночью на стенки лез от боли, иду дергать… А ты что, тоже со здоровьем проблемы?
(М)-Hет, так, от делать нечего яйца ходил почесать…

111

С чем ассоциируется у нынешнего гражданина России звание полковник? Конечно, с квартирой, набитой баблом! А я знавал полковника бессребреника!
Ну как знавал... Я его сын! Полковник этот был не ментовский, а армейский. Конечно, многие скажут, мол ты его сыночек и папу отбеливаешь. Но, скажу вам честно, сам иногда злился на отца, что он такой принципиальный. Помнится, в Тбилиси, в апреле 1989 года, объявили комендантский час. Случилось это в связи с антисоветскими митингами в центре города. Так вот именно тогда случилась у нас под балконом перестрелка! Ехал БТР по улице, патрулировал в общем, а тут какой-то сторонник свободной и независимой Грузии бахнул из какой-то берданки по нему со своего балкона. Бойцы деликатно не стали палить из крупнокалиберного пулемёта. Ответили шквалом из автоматов. Отец в тот день был дежурным по оперативному управлению штаба Закавказского Военного Округа.
Согнали тогда в Тбилиси, в связи с беспорядками, разных важных генералов. И вот в тот момент, когда моя мама позвонила папе и, заикаясь от страха, сообщила о стрельбе у нас под домом, сидел рядом с папой генерал от десантуры Грачёв. Впоследствии известный как Паша-мерседес. Отец, выслушав маму, по-военному чётко сообщил всем присутствующим на пункте боевого управления, что на улице Будапештской перестрелка! Грачёв-"гений" сказал отцу – «Пусть жена срочно завесит окна солдатскими одеялами». Отец удивился и опустив, что само по себе это предложение попахивает идиотизмом, сообщил что у него дома нет солдатских одеял! На что удивился уже Грачёв - «До полковника дослужился и нет дома солдатских одеял!???»
Отец так ответил, что заржали все кроме Грачёва. Он сказал: «Я не отбираю у солдат одеяла!».
Этот разговор мне пересказал сослуживец отца! И, скажу вам честно, единственное что было у нас дома так сказать на халяву от армии, - это списанные ящики от снарядов! Разный хлам в них хранили на балконе! Отец, конечно, не был святым. Как нормальному мужику, а тем более офицеру, ему присуще было гусарство! И выпить любил, и к дамам лёгкого поведения был не равнодушен. Но всё, что касалось службы, было безупречно! При выходе на пенсию он получил трешку в одном из краевых центров России. Но его сослуживцы умудрились себе по несколько квартир намутить!
Я поступал в училище на общих основаниях, да и поступил в обычное общевойсковое, а не в блатные, которые готовили военных юристов или переводчиков. Единственную блажь, которую он получил от МО, выхлопотал я для него.
Как-то, находясь в отпуске, я выпивал с отцом. И он пожаловался, что скучно ему без меня! Надо сказать, что как я одел офицерские эполеты, мы стали не просто отцом и сыном, но и лучшими друзьями! Я пошёл в полк, расположенный в том городе и взял у командира отношение на себя! Тогда дефицит офицеров был серьёзный и проблем с переводом не возникло. Ну, как не возникло. Командир того полка, из которого я переводился, долго ворчал, но отпустил!
Как-то раз, отправили меня в командировку. Ехать надо было в часть в соседний город. По этому случаю получил я в распоряжение УАЗик, а вот свободного бойца-водителя не нашлось. В общем, надо мне было самому рулить! Да я, собственно, этому только рад был. Это была середина нулевых и такое было в порядке вещей. Перед отъездом из города заскочил домой, и отец решил прокатиться со мной. Мол скучно дома сидеть, а так развеюсь немного. Я этому тоже обрадовался. Отец одел мундир, и мы поехали. По дороге отец попросил порулить. Мол дай-ка вспомнить, как баранка УАЗика на ощупь! Он отлично водил автомобиль, так что я, естественно, согласился. И как-то мы заболтались по дороге, что сами не поняли, как очутились на стоянке перед КПП той воинской части, в которую я ехал. Когда подъезжали, перед КПП курил прапорщик. Как позже выяснилось, дежурный по КПП. Надо сказать, что ходил я тогда в танковом бушлате. Очень удобная штука, но на нём не предусмотрены погоны. Короче, видно по мне, что офицер, но не понятно кто по званию. Вышел я из машины и отец из-за руля вылез ноги размять. Я на КПП предъявляю прапору предписание. А он бегло глянул на него и пристально меня разглядывает. Я ему: «Так пропуск выпишите?» А он мне козыряет и говорит: «Проходите!»
Когда я свои дела оформил, на КПП ко мне этот прапор подошёл и заговорщически, почти шёпотом, спросил: «Простите! А вы кто?»
«Как это кто? Я же вам предписание предъявлял! Капитан Жданов! В/ч такая то». Прапор округлил глаза и, кивая на отца, прогуливающегося около УАЗика, спросил: «А это кто?»
Я конечно объяснил ему, что это мой отец. Что он на пенсии и приехал за компанию!
«Ну вы товарищ капитан даете! А я думаю, кто же он такой, если у него водитель полковник».
П/с. Отца нет уже десять лет! И у меня такое чувство, что я маленький мальчик, потерявшийся в большом городе! Хотя и сам давно отец, и не за горами как стану дедом, (сыну девятнадцать будет). Цените отцов! Наступит момент, когда вам станет невыносимо одиноко без отца!

112

Мой Элвис.

Начало мая 1992-го года. Мне 12 лет. Время безудержно веселой окрыляющей юности, когда вокруг столько всего интересного, манящего, загадочного, неизведанного. Время, когда прошлое еще не давит мучительным грузом, а впереди только обязательно светлое и счастливое будущее.

В школу я не ходил. Правда, об этом вопиющем факте знал только я, одноклассники и учителя. Родители не догадывались. Каждое утро я брал свой красный ранец, пакет со сменной обувью, и чинно выходил из калитки. Оглядывался, и, одной короткой перебежкой, пересекал зону видимости. Минут пятнадцать прятался за забором, выжидая гарантированного ухода родителей на работу. А дальше у меня начинался теплый, беззаботный, абсолютно свободный день. Я очень любил проводить время на крыше коттеджа. Читал запоем книги, смотрел на идущих по своим делам людей, кидался кусочками щебня в ободранных котов, гуляющих по просыпающемуся от зимы огороду, курил с таким трудом достающиеся сигареты, наблюдал за молчаливым величием горы «Церковка», ныне испохабленной горнолыжными трассами.

В этот, особенно жаркий день, я как раз был на крыше. Внизу, понуро опустив головы, возвращались домой после душных пыток знаниями трое одноклассников. И у меня откуда-то проявилось какое-то дикое состояние абсолютной свободы, эйфория просто захлестнула. И так захотелось этим состоянием поделиться, похвастаться что ли, что, попав в этот ураган восторга, я со всех сил с громким криком побежал. Где-то на середине крыши мой внезапный полет оборвался о стальной трос от телевизионной антенны, натянутый на уровне лица… Маме я сказал, что пострадал на уроке физкультуры.

В это время по телевизору показывали французский сериал по мотивам Гюго - «Человек, который смеется». С порванным о трос ртом я стал копией обезображенного в детстве главного героя – Гуинплена. В больнице, суетливый и дерганый врач-невролог, побив меня по ногам и рукам молотком, постановил, что порванным ртом дело не обошлось: в довесок к изменившейся внешности я оказался счастливым обладателем очередного сотрясения мозга с обязательным двухнедельным постельным режимом. Мир рухнул, солнце, свобода, движение, игры в чижа, походы на свалку за пробками - все осталось в прошлом. Я оказался в заточении, пусть большого, но дома. Да и не показался бы я на улице с таким визуалом, зная, что фильм про «урода» смотрят все (тогда вещал только один телевизионный канал).

Чтобы как-то смягчить горечь свалившихся на мои плечи неприятностей, мама вручила мне большую картонную коробку с подарком от бабушки к окончанию учебного года. Вы не представляете, что было в коробке. Там лежал магнитофон. Нет, не так. МАГНИТОФОН!!!

Азамат-302 - черный, неказистый чуваш, с неудобной грубой ручкой и дурацкой антенной, но мой, и только мой. Мой первый, самый настоящий, магнитофон со встроенным микрофоном и радио.

Рядом с инструкцией по эксплуатации я обнаружил входящую в комплект кассету: Элвис Пресли «Лучшие песни и баллады о любви». На вкладыше я прочитал, что Элвис не какой-то там хрен с горы, а самый что ни на есть мертвый, но вечно живой, король рок-н-ролла. Я поставил кассету и аккуратно нажал на среднюю красную кнопку…

Временного Гуинплена накрыло мгновенно. Наверное, именно тогда в мою жизнь навсегда ворвалась музыка. Два дня я непрерывно слушал «мертвого» Элвиса: сторона «А», где были бодрые боевички, мне нравилась больше, грустные любовные баллады со второй стороны – чуть меньше. Я опять был бодр, весел и счастлив…

Жаль, но счастье всегда кратковременно: на третий день мама пошла в школу, чтобы сообщить, что я, в этом учебном году, уже не появлюсь за партой. Там она узнала, что в храме знаний меня не видели больше месяца.

Справедливо заслуженного физического наказания я не помню, скорее всего, его и не было вовсе. Моральное же наказание было, в глазах родителей, поистине страшным: магнитофон изъяли. Не могу сказать, что я был сильно подавлен и опустошен, на самом деле я даже радовался, что так легко отделался, хотя виду не подавал. К тому же, пару недель спустя, магнитофон, разумеется, вернули. Но уже вовсю бурлило лето.

ЛЕТО! С капитальной запрудой на горной речушке. С жареными на костре недозрелыми яблоками из школьного сада. С первыми блатными песнями под вечно расстроенную гитару без пары струн. С первым, вторым и третьим глотком мерзкого теплого спирта «Рояль» из литровой бутылки, пущенной по кругу. С шумной карточной игрой на деньги «Ази», зачастую заканчивающейся дракой. С глупой нелепой смертью девчонки-соседки, разорвавшей наши жизни на «до и после».

В общем, было не до магнитофона…

Где-то уже в сентябре связкой из двух магнитофонов я записал на кассету с Элвисом своего первого Цоя. Я стирал «иностранные песни о любви» с мучительным сожалением, но другой кассеты в наличии не оказалось, а иметь тогда свою запись группы «Кино» было жизненно необходимо. Я еще не знал, что, в этот самый момент, король для меня умирает навсегда: Элвиса я больше никогда не слушал…

113

Ноги Буша и Трамвай № 11.

Вспомнил я историю из 90-х, увидев фото В.В. Путина в кабине трамвая при посещении им Тверского вагонзавода.
Город Тверь, начало 90-х. Два моих друга, отслужив в армии 2 года и вернувшись в родной город в разгар рыночных реформ, приняли решение о начале своего бизнеса, который привел бы их к успеху и процветанию. Надо заметить, что к разделу госсобственности, в связи с пролетарским происхождением и обналиченными (как и у большинства) ваучерами, отношения они не имели. Выбор пал на торговлю продуктовыми товарами. Организовали по городу несколько розничных точек, специализировавшихся на яйце-курино-мясной и т.п. продукции.

Теперь история. Зима, метель, мороз под 30. Новоявленные коммерсанты рассекают древний и славный г. Тверь на чудо-автомобиле «Москвич-412» с двухосным прицепом, гружённым под завязку куриными окорочками, так любимыми россиянами в те славные времена "ножками Буша". Объехать все точки, сгрузить окорочка и собрать выручку – вот их простая задача! В машине орет музыка, веселье, смех, строятся планы на вечер, т.е. царит добрая и непринуждённая атмосфера. Чудо-автомобиль был уже не молод, печка то работала, то не работала, зеркала и стекла были без обогрева и покрыты инеем, но водитель не беспокоился ни о чём, т.к. ему вполне хватало для обзора небольшой смотровой щели, протёртой им ещё в начале поездки перчаткой.
И вот, подъехав к точке для разгрузки товара, друзья обнаружили полное отсутствие, как упомянутых ножек, так и собственно прицепа, в котором они (ножки) ехали. Это была катастрофа! Товар им выдан на реализацию, денег ни у кого нет, бизнес, не успев начаться, накрывался медным тазом. Решают вернуться к исходной точке тем же путём, хотя надежда еле теплилась - бесконтрольные объекты в те годы быстро меняли хозяев (не важно, окорочка это или предприятия). Минут через 20 пути, на перекрестке с ул. Благоева, что возле трамвайного парка (тверские знают), они увидели на перекрестке Трамвай № 11, машину ГАИ и неспокойную толпу народа. Друзья мои останавливаются подальше от эпицентра, обходят трамвай и видят результат страшного ДТП. Трамвай №11 и прицеп с окорочками воссоединился! Картина для них прояснилась: видимо на одном из поворотов прицеп отсоединился от авто и поехал по своей траектории, в дальнейшем уткнувшись в и так помятый и побитый в дорожных войнах тверской трамвай, процарапав его дышлом.
А между тем события на перекрёстке принимали нешуточный оборот. Все свидетели видели только бодро двигающийся прицеп и момент аварии. Никто не мог сказать, откуда он взялся, и кто его направил в эту точку. Водитель трамвая скандалила и требовала у ГАИшника оформления ДТП по всем правилам. Он сопротивлялся, предчувствуя глумление коллег и начальства, принеси он протокол, где участниками ДТП обозначены: 1) Трамвай №11 – жертва и 2) прицеп с окорочками – виновник! Толпа между тем не расходилась, поглядывая на ценный груз на прицепе. Владельцы груза поняли, что свои права на него надо срочно заявлять. Представились. Повинились.
Все кончилось хорошо: одна коробка с ножками Буша была отгружена в машину ГАИ, вторая вручена вагоновожатой, а третья – подоспевшему сотруднику трамвайного парка, который обещал ликвидировать царапины на красном боку Трамвая №11.
P.S. Конечно трамвай никто не покрасил, он ещё долго ходил по маршруту со шрамом, напоминая всем об эпической битве ножек Буша и чешского трамвая, случившейся в одну из зим 90-х годов в г. Твери.
P.P.S. Сегодня трамвай в городе практически умер, остался только один маршрут, остальные рельсы закатали в асфальт. А Тверской вагонзавод, где был Президент России в январе, делает современные трамваи только для платежеспособных заказчиков.

114

Любовь и Авиация.

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. В прошлом месяце охотники набрели на обломки самолета, висящего кусками на деревьях, который пропал в 2008 году, под обломками растасканные зверями человеческие кости - отец с сыном, искали их тогда долго, и вот нашли спустя девять лет.

Итак, жила-была девочка Сара и была у нее мечта летать. Не то чтобы как птица, а управлять самолетом. Судьба пронесла ее как мимо военной авиации, так и мимо гражданской и Сара получила профессию бухгалтера. Вышла замуж, родила сына – все как у всех, но мечта летать осталась. В 35 лет Сара все-таки получила заветную лицензию на управление легкомоторным самолетом. Самолет поначалу арендовала, летала с инструктором, потом без чтобы налетать нужное количество часов и набраться опыта. Наконец годам к 40-ка Сара и ее муж Джон купили в кредит небольшой подержанный самолет типа Кукурузник на 4 посадочных места. Вот тут-то и начинается сама история.

Аляска большая, но ничьей земли нет. Земля либо федеральная, либо племенная, либо штата, либо города, либо частная – у всех свои законы как эту землю защитить и живность на этой земле всячески охранить. Выйти просто так поохотиться не получится, надо получить разрешение на сезон и на вид дичи (лось, олень, медведь, рысь, горный козел и т. д.). Сервис предлагается огромный. Можно снять частный охотничий домик на пару-тройку дней или неделю или на сколько денег не жаль, нанять проводника-профессионала, зафрахтовать небольшой самолет или катер.

Чтобы было дешевле, веселее и безопаснее, Джон пригласил троих друзей на охоту. Сняли охотничий домик на берегу озера, закупили продуктов на три дня, заправили самолет. По договору, Сара доставила охотничью экспедицию на место стоянки на своем гидросамолете и должна была забрать всех в определенный день.

На Аляске главными конкурентами охотников являются медведи. Их тут три вида: черные, бурые, и белые. Гризли – это подтип бурого медведя, они более агрессивные, хотя и бурые далеко не мишки-гамми. Черные медведи от людей стараются уйти, но любят лазить по мусоркам. Поэтому все мусорные бачки на Аляске имеют «противомедвежьи» замки, если плотно не закроешь бачек, можно, выйдя из дома, напороться на картину «Три медведя ужинают без Машеньки» прямо на твоем дворе. Штраф городу заплатишь нехилый! А если им понравится, они будут возвращаться снова и снова. Нет-нет, пристрелить низзяя! Бурые и гризли строго охраняют свою территорию, но на людей не охотятся (в большинстве случаев). Белые - те жрут всех, кого встретят и кто не успеет убежать.

Джон и его товарищи по охоте могли каждый застрелить не более шести оленей в день. Но олени конечно тоже не дураки стоять и ждать пока их пустят на колбаску, их еще надо выследить, не-за-мет-но к ним приблизиться, выстрелить, и попасть. Самая сложная часть заключается в «незаметно». Незаметно идти по тайге очень сложно – там все против человека, то ветка под сапогом предательски хрустнет, то приходится через кустарник лезть напролом с ружьем и рюкзаком, то белка начинает орать над головой: «Понаехали тут!» и хочется пристрелить на месте горластую тварь. Олень услышит и учует вас еще до того, как вы заметите его белый хвостик, и тихо уйдет в сторону.

Вторая проблема, после того как вы пристрелили оленя – наши старые друзья медведи. Черные медведи просто пойдут за охотниками подъесть то что выбросили при разделке туши. Бурые и гризли идут на выстрел как на приглашение к обеду – кормильцы приехали! Поэтому охотники или быстро разделывают тушу на месте и быстренько оттуда сваливают или уносят тушу к месту разделки, но тоже быстренько. Здесь почти каждый охотник расскажет вам историю встречи с бурым медведем, который «случайно» выбрел на полянку, где охотники разделывали оленя минут через двадцать после выстрела. При этом охотники счастливы, если медведь просто даст им возможность уйти. Туша оленя достается хозяину тайги.

На этом проблема с медведями не заканчивается, они же обладают уникальным обонянием и чуют свежее мясо за мили, поэтому они часто ошиваются около охотничьих домиков и доставляют массу неприятностей охотникам. Как-то по утру охотник вышел до ветру справить малую нужду и в середине процесса из-за угла охотничьего домика вышел бурый медведь, шумно вдохнул запах вражеской мочи на вверенной ему территории и недовольно рыкнул. Так и бегал охотничек вокруг домика, ухватив штаны одной рукой и зажав детородный орган в другой как эстафетную палочку. Только медведю та палочка была не нужна, он хотел взять приз целиком вместе со мокрыми штанами. Олимпийские игры были преждевременно прерваны болельщиками, затащившими полумертвого фаворита гонок в домик. Медведь потом еще долго ходил кругами, пробуя на прочность двери, требуя выдать обидчика и метя территорию. Естественно в тот день никто на охоту не попал.

Когда Сара прилетела забирать охотничью экспедицию, оленье мясо было упаковано в специальные кулеры (такие мини-холодильнички из прочной пластмассы), по количеству кулеров она знала вес груза, который был предварительно оговорен и рассчитан. Но было одно но, вернее два, а именно две неразделанных оленьих туши. Это был перевес и Сара мягко отказалась брать на борт лишний груз. Охотники попытались ее переубедить, но Сара не соглашалась.

Слово за слово между пилотом и охотниками завязалась перепалка, в которой Джон принял сторону друзей-охотников. Сара пыталась объяснить, что озеро небольшое и «разбег» довольно короткий, подъем вверх резкий, что ели аляскинские очень высокие, и если они заденут ель, то у медведей будет праздник с человечиной на десерт, а дома куча детей останется сиротами, включая сына Сары и Джона. Четыре уставших небритых и озверевших от охоты и крови мужика ничего не хотели слушать, но Сара лишний вес не взяла. Пока самолет разбегался по воде, охотники печально провожали глазами две одинокие оленьи туши, оставшиеся на берегу озера. По возвращению, Джон выехал из дома в течение недели и в течение следующего месяца подал на развод.

Передо мной сидит приятная молодая женщина по имени Сара. Она рассказывает мне эту историю, стараясь не плакать, но слезы все равно нет-нет катятся по щекам. Я не знаю как ее успокоить, мне нечем ее утешить, впереди ее ждут многие месяцы разводного процесса. Я спрашиваю: «Если бы тогда на озере ты знала, что твое решение разобьет твой брак, ты бы взяла на борт тех оленей?» «Нет - отвечает Сара, - я не имела права рисковать жизнями людей и своей жизнью». «Ну - говорю я, - тогда ты все сделала правильно. Жизнь у тебя одна и маму твоему сыну никто не заменит».

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. Что-то мне подсказывает, что Сара никогда не пополнит эту печальную статистику (тук-тук-тук три раза по дереву).

115

"Оно..."

Эпиграф - "Если друг оказался вдруг..." (В.С. Высоцкий)

Сейчас весь мир визжит от страха посмотрев фильм "Оно". Хотел бы и я поделиться одной историей, тоже про "Оно."

В 1960-х туризм был очень популярен. Может повлияли песни Визбора, Высоцкого, и Кукина, а может людям хотелось адреналина, но тысячи туристов ходили в зимние и летние пешеходные, горные, велосипедные, водные и другие походы чуть ли не по всему СССР, от Алтая до Надыма, от Архангельска до Спасска. Не стал исключением и мой отец. Он заболел туризмом всерьёз и надолго и записался в секцию при институте. Редкий месяц проходил без того что бы он не сходил в поход, пускай хоть на пару дней. Постепенно он увлёкся водными походами и стал матёрым байдарочником.

После 4-го курса, когда у него было уже немало опыта, он сформировал группу для водного похода в Карелии. Не самый сложный маршрут, но достойный, крепкая 3-я категория. Начал оформлять бумажки в секции и вдруг нарисовался некий Женя. Тот тоже занимался туризмом, но отец с ним в одном походе ни бывал, хотя в общем кругу естественно пересекался. Было это чудо активным, говорило умные слова, бурлило идеями, стреляло фактами, и блескало эрудицией. Заявил "Как славно что вы идёте в Карелию, я тоже группу создаю и как раз тоже туда хотим. Вы когда идёте?" "Вот даты когда планируем." "Ой и мы тогда же, давай-ка вместе, группы объединим и руководство общее будет."

Идти в долгий сложный поход с кем раньше не ходил очень стрёмно, но и отказать веских причин как бы нет. Не по туристски как-то. Отец подумал и сказал "Смотри расклад. Хочешь вместе, давай пойдём. Но двух командиров в походе не бывает и быть не может. Хочешь, отвечай за всю бумажно-бухглатерско-справочную волокиту, но в походе командир я. Или идём раздельно." Этот кадр головой покачал, пофыркал, но согласился.

Начался поход, и начал мой отец и ребята из его группы замечать странности. Женя этот и пару приближённых из присоединившегося отряда свой вес совсем не тянут. Как вещи нести, так они по кулёчку берут, с гордостью несут милостливо дозволяя другим тащить всё тяжёлое. Байдарки из воды вытащить - сделайте за нас. Топливо для костра - "фи", кашеварить - "у вас лучше получится", посуду помыть - "так у вас девушки в отряде есть", палатку разбить - "ой подсобите, а мы колышки забьём", а насчёт вовремя утром собраться и речи нет. А самое противное, что не смотря на пышные слова, создание это с приближёнными оказались байдарочниками совсем слабыми. Чего они в поход 3-й категории полезли, уму не постижимо. Им бы и ПВД (поход выходного дня) за глаза и за уши. Отстают на переходах, сроки сбивают, но зато по оправданиям за различные косяки - твёрдое первое место.

А главное видно без Жени было бы порядку куда больше. Открытого бунта конечно он не поднимал, но на ребят плохое влияние было. Отношения в отряде стали напряжённые, а это хуже некуда, ибо на товарища в походе полагаешься как на себя. Надо было что-то менять и на каждую байдарку отец поставил одного из опытных ребят из своей группы в качестве "капитана" (т.е. сидящего сзади), а Женю и подверженных влиянию рассадил по байдаркам матросами (спереди).

Худо бедно, дошли по реке до Выгозера. Обычно в походах делали так, доходили до озер и на берегу разбивали лагерь, приводили в порядок байдарки, проверяли всё, ужинали, отдыхали, а потом на следующий день уже тратили силы на мощный бросок по озеру до нужной реки. Подошли в хорошее время, часа 4:30-5 вечера, самое время лагерь разбить.

Пристали к берегу и вдруг Женя решил проявить самостоятельность "А давайте-ка ребята сейчас лагерь разбивать не будем. Вот наше направление. До реки конечно мы сегодня не дойдём, но вон островок. До него километра 3, туда то мы дойти успеем. Там и лагерь разобьём, а завтра и поспать подольше сможем или просто полдня выиграем." Отец поначалу возражал, не делается так, всем отдохнуть надо, но тут Женькины друзья в такт запели, "Да чего ты? Тут рукой подать. Ну чего ты командира из себя корчишь? Если не хочешь со своими ребятами идти, дай опять пересядем, мы возьмём несколько байдарок, до островка доплывём и там вас будем ждать утром." Тут отец слабину дал, надо было бунт на корню давить, да уж очень не хотел конфликтовать, ведь только группа начала слаженно работать. "Ладно. Вечереет, так что не отставать. Я пойду первым. Всем держать переднюю лодку на виду, идти в кильватер, если что - подавать голос. Ну вперёд."

Отошли с километра полтора, и осознали, островок куда далее чем прикидывали. А Выгозеро оно весьма коварное, ветер налетел, заштромило, а потом и дождик зарядил. Стало шумно, видимость пропала, да и вечер как-то быстро наступил. А островок тот чёртов ближе не становится. Гребут конечно, но вымотались до нельзя. Не зря советуют что перед броском нужен отдых. Зубы стиснули, весла сжали, и проклиная всё рвали жилы. Еле до островка дошли.

Байдарку вытащили, срочно нужен огонь и палатки надо поставить. Но перед этим надо убедиться что все пришли. Минуты тянутся как часы. Вот одна лодка подошла, потом другая, третья, четвёртая... Блин где же последняя? Кто там замыкающим шёл? Ах мать-перемать. Там же этот Женя.

На лодке той капитаном был Боря, сильный, опытный парень, но байдарки то нету. Нет минут 15, 30, час. Это плохо, очень плохо. Шторм на озере - не шутки. Плюс темень. Фонари конечно есть, но толку от них не много. Отец хватает самого опытного из своей группы и остальным говорит "Лагерь разбить, костёр поддерживать, еду готовить. Из лагеря ни ногой. Мы на поиски уходим." Сели в байдарку, фонари с собой и ушли в шторм.

Часа три плавали, ребят искали. Плавали вдоль острова, уходили чуть ли не на полпути откуда плыли, кричали, ни черта. Еле еле обратно добрались, уже без сил. Плохо дело, прямо сказать отвратительно. Прикорнули на пару часов, хотя какой там сон к чертям собачьим. Мыслей немного и все самые что ни на есть поганые. Еле-еле рассвело, шторм подутих, отец опять с товарищем в байдарку. Остальным снова наказ, "из лагеря ни ногой. Если вдруг Боря с Женей появятся, развести большой костёр, такой что бы издалека было видно."

В этот раз доплыли чуть ли не до устья реки. Ничего, даже щепки на воде. Поплыли обратно, на остров смотрят, но костра нет, а это худо. Надо что-то предпринимать. Решили так, "сейчас плывём обратно, с ребятами ситуёвину ещё раз обсудим. Здесь ненаселёнка, но пожауй какой нибудь леспромхоз найти можно. Надо спасателей и вертолёт вызывать."

Доплыли, и "здрасте я ваша тётя." Вот она пропажа, сидят вместе со всеми. "Чего вы, балбесы, костёр не разожгли, нам седых волос добавили." "Ой закрутились, забыли, извини, прости." Отец их чуть не поубивал, но на сердце отлегло. "Как же всё произошло? Куда вы девались?" Тут Женя и красивую речь выдал "шторм, дождь, потеряли из вида лодку, до острова доплыли, но в сторону снесло. Решили переночевать там, а утром уже остров обойти и вас найти. Разбили палатку, костерок разожгли, всё нормально." "Ну хорошо что всё обошлось. Сегодня отдых, день на острове проведём."

Тут отец видит что Боря хмурится, особенно когда Женю видит. Днём отошли, Боря и рассказал. "Сука этот Женя наш оказался. Ладно что волынщик, хрен с ним. Ты почему думаешь мы отстали? Он гад, как потемнело да штормить начало, струсил и вёсла бросил." "В смысле бросил?" "В прямом. Отказался на остров плыть, хоть до него уже ближе было чем обратно. Кинул вёсла, в борта вцепился, и ноёт. Я его и уговаривал, и матом крыл, сидит и всё. Тведит что "мы потонем, что зря он с нами пошёл", итд. Я в одиночку выгребал (в принципе опытный байдарочник на "капитанском месте" может выгрести, но в шторм это очень тяжело). Чуть не потонули. Пришлось его силком из лодки на берег вытаскивать. Думаешь он мне хоть помог палатку разбить или вещи из лодки достать? Хрена с два? Сидит сволочь и причитает, всех в своих бедах винит. Я сделал всё конечно, костёр разбил, палатку поставил, а с утра, этот тип начал приставать - "мол ни говори никому. Мы же вместе, мы одна команда." и так далее. А потом мы поплыли вокруг острова, и через метров 600-700 вас нашли. Убил бы гадину. Я с ним в походе быть не хочу. Это что за товарищ такой? Это не мужик, это ОНО."

Отец призадумался "вышли вместе, шли вместе, и дойти должны вместе. Говорить никому ничего не будем, дабы команду не ломать. Но как окончим поход, сразу пути врозь, а потом с этим OHO другой разговор будет." У отца и Бори настроение поганое было, но поход закончили без дальнейших инцидентов. Правда Женя сам понял что дело не так, как только поход окончился, сразу заявил что ему срочно надо в Москву и тут же умотал отдельно.

В секции туризма он больше не появлялся. Да и на встречи где после похода собираются и "бойцы вспоминают минувшие дни" тоже не приходил. До конца учебы отец его всего пару раз мельком в институте и видал. Он и Боря хотели с Женей поговорить по душам, да случай так и не выпал. После института отец и другие ребята в армию двухгодичниками пошли, а Женю тот откосил и исчез с поля зрения.

Друзья по институту разлетелись кто куда. Кое с кем остались близкие отношения, кое кого потерял из вида. Конечно списывались или созванивались когда могли, но не часто, фейсбуков да интернетов тогда не было. На встречу однокурсников что на пять лет окончания института (т.е. через 6 лет после событий) отец не попал, моя сестра родилась. И на десять лет тоже не получилось, я родился. И на пятнадцать не вышло, защита диссертации была. И на двадцать тоже не выбрался, мы уже чемоданы в эммиграцию паковали.

Прошло чуть более 26 лет (почти как в фильме ОНО) и была ещё одна встреча на 25 лет окончания института. Кое-кто не прибыть не смог, кое-то не дожил, но многие приехали, Боря тоже был. Мы уже в США жили, так что отец опять на встрече не был, но те кто были рассказали ему что видели Женьку.

Тот оказывается в 1970-ые пошёл по партийной линии, стал секретарём чего-то и где-то чем-то руководил. Сначала поменьше чин был, потом больше, потом ещё круче, а уж 90-ые он в огромных чинах встретил. Теперь он крупная фигура, с серьёзными политиками ручкается, в Думу избрался. В телевизоре изредка мелькает, правильные вещи говорит, и всё так же фактами стреляет и блещет эрудицией. Совсем большой человек стал.

А Боря сказал, "всё конечно красиво, но всё равно зря мы тогда историю замолчали, может грех на нашей душе есть. Не задушили мы ОНО в зародыше, не разобрались с ним, даже никому не рассказали. Может надо было?" Как знать, может ОНО и на нашу жизнь повлияло.

116

Владивосток, Эгершельд и самое начало 80-х.
Многочисленные корпуса двух морских училищ на высоком морском берегу, обдуваются томящим июльским ветром, коридоры учебных аудиторий пусты и безмолвны. Курсанты, в основной своей массе, разъехались по отпускам и ушли в морские практики. Нашей роте, будущих судовых механиков, в этот год учебная программа приготовила практику судоремонтную. После морских и заграничных приключений прошлых лет, такая перспектива ничего кроме уныния не внушала, но как оказалось зря. На судоремонтном заводе, куда нас спровадили практиковаться, нужды в недоделанных специалистах явно не испытывали.
В первый день сбора у проходной, мы в полном составе получили дневные талоны на питание в заводской столовой, и разбрелись по территории. Ничего интересного, скажу я вам. Ржавые борта судов у причальных стен, промасленные спецовки мотористов, унылые производственные цеха – херня полная, если бы не СТОЛОВАЯ. Чудо, а не столовая. За пятнадцать минут до открытия, рота уже гребла копытами у ее дверей, и жадно раздувала ноздри, вдыхая съедобные ветры из столовского вентилятора. Что нужно человеку в девятнадцать лет кроме знаний, тонко чувствовали мы – пожрать. После бурсовских «бадяг», и стратегических консервов со штампом «неликвид», от которых, даже спустя сорок лет, только от заклинания «тефтели из частиковых пород рыб в томатном соусе» с ног сбивает изжога, наш дружный рой густо накрыло божественным нектаром. На следующий день, с утра всосав талоны мы, в ожидании обеда, разбрелись кто-куда, но подальше от грустного ВСРЗ.
Все местные из нас, Владивостокские то есть, мгновенно оценив, чудесно свалившуюся, не контролируемую «лафу», занавесили практику и подались по домам к мамам. Что еще нужно девятнадцатилетнему курсанту кроме старой доброй мамы, ну и школьной подружки? И самые продвинутые из наших не местных, ушли жить к другим добрым женщинам, и хоть и к чужим, но зато молодым мамам. И слава Природе, город портовый, и как бы не хотелось какой-то из дам запастись терпеливым целомудрием, просто «хотелось», часто оказывалось сильнее. По слухам, дамы попадались и очень добрые, но наши немногочисленные герои-матросовцы явок не сдавали, и выживали как могли по одиночке. Ожидающих же большой, но чистой любви к ровесницам - нас, неприкаянных, и оставшихся в подавляющем меньшинстве, судьба тоже не обидела. Она дала нам массу свободного времени подумать о вечном, и толстую пачку жрачных талонов «за тех парней», на каждый божий день. Просто пришел наш час, ведь любая система обязана время от времени давать сбой. Получив в 8.00 талоны на проходной, мы проходили по дороге через весь завод, и сквозь дыру в заборе возвращались досыпать в еще теплые и не застланные шконки.
Самым трудным занятием в этот период жизни, внезапно оказалась ежедневная необходимость к 8.00 оказываться на заводской проходной и получать продуктовые карточки за всю роту. Морская рациональность скоро взяла свое, и на осуществление этой технической процедуры, немногочисленной командой стал снаряжаться один человек. Ну как снаряжаться, жребием и перспективой получить пиздюлей, за сорванный акт чревоугодия. Накидывали еще идею, сшить гонцу красную повязку для пущей убедительности, чтобы на вопрос: –А где все? Он вскидывал руку к козырьку и кричал:
- Уполномоченный девятой роты для получения талонов прибыл! – но проржались, и оставили все как есть.
Через пару дней здорового питания, уже освоившись, и не боясь сглазить прущую удачу, мы уже не втуливались стеснительно, по трое-четверо за один столик, а восседали каждый за персональным, без пробелов заставляя его тарелками и блюдцами.
Я подозреваю, что и поварих мы здорово радовали, когда вместо ежедневных, угрюмых, чумазых и неудовлетворенных рабочих харь, на них глянет вдруг, растворенное в полуденном солнечном свете, благодарное, осоловевшее счастье. Чтобы не раздражать особо нервных трудяг вселенской несправедливостью, и своим не здоровым аппетитом, мы завершали действо еще до обеденного гудка, и раненые в живот из последних сил возвращались, и расползались по кубрикам. А что еще нужно сытому и выспанному курсанту, если вечером тебя еще ждет самоволка с портвейном и приключениями, в который раз начнете вы… - и правильно!
Пиво! Расположенный рядом с мореходками продовольственный магазинчик, не мудрствуя лукаво выкатил пивную бочку не на улицу, а во двор, прямо к нашим окнам. Неудачно то, что пиво было на розлив и у нас не было канистры, и снова повезло уже с осветительными плафонами. Одно ловкое движение и плафон превращается…, превращается в трех с половиной литровую банку. Продавщицы были в теме с прошлого сезона, и даже не прибегали к мерным кружкам. Опять не повезло с тем, что «спалившись» с заряженным плафоном, был риск, заставлять себя следующие три года отдавать долг отчизне в ВМС, но был Нюша наш незаменимый организатор, и нам с ним фартило. Хотя он и считался почти местным, с нами ему было интереснее, и Нюша зарядил пустым плафоном первокурсника Климова.
Климов казался пройдохой под стать Нюше, и ему сгонять за пивом было как раз по рангу, да не просто не «впадлу», а сильно в радость. А хули, чего бы и не по пивку с полуофицерами мать их высочеств, когда почти «на шару». Проследив из окна, как наливается янтарем наш матовый сосуд, мы лениво опрокинулись на панцирные сетки. Через пару минут пришлось вскочить от громового дуплета в нашу дверь, похоже Климов на полном скаку въебался в нее ботинком, почти одновременно с головой. Он залетел в кубрик, оторвал от груди наполненный, и чудом не расплесканный плафон, протянул вперед, и загнувшись из последних сил выдохнул:
-Дежурный!
Не вопрос. Всосать три литра пива в жару и без кондиционера, тренированному курсанту… Вчетвером же, теряли время только на отрыв победного кубка от предыдущего, даже животы не вздулись. Климову было нельзя, он с трудом справляясь с волнением и одышкой, упал на пол и закатился под первую попавшуюся шконку. Привычно вкрутив разряженный плафон в евойный патрон, мы распахнули окно и выдохнули. Дежурным, оказался наверно лучший, из возможных вариантов. Сложно адекватно оценивать чужой, старше твоего возраст, когда ты еще совсем юн и таким пока не был. Ну если на вскидку – он был еще не батя, но и на танцы уже не ходил.
Каптри открыл дверь, не спеша сделал пару шагов вперед и осмотрелся. Мы уже стояли по «смирно», но по-дембельски, с заслуженной ленцой в глазах.
-Самоподготовка?- поинтересовался он в пустоту.
-Такточнотарищкаптретьранг,- играя в давно нам известную игру «кто первым обоссытся», сказал кто-то из нас, насколько возможно серьезно. Дежурный, пряча в усах лукавую улыбку, кивнул, но уходить явно не собирался:
-А Климова никто не видел? Я чуть было не икнул, справляясь с отрыжкой, ну надо же какая популярность на первом курсе. Мы, вспоминая как он мог бы выглядеть, задумались. Внешне, являя собою что-то среднее, между поручиком Ржевским и еврейским интеллигентом, дежурный улыбался глазами и в черные усы:
-Ну и Климов,-офицер не спеша продолжал развлекаться: - А мне сказали что он сюда побежал. Климова вложили, подумали мы. Дежурный взялся за стальную дугу кровати, и резко сдвинул ее в сторону. С задержкой в десятую секунды, вслед за кроватью последовала пара климовских ботинок, и приглушенно стукнула об пол под матрацем. Офицер, расплывшись в улыбке, обвел нас взглядом, и проделал тоже в другую сторону – трюк повторился, но до эффекта пресловутого, двадцать пятого кадра, Климов явно не дотягивал. Кто-то из нас потихоньку зарыдал. Дежурный наклонился, и зацепив матрац рукой, откинул его в сторону. Такого подвоха Климов не ожидал. Уцепившись посиневшими пальцами в панцирную сетку кровати, он еще мгновение смотрел в пустоту над собой, еще не понимая, что стал видимым. Его по детски подвижное лицо, с выпученными серыми глазами и закусанной от старательного напряжения губой, одновременно выражало страх, отчаянье и восторг. Мы сложились. Дежурный из-всех сил стараясь удержаться от рыдательных конвульсий, но решив нас добить окончательно, наклонился еще ниже, и глядя Климову глаза в глаза выдавил:
-Так вот ты какой, Климов!

Июльский, морской ветер, плавно колыхая светящиеся небом шторы, задувал в окно… размечтался бля. Не было у нас никаких штор, зато было прекрасное настроение, предвкушение вечерних приключений и вся впереди жизнь!

117

Говорят, мед обладает целебными свойствами и продлевает жизнь.
Я знаю, по крайне мере, 3 пчеловодов, доживших до весьма преклонных лет.
Особенно меня впечатляет история моего бывшего начальника.
Я поступил на работу в проектный институт в 1972 г.
Заместителем начальника был товарищ Н.
Через некоторое время ему предложили вступить в партию. Тогда его назначили бы начальником.
- Я еще не готов к такому ответственному шагу - отвечал Н., и его назначение откладывалось.
Но его назначили начальником. Событие неординарное. Чтобы беспартийного назначили начальником отдела, надо быть очень хорошим специалистом. И, главное, директор, явно ему симпатизировавший, назначил его, потому что он единственный не стремился занять эту должность и его назначение было компромиссом в длительной подковерной борьбе.
Когда его назначили начальником отдела, он не пересел за стол бывшего начальника, а остался на своем месте. Ему предложили хотя бы поставить на его стол телефон, но он запретил: будет причина лишний раз вставать из-за стола.
Наш отдел проектировал объекты для всего СССР, а так же для Вьетнама и Индии.
Естественно, как начальник отдела, он ездил и туда, и туда. Индусы на ряд объектов не захотели ставить советское оборудование. Его отправили в командировку в Великобританию для получения характеристик закупаемого индусами оборудования.
По приезде его из Англии, наш отдел, как водилось в СССР, послали на воскресник в колхоз. Старый начальник всегда посылал туда своего заместителя, т.е. Н. Но Н. никого замещать себя не посылал, а сам всегда ездил в поле с отделом.
Машины у него не было никогда. Он десятилетиями носил один и тот же костюм и обувь. Зарабатывал он не плохо, но жена и трое детей...
Он приехал в колхоз в повседневном костюме.
- Да, на прошлой неделе я ходил в этих туфлях по Пикадилли - сказал он, счищая грязь с обуви.
Единственным его хобби были сад и пасека. Нашему институту выделили очень неплохой участок под сады всего в 25 км от города. Он там построил прекрасный дом.
Был ли он образцом настоящего советского человека? Наверное, да, но... Соседи злословили, что они ни разу не видели на участке его жену, а вот его заместительницу встречали на его участке часто.
Я ездил в сад на Жигулях. А он на электричке. Однажды, когда он шел из сада на электричку с тяжелым рюкзаком, я остановился и предложил его подвезти. Он отказался. Не хотел ни от кого зависеть.
Я стал немощным стариком, перенес операцию на сердце, уволился, а он все руководил отделом.
Он перестал быть начальником только в 87 лет. В 90 лет он продолжает работать рядовым инженером в своем отделе.
Я редко, но езжу на дачу. Периодически вижу его с рюкзаком. Но уже не останавливаюсь. Он ни разу не сел ко мне в машину (сейчас после Копейки у меня уже третья).
Мед?
Его целебные свойства?
Да, я ел этот мед килограммами.
Целебные свойства не в мёде, а в пасеке. Её содержание, а не мед, продлевает жизнь.

118

Однажды хожу по рынку, выбираю фрукты. Вдруг вижу, прямо на прилавке в щели между выложенными на витрину коробками с фруктами, лежит женский портмоне. Такое ощущение, как будто его кто-то специально так сунул, чтоб он не бросался в глаза. Спрашиваю: кто потерял? Все окружающие отказываются, говорят, не наш. Заглянул внутрь, а там паспорт на имя какой-то Ивановой Марии Ивановны (условно, точно не помню) и справка из обменника о покупке хозяйкой этого паспорта 100 $. Ни самих 100 $, ни других денег, ничего больше нет. Смотрю страницу с пропиской - край самого отдаленного района города, короче, жопа мира. Ехать туда, это значит убить пару часов, не говоря уже про бензин. Да-да, тратить даже 5-6 литров бензина на какую-то совершенно неизвестную мне тетку-растеряху я совершенно не обязан, извините. Можно отнести в ближайший РОВД, но посколько моя жена только недавно потеряла паспорт и я помню, как она мучилась, чтобы его восстановить (в числе необходимых документов ее заставили даже принести справку о переименовании улицы, на которой она проживала), а потом, когда она уже получила новый, оказалось, что ее старый паспорт кто-то давно уже нашел и сдал в милицию, где он все это время преспокойно себе и пролежал, поэтому и решаю сделать все от меня зависящее, чтобы вернуть паспорт лично хозяйке. Приезжаю домой и звоню по телефону 09 (помните, была такая телефонная справочная, тогда еще номер любого домашнего телефона, если он есть в квартире, давали без проблем, надо было только назвать ФИО и адрес). Оказалось, что телефон как раз есть, дали номер, звоню. Спрашиваю: можно Иванову Марью Ивановну? Отвечает: да, это я. Говорю: я нашел на рынке кошелек с вашим паспортом внутри, живу там-то (диктую ей свой адрес), когда сможете за ним приехать? Она в ответ: а сколько вы хотите за это вознаграждения, а то мне, может быть, проще новый получить? Понимаю, что женщина с неприятным характером, наверно судит о людях по себе, но сдерживаюсь и говорю: девушка, я разве что-то сказал сейчас о вознаграждении? Просто приезжайте, забирайте, и даже не считайте себя ничем мне обязанной. Она: ох, извините, но приехать я не смогу. А не могли бы вы его сами привезти, а то мне маленького ребенка не с кем оставить, я вам заплачу. Хорошо, -говорю,- хоть и ехать до вас далеко и своих дел у меня хватает, но раз у вас ребенок, да и привык я все дела до конца доводить, короче, выходите через час на такую-то остановку, как раз возле вашего дома. И платить мне не надо. Она мне в ответ: нет-нет, через час не надо, лучше дайте свой номер телефона и подождите, пожалуйста дома, а я вам сама позвоню, когда приехать. Честно говоря, не понял, удивился, но номер назвал. Отложил свои дела, жду. Где-то ближе к пяти вечера звонит: а не могли бы вы прямо сейчас приехать? Говорю: девушка, сейчас как раз вы неудобное время выбрали, все с работы едут, могут быть пробки (тогда они конечно были не такие, как сейчас, но все равно час пик, на хрена мне все это), давайте часа через два? Отвечает: ой, ну пожалуйста, мне паспорт очень срочно нужен, привезите прямо сейчас. Ладно, думаю, сам нашел себе проблему, лучше бы ближайшему менту отдал. А теперь и отказываться как-то неудобно. Ну хорошо, говорю, выезжаю. Где встретимся?
Называет мне ту же автобусную остановку, про которую я раньше ей говорил.
Подъезжаю, выхожу из машины. Вижу, стоит довольно неприятного вида девица с кислой физиономией, а возле нее по бокам два верзилы. Морды у обоих тупые, как пара валенок, похоже, оба грузчики с овощебазы или что-то в этом роде. Один здорово внешне смахивает на эту тетку, очень похоже, что он ее родной брат, видна порода. Второй, как потом оказалось, муж. Так вот, думаю, почему она просила сразу не приезжать? Ей нужно было время, чтобы нашу встречу организовать так, как она сочла для себя удобным. Честно говоря, мне стало не просто неприятно, а даже довольно омерзительно. Захотелось бросить этот портмоне в пыль и уехать подальше от этих отвратительных людей. Но все-таки думаю, мало ли что, женщина может меня опасаться, портмоне-то у нее явно кто-то стянул, достал что в нем было ценного, я остальное выбросил. Да и время было довольно бескойное, середина 90-х. Так что, может быть, это с ее стороны разумная предосторожноть (хотя чего бояться, и телефон и адрес знает). Короче, не стал особо этим заморачиваться, подошел к ним, поздоровался, отдал ей портмоне и даже еще и пошутил: типа, парни, а вы тут зачем, боитесь, что вашу принцессу похитят? В ответ молчание, угрюмое сопение и хмурые взгляды, похоже моя ирония оказалась трудно перевариваемой для их биндюжных мозгов. Разворачиваюсь у машине, тут эта девица неприятным таким голосом, с ехидцей, кидает мне в спину: а между прочим, я не потеряла эту портмоне, а у меня ее на рынке украли, и там еще были 100 долларов и сколько-то рублей (назвала какую-то сумму, не помню). Поздравляю, -говорю,- другой раз меньше ушами хлопать будете в общественных местах, - и продолжаю двигаться в сторону машины.
Тут мне эти два ослоёба перегораживают путь и один из них заявляет: постой, мужик, еще надо разобраться, как у тебя оказался кошелек моей жены.
Вижу, что похоже, нашел на свою задницу приключений из-за своей же доброты, и теперь нормально расстаться с этой отвратительной семейкой мне не удастся. Поэтому решаю идти ва-банк и как можно спокойнее говорю: это каким же образом мы с вами будем разбираться? Для разборок, братаны, умные люди задолго до нас с вами "стрелки" придумали, а сюда я приехал совсем не на "стрелку". Меня попросила приехать вот эта ваша дама. И я только что оказал ей по её же просьбе бесплатную, заметьте, БЕСПЛАТНУЮ услугу. Так мало того, что я нормального "спасибо" не услышал, со мной еще какое-то говно вроде вас разбираться собралось. Да знаете вы вообще, кому вы свою предъяву кидаете? Они так растерянно переглянулись, один спрашивает: а ты кто такой? Отвечаю ему примерно так: представляться вам здесь я не собираюсь. Для начала давайте забьем стрелку, придете - там все и узнаете. Собирайте своих, встретимся и от души пообщаемся. Сегодня в 2 часа ночи возле..(называю место на окраине города, где и днем-то неуютно ходить, не то что ночью), устраивает? Нет возражений? Молчат, сопят, но в глазах мелькает опасение, что они что-то похоже сделали не то. Решаю добить их, пока в себя не пришли: можете приехать с оружием, не бздите, ментам вас никто не сдаст, даю слово. Только учтите, парни, если зассыте и не приедете, тогда уже я вас начну искать, а когда найду, вам вряд ли кто позавидует, срать будете под себя до конца жизни. Все, до встречи.
Эти два дибила стоят, тупо смотрят то на мою машину (наверно прикидывают по марке моего ослика, до какой степени им следует принимать мои слова всерьез), то на свою бабищу. Такое ощущение, что единственное, что до них сейчас дошло - это то, что их родственница их сейчас не слабо подставила.
Сажусь в машину и возвращаюсь домой. Еще из подъезда слышу, как у меня в квартире разрывается телефон. Захожу домой, вытаскиваю телефонную вилку из розетки и иду греть ужин. Через пару часов включаю телефон, сразу же раздается звонок. Очень похоже на то, что звонили все это время, не переставая. На проводе один из этих биндюжников. Судя по голосу, пытается казаться важной персоной. Деловито сообщает мне, что я могу не париться, с их стороны ко мне никаких претензий нет, и поэтому они нашу встречу отменяют. Если до этого я относился ко всему происходящему немного отстраненно, как к какой-то игре, то эти его слова сейчас меня выбесили уже реально. Думаю, как же так, вы же, суки, кругом неправы, вы ни за что обидели человека, который только что бескорыстно сделал для вас доброе дело (кому приходилось в те времена восстанавливать утерянный паспорт, тот знает, какая это была задница, да думаю и сейчас не намного легче), так хоть найдите в себе мужество извиниться! А этому хряку извиняться западло, он, видите ли, лицо хочет сохранить. Хрен, думаю, не дам, чем бы это не закончилось. Стрелка,- говорю,- если вы не знаете — это такая штука, которая в одностороннем порядке не отменяется. Так что вы отменяете, говорю, а я не отменяю, и буду ждать вас в назначенное время в назначенном месте с нетерпением. Кладу трубку и снова вытаскиваю штепсель. Думаю, включу через пару часов, а пока пусть поиграются с телефоном. Но не прошло и часа, как слышу звонок в дверь. Открываю, перед дверью стоит эта бабенция, только вид у нее уже не хамоватый, как в прошлый раз, а плачущий и заискивающий, а под глазом еще и приличных размеров гематома. Начинает оправдываться, просит простить ее и не трогать ее мужа и брата. Ответил ей, что-то вроде: идите вы все в жопу, на хрен они все мне не нужны, живите спокойно, и закрыл дверь.
Конечно, у читателя могут возникнуть вопросы: а что за гусь вообще этот автор и что было бы, если бы эти два урода все-таки пришли на эту стрелку, да еще и привели с собой нескольких таких же. На первый вопрос отвечу, что автор самый обычный человек, такой же как и большинство тех, кто сейчас это читает, и что конечно же, стоя напротив двух безмозглых верзил, я чувствовал себя весьма неуютно, чтобы не сказать, что просто здорово пересрал. На второй же вопрос точного ответа у меня нет. Не знаю, что было бы, знаю одно - раз уж сам назначил, то я бы точно пришел.
Вот, вроде и одержал тогда свою маленькую моральную победу над этими гоблинами, а помню, что радости никакой не было. Все равно целую неделю потом ходил с таким гадким ощущением, как будто наелся говна до отвала. Твердо решил для себя: когда следующий раз на моем пути будут валяться чужие деньги, вещи, документы, да что угодно — я просто пройду мимо.

119

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

120

Деревенька как деревенька. Как все, как многие. Только в этой деревеньке электричество вдруг кончилось. Подозревали Гошку с Генкой, но на самом деле ветер провод оборвал. Хотя Генка с Гошкой все равно на подозрении первые, даже если ураган Катрина какой-нибудь в деревеньку заглянет.

Электричество в деревне не очень нужная вещь летом. Светает рано, темнеет поздно. Встают все с рассветом, ложатся с закатом. Свет не жгут, экономят. Но тут, как раз всем электричество понадобилось телевизор смотреть. Кино про Штирлица. Телевизоров в деревеньке шесть штук всего. Кто соседей домой пригласил, а кто на подоконник телевизор выставил, и с улицы смотрят, сидя на лавочках. То есть, смотрели, пока провод не оборвало.

Ветер ветром, а про Гошку с Генкой почти каждый в деревне подумал, что это они не дают Штирлица досмотреть. Но электриков вызвали. А Генка с Гошкой с чердака слезли, когда электрики сказали, что это ветер провод порвал, точно. Невиновность невиновностью, но, когда подозревают именно тебя, подозрения лучше переждать на чердаке. А так они слезли и побежали смотреть, как «электричество чинят». Так тетка Арина сказала.

Что такое электричество Гошка знал не понаслышке. Еще когда в школе не проходили, знал. Гошкин заслуженный учитель физики Петр Васильевич вполне мог подтвердить. Заслуженным Петр Васильевич был не только потому, что преподавал когда-то Гошкиным родителям физкультуру, а еще потому, что просто был хорошим учителем физики и заслуженным учителем РСФСР. Это он Гошку с электричеством познакомил, раньше, чем школьной программой положено. Так и сказал: Гоша, если ты электростатическую машину в лаборантской хоть пальцем тронешь, получишь по лбу. Гошка и не трогал. Может, кому по лбу и хочется, а Гошке нет. Поэтому, когда Петр Васильевич в лаборантскую вернулся, электростатическая машина так и стояла, пальцем не тронутая, а Гошка с еще одним любителем физики вывели тоненьким проводочком из-под клеммника кинескопа несколько тысяч вольт и наблюдали, как ионный ветер соль из одной кучки в другую перетаскивает.

Генка тоже с электричеством знаком. Он еще в школу не ходил, когда совершенно случайно, тоненькую полоску елочного дождика из фольги в розетку засунул. Одним концом в одну дырочку, другим… В общем, ему понравилось, как пыхает. А когда Генка уже в школе учился, то на перемене у них принято было классы обесточивать. Отключат электричество на перемену, а когда урок начнется учительница либо сама сходит, включит, либо пошлет кого-нибудь повыше, чтоб до щитка освещения дотянуться мог. Так вот если, пока тока нет, розетку проводком тоненьким перемкнуть, то когда ток включат, оно тоже изрядно пыхает, а все боятся. И электриков вызывают. Раза два. Потом, правда, по шее дают. И откуда учителя догадываются, кто проводки в розетки засовывает? Сквозь стенки, наверное, видят.

Электриков приехало трое: один старый и два молодых. Молодые электрики сразу полезли на столбы, а старый расстелил на осколке бетонной плиты газету и достал из машины авоську со снедью. Вскоре на газете лежали с десяток вареных яиц, крупно нарезанные хлеб, сало и лук. Электрик достал из авоськи огурцы и помидоры, огляделся и как бы заметил отсвечивающих Генку и Гошку.

- Не в службу, а в дружбу, пацаны, не сгоняете огурцы помыть? Где тут вода у вас? Вода была на ферме: триста метров всего и через некоторое время старый электрик накрыл «на стол» полностью. Натюрморт завершала бутылка белой. «Пол-литра».

- Готово, мужики, - старый любовно оглядел картину придирчивым взглядом, переложил два огурца, поправил коробок с солью, кивнул удовлетворенно: теперь совсем готово, и позвал опять, - готово! Мужики орлами слетели со столбов.

- Бескозырка, Иваныч, - один их молодых взял бутылку, - нож дай.

- Всему вас учить надо, - Иваныч отобрал пузырь, - смотри, который раз показываю. Он шлепнул по дну бутылки корявой, крепкой ладонью. Пробка осталась на месте.

- И чо? – усмехнулся молодой, - дисквалифицировался профессор? Ножик давай, - молодой тронул пробку пальцами, и она соскочила с бутылки.

- Мастер! - второй электрик подставил стакан, - лей! Гошке и Генке водки не предложили, но по бутерброду с салом выделили. После обеда молодые снова полезли на столбы, а старый электрик, прозываемый Иванычем, свернул остатки нехитрого обеда в газету, закурил и уселся на плиту.

- А знаете ли вы, что такое электричество? – спросил он Гошку и Генку и пустил дым кольцами.

- Электричество - это движение заряженных частиц в электрическом поле, - отрапортовал Гошка, - мы по физике проходили. Он немного врал. Электричество они должны были проходить только на следующий год, а про направленное движение ему Петр Васильевич рассказал, когда подзатыльниками задавал направление вон из лаборантской. Очень ему Гошкины эксперименты с ионным ветром не понравились.

- Чего? – сморщился Иваныч, как от лимона, - по физике? Ничего ваши физики в электричестве не понимают. Какие поля? Вот это поля! – он махнул рукой на поле у себя за спиной, - а там в проводе какие поля? - Нету, там никаких полей. - продолжил Иваныч, затянувшись, - электричество, ребята, - это три фазы, ноль и земля, - он притопнул ногой, подошвой показывая землю, - возьмёшься за две фазы – будет 380, а возьмёшься за фазу и ноль – будет 220. Ноль можно трогать отдельно от фазы голыми руками. Землю тоже можно. И фазу можно, если с нолем и землей контакта у тебя нет.

- Вот что такое электричество, - закончил Иваныч через полчаса свою речь.

- А ты, говоришь, «движение частиц по полю» - передразнил он Гошку, - а сейчас идите отсюда, мне работать надо.

Если бы старый мастер представлял, кому он все это рассказывал, и на какую благодатную почву упадут семена посеянных им знаний, он бы предпочел молчать. Но он не знал, а просто принял Гошку и Генку за вполне обычных, деревенских парней. С которыми можно поболтать после обеда. Впрочем, так оно и было.

Посевы знаний взошли на следующий день. Деревенька не чаяла беды и опять смотрела Штирлица, пользуясь починенным электричеством, а Гошка делился с Генкой планами на жизнь. Точнее, спрашивал.

- Ты, Генка, про электрического пастуха слышал, когда-нибудь?

- Не-а, про электрического не слышал. Про обычного слышал: тетка Мариша сегодня орала, что Юрку-Гнуса гнать из пастухов надо. Ленивый он потому что.

- Можно и гнать, - согласился Гошка, - мы электрического пастуха сделаем. Он не ленивый.

- Чего смеешься? – Гошка удивленно посмотрел на заливающегося Генку, - ничего смешного. Сказал сделаем, значит, сделаем.

- Ага, сделаем! – останавливаясь, но еще немного фыркая, согласился Генка, - я и представил, как к Гнусу электричество подвести.

- Электричество к Юрке? Нет, Ген, нас еще за взрыв в помойной яме не простили. Потом, электрический пастух - это совсем не обычный пастух с проводом, - Гошка тоже фыркнул, представив Юрку-Гнуса, из которого торчал провод со штепселем, – это просто система проводов под напряжением. Корова к проводу подходит, ее немного током бьет, и она обратно идет.

- И это все? – разочарованно протянул Генка, - а я думал, мы с тобой робота-пастуха делать будем. С руками и ногами, как в кино про волшебные спички.

- Робота делать не будем, - а вот если Борькин загон проволокой обмотать и по ней ток пустить, то он его разламывать не будет. Лидка жаловалась, что он каждый день загон разламывает.

Лидка была заведующей фермой и председателем сельсовета, а в своем загоне, уже предчувствуя неприятности, мычал совхозный бык-производитель Борька. Проволоку, чтоб обмотать жерди загона, ребята взяли из провода, оставшегося от электриков, распустив его на отдельные жилы. Электричество, а точнее, «фазу» зацепили от воздушной линии, рядышком с Борькиным загоном. Накинули крючок и все. «Фазовый» провод от нулевого их научил отличать старый мастер Иваныч, не знающий, что творит. Самый толстый столб загона был обмотан проволокой несколько раз. Борька, любивший почесать об него бок, неловким движением выворачивал столб с корнем. Столб вкапывали заново, Борька выламывал. Вкапывали, выламывал. Это надоело всем, кроме быка.

Подключив своего электрического пастуха, Гошка и Генка засели на чердаке фермы ждать, когда Борька выйдет на прогулку. Не успел Гошка в красках описать Генке момент их награждения за электрического пастуха, когда все увидят, что сегодня не выломано ни одной жердины, как в загон вышел Борька.

Здоровенный бык был в игривом настроении. Он огляделся по сторонам, мотнул головой и потрусил к любимому столбу чесаться. Раздался тихий треск, и столб несильно укусил Борьку за левый бок.

Борька недоуменно покосился на деревяшку, повернулся и прислонился к столбу правым боком. Раздался тихий треск. Борька отскочил, возмущенно мыкнул, поскреб землю копытом и попробовал столб боднуть. Раздался тихий треск. Борька расстроился совсем. Он гордость совхоза. Бык. Веса в нем тонна, все боятся, а этот нахальный столб кусается. Ни с того, ни с сего. Борька замычал от обиды.

Мимо шла Лидка. Лидия Тимофеевна – заведующая фермой и председатель сельсовета. Высокая, сильная тетка сорока пяти лет. Бывшая доярка и скотница. Вырастившая Борьку из маленького теленка и кормившая его из соски. Мимо она не прошла. Как она могла пройти мимо своего любимца, если у нее в кармане все время есть для Борьки соленый кусок хлеба, морковка или еще какое лакомство? Лидка пролезла между жердями, погладила Борькину морду и угостила его хлебом. Борька успокоился, мигом сглотнул хлеб, обнюхал Лидкину ладонь, подумал и лизнул Лидку в лицо. В благодарность. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась упитанной попой на тот самый столб. Было жарко, Лидкин халат был влажным.

Раздался тихий треск. Лидка – не бык. Весу меньше, чем тонна. Но, отскочив от столба вперед, она лихо боднула Борьку в нос и коротко выругалась.

Борька удивился. Но решил, что с ним играют и опять лизнул боднувшую его Лидку. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась темже местом на тот самый столб. Раздался тихий треск. И Борьку опять боднули в нос. И выругались. Уже не так коротко, но невнятно.

Борька удивленно посмотрел на Лидку. Порядочная ведь женщина, - читалось в его глазах, - председатель сельсовета, хлеба принесла, а бодается. Где вы видели, чтоб председатель сельсовета быка бодал? Нигде. Может, ее из председателей выгнали? Тогда ее пожалеть надо. И Борька опять лизнул Лидку в лицо. Лидка отшатнулась, и…

В загон вошел зоотехник Федька. Он давно наблюдал, как заведующая фермой и председатель сельсовета пытается забодать совхозное имущество и сильно ругается, что вообще удивительно. Потому что сильно ругается она только на него, Федьку, и то за пьянку. Федька вошел в загон, чтоб было удобней смотреть на такое представление. Удобнее смотреть сидя. Поэтому Федька присел на нижнюю жердь ограждения. Раздался тихий треск.

Федьку бросило вперед, и он боднул Борьку в бок.

Неизвестно чем бы кончилась эта коррида, но Гошка плохо соединил провода, и коррида кончилась вместе с электричеством. Видимо из-за этого плохого соединения награждение Гошки и Генки за внедрение в сельскую жизнь электрического пастуха прошло не совсем так, как они рассчитывали. Паять надо было. Паять.

121

Комсомольское задание

Было это, видимо, в 86 году, я всего год как закончил МАТИ (мальчишка совсем), но уже работал на кафедре, вел лабораторки.
Вызвал меня заведующий и говорит.
- Тебе комсомольское задание.
Я конечно, не сильно обрадовался, начало ничего хорошего не предвещало.
А он продолжает.
- Знаю ты программировать умеешь.
У меня на сердце отлегло. Программирование! Это же мое любимое занятие тогда было. Я собственно этим и жил. Институт для меня арендовал и оплачивал машинное время, я писал программы на фортране, ходил в ВЦ Госкино СССР, считал на ЕС 1032 преимущественно по ночам. Дневное время почти всегда расписано было среди сотрудников Госкино. А ночью - студенты, аспиранты.
Короче – охота пуще неволи - сам по собственной инициативе бегал в машинный зал несколько раз на неделе, а то и по выходным.
На кафедре у нас тоже стала появляться вычислительная техника. Закупили несколько машин ДВК и пару Агатов. В ДВК – накопителями были обычные аудиокассеты, а программы для болгарских Агатов записывали на пятидюймовые флоппи диски, которые мы получали у заведующего лаборатории под расписку и должны были вернуть в случае увольнения, и не в силу секретности информации, а как материальную ценность.
Я писал программы, на Бейсике, которые использовались в учебном процессе. На методичках гордо красовалась моя фамилия и непривычная для кафедры надпись: «Лабораторная работа с применением ЭВМ»
Я как про программирование услышал, сразу отрапортовал
- Я готов.
А заведующий - я так и думал, и продолжает.
- Есть у нас подшефная школа.
Я понял, что рано обрадовался, но не перебиваю, слушаю.
- Школа, сразу тебе скажу - не простая.
Он одну мысль не закончил и сразу перескочил на другую.
- У нас ведь в стране как. Мы ведь не только избранных должны учить, не только тех, кто уже поумнел и готов знания впитывать. У нас для всех обязательное десятилетнее образование и для интеллигенции, и для детей рабочих.
Что-то он издалека заходит - пронеслось у меня в голове.
- Это они сейчас многие не понимают, что без ЭВМ никуда – продолжал Нестеров. А ты сам видишь - программирование, информатика, кибернетика, куда сейчас без кибернетики?
- Сейчас никуда - согласился я.
- Вот - подхватил Нестеров, там рядом с этой нашей подшефной есть специальная английская и в ней для детей все условия - и лучшие учителя, и разные изыски. Но не все успевают в английском, и куда их не на улицу же. Их переводят в нашу подшефную - вводил меня в курс дела Нестеров. Рядом в районе еще школы есть, тоже такие знаешь, для деток способных родителей. И там тоже не всех тянут после восьмого класса. И все эти, так скажем, сложные подростки где-то должны учиться, а не шляться по подворотням. Понимаешь? – спросил меня наконец заведующий.
- Конечно, утвердительно закивал я в ответ.
Вот - говорил Алексей Федорович – скажу тебе честно - учитель информатики там не прижился. Что-то у него со здоровьем кажется пошло не так. И учителя по химии нет. И взять их сейчас неоткуда. А информатика детям необходима.
Короче, школа тут рядом через дорогу, иди тебя сейчас там ждут – девятый класс. Если хотя бы один семестр продержишься, уже засчитаем тебе это как общественную работу за целый год.
- Что же я им преподавать буду?
- Как что, информатику, ведь химия – это не твой профиль.
- И что есть учебник, по которому читать?
- Да какой там учебник...
- Расскажи им, что сам знаешь, введи в курс дела. Я слышал, в других школах язык Бейсик учат, тебе же он знаком.
- Знаком - говорю.
- Вот и замечательно, прямо сейчас и иди, там тебя ждут.
Пришел я в школу – школа как школа. Вполне приличная, вроде.
Я как вошел, меня сразу вычислил и пошел мне на встречу невысокого роста суетливый мужчина с огромной копной курчавых волос.
- Александр Николаевич, поприветствовал он меня – мы вас заждались. Пойдемте я вас в класс отведу – у вас сегодня первый урок информатики.
- Да что вы? - удивляюсь. - Так вот с места в карьер?
- Вы же профессионал, что вам стоит.
Поднимаемся по лестнице - вокруг снует ребятня.
- Макароныч, ты кого нам привел? – интересуются, как я понял, мои потенциальные кибернетики.
Вошли в большой просторный класс. Это было время перемены, а потому дети в классе вели себя раскрепощенно. Часть учеников стояли на подоконнике в полный рост, что-то рассматривали на улице и хлопали ладошками по стеклу. По классу летала мокрая тряпка. В дальнем конце на парте лежала упитанная девочка, и какой-то мальчик ее щекотал двумя руками, прии этом девочка извивалась, визжала и отчаянно брыкалась. Крики девочки тонули в разноголосице перемены.
- Макароныч, ты кого к нам привел? - повторил вопрос какой-то прилежный ученик.
- Это ваш новый преподаватель информатики! - прокричал Макароныч и предательски смылся.
Не буду описывать всех своих мучений. Комсомол бросал молодежь на самые тяжелые участки работы и это не метафора, а сущая правда. Время было не простое. Компьютеров в те времена в школе не было, интереса к языку Бейсик не наблюдалось, обязательное десятилетнее образование и партийная дисциплина свели нас в этой школе на целый семестр и лично я запомнил это испытание на всю жизнь.
Пока я писал на доске операторы изучаемого языка Бейсик в классе происходило разное. Девочки доставали помаду, мазали губки, подводили ресницы. Мальчишки вытаскивали карты. Как только я оборачивался - запрещенные предметы прятались. Особо злостных я выгонял.
Был в классе такой Журкин – мелкий и на редкость шкодливый паршивец. Я все пытался его поймать и никак не мог. Он буквально чувствовал, когда я обернусь и делал какую-нибудь гадость за секунду до этого. Чаще всего он подкидывал чей-нибудь портфель или сумку к потолку. В момент, когда я оборачивался портфель был в воздухе, а Журкин сидел за партой, сложив руки как примерный ученик. Я видел лишь как с потолка падает портфель из него вываливаются учебники, тетради, по полу катится яблоко, разлетаются из пенала карандаши и ручки. Минут пять или десять после этого в классе царило оживление. Ученики ползали под партами, собирали мелкие предметы. Как я ни старался - поймать Журкина я не мог.
И вот прошло лет семь-восемь, я уже 4 года как ассистент, у меня трое детей, вместо проблем с комсомольскими поручениями появились другие. Я иду по родному Тверскому бульвару, и думаю свои горькие думы – надо ехать на конференцию в Тульский Политех и хорошо бы костюм новый купить, в этом уже выступать нельзя. Хочется купить более или менее приличный, а где на такой денег взять - совершенно не ясно?! Жене хотел купить пуховик. Видел в комиссионке импортный пуховик, но денег он стоит каких-то не реальных! Дети буквально моментально из всего вырастают.
И так я глубоко погрузился в свои заботы, не сразу понял, что меня окликает кто-то:
- Алексан Николаич!
Смотрю, лицо знакомое, а где видел его вспомнить не могу.
Парень солидный крепкий. Где ж я его видеть мог.
И тут он мне:
- Не вспоминаете? Журкин моя фамилия.
- Журкин, - говорю - ну надо же, вот так встреча. Вымахал-то как! Как ты? Где? Что?!
Он тоже обрадовался:
– Я нормально. Как вы? Все там же?
- Да, - говорю, - все там же - защитился, преподаю, детей уже трое, забот прибавилось, конечно. Ты-то как? Программистом не стал случайно?
- Какой из меня программист, Алексан Николаич, - застеснялся Журкин, - так мелкий бизнес больше.
- А что за бизнес?
- Даже не знаю, как сказать. Солнцевские, слышали, наверное, вот они сейчас подо мной ходят. Может мой телефон запишите? Мало ли что, если кто вдруг наедет.
- Да нет, спасибо, - сказал я, - кто на меня наедет?!
А про себя подумал: кому придет в голову на меня наезжать?! И вспомнил рассказ Чехова «Толстый и тонкий».

122

Как я однажды чуть не убил одного известного барда.

А дело было так.
Была какая-то подмосковная бардовская тусовка, я там случайно оказался, меня ребята из Нижнего затащили. Год был, не соврать бы, восемьдесят восьмой или восемьдесят девятый, я смутно помню, потому что пить начали ещё в дороге, а уже там на месте развернулись я те дам. Проходило всё это мероприятие где-то в глухом подмосковном лесу, шли по маркерам, московские бродяги такие дела всегда шифровали со страшной силой, народу было немного, чисто свои, человек может двести, причем половина потерялась по дороге, потому что с маркерами кто-то сильно накосячил.

Но это всё так, к слову. Короче, народ там подобрался разный, преимущественно весьма душевный. И вот уже ночью, когда все концерты закончились, и народ разбрёлся по кострам, сидели мы такой небольшой уютной компанией. И был в этой компании один известный бард, назовём его для простоты Кукушкин. А кроме этого известного барда Кукушкина был там же ещё один тоже весьма известный в этой среде дуэт, назовём его участников для простоты Саша и Лёша. И вот сидим мы, тары-бары, и тут один из участников этого дуэта, который Лёша, говорит:
- Пойду прогуляюсь.
Ну, типа побродить там по кострам, знакомых навестить, знакомых же море, за неделю всех не перепьёшь. А поскольку мы сидели рядом, он говорит:
- Братан, пригляди за инструментом, чтоб не спиздили.
И гитару свою так к дереву прислонил, и ушел. Ну а мне что, стоит гитара и стоит, кому она нужна, все ж свои.

И вот в какой-то момент встал я пописать. Сходил значит, пописал, обратно иду, а темень же, ночь, лес, там костры, тут костры, везде какие-то нетопыри с фонариками шарашатся, палатки эти везде, в палатках явным непотребством занимаются, растяжки эти ёбаные, сам черт ногу сломит, идёшь как по минному полю. И какому-то мудаку, прости господи, пока я ходил, пришло в голову эту гитару переставить. Я к костру подхожу, и вдруг слышу под ногой - хрясь! Трескь блять! И ещё так - Брямц! И пиздец гитаре. Я так испугался, что с испуга аж подпрыгнул. Подпрыгнул, и приземлился на эту же гитару уже двумя ногами. Чтобы уж наверняка.

Короче - гитара в хлам. Ой мамочки блять! А гитара эта, чтоб было понятно, она у этого Лёши не просто так себе гитара была, а какая-то старинная, обшарпанная такая вся, видно что очень старая.

Ну, тут ясен пень все засуетились, крыльями захлопали, ой чо делать чо делать. Кто-то помню предложил даже гитару синей изолентой замотать, и на место поставить, типа мы тут не при делах. Говорю же, пьяные все уже были. Короче, такая беда. И вот сидим все такие, печальные, и тут бард этот известный, Кукушкин, говорит:
- Эх, жалко! Хорошая у Лёхи была гитара!
И давай рассказывать. Какая это была пиздец ценная гитара, чуть ли не прошлого века ручной работы известного мастера, ценнее скрипки страдевари на порядок, но главное не просто ценная, а для Лёхи особо ценная, потому что досталась ему по наследству от отца, а тому от деда, а дед её привёз с фронта, где эту гитару ему завещал погибший товарищ, который нашел её в блиндаже у немцев, когда они ходили за языком за линию фронта, и когда на обратном пути напоролись на немецкие патрули, и языка ранили, и его пришлось тащить на себе, то командир приказал гитару бросить, и тащить немца, а мужик этот сказал, что не бросит ни за что, лучше немца пристрелит, и командир сказал - под трибунал пойдёшь, сука, а мужик говорит - хуй с ним, трибунал так трибунал, но гитару не брошу, но потом всё закончилось хорошо, дотащили и языка и гитару, и всю группу представили к наградам, а мужика этого потом всё равно убили, и гитара как память досталась деду, а я как последний мудак на неё наступил, хотя в принципе конечно вины моей тут нет, а нехуй потому что такие ценные гитары по ночам где ни попадя разбрасывать. Успокоил, короче. Вот уж блять утешил так утешил! Загрузил так что пиздец, иди и вешайся.

Ну и сидим мы такие, в тоске, накатили конечно, за помин души инструмента, все в печали, не до песен уже, ни до чего, я себя вобще детоубийцей, которого застали за поеданием младенца чувствую, и тут возвращается этот Лёша.

Приходит короче, весёлый весь такой, громогласный, говорит:
- Ну, и чо вы сидите, такие скушные? Наливай!

Тут нас конечно совсем нахлобучило, человеку же надо сообщать о трагедии, а кто это делать будет? Переглянулись так все, разлили, и Саня, товарищ его по дуэту, как самый значит близкий, говорит:
- Алексей! Ты только не расстраивайся сейчас, и необдуманных поступков не совершай...
Тот такой:
- А чо случилось-то?!
Саша ему:
- Лёша! Гитаре твоей - пиздец!

И вот тут возникла такая мхатовская пауза. Все сидят, смотрят на Лёшу, а он сидит, стакан держит, и глазами хлопает. Не понимает. Ну, это знаете, как если кому-то сообщают о гибели самого близкого, самого дорогого человека, до него не сразу доходит. И он переспрашивает:
- Какой гитаре?
Саша ему, таким голосом умирающего марафонца:
- Твоей гитаре, Лёша!

Лёша так посмотрел на него, довольно странно, и говорит:
- Да и хуй с ней!
И стакан так - хлоп! Крякнул, и за закуской потянулся.

Саша ему:
- Лёша, что значит хуй с ней? Это же была твоя пиздец какая ценная гитара!

- Пиздец какая ценная гитара, - говорит Лёша, похрустывая огурцом, - у меня стоит дома. А это было обычное говно. Я что, идиот, таскать по хуй знает каким лесам нормальную гитару?

И тут все так сперва замерли, потом выдохнули, и потом уже радостно облегченно заржали. Потому что отпустило.
Не смеялся только я.
Я сидел, и тихонечко думал, что когда все немножко успокоятся, я возьму струну от этой гитары, подкрадусь незаметно сзади к известному барду Кукушкину, и с удовольствием его этой струной придушу. К сожалению (для меня) и к счастью (для Кукушкина) плану этому не суждено было сбыться. Потому что на следующем стакане я сломался. Сказались стресс, душевное волненье, и те литра полтора, что плескались в моём пустом желудке. Короче, заботливые друзья оттащили меня в палатку. А сломанную гитару под радостные вопли, с песнями и танцами, сожгли в костре.

* * *
На следующее утро Лёшина гитара обнаружилась целой и невредимой, стоящей у того же дерева, только с другой стороны.
А чью гитару спалили ночью в костре, так и осталось загадкой. По крайней мере никто не хватился. А у меня ещё долго-долго потом валялись почерневшие, закопченные колки от этой гитары. Как память о том событии.

* * *
Подрастающее поколение школоты думает, что троллинг придумали они, как атрибут анонимности в интернете. Это оттого, что они с настоящим реальным троллингом не сталкивались. А я кстати так до сих пор и не знаю, был ли это экспромт, заранее продуманная акция, или просто-напросто случайность.

123

Просто поражаюсь тому, насколько некоторые матери бывают недальновидны, балуя своих сыновей.
Было это, когда я служил в армии. К нам в дивизион попал боец из нового призыва, который не умел обращаться с ниткой и иголкой. Мне тогда было 23 года и я впервые видел человека, который держит иголку и нитку, как папуас держал бы смартфон, который ему дал впервые увиденный им белый человек.
Случилось то, что я подозревал и чего боялся. Этот новобранец не умел НИЧЕГО. Чистить обувь, шить, стирать одежду и много чего еще.
Все это выяснилось буквально за день, но самый страшный, коварный удар по психике, получил наш старшина.
Подходит к нему это солдат и просит чистенькую тряпочку.
Наш старшина, предпенсионного возраста старший прапорщик, ласково смотрит на него и спрашивает - для чего тебе чистенькая тряпочка, сынок?
- Член вытирать в туалете.
- Какой член?
- Свой.
- Зачем??
Ну, когда пописаешь, надо головку и член протереть чистой, влажной тряпочкой.

Ну армия, на то и армия. Не можешь - научим, не хочешь - заставим. Быстро смотрю личные дела дембелей, нахожу идеальную кандидатуру. Сержант, сибиряк, из деревни, четверо младших братьев и сестер. Характер спокойный. Вызываю его в канцелярию. Заходит, улыбается.
- Вызывали, тащ старшлейтенант?
- Заходи Жора, присаживайся. Сколько у тебя братьев и сестер.
- Четверо!
- Ответ неверный, у тебя пятеро, брат у тебя объявился!
Настала очередь зависнуть сержанту. Что там в семье происходит?? С одной стороны вроде бы плохих вестей нет, с другой, откуда взялся брат???
Объяснил я сержанту, что это его дембельский аккорд. Вот новобранец, вот ты, Жора. Научи его всему, что должен уметь мужик и отучи вытирать член чистой, влажной тряпочкой. Сержант достойно встретил удар судьбы. Только позволил себе короткую реплику, типа - блеать, еще одного воспитывать.
С тех пор, ходил нерадивый боец за сержантом, как котенок бегает за кошкой. Через 3 дня, появились первые, робкие ростки прогресса - боец самостоятельно и нормально пришил подворотничок, пришил шевроны. Начищал сапоги до космической черноты и овладел утюгом.
Но все хорошее, рано или поздно кончается. Как закончился запас мамкиных пирожков в организме новобранца. Стал он голодать, мерзнуть и не высыпаться, ну, так он матери писал.
И мама с бабушкой, незамедлительно помчались через полторы тыщи километров в часть, где служит их чадо.
Вообщем, вызывает меня командир дивизиона и говорит. Боец такой-то твой? Вот и пиздуй, объясняйся с родителями, они на КПП ждут.
К тому моменту я уже знал, что воспитывали его мама и бабушка. Ожидал агрессии и обвинения во всех грехах, были случаи, знаете ли.
Но нет. На КПП встретил двух женщин, которые вели себя вполне интеллигентно. Поговорили, провел их в столовую, посмотрели как мы питаемся, показал казарменный городок.
Ну и попутно разговорились за жизнь. Выяснилось, что мама родила, как говорится "для себя". Воспитывали пацана вдвоем с бабушкой. Естественно, делали за него все и постоянно баловали. В итоге получили, то что сейчас и получилось.
Но самое паршивое в этом, то, что они не понимали, что так делать нельзя! Что они делают пацану только хуже. Стоило мне заикнуться о том, что парень не мог шить, стирать, гладить, чистить, как они заявили - пожалуйста, отпустите Пушка в увольнение, мы ему все постираем и зашьем. Теперь настала очередь зависнуть мне. Пушок? Какой Пушок?

Оказалось, они его так постоянно называли даже в зрелом возрасте и при всех, потому-что волосы у него пушистые. Пушок, блеать!!!
И так мне стало обидно, за весь сильный пол. Не сдержался и наорал на них. Если убрать матерные выражения и междометия, смысл моего выступления был - вы хоть понимаете, что воспитываете пацана, а не девчонку? Что живете не на необитаемом острове и вокруг люди? Вы хоть знаете, что должен уметь и как должен вести себя обычный мужик? Я понимаю, что не каждая мать может научить сына цеплять мотыля на крючок, заменить розетку и починить колесо на велосипеде. Но самостоятельности то можно? Можно догнать своим умом, что нельзя называть юношу при всех Пушком!!!
В итоге, дал я бойцу час времени, посидеть с родными. В увольнение не пустил.
Ну, так как в комнате для посещений были другие солдаты, я думаю вы поняли, какое прозвище он получил. Мама с бабушкой, на удивление, жаловаться на меня не стали. Поплакали, извинился я перед ними и пообещал заняться его воспитанием. Хотя какое воспитание, я то сам был на 5 лет постарше его ))
Ну а наш дружный, армейский коллектив, воспитывал его дальше. И я с удовлетворением наблюдал, как Пушок приходит в форму. Занятия по физподготовке, передача опыта и отческие лещи делали свое дело. Отслужив полтора года, Пушок уже ни чем не выделялся. он конечно не стал этаким "псомвайны", но держался на уровне. А когда я узнал, что он подрался с своим призывом из соседнего полка, я понял что все наши усилия были не зря.
Пушок ушел на дембель и надеюсь у него в жизни все стало хорошо или по крайней мере лучше, чем до армии.

Автор Dr.Guerra

124

Дао мудака.

В жизни нечасто увидишь настоящего мудака. Беспримесного. Абсолютного. Полагаю, они в живой природе встречаются реже гениев. Ибо не доживают. То их дверью прищемит, то катком расплющит. То мама придушит в колыбельке.
Для выращивания половозрелого эталонного мудилы необходимо очень много веры, терпения и любви. И удачи-куда без нее?
И только при совпадении всех этих факторов сказочный долбоеб вырастет, возмужает и будет радовать собою окружающих.
Мне повезло видеть двоих таких уникумов. Об одном и хочу поведать.

Илюшу приволок в общагу Бегемот. Как выяснилось, Илюша и Бегин учились в одном классе. Первого сентября ашхабадские дарвинисты на первой же перемене собирались исправить ошибку природы. Уконтрапупить Илюшу, то есть. Бегемот туркменов не любил с пеленок. Больше чем идиотов. И в эпическом избиении дебила зверями занял антиэволюционную позицию.
Отпиздив стаю (Дима с детства отличался завидным телесным обилием)-Бегин оказался заложником собственного милосердия.
Защищать дурака ему предстояло все 10 лет.
Отмучившись с Илюшей всю среднюю школу, Дима поехал покорять столицу. Москва Бегемоту сразу понравилась. Тем, что в ней не было Ильи. Но счастье было недолгим- скоро эта очкастое недоразумение замаячило на пороге Коммуны.
Бегин сразу поставил условие телесной неприкосновенности артефакта. Никто и не собирался покушаться. Студенты не туркмены ж.
Наоборот- с Илюши все радовались несказанно.
В институт Илья так и не поступил. Лет пять этот вечный абитуриент подавал документы то в МГИМО, то в МГУ, то в ФИЗТЕХ -но его не брали. Валился с бананом на первом же экзамене. Что не мешало герою надувать щеки. Непонятый гений работал дворником, но и тут карьер не задался. Гнали его из ДЭЗа в ДЭЗ поганою метлой. Коллеги часто отоваривали лопатами и скребками. Бегемот, сетуя на горькую судьбину , регулярно мотался разбираться с уличным пролетариатом. Иногда брал меня.
Помню несколько эпических побоищ в дворницких. Сознание собственной неправоты притупляло реакцию и ослабляло удар. Пару раз огребал довольно весомо. Один раз даже ведром с грязной водой. По харе.
Нокаут.
Лежал на плиточном полу дворницкой, в луже, аки выплеснутый из лохани младенец.
Раскинув длани , с тряпкой на морде лучисто глядел в высокое небушко с раскачивающимся на гнутом проводе солнышком. Под мат и сопение отовариваемых Бегемотом детей степей и предгорий. Ему-то рефлексия была, к счастью, неведома.

Несмотря на отсутствие пиздюлей, жизнь Ильи в общаге легкой назвать было трудно. Ибо глумились над ним непрерывно.
По всей палитре стеба. От интеллектуального-при появлении героя неизменно ставили кассету Аквариума с его "Поколением дворников и сторожей" , или постоянного цитирования Булгакова: "Дворники из всех пролетариев – самая гнусная мразь. Человечьи очистки – самая низшая категория."
До рэднековского.
Сидим как то в 402й. На балконе. Внизу, на третьем этаже, мается похмельем морпех Ахмедзянов. У него тогда Илюша временно квартировал. Акустика прекрасная-слышно даже как у Ахмедзяна череп трещит с "Агдама".
Краса и гордость флота держит больной чан в руках, подвывает и раскачивается. Время от времени прерываясь на диалог с соседом.
-Шапконосов! (это Илюшино фамилие)
-А?
-Знашь ты кто? Аййййбляяяя.
-Кто?
-Хуйло ты с баштана, Шапконосов!
Илюша обиженно сопит.
-ЫЫЫЫЫЫЫЫЫ. Зачем я пил? И столько?! Шапконосов!
-Что?
-Ты хоть знаешь, что такое баштан?
-Я с Ашхабада!
-И что это?
-Ну там арбузы растут, дыни...
-Вот ты хуйло оттуда!
Мы ржем на весь двор. "Хуйло с баштана" прилипло у Илье навечно.

Средства для пропитания изгнанник зарабатывал мелким барыжничеством. Продавал марихуану знакомым, нещадно бодяжа товар.
Причем даже защитнику своему , Бегемоту, замешивал с укропом 50 на 50. Как не сел при таком умище-до сих пор в толк не возьму. правда, постоянно бывал бит и ограблен благодарными клиентами.

Как и все дуремары, Илюша верил во всякие трансерфинги, карнегитренинги и прочие НЛП для ДЛБ. Ну эти курсы "Как перестать быть дебилом". Точнее, "как отдать последние деньги и остаться долбодятлом".
Как то нам срочно понадобилось Илюшиного зелья. А он в очередной дуремарне ум-разум впитывает. Камлания у них. В ЦДТ.
Пришли. Просим подать нам Тяпкина-Ляпкина. Вежливо просим, замечу.
Тут адепты золотозубые как руками замашут. Вы что?! У них там погружение! Никак невозможно!
-Ну вы его там из таза выньте ненадолго- а потом грузите по-новой. Нам буквально на минуту ваш неофит нужен.
-Вы не понимаете! Они! Там! Вы как?!
-Это что! Вас Мастер проклянет!
-Слышь, урка, ты давно от хозяина? На воле заскучал? Опять на дачу захотелось?
-Вввы...
-Жалом в землю! Руки чтоб я видел!
-Аааабляяяяяямусорапоганыииии! Больноооооо! Рукупустииыыыыы!
-О! Наконец то по человечьи заблажил! А то "погружения", "чакры". Хуле ты рога расчехлил, мудило грешное? Видишь у людей государев интерес-какого хера ты хвост пружишь?
-Уййййййййпустиии!
-Ага, ща. Шагай шире, падла.
В помещение вошли на кураже. Сначала с пинка запустили арестованных-они с грохотом покатились по проходу. Затем заорали на весь зал:
-ЛЕЖАТЬ , СУКИ!!!! ПРРРРРИМОРЮ!!!! РАБОТАЕТ РРРРУБОП!!!!
Публика(рыл 200) организованно повалилась на пол. Их впечатлило как мы прошли по спинам воющих сидельцев.
Бубниле на сцене Бегин слегонца зарядил в дыню. Что бы сломать лед в отношениях. Я пытливо исследовал зал. Аааа, вон он, голуба. Подхожу , хватаю за шиворот, поднимаю повыше. Охлопываю арестанта.
-Тащщ майор! У этого дури полны карманы!
-О! Отлично! Вызывай "тяжелых". Что, сука, наркопритон тут устроил! (пинает ногой главного нейро-лингвистического программиста) В ответном хрюканье явно не хватает уверенности.
Выволакиваем трясущегося Илюшу в коридор.
-Вы! Вы!
-Так, деньги держи, грузчик. Все, покеда. Иди, погружайся дальше. Хотя...какие то они у тебя неубедительные. Наставники твои. Легко-внушаемые. Я у таких властвовать над толпой вряд ли уроки брал...
Нейро-лингвистически программируются на раз-два. Сам же видел.
Илюша, на трясущихся ножках возвращается в зал. Зря. Лежащие под стульями НЛПишники минуты две переваривали его блеянье, что это мол к нему друзья...приходили...вот...они пошутили...понимаете? Ну шутка это...такая...у них. Вот.
Потом в едином порыве вылезли из щелей и набили Илюше харизму.
Впрочем, по мне так Баштанному еще повезло. На деньги не попал. Там же трехступенчатая система вытрясания бабок из Буратин действовала. Его выперли уже с первой. Да и лечился он от заикания совсем недолго. Ходил через месяц почти прямо, через два перестал приседать, если при нём кто свистнет шутейно.

Среди всей толпы глумящихся Илюша почему-то невзлюбил именно меня. Ума не приложу, что послужило тому причиной.
Хотя...
Любимая шутка вечно безлошадного Ильи было подойти в клубе к знакомому и типа-
"Ты за рулем?"
-Ну?
-А я что то твоей тачки на улице не видел.
Угоны были частыми-народ велся и бежал в панике на улицу. К Илье вроде и претензии не за что кидать. Ну, типа, не увидел, извини.
А тут мальчик решил на мне зубки поточить.
-Ты машину сменил?
-А ты ориентацию?
-Не, я серьезно.Я твоего Шевроле на улице не видел.
-А моя машина всякому хуйлу на глаза и не кажется. И я с тобой не шучу. Вот, ты таблеточками закидываешься, да? У Толика берешь? А Толик мне намедни говорил, что колеса с Голландии приволок- так те на две недели ориентацию меняют на противоположную.
-Кккак?
-Ди-а-мет-рально. То есть был ты баба-теперь лесби. Или была... Бегин, как правильно сказать. Был? Или была?
-Была-не была!
-Во! А ежели ты не лесби-то станешь пидором. На две недели. Потом, правда, отпустит, но поздняк метаться, мне кажется.
-Ты гонишь!
-Чес-благородное. Дим! Подтверди.
-Точно!
-А чего ты с лица сбледнумши, Илюш? Ты закинулся уже? Анатоль, затейник, говорил что на тебе испытает. Ты ж и так по уму блондинка. А эдак все в соответствие придет. Пергидроль я тебе подарю. Приведешь внешний вид и внутреннее содержание в гармонию. А, Дим.?
-И вазелину.
Илюша срывается с места. И пропадает. На две недели. Что он там делал: борол свои желания или, наоборот, потакал им-нам неведомо.

Как то Илюше одна баба дала. Барменша. Впрочем, она сверхпроводящая была. Полное отсутствие сопротивления. Геля ее звали.Очень в тему. Я тоже там поприсутствовал как то.
И тут Илюша в клубе навстречу. Сильно подшофе.
-Ты Геле присунул?
-Ревнуешь? Надеюсь, не меня? Толиковы таблеточки не отпускают?
-Я ее тоже трахал!
-Я в курсе. Она мне сказала что отродясь такого мелкого хера не видела, как у тебя. С учетом ее опыта, это достижение, старик!(Чистое творение разума : делать мне больше нечего было-с Гелей его окаянный отросток обсуждать)
Илюша, сбледнув, исчезает. Надирается с горя. И идет разбираться. Подходит и выплескивает клеветнице в лицо стакан. Через стойку.
С учетом, что напротив сидел здоровенный рокер-нынешняя пассия Гели, это был крайне опрометчивый жест.
Но вопль на весь зал-
"ЗАЧЕМ ТЫ СКАЗАЛА ЧТО У МЕНЯ САМЫЙ МАЛЕНЬКИЙ ЧЛЕН!" -обезоружила брутала. Он ползал по полу, похрюкивая и был не в силах подняться. Толпа выла. Никто так и не понял- кто что кому сказал и причем тут я, но весь клуб твердо усвоил, что член Шапконосова- бесконечно малая величина. Пропиарился Илюша знатно.

Мир полон идиотками и как-то Илюша решил жениться. Подходит Бегин.
-Макс!
-Аяй?
-У Илюхи свадьба.
-Совет да любовь.
-Он просил, что бы ты его не доебывал на празднике.
-А можно, я не приду?
-Нельзя.Но не подкалывай его. Свадьба же.
-Не буду.

Через час Боря подваливает.
-Макс!
-Ы?
-Не доставай его на свадьбе!
-Не буду!

И так весь день. Достали.

Сижу за столом. Молчу. На жениха стараюсь не глядеть. Нервничаем оба. Толпа напряженно ждет развязки. Илюша буреет на глазах. Хамит. Я молчу. Распоясывается. Я молчу. Орет. Я молчу. Матерится. Я нем.
Бегемот показывает мне римский жест: большой палец вниз. Я ему-фигу. Просили-получайте.
Через пару часов Илюша встает и ,обращаясь ко мне:
-Макс! А ты никогда не ловил букет невесты?
Не могу. Все. Баста.
Поворачиваюсь. Смотрю с укором на невесту. И трагично отвечаю:
-Как же! Ловил! Потом три месяца лечился!
Повисает мертвая тишина. Невеста почему-то мучительно краснеет.
-Ну ты ссссука! -шипит жених.
-Задавая сучьи вопросы, Илюша, будь готов услышать сучьи ответы, ответствую я смиренно.
Толпа взрывается хохотом.
Дальше не помню. Илюшу держали впятером. У него истерика случилась.
Свадьба удалась, одним словом.

125

РВСН. Гранаты.

В школе у нас был очень хороший военрук Яблочков Михаил Иванович, царствие ему небесное. Конечно, вся жизнь в армии не проходит бесследно, и он очень повеселил однажды нас фразой: "мальчики будут собирать автомат, а девочки отдавать мне честь". Но мы его любили за незлобивость.
Относился он к нашим шалостям очень терпимо, хотя мог быть весьма суров к "альтернативно одаренным".
До сих пор помню свою тетрадку с поражающими факторами ядерного взрыва. Неудивительно - о них рассказывал человек, который сидел в тоннеле, имитирующем метро, под эпицентром ядерного взрыва. И чей солдат-водитель умер от лучевой болезни, хапнув радиоактивной пыли. Учебные фильмы, которые нам показывали, были сняты в том самом макете города, построенном для испытаний ядерного оружия. Оттуда все эти таблицы с радиусами зоны сплошных разрушений и тд.
Кстати, судьба Михаила Ивановича оказалась типичной для мужиков, отработавших до пенсии в Воркуте и решивших затем уехать в теплые края - очень многие умирали в течение года. А женщины - нет, они более живучие. Оно и понятно - в женщине ресурс заложен человек пятнадцать родить, а рожает одного.
Так вот, Михаил Иванович в 10м классе водил мальчиков на армейское стрельбище, где мы постреляли. Я отстрелял 12 патронов. В армии за два года мне не удалось побить этот рекорд. В общей сложности я выстрелил 6 патронов в карантине из АКМ и еще 3 из АКСУ, после перевооружения. Там получилось забавно: прапорщикам почему-то не хватало пистолетов и им временно вписали АКСУ. Они же занимались пристрелкой всех автоматов, и, понятно, свои пристреляли получше. Когда меня перевели в первый дивизион, мне автомата не досталось. Это была сказка - я несколько месяцев ходил без оружия и тыкал изумленных офицеров носом в военник, где было указано, что оружие мне не полагается. Но все хорошее рано или поздно кончается. Привезли пистолеты для прапоров, они сдали свои АКСУшки, и мне вписали один из освободившихся. Очень, кстати, по весу отличается АКСУ от АКМ. Часик на плече потаскаешь - и разница весьма заметна. Но воевать с ним - не дай Бог.
И тут как-раз затеяло командование стрельбы. А я, типа, штабной. Но в тот раз отмазаться не удалось. "Поставили в строй" всех - больных, хромых и хитрожопых. Дивизион увеличился раза в два и в казарме места не хватило построиться. Посыпались шуточки - посмотрим как стреляет "штабная крыса". И посмотрели. Я попал в мишень один из всего дивизиона. Даже наш бурят-охотник не попал. Шутники резко заткнулись. А я не стал распространяться, что только у меня автомат был по человечески пристрелян.
Были один раз стрельбы из БТР, но я не захотел. Это как в кино по воскресеньям строем ходить. Пока доведут, старшина все желание отобьет. То не так идём, то не так поём...
И, наконец, под дембель прошел слух - будем кидать гранаты. Причем все вместе - с молодым призывом (только пришли). Дембель в опасности! Молодые же обязательно накосячат. Или себе под ноги уронят или соседу. В общем, старший призыв слинял прямо с плаца. Остались только молодые в передних шеренгах. А из задних короткими перебежками линяли "старики". Потом полдня со стрельбища бухало, и мы тревожно прислушивались. Но обошлось. Так мне школьный рекорд переплюнуть ни в чем и не удалось.

126

Перелистывая старые книги, нашел открытку-приглашение на покупку ВАЗ 2101.
И вспомнилась эта история.
Старший брат записался на "Москвич" сразу после женитьбы, в 1958 г. Жили они с нами и адрес в магазин дали наш. Денег у него не было, но тесть был завскладом со всеми вытекающими последствиями и для родной дочки денег на машину не пожалел бы. Но ни на себя, ни на дочку купить машину не мог бы при официальной зарплате в 90 р., сам он ездил на Победе, купленной зятем старшей дочери.
Очередь продвигалась медленно, вернее, вообще не продвигалась. Но раз в год мой брат ходил в автомагазин "Старт" на набережной отмечаться в очереди. Время шло. Уже мой отец, ветеран войны сумел "выбить" комнату в коммуналке для семьи брата (у них появился сын). Путем нескольких сложных обменов с доплатами и переБлатами брат с женой и ребенком очутились в отдельной (!) квартире. Но очередь на машину стояла на месте.
Прошло 10 лет, брат все так же ходил отмечаться в очередь и сетовал, что его постоянно обходят ветераны, инвалиды и прочие. Очень жалел, что не записал в очередь нашего отца.
И... заработал автоВАЗ ! Это был 1970 г. Очередь начала двигаться! И вот в 1971 г на наш адрес пришла эта долгожданная открытка. Отец позвонил брату, тот схватил паспорт, спросил по телефону номер открытки и помчался в магазин.
Через две недели мы уже обмывали обновку.
Постройка гаража, несмотря на ветеранское удостоверения отца, требует отдельного рассказа.
А уже через год оказалось, что у тех, кто имеет право купить машину, денег нет. А те, у кого деньги есть (вроде братова тестя), купить ее не имеют права!
И отцу, как ветерану, предложили купить Жигули. Хотя денег у нас не было. Но брат загорелся.
Машина его была продана по доверенности (т.е. она осталась записана на брата) какому-то торговцу за 7000 руб, за 5400 отец приобрел новую машину и написал доверенность на брата. 1600 руб (годовая зарплата инженера) были поделены пополам.
А брат так и ездил на этой машине по доверенности, пока в кооперативные времена деньги не появились и у меня. Я купил ее у него и так же ездил по доверенности от отца. А брат пересел на иномарку.
Я проездил на этой машине до 1998 г. На ней стояли еще итальянские детали. Распредвал я сменил только в 1989. Наши распредвалы летели через 3-5 лет. Сколько на ней проездил мой покупатель, я не знаю.

127

Мой двоюродный дед был небольшого роста,худощавого телосложения и находился в постоянном конфликте с обществом.Некоторые считали его бандюком,хотя, в принципе, он был добрым,отзывчивым,но очень свободомыслящим человеком.О нём ходило много легенд.А эту историю я услышал от него самого,незадолго до его смерти,поэтому считаю её подлинной,т.к.дед не был склонен к гиперболе.
Примерно в 1919 году (по моим прикидкам,точной даты дед не помнил)он нашёл раненого красноармейца,притащил его в дом,около месяца лечил и прятал от казаков,невзирая на стоны и проклятия своих односельчан.А когда советская власть прочно установилась,вступил с её представителями на местах,в жёсткую конфронтацию.Однажды дед , вместе с племянником,гостил в родном селе и прилюдно вступил в спор с председателем сельсовета.Дед так сильно задел председателя за живое,что тот ,отбросив все правила приличия,набросился на деда и начал его душить.Несмотря на огромную разницу в весовых категориях,дед вывернулся и ударил председателя по голове увесистой палкой.Послышались крики:"Убили!Председателя убили!" Но председатели так просто не погибают.Уже к вечеру он оклемался и ходил по селу,как ни в чём не бывало.Вскоре все забыли об инциденте, за повседневными заботами.А у председателя забот оказалось не так много.Через несколько дней, из города, за дедом приехала телега с солдатом и винтовкой.Односельчане предупредили деда чуть-чуть заранее и он,схватив на закорки племянника,бросился форсировать бурную горную реку,надеясь укрыться в соседней республике,где имел ПМЖ.Председатель,в бессильной злобе,бегал вдоль берега,уговаривая солдата стрелять.Солдат стрелять отказывался,опасаясь попасть в ребёнка.И вот,когда до спасительного берега оставалась пара метров,на шум подтянулся другой представитель правящей элиты,являвшийся председателем соседнего сельсовета соседней республики(к стати сказать,находившийся в родстве с моим дедом).Он направил ружьё деду в голову и сказал:"Наступишь на берег - получишь пулю в лоб!"Деду пришлось вернуться.Солдат ,с пострадавшим за идею председателем ,деда связали,бросили на телегу и солдат повёз его в город.Едва выехав за пределы села,отбуцканый председателем дед взвесил все за и против,протестировал силу натяжения верёвки,связывавшей ему руки,оценил физическое состояние своего молодого конвоира , решил,что судьба вновь подталкивает его к побегу и начал копить силы.Но тут вдруг солдат,проникнувшись сочувствием к плачевному состоянию избитого человека,остановил телегу,напоил деда водой и удобно уложил ,подложив под голову скрученную шинель.Это спутало деду все карты.Терзаемый противоречивыми чувствами, он так и не решился на побег,приехал в город и был брошен в подвальное помещение двух этажного здания.На следующий день деда повели на второй этаж на допрос."Вы говорили,что коммунисты объедают детей вашего села,едят продукты,которые вы собираете на детский сад?"- спросил следователь?"Нет,-сказал дед - я говорил ,что чем больше мы собираем продуктов на детсад,тем толще становится председатель нашего сельсовета и члены его семьи." "А Вы меня не помните?-спросил следователь - Вы прятали меня от белогвардейцев."
Деда накормили,обработали ссадины и отправили домой на телеге не связанного,с солдатом, пакетом и винтовкой.По приезду в село ,солдат подъехал к сельсовету.Вышел председатель.Солдат отдал пакет председателю.Тот прочёл содержимое и молча зашёл в здание сельсовета.
Мой дед так и не узнал,что за послание было в пакете.Но впредь,когда он появлялся в этом селе,председатель избегал встречи с ним.Вероятно милиция запретила председателю подходить к моему деду ближе, чем на пятьсот метров.

128

Про нетрадиционные методы лечения.
Помню, ехал 20 лет назад в Москву, свой диссер научному руководителю показывать, и неудачно спрыгнул с верхней полки в вагоне. Вроде, утром не болело ничего, а вечером, как все дела сделал, пора ехать к родне московской на ночлег - не могу, нога болит, хоть плачь. Еле до метро доковылял, добрался до родни - тетя Клава говорит: "Самое главное - красную шерстяную ниточку повязать". Повязал на голень ниточку, утром просыпаюсь - болит так же, еще хуже даже. Уехал с ниточкой домой.
Оказался потом перелом большеберцовой, слава Богу, вколоченный и без смещения. Причем настолько хорошо вколоченный, что только на третьем по счету рентгеновском снимке еле-еле нашли тот перелом, а до этого два хирурга считали меня симулянтом и рекомендовали, по сути, те же "красные ниточки", только их медицинский аналог (анальгетики).
Защищался я через полтора месяца практически в гипсе (на самом деле, друзья-травматологи мне дали терпопластик для фиксации голеностопа, поэтому сломанная нога у меня хотя бы влезла в спешно купленные на рынке ботинки "Прощай, молодость" 48 размера - все лучше быть на защите в разных ботинках, чем скакать на костылях с гипсом наперевес).
Знакомые с моей ситуацией члены совета все время меня пытались усадить во ремя защиты, но мне намного легче было стоять. Они считали мое постоянное стояние юношеским героизмом, поэтому защиту закончили в сжатые сроки :-).
Через 2 месяца на рентгене костная мозоль была в палец толщиной вокруг места перелома. Потом ходил с этим снимком по всем тем врачам, кто мне выписывал парацетамол и троллил их. Заодно показал картинку тете Клаве. Больше она мне красных шерстинок не предлагала ни в каком случае...

129

История будет почти грубасовская. Но навеяна вчерашними вздохами какого-то klatzrom про карданные валы и про сиськи.

В конце 80-х, уже почти офицер, я вместе с четырьмя такими же курсантами-старшекурсниками был послан на разгрузочно-таскательные работы по случаю отъезда одного из офицеров вместе со своей мебелью к новому месту службы. Привез нас водила на 131-м ЗИЛе. Водила - срочник из нашего училищного батальона обеспечения. Рожа знакомая. Начинаем таскать командирское барахло. Нас пятеро, двое по парам, пятый вынужден всякую мелочь таскать. А шоферюга присел в тенечке, полез в карман за сигаретами.
- Чё стоишь, - окрикиваем почти хором бойца, - становись в пару и таскай.
- Не, ребят. Кто на что учился, - отвечает. Я, мол, учился на водителя. мое дело привезти-увезти.
Ну, бить рожу ему тогда никто не стал. Полгода до выпуска. Кому охота вылетать из училища за мордобой. Не знаю, как сейчас, а тогда с этим было строго.

Прошло пару десятков с небольшим лет.

Нарисовалась как-то у меня командировка к одному большому тульскому начальнику. 200 км - не те деньги, чтобы по поездам шоркаться. Конечно, решил прокатиться на своем маленьком немецком автомобиле. Нет, по размерам он был вполне большой со своими 4,2 литрами под капотом. Но по возрасту - считай младенец. И почти на выезде из Тулы, надо же, поймал где-то не то гвоздь, не то саморез. Кое-как докатил до ближайшего шиномонтажа, благо был почти рядом. Сделали мужики мне колесо, спасибо. Рассчитываюсь, прощаюсь.
Тут один из них за мной вприпрыжку:
- Хорошая машина. А вы меня не помните? - заискивающе так, с уважением глядя на мою "Ласточку".
- Лицо знакомое, - говорю, - сам мучаюсь, откуда я вас знаю.
- А в 88-89-м в Военном институте, на Волочаевской, - подсказывает.
Начинаю мысленно перебирать всех сокурсников, но никто под ориентировку, стоящую передо мной не подходит. Да и странно как-то. Не похож этот, весь в машинном масле, на выпускника ВКИМО.
- Я в автороте служил, в батальоне обеспечения, - подсказывает, - возил вас, курсантов, часто. Вадик меня зовут.
Тут-то он мне и припомнился. Я тоже представился. Решил немного поговорить из уважения к починенному им только что колесу. Руку его протянутую пожал, не побрезговал. Хотя он этой рукой только что совсем не сиськи мял.
- Какими судьбами в Туле? - спрашивает.
- Да вот, только что от вашего губернатора, - и из небольшого хвастовства показываю полученную пару часов назад визитку.
Работяга аж подпрыгнул. Тут же начал какой-то речитатив про своего не то сына, не то зятя, который как раз сейчас готовится к своему первому в жизни процессу в местном СИЗО, куда его правоохранители определили пару месяцев назад за торговлю чем-то нехорошим:
- Вы же юрист, сможете правильно все написать. И связи у вас. Ходил я к одному адвокату. Сказал, что можно как-то под амнистию. Или условно. Но денег объявил - неподъёмно. Помогите, - умоляет.
- Вадик, - отвечаю, - вы лучше сами напишите. Заодно и деньги сэкономите. Сами как-нибудь.
- Так я ж не юрист...
- Ну, - говорю, - кто на что учился...

Повернулся он и побрёл дальше свои карданные валы мять.

130

ИВАНЫЧ

«Поплачь о нем, пока он живой.
Люби его, таким, какой он есть…»
(Чайф)

Дело прошлое, но до сих пор люди собираются в разных уголках бильярдного клуба, морщат лбы, шушукаются и все еще пытаются хоть что-нибудь вспомнить, чтобы найти концы. Кто же такой Иван Иваныч? Откуда родом? Как искать? А может он вообще не Иван Иваныч? Даже номера телефона ни у кого не осталось. То ли сам Иваныч не давал, то ли никто и не спрашивал.

Про жену и детей, тоже не интересовались, все разговоры крутились как-то больше вокруг качества шаров, подготовки к турнирам, членских взносов и ремонта столов. Кто бы мог подумать?

С особыми приметами совсем не густо: Возраст? Ну, может быть чуть за пятьдесят, хотя некоторые утверждают, что и все шестьдесят. Рост? Примерно средний, то есть - тоже не примета. Курящий. Изредка мог выпить коньячку после особо красивой игры. Как и все.

В клубе он появился лет пять тому назад, с тех пор и ходил сюда практически каждый день. Держался в тени, в турнирах никогда не участвовал, хотя вполне бы мог. Эх, жаль, что не участвовал, тогда бы в протоколе была бы его фамилия, можно было сразу вычислить, а так…

На деньги почти не играл, а если и играл, то так, по мелочи, в клубе все свои и «опускать» друг друга на большие деньги – признак дурного тона.

Главная примета Иваныча – он играл на бильярде, если и не лучше всех в клубе, то уж во всяком случае, любому чемпиону мира, разок, не позорно было «слить» Иванычу.

Вот его шкафчик: наверху - футляр от кия, на нижней полочке - специальные замшевые туфли для игры, сигареты, зажигалка, а больше ничего, совсем ничего. Ни случайных записок с номерами телефонов, ни квитанций из камер хранения или прачечных.

Клубные старики относились к Иванычу с уважением, молодые тем более, они всякий раз приставали к нему и спрашивали - как правильно бить «Абриколь» или «Круазе»? И Иван Иваныч с удовольствием показывал.
И вот, настал тот день, перед самым Новым Годом.

Народу в клубе было совсем немного, Иваныч, вполне довольный собой, «разделывал под орех» какого-то новичка, сел на стул, в ожидании своего удара, подпер голову рукой, скривил лицо и… умер.

Скорая. Милиция. Паника.

При нем не оказалось ни документов, ни мобильного телефона.

Вскоре в полиции выяснилось, что ничего не выяснилось: отпечатки пальцев нигде по картотекам не проходили, не был, не участвовал, не привлекался.

Определить его личность так и не удалось. Обычный безымянный труп, БОМЖ.

Биллиардный клуб похороны взял на себя, купили Иванычу костюм, красивый лакированный гроб, рядом положили кий.

Даже надпись на камне сделали: «Здесь лежит человек, который играл на бильярде…»

P.S.

С Новым Годом, друзья!
Проявляйте заботу и внимание к «Иван Иванычам», пока не поздно, пока они еще с нашей стороны…

131

Стройбат отдыхает…
Часто в историях про армию всуе упоминается стройбат - мол, самые чмошные войска. И состав там сплошь жители кишлаков и аулов, и дисциплина у них не на высоте, и оружие им выдают никакое и, прочее, и прочее. Осмелюсь развеять общепринятое заблуждение. Есть, есть ещё один род войск, в сравнении с которым стройбатовцы просто полк кремлёвской охраны! Я отслужил в этих войсках в конце 60-х годов – день, в день два года(призвали 13-го декабря и дембельнулся в этот же день через два года). Ладно, хватит интриговать читателя – это железнодорожные войска.
Сразу и категорично оговорюсь – сужу только по своему батальону. Обобщать на все войска не решусь. Хотя… Думаю, наш батальон был не самый худший в войсках, так как постоянно трудился вблизи Москвы. Мы, например, тянули железнодорожную ветку Монино-Фрязево.
Честно сознаюсь: идти в армию не хотел. Считал, что даром, впустую, на ветер выброшу из жизни два года. Компания у нас была такая не очень правильная, где только и говорили о том, как откосить от армии. И только потом, с годами я понял – это были лучшие годы в моей жизни.
Забрили меня в 20 лет. Нет, я не косил. Просто учился в вечерней школе и военкомат сам, без всяких там звонков и заносов отсрочивал мой призыв 2 раза. Да, были времена… Нынешнее поколение, наверное, и не слышало о вечерних школах.
Попал я в учебный полк, в школу младших специалистов. Там было много специальностей – даже машинист тепловоза, но я выбрал шофёра. Готовили нас полгода. В полку - да, дисциплина была на высоте: всё чётко и строго по уставу. Кормили нормально – каждый день мясо, рыба, масло сливочное и тому подобное. Дедовщины здесь по определению не могло быть, ведь это же учебный полк и контингент каждые полгода обновлялся. «Застареть» просто никто не успевал. Да, было всё: молодость и здоровье, отсюда неуёмное желание куролесить, смеяться и хохмить. Единственно чего не хватало, так это сна. Да, да, всё как положено: отбой в 22 и подъём в 6 утра. И всё равно этих 8 часов не хватало. Поэтому для нас политзанятия по пятницам и кино по субботам и воскресеньям в Доме офицеров, были самыми желанными. Каждую пятницу, после завтрака вся рота – пять взводов по 33 человека в каждом – собиралась в коридоре казармы на политзанятия. Происходило это так: каждый солдатик брал свой табурет (у нас кроме табурета была ещё и тумбочка в личной собственности) и пулей бежал в коридор занять удобное место. А удобными считались все места, кроме первого ряда. Ну, самыми шикарными, само собой, считались места у стены, рядом с батареями отопления. Со стороны это действо выглядело так: по длиннющему коридору вдоль сидящей ровными рядами роты размеренно, что-то бубня, шагал майор-политрук. Первые ряды солдатиков сидели прямо, а все остальные за ними – крепко спали, уткнувшись в спины передним. Последний же ряд, что у стены с батареями, лежал на полу, прижавшись к батареям. Так же мы использовали и киносеансы по субботам и воскресеньям. Доводят нас строем до Дома офицеров, командуют «разойтись!» и мы наперегонки ломились в кинозал, на последние ряды, а лучше на балкон и тут же отрубались. Ништяк! Два часа полноценного сна!
Об оружии в полку. ВЕСЬ полк был вооружён исключительно карабинами СКС Симонова. Мы даже на охрану штаба наших, ж/д войск ездили в Москву с карабинами. Ну, в том 1967 году так было. И в оружейке у нас стояли только карабинчики да цинки с патронами. И н и ч е г о больше! Даже касок нам не полагалось. Точно также был вооружен и наш батальон, в котором я оттрубил оставшиеся полтора года. Более того, нам даже на теоретических занятиях ничего не рассказывали о других видах вооружений, военной техники и прочих орудиях убийства. Пострелять нам дали всего один раз за полгода службы – перед принятием присяги. Естественно, не было занятий ни теоретических, ни полевых по тактике боя в наступлении, обороне… Вот вспышку слева-справа и бег в противогазе репетировали до упаду.
Немного о солдатиках. Напомню – наш полк готовил младших специалистов по довольно сложным специальностям (связисты, шофера, крановщики, машинисты тепловозов и пр.), которые требуют знаний и интеллекта не ниже среднего. Именно по этой причине курсанты в основном были набраны из Украины, Белоруссии, со всех уголков России, Казахстана (русские в основном), Прибалтики, немного из Армении и Грузии. Жили мы дружно и весело, никаких межнациональных напрягов не было. Драку помню только одну, когда Саня Медведев из Казахстана поцапался с грузином – и то, на бытовой почве. Был ещё один грузин, пытавшийся поначалу задираться, но мы его быстро поставили на место. С тех пор и не возникал.
Увольнений никому, ни разу не давали, в самоволку никто не бегал, водку не жрал, не кололся и не курил травку. Некогда нам было этим заниматься. Верится с трудом? Но, так было.
Наконец, учёба закончилась и нас раскидали по батальонам от Владика до Западной Украины. Мы с Володей Грядуновым из Усть-Каменогорска попали в рязанский батальон. Формально батальон базировался в Рязани, но мы там находились всего пару месяцев (декабрь-январь) за полтора года службы. Всё остальное время прожили в палатках, так сказать, на «природе». Попали мы в батальон в момент, когда он только передислоцировался на новую точку ( на новый объект работы), поэтому палаточный городок ещё не благоустроили. Представьте: воды на бытовые нужды нет, приезжаешь на обед – жара, весь потный, руки в масле и соляре, а помыться не чем. Вместо столовой – скамейки и столы, врытые в землю. Под столами, в тени и грязи валяются свиньи. Поэтому, чтобы сесть за стол надо было пинками выгнать свиней из под стола. В первую ночь меня разбудили потоки дождя, хлеставшие на мою кровать через пустое палаточное окно… Потом, потихоньку обустроились: построили нормальную столовую, наладили местное водоснабжение, обустроили отхожие места, смастерили летний душ, и даже проложили центральную улице. Палатки так же довели до ума: пол и стены щитовые, в окнах стёкла, две самодельные печки-буржуйки, входной тамбур, несколько столов и ряды кроватей в два яруса. В каждую палатку помещался взвод, ну, нас было 30 рыл.
Дико мне было после учебки в полку, где всё по уставу, строго, правильно, вовремя, всё расписано по минутам, поэтому не надо напрягать голову раздумьями что делать, чем заняться, куда пойти… Там, тело и душа существовали раздельно: тело тебе не принадлежало, им кто-то командовал (налево, направо, бегом, отжался, подтянулся и т.д.), а душа была где-то там, далеко, вся в мечтах и грёзах о хорошем и вечном... И вот теперь мы в батальоне, в лесу, в палатках. С 8 утра до 6 вечера обыкновенное вкалывание – кто на самосвале (как я), кто на скрепере, кто на бульдозере или экскаваторе. Подъём в 6 утра остался, но принудительной зарядки уже нет. Утреннее построение превращено в планёрку, где получали распиздон за невыполнение плана, за поломки техники. После этого народ без строя брёл на завтрак. И в автопарк ( расположенный, кстати, за пределами лагеря) мы тянулись кому как вздумается.
Мы же автобат – шофера (исключительно на старых МАЗах 205-х, которые постоянно ломались) и бульдозеристы, которые, понятное дело, за смену становятся «немного» чумазыми. Поэтому нам кроме солдатского х/б выдавали спецовку отнюдь не военного покроя. И, главное, не следили и не указывали нам во что одеваться на работе. Картина нашего выхода на работу конечно живописная: по населённому пункту, вдоль шоссе на добрые полкилометра растянулась толпа молодых ребят, одетых вразнобой – кто в спецовке, кто в старой хебешке. Единственно, что в нас выдавало солдат так это пилотки и кирзачи. Вечером картина была ещё более красочной – назад брели мелкими группками или поодиночке те же фигуры, но уже расхристанные и чумазые. Самое забавное было в том, что в тоже время на стройку шли стройбатовцы. Так у них всё как положено в армии – одеты по форме и строем, с флажками по бокам и комвзвода сзади, замыкающим.
Вообще, наш автобат ничем не отличался от любой гражданской строительной организации, но главное сходство – план любой ценой. Ради выполнения плана комбат закрывал глаза на дисциплину, нарушение уставных норм, военную подготовку и прочее. Если план «горел», то объявлялась боевая тревога и мы сутками, без выходных его спасали. А чтобы эти боевые учения хоть как-то походили на военные, нам выдавали карабины без патронов. Мы их, естественно, закидывали под сиденье, чтоб не мешались.
О деньгах. Я слышал не раз, что стройбатовцам платили какие-то деньги, которые им начислялись на сберкнижку, а книжкой можно было воспользоваться только после дембеля. Нам тоже платили какие-то деньги, но ежемесячно и наликом на руки. Я до конца службы так и не врубиля в механизм начисления зарплаты и премий. Помню только сумму – 51 рубль. Кто-то получал и больше, но эта тема мало кого волновала.
День получки давал старт жуткому запою! Для меня, отнюдь не паймальчику, воспитанному улицей 60-х годов это было дико. Солдатики-работяги уходили в запой на неделю… И для меня по сей день остаётся загадкой – как можно было пить неделю на 51 рубль? Ну, наверное, потому, что я в тех запоях не участвовал. И, вообще, в то время был очень правильным мужиком: не пил, не курил, занимался спортом, мечтал и готовился к поступлению в институт. Особенно буйных в подпитии приходилось изолировать на «губе». Мы жили в лесу, в палаточном лагере и стационарная гауптвахта для нас была роскошью. Её заменял железный ящик, вместимостью на два рыла. Стоять там было невозможно – только сидеть на железном полу. И вот в них помещали особенно буйных и держали до полного вытрезвления. За узниками постоянно следил дневальный. Ну, типа, жив он там, не захлебнулся в своём дерьме? Надо отметить, что трезвяк наступал быстро, поскольку ящик находился на улице и колотун в них был не хилый. Конечно, всем провинившимся назначали срок на гауптвахте. Своей губы у нас не было и мы арендовали места в какой-то крутой в/ч в Черноголовке. Там тоже были проблемы с камерами, и из-за этого у нас образовалась длиннющая очередь штрафников. Я, например, не дождался - так и не отсидел свои семь суток, дембельнулся раньше.
Теперь о национальном составе нашего батальона. Нас, русских было всего 15 человек! А всё остальное население легко сгодилось бы для изучения национального состава СССР: Прибалтика, Средняя Азия и Кавказ (включая Северный) были представлены полностью, малые народы Севера тоже присутствовали. В общем, Ноев ковчег. И, как ни странно, хрупкий баланс терпимого взаимоотношения между солдатами разных национальностей сохранялся. Конфликты между нами иногда возникали – точно также как в любой мужской тусовке, но без явного национального душка. А вот с дедовщиной нам не повезло… Вот не заметно её было. Старослужащие-дембеля были, но, чтоб они себя вели, как показывают в нынешних фильма – да упаси Боже! Никто из молоды «старикам» (так в наше время называли дембелей) портянки не стирал, не делал их работу и не был на побегушках. Ну, если самую малость, меньше дневалили или ходили в наряд на кухню. Вообще, хотел бы дать совет юношам, собирающимся в армию – готовьтесь к ней. Занимайтесь спортом, желательно мордобоем во всех его видах (карате, боксом, борьбой) и у вас не будет проблем с дедовщиной. Я, например, пришел на службу разрядником-боксёром, отжимался около 100 раз, подтягивался – 25 раз, двухпудовую гирю жал по 10 раз обеими руками, жим лёжа – 150 кг., на перекладине разве что «солнышко» не крутил и при росте 185 см., весил 80кг. Помнится, в учебке посрамил самого Кошмана, тогда ещё только новоиспечённого лейтенанта, потом ставшего командующим ж/д войсками. Мы как-то занимались физподготовкой на турниках и тут с понтом подходит Кошман и говорит: посмотрите салабоны как надо. Делает склёпочку и переворот с упором. Потом, обращается к нам: ну, кто так сможет? А я ему в пику продемонстрировал десять силовых выходов, исполненных в замедленном темпе (что особенно трудно)… Имея такие физические кондиции, дедовщина как-то и не замечается вовсе.
Вообще-то, отсутствие дисциплины и порядка всегда скверно. В армии особенно. Выручает только самодисциплина – и то с большим трудом. Вот наша палатка, на отдельный взвод – 30 человек. Минимум порядка поддерживался: поочерёдное дежурство, уборка… А в остальном всё плохо. Формально время отбоя существовало, но ложились спать единицы. Остальные продолжали посиделки – непрерывно работал переносной приёмник, на разных столах резались в карты и в домино, кто-то переодевался в гражданку и мотал в самоволку (у нас у каждого в палаточной коптёрке висели гражданские шмотки), другие, разбившись на кучки земляков о чём-то лопотали беспрерывно. Ну и конечно гоняли бесконечные чаи. Понятно, что выспаться и отдохнуть в такой обстановке было невозможно. Именно здесь я потерял способность нормально спать. Взамен получил перманентный недосып и лоскутный сон.
Выходной день у нас был один – воскресенье. Надо иметь в виду, что весь офицерский состав – нет, не вру, правда – буквально весь, за исключением майора-замполита, ещё вечером в субботу садились в санитарку и сваливали в Электросталь к своим любовницам. Ну, понять их можно, семьи то в Рязани, а Электросталь большой подмосковный город с ресторанами, кинотеатрами… Ну, а мы развлекались кто как хотел: играли в футбол-волейбол, бродили по окрестным лесам, кто-то уходил в самоволку, переодевшись в гражданку. Вообще-то, в самоволку бегать надобности по большому счёту не было – девочки из окрестных поселений сами регулярно к нам приходили, т.к. мы устраивали вечера типа дискотеки: жгли огромный костёр, орала современная музыка, можно было танцевать. Периодически случались и неприятные казусы – бывало, почти по целому взводу подхватывали триперок. Ну, это когда платные девушки приходили. Бедный майор-замполит! Он бегал, матерясь от палатки к палатке, увещевал, грозился, но его попросту посылали на х-й. Тогда он запирался в штабе и более не докучал нам. А что он мог сделать? Ну, арестует единственного сварщика, пъяньчугу и дебошира, а утром, в понедельник, на него наорёт комбат и прикажет отпустить арестанта.
О наркотиках. Чтобы у нас кололись, я не видел и не слышал. Но анаша не переводилась. В отпуск у нас уходили регулярно. Напомню, что основной состав был из Средней Азии Азербайджана и Сев. Кавказа. Так вот каждый отпускник привозил с родины огромный шмат анаши! Раздавалась она всем желающим бесплатно и большинство из наших «младших братьев» шмаляли регулярно.
О стрельбах. Чтобы напомнить нам, что мы как-никак солдаты, командиры четыре раза за полтора года пытались вывозить нас на стрельбище, на огневую подготовку. Своего стрельбища мы не имели, поэтому приходилось начальству где-то по другим частям нас пристраивать. Однако, любителей пострелять, а потом полдня чистить карабин находилось очень мало. И когда народ узнавал, что планируются стрельбы, то все разбегались по окрестным лесам – лишь бы не ехать на стрельбище. В итоге, командирам удавалось наскрести едва ли человек 20 «стрелков» (это те бедолаги, кто не успел спрятаться).
Что касается забав, то любимым нашим развлечением летом являлась крысиная охота. При любой кухне, естественно присутствуют крысы. А при полевой кухне их поголовье на порядок больше. Как только наряд и повара сваливают вечером из кухни – крысы тут же оккупируют помещения. И если по-тихому войти и включить свет, то закричишь от ужаса и омерзения при виде сотен серых копошащихся тварей. Крысиное сафари происходило так: мы, вооружившись палками, окружали столовую, по несколько человек входили в каждое помещение и, включив свет, палками начинали дубасить крыс. Крысы начинали выскакивать на улицу (они в столовой не жили – полов то не было – а приходили из леса) и здесь мы с колами начинали их дубасить. Визгу и ора было поболе, чем на стадионе. Ну, кто хоть раз в жизни с палкой ходил на крысу – тот меня отлично поймёт. Крыса ведь загнанная в угол всегда прыгает на человека. На меня так раза три бросались и всегда я в ужасе непроизвольно вскрикивал. В общем, эта охота нервы щекотала отменно. Даже при охоте на волков такого страха не натерпишься…

132

Севе стукнуло сорок пять.
Ничего, вроде, особенного. Не пятьдесят же еще. Да и по внутренним ощущениям тоже мало что изменилось с момента, когда ему было 25 и 35.
Примерно все тоже самое, абсолютно одно и тоже.
И все таки, что то с этого момента внутри надломилось и пошло не так, как было.
В жизни появились раздражающие моменты. Раздражать стало многое и многие: незакрытый кухонный шкаф, немытая посуда, бестолковые водители, телевизор, громкая речь и многое еще, на что раньше он никогда бы даже не обратил своего внимания.
Появились разные привычки и распорядок вещей, нарушение которых ужасно нервировало.
Но больше всего стала раздражать жена. Это угнетало и злило больше всего.
Раздражало практически все, что она делала или не делала, говорила или молчала. Жену свою Сева любил. От этого было еще хуже. Было бы гораздо проще переносить это, если бы у него не было к ней никаких чувств. Но они были. Вернее, остались. И в сочетании с раздражением получался какой то несовместимый коктейль.
Ну и, как дополнение к этому ко всему, стало появляться полное разочарование в своем внешнем виде: появились пузо и одышка при восхождении на второй этаж в своем доме, плохой сон и ужасное состояние по утрам.
"Все-решил он-надо браться за себя"
И в один прекрасный день, вспомнив, что он ежемесячно платит за членство в спортивном клубе немалые деньги, появился там при параде: трусы, носки, часы и галстук, как говорится.
И потихоньку началось втягивание в этот режим и борьба с собственной ленью.
Лень периодически брала верх, и приходилось все начинать с начала. В итоге через месяц появились первые скромные результаты в экстерьере. По крайней мере, подъем на второй этаж проходил незамеченным для организма.
Где то примерно в это же время Сева познакомился с девочкой-инструктором в этом спортклубе.
Девушка была молодая и улыбчивая. Не красивая или сексапильная. Нет. Обычная. Но очень симпатичная и обаятельная. Лет 20-ти, 22-х.
Где то она ему что то подсказала, где то они вместе над чем то посмеялись.
С каждой их новой встречей появлялись какие то темы, которые они вместе обсуждали. Девушка оказалась с юмором и просто умницей. Но самое главное, на чем ловил себя Сева, она его ни то что не раздражала, а как раз наоборот: она говорила именно то, что он хотел услышать и смеялась именно в том месте, где надо было смеяться, не задавала никаких глупых вопросов и не подвергала его рассказы сомнением в их реальности, и не перебивала фразой:"..да ты это уже сто раз мне рассказывал.."
Они делились друг с другом историями из своей жизни и своими личными новостями. После занятий Сева задерживался, подолгу разговаривая со своей новой молодой знакомой.
Девочка всем своим видом показывала, как ему казалось, что он ей интересен и как собеседник, и как мужчина.
Она тоже ему была интересна, но только как собеседник. Никаких планов на её счет он не строил. Во-первых, при определенных обстоятельствах, у него бы уже дочь могла бы быть такого же возраста. А во-вторых, ну не его это все: седина в бороду и прочее баловство.
Хотя интерес к его персоне со стороны такой молодой особы тешил самолюбие очень даже сильно. Стоя в ванной перед зеркалом и, похлопывая себя по пузу, восклицал:"Орел! Боец-молодец! Есть еще на что посмотреть!" И даже в телефонном разговоре похвастал об этом своему армейскому другу.
Как то раз девушка ему рассказала, что лет десять назад погиб её отец и они с матерью живут вдвоем.
Так же она добавила и то, что он, Сева, и по возрасту и по внешнему виду сильно ей напоминает его отца.
"Дела..-подумал Сева-налицо явный комплекс нехватки отцовского внимания.
Однако, надо бы держать дистанцию, что ли"- решил он- а то еще приручится.
Что с ней потом делать? Или влюбится, не дай Бог. Начнутся слезы, рыдания и, никому не нужные, объяснения-выяснения".
Общения продолжались, но, как ему казалось, ситуацию он держал под контролем и ничего лишнего или фривольного не допускал.
Прошло месяца три с момента их первой встречи.
"Мне надо с тобой серьезно поговорить-сказала она в один из дней-давай после тренировки встретимся в кафе в лобби?"
"Началось"-подумал Сева с тревогой. Но виду не подал. В кафе, так в кафе. Тренировка не задалась, какие уж там мышцы, если голова совсем другим занята. В кафе он спустился пораньше и стал с нетерпением ждать. Минут через 15 появилась она. Но шла не одна. Рядом с ней шла какая то женщина неопределённого вида, формы и возраста.
Совершенно непривлекательная тетка. Именно тетка. По крайней мере, про таких так и говорят. Женщинами их никогда не называют.
Поздоровались.
"Познакомься-сказала девушка-это моя мама. Я специально попросила её сегодня сюда прийти, чтобы вы познакомились. Мне кажется из вас получится прекрасная пара".
Сева сначала не понял смысла произнесенной тирады. Но когда осознал, чего от него хотят, собрался и, напряженно улыбнувшись, сказал:" Извини, я разве тебе не говорил, что я женат и у меня в этом плане все в порядке? Ладно, мне надо идти".
Как в тумане он вышел из клуба. Весь путь домой в машине он глупо сам себе улыбался в зеркало заднего вида.
Дома, подойдя к зеркалу, еще раз похлопал себя по животу, усмехнулся:" Орел, ептать!"
Больше в спортзал он не ходил и по поводу своего внешнего вида не парился.

133

Флотская история2. Про заморских гостей и зарплату лейтенанта.
Место действия - г. Владивосток. 1994 год.
Одно время, в порт Владивостока ежегодно на протяжении 5-6 лет заходил с дружественным визитом Десантно-вертолетный корабль-док USS Dubuque ВМС США. Это было незабываемым событием для жителей города и военных каждый раз когда он приходил. На пирсе 33-го "придворного" причала, прямо напротив штаба ТОФ, жителями организовывалась стихийная ярмарка по продаже советской военной амуниции и символики, формы одежды, матрешек с балалайками и подобной туристической ерунды для америкосов. Военные же при этом, как всегда, проводили строевые смотры и оргпериоды, усиливали и поднимали бдительности с боеготовностями, нас собирали на воспитательные (партия КПСС к тому времени развалилась) беседы о мерах по пресечению и недопущению, моральном облике российского офицерства и прочее и прочее и прочее... В общем, жители получали дополнительный доход, некоторые молодые жительницы умудрялись получить ночку-другую увлекательных приключений с вероятным противником, военные же получали как всегда очередной геморрой, связанный с приходом в порт супостатов.
Визит длился неделю, иногда более. И если поначалу все было нервно и строго (у военных естественно), то к концу визита страсти поутихали и в общем-то жить было можно.
Во время такого визита я, будучи молодым перспективным лейтенантом, начальником химической службы в береговой учебке (ох, не зря военная поговорка гласит: полк без химика, что деревня без дурака), по оказии находился во Владивостоке по делам службы. Dubuque стоял у пирса со всеми флагами рассвечивания, у трапа вахта из негров морпехов, на палубе два двухвинтовых невиданных доселе вертолета. Красота!
Дело в том, что в то время мост на о. Русский еще не построили, а рейсовый катер до моего поселка на нем ходил три раза в сутки. И я, освободившись от дел службы, праздно шатался недалеко от вокзала морских прибрежных сообщений в ожидании катера. До отхода катера было еще часа четыре, и по счастливой (а как же ее еще назвать) случайности я встретил своего сослуживца, который тоже находился в городе по делам. Дима, так звали этого здоровенного лейтенанта - выпускника тылового училища, был тоже молодым и тоже, как и я, был не чужд попить пивка (с водочкой естественно) в какой-нибудь недорогой городской забегаловке. Дабы скрасить время ожидания, мы решили посетили несколько таких питейных заведений, периодически выпивая то по 100 гр. водки, то по 0,5 пива. Таким незатейливым образом мы добрались до очередной тошниловки на улице Светланской (бывшей Ленина). Хотя в нас сидело уже довольно приличное количество горячительного, молодой организм требовал добавки.
С порога нас ожидал сюрприз. Точнее, целых 5 сюрпризов в лице военнослужащих ВМС США в звании от рядового до штаб-сержанта. Они сидели за круглым столиком и потягивали баночное (0,33 хольстен, как щас помню) пиво, заедая какими-то чипсами. Увидев нас, они в один голос дружелюбно закричали: "..Oh! Russian officers! Come and join us!!!..." (о! русские офицеры! Давайте к нам!) Видно, им было весело и захотелось дополнить веселье неформальным общением с вероятным противником. Так как в нас уже плескалось литра по два пива и грамм по 300 водки, предложение присоединиться к американскому застолью было принято мгновенно. Перемежая ломанный английский с исконно русскими идиомами, мы подсели к американцам и с удивлением обнаружили, что на столе только пиво, и его мало, и нам стало грустно. Я предложил выпить за знакомство русской водки. Поначалу америкосы немного сопротивлялись, но увидев нашу настойчивость, и поняв что "на халяву", согласились. Нарисовалась официантка, и мы (с барского плеча) заказали литр нашей водки "для начала". Увидев емкость на столе, американцы предприняли вторую попытку отказаться, но повторно претерпели неудачу. Ну действительно, что такое для взрослого мужика меньше 150 гр на человека? Слезы! Веселье продолжалось, разговор стал веселее и непринужденнее, и в пылу разговора Дима спросил у штаб-сержанта (здоровенного негра Джона, неплохо говорящего по-русски - сказал, что бабка из революционной России уехала, поэтому и говорит) сколько получает рядовой морпех на их корабле. Получив в ответ какую-то сумму с уточнением - в неделю, наш мозг из-за количества выпитого уже не смог преобразовать эту цифру в месячное жалование. Морпех (тоже уже изрядно теплый) достал калькулятор и минуту понажимав кнопки, показал нам результат вычислений. Получилось немногим более 1 300 USD в месяц. Мы почтительно покивали головами, пробормотав "неплохо, неплохо". Джон оказался любопытным парнем и спросил сколько получает лейтенант русского флота. Я ответил - 100 долларов. Заметьте, я даже немного приукрасил, потому как в то время зарплата лейтенанта немного до 100 не дотягивала. Джон улыбнулся в ответ и переспросил - в день? Я отрицательно покачал головой. В неделю!? Лицо у Джона потеряло улыбку. В месяц, ответил я. Повисла пауза. Американцы сидели, выкатив глаза с недоуменными лицами. Где-то секунд через 10 Джон начал улыбаться, потом захихикал, а потом закатились все американцы. Увидев наши возмущенные лица, Джон прокомментировал: я понял, вы не хотите выдавать! Это у вас военная тайна!!!
Теперь настал черед биться в истерике нам!!! Мы ржали как ненормальные и никак не могли остановиться... Сознание того, что вероятный противник посчитал нашу зарплату шуткой, вылилось в пьяный гомерический хохот...
Расставались мы с объятьями и пожеланиями никогда не стрелять друг в друга. Нормальные кстати парни оказались, малость не крепкими к алкоголю, но что с них взять... одно слово - америкосы :))))

134

Оговорюсь сразу, я - мужик "под пятьдесят", всю сознательную жизнь топтал сапоги в геологоразведке, всего насмотрелся и многого натерпелся, меня трудно удивить или пронять. У меня взрослые дети и внуки на подходе. С 18-ти лет считаю себя сибиряком, с того момента как попал сюда на срочку, хотя сам родился и вырос в пригороде Ленинграда. В общем, солидный серьёзный дядя, не привыкший к сантиментам.

А тут...

Пригласил меня с семьёй брат, на малую Родину. Он после смерти матери переехал из Питера жить в родительский дом. Поводов для встречи была уйма, предстоящее пополнение в семье, совпавшие отпуска, переезд, новая машина и самое главное, очередные звёздочки. Большая семья, большое застолье, женщины суетятся на кухне и возле стола, мужики (сыновья и зятья) заведуют шашлыками и грилем. И вот уж всё накрыто и холодненькая в запотевшей бутылочке терпеливо ждёт, все почти расселись, как меня тихонько берёт под локоть брат и молча уводит в дом.

-"Мне надо тебе кое-что показать", - с этими словами он повел меня на чердак и там присев на корточки возле старого коричневого чемодана достал какой-то сверток.

- "Разверни".

Тут стоит ещё раз оговориться, мой младший человек прямой и серьёзный и он не склонен к загадкам. И поведение его настораживало, ровно до того момента как я вынул из тряпицы красного деревянного слона.

Простая игрушка на подставке с потускневшим рисунком и сколом, старательно закрашенным карандашом. В горле вдруг запершило, защипало в носу, ноги предательски опустили меня на тот пыльный чемодан.

Когда-то давно, 40 лет тому назад в этом самом доме наш отец привез нам эту фигурку из какой-то далёкой страны, он ходил старпомом на сухогрузе. Видели мы его редко, чаще читали его письма или рассматривали присланные открытки. Зато каждый раз, возвращаясь домой, он дарил нам что-нибудь эдакое, доселе невиданное, редкое, чего ни у кого не было. И в этот раз это была фигурка деревянного слона, ярко-красная с золотым рисунком, из какой страны он его привез так и осталось тайной.

Мне было 9, младшему 7. Специально или нет, но так вышло, что отец приехал на мой день рождения и я считал слона своим подарком, прятал его под подушку на ночь, забрасывал на шкаф, когда уходил гулять, в общем, жадничал и не делился. На все увещевания со стороны родителей - просил отца привезти брату другую фигурку, и папа, кажется, согласился.

В очередной раз отец уехал в ночь (как рассказывала мама - срочно вызвали) и мы даже не смогли попрощаться, просто проснулись, а его уже нет. Привыкшие к длинным разлукам мы недолго расстраивались и жизнь текла дальше своим чередом. Месяц, два, три. Сперва мы стали замечать волнения матери, затем оно передалось и нам. Вот уже третий месяц не было писем, открыток и телеграмм, так бывало, но очень-очень редко. Через пять месяцев маму вызвали. Сказали, что связь с судном давно пропала и корабль и экипаж считаются пропавшими без вести, и отец тоже. Тогда о таком не сообщали по радио, не писали в газетах. Позже брат, уже имея служебные связи и возможности, пытался узнать подробности, но информация оказалась засекреченной и ему тонко намекнули о тщетности попыток. Могилы у отца так никогда и не было.

Сейчас я уже не помню как мама нам об этом рассказала, помню лишь, что плакал вечерами под одеялом и просил папу вернуться, что не надо везти другую игрушку, что мы будем играть вместе этим слоником... И мы играли, спали с ним под подушкой по-очереди, а потом он ещё долго стоял у нас на полке...

Посмотри на нас кто со стороны - показалось бы, что два взрослых мужика, полковник юстиции и старый сибиряк, ревут, обнявшись над потертой деревяшкой. Я не мастер слова, чтобы описать моё состояние в тот момент, но в этот вечер на пыльном чердаке плакали два мальчика девяти и семи лет. Плакали почти навзрыд, никого не стесняясь.

135

Сейчас почему-то страшно отпускать детей на улицу одних - вдруг собаки покусают, или машина собьет, или потеряется. Маньяки всякие.
В связи с этим вспомнилось свое детство...

Любимой забавой были костры. А костры это...
*Это в первую очередь шифер. Шифер в костре очень хорошо хлопает и разлетается. Однажды мне прилетело этими осколками в лицо - месяц ходил словно в оспинах.
*Еще костры - это пустые (и не только пустые) аэрозольные балончики. В основном почему-то из-под дихлофоса. Но однажды мне попался большой и почти полный балон от лака для волос. Помню, летело высоко и далеко, с характерным белым следом. Проблема была в том, что неизвестно в каком направлении и какой частью вперед полетит этот баллон.
*Если не было балончиков - не беда. Берем трубу побольше, одну часть загибаем молотком или обухом топора. Наливаем туда воды и забиваем второй конец трубы деревяшкой поплотнее. Опять же в костер. Когда вода закипит, то деревяшка вылетает как пробка из шампанского - хорошо летит, красиво. Только ждать долго приходится.
*Еще у родителей-охотников тырили капсюли к патронам. Опять же в костер. Ну или в бумагу с "селитрой". "Селитру" готовили из просроченных удобрений. Разводили их в воде, мочили в растворе газету, сушили. Газета после этого не горела, а тлела как бикфордов шнур. Внутрь капсюль, бумажку поджигаем и бросаем. Сейчас для этого есть петарды, а тогда мы их делали сами!
*Самым популярным взрывчатым веществом была "сера" с головок спичек. Насыпалась в пустые гильзы и просто какие-то трубки - неплохо бабахало в целом.
*Еще делали взрывные болты. Берется два болта побольше и одна гайка. Оба болта соединялись одной гайкой. Между ними заблаговременно насыпалась всё та же "сера". Кидалось в стену из-за угла. "Сера" детонировала и болты разлетались в разные стороны. Поэтому сразу после броска надо спрятаться за укрытие.
*Еще были пугачи. Медная трубка загибалась под прямым углом. Одна часть расплющивалась, внутрь заливался свинец из аккумуляторов, чтобы было ровное дно. Внутрь насыпалась опять же "сера". Брался гвоздь и также загибался под прямым углом. Расплющенный конец трубки и гвоздь соединялись резинкой. Острый конец гвоздя упирался во внутрь трубки. При нажатии на резинку гвоздь соскальзывал вниз и бил по "сере" - получался громкий хлопок. Если свинца было залито недостаточно, такой пугач мог разорваться в руке. Слава богам, меня сия участь миновала.
* Если где-то была стройка, значит была и сварка. Сварка тогда в основном была газовая, а газовая сварка - это всегда остатки карбида. Наливалась вода в майонезную банку, туда же карбид и быстренько закрываем крышкой и бросаем подальше. Часто взрывалась еще в воздухе. Как никому не прилетало осколками - загадка.
* Был более "мирный" способ запускать банки. Берешь собой "селитрованую" бумагу, банку и идешь на болото. Если наступаешь на кочку, а там бурлит - это метан. Метан набираешь в банку. Ставишь на бумажку и поджигаешь. Летало на насколько метров вверх. Банки, как правило не лопались - многоразовое использование.
*Запомнились самострелы из спичек. Брался какой-нибудь брусок. В него забивались два гвоздя с таким расчетом, чтобы целая спичка не пролезала между них, а сгоревшая - пролезала. Еще два гвоздя для резинки. В гвозди упирали спичку, натягивали резинку и сверху чиркали коробком - горящая спичка выстреливала вперед.
Рогатки, механические самострелы, самодельный лук и стрелы, стрельба рябиной из велосипедных насосов, стрельба картошкой из из пустых трубок, только появившиеся одноразовые шприцы в виде водяных пистолетов - чего только не было в моём детстве. А мне страшно отпускать своих детей одних на улицу. Хотя может поэтому и страшно...

136

Рассказ услышал от хорошего знакомого. Парень служил в Афгане 89 году. Для простоты история от первого лица.
-Попал я в подразделение охраны на авиабазе в Баграме после учебки. Обстановка была серьезной и дедовщиной не пахло, хотя на Большой земле было по другому.Через полтора месяца службы при смене караула один из бойцов посеял автомат. А произошло это так. К нам к посту подходили местные подростки и меняли дыни и арбузы на значки и всякие побрякушки, но так вся база была окольцована полосой минного заграждения, то фрукты нам кидали через эту полосу, ну и мы в ответ тоже. В тот день срочнику парнишки притащили огромный арбуз - явно не смогут перекинуть через полосу. Тогда солдат пошел показывать место где эта полоса по-тоньше. Калаш естественно остался в будке. И тут служивый увидел как маленький афганец взяв автомат аккуратно переходит минное поле, похоже также он и пришел.
Самое интересное началось потом. Оружие конечно было потеряно.
Солдату впаяли 10 суток ареста. Но так как командирам бы тоже не поздоровилось, то в Центр ушло донесение о якобы локальном нападении на пост охраны, в результате постовой потерял сознание и у него духи забрали автомат, а солдата оставили думая, что он убит.
Из Москвы пришел наградной лист о награждении героя медалью "За отвагу". Деваться некуда - пришлось начальству на построении поздравлять горемыку.Самое паршивое, что он ходил грудь колесом с побрякушкой.
Правда потом всех отправили дослуживать в Куйбышев,а этого гада в Читу.

137

Как я мошенников троллил. Я по своей натуре человек немного образованный. Даже знаю как правильно -тся -ться писать. Знаю, что земля круглая, что яблоко не Птолемею, а Ньютону на голову упало. А еще я ходил в школу когда-то. И был у нас такой очваж важный предмет, как химия. А на ней рассказывали много интересного. А жена моя пошла еще дальше — закончила Менделеевку. И не просто Менделеевку, а магистратуру. Мы своими четырьмя вышками на двоих не выеживаемся, лежат дипломы в шкафу, пылятся. Но в один прекрасный день они нам понадобились. По городу давно ползали прокаженные, проклятые всеми разведенными людьми мошенники, которые представлялись работниками водоканала и приходили типа «проверять качество воды». На самом деле, они хотели только путем навешивания лапши отнять у бедных пенсионеров и нешарящих людей денег за свой супер-пупер-пипец-распипец фильтр, который судя по цене должен не только фильтровать воду, а по желанию главы семейства делать ему минет. Я коротко опишу для тех, кто не в курсе, каким образом происходит алгоритм их работы. Приходит к вам в квартиру тело, представляется работником водоканала, хотя по виду оно только вчера ссало у подъезда, бухало водку и лузгало семки. В арсенале 2 прибора — один из которых электролизер, а второй замеряет солевой баланс воды. Берется вода из под крана, из фильтра-кувшина, из унитаза — не суть. Опускается солемер в воду, показывается какой-то результат в зависимости от калибровки и начинаются причитания: да у вас вода хуже сточных вод! Да вы завтра умрете от заворота почек! Да ваш ребенок и года не протянет! Подтверждая свою теорию, достают электролизер, на нем несколько металлических палок. Окунают эти палки в воду, аки хрен в мед, и включают адскую машину в сеть. Происходит электролиз, палки на приборе взаимодействуют с растворенными в воде элементами периодической таблицы менделеева, коих в воде намешано предостаточно, и выпадает осадок. После этого пенсионеры обычно теряют сознание, у мамочек пропадает молоко, хомяки и морские свинки просто сдыхают. Дэвид Блэйн произносит удручающую фразу: «Видите что вы пьете?», опосля чего лезет в закрома и достает оттуда шкалик с водой, которая набежала из чудодейственного фильтра, который стоит у него дома. Ясельным детям понятно, что он опускает оба прибора в свою баночку, и никакого осадка не выпадает, и другой прибор не зашкаливает, и вода блестит на солнце, и падает от этой воды на стол радуга (стакан, сука, специально при случае на солнышко ставит, чтобы свет преломлять). Пидор лезет в свой портфель и достает талмуд с описанием работы чудо фильтра, до фига времени рассказывает про его достоинства, и наконец добивает жертву, что именно сегодня и именно для него скидка. Почти 200 рублей. (при стоимости девайса от 40 тыщ и до бесконечности). Жертва кидается либо к заначке, либо в банк брать кредит, дальше рассказывать нет смысла, есть куча форумов, на котором жертвы плачут и говорят, что их обманули. Это преамбула. Дальше открывается занавес. Ясным весенним солнечным днем, мне позвонили, назвали по имени-отчеству (вот суки), и сладким голосом сказали, что завтра ко мне придут работники водоканала проверять качество воды, потому что они заботятся о моем здоровье. Я от счастья чуть не наложил в штаны. Счастье было огромным, у меня в запасе были сутки и я успевал подготовиться. Радостно сказав, что я буду их ждать с нетерпением, я пошел готовиться к представлению. Продуктовый магазин был почти пуст. Я купил там мелкой йодированной соли. Потом зашел в автомагазин и купил 10 литров дистиллированной воды, плюс маленькую литровую бутылку (кто не в курсе, в такой воде электролиз не работает, и именно она выступает у них в роли отфильтрованной воды). В хозяйственном магазине купил шланг для смесителя, а маленький компрессор и большая герметичная емкость у меня уже была. На следующее утро я открутил горячую воду в кухне от водоснабжения, прикрутил к смесителю вместо нее шланг, по которому в него подавалась дистиллированная вода под давлением (компрессор + герметичный сосуд, в который я пустил шланг). Литра три точно вытечет. Маленькую бутылку с дистиллятом я аккуратно открыл и очень круто посолил, не забыв потом аккуратно закрыть, типа новая, девственная бутылка. Все было готово к встрече гостей. Я ждал. Ясный весенний день радовал всех: трахающихся кошек, воробьев на ветке, детей, запускающих в ручьях кораблики, и меня, удава, поджидающего жертву, которая сама пока чувствовала себя удавом, подбираясь к моей квартире. Зазвонил звонок. Я с улыбкой открыл дверь, там стоял мужичок лет 25-30, в кожаной курточке и портфелем в руках. Ну заходи, сука! — подумал я, ща я тебя поимею. Я ему улыбнулся и пригласил на кухню. Представление началось. Первый акт я бы назвал подготовка смазки жертвой. Паренек минут 10 пытал меня, слежу ли я за своим здоровьем, сколько денег в месяц я готов потратить на здоровье, ссал в уши и вел себя очень уверенно. Я пока прикинулся тупым двоечником и отвечал на его вопросы, чтобы он подумал, что я повелся. Он достал 2 прибора. От мысли, что я угадал с приготовлениями, и через некоторое время он будет стоять в дерьме по уши, а я буду срать сверху и громко смеяться, я улыбнулся. Он заметил и спросил, что я улыбаюсь. Я ему сказал, что не видел таких хитрых приборов и интересно, как они работают. Чувак окончательно расслабился. Я сказал, что в последнее время вода из под крана у меня идет хорошая, кошка пьет только ее, и кошачья моча даже перестала вонять. Он попросил набрать воды из крана. Я набрал в стакан дистиллированной воды из емкости под умывальником. Он опустил приборчик в воду… и завис без выражения эмоций, как фригидная макака. Показания явно не сходились с тем, что он ожидал увидеть. Программа дала сбой. На моем лице появилась улыбка. Я спросил, что значат показания. Он решил, что я совсем идиот, и сказал, что прибор показывает количество плохих веществ в воде, хотя за несколько минут до этого, описывая прибор, говорил совсем другое. Я попросил показать мне прибор, на нем была шкала для наглядности. Дистиллят показывал отличный результат. Парень занервничал. Потом он попытался провести электролиз дистиллированной воды, но ни осадка, ни изменения цвета воды не обнаружил. Программа трещала по швам. Чувак реально начал офигевать. Он потерял контроль и раскололся. Он спросил, у вас что, дистиллированная вода в кране идет? Я был готов к этому вопросу. Начинался акт 2, доминирование и унижение. Я его спросил, почему он так считает? Он сказал, что такая вода бывает только после их фильтра, либо дистиллированная. Я честно сказал, что фильтра у меня не стоит, зато есть бутылочка дистиллированной воды, которую я заливаю в утюг, и спросил, можно ли померить волшебным приборчиком ее? Последней его ошибкой было согласие на мое предложение. Я принес из комнаты бутылку круто посоленной дистиллированной воды. Он опустил в нее свой прибор, он зашкалил, отрубился, и больше не включался. На такое количество соли эти приборы не рассчитаны, получилось равноценно тому, если бы медицинский термометр с пределом 42 градуса опустили бы в кипяток. Чувак расстроился. Наставало время кульминации Я сказал, что у меня на стояке стоит краник, который очищает воду от всех вредных примесей. Отвел его в туалет и показал. Он не поверил. Я достал из шкафа 4 диплома и сказал, что мы с женой придумали его сами. Предложил набрать еще раз воды из под крана, и сунуть оставшийся работающий прибор в нее. Он почему-то отказался, сказал, что ему надо идти, собрался и ушел. До бумажек с его чудо-приблудой и шкаликом дистиллята у него в портфеле дело даже не дошло. Подводя итоги, скажу, что получил громадное удовольствие. Очень дорого стоят глаза мошенника, когда он понимает, что его развели. Так что если к кому придут такие — вы знаете, что делать!
ZimA

138

Мишка, друг мой, работает психиатром в областной больнице. И, как у любого психиатра, у него есть интересные пациенты и случаи из практики. Их не так много, как кажется, но попадаются прямо персонажи из кунсткамеры. И не все они такие уж и забавные, люди не от хорошей жизни лишаются рассудка, и уж точно не по своей воле. Например, он рассказывал о женщине. Встретишь ее на улице — и не поймешь, что что-то не так. Идет себе с коляской, улыбается. Иногда посюсюкает малыша, покачает его на ручках. А подойдешь ближе — это и не ребенок вовсе, а кукла в тряпье. Тронулась рассудком на почве трагической гибели дочери. После излечения женщина стала несчастнее, и выглядеть хуже, чем до. Вот и думай после этого — что лучше? Жить в иллюзии или в реальности?

В семь вечера, как по расписанию, в мою холостяцкую берлогу завалился Миха, бренча бутылками в пакете. Нехитрый стол для домашних посиделок уже был накрыт. Все как обычно — вобла, бутерброды и пивко.

— Задам тебе вопрос, — задумчиво протянул он. — Ты знаешь о теории «многомировой интерпретации»?

— Многомировой…что? — спросил я.

— Это одна из множества теорий квантовой физики. Она говорит о том, что возможно, существует бесконечное множество миров, похожих на наш. Отличия могут быть как и вовсе незначительными — например, в одном из миров ты поел на ужин сосиски, а в другом рыбу. Так и глобальные настолько, что не только наш мир может быть другой, но и вся галактика или вселенная, — закончил объяснять Мишка.

— Так и знал, что ты свихнешься на своей работе. Не зря есть такой анекдот: «В психбольнице, кто первый надел халат — тот и психиатр».

— Да ну тебя. Пытаешься просветить невежду, а тот еще и психом тебя называет. Как бы то ни было, именно с этого вопроса начал пациент, о котором я хочу тебе рассказать.

* * *

— Да, я знаю об этой теории. Но я хотел бы поговорить о том, ради чего, вы собственно, пришли? — спросил я у молодого, прилично одетого парня, пришедшего ко мне на прием.

Бегло пробежался глазами по его медицинской карте: 25 лет, ранее на учете в психдиспансере не стоял. В возрасте 19 лет произошла травматическая ампутация мизинца правой руки на производстве. Дальше шли стандартные ОРВИ и гриппы.

— Понимаете, есть два варианта событий, который со мной происходят. Либо это теория верна, за исключением того, что эти миры на самом деле пересекаются. Либо я сошел с ума и мне нужна ваша помощь, — он говорил спокойно, не проявляя признаков тревоги или страха. Стало понятно, что его поход ко мне был тщательно обдуман.

— Давайте, вы мне расскажете обо всем, что вас тревожит или беспокоит, а я после этого постараюсь подумать как и чем вам помочь, — честно говоря, он был последним пациентом в этот день. Так что я хотел побыстрее закончить и пойти домой.

— Начну с тех моментов, когда это началось, но я еще ничего не замечал или не придавал этому значения.

— Как вам будет удобно. Чем больше я знаю, тем лучше, — моя надежда уйти пораньше мгновенно погасла. Придется выслушать все, такова уж моя работа.

* * *

— Это началось три года назад. Однажды я вышел из дома и заметил, что что-то не так. Такое чувство бывает, когда приезжаешь в знакомую квартиру, а там убрались или что-то переставили. Ты даже точно не можешь сказать, что именно изменили, но чувство не пропадает. Когда я начал анализировать тот момент спустя два года, то вспомнил, что во дворе дома всегда рос дуб. Могучий, с толстыми ветками и мощными корнями. Я еще вспомнил, как в детстве собирал желуди под ним. А сейчас там росла лиственница! Такая же большая, и даже внешне похожа, но деревья совершенно разные!

Люди очень боятся менять свой привычный мирок. Им проще поверить в ложь, которая поддерживает его существование, чем в правду, которая его разрушит. Также поступил и я, убедив себя, что никакого дуба и не было, будто там всегда росла лиственница. Вспоминая все моменты потом, я понимаю, каким глупцом был. Постоянно убеждая себя не замечать истины, не веря своим глазам и воспоминаниям, я все ближе подходил к катастрофе.

После этого было еще много таких моментов. Многие были настолько незначительны, что я их и не помню. Расскажу о нескольких запомнившихся. Как-то раз, идя с другом, вспомнил о жвачке «Таркл», которую мы с ним часто покупали за рубль в ларьке. Внутри были еще переводные татуировки. Друг удивился, сказал, что они назывались «Малабар». Причем я был просто уверен, что он надо мной прикалывается. Дома погуглил — и верно, «Малабар»!

Потом был знакомый с рок-концерта, который не узнал меня и все удивлялся, откуда у меня его номер телефона и имя. Такие события с каждым разом происходили все чаще, а изменения все сильнее. Я уже не мог постоянно их оправдывать своей забывчивостью или изменчивой памятью. И все же старался просто не думать об этом. Я берег свой маленький мирок до последнего. Даже когда он весь был в заплатках и трещал по швам.

Последнее событие не было неожиданным, скорее наоборот, вполне предсказуемым, если бы я не был таким упертым ослом. Когда я пришел домой, меня застала непривычная тишина и темнота. Не было ни вечных диалогов героев сериала из телевизора, ни шкворчания или бульканья готовящихся блюд с кухни. Ни, что самое главное, приветствия моей любимой жены, Светы. Если она ушла гулять с подругами, то обязательно бы оставила записку, отправила смс или позвонила. Позвонить ей сразу мне не дало понимание, что дома все не так. Не было стенки, которая ей так понравилась, что я ее сразу купил. Вместо нее стоял мой старый комод. Более того, не было вообще ничего из ее вещей или того, что мы купили вместе. Из шокового состояния меня вывел телефонный звонок:

— Ты куда ушел с работы?! — по голосу я узнал своего начальника с прошлой работы, откуда я ушел пару лет назад и устроился на другую, по рекомендации тестя.

— Я же уже давно уволился, вы о чем? — недоумевал я.

— Ты там головой не ударился? На сегодня прощаю, но следующий такой раз, на самом деле будешь уволен.

Все произошедшее просто не укладывалось в голове. Не помню, сколько прошло времени, прежде чем я успокоился, и моя голова начала снова работать. В первую очередь я позвонил на свою работу, знакомым, друзьям, Свете. На работе обо мне ничего не знали. Друзья и знакомые даже и не знали, что я женился, хотя все они присутствовали на моей свадьбе. А Света… Света меня просто не узнала, или сделала вид, что не знает. Ее понимание того, что я о ней знаю, сильно напугало ее. После этого ее телефонный номер оказался недоступен.

Когда я успокоился, то начал анализировать происходившее со мной ранее. И мне пришли в голову две идеи: либо я сошел с ума, что наиболее вероятно, либо я каким-то образом путешествую между мирами, незаметно переходя из одного в другой. Эти миры мало чем отличаются, просто в одном был дуб, а в другом лиственница, в одном была жвачка «Таркл», а в другом «Малабар». И, наконец, в одном из них я опоздал на автобус, закрывший двери перед моим носом, и познакомился на остановке с прекрасной девушкой Светой. А в другом мире я, наверное, успел на этот треклятый автобус и проводил ее взглядом. Я бы мог снова найти ее, начать встречаться и снова жениться на ней. Но какой в этом смысл, если я сумасшедший или путешественник между мирами?

* * *

Я много слышал печальных историй, видел матерей, убивших своих детей, посчитав их демонами во время обострения и после этого безутешно рыдавших, многое я повидал. Но о таком слышал впервые. На первый взгляд он сам придумал эти «другие» воспоминания, пытаясь сбежать от одинокой действительности. Но многое не сходилось. Предположим, телефоны и имена он узнал каким-то образом, но тогда почему он так много знает о своей «жене», если она с ним не знакома? Мутная история.

Я посоветовал ему побольше пообщаться с друзьями, узнать, не было ли у него травмирующих воспоминаний и откуда он мог узнать столько о Свете. Быть может, он знаком с ее мужем или родственником, узнал все о ней и заставил себя поверить, что она его жена. Я пожал ему руку и попрощался. Больше он на прием не приходил.

Его талон так и висел незакрытым, так что я позвонил, на оставленный им номер телефона. Тот, узнав кто я, и по какому поводу звоню, сильно удивился. Как он начал утверждать, ни к какому психиатру не ходил, ни о какой жене он не знает и посчитал, что его разыгрывают друзья. Но я все-таки уговорил его прийти на прием.

Когда Сидоров пришел и протянул мне руку, я вдруг вспомнил деталь, укрывшуюся тогда от меня. У этого Сидорова не было пальца, как и было написано в его карте. Но в тот, первый прием, увлеченный рассказом пациента, я не придал значения тому, что все его пальцы были целы.

* * *

После этого рассказа Мишка замолчал, и мы пили пиво долгое время в тишине. Мы оба думали об одном. Есть ли миры помимо нашего? Если они есть, то какие? Какие решения принимали мы там?

— А помнишь, как я сорвался с ветки и сломал ногу? А ты тащил меня на горбу добрых два километра? Представляешь, мои родители не помнят об этом, — решил сбавить напряжение я. — Может, коллективная амнезия?

— Нет, не было такого, — удивился Мишка.

Мы тревожно посмотрели друг на друга, но ничего не сказали. Никто из нас не захотел разрушать свои мирки.

139

"купил елку прям перед 31, вот теперь обратно в магазин несу, постояла, порадовала нас, пора и честь знать, верну её, 14 дней-то еще не прошли...!

Помню, перед относительно долгой зарубежной командировкой в моей старой дорожной сумке прямо при финальных сборах что-то оторвалось. За 3 часа до отлета самолета пришлось бежать в ближайший магазин и покупать там единственную имевшуюся пристойную дорожную сумку, да еще втридорога (за 5 тыс рублей! красная цена была ей тысячи две). Все 13 дней командировки (несколько перелетов из страны в страну), как только я смотрел на эту новую сумку, меня активно душила жаба, хотя я себя и уговаривал, что другого выхода у меня просто не было перед отъездом - ну, не с мешком же из-под картошки ехать за границу... За время командировки уже почти смог себя уговорить и привыкнуть к сумке.
И вот финальный перелет домой.
Получаю багаж в Шереметьево - у сумки отлетела декоративная клепка. Я приезжаю домой, быстро вытаскиваю чек за сумку, благо он не успел никуда потеряться, освобождаю сумку от своих вещей, и бегом бегу с пустой сумкой в магазин, куда успеваю за 15 мин до закрытия (на следующий день уже истекали 14 суток).
Выражение лица продавца, вынужденного принять дефектную сумку и вернуть мне мои деньги, я запомнил надолго. Боюсь, что мою радостную рожу (человека, который взял сумку как бы в прокат на 2 недели и пользовался ей совершенно безвозмездно, то есть даром) он тоже запомнил надолго. На всякий случай, я в этот магазин больше за сумками не ходил...

140

Где-то сегодня прочитал очередную историю про детей в самолете и вспомнилось.
Года три назад летели мы с сыном в Египет. Ему тогда 9 лет было. Самолет большой, 3-4-3 сидения в ряд. Вот мы и летели там, где 4. У нас было два крайних места у прохода, а рядом сели мама лет 30-ти с дочкой. Ничто не, как говорится, предвещало. Только они сели, мама стала названивать кому-то, чтобы ее собеседник срочно смотался с другого конца Москвы в аэропорт, из которого мы улетали и аннулировал кредитную карту, которую эта дама только что оформила, сама не понимая зачем. Она просто беседовала с сотрудником банка от безделья, ожидая самолета, и вдруг оно само оформилось. А в самолете мадам стали терзать смутные сомнения. Согласитесь, этого было достаточно, чтобы привлечь к ней мое внимание.
Пока леди общала телефон, ее дочь примерно 5-6 лет разрисовывала фломастером мамочкины джинсы. Мамочка обратила на это внимание, когда было уже совсем поздно. Причем, единственное, что она сказала, было: "Дочка, ну, нельзя же так!" А вот затем девчушка стала отжигать. Она попеременно билась в истерике лежа на полу, хватала маму за волосы в гневе из-за того, что мама что-то ей не дала, залезала на спинку(!) сидения и лупила ногами мужика на заднем сидении, т.е создавала праздник окружающим. Наконец-то этот монстр обратил внимание на самую доступную цель - моего сына, сидящего рядом с ней.
А надо сказать, что мой сын лет с пяти запоем читает. Надо мной в школе и то издевались, что я каждый день в библиотеку ходил, хотя до сих пор пишу с ошибками, а этот и меня переплюнул. Он ВЕСЬ полет сидел и спокойно читал. Монстр уперся в него руками и стал выпихивать с сидения. Я обратился к матери, уже понимая, что услышу в ответ. Та, презрительно оглядев нас, сказала дочери: "Видишь, дочка, мужчины уже в таком возрасте все козлы, ничего от них не дождешься", и мне: "А ваш ребенок мог бы и уступить!". Что, бля, уступить? Еще одно место освободить? Есть какая-то грань, за которой на наглость уже не злишься, она вызывает изумление и смех.
Потом девочке, видимо, вставили моторчик в жопу, и она стала носиться по проходам, сметая стаканы, еду и другие вещи пассажиров.
Это было уже при подлете к Хургаде.
Ради чего, собственно, пишу-то. Ради одной фразы, которую эта яжематьонажедочь произнесла, когда мы уже приземлились. Она, еще раз презрительно оглядев нас, сказала: "У всех дети как дети, играют, бегают, только ты дебила вырастил, он у тебя весь полет сидел и читал как дурак!"

141

Принцип Лоскута.

В те далекие застойные годы, когда за вареной колбасой выстраивалась огромная очередь из-за того, что деньги на нее были у всех, даже у простых пенсионеров, а квартплата была чисто символической и этим лишь подчеркивала скорое наступление коммунизма, в наших магазинах появились кафетерии, оборудованные югославскими кофеварками и отечественными миксерами «Воронеж».
Заведения пользовались огромной популярностью у непьющего населения города. Здесь можно было быстро и недорого перекусить бутербродами, предварительно выковыряв пальцем жир из «Особой», и запить томатным соком, разбавленным водой или полупрозрачным кофе захимиченным из пережженного сахара. Место буфетчицы всегда считалось непыльным и денежным, и симпатяжки устраивались на него по большому блату, обычно через собеседование на продавленном директорском диване.

О том, что торговое оборудование приносит неплохую личную прибыль, эти барышни особо не скрывали, и когда ломался их золотопечатный станок, на поиски единственного на весь город специалиста по ремонту снаряжался прикормленный таксист, который по кругу объезжал все торгмонтажевские участки, бендежки и нычки в надежде отыскать механика по имени Лоскут.

Клиенты и сослуживцы уважали Лоскута за обходительность и обстоятельный подход к работе. Любая маленькая неисправность в его умелых руках моментально материализовалась в капитально-восстановительный ремонт и уже соответственно оплачивалась. Лоскут годами ходил в одних и тех же темно-зеленых штанах и фетровой шляпе, а для солидности имел плюсовые очки в роговой оправе, хотя в них совсем не нуждался.

В коричневом, приплюснутом портфеле кроме ржавого инвентарного инструмента всегда имелась початая бутылка мутного «Яблочного» местного розлива и свой личный граненый стакан. Выпивающим его я никогда не видел, при мне он всегда только похмелялся, но и то только для того чтобы не гуляли руки, и не терялась в голове умная мысль.

Однажды наши пути пересеклись на одном из объектов, настроение у него было хорошее, и Лоскут решил преподать мне свой Мастер-класс:

=Я вижу, что ты пацан правильный и вроде сечешь по холоду, = начал он свой урок, = но в жизни ты ничего не понимаешь и по тебе это заметно. Жизнь, сынок, сложная штука и каждый воспринимает ее по-своему. Ты думаешь, что главное для клиента, наш ремонт? Нет! Клиенту важнее наше внимание и уважение. Ты его уважаешь, он тебя уважает. Вот ты сейчас наладишь агрегат и уйдешь «за спасибо», без копейки денег, и все, потому что работа у тебя поставлена неправильно. А надо было, как минимум, постоять, потрещать с заведующей о трудностях жизни, о превратностях любви и взять бабосы на железки. И ей приятно и тебе хорошо. Если она тебя вызвала, то платить уже решилась, и твоя задача сделать так чтобы ей это делать было максимально легко. Чтобы она прочувствовала себя хозяйкой и, расплачиваясь с тобой, получила удовольствие.
Затянувшись, пару раз, «Примой» он продолжил:

=Вот посмотри на Люську, сегодня пол дня искала меня по всему кишлаку, три круга сделала, извелась бедная с горя, пока меня не нашла в пивнушке. А знаешь, что было с ее кофеваркой? Она утром, с бодуна, забыла включить аппарат в розетку и с бапского перепугу решила, что он сгорел на ухналь. Запомни бабы в технике все тупые и безмозглые, но это и к лучшему. Я ей поменял все концевики и магнитный пускатель, пока сам не въехал в это дело, взял с нее пятнадцать рублёв, и только теперь она по-настоящему счастлива. Удовлетворил, что называется.

Лоскут ненадолго задумался, а затем попросил:

=Корешок, подай ограничитель, чёта колотит после вчерашнего…

Стуча прокуренными зубами о стакан, он отхлебнул немного яблочного адреналина, поморщился и, занюхав засаленный рукав своего пиджака, продолжил:

=Конечно, любить свою работу нужно, без этого нельзя, но этого мало, принципиально важно ее правильно организовать и поставить. Необходимо создать движение. Понимаешь меня? Возьмем, к примеру, новый пищеварочный котел. Заливаем воду в рубашку и она, как всегда, течет со всех щелей.

=Бичо, что ты будешь делать в этом случае? =спросил меня с наигранным кавказским акцентом Лоскут.

=Вырублю из паронита новые прокладки, поставлю их на масляной краске и перепакую ТЭНы асбестовым шнуром, = как пионер на линейке отрапортовал я, внимание признанного прожженного волка льстило мне.

=Вот, сразу видно, что ты еще зелёный пацан, и не можешь планировать свою работу. Теперь слухай сюда внимательно, что будет делать в этом случае дядя Лоскут, учись, пока я живой. А дядя Лоскут засыплет в паровую рубашку пару ложек горчицы, и до утра течку затянет. Запомни, сынок, все, что нужно тебе в текущий момент находится на расстоянии вытянутой руки, так устроена жизнь на Земле.

Было заметно, что роль учителя ему нравилась и вдохновляла.

=Примерно через месяц, = продолжил мой добровольный наставник, = от горчицы накроется защита, и я закорочу электрод сухого хода напрямую, а еще через месяц повара прозевают залить воду и ТЭНы, без защиты, сгорят. Сечешь момент? Вот тут они попадут на бабки третий раз, и теперь я их опущу уже по полной программе. Вник в теорию?

Услышанное, как-то не укладывалось в голове с моими представлениями о ППР и вызубренной структуре ТО, и я спросил его, как он к этому относится.

=Без этого никак нельзя. Своевременно проведенное ТО принципиально важно, сынок, оно создает движение. Посмотри на миксер, он прост как электродрель и без технического обслуживания будет работать вечно, пока в стране не закончится электричество. А если иногда смазывать подшипник, то можно положить в него немного канифоли или серки от спичек, через пару недель он заклинит и якорь сгорит. Вовремя приготовь и поменяй якорь вот тебе и уважуха, деньги и почет.
Для меня это было Откровением. Я по-детски верил в утопию социализма. Я читал центральные газеты, и принимал озвученные идеи сердцем, я искренно верил написанному в них, и ходил в розовых очках, не замечая реалий жизни. Я думал, что все люди живут по одним правилам, что все одинаково видят и воспринимают мир. О том, что миров ровно столько, сколько живет людей на Земле, я понял гораздо позже. С позиции сегодняшнего дня я ни в коей мере не осуждаю самого Лоскута, я даже благодарен ему за то, что он открыл мне глаза на шаблон поведения названный мною здесь его именем.

Со временем я научился замечать и распознавать проявление «принципа» в различных сферах деятельности наших граждан. Постепенно им стали заменять мораль и нравственность и, не стыдясь, называть его «свободным предпринимательством». Его, уже как экономическую модель, массово внедряли многие государственные организации, частные фирмы и корпорации проводя ролевые игры, тренинги и семинары. Им не брезговала и сама власть. «Принципом Лоскута» заменили здравый смысл.

Прошли годы, наша экономика стала лоскутной, и былое огромное государство распалось на маленькие лоскутки. С позиции маленького человека это всегда был всего лишь один из способов организовать свое существование, а в итоге все мы потеряли самих себя и одну на всех Большую Родину, которую променяли в угоду принципу.
Боюсь, что с этим принципом мы промотаем и все остальное, что осталось у нас.


© Zenzel

142

Жаркие дни решил провести не в душной Москве, а на даче. Работать по-хозяйству и для души тоже пришлось. Устал. Лег ночью спать, разумеется через пару минут слышу комариный писк. Пофиг, накрываюсь с головой одеялом, оно толстое, но с вентиляцией, не жарко и приятно. Расчет был прост - хоботок комариный не пролезет. Так и спал, только нос (мой) торчал. На следующую ночь усталости было меньше, поэтому засыпать сразу не получалось, я думал о мыслях, как вдруг услышал комариный писк. Ну здравствуй, вчера голодом я тебя морил, сегодня пожалею, сказал я в темноту. Не стал укрываться полностью одеялом, подставил руки, лицо. Так нет же, блин, насекомое все летало где-то и не кусало! А спать-то писком мешало. Подлое существо. Хотя, кусают самки комаров, может она летала не там, где можно было укусить, может ей что интереснее хотелось?! Пришлось включить электрофумигатор.

На даче еще и с осами история. Эти полосатые разбойники отжали норку крота. Не знаю, что они сделали с тушкой слепого бродяги, но в дырку в земле и обратно, осы сновали масштабно. Я ходил мирно мимо, но почему-то моя правая нога одной осе не понравилась и она укусила меня. Ночью, по всем правилам мести, я подкрался к логовищу полосатых, налил туда рюмку ацетона и заложил вход кирпичом. Утром оказалось, осы нашли или сделали щелку и снова снуют туда-сюда. Приближаться я не стал, подумав: А вдруг они запомнили моё лицо?! В общем следующей ночью, я положил еще один кирпич, закрыв щель. Блин, осы не сдались, они вырыли новую дырку!!!

143

Многие в жизни сталкивались с людьми, которые садятся нам на голову и делают вид, что так и должно быть. Расскажу вам три истории о том, как избавляться от настырных одалживателей денег, при этом не портя с ними отношения и не тратя свои нервы. Первая не моя, остальные две мои.

1
Жили муж и жена. И был у них сосед-алкаш, который повадился у них брать в долг «на бутылку». Деньги-то он потом отдавал, но сам факт регулярного выпрашивания денег надоел.
Муж был добрый и всегда приходил алкашу на помощь, но жене это однажды надоело. В очередной раз, когда сосед пришел просить в долг, жена оттеснила мужа и сказала:
— Тебе деньги на что? На водку?
— Ну, да, не хватает вот...
— На, держи, — сказала жена, протягивая соседу бутыку. — Вернешь точно такую же.
С тех пор сосед перестал просить у них в долг. Потому что когда у него есть деньги, он не может просто вернуть их, ему надо купить бутылку. Которую он тут же выпивает. А не вернув старый долг за новым кредитом приходить бессмысленно.
(Возможно, эта история мелькала и тут, я ее переписал своими словами по памяти ради того, чтобы собрать все три в одном месте)

2
С тех пор, как Саню оставили на второй год после первого класса, я с ним виделся редко, даже оставшиеся 9 лет учёбы в одной школы. Естественно, после школы я стал видеть его ещё реже. Раз в полгода-год встретимся случайно на улице, кивнём друг другу, вот и всё.
Поэтому я очень удивился, когда однажды шёл утром на работу, а Саня пошёл прямиком ко мне, улыбаясь во весь рот и протягивая руку.
— Здарова, Гена! Как дела?
— Э-э-э, да ничего так, а у тебя?
— Слушай, одолжи рубль?
Отношение к подобным одалживаниям у меня очень негативное, а потому над ответом я даже не задумывался:
— Извини, Саня, нету лишних.
— Та ладно тебе, это ж всего 2 рубля, я завтра отдам!
— Нету, всё, пока.
С тех пор я встречал его почти каждый день на том самом месте и каждый раз он меня доставал своими упрашиваниями (учитывая его внешний вид я подозревал, что ему надо было опохмелиться). Через месяц я заметил, что стараюсь избегать Саню, до последнего момента делаю вид, что не замечаю его, но это не помогало: он догонял, останавливал, спрашивал, короче говоря, порядочно трепал нервы, а потому я решил сменить тактику.
— Гена, привет! Одолжи 2 рубля!
Я достаю кошелёк, вынимаю из него пятёрку:
— Двух нету, есть пять.
— Пойдёт! Давай!
— Погоди. Когда вернёшь?
— Завтра, как штык!
Неделю я не видел Саню, а когда увидел его на том же месте, где обычно, он старательно отводил взгляд, делая вид, что упорно меня не замечает. Подхожу:
— Привет, Саня, давай 2 рубля.
— Ой, Гена, извини, сейчас нету, я завтра отдам точно, — залопотал он.
— Ладно, — говорю. — Завтра тогда.
Конечно, ни завтра, ни через полгода Саня деньги так и не отдал, но цель была достигнута: он бегал от меня, а я получал удовольствие, задавая ему вопросы при каждом удобном случае.
Спустя два года мы встретились в очереди в кассу супермаркета. Саня широким жестом достал из пачки 5 рублей и протянул их мне: «Держи!». Сделал он это с важным видом, как бы говоря «вот видишь, я свое слово держу!».
Если я встречу его снова и он попросит одолжить ему денег, я отвечу: «Саня, я ждал 2 года, пока ты мне вернешь долг. Теперь твоя очередь ждать. Я готов тебе одолжить снова. Приходи через пару лет.». И проолжу получать удовольствие.

3
На работе Паша ходил курить вместе со всеми, но сигареты всегда стрелял. Почти всегда, примерно в 95% случаев. «Забыл купить», — объяснял он, хотя от курилки пройти до ближайшего сигаретного киоска ровно 1 минута.
Однажды меня это достало и на очередное «Угости сигареткой» я ответил:
— Паша, вон киоск стоит, сходи и купи, достал уже.
— Да я деньги дома забыл.
Такие люди всегда найдут десяток причин, но я был подготовлен. Достал пачку сигарет и протянул ему:
— На, держи. Завтра по пути на работу купишь и отдашь.
— Хорошо.
Через недельку примерно:
— Гена, угости сигареткой.
— Паша, ты охренел? Ты мне еще ту пачку не вернул!
— Какую пачку?
— Ты что, забыл? Я тебе одолжил неделю назад, ты сказал, что вернешь.
— А-а-а, так мы её скурили. Не только я, еще Вадик, Сашка. Чего я один должен отдавать?
— Паша... Пачку у меня одолжил ты. Я не собираюсь выяснять, кто из вас сколько скурил. Есть желание — иди и считай, кто тогда сколько скурил, собери с каждого и верни мне целую пачку. До тех пор не проси у меня.
Обиделся, больше не просил.

Я это к чему всё рассказал? Я человек очень неконфликтный, а потому стараюсь найти решение без скандалов и ссор. Но иногда...

4 Бонусная история
Одноклассник Вадя позвонил мне лет через 5 после окончания школы.
— Гена, нужна помощь!
— Кому?
— Моему хорошему другу. Он поссорился с девушкой, надо ей принести цветы якобы от службы доставки, чтобы она не отказалась. Я это сделать не могу, меня она знает. Нужен незнакомый человек. Сделаешь? Мы цветы уже купили, тебя привезём и отвезём назад, 5 минут дела.
— Давай!
Всё прошло по сценарию, действительно 5 минут. Ну, почему бы и не помочь?
Вадя позвонил снова через 2 месяца:
— Гена, снова нужна помощь!
— Кому?
— Да тому же другу моему.
— Снова поссорился?
— Нет, тут другое. Он хочет взять кредит, но у него есть уже один кредит непогашенный, а потому второй дадут только с поручителем. Я не могу, потому что...
Я не стал слушать его объяснения. Зачем?
— Вадя, стой. Ты что, дебил? Пока!

Помогайте людям, но не позволяйте им садиться вам на шею :)

144

Раз уж пошла шинельная тема, расскажу и я про своего деда.
Что я знаю про него? Да почти ничего. Только то, что папа рассказал. Папа мой, самым ярким воспоминание детства которого был украденный с немецкого сбитого истребителя кусок толстого
плексигласа, из которого он делал рукоятки для ножей, после войны все приставал к деду, расскажи да расскажи. Ни слова. Отмалчивался, или переводил разговор на другое.
Было ему далеко за тридцать, когда, оставив дома двух маленьких детей, пошел он на войну. Рядовым пехоты. Вернулся ефрейтором в начале 1945-го. Демобилизован по ранениям. В штатском. Где воевал, что делал, не рассказывал. Награды в шкатулке. Три медали и орден "Красной звезды". Не надевал никогда. Пулевое ранение в шею. Пулевое ранение в руку. Перебитые автоматной очередью ноги. Работать по старой специальности из-за таких ранений уже не мог. Руководил оркестром при клубе какого-то завода. Говорят, был талантлив и мог играть на всех музыкальных инструментах. Болел, последствия ранений. Умер в 1952 году. За 17 лет до моего рождения.
Родственниками со стороны мамы в детстве я всегда гордился. Ну как же. Все воевали, сражались, награждались. Только один ее старший брат, в честь которого я назван, чего стоил. Батальонный разведчик. Лыжник, спортсмен. В феврале 1942-го, прикрывая отход товарищей, тащивших оравшего "языка", взорвал себя и преследующих фашистов гранатой. Посмертно представлен к "Красному знамени". Упомянут в книжке про войну. Имя выбито на обелиске. Другой сражался на Курской дуге. Пуля в колено. Несколько лет в госпиталях. Ходил с палочкой. А дед... Ну чем тут гордиться? Может быть, он даже ни одного фашиста не убил?
Понимание приходит со временем. Когда понимаешь, что только настоящие фронтовики не любят рассказывать о войне. Когда характер ранений расскажет тебе больше чем сто историй. Когда понимаешь, что человек был не во втором эшелоне, не в обозе. Что он поднимался из окопа и шел в атаку. Наверное ему было очень страшно. Но он шел.
Мы чествуем наших ветеранов. Дарим цветы. Поздравляем с днем победы. Их осталось так мало. Они заслужили почет и уважение. По праву.
Но мы не должны забывать и про тех, кто умер почти сразу после войны. Про сотни тысяч безруких и безногих, заполнявших тогда улицы. Про тех, кто годами мучился от последствий ранений и контузий. Кто не был обвешен иконостасом юбилейных медалей. Кто не получал льгот и высоких пенсий.
Ничего у меня нет от деда. Награды затерялись. Кладбище пошло под снос в шестидесятые. Несколько фотографий из фотоателье, где он с семьей. Серьезный взгляд. Рядом бабушка и мой папа у нее на руках. Совсем крохотный.
Но одна вещь у меня от деда осталась. Фамилия. И я ее не сменю. Хотя, может быть, с другой мне было бы легче. Простая такая еврейская фамилия. Файнштейн.

145

Кто умнее?
Давно понятно что спор об сравнительном анализе кошачьего и собачьего ума лишен смысла по определению. Это как спорить про мужской и женский ум. Мы вроде и в машинах разбираемся лучше и денег на круг больше поднимаем-а в результате они красят ногти пока мы чиним их машины,купленные на наши деньги. И поди пойми кто умнее себя ведет. Есть некие грустные мысли на сей счет ,но я гоню их от себя.
Плюс-я уже про четвероногих-результаты наблюдений сильнейшим образом зависят от наблюдателя. Но есть иногда и абсолютные результаты. Мой-не в пользу псов,да простят меня котоненавистники.
Несколько лет назад у соседской собаки начались 120 минутки гнева. То есть представьте... лето ,деревня,ляпота,послеобеденная дрема...и вдруг дикий непрекращающийся лай...до хрипоты,до истерики,с подвыванием и почти человеческим матом...и так два часа без перерыва. Каждый день. Наконец,я не выдерживаю и прусь к соседу.
-День добрый!
-Наше-вам!
-Ваше-нам! А позвольте полюбопытствовать-пошто животинку тираните? Нешто пристрелить-патронов жалко?
-Ааааа...ну зайди,глянь.
Захожу и каменею.
Конура. Цепь. Натягивая цепь до состояния струны,почти придушив себя ошейником в истерике бьется соседская Альма-трехлетняя немецкая дура. На расстоянии 20 см от точки максимального разлета ее слюней толстый рыжий кот демонстративно вылизывает свои причиндалы. На собаку-ноль внимания.Ат сволочь.
Мы молчим. Сказать нечего.
-А что не гонишь эту падлу?
-Ты гонишь? Я задолбался за ним бегать. Через 5 минут возвращается.
-Спусти собаку с поводка.
-Не надо. У нее тут дроля-бульмастиф за забором томится. Она чуть что -сразу к нему . Куда я потом плоды любви дену?
-Да уж. И этот не уйдет. Я его знаю. Он моему коту морду бить ходит раз в неделю. В дом через форточку залазит и ну Моню мудохать. Хоть календарь по нему сверяй. Пунктуальный.
-Не говори.
-Погодь,идея есть.
-Ну?
-Завтра приду-попробуем.
-Ну-ну.
С утра я пришел к соседу до очередного котовьего визита и мы удлинили цепь метра на два. Потом пошли пить чай на веранду. Кот явился без опозданий. Мы замерли.
Старт...Ииииии....Нуууу....От сучаррра!
Как только счастливая Альма пересекла заветную черту-с кота слетела вся его индиффирентность. С поразительной прытью рыжая скотина с места сиганула метров на 5 в сторону,вынув свою жопу из пасти за мгновение до щелчка.
Мы разочарованно орали на веранде. Альма выглядела постаревшей лет на пять.Такого горя на морде собаки я ни до ни после не видел.
Два дня прошли без обычного концерта.
На третий все повторилось-но на два метра дальше. Плюс полметра форы-на всякий случай. Математик,блять.
Пришлось ловить эту гниду у себя дома. Во время очередной экзекуции тюфяка Мони-рыжий увлекся и я успел захлопнуть форточку. Всего-то пара часов и разнесенный дом-и матерящаяся скотина извивается у меня в руках.
Не обращая внимания на вой и проклятья,я упаковал мерзавца в мешок и вывез на помойку километрах в тридцати от нас. Там и выпустил.
Вернулся негодяй недели через две и сильно исхудамши. Гонору тоже по дороге поубавилось. Намек был понят-больше над собаками он не издевался. Даже от кота моего отстал,хотя трус Моня при виде рыжего раздувался как шар и ходил -так с шерстью дыбом по два часа. Все это с выпучем глаз и утробным подвыванием. Лузер.
Зимой,в лютые морозы,я даже пускал его в подвал-погреться и переночевать...
Спасибо за внимание.

146

Когда я учился во первом классе, шел 92 год. Время было тяжелое, и социальное неравенство особо не ощущалось - я был сыт, одет, обут, а остальное было неважно. Да, у кого-то из ребят были новомодные игрушки, кто-то даже побывал за границей, но это не производило какого-то особенного впечатления, хотя конечно было очень интересным.
Впервые я ощутил социальное неравенство, когда нам раздавали гуманитарную помощь - банки с тушенкой и что-то ещё. Я на долги годы запомнил глаза, которыми некоторые мои одноклассники смотрели на эти вроде бы незамысловатые продукты, как быстро и бережно убирали их в рюкзаки и сумки, и как отмалчивались, когда другие ребята с гордостью и пренебрежением говорили что в их семье эту гадость поставили на балконе "так, на всякий случай".
А в 93 году я впервые в жизни по-настоящему почувствовал социальное неравенство.
Я ходил на бальные танцы во дворец пионеров. Очень старался, но получалось плохо. Поэтому ребята из группы надо мной тихо посмеивались, а найти нормальную партнершу было крайне сложно. Любивший меня за упорство преподаватель танцев практически заставил танцевать со мной одну из девушек. В те годы я к тому же был крайне несимпатичен, поэтому партнерша вела себя как проститутка на субботнике - холодно и без малейшей симпатии.
Забирала меня с танцев бабушка, с которой вместе мы шли к метро. Изредка, в сильные морозы, забирал папа на запорожце. Но вот однажды папа не смог. И попросил меня забрать родного брата. То бишь моего дядю. Был май, как раз прошло заключительное занятие перед каникулами. Все ребята, как и я, были одеты в самую праздничную одежду. Так как ни папа, ни бабушка со мной не пошли, я решил не переодеваться и поехать как есть.
Выйдя из главного входа во дворец пионеров я направился к левому крылу, где меня должен был ждать дядя. И тут я увидел сцену, которая на долгие годы поменяла мои взгляды на вещи. В 30 метрах от меня стоял дядя. В шортах и майке. Гордо смотря на как я узнал впоследствии неделю назад купленный белый мерседес (для тех, кто слишком молод - в 93 году даже в Москве новый белый мерседес был примерно как Ламборджини сейчас), который намывала моя партнерша по танцам вместе с частью моей группы. Когда я подошел, дядя как раз отдавал им деньги за помывку машины. Таких взглядов ненависти я впоследствии не видел никогда. На танцы я больше не ходил.

147

Из серии "Когда я был маленьким..."

Когда-то я тоже был маленьким. И тоже ходил в школу. И у нас тоже были каникулы. И даже зимние. Начинались они, как и у всех, за день или два до Нового года.

Было это в классе пятом или шестом, в эпоху, которую сейчас модно называть "расцветом застоя". Случилось так, что в первый день зимних каникул ударил сильный мороз. Градусов в тридцать пять. Не такое уж и событие для наших краев, хотя был бы учебный день - его объявили бы актированным. Но это были уже каникулы, и актированным этот день быть никак не мог, а в школу идти было нужно, так как по тогдашней традиции в первый день зимних каникул производилась генеральная уборка класса с последующей выдачей дневников. Одели меня родители "по фактической погоде" и отправили в школу. "Кворума" для генеральной уборки, естественно, не набралось, поэтому получил я свой дневник и отправился в обратный путь.

Стою на практически пустой остановке. Автобусов нет долго - как заведено, из-за внезапно ударившего мороза половина из них просто не завелась, а другая отдыхала в парке между утренним и обеденным часами пик. Нельзя сказать, что я замерзал - одет был, все-таки, по погоде. Да и ветра в такой мороз обычно не бывает - солнечно и полный штиль. Очень красивая, кстати, погода. Из-за дальнего поворота появился автобус. Радость. Радость, по мере приближения, сменилась разочарованием - маршрут совсем не мой. Автобус остановился, открылась дверь - внутри пусто. И тут водитель кричит мне из кабины сквозь салон: "Заходи!". Я пытаюсь объяснить, что маршрут не мой, но он не слушает и заявляет, что ему как раз в ту сторону, куда мне нужно. Зашел. Вопросов на тему, откуда он знает, куда мне нужно, как-то не возникло. Попутно не возникло еще много каких вопросов из тех, которые обязательно возникли бы в наши дни. Автобус был стажерский, то есть за спиной водителя была оборудована специальная кабинка, где, на возвышении, должен был сидеть инструктор, когда автобусом управлял стажер. В эту кабинку и загнал меня водитель. Поехали. В кабинке было очень тепло и уютно. Разговорились. Слово за слово - разузнал он, куда мы все-таки едем и, минуя все остановки, привез прямиком к дому.

С наступлением холодов я часто вспоминаю эту историю, и становится чуточку теплее. И еще думаю, вот интересно, в наши дни такое возможно? Возможно ли в наши дни, чтобы водитель автобуса сошел с маршрута, чтобы подвести до дому замерзающего мальчонку? Вряд ли. Высадить - пожалуйста, а подвезти - нет. Даже если очень захочет - не сможет, ГЛОНАСС не даст. Все ходы записаны.

А может это был мой личный Дед Мороз? Не тот театральный, что из телевизора, в бороде и с мешком подарков по сто рублей, а настоящий, с обычной внешностью и очень добрый...

148

Особенности

Люблю я блин рыбалку. Ну там с удочкой посидеть обожаю. На червяка если, и с блесной тоже, на хищную рыбу. Но не профессионал, нет. Хотя друзья у меня - все профессионалы. Их рыба любит. Сашка просто купаться боится. Если купаться пойдет в открытом водоеме, то точно в плавки какая-нибудь рыбешка заберется. Зрелище качественное: выходит на берег, а у него там все трепыхается. И он сам тоже на месте не стоит... Но это уже другая история.

Тут позвонил мне Женька, на открытие сезона пригласил. У него лодочка просто мечта - пластмассовая, складная, на крыше любой машины перевозится. Не надувное говно, не путать! Такие лодочки на Эверест поднимаются.

Воскресенье на дворе, а я, как мудак, встаю пораньше, еду к нему. Приехал, загрузили снасти, мотор, аккумулятор (бензиновые моторы запрещены на том озере). Уж отъезжать собрались, я его спрашиваю: "Женька, а лодка твоя где?" - Тот: "О черт забыл совсем. Она ж на балконе осталась. Вот что привычка значит, все-таки уже целую зиму без лодки езжу".

Погрузили лодку, направляемся в спортивный магазинчик. Держат его два друга, один - на Брюса Виллиса похож, а другой - на этого блин забыл, ну в очках, ну все равно. Мне нужна лицензия на сезон, а Женька наживку покупает.

Ну, Брюс и говорит: "Вы смотрите, не задерживайтесь сегодня на озере. Ближе к закату будет дождь, да и ветер обещают. Да и клев так себе. Даже на южной оконечности и то не клюет". - И подмигивает. Мы-то, мол, знаем, где ловить.

Само собой, рванули на юг. Да только не доехать туда. Все подъезды к озеру заблокированы. Как всегда: оставили один цивилизованный подъезд для всех, а кто поближе хочет - пусть сам разбирается.
Ну а мы с нашим вседорожником похерачили прямо по елкам по соснам. Подташнивает с такой езды. В России так не ездят, хотя и хвалятся до одури.

Кардан ему в голову ударил или еще чего, но тут Женька спрашивает: "А не пора ли остановиться? Здесь вроде тоже можно лодку спустить, а до Белого Камня не доедем как пить дать. Аккумуляторов должно хватить."

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Через два часа мы уже были на южной оконечности озера. Электрический моторчик делал свое дело.

Пора удочки закидывать, а Женька наживку найти никак не может. "Забыл я ее в магазине, видно. Ну ничего, у меня искусственная наживка есть. Сожрут!" Закинули удочки, и точно - жрут пластмассу, еще как жрут. Вытащили штук по десять краппи приличных размеров (это типа окуня речного) и карасиков, тоже неплохих. Посадили на кукан, за лодкой тащим.

Тучи понемножку начали сгущаться и ветерок поднялся. Озеро, оно в расщелине, а потому ветер везде в разные стороны дует. И туман не разгоняет, а наоборот. Я говорю: "Давай потихоньку домой собираться, смотри ветер какой! Не меньше тридцати миль в час, по радио говорят, порывы до пятидесяти. Нам еще через все озеро пилить на твоем моторе, да и клев совсем перестал. Ты хоть спасательные жилеты взял?" - "Забыл, начало сезона, все-таки. Да ты не бойся, я на этой лодке по озеру Джордж ходил в восьмибальный шторм. На траверсе Ниагары. Когда в гонках участвовал", ну и давай лекцию читать про мореходные качества, водоизмещение, оснастку, вооружение, тактико-технические характеристики. И добавил: "Вон только в ту бухточку зайдем, я всегда туда захожу, когда на этом озере бываю".

Мы повернули к бухточке, а зайти туда не можем! Ветер не дает, просто выдувает нас оттуда. Троллинг моторчик-то не справляется! Тут и до Женьки начало доходить, что неплохо бы уже и до дома податься. Туман сгущается, смеркается, берега уже с трудом различимы. Плавали неподалеку еще три лодки, да уплыли уже. На озере уже никого не осталось, только мы. А у меня телефончик вдруг запипикал, сигнал теряется: низкая облачность, скалы кругом. "А мой телефон," - Женька говорит, - "всегда отсюда берет, никаких проблем. Только забыл я его сегодня".

Повернули на север, к тому месту, где машину бросили. Волны заметно выше стали. Лодочка, и правда, устойчивой оказалась. С полчаса уже плывем, моторчик шумит, работает. Только вижу: окурок, который я минут десять назад выкинул, на том же месте плавает! Моторчик-то не тянет против ветра! Да и потише вроде как-то крутится... "Женька, а ты аккумулятор-то ночью подзарядил?" - "Неа, забыл. Но я его осенью зарядил по самое некуда, перед консервацией."

Ну, думаю, пора на весла садиться. Неохота, но делать-то нечего. "Садись на весла, боцман хренов", - говорю. "Да нельзя мне, у меня операция была недавно. Не могу я грести. Да тут и осталось-то уже всего ничего, мили три-четыре. А я вот тут бочком встану, плащ расправлю, парусность возрастет. И с вертолета все виднее будет".

Догреб я кое-как. До Белого Камня, правда. Женька за машиной пошел, а я снасти и лодку складываю. Самым трудным было рыбу на кукане в пластиковый мешок запихнуть: ветер такой поднялся, что мешок из рук вырывал. А тут как раз и Женька подъехал. По дороге картер пробил, конечно, ну да этого следовало ожидать.

И тут я ошибку сделал. Расслабился. Говорю ему: "затаскивай все в машину, а я перекурю". И только когда вырвались на шоссе, начал допрос: "Весла взял?" - "Ага." - "Батарейку взял?" - "Ага." - "Удочки взял?" - "Ага." - "Рыбу взял?" - "Блин нет. Не помню. Наверно нет. Был там какой-то мешок, ну я его и оставил. Да чего ты волнуешься, в следующий раз еще больше наловим. Когда рванем?"

149

В догонку к "Путь бобра", кстати автор - режиссер Алеся Казанцева может описывать «кабзду» на съемках с потрясающим терапевтическим эффектом — все хохочут и начинают проще смотреть на жизнь и на свою работу, от которой устают даже самые стойкие и влюбленные в дело своей жизни.

Кастинг бумаги

Если, не дай бох, потребуется снять белый лист бумаги формата А4, то это будет самый адский проект. Реквизитору придется принести сто вариантов листов: глянцевая, матовая, полуматовая, гладкая фактура, бумага для акварели, для рисования карандашом, для сушки гербария, для заворачивая самокруток, бумага писчая, бумага не писчая, бумага для струйного принтера, бумага для лазерного принтера (наверняка есть различия и это будет жутко видно в кадре), бумага для чертежей, для складывания самолетиков, для жевания комочков и плевания на переменах из ручки, бумага для бумаги, бумага для обертывания, для заворачивания и для скручивания, папирус, туалетная, бумага, которой нет в природе, невидимая бумага и бумага для розжига углей в аду. Обо всех видах бумаги реквизитор узнает за 2-3 недели проекта. Он будет высылать варианты, а заказчик писать в ответ: «Это все не то! Вы что бумагу не можете найти?!» Это правило: если тебе звонят и говорят: «Есть простой проект, там делать нечего!», значит, надо бежать без оглядки в другую сторону. Мы будем перезваниваться с реквизитором каждый день две недели и говорить: «Бляяяя, да если бы я знала, что такое будет!..» А тем временем уже встреча с заказчиками, которая бывает перед каждой съемкой. Все, как мы любим: пироженки, фрукты, напитки с газом, без газа и с полугазом. В презентации вставлено сто вариантов листов белой бумаги формата А4. Все под своими номерами, чтобы не перепутать. На ППМ притащат еще стопку образцов. Их будут рассматривать и трогать. На связи по телефону из западного головного офиса компании вице-бренд-президент-менеджер Глория Какая-То Там У Нее Фамилия. Связь плохая, Глория говорит как из кафельного туалета, но агентство все понимает.

Агентство проходит какие-то курсы по пониманию клиента из кафельного туалета, это точно. Курсы следующие. Клиента сажают в двухсот метровую трубу или колодец, а с другой стороны размещают агентство. Условия тренинга: клиент говорит тихо и при этом трясет банку с крупой и шуршит целлофаном. Кто расслышал — тот и работает в агентстве.

Глория будет говорить, что вариант белой бумаги под номером 63 ей кажется не премиальным. У нас все должно быть лакшери.
Раньше говорили люкс. Потом вип. Потом премиум. Сейчас все говорят лакшери. Лакшери — это шик и жир.

Так вот. Нам нужна белая лакшери бумага формата А4. На что агентство начнет доказывать, что мы тут в Москве держим 63 номер в руках и он отличный, он светлый и он настолько лакшери, насколько вообще может быть лакшери белая бумага формата А4. Правда, режиссер рекомендует для съемки не 63 номер, а 97. Так что нам придется снять два варианта. И тут Глория снова поведет себя, как абсолютная падла, и скажет, что 97 тоже темный. Станет понятно, что даме в трубе надо просто прибавить яркость монитора, начнутся поиски системного администратора в западном головном офисе, потому что Глория не знает, где эта кнопка. Затем агентство поинтересуется, а можем ли мы отправить этой чертовой мать ее Глории образцы по почте? А экспресс-доставкой? А если передать самолетом? Давайте посмотрим расписание, какие рейсы летят к Глории в трубу, чтобы она смогла до съемок оценить белую мать ее бумагу формата А4.
После встречи, когда Глория в трубе уже отключится, то кто-нибудь из агентства задаст вопрос типа: «А кто у нас художник-постановщик? Аа... А почему не тот, которого мы просили?..» Продюсер скажет, что которого просили — тот занят, он снимает с Бондарчуком/ Михалковым / Господом богом. А агентство скажет: «Ну вот поэтому мы его и просили! Ребята, такой ролик! Белая бумага в кадре! Ваш художник-постановщик раньше снимал белую бумагу? Есть шоурил?»

После встречи я напишу реквизитору, что нам нужно найти что-то среднее между образцом 63 и 97, но не такое темное, как экран у Глории.

Самое большую свинью неожиданно подложит оператор. Он придет за день до съемки и скажет: «А я не могу снимать белую бумагу. Она же белая. Она будет „гореть“ в кадре. Давайте ее тонировать, отмачивать в чае, мелко прыскать мочой». Операторы не снимают белое, это всем давно известно. У них какой-то передёр по цвету и пиздец. Съемочная группа стоит над белым листом бумаги формата А4. И смотрит. Реквизитор мечтает нанять самого дешевого киллера, чтобы он убивал оператора плохо и долго. Представить, что сейчас надо позвонить агентству и сказать им о тонировании бумаги — это подобно тому, как сесть на останкинскую башню с размаха. Они бросятся сразу в трубу к Глории, а к ней уже и так летят обрацы 63 и 97. Поэтому продюсер промолчит, а художник-постановщик, который выслал за время проекта тридцать эскизов белой бумаги формата А4, пойдет пить с реквизитором, который за время проекта ходил на бумажные комбинаты чаще, чем работники всей бумажной промышленности за всю свою жизнь. Реквизитор мечтает сжечь заказчика, а художник-постановщик готов сделать эскизы осиновых колов. На съемку вызовут, естественно, супер лакшери специалиста, который будет выкладывать в кадре белый лист формата А4 и следить, чтобы он не морщился, не шел волнами, не жался, не топорщился и не загибал края. Хотя ничего этого бумага не будет делать и так, но всем будет казаться... И вот так каждый день творится небольшой такой адик. Адок.

150

В связи с небывалым урожаем грибов, проявил интерес к "тихой охоте". Происходило это примерно так.

ВЫХОД ПЕРВЫЙ.

Почитал грибную энциклопедию. Пошел в лес с маленькой корзиной и ножом, напоминающим саблю.
Поскольку нож в корзину не помещался, а в карманы не влезал, всю дорогу держал его в руках.За два часа встретил ноль грибов и двадцать пять грибников.

На третьем часу перестали попадаться даже грибники. Видимо, из-за ножа. Заблудился и промок как собака. Долго ходил кругами, делая саблей зарубки на деревьях.
Проклинал себя за то, что не взял компас. Выйдя на шоссе, никак не мог сообразить где оставил машину. Поперся наугад. Повезло: машина стояла в трех километрах .

ВЫХОД ВТОРОЙ

Навязался в гости на дачу к бывалому грибнику.
Точнее не навязался, а воспользовался неоднократными приглашениями: "Приезжай в любое время! бери с собой корзину. Да побольше!"

Взял с собой компас, карту, резиновые сапоги, плащ-палатку и навигатор. Нож, памятуя первый выход, взял поменьше.
Выслушав плач бывалого по поводу компаса и карты, был препровожден в лес.
Огромная корзина мешала передвижению. Позавидовал бывалому грибнику, вооруженному аптечным пакетиком.

Ходили час. Нашли гигантскую червивую свинушку.
- Глупые неопытные грибники, начитавшись интернета, считают, что свинушки вбирают в себя токсины. Но это чушь, - важно заверял меня бывалый.- Свинушка - великолепный гриб. Я ее, правда, не беру. Не в моей традиции. А грибы, между прочим, растут ведьмиными кругами.
Мы пошли кругами. На кругах водились упаковки из-под чипсов и пластиковые бутылки. Попадались и свинушки. Встретился также один "зонтик".

- Зонтик - прекрасный съедобный гриб, - авторитетно подтвердил бывалый. - Только глупые необученные грибники могут спутать его с бледной поганкой. Да и то издали. Хватай, не пожалеешь. Сам я их не беру. Не в моей традиции.

На исходе третьего часа я нашел желтую сыроежку.
- Сыроежки в этом году особенно удались! - ликовал бывалый. - Ты ведь в курсе, что их можно есть сырыми. Отсюда и название. Глупые необученные грибники путают желтые и зеленые сыроежки с бледной поганкой. Потому что у поганки иногда отсутствует "юбочка". Сам я их не беру. Не в моей традиции. А ты срезай - не пожалеешь.

"Бывалый" вдруг незаметно потерялся, а затем вырос из ельника, небрежно вытирая о штормовку лезвие ножа и отплевываясь мицелием. Из карманов штормовки, словно набор газырей, свисал пяток подберезовиков и тройка белых. - Пошел отлить - и тут на тебе. На моем месте должен был быть ты, - виновато улыбнулся бывалый. - Но ничего. Сейчас и тебе что-нибудь перепадет.

Через пол часа я нашел белого.
- Неопытные грибники иногда путают белые с "сатанинскими". Чтобы не лохануться, надо лизнуть. Сатанинский горчит (бывалый лизнул гриб) - Хм.. горчит. Хотя и немного. Черт его знает. Не бери, от греха подальше. Я покажу его жене. Она большой спец.

Распив с бывалым бутылку водки под консервированные китайские опенки, поехал на электричке домой. Сыроежку и зонтик выбросил по дороге. Свинушки ликвидировала жена.

ВЫХОД ТРЕТИЙ

Отъехав 20 км от мкад, за 4 часа топота копытами по лесу собрал 5 подберезовиков, мильон сыроежек и столько же клещей. Еще 45 белых, лизнув для профилактики от "сатанизма", купил у бабушек на обратном пути,
а сыроежки, на всякий случай, выбросил.
Дома, по случаю полусотни белых, получил респект и прочую уважуху со сдуванием пыли.
Вел себя с ленцой и вызывающе. Ходил гоголем, требуя усердия при ловле клещей.
Напиток водка, охладившись, призывно потел и великолепно сочетался с белыми.

ВЫХОД ЧЕТВЕРТЫЙ.

Сказал семье , что еду за грибами, а сам махнул к друзьям. Весь день жрал пиво и хрустел раками. По возвращении, в ближайшей овощной палатке приобрел кило лисичек по 200р.
Дома был бит мокрой тряпкой, потому что забыл выкинуть чек, а днем жена купила те же лисички.

ВЫХОД ПЯТЫЙ, ПРОЕКТИРУЕМЫЙ

Неожиданно объявился бывалый грибник и сообщил, что его знакомый ездил со спаниелем во Францию. Там спаниеля научили вынюхивать трюфелей. Трюфель очень ценный дорогой гриб. На нем можно быстро разбогатеть. Но на него лучше идти со специально обученной свиньей.
Интересовался, говорю ли я по-французски, и нет ли у меня руководства по содержанию и дрессировке свиньи. Ощутив неожиданное вдохновение, я отметил, что некоторым образом в курсе: для поиска грибов язык знать не обязательно, а свинья и без дополнительной муштры отличается умом и сообразительностью. Хотя при охоте на трюфеля следует учитывать понятную тягу свиньи не только первой обнаружить продукт, но и скорейшим образом его сожрать. Вот почему свинью берут на строгий поводок, а пятачок прячут в намордник. Непосредственно во время сбора урожая, свиней собирают в стаю и дудят в горн, чтобы свиньи шли на охоту "свиньёй", в смысле клином, а еще лучше - цепью, в решающий момент окружая трюфель, чтобы он...чтобы он...
-Чтобы он что? ..
- Ммм.. случайно не провалился в какую-нибудь нору, - вывернулся я .
- Ага...
- Кроме того, - учил я бывалого, - если полетишь во Францию, учти, что хавронья может простудиться в багажном отделении и тогда прощай нюх, нах... Поэтому свинью надо провести в салон аэробуса. Я слышал, что в Эйр-Франс выдают соответствующие разрешения..

Бывалый задумался и нахмурил лоб.

Осознав, что реванш за издевательства по поводу компаса и карты состоялся, я, стараясь преждевременно не впасть в истерику, предложил бывалому лисичек под водку. Он не возражал.

1234 дальше →

Партнеры

Реклама