Результатов: 7

1

Дело было на майские праздники 1984 года. Вспоминаете, да? Брежнева уже нет, Ельцин ещё только будет, над страной тем временем нависла угроза всесоюзной борьбы за трезвость, но народ, к счастью, этого ещё не знает и спит спокойно. Клуб туристов из подмосковного города М. собирается на валдайскую речку Мста — дрессировать новичков на тамошних порогах. Районная газета “За коммунизм” навязывает ребятам в компанию двух семнадцатилетних девчонок — меня и Лильку, будущих абитуриенток журфака МГУ. Мы должны сочинить что-нибудь “патриотическое о боях на Валдайской возвышенности” в номер к 9 мая, и нам даже выданы командировочные — рублей, что ли, по двадцать на нос… У председателя клуба Вити Д. хватает своих чайников и нет ни одного байдарочного фартука, но он зачем-то соглашается нас взять. Лилька не умеет плавать. Это интродукция.

Завязка — типичная. Ну, ехали поездом. Ну, тащили рюкзаки и железо до речки. Ну, собирали лодки. Ну, плыли. Всё это, в принципе, не важно — даже тот забавный факт, что, когда доплыли, наконец, до тех порогов, Лилькина лодка единственная из всех сподобилась, как это называют байдарочники, кильнуться (хотя боцманом специально был назначен самый надёжный ас Серёжа…) Лилю вытащили, лодку поймали, Серёжа сам доплыл… Перехожу, однако, ближе к делу.

Там такое место есть немножко ниже по течению (было тогда, во всяком случае) — очень удобное для стоянки, и все там останавливались на ночёвку. Дрова, правда, с собой везли — по причине отсутствия местного топлива. Народу собралось изрядно — не один наш клуб решил с толком использовать длинные первомайские выходные. Так что палатки пришлось ставить уже довольно далеко от воды. Помню, нас с Лилькой взялись опекать студенты небезызвестного Физтеха долгопрудненского — Оля и два Димы, туристы толковые и опытные. У них была на троих полутораместная палатка, но они ещё и нас приютили без особого труда — колышки только пониже сделали. Нас, девчонок, ребята в середину пристроили, сами по краям улеглись (холодновато ещё в начале мая-то). Палатка раздулась боками… Уснули все быстро и крепко.

Среди ночи просыпаюсь в кромешной темноте от того, что кто-то в самое ухо дурниной орёт: “А ОН ВСЁ ПОДГРЕБАЛ — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!! И ПЕСНЮ РАСПЕВАЛ — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!!” Дуэтом орёт — на два голоса. Пытаюсь вскочить — спальник, ясное дело, не даёт. Потом соображаю, что я в палатке, причём в самой середине. В непосредственной близости от моих ушей — только Оля и Лиля. Молча лежат, не спят. И Димки оба ворочаются, заснуть пытаются. Что характерно, тоже молча. Или, вроде, ругаются сквозь зубы — но как-то невнятно: неловко им вслух при девчонках (84-й год же, золотые времена, говорю я вам…:-) А эти ненормальные снаружи всё не унимаются: “В ПОРОГ ИХ ЗАНЕСЛО — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!! И ЛОДКУ УНЕСЛО — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!!” В общем, почти до рассвета проорали, благо, в мае, да ещё на Валдае, ночи короткие. Угомонились, наконец.

Утром, часов не то в шесть, не то в семь, просыпаюсь от шума на берегу. Продираю глаза, вылезаю на свет божий, вижу картину: у самой кромки воды наводят шухер два здоровенных верзилы в бушлатах и бескозырках. Выстроили по ранжиру всех, кто им на глаза попался на своё несчастье, и орут до боли знакомыми охрипшими голосами: “Товарищи бойцы!! Поздравляем вас с Международным днём солидарности трудящихся — праздником Первое Мая!! Пролетарии всех стран — соединяйтесь!! УР-РРА-А-АА!!!” Сонный народ подхватывает, даже с некоторым энтузиазмом: “Ура-а!” Верзилы — что бы вы думали — шмаляют вверх из настоящей ракетницы, пожимают всем руки, садятся в байдарку (она делает “буль” и оседает по верхний стрингер) и торжественно отчаливают. Оркестр, гудок, рукоплескания, букеты летят в воду, дамы промакивают слезинки батистовыми платочками…

Немного погодя часть нашей компании тоже отчалила: у Димок у двух зачёт, пропускать нельзя, а то к сессии не допустят. Оля без них, конечно, оставаться не захотела. Мы с Лилькой решили податься вместе с физтеховцами — у нас командировка, нам материал писать. И ещё, помню, присоединилась к нам одна семейная пара: муж в каком-то ящике почтовом работал, там режим строжайший, пять минут опоздания — объяснительную пиши… Благословил нас председатель Витя, а сам со второй половиной клуба остался учить молодняк пороги проходить.
И вот доплыли мы до какого-то города, где железнодорожная станция. Не помню сейчас, как называется, всё-таки давно дело было. Там надо на поезд садиться, чтобы в Москву. Приходим на вокзал (приползаем, вернее — рюкзаки же при нас, и железо это байдарочное), а там таких как мы — полный зал ожидания. И все нервные: на вечерний поезд московский билетов нет, а есть только на утро. Мужики начинают потихоньку психовать: им с утра кровь из носу надо быть в столице. И находят они неординарное инженерное решение: как только подъезжает поезд — штурмуют вагон, оккупируют тамбур, заваливают все двери рюкзаками и — уезжают, стараясь не слушать вопли проводницы. А мы остаёмся — четыре ещё не старые особы женского пола, и с нами две байдарки — казённые, между прочим, клубные. Да ещё свои рюкзаки. И денег только на билеты в общий вагон да на буханку чёрного хлеба и банку джема “Яблочно-рябиновый” осталось. Рябина красная, лесная, джем от неё горький…

Переночевали в зале ожидания на полу: кафельный был пол, жёлтый, как сейчас помню. Подходит утренний поезд, стоянка две минуты. Наш вагон — в другом конце состава. Мимо народ бежит с рюкзаками наперевес, все уехать хотят. А мы стоим возле своей горы барахла, растерялись совсем. Кто знает - тот знает, что такое байдарки “Таймень”, пусть и в разобранном виде. И вдруг…

Вот ради этого вдруг я всё это и пишу. Вдруг — откуда ни возьмись — два эти супостата окаянных, верзилы здоровенные, которые нам прошлую ночь спать не давали. Схватили каждый по две наши упаковки байдарочные и стоят нахально, озираются — что бы ещё такое ухватить. А байдарки клубные, казённые же…

До сих пор — столько лет прошло — а всё ещё стыдно. Вот, каюсь во всеуслышанье и публично: показалось мне на секунду, что сейчас смоются бугаи с нашими вещичками — и поминай как звали. И тут они орут на нас: “Ну что стоите — побежали!”

Добегаем до своего вагона, они запихивают наши вещи, запихивают нас, потом свои рюкзаки бросают, запрыгивают — на ходу уже… Полчаса потом завал в тамбуре растаскивали. Разбрелись по местам, перевели дух наконец.

Вагон плацкартный, билеты у всех без места — пристроились кто куда. Мы четверо, девочки-одуванчики, выбрали боковой столик. Достали банку с остатками джема этого горького, хлеба чёрного чуть меньше полбуханки на куски нарезали, сидим глотаем всухомятку, кипятка нету в вагоне. До дома ой как долго ещё… А супостаты наши, благодетели, напротив верхние полки заняли. “Ложимся, — говорят, — на грунт”. И легли: ноги в проходе на полметра торчат, что у одного, что у другого. Морды распухшие у обоих, красные, носы облупленные — на первом весеннем солнышке на воде в первую очередь носы сгорают. Лежат на локти опираются — один на левую руку, другой на правую, щёки по кулакам по пудовым как тесто стекают… Смотрят на нас сквозь опухшие веки, как мы вчерашним хлебом пытаемся не подавиться, и комментируют: “Да-а, бедно вы, пехота, живёте. То ли дело мы, моряки — у нас и сливки сгущенные, и сервелат финский, и “Саянчику” бутылочка найдётся…” Щёлкнули по кадыкам, подмигнули друг другу и в рюкзаки свои полезли. Сейчас как примут своего “Саянчику”, как пойдут переборки крушить — ой, мама…

А рюкзаки у них, кстати, были — это отдельная песня. Огромные — чуть ли не со своих хозяев ростом. Туда и байдарка разобранная помещалась (железо, наверное, у одного было, а шкура у другого), и всё остальное добро. Тяжеленные… Зато у каждого — только одно место багажа, хоть и явно негабаритный груз. Не потеряешь ничего, в спешке не забудешь… Удобно, что и говорить — тем, у кого духу хватит поднять.
И вот, значит, лезут они в эти свои великанские рюкзаки и достают… Банку сгущённых сливок, батон сервелата и бутылку газировки “Саяны”. И всё это нам сверху протягивают. А 84-й год на дворе, напоминаю в который раз. Заказы, талоны и нормы отпуска.

Вот не помню сейчас — сразу мы на это добро накинулись или всё-таки поломались сначала немножко для приличия… Если и ломались, то, наверное, не очень долго: есть дико хотелось. Навалились дружно, особо не заботясь о манерах… А они на нас сверху смотрят — один слева, другой справа, и такая в заплывших глазах нежность материнская… Картину Маковского помните — “Свидание”? В Третьяковке висела? В таком вот, примерно, ключе.

По дороге они нам ещё песню спели — про то, как “Из Одессы в Лиссабон пароход в сто тысяч тонн шёл волне наперерез и на риф залез…” Так гаркнули, что на переборку облокотиться было невозможно — вибрировала она до щекотки в бронхах. Проводница прибегала выяснять, что случилось. Весь народ, который после кафельного пола в зале ожидания отдыхал, перебудили. А песенка закольцованная, как сказка про Белого бычка. Не перестанем, говорят, пока все подпевать не начнут… Когда по третьему разу поехали — народ смирился, подхватывать стал потихоньку, а тут и Москва, Ленинградский вокзал…

Они ведь нас, обормоты сердобольные, ещё и до Ярославского вокзала дотащили и в электричку погрузили торжественно, ручкой помахали. И с тех пор благодетелей наших я не видела ни разу. И имён даже не знаю. Осталось только в памяти почему-то, что они, вроде бы, ленинградские были, не московские. Но опять же — столько лет прошло, не поручусь.

Вооот... Статью мы с Лилькой написали — омерзительную. Просто до сих пор стыдно вспомнить. Это сейчас я про войну понимаю кое-что — довелось взглянуть, было дело (никому не пожелаю). А тогда — “воды” налили про какой-то памятник, который в одной деревне случайно увидели, вот и весь патриотизм. Я псевдонимом подписалась, Лилька, правда, своей фамилией, ей не страшно было, она уже тогда замуж собиралась… Газета “За коммунизм” тоже довольно скоро сменила девичью фамилию и теперь называется... ээээээ... ну, допустим, "Лужки". Пишет, правда, всё так же и всё о том же…

Полжизни назад дело было, если разобраться, но морячков нет-нет, да и вспомню. Хоть бы спасибо им как следует сказать…

СПАСИБО!!!

2

К слову вспомнилось.
Было это в начале 80-х. Случилось у нас в общаге происшествие с
политической окраской и приехал к нам сотрудник КГБ с беседой. По
окончании естественно отвечал на вопросы. Парни, понятно, шпионами
интересовались, а одна девушка спросила о размере зарплаты .
- Этого я сказать не могу, потому что сведения о зарплате сотрудников
КГБ являются государственной тайной. Но не очень-то и много мы получаем.
Вот был случай. – решил повеселить народ кгбэшник. – Жена одного
сотрудника как-то позвонила в нашу бухгалтерию. Как она этот номер нашла
– разбирались отдельно. В общем, спрашивает она про зарплату своего
мужа. В бухгалтерии отвечают, что сказать ей этого не могут, тем более
по телефону и поинтересовались почему возник такой интерес .
- Понимаете, - говорит женщина, - муж в последнее время стал приносить
меньше денег. Я спросила в чём дело, а он сказал что по его вине
затонула подводная лодка и теперь у него выдерживают из зарплаты. Это
правда ?
земляк

3

Как-то мы с друзьями, семьями отдыхали возле моря. Жены наши пошли в
близлежащий магазин, а мы втроем: я, Серега и Костя на морском берегу
решили перекинуться в картишки на желание. Серега остался в дураках, ну
и нам надо было придумать, как же его поэксплуатировать. Смотрю - к
берегу подплыла лодка, оттуда вылезли несколько парней, которые начали
раскладывать на берегу парашют. Короче номер этот все знают - на человека
надевают парашют, привязывают его к лодке, лодка отчаливает от берега и
человек летит над морем на парашюте.
Я говорю: - Костя, я придумал желание. Давай отправим Серегу в полет!
Костя: - Я за! Серега, ты как?
Cерега: - Мужики, та не... Полетать прикольно, только денег у меня с
собой мало.
Я и Костя: - Не боись! Мы добавим! Вперед!!!
Мы подошли к лодке, дали парням деньги. Они начали готовить Серегу к
полету. Я смотрю, Серега какой-то бледный.. Говорю: - Что с тобой?
Cерега: - Да нога затекла, когда я в карты играл.. Но сейчас вроде все
прошло.
Один из парней провел с Серегой краткий инструктаж по полету. Другой в
лодке завел мотор и... Серега полетел.
Я говорю Косте: - Хорошо пошел!
Костя: - Да.. Красавчек! Сейчас он увидит всю красоту Казантипа с высоты
птичьего полета!
В это время возвращаются наши жены.
Наташа (жена Сереги): - А что это за парашют над морем?
Я и Костя: - А это твой муж осуществил свою мечту!
Наташа была в шоке: - Какую мечту.. Дебилы.. Он высоты боится!!!
Когда лодка привезла Серегу, то он выглядел счастливым, то ли оттого,
что полетал, то ли оттого что все благополучно закончилось. Наташа
бросилась ему на шею, отправляя в наш с Костей адрес массу проклятий.
Я и Костя с участием спросили Серегу: - Ну как полет? В трусах нет
ничего лишнего?
Cерега: - Мужики, а во время моего полета, вам не хотелось друг друга
обнять?
Мы удивились: - Да нет.. С чего бы это вдруг?
Серега: - А вы думаете, как я вас называл, когда смотрел вниз?!

4

Реднеками в Америке зовут южан.

Итак.... вы знаете, что вы - техасский реднек, если:

1. Вы вернулись домой со свалки, прихватив с собой больше, чем вы туда
отнесли.
2. На вашем кухонном столе лежит ловушка для тараканов.
3. В рождественском подарочном списке вашей бабушки есть графа
"боеприпасы".
4. Вы думаете, что подразделение - арифметическая операция.
5. Вы моетесь мылом от блох и клещей.
6. Вы судитесь со своей бывшей женой за право жить со своей охотничьей
собакой.
7. Ваш бензобак заткнут старым нижним бельем.
8. Выгуливая собаку, вы пользуетесь тем же деревом, что и она.
9. Можете развлекать себя мухобойкой больше часу.
10. Ваш двор постоянно путают с центром вторсырья.
11. Ваша лодка не покидала вашего двора 15 лет.
12. Вместо того, чтобы стричь траву во дворе, вы ее поджигаете.
13. Армия спасения отказалась принять ваш матрац.
14. Вы считаетс, что фастфуд - это сбить оленя на скорости 100км/ч.
15. Вы предлагаете кому-то последнюю рубаху с себя, и получаете отказ.
16. Номер телефона местного таксидермиста - на вашем скоростном наборе.
17. В вашем доме нет занавесок, но они есть на вашем грузовике.
18. Вы удивляетесь тому, как туристским центрам удается держать туалеты
такими чистыми.
19. Вы можете плюнуть, не открывая рта.
20. Вы считаете номера вашей машины персонифицированными, потому что их
сделал ваш папа.
21. Ваша жизненная амбиция - стать владельцем киоска по продаже
пиротехники.
22. Самый большой город, в котором вы были - местный супермаркет.
23. Ваш исправный телевизор стоит на вашем неисправном телевизоре.
24. Вы пользуетесь гладильной доской как буфетной стойкой.
25. Ваши соседи думают, что вы - следователь, потому что вас постоянно
привозит домой полиция.
26. Смерч проходит через ваш двор и результатом является улучшение
вашего дома на сумму в 100,000 долларов.
27. Вы пользуетесь ершом для унитазов, как чесалкой спины.

5

На лодочной станции проката начальник кричит в мегафон:
- Лодка номер 99 ! Возвращайтесь к берегу - ваше время истекло !
Через пять минут:
- Лодка номер 99, возвращайтесь немедленно !
Через пять минут:
- Лодка номер 99 ! Если вы не вернетесь - мы вас оштрафуем !
К начальнику подходит помощник:
- Иван Иванович ! У нас ведь всего 73 лодки,
откуда же взялась 99-я ?
Начальник на мгновение замирает, а потом бросается к берегу:
- Лодка номер 66 ! У вас что - какие-то неприятности ?!

6

Спасатель командует в громкоговоритель на лодочной станции:
- Лодка номер 99, гребите к берегу, ваше время истекло! Лодка номер 99,
гребите к берегу! Лодка номер...
Его помощник подсказывает:
- Слушай, у нас всего семьдесят лодок.
- Да? Лодка номер 66, у вас что, проблемы?

7

Спасатель командует в громкоговоритель на лодочной станции:
- Лодка номер 99, гребите к берегу, ваше время истекло! Лодка номер 99, гребите
к берегу! Лодка номер... Его помощник подсказывает:
- Слушай, у нас всего семьдесят лодок.
- Да? Лодка номер 66, у вас что, проблемы?