Результатов: 5

1

Сегодня на рынке подхожу к лотку с овощами и фруктами. Передо мной девушка, прилично одетая, на вид не более 25 лет с пацанёнком лет 5-6. Покупает всего помаленьку, кучу пакетов с самой разнообразной снедью набрала, подробно обо всём расспрашивает – а откуда слива, а как давно картошечку подвезли и т.п. А в это время её пацан уплетает ягоду с лотка за обе щёки, причём выбирает не что попало, а самое дорогое –ежемалину, турецкую черешню “бычий глаз”… Продавец терпел это, терпел, а потом наконец сказал мальчёнке: “Мальчик хватит брать ягоду, вот мама сейчас купит и поешь!” Девка разобиделась, устроила скандал типа как так, я тут у вас всё покупаю, а вам ребёнка ягодкой угостить жалко… “Вообще ничего у вас не буду брать!”
Уходят. Я купил что надо иду дальше. Вижу у другого лотка “овощи-фрукты” стоит та же хозяйственная мамаша, опять значит набирает всего помаленьку, расспрашивает, тянет время… А пацан, как вы уже наверно догадались, опять активно работает челюстями, энергично уплетая явно полюбившуюся ему ежемалину и “бычий глаз”. Мне стало интересно, а купит ли эта мамаша вообще что-нибудь, стою, жду, наблюдаю. Возле девушки увеличивается куча пакетов со всякой всячиной, а она всё заказывает и заказывает – взвешайте то, взвешайте сё, по каждому овощу и фрукту выясняя чуть ли не всю историю его селекции. Пацан старательно уминает дорогущую ягоду, продавец на него косится, но ничего не говорит, явно считая, что раз девушка так много всего берёт, мальца можно и угостить деликатесами. Наконец спустя минут 15, собрав наверно весь ассортимент лотка, разложенный по пакетикам, начали считать итоговую сумму покупок. Пожирательский пыл пацана к этому времени уже поостыл –чадо явно наелся вдоволь. Посчитав, продавец называет итоговую сумму и тут чудо-клиентка выдаёт: “Не может быть! Не может быть так дорого –вы меня обсчитали, или обвешали – мошенник, я на вас буду жаловаться!” Берёт под руку сытого и довольного мальчёнку и уходит ничего не купив… Вот вам наглядная иллюстрация того, что наглость и находчивость – второе счастье.

2

О путче и не только. Воспоминания десантника

Призвали осенью 89-го. Направили в десантную учебку в Литву. Город Рукла. Там не доучился, потому что в Союзе начались беспорядки, решался вопрос о расформировании части, - досрочно присвоили младшего сержанта и отправили в Рязанский полк ВДВ. Несколько дней всего в полку пробыл, и кидают нас в Тбилиси. На аэродроме просидели два дня в ангарах. Потом в закрытых фургонах перевезли в строительную часть, где переодели в стройбатовскую форму. Там была какая-то заваруха. Каких-то заложников освобождали. Меня и ещё «молодых» под пули не отправили. «Вам ещё рано, - сказал взводный, - успеете». - и поставил нас в оцепление. Сам он и человек десять наших десантников полегли в этой операции. Весна 90-го это была, наверное. Черешни много было спелой и крупной.
А потом, уже на алычу, мы попали в Баку-2. Или нет…. Это надо альбом смотреть. 26 лет прошло, и как сказка все вспоминается. Приехали в Баку, - старшина договорился, что кормить нас будут в ресторане. И мы реально, как гражданские, приходили в ресторан, они гостеприимные люди – азербайджанцы, - такие столы нам накрывали… Военным был везде почёт в те времена. В Баку была табачная фабрика. Мы ходили туда. В России как раз проблемы начались с табаком. То мне отец курево посылал в армию, а из Баку уже я ему курево отправлял.
К ордену я был представлен вместе с командиром взвода за десантирование внутри БМД. Сначала нас три месяца обучали десантироваться в системе «Кентавр». Там ещё такие кресла были космические. Если честно – я в итоге не прыгнул в этом кресле. До этого только сын Маргелова внутри БМД прыгнул. И ему за это Героя дали. Сейчас бы я не пошёл. А тогда спросили: «Кто будет внутри БМД десантироваться?» - сразу вызвался. На всё готов был.
Из БМДэшки всё повыкидывали и поставили эти космические кресла.
Ветер в день учений был сильно выше допустимого. А министр обороны со свитой, с иностранцами все здесь уже. Загружаемся в самолет вместе с нашими БМДшками, - командир роты, взводный, я, три водителя. И взводный говорит мне: «Пусть меня уволят-расстреляют, но в БМДшке мы с тобой при таком ветре прыгать не будем. Прыгнем отдельно – замешаемся в этой толпе. А на земле прибежим к машине, - вроде мы в ней были». По плану учений мы с ним вдвоём должны были внутри находиться. БМДшка сползает по рампе, мы – за ней. У нашей роты были экспериментальные парашюты – Д-6 серии 4. Приземляюсь – купол погасить не могу, ветер тащит. Об землю бьюсь… На этом парашюте есть второе кольцо – дернёшь его, - половина подвесной системы отстегивается, и купол погаснет тогда. Собрался дергать, а меня уже ветром подняло, земля внизу далеко. Семнадцать человек в тот день стёрлись насмерть – с Костромской дивизии, ДШБшники ещё… Их ветром носило по полю, било об землю… Шестьдесят шестыми «Газонами» догоняли купола, гасили колёсами.
Вот земля снова приближается, шлеп, дернул второе кольцо, отцепился от парашюта. Из ушей и носа кровь, комбинезон слева разодран и кожа стерта-сбита, хромаю к своей БМДшке. Нам же с командиром взвода надо внутрь залезть – вроде мы там были. Подбегаю – а люк в метре под землёй. Из-за ветра система приземления не сработала как надо, и машина ушла мордой в землю. Причем, не болото, не пахотная какая земля, а в плотную слежавшуюся землю так воткнулась. И торчит. И мы со взводным вылезать оттуда должны, а там до люка ещё и не докопаться. Что дальше делать не знаю, а взводного нет.
Вокруг стрельба, МИГи в небе – учения-то комплексные. А они летят низко и беззвучно. Вот он уже скрылся, а потом рёв двигателей и уши закладывает.
Командира нет. Бегаю ищу. Орёт на высоковольтке. Он на одной стороне проводов, купол – на другой. Под своим весом сползает вниз, тут порывом ветра купол наполняется и тянет его к проводам. Открыл он запаску, по её стропам спустился, спрыгнул. Доложил ему, что БМДшка из земли торчит, и в неё не залезть. Побежали сразу к трибуне, с которой Грачев – министр обороны, Лебедь – командующий ВДВ, иностранцы наблюдают за учениями. Мы стоим в крови, взводный отрапортовал: «Упражнение такое-то выполнено!» Грачёв говорит: «Представляю лейтенанта такого-то и сержанта такого-то к награждению орденом «Красной Звезды»!» Там никто не разбирался – внутри мы были или нет. 17 погибших… Три полка десантировалось – Костромской, Рязанский, Тульский и ещё десантно-штурмовые батальоны.
Так и не знаю – достоин я этого ордена или нет. Но мне всё равно его не дали из-за путча.
А до этого прошел ещё Киргизию. Ездили мы туда чисто на патрулирование. Показать народу, что вот власть есть и у власти есть сила. На озере Иссык-Куль были ранней весной. Красивое очень! Обгорели там за час до волдырей.
Лебедя я за службу раз десять видел. Он точно, как генерал в «Особенностях национальной охоты». Только без сигары. Он мне галстук раз повязывал. Привезли нашу роту после Баку в Москву, на склады какие-то. Там нас переодевают в штатское. Костюмы, рубашки, плащи, туфли лакированные, галстуки… Кручу этот галстук в руках – что с ним делать. Лебедь подходит: «Помочь, сынок?» Повязал мне галстук. Туфли были узкие, а у меня ступня широкая. Чтобы ногу втиснуть, пришлось сорок пятый взять, при моём сорок втором. И вот мы такие неприметные в одинаковых костюмах, одинаковых туфлях, плащах и галстуках, все ранней весной с бакинским загаром, с АКСУ под плащами, патрулировали Москву попарно. Мой маршрут был на Арбате. День мы там патрулировали, и вернулись в полк.
А за несколько месяцев до этого раз целые сутки сидел с гранатомётом на чердаке в Москве. Трое срочников и офицер.
За всё время службы в полку месяца три провёл. Остальное время – командировки или разведвыходы, когда берёшь палатки, сухпаи, и километров за 60 в леса-поля. Бегать любил тогда. Случалось, в субботу или воскресенье, когда уже старшиной роты был, с другом: «Давай пробежимся…» И чисто для удовольствия километров пять нарежем… В казарму возвращаемся – ротный орет: «Старшина! Где тебя носит?! Строй роту на марш-бросок!» И с ротой ещё сороковничек легко пробегал…
Путч 91 год – тоже интересно. Самое трудное, самое жестокое было туда добраться. На гусеничном ходу от Рязани до Москвы по асфальту доехать – ни один водитель не выдержал. БМДшка на асфальте – как корова на льду. Я своего подменил. Половину дороги вёл. От асфальта из-под гусениц пыль-крошка летит. Доехали до МКАДа, у всех веки распухли - глаза-щёлочки. БМДшки одна на другую заезжали, остановку где-то снесли, легковушку задели… Реально тяжело.
Где-то перед МКАДом нас встретил Лебедь. Командиру полка и офицерам объяснил обстановку. Полк оставили здесь, а одну нашу роту отправляют к Белому Дому. 7 или 9 БМДшек у нас тогда было… И вот через все баррикады едем к Белому Дому. С тротуаров нам что-то кричат, обкидывают яйцами… Обзывают карателями. Мы после очередного юга – все загорелые… Ты спрашиваешь – за Ельцина мы были или за ГКЧП? Чего мы об этом знали?! Если Лебедь сказал, командир полка сказал – надо ехать, надо исполнять. А какое там ГКЧП, что это и зачем, - мы и знать не знали, и не надо солдатам это знать. Исполнять надо.
Приезжаем к Белому Дому, выходит президент Ельцин. Каждому из нас пожал руку, обнял, дыхнул водочкой. Руку его потную как сейчас помню. Жаркий август был. Что-то такое сказал вроде «ребятушки», «солдатушки»… Я так понял, что его обижают. Заняли оборону вокруг Белого Дома. И тут мы оказались для всех своими. Те же, наверное, кто в нас на марше яйцами кидался и карателями обзывал, теперь понесли нам жратву, курево и бухло.
Сначала мы думали, что сможем всё съесть. У нас был ГАЗ-66 в сопровождении, так мы его весь забили жратвой, и жалели, что столько боезапаса у нас место занимает. Мы ж срочники. Почти все из глубинки. А тут чипсы, пепси-кола, вина красные и белые, колбасы, коньяки, торты-пирожные, и это всё надо употребить. Ночь переночевали. В ручье каком-то умылся-побрился. Утром зарядку провел для роты. Такой миниспектакль для гражданских. И тут весь полк к нам приехал. Что вот давили кого-то из мирного населения – не видел и не слышал от наших.
А когда полк наш пришёл – началось ещё интереснее. Командира нашей разведроты, командиров взводов и меня, как старшину, вывели перед строем полка, сорвали с нас погоны, объявили предателями Родины, назвали какие-то статьи серьёзные, связали каждому руки. Я стою, не понимаю – за что? Попал, как кур в ощип. Президент руку пожал, а командование руки связывает. Чем я виноват?! Разведрота – 29 человек, весь полк стоит, и замполит полка объявляет, что мы за кусок колбасы Родину продали…
Со связанными руками отвезли в полк на гауптвахту. Офицеров - в офицерскую камеру, меня – в камеру для сержантов и старшин. С рядовых и сержантов нашей роты тоже погоны сорвали. А на губу только офицеров, и меня. Старшина роты - должность прапорщика была.
Ребята передали мне в камеру транзистор – слушаю новости. Думаю: «Если Ельцин победит – меня должны выпустить. Не зря же он мне руку жал…»
Проходят эти два дня. Слышу по радио – Ельцин победил. Прыгаю от радости чуть не до потолка. И меня действительно выпускают. Никто, конечно, не извиняется.
Возвращаюсь – в роте нет офицеров. Ни один после такого позора не стал восстанавливаться. Все написали рапорта.
И всю нашу роту вдруг отправляют за 40 километров от Рязани убирать яблоки в каком-то колхозе. Никогда для разведроты такого не было. Я – старший. Своим ходом. Зачем яблоки, куда… Взяли палатки, сухпай на пару дней… Ни задания, ни – куда яблоки сдавать… Ни корзин, никакого инвентаря, ни ящиков, ни мешков… Ребятам говорю: «Нас сюда выживать отправили. Вы - в поле за картошкой, вы – кому по деревне что работой помочь, чтобы продуктами расплатились». Прожили мы там две недели. С самогоночкой деревенской, - не без этого, конечно. Потом приезжает командир полка, представляет новых командира роты и командиров взводов. Отругал нас, что пьяные, и отправил бегом в полк. Для нас тогда 40 километров пробежать ничего не стоило. А потом выгнали меня из армии. Даже не помню – дождались осеннего приказа, или раньше. Выдали документы. Парадку не дали надеть. Сказали – у тебя «гражданка» есть, дуй в «гражданке». Так понимаю, что из-за политической ошибки командования полка там у Белого Дома. Чтобы не всплыло, что они предателями не тех объявили.
А несколько лет назад наша разведрота списались все в интернете. И мой адрес нашли. И приехали человек двадцать ко мне в гости сюрпризом. А я перед тем квартиру сменил. Они приезжают на адрес, который у них был – никто не открывает. Они соседям жмут звонки. Сосед один открывает – спрашивают про меня. А он им что-то ответил: «Его уж нет давно».
Ну, ребята возвращаются на вокзал, садятся в ресторане, наливают лишний стакан водки, накрывают куском чёрного хлеба, поминают меня. Потом разъехались.
Но вскоре один нашёл в интернете сестру мою. И осторожно так пишет ей, что, мол, - я с твоим братом служил. Она в ответ: «А он сейчас на охоте. На неделю уехал». Тут уж они ко мне снова приехали, и мы увиделись. Повспоминали…
Про орден «Красной Звезды» и не знаю – надо ли интересоваться. С одной стороны – представили, вроде. А с другой – на самом-то деле я же не внутри БМДшки прыгал. Ну, обещали орден и не дали. Зато и посадить потом обещали, но не посадили же. Отслужил, как все.
***
Послесловие от Немолодого:
Познакомился с ним в отпуске. Хорошо как-то сошлись, общались… Очень мне понравились его воспоминания. Некоторые истории из его жизни выкладывал в июне. А эту приберёг к Дню ВДВ.
Позвонил ему сейчас. Согласовал текст. Он кое-что поправил, и попросил добавить:
- С праздником, десантники!.. За войска дяди Васи!.. И вечная память павшим...

4

Интересно, ну вот почему меня бесят безобидные вроде вещи? Фанатичные оппозиционеры. Велосипедисты. Глупые рассказки... И хоть видно тролля за версту, ан терпеть мочи нет — хочется ответить.

Вот намедни на сайте вышла история о том, что, мол собственный дом формирует мужчину. Написано, естественно, домохозяйкой. Почему? Да потому, что подобный идеал может возникнуть только в женском хлопотливом и буколическом сознании. Ведь как там представлено? Вялый и ленивый мужчинка вдруг решает переехать в дом. Сельский дом. Опосля неминуемой и чудесной трансформации человек меняется. Ба-бам! Был лежебока, а стал — Хозяин. И вот, выпятив волосатое пузо, он важно начинает расхаживать в кумачевых трениках. Переваливается деловито по подворью и, попердывая от усердия, мастерски чинит все подряд. А жена тихо радуется от такой его справности, и расцветает, и застенчиво хихикает в платочек, и мечет моченые грузди на скатерку в петухах...

В этом сочинении автор смело переплела советские фильмы о счастливом селе и детство на родительской даче. Хотя, конечно, понравилась фраза: «перекопал жирную дымящуюся землю». Гм. Огорчу. Земля жирна и дымится только первые полчаса после перекопки тракторным плугом. И то осенью. Копать ее еще лопатой? Зачем?

Увы, «починить пару планок в заборе» или «заменить треснувший шифер» можно только в старом и убитом жилье. И забор, и крыша, сделанные по правилам, служат не менее 30 лет. Перманентным подлатыванием занимаются только в селах. Но происходит это от банальной бедности . Вообще, рискну сказать, что автор имеет такое же представление о реальной жизни в российской деревне, как Жозефина Богарне — о пейзанах Парижской области. Я даже не буду брать знакомое всем непросыхающее большинство. Но даже тем поселянам, кого еще не отжали из фермеров, или кому свезло найти приличную работу, живется довольно хреново. Это — постоянная борьба за выживание. Очень-очень непростая физически.

Успешные и довольные дауншифтеры существуют только в рассказках латентных гомиков (или - хипстеров), рассказываемых в тепленьких глютен-фри ресторанах.

Согласен, мужики бывают всякие. Их наклонности, как известно, определяет совершенно непредсказуемая рецессивная аллель в гомозиготе. Я проработал в монтаже полтора десятка лет. Там хлюпики и алкаши не выживали. Так вот, даже тогда из всех работяг только треть хотела по выходным копаться на даче или в гараже.Да и то делали это потому, что под советские машины нужно было лазить еженедельно. Большинство находило другие хобби .

Лучшей половине почему-то невдомек: ну не втыкает нас, мужиков «полезная семейная работа»! Нас генетически тянет на совершенно бесполезную и веселую активность. Стрелять.Собирать. Удить. Гонять. Соревноваться. Дрессировать. Гулять. Играть. Убиваться. Хвастать. Дурить. И вот чтоб оплатить все это, мы и ходим на работы. На очень разные. И я вряд ли поверю, что владелец нормально работающего бизнеса, приезжая домой, будет испытывать моральное неудовлетворение от незабитого (за целый день!) гвоздя. Так и проскулит супруге, повеся голову на рюмочкой старого арманьяка: «ах, дорогая, я — никто.У меня пять сотен подчиненных, пятьсот судеб, но — не моё! Как бы я хотел, сейчас, вместо этого сраного контакта на пять лимонов ухватить простыми русскими плоскогубцами православную шиферину и прикрутить ее на скат убогого скита... » А суженая погладит его по глупой головушке, да повторит: «А и то верно. Всех денег не заработаешь, касатик. Поедем-ка поближе к жирной землице, потычем-ка ее саперной лопаткой»...Наверное, такое может случится лишь в сериале имени первого канала.
Ох, поглумлюсь еще. Над последним умилительным образом.

Дорогие женщины! Подумайте сами. Если в наше время у кого-то в сарае который десяток лет валяется «полкило гнутых гвоздей, старый сломанный вольтметр, кузов от «Мерседеса» , то владелец — кто?
Возможно - параноик, завсегда готовый к войне. Или, может, блаженный. Но скорее всего- бездельник обыкновенный. То есть этот параметр Хозяина - неудачный.

У меня три знакомых — контрактора. Да, их гаражи и подвалы забиты материалами, машинками и приспособами. Но это то, чем они регулярно пользуются. И твердо знают, что и где храниться. И если ломается шуруповерт, то в мусорку летят и его батарейки, и такой-приличный-его-еще-хранить-и-хранить чемодан.

Лет тридцать тому меня научили простому правилу ежегодной чистки. Если при этом обнаруживается то, чем не пользовался 2 года — можно смело продавать или выбрасывать. Помню, тогда идея понравилась. Потратив пол-субботы, я выгреб из гаража железок и деревяшек килограмм на двести. Стало удивительно ясно и просторно. Пошел было к соседу за тачкой, вывезти этот хлам на свалку. Не получилось.

Потому что через час довольный сосед закончил растыкивать весь мой мусор по своему гаражу...

5

Наташа – стройная блондинка, вся такая хрупкая, того и гляди сломаешь, если обнять…

Есть у Наташи машина – Сузуки Свифт, Наташа машину свою любит. Живет она на 17 этаже.

Каждое утро Наташа выходит из подъезда с пятилитровой бутылкой воды и идет к машине, а под вечер Наташа тянет пятилитровую бутылку домой…

Вы думаете, что Наташа, вечером, несет пустую бутылку? Не-а, бутылка полная! И так каждый день! Наташа с утра выходит с пятилитровой бутылкой воды и под вечер заходит в подъезд с той же бутылкой. Соседи-автолюбители давно косо смотрят на Наташу. Всем интересно, что она делает?

Разговорился я с ней, познакомились. Всё оказалось куда проще и гениальнее, чем можно было подумать…

Наташа очень худенькая, и весит она всего 47 килограмм. ГРУЗОВОЙ ЛИФТ ЕЁ НЕ ВОЗИТ!!! Лифт рассчитан минимум на 50 кило веса, по этому, Наташке каждый день приходится таскать с собой пятилитровую бутылку с водой, потому что в нашем доме работает только грузовой лифт!