Результатов: 18

1

История эта произошла со мной в 2000 году.
Молодой,задорный,недавно вернувшийся из армии. С отменным аппетитом: съесть мог все подряд - не припомню, какой продукт или блюдо отвергал бы мой растущий организм.
И вот меня, с таким аппетитом, приглашает в гости мой школьный друг Антон.
Они вчера, со своей подругой Татьяной арендовали квартиру для совместной жизни.
Приходи, говорит, в гости: мясо поставили, сейчас суп варганить будем. Надо отметить, что у Антона есть тяга к кулинарии, любит он это дело, готовит очень вкусно, с душой...
И я в прекрасном настроении и в предвкушении гастрономического праздника отправляюсь в гости.
Антон и Татьяна, как и полагается, встретили очень радушно: провели экскурсию по квартире, пригласили на кухню, пока общались, а тут и наваристый суп подошёл...
Антон с достоинством водрузил передо мной тарелку с супом, только- что с пылу- жару, вид был замечательный, большие куски мяса, красивый поджаристый лучок с морковкой. М-м-м, обьедение...
И я начал есть.
Съел первую ложку и понять ничего не могу - еле проглотил,вкус непонятный,несъедобный. Даже мой неприхотливый организм отказывается участвовать в этом мероприятии.
Тут ещё и Татьяна спрашивает, интересуется: как, мол, суп? Удался?
(Себе они ещё не положили, собирались чуть попозже).
Я, как человек воспитанный, тем более нахожусь в гостях, от души похвалил хозяев: молодцы, здорово у вас получилось, очень вкусно...
Зачерпнул вторую ложку, положил в рот, понять ничего не могу - привкус, есть невозможно, а Татьяна так посматривает, пришлось и вторую ложку с улыбкой на лице проглотить.
Пытаюсь в доли секунды проанализировать ситуацию: вид отличный, красивый, аппетитный, а есть невозможно. В чем причина? Специи? Уже начал думать, может я зажрался, привередничаю...
И с этой мыслью отправляю в рот третью ложку.
Нет! Нет! Нет! Не могу я это есть...
Проглотил ( не выплевывать же).
А Татьяна по - хозяйски ещё пол половничка горяченького подливает.
Кушай, кого стесняешься!
Три ложки, которые я съел - это все, что я смог, чувствую, больше не вывожу... Как- то надо из этой ситуации достойно выходить,зову Антона на балкон, воздухом подышать:
- Извини, Антон,можно я ваш суп не буду есть?
- Аппетита нет?
- Аппетит есть, суп несъедобный...
- Как несъедобный? Когда готовили - пробовали, божественный вкус...
Начали смотреть, проверять - разобрались в чем дело.
Как я рассказывал вначале, квартира у них была съёмная: когда убирались, нашли в "хрущевском холодильнике" початую бутылку с подсолнечным маслом. Понюхали - масло (хранится долго), решили не выбрасывать, пригодится.Оказалось, бутылка то из- под подсолнечного масла, а туда предыдущие жильцы ( или хозяева), на треть налили моторное для каких - нибудь житейских нужд.
Вот на этом моторном масле они и сделали поджарку лука и моркови, которую добавили в самом конце.
Поэтому они и не могли понять, почему это у них суп несъедобный: в процессе готовки снимали пробу - все было здорово, а после того, как добавили поджарку, больше не пробовали.
Суп естественно пришлось вылить.
Долго потом смеялись, представляя - проигрывая эту ситуацию.
Я запомнил эти три ложки на всю жизнь - незабываемый вкус.
До сих пор в при случае, в компании, подкалываю Антона. Накормил, мол, меня супом, из моторного масла.

2

Когда я была маленькой, то всегда завидовала тем, кто может сам себе купить мороженое. Много мороженого. Ящик, а лучше два. Причём зимой. И слопать его на ходу, да так, чтобы все дети завидовали, а взрослые восхищались, собаки оглядывались, а ладошки потом слипались и их надо было обязательно протереть снежком с бабушкиным платочком...

Но зимой мне мороженое не покупали, ибо как "простудится деточка, а у нас варенья из малины мало", а "дохтуры нонеча не душевные пошли". Но пытливым детским умом и громадным пятилетним житейским опытом я прекрасно понимала, что говорится так и делается так всё из вредности, потому что малинового варенья всегда хватало до следующего лета, в многонаселённой коммуналке жили семьи исключительно военных врачей и только тётя Оля из дальней комнатёнки, к которой часто прибегали курсанты старших курсов из военно-медицинской академии в самоволку и в увольнении, не имела никакого отношения к медицине и работала там же, где и все взрослые, но только "шалавой хирургической". Тётя Оля частенько давала мне крохотные шоколадки по 2 копейки и карамельки "Дюшес". Я очень любила тётю Олю, но бабушка мне запрещала почему-то ходит в "тётиолину" комнату. Я обижалась, плакала, но глубоко в тайниках души лелеяла надежду, что когда вырасту, то обязательно выучусь на "хирургическую шалаву", и у меня будет много леденцов и шоколадок.

Бабушка каждый будний день забирала меня из детского садика у Финляндского вокзала, и мы не торопясь, шли пешком мимо Военно-медицинской академии, мимо рядов с румяными тётками в валенках и ватниках, в белых фартуках, перемотанных пуховыми платками, которые продавали и пирожки с повидлом, и мороженое-эскимо, и петушки-леденцы на палочках, выструганных из осины и много-много всяких разных вкусностей. Но мне никогда это всё не покупали. Ибо "повидло у них из гнилых яблок, в пирожки собаку с кошкой запихали, петушки из пережжёного сахара и неизвестно где цыгане эти их делали, а мороженое зимой нельзя - ангиной заболеть можно", потом мы шли домой, где меня поили противным тёплым клюквенным киселём, заставляли есть ненавистный пирог с капустой, но сначала "скушай, деточка, соляночку из глиняного горшочка". При этом столовая ложка рыбьего жира была обязательной. Ложка. Столовая. Рыбьего жира. Тьфу...

По субботам к ужину полагались две шоколадные ненавистные конфеты "Гулливер" и "Белочка". Когда "Белочки" не было, то давали омерзительный шоколадный "Кара-Кум" фабрики им.Крупской.
Сами понимаете, что детская душа желала свободы, которая олицетворялась именно в поедании эскимо и петушков на палочке в любое время. Причём - постоянно...
И вот как-то раз, проходя по Финляндскому переулку, мимо "Дома быта", бабушка увидела громадную очередь. Очередь вилась мимо лотков с мороженым, и бабушка привычно спросила:
- А что дают?
- Обои. Французские. 8 рулонов в одни руки.
Бабушка ахнула, немедленно заняла очередь, перекинулась парой слов с соседями по поводу клея для обоев, предоставив мне полную свободу действий на целый час. Представляете? Целый час! За мной же она следила вполглаза, изредка окликивая, дабы удостовериться в моей близости.
А я зачарованно смотрела на лоток, полный мороженого. Это был взгляд собаки на свежую котлету, на куриное крылышко "гриль", на кольцо краковской колбасы. Так смотрят на Деда Мороза, на невиданной красоты птиц, на... Повзрослев, я так смотрела на свадебные машины, на соседа-лейтенанта медицинской службы Вовку, который в одночасье стал большим и далёким дяденькой в морской форме, золотыми погонами и кортиком, на поезда, уходящие в далёкие края к Чёрному морю, на летние кучевые облака, уносящиеся в далёкие страны.

- Что, девочка, мороженое хочешь? - спросил меня мужчина с аккуратной профессорской бородкой, шапке "пирожком", в очках и потёртым кожаным портфелем.
Я наивно кивнула и, на моё удивление, он протянул мелочь продавщице, которая выдала мне целых 2(!!!) эскимо.
- Но только дома. С горячим чаем! - назидательно сказал добрый волшебник и удалился в сторону ВМА им. Кирова. Я немым восторгом смотрела ему в след.
- Адунюшка, совсем заждалась маленькая... Сейчас домой идём, кисель пить будем!
Бабушка, натужно кряхтя, неуклюже ковыляла с рулонами обоев, поднимаясь по пологой мраморной лестнице с витыми кованными ограждениями. Я, спрятав "эскимошки" в карман, придерживая их за палочки, катилась маленьким бурым медвежонком сзади. Я прекрасно понимала, что мороженое нужно срочно спрятать в кладовку, за покрашенное окно, между рамами, куда всегда клали купленное зимой мясо, курицу, завёрнутую кусок серого картона с безвольно висящей головой и протянутыми лапами. И только потом, когда никто не видит, захомячить его без постоянных тревог об "ангине, ОРЗ, воспалении лёгких, простуде" и прочих страхов.

Я валялась на полу в прихожей, бабушка стаскивала с меня валеночки, с валеночек галошки, потом шубку, потом шапочку, платочек, свитерочек, двое вязаных штанов, одевала мне валяные тапочки, поправляла колготки... Впрочем, вы и сами прекрасно знаете эту процедуру одевания-раздевания детей.
И тут во входной двери заскрежетал ключ и с работы вернулся папа. И мама. И тётя Люба. И брат Костя. И все одновременно. Прихожая моментально заполнилась, все шумели, толкались, смеялись, торопились кто в ванную, кто в туалет, развешивали одежду и ставили обувь на батарею для просушки.... Короче, обычная вечерняя суета обычной питерской семьи.

- А что у нас сегодня для Адочки? А для Адочки у нас сегодня - мороженое! Эскимо! Две штуки! Но Адочка должна хорошенько поужинать! А мороженое пока полежит в морозилке, в холодильнике!- раздался весёлый голос папы.

Я не поверила своим глазам. Мороженое. Зимой. Мне. Не на день рождения и не на Новый Год. Просто так. Два раза сказка. За один вечер. Это было выше моих сил. Естественно, я бегом побежала к обеденному столу, залезла на свой высокий стул, слопала полную тарелку солянки, большой кусок пирога, и, уже совсем лениво допивала кисель... И.... и потом я уснула. Уснула прямо за столом. Намертво... Ну Вы же прекрасно знаете, как засыпают за столом, покушав, маленькие дети, которые пришли с прогулки по морозу.

Конечно, проснувшись субботним утром, я моментально вспомнила, что папа убрал эскимошки в холодильник и хозяйским тоном тоном потребовала из к завтраку. На моё крайнее изумление мама достала обе эскимошки, положила их на блюдечко, налила чашку горячего чая, принесла мне, я торопливо развернула сразу две штуки, впилась зубами в первую, и....

Вот что вы знаете о вероломстве? Так я Вам отвечу. Ничего. Ровным счётом ничего! Эскимошки оказались глазированными в шоколаде ванильными сырками. Глаза мои моментально наполнились слезами, взрослые засуетились, поняв, что обман раскрыт, что прощение ещё надо заслужить, но детское горе было настолько велико, что ни билеты на утренние мультики в ДК "Выборгский", ни обещание сводить меня в зоопарк, ни поход на каток "Красная Заря" не могли утешить и успокоить меня. Мне даже не запретили убежать в "тётиолину" комнату, где меня внимательно выслушали, дали полную пригоршню "дюшесок", отвели обратно, но обида засела настолько глубоко, что до самого позднего вечера я одевала, насупившись, в разные платья своих кукол, раскрашивала зайчиков в книжке "раскраска", не говоря ни с кем, не стала играть с кошкой.
Я твёрдо решила умереть, а они все будут ещё бегать вокруг меня причитая, что я была хорошей и послушной девочкой, что их надо простить, а я буду лежать красивая, гордая и непреклонная, уверенная в своей правоте, но потом встану, все обрадуются, забегают и купят мне много-много "самого-самого настоящего и всамделишного мороженого "Сахарная трубочка" по 15 копеек", а потом... Но к обеду от волнений у меня поднялась температура, мы никуда не пошли, а в воскресенье началась знаменитая питерская оттепель, с крыш потекли ручьи, в водосточных трубах был слышен грохот падающего льда, так что в садик меня повели только в среду, достав из шкафа новое пальтишко.

И только в четверг утром бабушка, убирая ненужную уже шубку, обнаружила в ней моё растаявшее эскимо. Заливаясь слезами, я рассказала ей всё. Бабушка долго вздыхала, гладила меня по голове, потом взяла ножницы, отрезала у шубки оба кармашка, пришила новые из старой папиной нейлоновой парадной рубашки, и убрала шубку в коробку, а потом на антресоли. И больше никогда я не видела эту шубку, ибо за лето я выросла, мне купили новую, старую (наверное) отдали кому-нибудь, а детская память пятилетней девочки, коротка, как и девичьи слёзы... Но глазированные ванильные сырки в блестящей фольге я возненавидела на всю жизнь.

... Прошли годы, пролетели незаметно и школа, и праздник "Алые паруса", экзамены в педиатрический, не стало бабушки, папу привезли из Афганистана в начале 80-х, прощальный залп на Богословском кладбище, а потом не стало и мамы, помогшей нам воспитать сыновей, которые закончив военные училища "убыли к очередному месту несения службы", а сейчас им уже почти по 30 лет, мама ещё в начале 90-х уехала к двоюродной сестре в Одессу, но, к счастью уже не застала этого нынешнего дурдома... Да и много чего ещё.
Хлопнула входная дверь. С работы пришёл Димка, муж. Нужно кормить ужином. Пошла, достала из холодильника суп, Димка налил чаю, достал из портфеля газету, поставил передо мной блюдце и и радостно заявил:
- Гляди, мать, что я в ларьке на Удельной купил!

... Он до сих пор не может понять, отчего я так рыдала тогда, два месяца назад, увидев на блюдце два глазированных сырка в яркой красочной фольгированной упаковке.

(с) Ада и Дмитрий Петровы

4

Как мы в Мишлен ходили

Из-за дверей пахнуло чем-то вкусным.
- Это для работяг столовка, с шинного завода - сказал Андрюха, углядев на двери наклейку с надписью «Michelin» - точно вам говорю, у меня резина такая была, пошли что ли?
Мы зашли. На столовку внутри было не похоже, скорее всего, это было какое-то кафе. Стены были из красного кирпича, а поперёк потолка шли толстые деревянные балки, из которых торчали какие-то железные крюки с висевшими на них медными касками и музыкальными инструментами. Видимо, раньше тут был какой-то склад. Тут же навстречу нам вышел улыбающийся официант в очках, здорово смахивающий на кролика из «Вини Пуха». Жестом он пригласил нас пройти во второй зал, где предложил сесть за стол накрытый скатертью с расставленными на ней сверкающими приборами и разложенными салфетками.
- Ну, это не кафе - присвистнул Саня - вон тут как круто, это ресторан по ходу...
- Хрусталь? – спросил он кролика-официанта, и, взяв со стола вилку, постучал ей по бокалу с длинной ножкой.
- Я, я – подтвердил тот – итс кристал.
- Я ж вам говорю, ресторан, ща как насчитают…. может свалим, пока не поздно, здесь, поди, дорого..
- Да, ладно, раз уж зашли – махнул рукой Андрюха - лишнего не берите, да и всё…
Мы уселись, оглядываясь по сторонам. Видимо они только открылись, и кроме нас других посетителей еще не было. Зато прямо напротив нашего стола располагалась большая открытая кухня, где суетилось сразу несколько поваров. Кухню отделяла от нашего зала лишь стеклянная перегородка до самого потолка.
- Это чтоб продукты не тырили - объяснил нам Андрюха – надо и в наших кабаках так же сделать.
Мы с Саней согласились, почему бы и нет?
Официант раздал нам меню, и некоторое время мы с умным видом разглядывали небольшой список иностранных названий каких-то незнакомых блюд. Что из них можно заказывать было совершенно непонятно.
Положение спас Андрюха, который, в отличие от нас с Саней, впервые бывших в Европе, когда-то с полгода пропомбурил в Тунисе и мог что-то сказать по-английски.
Повертев меню в руках, он отложил его в сторону и спросил у официанта:
- Комплекс ланч? Из комплекс ланч?
Кролик в ответ согласно закивал головой и, открыв меню на первой странице, начал что-то нам показывать, время от времени обращаясь к Андрюхе: - Йес?
- Йес, йес, тащи – махнул ему рукой Андрюха и тот, собрав со стола все меню, умчался на кухню.

Первым делом он нам принёс фарфоровую хлебницу с нарезанным батоном, плошку с каким-то белым соусом и три небольших блюдца с нанизанными на разноцветные шпажки оливками и крохотными кусочками ветчины, огурцов и сыра.
- Ни хрена себе – сразу возмутился Саня, кивнув официанту на поваров - их там дармоедов пятеро, а салат толком сделать не могут?
Официант в ответ отступил на шаг назад и начал что-то объяснять, показывая на наши блюдца и на хлеб с соусом.
Саня вздохнул, помотал головой и, выждав, для приличия, пока тот отойдёт, выложил батон из хлебницы на салфетку и счистил туда со шпажек все, что лежало у нас на блюдцах. Потом залил всё это соусом, перемешал, и получившийся оливье наложил себе и нам с Андрюхой. Мы попробовали. В принципе, было ничего, вкусно.

Снова возникший кролик, увидев произошедшую на столе рокировку, вытаращил глаза и снова что-то быстро залопотал, взяв в руки пустую хлебницу.
- Андрюх, чё он там булькает? – спросил Саня - может, что не так сделали?
- Да не, всё нормально - успокоил его Андрюха - просто спрашивает, что пить будем... вроде бы….
И, повернувшись к продолжавшему бормотать кролику, спросил - Хэв ю водка? После чего немного подумал и добавил - Плиз.
Официант замолчал и, кивнув головой, ушёл на кухню. Видно, речь там пошла про нас, потому что все повара подошли к нему и, выслушав, повернулись в нашу сторону.
- Хули зырите, ворюги - сказал на это Саня - водку тащите….
Словно услышав его слова, кролик открыл стоявший в глубине кухни холодильник и достал оттуда запотевшую бутылку «Финляндии». Кроме водки он притащил еще три заледенелых рюмки и кувшинчик с морсом, который разлил нам по бокалам.
- Во, вот это по мази - одобрил Саня - мерси тебе.
Морс оказался со вкусом какой-то корицы, но водка была, то, что нужно, мягкая и холодная, так что, в принципе, было вкусно.

Мы успели выпить по две рюмки, когда снова пришёл наш кролик и поставил перед каждым красную тарелку с углублённым дном, на котором лежала небольшая кучка мелко нарезанного мяса. Потом снова отступил чуть назад и, протарахтев что-то по-своему, снова испарился.
- Бля, чё у них порции-то такие маленькие - удивился Саня - гомеопаты хреновы…. ладно, хлебом доберём...
- Ааа, так это он наверно на закусь принёс - догадался Андрюха – и, наложив принесённую закуску на кусок батона, снова поднял рюмку.
Мы выпили и, последовав Андрюхиному примеру, закусили бутербродами с мясом. В принципе было вкусно.

Под эту закуску мы успели пропустить ещё по паре рюмок, когда с кухни снова пришёл кролик, неся небольшую медную кастрюльку. Поставив её на стол, он снова распахнул глаза, с недоумением оглядел наши пустые тарелки и что-то возмущённо затрещал, обращаясь преимущественно к Сане, который, держа в руке бутер с мясом, дружелюбно его слушал.
- Суп! - разобрал Андрюха - ёпрст, мы ж это заправку для супа сожрали, он, наверное, в кастрюле бульон принёс…. из йес суп? – осведомился он у официанта, ткнув пальцем в его кастрюльку.
- Я, я суп, суп!! – сердито закивал кролик – суп!.
- А чего сами наложили как из бич-пакета? - вступился Саня, положив бутерброд на скатерть и привстав со своего стула - чё у вас всё недоделанное-то!? Пойди, пойми, тут…
Кролик замолчал, посмотрел на Саню, потом на наши тарелки и опять пошёл на кухню, забрав кастрюльку с собой. Видимо он снова там что-то сказал, поскольку повара, бросив свою работу, все вместе подошли к стеклянной перегородке, с интересом разглядывая нас.
- Ёптать, опять смотрят…- поежился Саня - как в вытрезвителе… вот не люблю я их, людей в белых халатах…
Подошедший кролик вторично наложил всем мясной нарезки и, перед тем как идти за кастрюлей, предупредительно взмахнул над столом рукой, предлагая нам, по всей видимости, воздержаться от поедания.
- Не жрать, говорит - смекнул Андрюха - ладно, не будем.
Вскоре тот вернулся с кастрюлей и маленькой поварёшкой наложил всем горячий суп-пюре жёлтого цвета, посыпав его сверху каким-то зелёным мхом. Потом он, как и раньше отошёл чуть назад и снова принялся нам что-то объяснять, показывая на тарелки с супом. Очевидно, это было для него обязательно.
Получившееся трёхцветное блюдо походило на светофор, но, в принципе, было вкусно.

Потом мы разлили остатки водки по рюмкам, заказав бубнившему кролику еще одну бутылку.
Повара с кухни, увидев, как тот тащит нам вторую «Финляндию», вновь бросили свою работу и дружно посмотрели в нашу сторону.
- Интересно - спросил я, разливая принесенную кроликом водку - а они понимают, что мы русские?
- А ща проверим - сказал Саня – и, крупно выведя пальцем на запотевшей бутылке слово Х/Й, повернул её в сторону поваров.
Те никак на это не отреагировали, просто стояли и смотрели.
- Не, не понимают…. - с удовлетворением констатировал Саня и развернул бутылку обратно - сложный для них наш язык…
Мы успели выпить еще по рюмке, когда появился наш официант, неся на подносе тарелки с чем-то внешне похожим на зажаренный кусок мяса. Рядом с мясом лежала кучка чего-то похожего на опилки, а по ободку тарелки были разложены кусочки зелёной травы и какие-то фиолетовые ягодки. Расставив тарелки перед нами, кролик уже привычно отошёл назад и что-то снова забубнил. Мы принялись за второе, и выяснилось, что куча опилок была мелко-мелко наструганной картошкой, а мясо к нашему удивлению вообще оказалось рыбой. Причем с каким-то явно знакомым вкусом.
- Из фиш, плиз? - спросил Андрюха у кролика и тот с готовностью сбегал за меню, в котором показал картинку с какой-то рыбиной.
- Так это ж щука! - опознал Саня - а понтов-то… лучше б пюре доделали….
Под рыбу мы выпили еще пару раз, закусывая фиолетовыми ягодами. И хоть ягоды оказались несколько кислыми, в принципе, всё было вкусно.

После щуки мы уже решили собираться и заказали кролику такси в аэропорт, допив остатки водки под какие-то круглые, пахнущие духами розовые пироженки, которых тот приволок целую корзинку.
Счет оказался далеко не маленьким, но к тому времени нам было уже так хорошо, что мы оставили чуть больше и даже решили отдельно скинуться кролику.
- Держи, рататуй - сунул ему деньги Саня - заслужил… а этих - кивнул он на поваров, что улыбаясь махали нам из-за стекла - этих лентяев в макдональс отправь, пусть там работать поучатся…

Уже в самолете Андрюха сунул мне аэрофлотовский журнал ткнув в картинку уже знакомой кухни, перед которой шеренгой стояли повара и официанты. Оказывается, пообедали мы не где-нибудь, а в известном и популярном европейском ресторане, где до нас уже побывала куча мировых знаменитостей. И что якобы славится он своей необычайно изысканной кухней, за которую даже имеет мишленовскую звезду, а это вроде как считается вообще круто.
Так, что будет, что у себя в Тюмени вспомнить. Тем более что посидели-то мы неплохо. Дороговато, конечно, но, в принципе, вкусно.
© robertyumen

6

РУССКИЙ МЕНТАЛИТЕТ

Вчера. Дочка сидит, делает уроки. Разрисовывает контурную карту
Австралии. Умучившись вырисовывать значки месторождений полезных
ископаемых, в ярости швыряет ручку:
- БЛИИИИН! Вот ну никак не пойму! Во всём мире нефти до фига, а чего ж
тогда из-за неё дерутся?
На личике такая жажда въехать в проблему, что пришлось пояснить на
доступном примере.
- Представь: идешь ты по лесу, ну, там с друзьями… и вот – пожрать
захотелось. Супа, например. Что надо сделать? Правильно, найти дрова для
костра – их ещё надо чем-то нарубить, развести огонь - тоже непросто,
если зажигалки нету, ещё - котелок там, или кастрюлю – а они вообще в
лесу не водятся. Воду, мясо или рыбу, овощи и прочую необходимую фигню.
Сперва все компоненты собрать, а потом ещё и процессом заняться.
Правильно?
- Нууу… да.
- Возни много?
- Это да, но совсем не невозможно… То есть можно решить.
- А можно поступить проще.
- Как? - круглые глаза в ответ.
- Найти только две вещи. Дрын потяжелее - что в лесу не проблема, и
другую компашку - с этим малость сложнее, – которые суп УЖЕ сварили.
Решили, так сказать насущную проблему. Дрыном прогнать от костра и
трескать супчик.
Моё блондинко переваривало информацию всего несколько секунд. Потом
задумчиво изрекло:
- А что если у тех… ну, у костра которые, на супчик столько же сил
потратили, тоже жрать хотят и у них СВОИ ДРЫНЫ ИМЕЮТСЯ?
- А догадайся!
Еще минута размышлений, очередной вопль «блиииин!» и резюме:
- МАМА!!! Спасибо! Теперь я поняла всю мировую политику!!!!

8

Поспорили два мужика, у кого жена экономней.
Первый:
- Да у меня жена варит суп, первый день едим мясо из этого супа,
второй день вермишель, третий день картошку, а на четвертый день
из этого бульона варит еще один суп!
Второй:
- Да это че, вот у меня жена! Покупает трусы, первый месяц носит
одной стороной, второй месяц носит другой стороной, образуется
коричневое пятнышко, так она его вырезает и у меня на лето
заебательская майка!!!

9

Суп без жены.
ВЗЯТЬ чистую кастрюлю и наполнить ее тремя литрами воды, помыть
кило картофеля, вытащить из кастрюли тапочки 3-летнего сына,
зажечь плиту, отругать сына, вытереть пол и вновь наполнить
кастрюлю водой, поставить на огонь, забрать у сына изо рта
картошку, почистить одежду сына и картошку, отобрать у малыша
спички и потушить свои брюки, достать где-нибудь 300 г мяса,
бросить в кастрюлю картофель, догнать кота и отобрать у него
мясо, стукнуть кота веником, сказав "а, подавись", вскрыть пачку
с надписью "Суп вермишелевый, с мясом, быстрорастворимый, без
осадка". Посолить картофель, подмести в тарелку содержимое пачки,
дать сыну подзатыльник, посолить картофель, помириться с сыном,
посолить картофель, откачать подавившегося мясом кота, посолить,
бросить в кастрюлю содержимое тарелки, помешать веником, посолить,
чертыхнуться, попытаться извлечь из кастрюли лишнюю соль, подержать
ошпаренную руку под струёй воды, закрыть горячую, открыть холодную
воду, ругнуть сантехников и водокачку, насыпать в кастрюлю сахар,
отыскать во дворе сына, отшлепать его, помириться, вернуться бегом
на кухню, выключить газ, открыть окно, выгнать полотенцем дым и гарь,
успокоить соседей и пожарную охрану, похвалить сантехников и водокачку,
закрыть кран с холодной водой, вытереть пол у себя и потолок у соседей
снизу, попробовать суп, плюнуть, предложить суп коту, начать отчищать
кастрюлю от золы, обнаружить на дне прогоревшую дыру и свои новые часы,
спросить, сколько времени, отшлепать сына, соседей и пожарных.
Обливаясь скупыми мужскими слезами, дочистить и вернуть кастрюлю
соседям , дать коту добавки, залатать брюки, откачать кота, помириться
c котом и пойти с ним и с сыном в столовую.

11

Приплелся пьянчужка домой поздно ночью и, не включая
свет, чтобы не беспокоить жену, стал искать, что бы поесть. В потемках нашел кастрюлю, съел содержимое, да и спать лег. А утром
выговаривает жене:
- Что ты там наварила: суп еще куда бы ни шло, но мясо
совсем не проварилось!
- Какой суп? Какое мясо? - всплеснула руками жена.-Пьяная твоя морда, ведь это я в кастрюле капроновую мочалку вываривала...

13

Семья людоедов сидит у костpа. Отец зачеpпнул ложку в котле,
хлебнул для пpобы и как тpеснет жену. Та - в слезы, а он ей:
- Сколько pаз тебе говоpить: мясо в суп кладешь - носки снимай!

15

Пьяный пришел ночью домой. Поел и лег спать. Утром:
- Жена! Что ты там за суп сварила? Бульон еще куда ни шло, а мясо ну
такое жесткое!
- Какой суп? Какое мясо? Пьяная твоя морда, я капроновую мочалку
вываривала!

16

Пьяный пришел ночью домой. Поел и лег спать. Утром:
- Жена! Что ты там за суп сварила? Бульон еще куда ни шло, а мясо ну такое
жесткое!
- Какой суп? Какое мясо? Пьяная твоя морда, я капроновую мочалку вываривала!