Результатов: 72

1

О, Грузия!

Сразу два события случились вчера, об одном знают многие, о другом - лишь некоторые: курс биткоина превысил двадцать тысяч долларов и я был на выставке грузинских художников-экспрессионистов. Перехожу сразу ко второму пункту, потому как первый всем и так ясен и понятен, очередной психологический уровень битка находился на уровне двадцать тысяч долларов, в понедельник ждем небольшого отскока, а затем уверенно идем к новому уровню - двадцать пять тысяч долларов. Второй пункт менее интересен для широкой публики, нет, я не про великих грузинских живописцев, я про себя. Вне всякого сомнения, обо мне скоро заговорят, хотя, конечно, не так как о биткоине - сказать, что я смогу собою затмить первое цифровое золото, значит сказать неправду.
В этот вечер луны на небе не было вовсе - именно в такие вечера и проводят выставки грузинской живописи. Картины великих мастеров вальяжно расположились на стенах маленького по размерам, но не по значимости арт-ателье с кричащим птичьим названием. Поклонников таланта грузинских живописцев было достаточно - если бы кто-нибудь из присутствующих случайно обронил яблоко, упасть ему было бы негде. Но яблок не было, виноград, бананы, канапе, стручковый перчик халапеньо, мандарины с косточками и глинтвейн в кастрюле с поварешкой, да, конечно, читатель, бывший там вчера, меня поправит, было грузинское вино! - но только не яблоки.
Я, оказавшись волей случая и по приглашению милейшей хозяйки этого островка изобразительного искусства, прибыл в назначенное место, опоздав на сорок пять минут. Место мне нашлось сразу у входа, с правой стороны, оттуда ничего не было видно и оно выгодно пустовало. Кто не знает - я непризнанный гений, писатель, и совершено случайно прихватил с собой двадцать своих книг. Как я уже сказал выше, место у входа было стратегическое, выгодно останавливало людей, желающих освежиться, и взгляды некоторых, как мухи на мясо с душком, небрежно падали на стопку зеленых, как сукно игровых столов в казино Лас-Вегаса и Монте-Карло, книг и вместе с хозяевами тут же исчезали. Насвистывая веселую мелодию, я ждал сумасшедших, отважившихся взять в руки мое произведение. Прошел примерно час, не больше, сумасшедших, как я и подозревал, на выставке не оказалось совсем, зато я услышал, как отчаянно стучит поварешка по дну пустой кастрюли, где еще недавно плескался так и не успевший остыть алкогольный напиток.
Отдельных любителей искусства начало прибивать людской волной к берегу современной литературы в моем лице. Я, как заправский рыбак, вытаскивал добычу на берег и открывал их удивленному взору свою душу, компактно размещенную на трехстах трех страницах зеленого чудовища в коленкоровом переплете. Будучи экономистом по образованию, я знал запрещенный прием, с помощью которого намеревался распространить все двадцать принесенных с собой экземпляров. Я их раздавал бесплатно! Это работает, уверяю вас, бесплатно берут даже рекламные кусочки совершенно несъедобной колбасы и, что самое удивительное и непонятное, эту колбасу еще и едят. Моя же книга совершенно не способна так сильно отравить человеку жизнь, в крайнем случае ее можно использовать как растопку, что само по себе уже большой плюс. Но мы увлеклись технической стороной вопроса, возвращаемся к незаслуженно оставленным, но отнюдь не скучающим гостям.
Картины светились изнутри. Особо тянущиеся к свету гости трогали руками холсты великих художников, пытаясь даже сковырнуть кусочек-другой, забрать, так сказать, с собой частицу грузинского солнца и радушия, как выразился один мужчина приятной наружности с офицерской выправкой и шерстяным шарфом на шее во время интервью местному телевидению, да, он так и сказал - грузинское тепло и радушие, я почему-то это запомнил. Телевидение то и дело выхватывало зазевавшихся гостей из толпы и с пристрастием, под дулами телекамер, допрашивало на предмет данного мероприятия. Я отчаянно жался к своим книгам в надежде остаться незамеченным, но и меня постигла участь - или, может быть, честь, сказать сложно, точнее, невозможно - интервьюируемых.
Плохо помню, что именно я нес на камеру, скорее всего полную чушь, за минуту до этого я съел целиком перчик халапеньо (все что осталось из угощения), по этой причине преимущественно широко открывал рот, жадно глотая воздух. Журналист, проводивший опрос, молодой, лысоватый, со сверлящим взглядом, в белом вязаном свитере с высоким воротником, понял меня правильно и что-то шепнул милой женщине-оператору с рваными коленями на джинсах. Оператор улыбнулась мне своей прекрасной улыбкой и развернула камеру вместе со своим изящным телом к изрядно подвыпившему мужчине средних лет, крепкого телосложения, с редкими волосами на голове и с зачаточной, еще только-только приобретающей необходимые форы и пропорции эспаньолкой (это такая короткая бородка вычурных очертаний). Из его уст полилась богатая средствами художественной выразительности пьяная речь, не несущая смысловой нагрузки, но плавная и даже убаюкивающая.
Я зевнул, прикрыв для приличия рот ладошкой. Передо мной неожиданно возникло несколько фактурных женщин, очень милых, пышущих жизнью и духами, щедро расточающих совершенно искренние улыбки. Узнав, что помимо самой книги можно получить автограф, они поинтересовались у меня, где, собственно, прохлаждается сам автор и сколько можно брать книг в одни руки. Улыбки на лицах сменились глубоким удивлением, когда я откашлявшись сообщил, что автор перед ними. Дамы на всякий случай заглянули мне за спину и, никого там не обнаружив, молча взяли по одной книге, очевидно, чтобы меня не обидеть, и, шушукаясь и оглядываясь, ушли к фуршетному столу.
Начало положено, стопка книг стала немного ниже. Потом подошла молодая пара и совершенно культурно попросила меня подписать книгу. Очевидно, они слышали мою беседу с дамами, и это избавило меня от унизительной процедуры представления самого себя. Я пожал руку юному обладателю моей книги и искренне пожелал удачи в семейной жизни.
В помещении стало просторнее. Все оставшиеся после трех часов работы выставки любители живописи сгрудились в правом углу у окна, там же стоял высокий резной деревянный стул, на котором восседал человек в коричневом кожаном пальто с лисьим воротником, длинные волосы как бы небрежно падали на его плечи. В целом он был похож на короля Лотарингии задолго до переименования этих земель в герцогство. Коренастая женщина, невысокого роста, в синем бархатном платье, протирала тряпкой запылившиеся фрагменты его верхней одежды. «Король», не будучи красноречивым, что-то неохотно цедил сквозь зубы, не особо балуя информацией своих слушателей. Поодаль кружила камера, словно опасаясь заглядывать в заветный угол.
Гости, досконально ознакомившись с живописью, искали дальнейшего удовлетворения своих потребностей в духовной пище, и, так как мои книги стояли в очереди духовных продуктов сразу за холстами великих художников, я неожиданно получил бурный и устойчивый спрос. Рука неустанно раздавала автографы уважаемым художникам, общественным деятелям, журналистам местных газет, двенадцатилетним детям, одному представителю городской тусовки (так он представился), пьяный гражданин с эспаньолкой, давший длинное и невразумительное интервью, с бегающими глазами спросил меня, люблю ли я женщин. После этих слов женщина в обтягивающем лиловом платье, очевидно спутница пьяного Сократа, хмыкнула и предложила после прочтения моей книги провести творческий вечер, потому как у нее уже сейчас (после прочтения оглавления) возникли вопросы по поводу моей претензии на классиков. Я охотно согласился, молчаливо, как лошадь, кивнув головой. Вот это успех!
«Король» из своего угла незаметно исчез, трон опустел, а вместе с ним пропала и свита, картины наполняли пустой зал приятный светом, было как-то очень хорошо на душе, даже не хотелось никуда уходить, книги все до одной разобрали.

2

Время летит, вроде вчера было, а прикинул, уж лет двадцать минуло.
К чему это я. Ну вот, уже и не удерживаю в памяти длинную мысль, хотя…
Конечно.
Уже в то время, что бы целенаправленно встретить на Владивостокских дорогах этого выкидыша советского автопрома, нужно было бы отчаянно поманьячить. Нам с Лехой повезло. Закончив дневную маяту по городским базам, и не успев выбраться из владика до пикового часа, мы заторчали в его выпускном отверстии второреченской пробкой.

Тот, с кем нам повезло, стоял впереди нас. Те кому повезло еще больше, сидели прямо в нем, в обшарпанном, цветом выцвевшей, морской волны, ушастом Запоре. Самых счастливых было человек шесть или семь. Они, раскачивая его изнутри, поочередно и сразу по несколько, высовывались в открытые окна, все одинаково короткостриженные и любопытные, словно пригородные нерпы. Посчитать их было невозможно.
Правее, на соседней полосе, апокалиптическим реквизитом из Безумного Макса, их догнал и остановился рядом монструозный Краз. Ну как рядом, он был над ними, рядом были его, по крышу Запору, колеса и совсем рядом выхлопная труба. Бездонной черной дырой диаметром в большую пивную кружку, она зияла прямо в открытое окно Запорожца.

Было достаточно жарко, но кондиционер мы пока не включали. Мы ловили приятный сквознячок, монотонные городские звуки и равнодушно глядели по сторонам.
Наше внимание привлекли крики, и какая-то движуха впереди.
Одна башка из Запора что-то кричала водителю Краза, вторая башка ей вторила и обе ржали. Мы прислушались:
- ГАЗАНИ! - кричали веселые бошки.
Оглохший, в своей деинновационной кабине, кразовский водила то ли долго не мог разобрать, то ли не верил своим ушам, но наконец включился.
Может у него не было чувства юмора, а может наоборот, но он газанул.

Отрабатывая неожиданный форсаж, Краз задумавшись поднатужился, и наконец взревев раненым чудовищем, выпустил из желудочного тракта все, что неспешно копил и бережно удерживал в себе долгие годы. Упругий поток густого черного дыма вперемешку с ошметками ударил в открытое окно Запорожца.
Было похоже что из Краза вылетели даже водительские трусы.

Запоровский салон накрыла мгла. Беспокойные бошки перестали просвечивать сквозь стекло, а из всех дыр Запора повалил густой черный дым. Отовсюду, казалось даже из его выхлопной трубы. Коптилка работала как часы. Уж не знаю чем ребята надеялись закинуться, но воняли они наверняка долго.
Небритый кразовский водила распластался на своем огромном, словно отвинченным от телеги, рулевом колесе, и бился в конвульсиях. Вот уж кого действительно торкнуло.
Ну и нас с Лехой не хило зацепило.

3

Эх, растревожили душу воспоминаниями об уроках музыки… %)
У нас, в начале 90-ых, в школе часто менялись учительницы музыки. Буквально каждый месяц-два. И от этих уроков в памяти остались те же бесконечные попытки заставить класс петь какую-нибудь песню слаженно и красиво, распевание гамм и угадывание нот. Точнее, ноту предлагалось узнать на слух, но так как по моим ушкам протанцевал медведь, то я прикидывала расположение рук учительницы и пыталась угадать, какая же нота звучит. Иногда получалось %)))
А однажды вместо очередной тургеневской барышни на роль учителя музыки пришел мужчина возрастом «за 30». И вот он показал нам, какими могут быть уроки музыки… Во-первых, рядом с пианино появился синтезатор. И благодаря игре на нем, учитель даже самые надоевшие песни делал более интересными (для нас). Во-вторых, даже классическую музыку этот человек так подавал, что вся наша шайка-лейка (сколько нам было? Вроде, лет 11-12) сидела тихо и слушала заинтересованно.
Особенно запомнился урок, когда в классе зашторили окна, погасили свет, учитель включил проектор, и на экране над доской появилось изображение Сикстинской мадонны. Учитель рассказал нам про эту картину, а также рассказал про церковную музыку и упомянул, что когда звучит музыкальное произведение, то мадонна на полотне «идет» к зрителю. И предложил нам послушать и посмотреть. И включил музыку. Мы все, затаив дыхание, вслушивались и всматривались, пытаясь уловить движение мадонны. Даже наши мальчишки сидели тихо, что для них было неестественно :-). В общем, мы сами себя убедили, что видели идущую мадонну %)
К сожалению, этот учитель тоже недолго у нас продержался. Но тот урок крепко врезался в память. Особенно я смогла его оценить, когда, став взрослой, поняла, какой гениальный ход он придумал, чтобы шебутные школьники хотя бы попытались услышать классику…

4

Владивосток, Эгершельд и самое начало 80-х.
Многочисленные корпуса двух морских училищ на высоком морском берегу, обдуваются томящим июльским ветром, коридоры учебных аудиторий пусты и безмолвны. Курсанты, в основной своей массе, разъехались по отпускам и ушли в морские практики. Нашей роте, будущих судовых механиков, в этот год учебная программа приготовила практику судоремонтную. После морских и заграничных приключений прошлых лет, такая перспектива ничего кроме уныния не внушала, но как оказалось зря. На судоремонтном заводе, куда нас спровадили практиковаться, нужды в недоделанных специалистах явно не испытывали.
В первый день сбора у проходной, мы в полном составе получили дневные талоны на питание в заводской столовой, и разбрелись по территории. Ничего интересного, скажу я вам. Ржавые борта судов у причальных стен, промасленные спецовки мотористов, унылые производственные цеха – херня полная, если бы не СТОЛОВАЯ. Чудо, а не столовая. За пятнадцать минут до открытия, рота уже гребла копытами у ее дверей, и жадно раздувала ноздри, вдыхая съедобные ветры из столовского вентилятора. Что нужно человеку в девятнадцать лет кроме знаний, тонко чувствовали мы – пожрать. После бурсовских «бадяг», и стратегических консервов со штампом «неликвид», от которых, даже спустя сорок лет, только от заклинания «тефтели из частиковых пород рыб в томатном соусе» с ног сбивает изжога, наш дружный рой густо накрыло божественным нектаром. На следующий день, с утра всосав талоны мы, в ожидании обеда, разбрелись кто-куда, но подальше от грустного ВСРЗ.
Все местные из нас, Владивостокские то есть, мгновенно оценив, чудесно свалившуюся, не контролируемую «лафу», занавесили практику и подались по домам к мамам. Что еще нужно девятнадцатилетнему курсанту кроме старой доброй мамы, ну и школьной подружки? И самые продвинутые из наших не местных, ушли жить к другим добрым женщинам, и хоть и к чужим, но зато молодым мамам. И слава Природе, город портовый, и как бы не хотелось какой-то из дам запастись терпеливым целомудрием, просто «хотелось», часто оказывалось сильнее. По слухам, дамы попадались и очень добрые, но наши немногочисленные герои-матросовцы явок не сдавали, и выживали как могли по одиночке. Ожидающих же большой, но чистой любви к ровесницам - нас, неприкаянных, и оставшихся в подавляющем меньшинстве, судьба тоже не обидела. Она дала нам массу свободного времени подумать о вечном, и толстую пачку жрачных талонов «за тех парней», на каждый божий день. Просто пришел наш час, ведь любая система обязана время от времени давать сбой. Получив в 8.00 талоны на проходной, мы проходили по дороге через весь завод, и сквозь дыру в заборе возвращались досыпать в еще теплые и не застланные шконки.
Самым трудным занятием в этот период жизни, внезапно оказалась ежедневная необходимость к 8.00 оказываться на заводской проходной и получать продуктовые карточки за всю роту. Морская рациональность скоро взяла свое, и на осуществление этой технической процедуры, немногочисленной командой стал снаряжаться один человек. Ну как снаряжаться, жребием и перспективой получить пиздюлей, за сорванный акт чревоугодия. Накидывали еще идею, сшить гонцу красную повязку для пущей убедительности, чтобы на вопрос: –А где все? Он вскидывал руку к козырьку и кричал:
- Уполномоченный девятой роты для получения талонов прибыл! – но проржались, и оставили все как есть.
Через пару дней здорового питания, уже освоившись, и не боясь сглазить прущую удачу, мы уже не втуливались стеснительно, по трое-четверо за один столик, а восседали каждый за персональным, без пробелов заставляя его тарелками и блюдцами.
Я подозреваю, что и поварих мы здорово радовали, когда вместо ежедневных, угрюмых, чумазых и неудовлетворенных рабочих харь, на них глянет вдруг, растворенное в полуденном солнечном свете, благодарное, осоловевшее счастье. Чтобы не раздражать особо нервных трудяг вселенской несправедливостью, и своим не здоровым аппетитом, мы завершали действо еще до обеденного гудка, и раненые в живот из последних сил возвращались, и расползались по кубрикам. А что еще нужно сытому и выспанному курсанту, если вечером тебя еще ждет самоволка с портвейном и приключениями, в который раз начнете вы… - и правильно!
Пиво! Расположенный рядом с мореходками продовольственный магазинчик, не мудрствуя лукаво выкатил пивную бочку не на улицу, а во двор, прямо к нашим окнам. Неудачно то, что пиво было на розлив и у нас не было канистры, и снова повезло уже с осветительными плафонами. Одно ловкое движение и плафон превращается…, превращается в трех с половиной литровую банку. Продавщицы были в теме с прошлого сезона, и даже не прибегали к мерным кружкам. Опять не повезло с тем, что «спалившись» с заряженным плафоном, был риск, заставлять себя следующие три года отдавать долг отчизне в ВМС, но был Нюша наш незаменимый организатор, и нам с ним фартило. Хотя он и считался почти местным, с нами ему было интереснее, и Нюша зарядил пустым плафоном первокурсника Климова.
Климов казался пройдохой под стать Нюше, и ему сгонять за пивом было как раз по рангу, да не просто не «впадлу», а сильно в радость. А хули, чего бы и не по пивку с полуофицерами мать их высочеств, когда почти «на шару». Проследив из окна, как наливается янтарем наш матовый сосуд, мы лениво опрокинулись на панцирные сетки. Через пару минут пришлось вскочить от громового дуплета в нашу дверь, похоже Климов на полном скаку въебался в нее ботинком, почти одновременно с головой. Он залетел в кубрик, оторвал от груди наполненный, и чудом не расплесканный плафон, протянул вперед, и загнувшись из последних сил выдохнул:
-Дежурный!
Не вопрос. Всосать три литра пива в жару и без кондиционера, тренированному курсанту… Вчетвером же, теряли время только на отрыв победного кубка от предыдущего, даже животы не вздулись. Климову было нельзя, он с трудом справляясь с волнением и одышкой, упал на пол и закатился под первую попавшуюся шконку. Привычно вкрутив разряженный плафон в евойный патрон, мы распахнули окно и выдохнули. Дежурным, оказался наверно лучший, из возможных вариантов. Сложно адекватно оценивать чужой, старше твоего возраст, когда ты еще совсем юн и таким пока не был. Ну если на вскидку – он был еще не батя, но и на танцы уже не ходил.
Каптри открыл дверь, не спеша сделал пару шагов вперед и осмотрелся. Мы уже стояли по «смирно», но по-дембельски, с заслуженной ленцой в глазах.
-Самоподготовка?- поинтересовался он в пустоту.
-Такточнотарищкаптретьранг,- играя в давно нам известную игру «кто первым обоссытся», сказал кто-то из нас, насколько возможно серьезно. Дежурный, пряча в усах лукавую улыбку, кивнул, но уходить явно не собирался:
-А Климова никто не видел? Я чуть было не икнул, справляясь с отрыжкой, ну надо же какая популярность на первом курсе. Мы, вспоминая как он мог бы выглядеть, задумались. Внешне, являя собою что-то среднее, между поручиком Ржевским и еврейским интеллигентом, дежурный улыбался глазами и в черные усы:
-Ну и Климов,-офицер не спеша продолжал развлекаться: - А мне сказали что он сюда побежал. Климова вложили, подумали мы. Дежурный взялся за стальную дугу кровати, и резко сдвинул ее в сторону. С задержкой в десятую секунды, вслед за кроватью последовала пара климовских ботинок, и приглушенно стукнула об пол под матрацем. Офицер, расплывшись в улыбке, обвел нас взглядом, и проделал тоже в другую сторону – трюк повторился, но до эффекта пресловутого, двадцать пятого кадра, Климов явно не дотягивал. Кто-то из нас потихоньку зарыдал. Дежурный наклонился, и зацепив матрац рукой, откинул его в сторону. Такого подвоха Климов не ожидал. Уцепившись посиневшими пальцами в панцирную сетку кровати, он еще мгновение смотрел в пустоту над собой, еще не понимая, что стал видимым. Его по детски подвижное лицо, с выпученными серыми глазами и закусанной от старательного напряжения губой, одновременно выражало страх, отчаянье и восторг. Мы сложились. Дежурный из-всех сил стараясь удержаться от рыдательных конвульсий, но решив нас добить окончательно, наклонился еще ниже, и глядя Климову глаза в глаза выдавил:
-Так вот ты какой, Климов!

Июльский, морской ветер, плавно колыхая светящиеся небом шторы, задувал в окно… размечтался бля. Не было у нас никаких штор, зато было прекрасное настроение, предвкушение вечерних приключений и вся впереди жизнь!

5

Чем больше проходит времени после окончания школы, тем понятнее становятся тебе твои учителя. Хорошие и плохие. Хороших все-таки было гораздо больше, да и плохие не такими уж плохими и были. Терпели же они наши издевательства, как могли, но терпели же. (я бы себя тогдашнего чем-нибудь бы убил, честное слово). Зачем было над ними издеваться, я не понимаю. Не понимаю сейчас, когда старше большинства своих тогдашних учителей. Причем некоторых из них старше окончательно, потому что они уже стариться перестали, а у меня, я надеюсь, все впереди. Все персонажи случайны, все совпадения вымышлены. Или, как угодно, наоборот.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую. Впереди была большая перемена.

Приблизительно за час до этого, в ближнем к мужскому туалету углу рекреационного зала, к Кольке Зинину подвалили Илюша Мечников и Пашка Яблочков.

- Контрольная по химии сейчас… - многозначительно напомнил Пашка, - твоя очередь…
- Может не надо? – в Колькином голосе звучало сомнение, - Ангелина совсем не вредная тетка вроде? И учительница хорошая.
- А Нина по биологии плохая? – задал Пашка совершенно риторический вопрос, - Отличная даже. Но Илюха-то уговор выполнил? Выполнил. Твоя очередь.
- Ладно, - обреченно согласился Зинин, - уговор есть уговор. Но мне это не нравится.
- А на биологии значит нравилось? – сурово спросил Мечников, - иди давай, и чтоб без фокусов.

- Здравствуйте! Садитесь, - Ангелина Федоровна, вошла в класс, положила на стол журнал и указку, и села сама, окинув учеников привычным взглядом, - сегодня у нас контрольная… Чего стоим, Зинин?! Ты без отдельного приглашения не садишься уже, или у тебя вопрос, не требующий отлагательств?

- Не требующий, Ангелина Федоровна, вопрос у меня, - согласился Колька с предположением учителя и сразу затараторил, - вот везде написано, что фугасность этиленгликольдинитрата выше фугасности нитроглицерина, а на самом деле наоборот… Вот если провести эксперимент, то можно доказать.

- Прямо сейчас доказать? – с деланой невозмутимостью спросила Ангелина Федоровна, - или сначала контрольную напишем?

- А чего откладывать-то? – ответил Зинин вопросом на вопрос, - можно и сейчас.

- Так, - Ангелина Федоровна вспомнила, чем закончились наполовину успешные опыты Зинина и Яблочкова по нитрации глицерина. Наполовину. На ту самую уцелевшую половину лаборантской комнаты школьного кабинета химии, ключи от которой она неосмотрительно доверила вполне успевающему по химии Зинину. Вспомнила, несколько раз демонстративно втянула носом воздух и заявила:

- Так, мне кажется, что кабинет недостаточно проветрен после предыдущего урока. Всем выйти из класса и не шуметь в коридоре. Зинин, останешься, поможешь открыть окна. Не шуметь, я сказала! На цыпочках чтоб мне в коридоре молча! Перерыв на десять минут.

Когда Все вышли, Ангелина подошла к обреченно пыхтящему Зинину с вопросом:
- Где?
- Чего «где»?
- Ты мне дурака не строй тут, - Ангелина Федоровна внимательно осмотрела стол, за которым сидел Зинин, - показывай портфель и иди открывай окна, - сам ведь знаешь, что такие эксперименты в школе проводить нельзя. Предлагаю все выдать добровольно.

- Выдать что? – Колька продолжал валять дурака, открывая окно.
- Этиленгликольдинитрат и нитроглицерин, - осмотр портфеля к вящей тревоге учителя результатов не дал, - или ты хочешь сказать, что просто так свой вопрос задал?
- Просто так, - облегченно согласился Колька, - из чисто теоретического интереса.
- Ладно, после уроков поговорим. Прикрой окно и зови всех. – учительница вернулась на свое место, по дороге осматривая ученические столы. На всякий случай. - Контрольная не отменяется. – Заявила рассевшимся ученикам. - Просто времени вам меньше достанется и все вопросы к Зинину, если у кого будут. Всем ясно? Начали.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую.

- Что случилось, Ангелина Федоровна? – участливо поинтересовалась, преподаватель биологии, Нина Сергеевна, - я слышала вам пришлось прервать урок…
- Слышали уже? – улыбнулась Ангелина, досасывая валидол, - вопрос они мне задали. Как и вам на прошлой неделе. Теоретический, правда.
- Господи, - всплеснула руками Нина Сергеевна, - и вам тоже? Шестой «Б». С ними надо что-то делать.

- Опять змею в школу притащили? - опасливо поинтересовалась учительница литературы, Клавдия Ивановна, - совсем вы их распустили. Строже с ними надо, гораздо строже. Запись в дневник, двойка по предмету и поведению и родители сразу пусть к директору идут поясняться.

- Может все-таки «объясняться», - поправила учитель химии учителя литературы. Историю про змею знала вся школа. Лучший ученик шестого класса «Б» по биологии, Илья Мечников перед самостоятельной работой по отряду безпозвоночных задал Нине Сергеевне вопрос: как отличить гадюку от ужа.
- Какую гадюку? - спросила вполне себе молодая, черноволосая и красивая Нина Сергеевна.
- Обыкновенную, - уточнил Мечников, - вот у вас под столом змея «сидит». Вроде уж, а пятнышек желтых на голове нету.
- Всем влезть на парты, - спокойно, но уже сидя на своем, учительском столе, скомандовала Нина Сергеевна, - сейчас мы посмотрим, кто там ползает. Издалека желтых пятнышек можно и не заметить.

Учитель заглянула под стол. На голове живой и даже шевелящейся змеи не было никаких желтых пятен. Змею со всеми предосторожностями поймали и посадили в аквариум. А в копне черных волос еще молодой, красивой учительницы биологии на следующий день можно было заметить первые седые волосы.

Кому пришло в голову покрасить голову ужу из школьного живого уголка черной тушью, после чего выпустить его в классе, осталось неизвестным. Вполне мог и сам сбежать и выпачкаться где-нибудь под шкафом, как раз перед самостоятельной работой по беспозвоночным.

- Нет, змею мне не приносили. Меня про фугасные свойства этиленгликольдинитрата спросили. Стоит, мол, проводить эксперименты, или можно верить источникам.
- И что в этом страшного? Я в вашей химии ничего не понимаю, я и без нее в жизни нормально обхожусь, - Клавдия Ивановна достала из сумки домашние пирожки, чтоб перекусить.
- Да вы в жизни и без литературы нормально обходитесь, Клавдия Ивановна, я вас с книжкой в руках ни разу не видел, кроме как на уроке - в разговор влез самый молодой из учителей физкультуры, Сашка, - а из этиленгликольдинитрата динамит делают, я правильно помню, Ангелина Федоровна, да?

- Правильно, Саша, - благожелательно согласилась Ангелина Федоровна и по привычке добавила, - садись, пять.
Саша до поступления в институт физкультуры был учеником этой же самой школы и на «садись, пять» ничуть не обиделся. Зато на него обиделась Клавдия Ивановна.

- Наглец! - Заявила она, - я, между прочим, тебя тоже со шведской стенкой в учительской не видела. А вам, Ангелина Федоровна, не надо позволять ученикам вопросы задавать. Это они должны отвечать на наши вопросы, а не на оборот. Вот мне никаких вопросов никто не задает, только я на уроках спрашиваю.

- Ага, спрашиваете, - не успокаивался Сашка, - вот вы нас в девятом классе спрашивали, чем Владимир Ильич Ленин отличается от командира партизанского отряда из Разгрома Фадеева. Никому не знал, а вы сказали, что Владимир Ильич гораздо "здоровее" Иосифа Абрамыча. Оно, конечно, верно...

- Уймитесь, Саша, - в разговор вступил преподаватель физики Петр Васильевич, - так нельзя с женщинами разговаривать. А с шестым «Б» надо точно что-то делать. Они похоже сговорились чертенята. Вас, Нина Сергеевна, Мечников про змею спрашивал? Лучший в классе по биологии. А вас, Ангелина Федоровна, Зинин? Что у него с вашим предметом?
- Пожалуй, он не в классе, он в школе лучший по химии, хотя и в шестом классе пока - задумчиво сказала, Ангелина Федоровна, - думаете, сговорились?

- Других вариантов быть не может, - отрезал физик, - таких совпадений по теории вероятности не бывает. Это нам Анна Федоровна как учитель математики подтвердит.

- Не подтвержу, - Анна Федоровна отвлеклась от рассматривания памятника Ленину за окном, - теория вероятности говорит нам, что случится может всякое, но с разной долей вероятности. Однако, вы скорее всего правы. У кого следующая контрольная в шестом «Б». У вас, Петр Васильевич? Вот и проверите ваше предположение. Будьте готовы к вопросам. Кто там у них физику лучше всех знает?

- Яблочков! – учитель физики задумался на секунду, - или Попов. Трудно сказать. Они оба неплохо знают предмет. Но ничего – кто предупрежден, тот вооружен. Контрольную мы им сорвать не позволим.

Через три дня в кабинете физики сидевший на второй парте Яблочков поднял руку.
- Я вас слушаю, Павел, - сказал Петр Васильевич, понимающе улыбаясь, - задавайте свой вопрос.
- Можно выйти?
- Выйти? – Удивленно переспросил физик, - ну выйди, только быстро, а то не успеешь решить задачи. Скидок не будет.

Яблочков вышел, учитель облегченно вздохнул и заметил еще одну поднятую руку.
- Что случилось, Александр? Тоже выйти? Вы с Павлом перепили столовского компота перед контрольной?
- Нет, Петр Васильевич, - поднялся Саша Попов со своей третье парты, - у меня есть пара вопросов по расчету критической массы урана 238. Вот смотрите…
Он подал учителю листок, где корявым, ученическим почерком было выведено несколько строк.

- Нет, уран им точно не достать, а критическую массу четные изотопы вообще не образовывают, - подумал предупрежденный и вооруженный учитель физики, пытаясь разобрать каракули и найти ошибку - а значит вопрос чисто теоретический. И интересный. Ну и пусть, что мы по программе до этого не дошли. Будущее за ядерной физикой, а им интересно. Это хорошо. Надо объяснить.

- Ну что же, - все еще вчитываясь в листок, учитель подошел к доске, взялся было за мел, почесал испачканной рукой нос, опять взялся за мел и вывел на доске какую-то букву, - контрольную можно немного и отложить… Необходимым условием для осуществления цепной реакции является наличие достаточно большого количества делящегося вещества, например, урана 235…
Контрольную они писали на следующем уроке физики.

6

Не спрашивайте, как я оказалась в этом поезде. Это неважно, как и то, что время со вчерашнего вечера течёт для меня совсем идиотски. Важно то, что со станции "Вышний Волочек" в вагон шагнула бабка. Нет, не так: Бабка.
У неё было все, что полагается такой женщине из города с таким названием: свалявшийся мохеровый берет поверх цветастого платка, пухлые баулы и пухлый же внук, недоросль лет двенадцати, обреченно волочащийся за баулами.

Поняв, что, "согласно купленных билетов", родственница будет сидеть не рядом, внук было обрадовался. Но баушка лихо затолкала багаж на верхнюю полку - ответом на предложение помощи было суровое "Не трожь!". Оглядела вагон, выбрала жертву - ею оказался безумец, предложивший помощь с багажом - и сообщила:

- А нук, давай туда.

Жертва как-то сразу поняла, что это было не предложение, и освободила пространство. Утрамбовав внука в кресло у окна, Бабка зловеще сказала:

- Будем кушать.

Внук втянул голову в плечи. И через секунду весь вагон, а также окрестные деревни, которые "сапсан" пролетает со скоростью 200 километров в час, поняли, почему.

Бабка распахнула матерчатую сумку, выбросив в атмосферу запах Котлет. Вслед за ними появились укутанная в полотенчико эмалированная миска варёной картошки и литровая банка соленых огурцов. Конечно, нарезанный хлеб и пучок зеленого лука.
- Щас будет соль в спичечном коробке, - глядя на Бабку с суеверным ужасом, предсказал мой сосед, на вид слишком молодой и модный, чтобы помнить такие детали советских путешествий.

- Шоколадка, что не будет, - также тихо отозвалась я.

Не знаю, чем я думала, делая эту заведомо проигрышную ставку. Разумеется, соль появилась.

- Ба, я не голодный, - безнадежно сказал Внук. - Я вот пить хочу. Где моя кола?

- Компот, - отрезала Бабка. - В дорогу сварила. Нук ешь.

Внук потянулся к котлете, огреб по рукам и спустя мгновение получил ту же самую котлету с картошкой и хлебом. Тоскливо жуя, уставился в окно.

- Нук огурчика, - распорядилась Бабка. - И яйцЫ.

Мы с соседом, который, кстати, благородно разделил со мной выигранную шоколадку, вылупились на Бабку. Та осмотрела гору еды и спросила:

- А где яйцЫ?

В голосе ее слышалась даже растерянность.

- Куда яйцЫ делись?

И хотя спрашивали явно не нас, мы зачем-то развели руками. Не знаем, не брали, вообще ни при чем.
Бабка начала раздражаться.

- Сварила с утра яйцЫ, пять штук, крутые. И где?

Мы тихо захихикали.

- У меня дитё голодное! - рявкнула Бабка.

Следующие десять минут она выворачивала в проход свои баулы, а весь вагон внимал душераздирающей истории пропавших яйцОв, пяти штук, крутых, и обреченного голодать "рябенка", каковой в это время с олимпийским спокойствием жевал котлету.

В проходе появилась женщина с младенцем.

- Потом приходи, - отмахнулась Бабка.

- Нам надо сменить памперс! - возмутилась женщина. - Он покакал!

Бабка поднялась от баулов и, вперив в младенца ястребиный взор, проорала буквально следующее:

- Покакал - значит, жрал! А моему с голоду помирать??? ЯйцЫ-то пропали!

- Да она троллит, - восхитился мой сосед.

- Извините, - забормотала женщина с младенцем, - я не знала, что у вас тоже маленький ребёнок... Я в другой вагон пойду.
И тут "маленький ребёнок" издал звук, который издаёт 100 процентов взрослых мужиков после кружки пива.

Не в силах больше сдерживаться, мы с соседом захохотали в голос.

Появилась проводница:

- Что тут у вас происходит?

- Не твоё дело! - гаркнула Бабка, запихивая баулы обратно. Видимо, смирилась с потерей. Плюхнулась в кресло и отвесила Внуку легкий, но обидный подзатыльник. - А ты ешь давай, а то мать скажет, я тебя голодом морю!

И тогда Внук, который явно устал чувствовать себя бессловесным рождественским гусем, восстал. Он откашлялся и светским тоном обратился к проводнице:

- Простите бабушку. Она потеряла пять своих яиц и немного нервничает.

Если Бабка что и сказала, мы этого не слышали: вагон загоготал так, что, кажется, даже метель за окном прекратилась.

Вы, наверно, думаете, что дальше было так, как у меня часто бывает: мы с Бабкой поговорили, и оказалось, что никакая она не Бабка, а вовсе солист Большого театра, тонкий, интеллигентный и местами скрипач, а я просто не сразу разглядела.

Кхм.

Ну мы поговорили, да. Перехватив мой взгляд, направленный на остатки пиршества, Бабка спросила:
- Что, не собрала в дорогу-то?

- Не собрала, - повинилась я.

- Ну вот и сиди теперь не жрамши, - ответила Бабка. - Овца безрукая.

7

Мужика красит форма.
Для нас, послевоенных пацанов, это истина была непреложная.
Но где получить форму (и не мамину матроску, а настоящую, заслуженную) пятикласснику?
Только на детской железной дороге. И ради формы я туда записался.
Но новичкам форму не давали. Требовали белую рубашку и пионерский галстук. Мне это и в школе надоело, а тут носить галстук на каникулах !
В каждую смену каждому давали новую должность. Но меня без галстука ставили или стрелочником на дальнюю стрелку или кочегаром на паровоз. На паровозе вообще спецовку выдавали. Естественно, только на смену. Однако на паровоз попасть было трудно. Желающих много. Но если прийти утром, помогать его чистить и растапливать, то я получал привилегию и стал почти штатным кочегаром. На паровозе было интересно. Раз в несколько поездок нужно было отогнать его в тупик, чистить топку и набирать воду в тендер. А вот из тендера в котел воду гнал инжектор (да, паровозный инжектор изобрели в 1858 г.).
Машинист на паровозе тоже был в спецовке, а не в форме (угольная пыль была всюду). Естественно, меня, первогодка, в машинисты не ставили.
Но к концу сезона, к 7 ноября, как раз к 50-летию СССР, нашей детской дороге подарили тепловоз!
На тепловозе кочегаров не было. Но был помощник машиниста. Делать, в отличие от кочегара, помощнику на тепловозе было почти нечего. Но и помощник и машинист сидели в чистой форме в теплой кабине на мягких креслах.
Я покатался один раз на месте помощника и вернулся на паровоз. Зимой мы изучали и паровоз и тепловоз.
А в следующем сезоне все кинулись на тепловоз, и, хотя по правилам по второму году работы на дороге в машинисты не брали, я перепрыгнув через правила, сразу стал постоянным машинистом паровоза. Желающих в грязной робе торчать из окна кабины было немного. Управлять паровозом намного сложнее, чем тепловозом. Что тепловоз, он как в автомобиле с автоматической коробкой передач - за контроллер потянул, он поехал, за тормоз потянул, он остановился. А в паровозе надо регулятором дать полный пар, чтобы стронуть поезд с места, а потом установить отсечку, чтобы увеличить скорость, да в оба следить за топкой, чтобы давление в котле было не меньше и не больше нормы. В первом случае можно растянуться на перегоне, а во втором - сорвет защитный клапан, и все равно на перегоне растянешься, потеряв весь пар.
Но мужчин красит форма.
И если я, троечник и разгильдяй, в школе вниманием противоположного пола был обделен, то теперь, выходя из паровоза в промасленной спецовке, начал пользоваться девичьим вниманием.
Так что, если я раньше сверстников первый раз поцеловался, то этому причиной была моя любовь к форме. А к третьему году мне выдали шикарную коверкотовую форму и я стал в нашей смене почти постоянным машинистом тепловоза.
И меня включили в группу юных железнодорожников, удостоившихся высокой чести поехать в Москву и Ленинград.
Там я впервые влюбился до потери сознания, но моя любовь была на год старше меня и не обращала на меня никакого внимания.
Но это уже совсем другая история.

8

Недалеко от земельного участка, на котором стоит мой дом, проходит ЛЭП. Пару недель назад из окна заметил, что в самом отдаленном углу участка мечется какая-то птица, машет крыльями, пытается перелететь через забор из сетки-рабицы, но это ей никак не удается. Сначала издалека мне показалось, что это какая-то соседская курица заблудилась, но подойдя поближе, я не поверил своим глазам: передо мной бегал по траве и махал крыльями настоящий, причем на вид довольно взрослый, красавец ястреб серо-белого окраса (потом мне сказали, что это ястреб-тетеревятник). И это почти в центре крупного областного города! Скорее всего, подумал я, он ударился о провода, повредил крыло и теперь не может взлететь. Конечно, его нельзя было так оставлять, он бы однозначно или погиб от голода или стал жертвой бродячих кошек. Поскольку с хищными птицами я обращаться не умею, начал обзванивать друзей и знакомых. Советы, конечно, пытались давать все, но в основном типа таких, чтоб научил его садиться на плечо вместо попугая и кричать "пиастры, пиастры!". Наконец нам с птицей повезло. У одного моего однокласника нашелся друг, у которого когда-то во дворе в вольере жил ястреб, естественно, что он знает, чем кормить, какому ветеринару показать, и даже от его бывшего питомца остался вольер. Я аккуратно поймал птицу, что не составило большого труда, потому что она устала от своих бесплодных попыток взлететь и затихла, только внимательно смотрела на меня умными глазами-бусинками, посадил ее в коробку из-под микроволновки и дождался его приезда. Мы поздоровались, познакомились, он посмотрел на ястреба и сказал, что заберет его и покажет знакомому орнитологу, а заодно и рассказал мне историю про своего ястреба. История показась мне интересной, поэтому я и решил свою написать.
Этому парню, зовут его Сергей, когда-то знакомый егерь отдал птенца ястреба, видимо, выпавшего из гнезда. Сергей построил для него вольер и выкормил. Оказалось, что это самка, которая прижилась у него, выросла и так привыкла к человеку, что брала из рук хозяина куски мяса и запросто по команде садилась на руку. Ястребиха прожила у него в вольере больше пяти лет и совсем не проявляла желания улететь, хотя такая возможность ей предоставлялась, пару раз Сергей забывал закрыть вольер. И вдруг однажды в его двор начал каждый день прилетать ястреб-самец, который целыми днями сидел на дереве возле вольера и ни за что не хотел улетать. Так птицы и смотрели друг на друга целый день, вечером самец улетал, но наутро неизменно возвращался. Сергею стало ясно, что к его птичке прилетел жених, который влюбился в нее по уши и теперь не отстанет, пока хозяин не отпустит его любимую. Жалко было отпускать птицу, он же к ней привык, да и сможет ли она выжить в дикой природе. Но в то же время Сергей понимал, что с природой не поспоришь, жених не отстанет, поэтому решился, открыл дверцу и отошел. Невеста, недолго думая, вышла из вольера, расправила крылья, взлетела, и пара, сделав в воздухе несколько кругом, улетела. Через несколько дней ястребиха прилетела одна, долго сидела на дереве возле своего вольера, подпустила хозяина к себе, но кусок говядины из его рук уже не взяла и на руку тоже не села. Так посидела пару часов на дереве и улетела, уже навсегда. Вот такая история.
А моего ястреба Сергей показал орнитологу, оказалось растяжение крыла, так что мое предположение об ударе о провод ЛЭП скорее всего оказалось верным. Сейчас живет в доставшемся ему "по наследству" вольере, восстанавливается, питается мышами, которых Сергей ловит для него живьем с помощью мышеловки. Живущих на участке кавказца и алабая этот хищник запугал так, что они боятся даже близко подойти к его вольеру. Как только крыло восстановится и он сможет летать, Сергей выпустит его на волю.

9

Насчет скалолазов. От кого только не слышал, что с милиционерами и пожарными пить нельзя. С первыми-де западло, а вторых все равно не перепить, как не пытайся. Я пробовал и с теми, и с другими. Иногда даже вместе. В общем-то врут. Но, как показывает опыт, хуже всего со спортсменами пить. Особенно со скалолазами. Со скалолазками куда лучше.

Сидела как-то компания спортсменов со спортсменками на спортивной базе ночью и выпивала. Спирт с водкой. Так получилось. Спирт он сам по себе был, поэтому двоих, которые об этом не знали, послали в магазин вина купить. Они и купили водки. Потому что это тоже своего рода вино.

Каратеки со скалолазами. Изрядно выпив друг перед другом хвастались. Причем одни понятно чем: по стене пробежался, пару кирпичей сломал - показал, что крутой и успокоился. Все в комнате можно сделать. А скалолазу чего на одноэтажной базе? Одни рассказы про то, как они на Джомолунгме Эльбрус покоряли. Ну мы над ними подтрунивали, конечно по-дружески так. Ржали, то есть откровенно. А чего они нам сделают? Из залезть куда у них выбор ограниченный: либо под стол, либо под кровать. Пока ржали не обратили внимание, что пропал один скалолазный.

И тут во дворе мигалки, фары, сирена милицейская. Пиздец приехал, арестовывать будут. За нарушение тишины смехуечками. Завтра у лыжников из соседнего барака гонка, нажаловались небось.

Ан нет. Заходит милиционер и нашего пропавшего несет. Наш-то розовенький, а милиционер бледный как медсестра в туберкулезной больнице. Внес груз, положил аккуратно на пол, головка только стукнулась, и спрашивает:

- Ваш?

- Наш, а вы с какой целью интересуетесь? Подбросить хотите?

- А чтоб в нужном месте к кровати привязать. Водки, кстати, налейте, чтоб в себя прийти. Не, не ему. Мне.

Налили. Спирту. От спирта в себя лучше приходить. Хотя он почему-то наоборот закашлялся.
Ехал оказывается советский милиционер по городской окраине ночью со службы домой на патрульной машине, блюл чистоту с порядком, фонари разбитых улиц и прочие ментовские войны. Ехал и случайно заметил на гладкой кирпичной стене что-то типа распятия. На уровне пятого этажа. Остановился, присмотрелся. Торцовая стена шестиэтажного общежития. Ни одного окна. И на уровне пятого этажа черный человек висит. Хер его знает на чем. И не просто висит, а лезет. Хер его знает куда, потому то если в окно квартиру грабить так они, окна, с другой стороны.

- Эй, мужчина, - тихо, чтоб не спугнуть, позвал милиционер, - если украсть чего хотите, так вы не туда карабкаетесь.

- Отвяньте, пожалуйста, - сдавленным голосом сверху, - я спортсмен и тренируюсь. Сейчас вот долезу и поговорим.

После чего долез и на крыше скрылся. И тишина. Подождав немного. И еще немного покараулив. Милиционер пошел на крышу, жулика этого ловить. Пешком на шестой с половиной этаж, потому что лифт не работал, его на ночь в общаге отключали. Дошел, вспотел, а на крыше нет никого. Потому что спортсмен вниз уже полез и до четвертого этажа спуститься успел.

Милиционер, понятно, вниз побежал, чтоб жулика под стеной встретить. Прибежал и тихо, чтоб народ не будоражить, говорит:

- Спускайся, добрый человек, я тебя задерживать буду.

Добрый человек услышал, пробормотал, чего-то не внятное, типа «ну тебя к аллаху», только матом, снова вверх полез и снова на крыше скрылся. Не очень быстро, стена-то все-таки почти гладкая, для несведущего в скалолазании человека, но скоренько так.

Милиционер опять ко входу, бабульку-сторожа снова будит, на крышу лестницей запыхавшись бежит, а на крыше снова нет никого. Ага.

Тут до него дошло. Со второго раза почти до всех доходит. Поэтому он спешить не стал, а за углом спрятался. Дождался пока этот подозреваемый спустится и к нему поспешил арестовывать. Но не арестовал. Пока бежал-торопился спортсмен заснул уже. Прям под стеной.

- Ну, я его поднял и к вам привез, - закончил милиционер рассказ и опять за спиртом потянулся.

- А как это вы поняли, что он от нас отбился? Это ж уму непостижимо догадаться. Прям шерлокломство какое-то.

- Вот это-то совсем просто. Кроме вас других москвичей здесь нету ведь. Наши просто так на стены не лазят, - он все-таки еще спирту выпил и за огурчиком потянулся, - а москвичи запросто. Элементарно, Ватсон.

Так что со скалолазами лучше не пить. Ну их к аллаху. Лучше со скалолазками.

10

Эпиграф:
"Кока-кола выступает на коже родимыми пятнами капитализма, а наш-то квасок покрепче будет!"
Компиляция из В.Аксёнова.

Вот увидел историю о женском футболе в журнале "Крокодил" за 1972 год, и вспомнилось - этот юморосатирический печатный орган был отпочкован, но не отпущен из-под надзора главной газеты страны и ЦК КПСС "Правда", являясь её неотъемлемой частью. Батя мой выписывал "Крокодил", "Чаян" (татарский аналог на русском), "Перец" (украинский гумор мовою), короче, чтобы я развивался, читая их, как Шариков переписку Энгельса с Каутским. В то время "Крокодил" бичевал пьяниц, тунеядцев, хулиганов, не обходя вниманием и разных ренегатов и предателей, помню карикатуру И. Семенова "Возвращение блудного сына" - мизансцена как у Рембрандта, только вместо отца - дядя Сэм в звездно-полосатом цилиндре, с мешком заокеанских денег, окруженный темными личностями с бирками ЦРУ, Радио Свобода и т.д., брызжущими, есстно, ядовитой слюной, а бородатый блудный сын, стоящий на коленях в рубище и в одном стоптанном башмаке на босую грязную ногу (второй, видать, утерял, ползя на животе к хозяину), прижимающий к животу какую-то рукопись с неразборчивым названием, так вот - сынуля - не кто иной, как А.И. Солженицын, ныне почти канонизированный (привет Идолопоклонской). Как причудливо тасуется колода... Однако, я увлекся в сторону, а вспомнилась моя любимая в ту пору рубрика "Вокруг света и тьмы", где печатали смешные, как сейчас говорят, фейки о жизни в капиталистических джунглях (кстати, весьма стебовые и остроумные, со своими междустрочьями). Появлялись там и карикатуры из западных журналов, обличающие пороки и вскрывающие язвы и нарывы империализма. Надо отдать должное нашим коммунистическим юмористам, имевшим доступ к первоисточникам потенциального противника, всегда внизу рисунка имелась надпись - название журнала, откуда взято. Вспомнилась одна картинка - небоскреб (может быть, даже Трамп Тауэр, на карнизе окна, скажем седьмого этажа стоит потенциальный самоубийца, доведенный до края прелестями заокеанской житухи, внизу толпа зевак, в ожидании экшена, и у всех в руках флажки, а на грудях - значки, с простой и понятной надписью "JUMP!", которые продаются непосредственно на месте. Вот, мол, любуйтесь, дорогие совграждане, на оскал капитализма, ни стыда, ни совести - толкают маленького человека в лапы смерти, заради потехи, и еще и торгуют этим зрелищем, удавятся за цент и мать родную удавят. Так-то!
ПыСы. К чему это всё? Честно, с коммунистической прямотой и простотой указан источник - журнал "HUSTLER", для тех, кто понимает. Видать, листали его на досуге, и, коллективно передернув затвор, решили развлечь соотечественников хотя бы простенькой, идеологически выверенной картинкой (наверно, она была там единственной). Так и тиснули.
Such a story. Засим разрешите откланяться.

11

Ещё одна зарисовка о доме с привидениями...
Как-то раз, лет 15 назад, я подписал контракт на ремонт не очень старого дома в благополучном районе Лонг Айленда (ближайший пригород Большого Нью-Йорка). Дом был дурацкий, большой и запущенный. Моя специализация – приведение к нормальному состоянию старых или неправильно перестроенных домов (иногда от дома остаются только угол фундамента и угол каркаса над ним). Уже в процессе работы от соседей я узнал, что дом был продан на аукционе и имеет “интересную” историю. Владельцами дома была супружеская пара, сильно увлекавшаяся наркотой. В один из приходов муж зачмурил жену каким-то извращённым способом и её труп находился в доме пару месяцев, пока тема не открылась общественности. У мужа сильно уехала крыша и его куда-то там определили – не суть важно. В общем, моя задача дом привести в жилой вид.
Дело было поздней осенью, когда работами уже не разбрасываются. Заполучить большой контракт на зиму и обеспечить рабочих крышей над головой и теплом (а себя парой копеек) – отличная перспектива. Чтобы не ездить лишний раз на дальний объект, прямо на подписание контракта я прихватил с собой работягу Сашу по кличке Шлёп Мастер, чтобы объяснить ему работу. Он был отличным маляром (когда был трезвым). Саша был так рад неожиданно свалившейся работе (и паре сотен аванса), что решил заночевать в доме и завтра встретить меня в 8 утра уже со шпателем в руках. В доме было полно всякого хлама, какие-то бутылки с разнообразным спиртным, а также не совсем новые, но приемлимые (для него) матрасы. В общем, ночь обещала Шлёп Мастеру быть комфортной.
Следующим утром я с парой других рабочих захожу в дом и мы слегка шизеем – не играет, а грохочет радио с каким-то разнузданным роком, абсолютно везде горит свет и настежь (при минусовой температуре!) распахнуты все двери и окна. Саша встречает нас неожиданно радостно, ну просто как родных. Голос его дрожит, а глаза горят! Он говорит: “Дом живой! Я здесь чуть мозгами не подвинулся!” Он захлёбываясь рассказал нам, что как только все ушли, он нашёл пару капель “живой воды”, скрасил себе одиночество и выключил свет, чтобы утром встать свеженьким и приняться за работу. Но, как оказалось, одиночеством и не пахло. С его слов: ”Как только погас свет, начались какие-то скрипы, пришлёпывания и даже невнятные голоса. Дом жил полноценной ночной жизнью! Я так заорал от ужаса, что чуть сам не обделался. Вскочил, думал бегом рвануть в Бруклин. Но далеко ж, блин! Да и ночь на дворе, и как побежишь – по хайвэю!? Включил везде свет, все окна-двери распахнул, радио врубил и стал работать, чтобы не рехнуться”. Мы, зная Сашины возможности с “живой водой”, особо значения его рассказу не придали. Привидения, так привидения. Нам некогда – работать надо.
Дом, кстати, внутри был прикольно выкрашен. Краска была не гладкая, а так называемая “шуба”. И цвета были оригинальные – чёрно-зелёный, ультрамарин с сажей и чёрно-коричневый. Скорее всего, стены бывший хозяин красил в тот замечательный период, когда его жена была рядом, но советов давать уже не могла. В общем, у Шлёп Мастера был достаточный объём работы. Свои страхи в первую ночь он списал на остаточные явления от употребления “живой воды” до того как. Хотя он никогда больше не оставался один на один с объектом.
Самое интересное произошло позже. Как-то мы сильно задержались на работе вдвоём с другим Саньком. Он бывший профессиональный спортсмен, который в 90-е не разменял свою совесть на деньги. Высокий, мощный, с таким свирепым лицом, что при встрече хочется отдать ему всё, что у тебя есть. Но человек добрый, умный и совсем не злой. И вот заработались мы с ним часов до 9-ти вечера. На улице бушует поздний Ноябрь во всей красе, ветер воет, дождь и темнотища. Мы работали на втором этаже. Я пошёл в работающий туалет, который находился в полуподвале. А свет в туалете включался как-то проблемно и встроенный вентилятор в потолке очень грохотал, поэтому я не стал включать свет, и предпочёл побыстрее вернуться наверх. Саша после меня тоже решил сбегать туда же. Возвращается и говорит мне: “Что же ты везде в бэйсменте свет понавключал? И радио на какой-то левой станции включённым оставил.” Я аж подавился мыслЯми – так их сразу стало много в голове и они стали скакать беспорядочно. По моей реакции Санёк понял, куда тема развивается. Говорит, давай домой двигать. И тут в полной тишине прямо у нас над головой на чердаке как-будто кто-то мягко спрыгнул. Звук был стопроцентный! Мы одновременно замерли и уставились на потолок. Вдруг в соседней комнате что-то с грохотом упало. А падать там, кроме сухих пауков, нечему! Мы рывком туда, и видим – на полу валяется кусок фанеры и пыль оседает. Это был такой полувременный люк на чердак, который стоял там много лет. Фанера свободно лежала на планках и, чтобы её вытащить, надо её поднять выше уровня пола на чердаке, развернуть на ребро и углом опустить вниз. Нет таких законов физики, чтобы кусок фанеры смог упасть в проём, который меньше её по размеру. И землетрясений здесь не было последние тысячи лет. Пыль ещё не осела, а мы были уже на пути домой.
Утром веселуха продолжилась. Приехала хозяйка, ещё раньше нас. Показывает на небольшое вентиляционное окно из чердака с торца дома и просит его как-то закрыть, а то она сейчас видела, как оттуда кошка вылазила. “Кошка на такой высоте? И куда она пошла по скользкой вертикальной стене из винилового сайдинга?”. “Не знаю. Но кошка была и окно заделайте”. Мы посмеялись – тётке уже за семьдесят, уже у неё кошки по стенам бегают. Но на чердак полезли. Через тот самый люк, крышка от которого всё ещё валялась на полу в комнате. Чердак был огромный, абсолютно пустой и пыльный. На полу покрытия не было и мы по голым балкам добрались до окна, чтобы снять размеры и посмотреть, как его закрыть. Тут Санёк почему-то сразу рванул обратно на полусогнутых. Я смотрю – а окно надёжно забито мелкой стальной сеткой с ячейкой в сантиметр! Какие кошки?! Не каждая муха пролетит. Мелькнула мысль о вчерашнем упавшем ни с того ни с сего люком. Чердак сразу перестал быть гостеприимным!
На каком-то этапе наши интересы с хозяйкой разошлись и я не знаю, чем закончился ремонт и как она там поживает. В привидения я не верю, но осадочек остался.

12

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

13

История про чужие волосы, золотой перстень и рыжего кота.

После прогулки прошел на кухню сигаретку выкурить, под зеленый чай. Слышу в комнатах шум. Пошёл глянуть. Смотрю: в зале, наши два кота расселись на диване и с восторгом разглядывают, как наш третий, рыжий кот, шайбу гоняет по линолеуму. Отобрал, рассмотрел. Перстень. Золото, но без пробы, тяжелая гайка. Явно кустарная работа. Камень интересный. Серенький, а по диагонали бирюзовая полоска. Светится, изнутри играет всполохами при перемене света. Встревожился. Вернулся на кухню, осмотрел отлив и решётку. Точно! Мазки. Как соком клубничным измазано.

Всё стало понятно. Аж поплохело мне. Рыжий тот ещё ворюга. Тащит все, что к полу не прибито. Особенно уважает женскую бижутерию и косметику, сигаретные пачки, зажигалки и упаковки с лекарствами. Снова та же скандальная история, а я под старости лет, скандалы страсть как не люблю. Живем на первом этаже, случается всякое.

Предыстория. Окно на кухне постоянно открыто. Коты сами на улицу ходят и возвращаются. Рыжий повадился днем зависать в окне и играться лапками с детьми. Никого ни разу не поранил. И вот! Осенью прошлого года, сижу на кухне курю. Женский бубнеж под окном, по телефону явно разговаривает, затем вскрик. Следом рыжик кубарем свалился с подоконника. С ним комок черных волос. Содрал рыжий с женщины, не парик, а какую-то накладку. Выглянул на свою лысую голову, с этими волосами в руке. Боже, как она орала! Основной мотив: дожил скотина до седых мудей, а словно пацан… На возражения, что мол кот это, истошный визг. Перед соседями страшно неудобно. Ушла, обещала вернуться с мужем и сыновьями. Никто не пришёл. Котов до зимы пас. Боялся, отравят.

Жена пришла с работы, ей ничего рассказывать не стал. История с волосами при ней приключилась. Хватит! Волновать не хотел. Вечер прошёл. Никого. На ночь окна позапирал, включил кондиционер. Котов гулять как не мяукали, не пустил. Ночью дождь почти как в тропиках прошел. Отливы аж гудели. Я практически и не спал. Тревожился не за нас, за котов. Люди то разные бывают. Кто-то насрал на коврик в прихожей. Пошел в туалет и вляпался тапочкой. Винить некого, сам котов не пустил на улицу. Настроения не добавило.

Утром, часов десять, звонок в домофон. «Выгляньте в окно». Двое. Мужчина и женщина. Женщина просит отдать кольцо. Мужчина молчит. Мрачный такой.
От меня: «Чем докажите?». Хотя и знал: они это. Мужчина заговорил. Мол, ты мужик только поверь, кому расскажи… Дело, мол, так было. Духота на улице. (Плюс тридцать пять было). Я мокрый, потный, пивка принял до того. Печатку на мизинец одел. Под ней на среднем пальце от жары кожа взопрела. Идем. Смотрю, кот с окна свесился. Понравился. Погладить захотелось. Погладил.
Мы говорит, после того в травм пункт сходили и врачу. Уколы назначили. Хочешь - проверим? Верни голду, а? Я тебя жалобить не буду, но вещь для меня как память дорога. Мизинец у него забинтован, с ним большая часть кисти. Только четыре пальца торчат. Я отвечаю: уколы, коль назначили, то сделай. Но у котов прививки были в марте. Есть паспорта. Печатку держи. И больше не гладь чужих котов. На подоконниках.

Ушли вроде и тут стук в окно. Открыл. Женщина протягивает мне купюры. Брать не хотел. Она тогда сложила их квадратиком и закинула в окно. «Хотели купить корм кошачий. Подумали, вдруг, что с котом твоим случится, на нас подумаешь. Возьми деньгами».

В гаражах с мужиками обсудил. Они рыжика в деле видели. На шашлыках гаражных спер отвертку. Так с ней в зубах и вышел из чужого гаража. Догнали, отобрали. Говорят мужики - правильно сделал, что отдал. А на те двести рублей купил котам наваги, я их кормами готовыми не кормлю.

14

Когда в Сумгаите начались беспорядки, переходящие в погромы (1988 год был),
поступил приказ перебросить туда батальон. Но не о погромах я хочу рассказать.

Трудность состояла в том, что никакой постоянной казармы там не было.
Нашлось общежитие, один корпус до осени пустовал, и комполка для начала отправил туда только нашу роту. Расквартироваться, и привести в божеский вид отведённое помещение.

Началось со скандала. Сухощавая Зарима, комендант общаги, была вне себя.
Скандалить направилась в Сумгаитский райком. С общежитием - это они решали.
И разбиралась с привлечением своей влиятельной родни из Баку.

А во дворе общежития разворачивалось то, что на флоте называется "аврал":
Капитан скомандовал построение роты и прошёлся вдоль строя:
- 1-ое отделение отскребает от грязи мебель. Мыло у старшины получите.
- Трубников, твои паркет циклюют.
- 3-ее отделение, попросите побелку у местного завхоза. Ваши - потолки и окна.
- 2-ой взвод - вся придомовая территория.
- Никитин, ты со своими - к завхозу. Ему что-то покрасить нужно и свалку вывезти.

Шёл 2-ой месяц моей службы в армии, а я ползал на карачках и циклевал паркет.
А к вечеру мы увидели ту комендантшу. Она шла с широко распахнутыми глазами, не узнавая свою общагу, и время от времени поглядывая на ротного.

Капитан ей доброжелательно рассказывает:
- Батальон здесь будет месяца два максимум, новая казарма уже достраивается.
Тут строгая тётя вдруг остановилась и говорит:
- Вам завхоз не показал ещё наверное - там у нас стену оштукатурить нужно...

Юмора здесь нету, но на следующий день комендант опять отправилась в райком.
Требовала, чтобы батальон оставили в общежитии на хотя бы на пол-годика.

В штаб полка тоже занесли бакшиш наверное, такие парадоксы нашего времени.

15

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

16

Алаверды Лешиной истории про хлеб…

Запах Хлеба.

Когда я родился, мои родители ещё жили с моими бабушкой и дедушкой в небольшой квартирке в очень старом (19й век) доме. Квартира и дом были неказистыми, но расположение было ключевое, самый центр. Был ещё один огромный плюс. Окна одной из комнат выходили прямо в пекарный цех хлебзавода который находился через небольшой дворик.

С детства я помню бесконечный конвеер булок, хлеба, батонов, пирожков, итд. который протекал перед моими глазами. Над ними священнодействовали тётеньки в белых халатах творя чудо. Ах, какое это было зрелище. Мелким я был готов был смотреть на него часами.

А запахи. Какие запахи там были каждый день. Сдобы, шоколада, повидла, теста, тмина, корицы, всего не перечислишь. Они перемешались в один и с этим запахом я пробуждался первые несколько лет моей жизни и с ним ложился спать. В прямом смысле для меня это стал запах детства.

С улицы и со двора были входы в дом, а соседняя с уличным входом дверь была в булочную где продавалась продукция этого хлебзавода. Какие там были пекарные изделия. Я любил и до сих пор люблю мучное и эта витрина завораживала меня. С утра, да что с утра, целый день, толпа нарасхват разбирала горячую выпечку. Народ кушал на месте и нёс домой. Все хвалили мастеров которые пекли такие вкусности.

Но странная вещь, почему-то нам с сестрой мать, отец, бабушка и дедушка строго настрого приказали не покупать там ни одной булки, ни одной печенюшки. Много раз я сжимал монетки в ладошке перед входом в булочную возращаясь из школы, но перед глазами вставали строгие лица и говорили нельзя. И так я ни разу не нарушил запрета.

Потом мы переехали в другую часть города, а ещё чуть позже эмигрировали из СССР. Так я и не попробовал выпечку той пекарни и ни купил ничего из той булочной. Но этот запах... Этот запах преследовал меня годами.

Я побывал во многих странах и городах. Ел во многих ресторанах, столовых, и забегаловках. Покупал выпечку в разных пекарнях. Съел уж не знаю сколько булок, багетов, батонов, буханок, пирогов, рогаликов, баранок, донатсов, бейглов, печений в Риме, Лионе, Женеве, Нью Йорке, Сантьяго, Торонто, Стокгольме, Лондоне, итд. И везде я принюхивался. Да пахло вкусно, заманчиво, обвораживающе, но запах был не тот. Похож, но всё таки не совсем тот. Тот запах детства был неистребим и неповторим.

Прошло почти 20 лет и судьба опять занесла меня в город где я родился. Перед моим отъездом туда мой дед сказал мне, "Не очень хочу что бы ты туда ехал. Там другая жизнь и там тебе не место. Но раз уж там будешь, сходи на кладбище где лежат родственники, в свою школу, шахматный клуб, но лучше в те дома где ты жил не ходи." Но по прибытию ноги сами понесли меня туда, к старенькому дому где я родился.

Тот же вход в дом, так же рядом булочная, хотя конечно по другой вывеской. И всё тот же восхитительный запах. Тот самый запах который я искал и не мог найти почти 20 лет. Ну нет, теперь уж меня никто не остановит. Я зайду и куплю там пирожки которые так аппетитно лежат на витрине. Но сначала... сначала я зайду в тот подъезд, в тот коридор и подойду к дверям моей первой квартиры.

Дверь в подъезд была открыта. Я зашёл, улыбнулся знакомым разбитым ступенкам, поднялся на 2ой этаж и пошёл по длинному корридору к самой последней двери. Так же знакомо скрипели доски деревянного пола, веяло сыростью от вывешенного белья, и тускло мерцала лампочка. В корридоре я встретил людей настороженно смотревших на меня. Я назвался и сказал что жил тут очень много лет назад и назвал фамилию дедушки и бабушки. На моё удивление их вспомили и предложили сами, "может хочешь посмотреть на старую квартиру." Я конечно же согласился.

Всё так же у входа стояла тумбочка и скамеечка которые сделал мой дед десятилетия назад, так же висела карта области, и даже люстры мне показались знакомыми. Я подошёл к окну и посмотрел через двор. Так же как я смотрел сотни раз давным давно. И вот перед мной опять шёл конвеер булок, батонов, и хлеба - прямо как в детстве. Всё так же суетились тётеньки в белых халатах и мне показалось что я даже узнаю их лица.

И вдруг вглядевшись попристальней я увидел то что совсем забыл. И я понял почему мне родители и бабушка с дедушкой запрещали покупать выпечку в той булочной. По медленно двигающейся полосе конвеера, не взирая на санэпидемстанции, тётенек в белых халатах, законы, постановления, лозунги, смены названия страны, режимов, и президентов бегали огромные, отъевшиеся на сдобном тесте, крысы. Прямо по аппетитно лежащим буханкам, батонам, и булкам.

Я попрощался и вышел из квартиры. У булочной я постоял, но во внутрь не зашёл. Покупать что либо расхотелось. Думалось "прав был дед, умный человек. Говорил же мне, уходя - уходи." Я принюхался, пахнуть булочная стала так же как и сотни других которые я встречал по миру, даже хуже. Я развернулся и ушёл. Настроение было испорченно.

Запах который я хранил почти 20 лет исчез. Исчез навсегда.

17

Давно забытый год, когда ночью улицы пустели, и поймать такси было нереально трудно, поздняя осень (или ранняя весна, точно не помню, но дубняк был еще тот) Под мою машину практически бросается молодая хорошо одетая женщина. Торможу, спрашиваю, в чем дело, какая необходимость была так рискованно останавливать автомобиль? Вижу, женщина невероятно красивая черноглазая брюнетка, дрожит от холода и очень взволнована, на очаровательном личике неподдельная тревога. Умоляет подвезти, говорит, надо срочно, обещает все рассказать по дороге. Красивой женщине отказать всегда трудно, а в такой ситуации еще труднее, поэтому соглашаюсь. Называет адрес, едем, по дороге она изливает мне душу. Оказывается, сегодня ей на работу позвонила больная мать (а может больной отец, хоть убейте, уже не вспомню, немерено лет прошло, да это и не суть важно). Родительнице (или родителю) внезапно стало плохо и она на всякий случай решила с работы сразу поехать туда и возможно остаться ночевать. Приехала, вызвали скорую, то, сё, поухаживала, вроде самочувствие нормализовалось, и она уже собралась ложиться спать. Перед сном, естественно, позвонила мужу, но он неожиданно не взял трубку. Она звонила так раз за разом - результат ноль, не отвечает. А где ему в такое время еще быть, как не дома? Похоже было, что просто выдернул телефонный провод из розетки. Женским чутьем она сделала вывод, что этому должна быть какая-то причина, причем наверняка весьма неприятная для нее, и побежала на улицу ловить такси. Простояла час на холоде, но ни одна из редких проезжавших мимо машин так и не остановилась, кроме моей, естественно, и то, для этого ей чуть не пришлось повторить подвиг Анны Карениной.
Вот мы подъехали по названному ей адресу. Женщина попросила на всякий случай подождать ее минут десять, пока она на месте выяснит, в чем дело, легко и грациозно забежала в подъезд.
Через минуту из окон одной из квартир послышались женские крики, шум, похожий на драку, и звон разбиваемой посуды. Еще через пару минут из подъезда бегом выскочили две встрепанные девахи, на ходу одергивая юбки и застегивая верхнюю одежду, мухой промелькнули мимо моей машины и свернули за угол. Потом еще пара минут диких женских криков из окна, в ответ какие-то вялые, как бы оправдывающиеся мужские голоса, со всего размаху хлопнувшая дверь, и наконец из подъезда с видом разьяренной пантеры выходит моя пассажирка. Садится в машину, со слезами и с болью в голосе произносит "пожалуйста, поехали обратно, я не могу здесь больше находиться", и по дороге с горечью подробно выкладывает мне, как она только что застала у себя в квартире полный стол выпивки, а своего мужа и с ним еще его начальника с двумя какими-то непотребными женщинами.
- Вы же их только что видели? Согласитесь, это же какие-то вокзальные шлюхи, конченые шалашовки? На кого он меня променял, как он мог, как он мог!
Вообще-то мне они показались обычными девушками без особых примет. Но понимая, какого ответа от меня сейчас ждут, я проявил полное понимание и согласие и кивал, как китайский болванчик..
- Точно, облезлые шушандры какие-то. Не понимаю, как ваш муж, имея такую завидную супругу, такую шикарную женщину, красавицу, мог польститься на этих побирушек (на самом деле я даже не кривил душой, она действительно была даже не просто красива, а я бы сказал, величественно красива, а в своем гневе вдвойне)
- Вот-вот, побирушки, курицы подзаборные, шалавы кривоногие. Вы еще его начальника не знаете. Сам из себя такой солидный, жена, трое детей. Завтра она у меня все узнает про своего любимого, до мельчайших подробностей. Вы только представьте себе, эти два подонка, как только появилась свободная территория, пригодная для блуда, не теряя ни минуты, устроили грязную оргию с какими-то мерзкими проститутками. Да нормальный мужик с такими на одном поле ср*ть не сядет, извините. Вот как такое можно назвать?!
- Конечно беспредел, как же еще, - поддакивал я, проявляя сочувствие, - вот и у меня то же самое, моя-то тоже сукой оказалась, изменила при первом удобном случае.
Если быть точным, то никакой "моей" у меня тогда не было. Просто два раза в неделю я захаживал (чисто покувыркаться) в общагу к одной довольно безмозглой, зато невероятно сисястой медсестричке. Такая у нас с ней была договоренность, встречались по понедельникам и четвергам (впрочем, за давностью это неточно, может по вторникам и пятницам), однажды без предупреждения пришел в среду, и оказалось, что в этот день недели ее посещает совсем другой гражданин. Вообще-то на самом деле мне, по большому счету, эта ее измена была пофиг, как и она сама (кроме обалденных сисек, конечно). Просто перестал к ней заходить и вычеркнул из памяти (лица давно не помню, а вот сисямбы до сих пор вспоминаю). Но в данной ситуации это воспоминание о ней пришлось как нельзя кстати. Можно было, особо не завираясь, поделиться своими как бы переживаниями и таким образом легко предстать перед моей хорошенькой разгневанной пассажиркой товарищем по несчастью.
Так, за разговором, рассказывая друг дружке о своих бедах, мы подъехали к ее родительскому дому. И тут она вдруг предлагает:
- А знаете, мне что-то совсем не хочется спать. Если вы не спешите, может быть давайте посидим в машине, выпьем, поговорим? Я только домой сбегаю, посмотрю, все ли с мамой (или папой) нормально, а вы съездите пока, пожалуйста, до ночного ларька и возьмите чего нибудь покрепче. Такое тяжелое настроение, что очень хочется тупо напиться. Не откажите, составьте даме компанию. Возьмите деньги вот, если нужно.
Брать деньги на выпивку у дамы я, конечно, не стал, но ее предложение показалось мне весьма заманчивым. На редкость красивая женщина, а в гневе обаятельная вдвойне, стройная, глаза как у дикой кошки, по возрасту максимум лет на пять-семь старше меня, около тридцати, то есть в самом прекрасном для женщины возрасте, сама приглашает меня с ней выпить, причем явно не шампанского. Как можно отказаться от такого предложения? Доехать потом до дома пьяным (если кто-то подумал об этом) в те времена для меня проблемой не было абсолютно - меру я знал, машину и в поддатом виде водил достаточно уверенно, а гаишники тех времен были голодные и добрые, всегда отпускали, причем за довольно скромный гонорар. Так что я ответил, что лучше подожду ее здесь, и мы съездим за алкоголем вместе.
Выбрали мы с ней литровую бутылку водки, кажется, Распутин (наверно многие помнят, там еще на этикетке портрет подмигивал), колу, коробку конфет, что-то еще из легкой закуски, и припарковались прямо напротив ее подъезда. Чтобы было понятно, напротив, но вовсе не рядом, там была довольно широкая заасфальтированная площадка и было, куда поставить машину.. Выпили, пообщались, еще выпили, постепенно моя королева капитально подзакосела и уже без стеснения начала лезть ко мне целоваться. Я уже начал подумывать, а не пора ли нам с ней поехать в ближайшую гостиницу и снять уютный номерок, как вдруг, внезапно загоревшись желанием отомстить своему недостойному мужу прямо здесь и сейчас, она решительно расстегнула мне ремень на джинсах, следом молнию, и практически не спросив моего согласия, принялась с яростным энтузиазмом оформлять то самое волшебное действо, которым лет через десять после этого прославилась легендарная Моника Левински. Я при этом хотя немного и растерялся, но в принципе ничего не имел против того, чтобы моя скромная персона таким способом послужила орудием большой и справедливой мести.
В это время прямо к ее подъезду подкатывает такси, из него суетливо выскакивает не очень молодой мужичонка и семенящей походкой забегает в подъезд. Моя прекрасная мстительница, на секунду оторвавшись от своего восхитительного занятия, грациозно подняла голову, презрительно посмотрела в его сторону и ехидно заметила:
- А вот он и наш начальничек, примерный семьянин, любящий папочка трех прыщавых дочек. Мой-то слишком гордый, чтобы сразу после такого позора приехать попросить прощения, а этот урод хитрый, отрезвел, наверно, малость и сразу помчался меня уговаривать, чтоб я его жене все про их подвиги не выложила. Кобель позорный. Хрена лысого ему. Специально с утра заеду сначала к ней на работу, всё об этом подонке расскажу, пусть знает, с каким она мерзавцем живет.
И закончив свою обличительную речь, равную по накалу выступлению советского обвинителя на старых кадрах кинохроники Нюрнбергского процесса, моя обожаемая фурия с таким мстительным остервенением оскорбленной самки продолжила свою святую оральную миссию, что я даже начал всерьез опасаться за безопасность самой важной части своего грешного тела. При этом в исполненных достоинства, ритмичных, взад-вперед, движениях её гордо посаженной головы сквозило какое-то неподдающееся описанию великое праведное торжество победительницы.

P.S. Очень хотелось бы, чтобы эта женщина была сегодня жива и здорова, чтобы она случайно наткнулась на эту скромную заметку и вспомнила того сопливого мальчишку, которому она когда-то столь наглядно преподала урок, насколько опасным делом может оказаться обычная супружеская измена.
Делайте выводы, мужчины.

18

Это - не вполне история, а скорее впечатления о поездке на Украину три недели тому назад. Не смешно, извините..
*****
Поезд пришел в Запорожье перед рассветом. Немногие попутчики тихо растворились во тьме, и мы с женой остались на перроне одни. Остро пахло железной дорогой. В голове еще стучала ложка о подстаканник. Дул бандеровский ветерок, розовел нацисткий рассвет, и даже птички пели хрень про москалей. Так написал бы журналист первого канала. И соврал бы.
Хотя собаки и правда гавкали с мягким «г».

Встречающий опаздывал, и я разглядывал то, что освещали редкие желтые лампы. Любознательность была тут же вознаграждена. Из монументальных указателей следовало, что я стою на третьем пути. Следующий же был — пятый. Тут появился мой связной, и я спросил его об этой загадке. «Дык четвертого тут отродясь не было!» простодушно поведал тот. Ух ты! Коллекция дуростей приросла. А началась она в Киеве, где нумерацию вагонов привязали к северной стороне вокзала. И верилось, что толпы провожающих, дружно вскинув к глазам наручные компасы, стартовали к своим местам...

Поднявшееся уже прилично солнце освещало нашу маршрутку, старательно объезжающую ямы, трещины и колдобины, использованных в качестве основного материала для дороги на Васильевку. Динамик у водилы вещал «Русским радио», а автобусный wi-fi позволил даже поскайпится с детьми. Периодически исчезая с их экранов из-за прыжков в очередную лужу. А потом мы приехали. Под снег, выпавший на цветущие вишни. Японские поэты при виде заснеженных сакур ошпарили бы себе колени.

Погода была омерзительной, на природу не тянуло, и я коротал время перед ТВ и компом. А вскоре заметил, что в мою жизнь вмешиваются еще двое. И начинают вещать в голове. По разному. Торжественно, радостно, печально, тихо, просяще, требовательно, гневно. Такие, знаете, шепотки из двух источников. Телевизор изрыгал чисто украинское, а интернет - российское удобрения для мозга. Сравнивать их было поучительно и забавно. Поневоле вспоминалось незабвенное: "..а твой позорный недуг, товарищ призывник, мы в подвиг определим". Любое событие в мире непременно толковалось, как великий и положительный знак для каждой из сторон. О чем тут же начинали ворковать наспех собранные "эксперты и политологи" на бесконечных говорильнях.

О, эти ток-шоу! Почему-то вспомнилось, что в начале 20 века вдруг пошло повальное увлечение французской борьбой. В результате цирки всех городов Российской империи стали проводить собственные "мировые чемпионаты". В любом заштатном шапито местные борцы наряжались под американца, француза, "черную маску" и африканского людоеда и месили друг друга на потеху публике. Так вот, сейчас за "круглыми столами" очень похоже. Неуклюжее пыхтение на обоссаных слонами опилках.

Конечно, не так все плохо. Плюсую московским шоу за отличную техническую часть и придерживание хоть какой-то внешней логичности. Хохлы же опережают по ведущим, неоспоримым красоткам. Похожих девок можно увидеть разве только в американских фильмах. Ну, там, где двадцатилетние спортсменки с модельной внешностью непременно оказываются выпускниками Гарварда-Принстона, и твердо знают, что у атомной бомбы нужно перекусить именно сиреневый провод.

В остальном же - беда. Местный телек имел 17 каналов, и по всем нес голимую пропаганду. Не имеющей ничего общего с реальностью. Например, практически все каналы идут на мове. На улице же говорят исключительно по-русски. Или, с экрана постоянно долбят, что идет война с Россией. Под тревожную музыку, дрожащими голосами ежечасно передают сводки с фронтов. Но из любого райцентра существует регулярное сообщение с Россией, включая Москву. Как если бы жители блокадного Ленинграда на выходные мотались в Кенигсберг за колбаской.
Если где-нибудь меня спрашивали, откуда я, то я честно отвечал, что из Курска. Без каких-то эксцессов.

Иногда показывали старые советские фильмы (с украинскими титрами). Многие даже я видел впервые. Наверное, потому что они были партийные, скучные, и быстро исчезли еще до моего рождения. Но сейчас их крутят. В целях декомунизации. Точно так же часто идут западные ленты времен холодной войны. В них перекошенные коммунисты с дикими "русскими" фамилиями мучают позитивных демократов.
Новости из России - только негативные. Зарезали, обокрали, пожары, санкции, конец близок... Уф! А теперь - концерт из Винницы! Трио бандуристов! Слава-слава! Гоп-гоп! Собственно, все - как и в российских новостях про незалежную.
Понимаю, что неуместно, но не смог не заржать, когда, включив ящик, нарвался на момент, когда лорд Волдеморт зловеще повелевает своим упырям: "Цього Харри Поттера треба зныщиты як можна скориш!".

Я, где мог, разговаривал с людьми. Почти все ненавидят нынешнее правительство, и хотели бы вернуться к уровню жизни при "злочинной владе" 2013. Но при этом даже простые люди очень обижены на Путина за Крым и Донбасс. Можно им как угодно объяснять, что в тех условиях эти акции имели какие-то основания, но кому это интересно? А в массах — досада. Ну вот представьте, если Япония вдруг оттяпает Курилы (на которые вообще-то имеет серьезные права).

И поневоле мечтается: вот если бы тогда Россия совершенно законно блокировала б свою базу - один Севастополь... Ни одна тварь бы не гавкнула! А уж если невмоготу было сдерживаться - так давили бы экономически. И все эти порошенки сами бы слиняли. И тогда все были бы живы на Донбассе. И наш Юра не остался бы в бетоне Донецкого аэропорта...

К сожалению, отчаявшись, на Украине люди стали верить, что все эти резкие обнищания последних лет - действительно из-за войны. Голоса в голове тихо делают свое дело и воззрения меняются. Именно из-за них исчезают последние крохи смысла. Например, закон 5670 о языке (почитайте, это бомба). Или блокады там разные. Властям - тоже очень удобно. Отговорка "в то время, когда враг у ворот..." настолько часто повторяется, что я бы советовал вставить ее в гимн.

Нищета в провинции впечатляет. Мы несколько дней чистили захламленную старую квартиру, относя ветхие и неисправные вещи к мусорке. Она была видна из окна. Так вот, выложенное нами барахло исчезало в течение получаса.
Кстати, об этой уборке. Она шла неоправданно долго, из-за находок. Самой приятной из них оказался короб с бутылками массандровского портвейна «Алушта», купленного на талоны в 90е. С такими пластиковыми запаянными пробками. За двадцать с лишним лет на дне выпал осадок в сантиметр, но вкус оказался восхитительным (именно восхитительным, и не надо возражать, я — сильно в теме). А уж навеяло-то... Гурзуф, гитары, кассетники, Цой-жив...

А подписка «За рулем» середины 80х? Мама моя, какой классный был журнал! Я перечел все, но особенно поразили раздел «истории на дорогах». Теперешние офисные на иномарках наверняка сдохли бы в таких передрягах. А в то время ремонт в пути считался нормой. Типа: «ночью, в метель, я ехал на Москвиче-417, когда он заглох. И оставалось каких-то 500 км! Ну, ничего. Одев тулуп и валенки (они всегда в багажнике), я быстро раскидал мотор. Вот. Все нормально. Разобрал коробку. Ага, восьмая шестерня — капут. Обычно я вожу запасную коробку передач, но сегодня забыл. Ну ничего. На поле стоял занесенный снегом брошенный трактор. Пользуясь наборами разных ключей, газорезкой и маленьким токарным станком (они тоже всегда в багажнике) я сделал новую шестеренку. И одну в запас. Под конец, убив любопытную лису домкратом, я обмотал ее хвостом облысевшие дворники. Так и поехал дальше...» Песня! А сейчас? Ну, максимум, колесо кто сможет сменить..

Очень сильно подорожала коммуналка и смертельно ударила по самым безответным. По старикам и старухам. У многих платежки реально больше пенсии. Конечно, на Майдан они не дойдут...

О "нациках". В Запорожской области я их не видел. В Киеве - тоже (но был всего несколько дней). Вероятно, эти придурки существуют. Но, похоже, это мальчики по вызовам. Как и боты интернетовских недоумков, исходящих говном в политкомментах. Люди, выбравшие из шепчущих голосов тот, который щедрее. Плохо то, что дворовое быдло моментально уловило ситуацию, и теперь любые наезды происходят под патриотическую патетику. И тогда полиция молчит.

И опять. На Украине - полно вменяемых. Но они не у власти. Как всегда. Как везде. Беда в том, что и Москва рассказывает только о Киевском паноптикуме. Вероятно, чтобы скрыть собственные немалые косяки...

Что еще запомнилось? Красивенные девушки и женщины на улицах, которых не портили ни одежды, ни косметика. Забытый запах свежего черного хлеба (в детстве я всегда отгрызал кусок, пока нес его от магазина. Родители ругали, я злился и убегал. А сейчас бы послушал. Но их больше нет)

Удивило наличие перерыва на обед в магазинах, даже больших. Киоски с круглосуточным бухлом в пределах 200 метров. Магазины и рестораны с неправдоподобно вкусной для нас едой и смешным (для нас же) ценами. Тротуары - лет тридцать без ремонта, с положенными поверх изломов трубами полива. И то, как жители привычно через все эти преграды скачут, даже с детскими колясками. Больница, куда жена попала, вывихнув лодыжку на такой дороге. Оттуда меня послали в аптеку купить пленку для рентгена, гипс, лангет и бинты. После чего обслужили. Кладбище, где большинство умерших - от 50 до 65. Неожиданно неплохая украинская водка и абсолютный левак в виде Johnny Walker (спасибо, хоть не ослепли). Количество церквей в атомном городе Энергодаре. Номерные бирки на ушах у множество бродячих собак. Легковушки, что пропускают пешеходов...

А потом был отъезд - как лопнувшая струна - в быстрых слезах. Ночью того же дня мы подлетали к дому. Давно ставший своим Торонто спокойно сиял внизу, в разрывах туч.
Два голоса - две родины молчали.

19

Вчера вызвали меня вдруг неожиданно в дочкину школу телефонным звонком на срочную встречу с директором и учительницей. В половине седьмого вечера в четверг, когда, вообще-то, им всем дома давно быть полагается, и с директорского личного мобильного телефона!
Немедленно с пристрастием допросили дочку- ну и какой же ты феерически-хулиганский проступок совершила, чтобы нас таким образом в школу вызывали? Тем более ранее ребенок, очень тихий и смирный, ни в чем подобном замешан не был. Но раз в год, как гласит молдавская поговорка, даже лопата стреляет и мамалыга взрывается.
Ничего я не сделала, честно и спокойно отвечает ребенок. А аутисты врать не умеют. Или почти не умеют. Одно из крупных преимуществ их диагноза для окружающих.
Прихожу в школу в настроении расстроенной мамаши белого носорога , животного, крайне близорукого, знающего это свое уязвимое место, и потому повышенно агрессивного: "Если действительно ничего такого не сделала и ее невинно обвинили- разнесу эту халабудку вдребезги и пополам. Можно же было нормально по телефону известить, что случилось?", руки от волнения трясутся, глаз дергается. Учительница и директор с торжественным видом сообщают- у нас для вас радостная весть (ну прям как иеговисты. Я от них в свое время так натерпелась- меня одно словосочетание "радостная весть" в состояние боевой готовности к противостоянию вгоняет). Ваша дочь должна в следующем году перейти из начальной школы в среднюю (здесь начинается с 12 лет). И, хотя мы, исходя из ее данных (классический аутизм, в прошлом- серьезное отставание развития и речи, почти 5 лет спецшколы, и только последние 2 с лишним года- обычная школа), ранее советовали вам среднюю школу практической направленности
(ручной труд. Санитарки там, сварщики,монтеры, садовники, парикмахеры.Впрочем, здесь это-очень хорошие школы. Ознакомительный урок по сварке был таким увлекательным- что не только дочке, но и мне захотелось стать сварщиком. Сварщицей. Не знаю, как правильно, но препод про сварку очень интересно рассказывал.), а в середине года она подросла дидактически до уровня перехода в школу теоретической направленности ( мелкие офисные должности, библиотекари, страхователи, младший бухгалтерский персонал и тд. Здесь очень раннее и узко-дифференцированное распределение путей образования) и соответствующий совет по выбору школы дали, и вы хорошую школу нашли (мы эту школу долго искали и все уже там урегулировали. И официально она там уже зачислена), но вот, по результатам последних контрольных, она вдруг за несколько месяцев подскочила аж на 2 уровня вверх, и ей теперь рекомендуется школа научной направленности с прямым переходом в университет. Никто от нее такого не ожидал, мы очень извиняемся, что вам теперь другую школу срочнейшим образом до конца мая искать придется и все опять обговаривать, но очень вас поздравляем с ее успехом. А что это вы так трясетесь- все же более чем хорошо?
Ничего, говорю, оттого и трясусь, что все более чем хорошо и никак такого не ожидали. Большая радость- тоже стресс. Я-то совсем другого ожидала от такого вызова. Что она там -большое стекло в спортзале выбила или с мальчишками крупно передралась?
А что- с подозрением спрашивают, она в подобном поведении ранее была замечена? Аутизм же, их все в неадекватных поступках сразу подозревают. Нет, отвечаю, она- нет, а вот я в детстве- да.
Как же так, с интересом спрашивают, с виду вы такая ... Приличная и законопослушная. Да так, отвечаю,в детстве плоховато в футбол играла и окна пару раз нечаянно выбивала. Ну а с мальчишками подралась- так они мне ручку тишком на перемене красным жгучим перцем намазали, в рот попало и глаза,жгло очень, ну, я и разозлилась. А гены-великая вещь. Даже тихая отличница вроде меня иногда взрывается.
Директор задумчиво так: "Ну, из-за красного перца на ручке я бы тоже обиделся и морды бил. Я тоже ручки грызу. А теперь идите, мамаша , ищите быстро новую среднюю школу, не мешайте работать".
P.S. Да, я хвастаюсь. Я бесстыже, откровенно хвастаюсь. Потому что очень счастлива сейчас. И лучше делиться счастьем, чем неприятностями.
Родители, верьте в своих детей! Какой бы диагноз им не поставили.

20

Весна. В смысле, снег уже сутки с неба дует. Из окна красиво, на наших стройплощадках опять снегоборьба, за шиворотом снегозадержание, а на дорогах непойми что вообще.

И глядя на такое дело...

Лет почти тридцать назад тоже была весна, тоже снег, на дорогах вообще непойми как и мы на Волге, ГАЗ-2410, по научно-внедренческому делу из одного конца области в другой. Едем.

Спереди я с водителем, а сзади пожилой профессор, разработавший технологию. Едем, обсуждаем конструкцию, результаты наладки и прочее. На очередном повороте машину заносит, крутит раз семь, проносит между двух встречных большегрузов, и аккуратно опускает в кювет. Передом, как будто сами съехали.

Посмотрел на водителя, вроде цел, только бледный, молчаливый, от баранки никак отцепиться не может, хотя по нему изо всех сил видно, что в туалет хочет страшно. Мне и самому не помешало бы. Оглядываюсь назад. А там вместо седовласой головы - ноги. Носки на ногах, главное, синие, а ботинки - коричневые.

- Семеныч, - ору, тут не до политеса, - ты там живой?! - а сам пытаюсь из машины выйти, чтоб помочь. В голове уже скорая, шины, гипс, зеленка с йодом.

- Знаете, дорогой мой, вы были правы, коллоидную мельницу можно из процесса исключить, - откуда-то из-под сидений.

И левая нога почесала правую.

21

Клумба

Эпиграф 1. "...обыкновенные люди... в общем напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их." (М.А. Булгаков, "Мастер и Маргарита")

Эпиграф 2. "Мы все здесь бьёмся за место под солнцем... в виде гаража" (из к/ф "Гараж.).

Судьба занесла меня с семьёй по работе в культурную столицу РФ. Мы поселились в центре города, на Петроградке, на улице Р. Впрочем, пожалуй это не важно, ведь эта история наверняка могла бы произойти в любом городе и на любой улице. Мы арендовали квартиру в "сталинском доме", высокие потолки, большие окна, строгие линии, официального мышиного цвета стены. Дом не большой, всего 3 парадных, 60 квартир. А у дома был двор куда можно было заехать с улицы через единственный въезд ограждённый тяжелыми воротами.

Но главное во дворе была клумба. Вернее так, КЛУМБА. Она впечатляла, потрясала, подавляла, занимая почти 40% двора. Огромный октагон сложенный из высоких каменных блоков, разделённый на четыре части, создавал проходы в центр, где на засфальтированным круге стояли скамейки. Когда-то, в сталинско-хрущево-брежневские времена за клумбой ухаживали специальные тётеньки. Они сажали весной анютины глазки и пионы, пропалывали, поливали, красили скамейки, и даже убирали мусор. Но в перестоечные годы эта традиция была похерена и клумба превратилась в гору снега зимой, и сорняковые джунгли летом. Её облюбовали местные коты и бродячие собаки для интимных встреч, местные алконавты для распития настойки боярышника и портвейна, и местные "дворяне" для "временного складирования отходов”. Правда нет ничего более постоянного чем временное, но этот ньюанс можно пропустить.

При въезде ушлые соседи засекли меня, жену, собаку, и самое главное машину, и представитель дворянства, Костя, обладатель чёрного Пассата и перебитого носа, поспешил ввести нас в курс дворцовых интриг фразой "наш дом с намёком на элитность разделён на клановые и подклановые структуры". В небольшом доме оказалось кланов больше чем в горной Шотландии, а страсти такие, что даже позавидовал бы Вильям наш Шекспир.

Костя рассказал что есть коммунист-скандалист, самоназначенный лидер в борьбе за озеленение и лютый враг всех владельцев автотранспорта "ибо они своим высокомерным присутствием оскорбляют саму сущность советского человека." Правда квартирку он приватизировал одним из первых и дачка у него имеется. Он лидер клана старушек-завидушек, основная функция которых - обеспечение что бы никому не было хорошо и отправление жалоб в инстанции. У них и подклан есть, старичков-боровичков. Они боятся старушек-завидушек и поддаются на провокации.

Есть и бизнес клан, два бизнесмена обещают благоустроить дом по последнему писку моды, но один слинял на годы подальше от партнёров в Италию, а другой вместо того что бы тратить деньги на благоустойство двора, тратит их на дам с облегчённой социальной ответственностью. Также есть и клан пожилых автомобилистов, они собирают деньги на изменение ландшафта и на новые ворота лет 5. А их клан, молодых автомобилистов, тоже собирает деньги на изменение двора и на ворота с автоматическим открытием уже года 3. Ну и есть другие мелкие кланы как например, клан жителей коммуналки, семьи усопшего адмирала, и сторонних наблюдателей.

Но самое главное во дворе есть клан состоящий из одного человека, бывший предприниматель, по кличке отец Фёдор. Личность легендарная ибо славится гадским и сволочным характером. Его ненавидят все. Коммунист-скандалист ненавидит его как классового врага. Старушки-Завидушки ненавидят как владелеца 3-х обшарпаных машин которые не ездят, а тихо ржавеют во дворе, портя вид двора. Его ненавидят и кланы молодых и пожилых людей, правда не за эстетику, а за то что он заставил двор и сделал парковку затруднительной. Отец Федор судится со всеми и по любому поводу. От его шагов дрожит участковый и его избегают бродячие собаки. По слухам он поклялся на ржавом капоте что все жильцы дома будут плакать от него бензиновыми слезами.

А далее он рассказал историю 20 летней войны. Когда-то был СССР и плебеи жили мирно ибо малочисленные машины хотя и были предметом передвижения, но были и роскошью. Вообще в годах 50-60х во дворе было всего 2 машины, у контр-адмирала и у главного инженера какого-то завода. Их тачки во дворе никому не мешали и дети обожали помогать владельцам мыть их по выходным. Потом в 70х и 80х у выросших детей начали появляться редкие Запорожцы, Жигули и даже Волги. Но всё равно машин было мало и парковочные конфликты ограничивались просмотром фильма "Гараж", а также упоминанием слова "милиция." Но годы шли, адмирала ушли на пенсию (и время стало далеко не адмиральское), и грянула пора декоммунизации, прихватизации, и стяжательства.

Коммунист-скандалист и старушки-завидушки из значимых личностей резко превратились в персон нон-грата и власть перешла в другие шаловливые ручки. Ну а тем времечком клан пожилых людей (тогда еще совсем не пожилых) и молодых (тогда совсем молодых) начал потихоньку крутиться, зарабатывать что-то помимо трудодней, и как-то богатеть. Результат, купленные машинки которые гордые владельцы всенепременно хотели хранить поближе к сердцу, то бишь во дворе (во первых на дитятко на виду, что в 90-е немаловажно, а во вторых и главных, пускай соседи завидуют).

Менялись жильцы дома, президенты, режимы, длина юбок, законы, времена и нравы, и лишь дворик упрямо расти вместе со временем не хотел. Так сказать остался в морально и физически в сталинских рамках. Свободных мест для парковки становилось всё меньше и в воздухе запахло выхлопными газами, машинным маслом, и конфликтом.

Casus Belli создал отец Фёдор. Один из первых Питерских предпринимателей он приобрёл небольшой трачок и зарабатывал биндюжничеством. На праведные заработки он увеличил автопарк прибавив 3 ржавые легковуши которые запарковал во дворе вместе со своим трачком. Он то мог выехать легко на любой из них (если бы они были способны двигаться), но остальным надо было порядочно покрутиться. Дворовой люд наверно бы сжал зубы если бы отец Фёдор ограничился 1-2 машинами, но 4 терпеть никак не желал. Сначало ему намекали что неплохо бы ограничить аппетиты и дать возможность другим оттяпать место под солнцем. В ответ он отправлял комментаторов по известному краткому адресу. И хотя по этому адресу жители ходили и ранее, они начали вынашивать планы мести.

Одной тёмной ночью, когда отец Фёдор почивал после биндюжничьих будней, жильцы ведомые коммунистом-скандалистом подцепили трачок и под одобрительные ухмылки выволокли его на улицу и тут же сообщили в местное отделение что неадекватный отец Федор запарковал свой катафалк так что заблокировал всю улицу. Менты, которые долго точили зуб на него сработали на редкость оперативно. Трачок был эвакуирован на штрафную стоянку и утром отец Федор имел счастье лицезреть пустое место.

Ярость его не имела границ, но ему пришлось обратиться в ту же милицию которая совсем не спешила ему помочь. В конце трачок он получил обратно, но попал на кучу штрафов (типа за эвакуацию, хранение, нарушения порядка, итд). Отец Фёдор после этого возненавидел своих соседей еще больше, но прозрачный намёк был понят и трачок с тех пор он парковал на улице. Через несколько ночей (учитывая весёлые 90-ые) он был благополучно угнан. Фёдор был на грани помешательства и поклялся отомстить всем жильцам "дома с намёком на элитность." Он кричал что там хранились миллионные сокровища и подал в суд на всех жителей дома, участкового, и на администрацию района, итд. Результат конечно был нулевой, но врагов он нажил много. Извоз он прекратил и возвернулся в весёлую толпу трудящихся. А вечерами бдил дабы никто не
покусился на невинность остального ржавого автопарка и мечтал о мести.

Простая формула выявила что увеличение авто во дворе имеет прямое обратное отношение к свободному месту для парковки. Либо надо было увеличить дворик, или что-то решать с клумбой, тем более эстетической нагрузки она уже не несла. Дворик, как я и говорил оказался консерватором и с временами расти не хотел, и посему стал вопрос сноса клумбы.

Но оказывается это решение, хотя и устраивало владельцев машин, отнюдь не устраивало коммуниста-скандалиста, старушек-завидушек, старичков-боровичков и примкнувших к ним Шепиловов. Наши дворяне зверели, создавали коалиции, мирились, ссорились, опять мирились, ругались до смертных обид, писали петиции, принимали коммиссии, ходили по инстанциям, мешали друг другу жить, звонили в милицию, но все так же год из года клумба превращалась в сугроб зимой и также превращалась в заросший гадюшник летом. И настала та точка которую именуют кипением. Достаточно малейшего сотрясения и кровь вместе с тормозной жидкостью кипятоком потечет по асфальту принося жертвы и создавая водовороты судьбы. И в этот стратегический момент мы сняли квартиру тоже с мыслью ставить машину во дворе.

Долгие годы часть жителей дома "с намёком на элитность" молила разные инстанции выделить фонды на изменение ландшафта двора. Но шансов на это было меньше чем на то что прилетят марсиане и вымоют толчок в каждой квартире. Но не правду говороят что не бывает в мире чудес, и вера в них заканчивается когда Дед Мороз снимает бороду. Каким-то непонятным образом шестерёнки маховика завертелись и одним прекрасным весенним утром в дворик на улице Р. вошла судьба.

Судьба состояла из погрузчика и двух газелей в которых сидели в оранжевых жилетах представители таджикской диаспоры и их вождя, щербатого бригадира Васи. Он был горд своей значимостью и управлял своей отарой с помощью жестов и слов не превышающих 5 букв. Таджики тоже были в хорошем настроении ибо давно не видели столько радостных глаз. Они разгрузили инструмент, а бригадир громко огласил интересующимся жильцам план. “Сносим клубму, асфальтируем всё, потом ставим скамейки, и мусорку. На всё надо примерно неделя-полторы." И в тот же день вывесили листки на дверях парадных с просьбой убрать машины.

Кланы молодых и пожилых автомобилистов пошли на работу с гордо поднятыми головами, блеском в очах, и радостно потирали ручки. Наконец то наступило прекрасное-далёко. И они весело ухмылялись видя злобные лица старушек-завидушек и старичков-боровичков. Надо признать что город угадал с моментом вторжения ибо коммунист-скандалист был на своей фазенде, весна время посадок. Его клан остался без лидера и казалось всё, враг разгромлен, а вождь в изгнании.. В первый же день таджики вывезли скамейки, мусорку, и начали вывозить грунт. Казалось победа автовладельческих кланов близка и Синяя Птица счастья уже в руках и молодые и пожилые люди спокойно пошли спать.

Но под покровом ночи произошло невероятное, отец Фёдор прикинул диспозицию и решил, если ему прийдётся убрать машины со двора ради ремонта, то ему обратно их не дадут затащить. Ему нужна поддержка жителей дома. И он предложил сделку завидушкам и боровичкам. Он возглавит герилью, а они после ремонта гарантируют поддержку возврата его автопарка в отчий дом. Подбный союз был неожиданней пакта Молотова-Риббентроппа, но он был совершен и уже разгромленная оппозиция обрела нового жесткого лидера.

Наутро, когда автомобилисты ушли на работу, был проведён стихийный митинг во дворе под лозугами: "сохраним культурное наследие" и "нет самострою" и "долой автобеспредел". Там присутствовали естественно только боровички, завидушки и сам Отец Фёдор. Они наорали на бедных гостей из солнечного Таджикистана, крутили фиги перед носом ошалевшего Васи, и вынесли запротоколированное решение, что надо "прекратить разрушать исторический объект." Тут же была создана петиция которую демонстранты подписали и "цыгане шумною толпой" отправились по квартирам с требованием подписать. Естественно устоять тем немногим нейтральным жителям было тяжеловато когда к ним вваливались разъярённые завидушки и они подписывали этот исторический документ. Тут же отец Фёдор с соратниками потащил петицию в какую-то организацию с требованием прекратить реконструкцию. А Вася положился на старинную армейскую мудрость "не спеши выполнять приказ, его могут ещё и отменить."

Вернувшиеся автомобилисты естестенно узнали о подлой контратаке и на следующее утро провели уже свою демонстрацию, а старушки и боровички попрятались по квартирам. Авто-клан тоже составил свою петицию и тоже пошел по квартирам собирать подписи. И вожди кланов Профессор и Костик пошли в ту же инстанцию с совершенно противоположой петицией, с требованием продолжить реконструкцию. В то же время бригадир Вася, рассудив что крайним в любом случае будет сделан он, слинял с объекта в неизвестном направлении, а таджики в ожидании приказа поставили бытовку, и основали маленький Таджикистан.

В итоге у отвечающей за реконструкцию организации оказалось две совершенно противоречивых петиции, причем часть из подписей на обеих была одинаковая. На следующий день приехал другой бригадир и чиновник и приказали таджикам вознобновить работу и они радостно начали вывозить блоки и грунт. Но ещё через день явился уже другой чиновник и приказал прекратить работу. Дворик стоял в разгромленном состоянии, новый бригадир тоже слинял, машины естестенно все убрали что бы их не задели, и теперь уже никто не мог парковаться во дворе. Таджики грустно слонялись по двору и из бытовки понеслись запахи восточной кухни.

Вернулся коммунист-скандалист и несмотря на давнюю ненависть обнял Отца Фёдора за спасение двора, они поплакали у друг друга на плече и порешили развернуть активную деятельность и начали строчить петиции, требования, запросы. Впрочем, то же делали и Костик, Профессор, и другие члены их клана. Таджики совсем обосновались во дворе, и дворе появились не только запахи кухни, но и запахи человеческой жизнедеятельности. Работа практически застопорилась, каждые 2-3 дня появлялся новый бригадир, давал ЦУ, таджики кивали, и... ждали следующего бригадира, который отменял решение предыдущего. И такое "стояние на Угре" продолжалось почти месяц, пока наконец не пожаловала какая-то коммиссия.

Их встретила толпа четко разделёная по клановым признакам и потребовала диаметрально противоположные вещи. Коммиссия зажав носы рассмотрела претензии и старый отставник, без претензий послал всеx вождей кланов на и в мужские и женские половые органы и высказал мнение, что пока сами жильцы "дома с намёком на элитность" не договорятся между собой, хрен они чего-то будут предпринимать. Но если решения не будет через 2 дня, то они вообще уберут "таджикстрой" с объекта. "Так что решайте сами, иначе решим мы."

На следующий день было созванно экстренное собрание жильцов в подвале первого подъезда, а так как наша хозяйка квартиры не могла присутствовать, то я должен был представлять её честь. Мы с супругой собирались в цирк, но мы отменили наши планы и я абсолютно не жалею, ибо подобного паноптикума я больше никогда не видел. Слово взяли одновременно и коммунист-скандалист и Профессор. Они неинтеллигентно обратились к друг другу, разошлись во всём кроме того что требуется голосовать о судьбе дворика. С этим консенсусом согласились все.

"Голосуют все кто прописан." заявил кто-то. "О это дело" возбудилась коммуналка. "Голосуют только автомобилисты" произнёс Костик. "А ты не ох***л?" ответили боровички. "Голосуем только метрами." крикнул Профессор. "Здрасте, а не жирно будет ли." зашлись в крике завидушки. "А может длинной х**в?" заорал бизнесмен, "я вам докажу что мне потребуется два парковочных места плюс место для мотоцикла" и взялся за ширинку. "Пошляк" возмутилась дама с сирененвыми буклями, "голосуем, квартирами, с поправкой на количество лет кто сколько прожил в доме." "Ты с ума сошла" взвопили владельцы что только купили квартиры. Никто никого не слушал, все орали, и было понятно что решения не будет, и я тихонько слинял.

В итоге собрание раскололось на две более-менее равные части и вынесто два абсолютно противоположных протокола которые и были сданы в комиссии. Я могу только представить их реакцию, но таджики действительно исчезли и дворик был оставлен в разбомблённом виде. После нескольких недель взаимных обвинений было проведено ещё одно собрание и требование было уже одно, пожалуйста приведите дворик в любой вид, но не оставляйте так.

И через месяц опять появились таджики и опять под руководством Васи. Опять появилась бытовка, запахи, но работа закипела и через 2 недели дворик стал выглядеть..... ровно так же как и прежде. В центре стояла огромная клумба из тех же блоков.

Вы думаете, это всё? Как бы не так. Как только исчесли таджики, спустя несколько минут отец Фёдор затащил свои пепелацы на родные места. И началась.... парковочная лихорадка. Я не видел гонки за золотом в Калифорнии, не видел алмазной лихорадки в Оранжевой Республике, и только читал о лихорадке на Юконе, но лихорадку за парковочными местами я видел.

Наши дворяне озверели. Они бросились покупать парковочные блокировщики (металические дуги которые прикручиваются к асфальту, на них висит замок, так что если надо можно и опустить). Продавец в считанные дни выполнил годовой план и взвинитил цены вдвое. Все, вне зависимости от наличия машины, брали по несколько штук и ставили их по двору. Захватывали места, а если желаемое место было уже захвачено то "столбили участок" рядом, ибо "не мне, так никому". Особый шик был угадать место недруга и поставить свой блокировщик рядом.

Вскоре во дворик было невозможно въехать. Да он был практически без машин, но поднятые блокировщики не позвoляли поставить её. И понеслась вакхнаналия. Чужие блокировщики срывали, выворачивали, давили машинами пробивая колёса и ломая бамперы, по ночам сбивали замки ломами и вечерами можно было наблюдать из окна удивительные разборки. Дуэли были настолько часты, что можно было подумать что снова настали времена Людовика ХIII и только не хватало задорных песенок Д'Aртаньяна. Совершенно новый асфальт оказался тут же разбитым и дворик стал выгладеть почти так же как во время ремонта. И в этот момент наша хозяйка квартиры решила поднять аренду и мы поменяли жильё.

Потом я не был в дворике на улице Р. несколько лет, и перед тем как покинуть Питер, я решил проехаться по былым местам. Я запарковал машину на улице и у ворот увидел Костика. Он тут же узнал меня и мы вместе зашли во дворик. На клумбе как и прежде росли высоченные сорняки, стояли разбитые скамейки, временно лежали какие-то отдходы, везде торчали блокировщики, а асфальт улыбался трещинами. "Мы снова петицию составили. И в Смольный уже написали, коммиссию обещали прислать." гордо сказал Костик. "Давно?" спросил я. "Да нет, не очень, примерно месяцев 9 назад назад. Как ты думаешь, может ещё раз написать, поторопить их? Они же помогут." "Пишите, конечно пишите. Помогут, конечно помогут, ты главное пиши" подбодрил я.

Настроение было испорчено, я покинул дворик на улице Р., сел в машину и включил радио, поймал старую песенку и под неё уехал с плохим настроением по делам.
"Это было прошлым летом,
В середине января,
В тридесятом королевстве,
Там где нет в помине короля."

22

Метрика за тыщу – лучший подарок!

Расскажу про то стихи вам
Как воруют по архивам.
Книги-метрики завхоз
Крал, не видя тут угроз.
Рождён, крещён кавалергард,
Женился, отдал Богу душу –
Всё в книге есть ЗА МИЛЛИАРД
(Сказав то, правды не нарушу).
Завхоз толкал всё через сайт,
Беря по тыще лишь за книгу,
И тем доволен был («Олл райт!»),
И обращал к архиву фигу.
И книг таких аж сорок шесть,
Хотя могло быть и поболе,
Пока бардак в архивах есть
И честно жить не учат в школе.

В Саратове пройдет судебное разбирательство по делу о хищении ценных книг из Государственного областного архива. Ответчиком по уголовному делу признан бывший руководитель отдела технического и хозяйственного обеспечения архива, укравший оттуда в течение всего 2016 года уникальные метрики на сумму свыше миллиарда рублей. Это церковные метрические книги периода с 1821 по 1825 годы. Он выбрасывал книги из окна на прилегающую к госархиву строительную площадку и потом забирал домой. Продавал их коллекционерам через Интернет по 1 тыс. рублей. Всего преступнику удалось украсть 46 экземпляров.

23

Страшная история

Нажрались мы в поездке в нулину. И наш товарищ с Гонконга рассказал про самый страшный случай в своей жизни.

Просыпаюсь я в Макао. Башка трещит пипец. Не помню вообще ничего - память стерлась под ноль.
Понимаю, что лежу в постели в гостинице.
Голый.
Справа - мужик.
Слева- мужик.
И чувствую что пиздец болит жопа.
Начал вставать - понял что мужики голые.
А вокруг кровати гандоны использованные накиданы.
Нашел трусы, стал одевать - чувствую - кровь.

Ну все. Пиздец пришел. Можно стреляться. Мне двое мужиков вчера жопу порвали по пьяни.

Оделся кое как дополз до номера, залез в карман - а там фишка на 5 000 баксов Макао.
Принял душ, лег в постель - трясет и плакать хочется.
Мало того что пидором стал, так ещё и шлюхой - я ж в казино не играю!
Вся жизнь под откос.
Хорошо что окна закрыты в номере наглухо- а то бы пополнил статистику суицидов.

Одно смущает - ну не похожи мужики эти на пидоров. Хотя много ли я в своей жизни пидоров настоящих видел...

Через пару часов чувствую - жрать охота. Пошел в ресторан. Накладываю жрачку, сзади на плечо ложится рука и голос говорит "Здорово, братан!"
Оборачиваюсь- мужик, который справа лежал.
Я тарелку на пол чуть не уронил, по телу дрожь...

- Ну мы бл.дь вчера отжгли! Как голова?
- Да пипец...и вообще нихера не помню...
- Нихера? Ну меня то помнишь? ( говорит он усмехаясь)
Борюсь с желанием дать в морду, отвечаю: Смутно, если честно, но профиль знакомый...

Так, погоди, говорит мужик, идем за столик.

Там второй сидит мужик.

Наливают мне водки из-под стола - с собой притаранили. Выпиваю залпом.

- Петя( так зовут нашего гонконгского товарища) нихера со вчера не помнит, представляешь?

Да ладно! Ведь так круто оттянулись! Ты ведь на меня не злишься больше?

- За что?
- Ну, за вчерашнее?

Молчу. Стыдно, аж пиздец. Хочется уебать обоих, но борюсь с собой.

- Ясно. Обнулился, значит.

Как познакомились значит тоже не помнишь?

Нет.

Ладно, салага, слушай :)

Мы вчера с Кузьмичом гуляли по казино. Я в Копейске вырос, у нас там зоны вокруг, порядки сам понимаешь.
А тут впереди ты присел что то поднять. Не знаю уж как у тебя так выходит, но у нас на зоне даже главпетухи не умеют так жопу оттопыривать. Просто "готовь туза , Маня!" во всей красе.
И я не удержался- на автомате чисто тебе под жопу съездил своим штиблетом.
Ну ты выть, Димон меня давай пиздить - говорит- нахер ты мужика обидел, тут тебе не Копейск, а цивилизация!
Короче, я извиняться, то да се, предложили тебе выпить, нажрались, потом в казино играли, потом ещё догонялись.
А после пошли к нам в номер, ещё бухнули, вызвали трех блядей и трахались до утра!

При этих словах я заплакал. Навзрыд. На весь ресторан. Даже официанты сбежались - с трудом успокоили окружающих.

С мужиками мы потом подружились - хорошие ребята, хоть и гопники в глубине души.

24

Вдогонку вчерашней истории Советника про Эдуарда Ефимовича, застигнутого на месте бегства из коммунальной квартиры Беллой Абрамовной, подругой тещи.
Мой муж однажды тоже попал в такую сомнительную ситуацию.
Возвращаюсь я это из бассейна с детьми - своими и соседскими - застаю картину маслом, жирными мазками написанную - стоит муж, воодушевленно обьясняет что-то незнакомой юной девушке с большой собакой на поводке посередине нашей гостиной про своих питомцев - змей и прочих рептилий. Девушка была обидно моложе меня, в зимней расстегнутой куртке, и я даже не поняла - а что, уже надо-таки ревновать? На всякий случай эдак шутливо, в силу возможностей, сказала мужу - тебя уже на 3 часа нельзя дома одного оставить, ты ж сразу молоденькую красотку приведешь. Они замахали на меня хором руками - оказалось, девушка каждый день мимо наших окон свою собаку выгуливала, заглядывалась, как завзятый змеелюб, на наши террариумы мимоходом. Муж случайно мусор выносил, она ему вопрос про змей в террариуме задала - он ей предложил посмотреть, а тут мы приехали. Между прочим - на машине очень симпатичного неженатого соседа с ним самим за рулем, случайно в бассейне оказавшегося, ну он и подбросил по-соседски. Соседа, из-за ситуации, никто и не заметил, и он тихо так ушел, и на самом деле абсолютно ни при чем был.
Нельзя ревновать по пустякам. Мир состоит из мужчин и женщин, и им приходится иногда между собой общаться. В том числе - в нетривиальных ситуациях.
Хотя я сделала выводы - повесила на окна более плотные занавески. Чтоб уж там у никаких молоденьких красоток никаких вопросов по поводу наших домашних питомцев и прочих предметов интерьера больше не возникало. Тем более - нас начали приветствовать абсолютно незнакомые нам люди (например, целая квартира-общежитие итальянских студентов, через два дома от нас), которые, оказывается, в окне нас часто наблюдали, а мы про их существование и не подозревали, и все время задавались вопросом при их приветствиях - а кто это, и откуда они нас знают?
П.С. Девушка с собакой здоровается с нами до сих пор. Там точно ничего не было. Нутром опытной дамы чую.

25

В армии любому таланту найдётся достойное применение. К примеру если художник - добро пожаловать красить заборы. Музыкант с абсолютным слухом? Постой на шухере. Если никаких совсем талантов нету, то их в тебе непременно откроют, разовьют, и используют по назначению. Я, среди прочих своих безусловных талантов, владел плакатным пером. Нынче, в век принтеров и плоттеров, даже сложно представить, насколько востребованным в то время было умение провести прямую линию на листе ватмана черной тушью.

Освоил я этот нехитрый навык ещё в школе, на уроках физкультуры. В восьмом классе я потянул связки, и наш физрук, Николай Николаевич, пристроил меня чертить таблицы школьных спортивных рекордов. И пока весь класс прыгал, бегал, и играл в волейбол, я сидел в маленькой каморке, где остро пахло кожей и лыжной смолой, среди мячей, кубков, и вымпелов, и высунув язык переносил из толстой тетради на лист ватмана цифры спортивных результатов.

В какой момент я понял, что поменять эти цифры на своё усмотрение мне ничего не стоит? Не знаю. Я тогда как раз влюбился в девочку Олю из параллельного, и однажды, заполняя таблицу результатов по прыжкам в длину, вдруг увидел, что легко могу увеличить её результат на пару метров. «Наверное ей будет приятно» - подумал я. Подумано - сделано. Вскоре с моей лёгкой руки Олечка стала чемпионкой школы не только в прыжках, а во всех видах спорта, кроме вольной борьбы, в которой девочки участия не принимали. Погорел я на сущей ерунде. Кто-то случайно заметил, что Олечкин результат в беге на сто метров на несколько секунд лучше последнего мирового рекорда. Разразился скандал. Терзали ли меня угрызения совести? Нет. Ведь своей выходкой я добился главного. Внимания Олечки. Олечка сказала: «Вот гад!», что есть силы долбанула мне портфелем по спине, и месяц не разговаривала. Согласитесь, даже пара затрещин от Николай Николаича не слишком высокая цена за такой успех. Кстати, от него же я тогда первый раз услышал фразу, что "бабы в моей жизни сыграют не самую положительную роль". Как он был прав, наш мудрый школьный тренер Николай Николаич. Впрочем, история не о том. Короче, по итогам расследования я навсегда был отлучен от школьных рекордов, и тут же привлечен завучем школы к рисованию таблиц успеваемости. Потом, уже на заводе, я чего только не рисовал. Стенгазету, графики соцсоревнований, и планы эвакуации. Возможно где-то там, в пыли мрачных заводских цехов, до сих пор висят начертанные моей твёрдой рукой инструкции по технике безопасности, кто знает? Именно оттуда, из заводских цехов, я вскоре и был призван в ряды Советской Армии. Где мой талант тоже недолго оставался невостребованным.

Один приятель, которому я рассказывал эту историю, спросил – а каким образом там (в армии) узнают о чужих талантах? Глупый вопрос. Ответ очевиден - трудно что либо скрыть от людей, с которыми существуешь бок о бок в режиме 24/7. Сидишь ты к примеру на боевом дежурстве, и аккуратно, каллиграфическим почерком заполняешь поздравительную открытку своей маме. А через плечо за этим твоим занятием наблюдает твой товарищ. И товарищ говорит: "Оп-па! Да ты, военный, шаришь!". И вот к тебе уже выстраивается очередь сослуживцев, преимущественно из азиатских и кавказских регионов нашей необъятной родины, с просьбой сделать им "так жы пиздато". И вот уже ты пачками подписываешь открытки с днём рожденья, с новым годом, и с 8 Марта всяким Фатимам, Гюдьчатаям, и Рузаннам. Несложно же. Потом, когда ты себя зарекомендуешь, тебе можно доверить и дембельский альбом. Где тонким пером по хрустящей кальке хорошо выводить слова любимых солдатских песен про то, как медленно ракеты уплывают вдаль, и про высокую готовность.

Вот за этим ответственным занятием меня однажды и застал начальник связи полка майор Шепель.
Собственно, вся история только тут и начинается.

Ну что сказать? Это был конкретный залёт. Майор держал в руках не просто чей-то почти готовый дембельский альбом, он держал в руках мою дальнейшую судьбу. И судьба эта была незавидной. По всем правилам альбом подлежал немедленному уничтожению, а что будет со мной не хотелось даже думать.
Майор тем временем без особого интереса повертел альбом в руках, задумчиво понюхал пузырёк с тушью, и вдруг спросил:
«Плакатным пером владеете?»
«Конечно!» - ответил я.
«Зайдите ко мне в кабинет!» - сказал он, бросил альбом на стол, и вышел.

Так началось наше взаимовыгодное сотрудничество. По другому говоря, он припахал меня чертить наглядную агитацию. Сравнительные ТТХ наших и американских ракет, характеристики отдельных видов вооруженных сил, цифры вероятного ущерба при нанесении ракетно-ядерного удара, и прочая полезная информация, которая висела по стенам на посту командира дежурных сил, где я никогда в жизни не был ввиду отсутствия допуска. Поскольку почти вся информация, которую мне следовало перенести на ватман имела гриф "совершенно секретно", то происходило всё следующим образом. Когда майор заступал на сутки, он вызывал меня вечером из казармы, давал задание, и запирал до утра в своем кабинете. А сам шел спать в комнату отдыха дежурной смены.

Так было и в тот злополучный вечер. После ужина майор вызвал меня на КП, достал из сейфа нужные бумаги, спросил, всё ли у меня есть для совершения ратного подвига на благо отчизны, и ушел. Не забыв конечно запереть дверь с той стороны. А где-то через час, решив перекурить, я обнаружил, что в пачке у меня осталось всего две сигареты.
Так бывает. Бегаешь, бегаешь, в тумбочке ещё лежит запас, и вдруг оказывается – где ты, и где тумбочка? Короче, я остался без курева. Пары сигарет хватило ненадолго, к полуночи начали пухнуть ухи. Я докурил до ногтей последний обнаруженный в пепельнице бычок, и стал думать. Будь я хотя бы шнурком, проблема решилась бы одним телефонным звонком. Но я был кромешным чижиком, и в час ночи мог позвонить разве что самому себе, или господу богу. Мозг, стимулируемый никотиновым голодом, судорожно искал выход. Выходов было два, дверь и окно. Про дверь нечего было и думать, она даже не имела изнутри замочной скважины. Окно было забрано решеткой. Если б не эта чертова решетка, то от окна до заветной тумбочки по прямой через забор было каких-то пятьдесят метров.

Я подошел к окну, и подёргал решетку. Она крепилась четырьмя болтами прямо в оконный переплёт. Чистая видимость, конечно, однако болты есть болты, голыми руками не подступишься. Я облазил весь кабинет в поисках чего-нибудь подходящего. Бесполезно. «Хоть зубами блять эти болты откручивай!», - подумал я, и в отчаянии попробовал открутить болт пальцами. Внезапно тот легко поддался и пошел. Ещё не веря в свою удачу я попробовал остальные. Ура! Сегодня судьба явно благоволила незадачливым чижикам. Месяц назад окна красили. Решетки естественно снимали. Когда ставили обратно болты затягивать не стали, чтоб не попортить свежую краску, а затянуть потом просто забыли. Хорошо смазанные болты сходили со своих посадочных мест как ракета с направляющих, со свистом. Через минуту решетка стояла у стены. Путь на волю был открыт! Я полной грудью вдохнул густой майский воздух, забрался на подоконник, и уже готов был спрыгнуть наружу, но зачем-то оглянулся назад, и замешкался. Стол позади был завален бумагами. Каждая бумажка имела гриф «сов.секретно». Это было неправильно, оставлять их в таком виде. Конечно, предположить, что вот сейчас из тайги выскочит диверсант и спиздит эти бумажки, было полной паранойей. Но нас так задрочили режимом секретности, что даже не от вероятности такого исхода, а просто от самой возможности уже неприятно холодело в гениталиях. Поэтому я вернулся, аккуратно скатал все бумаги в тугой рулон, сунул подмышку, на всякий случай пристроил решетку на место, и спрыгнул в майскую ночь.

Перелетев забор аки птица, через минуту я был в казарме. Взял сигареты, сходил в туалет, поболтал с дневальным, вышел на крыльцо, и только тут наконец с наслаждением закурил. Спешить было некуда. Я стоял на крыльце, курил, слушал звуки и запахи весенней тайги, и только собрался двинуться обратно, как вдалеке, со стороны штаба, раздались шаги и приглушенные голоса. Загасив сигарету я от греха подальше спрятался за угол казармы.

Судя по всему по взлётке шли два офицера, о чем-то оживлённо переговариваясь. Вскоре они приблизились настолько, что голоса стали отчетливо различимы.
- Да успокойтесь вы, товарищ майор! Зачем паниковать раньше времени?
Этот голос принадлежал майору Шуму, начальнику командного пункта. Он сегодня дежурил по части.
- А я вам говорю, товарищ майор, - надо объявлять тревогу и поднимать полк!!!
От второго голоса у меня резко похолодело в спине. Голос имел отчетливые истеричные нотки и принадлежал майору Шепелю. Который по моей версии должен был сейчас сладко дрыхнуть в комнате отдыха.
- Ну что вам даст тревога? Только народ перебаламутим. - флегматично вещал майор Шум.
- Как что?! Надо же прочёсывать тайгу! Далеко уйти он всё равно не мог! - громким шепотом возбуждённо кричал ему в ответ Шепель.
Офицеры волей случая остановились прямо напротив меня. Обоих я уже достаточно хорошо знал. Не сказать, что они были полной противоположностью, однако и рядом их поставить было сложно. Майор Шепель, молодой, высокий, подтянутый, внешностью и манерами напоминал офицера русской армии, какими мы их знали по фильмам о гражданской войне. Майор Шум, невысокий и коренастый, был на десяток лет постарше, и относился к той категории советских офицеров, которую иногда характеризуют ёмким словом «похуист». Отношения между ними были далеки от товарищеских, поэтому даже ночью, в личной беседе, они обращались друг к другу подчеркнуто официально.
- Да вы хоть понимаете, товарищ майор, что значит прочёсывать тайгу ночью? – говорил Шум. - Да мы там вместо одного солдата половину личного состава потеряем! Половина заблудится, другая в болоте утонет! Кто бэдэ нести будет? Никуда не денется ваш солдат! В крайнем случае объявится через неделю дома, и пойдёт под трибунал.
- А документы?!
- Какие документы?!
- Я же вам говорю, товарищ майор! Он с документами ушел!!! Всё до единой бумаги с собой забрал, и ушел! Документы строгого учёта, все под грифом! Так что это не он, это я завтра под трибунал пойду!!! Давайте поднимем хотя бы ББО!!! Хозвзвод, узел связи!
- Ну погодите, товарищ майор! Давайте хоть до капэ сначала дойдём! Надо же убедиться.
И офицеры двинулись в сторону КПП командного пункта.

У меня была хорошая фора. Им - через КПП по всему периметру, мне - через забор, в три раза короче. Когда за дверью раздались шаги и ключ провернулся в замочной скважине, решетка уже стояла на месте, бумаги разложены на столе, и я даже успел провести дрожащей рукой одну свеженькую кривоватую линию. Дверь резко распахнулась, и образовалась немая сцена из трёх участников. Потом майор Шепель начал молча и как-то боком бегать от стола к сейфу и обратно, проверяя целостность документации. При этом он всё время беззвучно шевелил губами. Потом он подбежал к окну и подёргал решетку. Потом подбежал ко мне, и что есть мочи заорал:
- Вы где были, товарищ солдат?!!!
- Как где, товарищ майор!? Тут был! – стараясь сделать как можно более дураковатое лицо ответил я, следуя старой воровской заповеди, что чистосердечное признание конечно смягчает вину, но сильно увеличивает срок.
- Где «тут»?! Я полчаса назад заходил, вас не было!!! - продолжал кричать Шепель.
- Может вы, товарищ майор, просто не заметили? – промямлил я.
Это его совсем подкосило. Хватанув полную грудь воздуха, но не найдя подходящих звуков, на которые этот воздух можно было бы потратить, майор Шепель внезапно выскочил за дверь, и куда-то быстро-быстро побежал по коридору.

Шум всё это время стоял, не принимая никакого участия в нашей беседе, и невозмутимо рассматривая таблицы на столе. Когда дверь за Шепелем захлопнулась, он придвинулся поближе, и негромко, продолжая изучать стол, спросил:
- Ты куда бегал, солдат?
- За сигаретами в роту бегал, товарищ майор. – так же тихо ответил я. - Сигареты у меня кончились.
- Долбоёб. - философски заметил майор Шум. - Накуришь себе на дисбат. А документы зачем утащил?
- А как же, товарищ майор? Они же секретные, как же я их оставлю?
- Молодец. А ты в курсе, что там есть бумажки, вообще запрещённые к выносу с капэ?
- Так я ж не выносил, товарищ майор! Я их там у забора спрятал, потом забрал. Неудобно с документами через забор…
Шум покачал головой. В этот момент в комнату как вихрь ворвался майор Шепель.
- Я всё выяснил! Он через окно бегал! Там, под окном, - следы! Товарищ майор, я требую немедленно вызвать наряд и посадить этого солдата под арест!
- С какой формулировкой? – индифферентно поинтересовался Шум.
На секунду Шепель замешкался, но тут же выкрикнул:
- За измену Родине!!!
- Отлично! – сказал Шум, и спросил: - Может просто отвести его за штаб, да шлёпнуть?
Это неожиданное предложение застало Шепеля врасплох. Но по глазам было видно, как сильно оно ему нравится. И пока он мешкал с ответом, Шум спросил.
- Вот вы, товарищ майор, солдата на ночь запираете. А куда он в туалет, по вашему, ходить должен, вы подумали?
От такого резкого поворота сюжета Шепель впал в лёгкий ступор, и видимо даже не понял вопроса.
- Какой туалет? При чем тут туалет?!
- Туалет при том, что солдат должен всегда иметь возможность оправиться. - флегматично сказал Шум, и добавил. - Знаете, товарищ майор, я б на месте солдата в угол вам насрал, и вашими секретными бумажками подтёрся. Ладно, поступим так. Солдата я забираю, посидит до утра у меня в штабе, а утром пусть начальник особого отдела решает, что с ним делать.
И скомандовав «Вперёд!», он подтолкнул меня к выходу.

Мы молча миновали территорию командного пункта, за воротами КПП Шум остановился, закурил, и сказал:
- Иди спать, солдат. Мне ещё в автопарк зайти надо.
- А как же?... Эээ?!
- Забудь. И главное держи язык за зубами. А этот мудак, гм-гм… майор Шепель то есть, через полчаса прибежит и будет уговаривать, чтоб я в рапорте ничего не указывал. Ну подумай, ну какой с тебя спрос, у тебя даже допускам к этим документам нету. А вот ему начальник ОСО, если узнает, матку с большим удовольствием наизнанку вывернет, и вокруг шеи намотает. Так что всё хорошо будет, не бзди.

С этими словами майор Шум повернулся и пошел в сторону автопарка. Я закурил, сломав пару спичек. Руки слегка подрагивали. Отойдя несколько шагов, майор вдруг повернулся и окликнул:
- Эй, солдат!
- Да, товарищ майор?!
- Здорово ты это… Ну, пером в смысле. Мне бы на капэ инструкции служебные обновить. Ты как? С ротным я решу, чай и курево с меня.
- Конечно, товарищ майор!
- Вот и договорились. На ночь запирать не буду, не бойся!
- Я не боюсь.
- Ну и молодец!
Мы разом засмеялись, и пошли каждый своей дорогой. Начинало светать. «Смирррно!» - коротко и резко раздалось где-то позади. «Вольно!» - козырнул майор. Навстречу ему, чеканя шаг по бетону взлётки, шла ночная дежурная смена.

26

Охота на крокодилов.

"-Нет некрасивых женщин,есть мало водки!
-Я столько не выпью!"

Из диалогов.

90е.

В жизни каждого мужчины есть два незабываемых события. Это память о самой первой и самой страшной бабе в его жизни. Возможно , у кого то эти два факта слиты воедино-но тогда, вероятнее всего, речь идет о первой и последней бабе в амурном списке .
И если о первой вспоминаешь с нежностью, то о самой страшной хочется забыть-да не выходит. Мне-особенно,ибо крокодила сего я добыл в коллективе охотников. И участвовали в сем сафари самые близкие друзья. Бегемот и Кабан. Тут уж как в анекдоте про добрую память- "Сам забудешь-друзья напомнят!"
...
Реклама убеждала нас, что главный вопрос любой мужской компании- "Кто идет за Клинским?" Реклама врала. Главный, наболевший и неизменно решаемый вопрос у нас был-"Где взять баб?"
Не то что мы были страшны безмерно-или сопливы и кривоноги-не в том дело. В ротации, хм, кадров. Точнее, в скорости оной. Текучка на производстве была исключительная. Основной девиз встреч был- "Ни один уважающий себя дятел два раза в одно дупло не дуплится!". То есть появление на даче-а там и проводились все радения хлыстов-с прежним составом группы оральной поддержки считалось потерей темпа.
Зря собрались. Скукотища.
"Девушка-я вас где то уже видел!"-звучало в наших устах с горечью и осуждением.
Потому заботы о бесперебойности поставок свежей пиздятины были постоянной головной болью. Решали проблему как могли.
Кабан таскал табуны проституток, которых мы политкорректно звали "женщинами с пониженной социальной ответственностью"-я же находил залежи доброволок в совершенно неожиданных местах.
Например,как то ошибся в одной цифре номера любимой. И попал на грудной голос развесистой мадам. На ловца и зверь бежит-Света была оной из компании скучающих мажористых жен . В члены этого кружка мы были приняты незамедлительно.
За лихость, удаль молодецкую и место встреч мы получили у дам погоняло "лесные братья". Так и звучало в их беседах-мол, сначала в фитнесс поеду, потом в салон-а потом к "лесным братьям"-гормональный фон подрегулировать. Хотя, наверное, в салон лучше после. А то все равно прическу растреплют.

Дамы были как на подбор-красивые, ухоженные, веселые и заебанные бытом респектабельного существования вусмерть. С хроническим недоебом уставшими на работе капиталистами. Как тут не помочь стране? Как не снять часть забот с наших банкиров и промышленников? Не помочь капитанам производства? Нашим,отечественным быстрых разумом (и вялым членами) Гобсекам и Скрутчам Мак-Дакам? Не подставить дружеское хм, плечо, утомленному негоцианту-двигателю прогресса?
Никак невозможно сие. Даже непатриотично, можно сказать.
Мы для них(дам, а не капиталистов) аж исключение сделали ради процветания родной экономики: дружили организмами лет 5 и до сих пор иногда позванивают. Но мне нельзя. Я добровольно вышел из леса и сдался властям.
Но я не об этом.
Единственным халявщиком у нас был Бегемот. В деле добычи самок он предпочитал теплую и уютную должность бенефициара. Типа-он застенчивый двухметровый полуторацентнеровый бородатый гиббон с загривком в три наката-и потому не может никак с девушками познакомиться. В театральной классификации любовников (1й,2й,3й...) Бегин занимал почетное амплуа "Павиан на выданье"
Ссутся, суки, при попытке навести контакты. В прямом смысле.
Трясутся и под себя прудят.
Как то раз терпение наше лопнуло.
-Знаешь, Димочка, ты уже так привык к халяве, что воспринимаешь ее как подношение. Или долю малую, что тебе заносят-по понятиям. Оборзел в корягу. Где бабы?
-Ну не мое это...
-Не твое? Тогда иди в педерасты. Или женись. Или и то и другое. Но на блядки больше не возьмем.
-Хотя...(Бегемот поморщился)- есть тут один телефон...энтузиастка одна дала...
-Где?
-В метро.
-Чего это тебя туда занесло?
-Пьяный был-а ни один таксист, сука, не останавливался. Поехал на метро. Там-то она меня и сняла...
Мы с Кабаном переглянулись.
-Мы правильно тебя поняли-таксисты от тебя шарахнулись, а эта подземная давалка ,не убоявшись богомерзкого рыла твоего-сняла?
-Выходит так.
-Звучит тревожная музыка. У меня дурные предчувствия.
-У меня тоже. Но выбора нет-тащи телефон.
Бегин выволок какую то книжонку. Номер был продран острым предметом сквозь полсотни страниц.
-М-да. Остервенелая какая. Изголодавшаяся. С зоны откинулась что ли?
-Или свежеразведенка.Она внешне как?
-Не помню.
-Что-совсем?
-Совсем.
-Зловеще. Ладно, чего десны мять-звони. Нет, как говорится, некрасивых баб-есть мало водки.
Сговорились за полминуты.
Выходим на улицу. На душе как то тоскливо. Я, садясь в машину ,неожиданно для себя предлагаю каждому припомнить свою самую кошмарную зазнобу.
-Можешь не тужиться воспоминаниями - осаживает меня Кабан. Сегодня это место в твоей жизни может занять другая- кликушествует он, заводя машину.
Подъезжаем. Из окна орет выставленный наружу динамик. "Ласковый май" кажется.
М-да.
-Может, ну его нахер, Андрюш? -жалобно скулю я с заднего сиденья.
-А те что- с Вивальдями блядей подавай?
-Ага. Виваблядей, то есть- поддакивает Бегин.
Тут дверь распахивается и в салон лезут три горгульи. Мы столбенеем. Пиздец. Гоблин-шоу. Парад уродов. НЕЕЕЕЕТ!!!!!
Кабан зачем-то срывается с буксом, надеясь, наверное, что этих мымр в окна выдует.
Наивный!
В салоне повисает недобрая тишина. Прерываемая звуками полового влечения издаваемыми этими гарпиями. Не слыша их мы с Кабаном ненавидящими взорами сверлим Бегемота.
-А в какой ресторан мы поедем, мальчики?
-В "Голубую устрицу"- бурчит Бегин.
Обессиленно ржем. Да уж...Приди с этими крокодилами в кабак и все. Кирдык. Можно спокойно по гейклубам шляться. Репутация уже не пострадает.
Короткая ругань на тему-куда везти? Никто не хочет к себе. У всех соседи,знакомые, бабки у подъезда-засмеют же!
Вспоминаем про нейтральную треху Кабана. ОК. Нас там никто не знает-едем. По дороге затариваемся . Стол соответствует одалискам: все сурово, просто,по-фронтовому. Полезная и вкусная водка (ящик) , бычки в томате, черный хлеб, тушенка, сало, одесская колбаса и маринованные огурцы. Все.
Привозим этих рептилий в хату.
Заходим и мрачно остаканиваемся. Не помогает. Хмуро закуриваем на балконе.
Бабы пугаются и запираются на кухне.
-Иди-развесели их-металлическим голосом велит Кабан. Спорить с ним не тянет абсолютно.
Захожу. Молча вынимаю пачку презервативов. Бабы ошарашены.
-Распечатайте, выньте и налейте в это воды.
-Э?
-Делай как я!
Через минуту у всех в руках болтается по пузырю с парой литров в каждом.
-Завяжите горловину ниткой.
-Есть!
-За мной, в колонну по одному шагом-марш!
Вывожу команду гондонометалок на балкон. Внизу, на детской площадке, безмятежно попивает портвешок и гугниво матерится цель-дворовая алкашня. У них там чисто парадиз- газетки постелены, рыбка разложена," три топора" розлиты по стаканам, верные подруги и уважаемые люди вокруг. Смотреть на чужое счастье из глубины помойной ямы бытия невыносимо. Ну ничего. Ща сравнимся удачей.
-На раз-два-три-огонь!
Хм. Страшные-но меткие. Уже достоинство. Наверняка есть еще, если поискать. Может у них глисты-а на них карп хорошо клюет?
Бомбы пошли как с "штуки" Ганса-Ульриха Руделя-точно в цель. Один близкий недолет, один перелет в полметра и два гандона вошли точно в бошки калдырей.
Цель поражена.
Мы, давясь от хохота, присели за парапет. Снизу ввысь понеслись такие густые клубы мата-хоть записывай. На вопли в окна третьего этажа вылезли два любопытных школьника-на свою беду.
Их-то и постигла всеобщая ненависть и презрение трудящихся. Сначала алкогольная общественность донесла до подростков все постыдные особенности их родословной до 12 колена включительно. Затем в дело пошел булыжник-оружие пролетариата.
Зазвенели разбитые стекла.
Мы с бабами выли вповалку на балконе.
В дело вступили родители мальчуганов:на улицу выбежали взволнованные отцы и их соседи. Послышались первые, робкие пиздюлины.
Мы обессиленно хрипели друг на друге.
К бухарикам прибыло подкрепление.Внизу бесновались мятежные народы, наверху заходились в истерике поджигатели войны.
Бои приняли позиционный характер. Один из жильцов оживил обстановку, спустив на алкашню алабая с говорящим именем Арнольд. Это прибавило экспрессии действу. Поначалу Арнольд пытался отличать правых от виноватых, но получив штакетиной по морде отбросил всякую сортировку.
"Novit enim Dominus qui sunt eius» — «Рвите всех! Господь узнает своих!»-решил кобель , подобно своему Ситосскому тезке и бросился в сечу.
Вскоре подоспела милиция. Первого же мента Арнольд цапнул за ногу и загнал на бобик.
Мы стонали от счастья.
Грохнул выстрел. Толпа бросилась врассыпную. Наконец-то! А не то мы б лопнули. Или задохнулись. Вползали в комнату на карачках. Уже родными. Еще бы! Совместные конвульсии очень сближают, как известно. Дальше все пошло как по-писаному. Какие ж они страшные? Еще стакан! Ооооо! Да девки ж просто отпад! Нормально Григорий? Отлично-Константин!
Порок винопития перерос в грех чреслобесия. Всю ночь мы с азартом занимались черти-чем с этими красотками. Как отрубился-не помню.
Открыл глаза и тут же зажмурился от воспоминаний и головной боли. Темно. Зажег свет. У меня с ней что то было?! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!
-Еще как может!
-Бегин, скотина-это все из за тебя!
-Ага! То-то тебя от них не оттащить было! Я на твой энтузиазм глядя немецких символистов вспомнил. Там строки есть-точно про сегодня:
- "А вот в углу сношаются уроды, и у него в нее оторвалось... "
-А про тебя там ничего не написано?
-А я на себя не смотрел.
-Умное решение.
-Кстати-ты не знаешь, который час?
-Понятия не имею. Где часы-хуй поймешь. Темно на улице. О, погодь, ща узнаю.
Кряхтя вылезаю на балкон. Внизу хромающий мужик выгуливает перебинтованного Арнольда.
-К-хм. Простите пожалуйста, вы не подскажете который сейчас час?
-Полседьмого.
-Спасибо!
Захожу в комнату.
-Полседьмого.
-Утра или вечера?
-Блядь.
Возвращаюсь на балкон.
-Простите великодушно, но не подскажете-утра или вечера сейчас полседьмого?
Мужик с любопытством смотрит на меня. Зачем-то сверяется с часами. Потом раздельно, четко , с паузами, произносит:
-ВЕЧЕРА . ВОСКРЕСЕНЬЕ. ШЕСТНАДЦАТОЕ. НОЯБРЬ. ПЛАНЕТА-ЗЕМЛЯ. СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ГОД НАПОМНИТЬ?
-ААААААААА!!!!
Плачем от хохота с Бегиным.
"И немедленно выпил."
Вспоминаю и сам не верю. Это я? Примерный ныне семьянин? Так куролесил?
Не может быть.
Может.

27

«Каждому положен свой Державин» - сказал поэт. Но это только малая толика правды: каждый сам хочет быть Державиным, или хотя бы Сорокиным. Внутри всякого человека глубоко запрятан вирус эксгибиционизма, который лишь ждет своего часа.
Один переплывает Атлантику верхом на бревне, гребя рукояткой бамбуковой удочки и пия кровь проносящихся летучих рыб. Другой проживает совершенную среднестатистическую жизнь, выпивая ежедневно свои 0.18 литра водки, съедая в месяц 5.4 килограмма картофеля и корнеплодов и совершая положенные ему 0.0013 убийства. Но и тот, и другой равно одержимы желанием поделиться содеянным, в назидание современникам и потомкам. В результате один пишет «За бортом по своей воле», другой «Москва – Петушки», третий создает «Кумаонских людоедов» или «Леопарда из Рудрапраяга». А иной ограничивается поучением друзей по гаражу.
И проявление означенного вируса неизбежно, как пресловутый дембель. Невозможно, совершенно невозможно избежать его тлетворного воздействия. Вот и азмь, грешный, впал в эту хворь и пишу, пишу, пишу… Зачем? Для кого? – Не знаю. Но вот история, полная трагизма.
В конце 70-х годов прошлого века – как видите, это древняя история и обязана быть правдой, ибо предки наши верили ей слепо, - так вот в то самое время получил наш институт некий Прибор. Я бы даже сказал – Спектрометр. На фоне остального нашего оборудования, в основном извлеченного из хранилищ времен Хуфу или Тутанхамона и крашеного молотковой эмалью, новая игрушка была красива, как новогодняя елка и в качестве гнета для капусты была идеальна. Как спектрометр это изделие не вполне оправдывало свое название, поскольку не работало.
Начальству же, даже самому лучшему, свойственно желать обратного – хочет оно научных результатов с каждой единицы оборудования. Поэтому с регулярностью раз в неделю был вызываем наладчик, Полномочный Представитель Изготовителя, человек-гора ростом за 2 метра и весом за полтора центнера. Начальник же мой, к слову сказать, рост имел примерно полтора метра и вес килограмм пятьдесят или меньше. И в один прекрасный день Начальник возопил, обращаясь к Полномочному и глядя на него снизу вверх:
- Слава, - вопиял Начальник, - ну неужели Трижды ордена Ленина Ленинградское оптико-механическое объединение имени Владимира Ильича Ленина (sic!) не может справиться с такой мелочью, как спектрометр?
На что Полномочный, исполненный спокойствия и величия, из-под потолка гласил:
- Миша, да все эти ваши научные приборы составляют четверть процента в программе ЛОМО, они просто на хер никому не нужны!
И тут стало ясно, что нас, говоря современным языком, «кинули». И если мы хотим с этим чудищем (не Славой, а Спектрометром) работать, придется действовать самим.
Тогда я принялся думать, потом паять, потом ругаться, опять паять и после опять думать. Даже книжки читал, даже инструкцию к прибору! И прибор, как это ни странно, стал подавать признаки жизни и даже заработал, и работал настолько устойчиво, что меня обуяла гордыня. Грешен. Захотелось поделиться своей мудростью с собратьями – это, кстати, тоже было проявлением ранее упомянутого вируса эксгибиционизма, хоть и с научным акцентом.
Подстрекаемый гордыней, написал я Статью, и приложил к ней Акт экспертизы, и послал Статью в Приличный журнал.
Зря. Зря я не обратил внимания на тот факт, что Приличный журнал, хоть и полностью соответствует профилю Статьи, но издается самим Курчатником. В связи с этим прискорбным фактом спустя пару месяцев после отправки Статьи я был обеспокоен звонком из редакции Приличного журнала, и был поставлен перед необходимостью получения разрешения на публикацию от самого нашего Министерства, поскольку ранее редакция с такой мелочью, как наш институт, дела не имела.
Всякий человек в своем развитии проходит стадию восторженного восприятия окружающей реальности, именуемую наивностью. За определенным рубежом окружающие почему-то начинают эту милую черту именовать глупостью, но это остается полностью на их совести. И вот, полный наивности, или глупости, я отправился в само Министерство. В приемной, посовещавшись, синклит теток вынес решение о том, что «Это вам надо к Пал Палычу». Ну, к Пал Палычу – так к Пал Палычу, куда двигать-то? Синклит посмотрел на наивного (глупого) с сожалением, но номер комнаты назвал. И я двинул.
В результате получасовых блужданий по разноэтажным корпусам Министерства, топология которого навевала мысли о 5-м или 6-м измерении, я добрел до искомой комнаты и отворил дверь, предварительно робко постучавшись. Комната, в которой я оказался, помимо крашеных зеленой масляной краской стен, имела следующие приметы: два окна без занавесок, стол без единой пылинки на нем, два стула и Пал Палыч.
Великий человек каким-то образом был предупрежден о моем приходе, ибо начал орать сразу.
- Вы что, - орал Пал Палыч, - не понимаете, что вы сделали? Вы изменили Гостовский прибор! Люди работали! А вы! Подсудное дело!
Мои робкие попытки объяснить, что я просто починил прибор и заставил его работать, не могли прервать могучих элоквенций Пал Палыча:
- Вы не понимаете! Гост! Предприятия! Метрология! Получите разрешение на публикацию у производителя или в его министерстве!
В тот момент, когда я произнес:
- А кто же меня пустит на ЛОМО и в Средмаш? И как же предприятия будут этим дерьмом пользоваться, коли оно не работает, хоть и Гостовское? – настала тишина. Пал Палыч молчал, как граната с выдернутой чекой, как снаряд со взведенным взрывателем.
Остатки инстинкта самосохранения, свойственные даже очень наивным (глупым) людям, заставили меня выскочить за дверь, пренебрегая элементарными правилами вежливости и не прощаясь… Последний взрыв настиг меня уже в лифте и, по счастию, пришелся вскользь…
И вот тут-то и произошло волшебное превращение наивного (глупого) в умного и хитрого. Я решил ждать, и в конце концов дождался своего часа. Пал Палыч был поражен насморком и взял больничный! А я, отныне хитрый и умный, пошел на прием в Научно-техническое объединение нашего главка, рыдая, сообщил о тяжкой болезни Пал Палыча и необходимости срочно-срочно получить разрешение на публикацию, и за шестнадцать секунд получил визу Главного инженера НТО. И Статья увидела свет. И ее даже, может быть, прочитало человек пять-шесть. Виктория, сиречь победа!

…Минуло больше тридцати лет, но меня по сей день мучает один вопрос: кем был этот Пал Палыч? Какой пост в Министерстве занимал? Узнал ли он о моей страшной хитрости, и если узнал – что стало с ним и почему я все еще не на лесоповале?
И еще, для всяких скептиков и маловеров: в приведенных мною диалогах каждая буква соответствует сказанному в действительности. Я не придумал, не сочинил, не добавил и не сфантазировал ни единого лишнего слова.

28

Вчера оплатил 1147 рублей за капремонт дома.
Посмотрел на сайте Правительства Москвы (http://repair.mos.ru/), мой дом будут ремонтировать в 2033 году (через 18 лет).
Общая площадь моего дома, по данным того же сайта, равна 56778 кв.м.
А теперь моё любимое. Считаем:
За 18 лет я заплачу:
1147 руб * 12 мес * 18 лет = 247'752 рубля.
За 18 лет весь мой дом заплатит:
56778 кв.м. * 15 руб/м * 12 мес * 18 лет = 153'300'600 рублей.
Я думал, нам просто трубы и крышу отремонтируют (так на сайте у них сказано), но, судя по сумме ремонта, уже в 2033 году на моем доме будут золотые купола, минимум две вертолетные площадки, бронированые окна, скоростные лифты, кевларовые стены и платиновое напыление на перилах, ну чисто для красоты.
Я выражаю искреннюю благодарность всем, кто придумал или имеет хотя бы какое-то отношение к авторству этой замечательной, своевременной и такой щедрой социальной программы.
Низкий вам поклон.

29

Вчера оплатил 1147 рублей за капремонт дома.
Посмотрел на сайте Правительства Москвы (http://repair.mos.ru/), мой дом будут ремонтировать в 2033 году (через 18 лет).
Общая площадь моего дома, по данным того же сайта, равна 56778 кв.м.
А теперь моё любимое. Считаем:
За 18 лет я заплачу:
1147 руб * 12 мес * 18 лет = 247'752 рубля.
За 18 лет весь мой дом заплатит:
56778 кв.м. * 15 руб/м * 12 мес * 18 лет = 153'300'600 рублей.
Я думал, нам просто трубы и крышу отремонтируют (так на сайте у них сказано), но, судя по сумме ремонта, уже в 2033 году на моем доме будут золотые купола, минимум две вертолетные площадки, бронированые окна, скоростные лифты, кевларовые стены и платиновое напыление на перилах, ну чисто для красоты.
Я выражаю искреннюю благодарность всем, кто придумал или имеет хотя бы какое-то отношение к авторству этой замечательной, своевременной и такой щедрой социальной программы.
Низкий вам поклон.

30

Вчера оплатил 1147 рублей за капремонт дома.
Посмотрел на сайте Правительства Москвы (http://repair.mos.ru/), мой дом будут ремонтировать в 2033 году (через 18 лет).
Общая площадь моего дома, по данным того же сайта, равна 56778 кв.м.
А теперь моё любимое. Считаем:
За 18 лет я заплачу:
1147 руб * 12 мес * 18 лет = 247'752 рубля.
За 18 лет весь мой дом заплатит:
56778 кв.м. * 15 руб/м * 12 мес * 18 лет = 153'300'600 рублей.
Я думал, нам просто трубы и крышу отремонтируют (так на сайте у них сказано), но, судя по сумме ремонта, уже в 2033 году на моем доме будут золотые купола, минимум две вертолетные площадки, бронированые окна, скоростные лифты, кевларовые стены и платиновое напыление на перилах, ну чисто для красоты.
Я выражаю искреннюю благодарность всем, кто придумал или имеет хотя бы какое-то отношение к авторству этой замечательной, своевременной и такой щедрой социальной программы.
Низкий вам поклон.

31

Не моё.

ПОТРЯСАЮЩАЯ ИСТОРИЯ

Это серое, ничем не примечательное здание на Старой площади в Москве редко привлекало внимание проезжающих мимо. Настоящее зрелище ожидало их после поворотов направо и трех минут езды – собор Василия Блаженного, Красная площадь и, конечно же, величественный и легендарный Кремль. Все знали – одна шестая часть земной суши, именуемая СССР, управлялась именно отсюда.
Все немного ошибались.
Нет, конечно же, высокие кабинеты были и в Кремле, но, по-настоящему рулили Советской империей те, кто помещался в том самом сером здании на Старой площади – в двух поворотах и трех минутах езды.
И именно здесь помещался самый главный кабинет страны, кабинет генерального секретаря ЦК КПСС, и в данный исторический момент, а именно ранней весной 1966 года, в нем хозяйничал Леонид Брежнев.
Сегодня в коридорах этого серого здания царила непривычная суета. Можно даже сказать – переполох. Понукаемая нетерпеливыми окриками генсека, партийно-чиновничья рать пыталась выполнить одно-единственное, но срочное задание.
Найти гражданина СССР Армада Мишеля.
Всё началось с утра. Генсеку позвонил взволнованный министр иностранных дел и в преддверии визита в СССР президента Французской Республики генерала Шарля де Голля доложил следующее. Все службы к встрече готовы. Все мероприятия определены. Час назад поступил последний документ – от протокольной службы президента Франции, и это тоже часть ритуала, вполне рутинный момент. Но один, третий по счету, пункт протокола вызвал проблему. Дело в том, что высокий гость выразил пожелания, чтобы среди встречающих его в Москве, причем непосредственно у трапа, находился его ДРУГ и СОРАТНИК (именно так) Армад Мишель (смотри приложенную фотографию), проживающий в СССР.
- Ну и что? – спокойно спросил генсек. – В чем проблема-то?
- Нет такого гражданина в СССР, - упавшим голосом ответствовал министр. – Не нашли, Леонид Ильич.
- Значит, плохо искали, - вынес приговор Брежнев.
После чего бросил трубку, нажал какую-то кнопку и велел поискать хорошо.
В первые полчаса Армада Мишеля искали единицы, во вторые полчаса – десятки.
Спустя еще три часа его искали уже тысячи. Во многих похожих зданиях. В республиках, краях и областях.
И вскоре стало ясно: Армад Мишель – фантом.
Ну не было, не было в СССР человека с таким именем и фамилией. Уж если весь КГБ стоит на ушах и не находит человека, значит его просто нет. Те, кто успел пожить в СССР, понимают – о чем я.
Решились на беспрецедентное – позвонили в Париж и попросили повторить 3-й пункт протокола.
Бесстрастная лента дипломатической связи любезно повторила – АРМАД МИШЕЛЬ.
Забегая вперед, замечу – разумеется, французский лидер не мог не знать, под какими именно именем и фамилией проживает в СССР его друг и соратник. Он вполне намеренно спровоцировал эти затруднения. Это была маленькая месть генерала. Не за себя, конечно. А за своего друга и соратника.
А на Старой площади тем временем назревал скандал. И во многих других адресах бескрайнего СССР – тоже.
И тут мелькнула надежда. Одна из машинисток серого здания не без колебаний сообщила, что года три назад ей, вроде, пришлось ОДИН раз напечатать эти два слова, и что тот документ предназначался лично Никите Хрущеву – а именно он правил СССР в означенном 1963-м году.
Сегодня нажали бы на несколько кнопок компьютера и получили бы результат.
В 66-м году десятки пар рук принялись шерстить архивы, но результата не получили.
Параллельно с машинисткой поработали два узко профильных специалиста. И она вспомнила очень существенное – кто именно из Помощников Хрущева поручал ей печатать тот документ. (Это была очень высокая должность, поэтому Помощники генсеков писались с большой буквы).
По игре случая этот самый Помощник именно сегодня отрабатывал свой последний рабочий день в этой должности.
Пришедший к власти полтора года назад Брежнев выводил хрущевские кадры из игры постепенно, и очередь этого Помощника наступила именно сегодня.
Ринулись к помощнику, который ходил по кабинету и собирал свои вещи. Помощник хмуро пояснил, что не работал по этому документу, а лишь выполнял поручение Хрущева, и только тот может внести в это дело какую-то ясность. Помощнику предложили срочно поехать к Хрущеву, который безвыездно жил на отведенной ему даче. Помощник категорически отказался, но ему позвонил сам генсек и намекнул, что его служебная карьера вполне может претерпеть еще один очень даже интересный вираж.
Спустя два часа Помощник сидел в очень неудобной позе, на корточках, перед бывшим главой компартии, который что-то высаживал на огородной грядке. Вокруг ходили плечистые молодые люди, которые Хрущева не столько охраняли, сколько сторожили.
72-летний Хрущев вспомнил сразу. Ну, был такой чудак. Из Азербайджана. Во время войны у французов служил, в партизанах ихних. Так вот эти ветераны французские возьми и пошли ему аж сто тысяч доллАров. (Ударение Хрущева – авт.). А этот чудак возьми и откажись. Ну, я и велел его доставить прямо ко мне. И прямо так, по партийному ему сказал: нравится, мол, мне, что ты подачки заморские не принимаешь. Но, с другой стороны, возвращать этим капиталистам деньги обидно как-то. А не хочешь ли ты, брат, эту сумму в наш Фонд Мира внести? Вот это будет по-нашему, по-советски!
- И он внес? – спросил Помощник.
- Даже кумекать не стал, - торжествующе сказал Хрущев. – Умел я все ж таки убеждать. Не то, что нынешние. Короче, составили мы ему заявление, обедом я его знатным угостил, за это время нужные документы из Фонда Мира привезли, он их подписал и вся недолга. Расцеловал я его. Потому как, хоть и чудак, но сознательный.
Помощник взглянул на часы и приступил к выполнению основной задачи.
- Так это ж кличка его партизанская была, - укоризненно пояснил Хрущев. – А настоящее имя и фамилия у него были – без поллитра не то, что не запомнишь – не выговоришь даже.
Помощник выразил сожаление.
А Хрущев побагровел и крякнул от досады.
- А чего я тебе про Фонд Мира талдычу? Финансовые документы-то не на кличку ведь составляли! – Он взглянул на своего бывшего Помощника и не удержался. – А ты, я смотрю, как был мудак мудаком, так и остался.
Спустя четверть часа в Фонде Мира подняли финансовую отчетность.
Затем пошли звонки в столицу советского Азербайджана – Баку.
В Баку срочно организовали кортеж из нескольких черных автомобилей марки «Волга» и отрядили его на север республики – в город Шеки. Там к нему присоединились авто местного начальства. Скоро машины съехали с трассы и по ухабистой узкой дороге направились к конечной цели – маленькому селу под названием Охуд.
Жители села повели себя по-разному по отношению к этой автомобильной экспансии. Те, что постарше, безотчетно испугались, а те, что помладше, побежали рядом, сверкая голыми пятками.
Время было уже вечернее, поэтому кортеж подъехал к небольшому скромному домику на окраине села – ведь теперь все приехавшие знали, кого именно искать.
Он вышел на крыльцо. Сельский агроном (рядовая должность в сельскохозяйственных структурах – авт.) сорока семи лет от роду, небольшого роста и, что довольно необычно для этих мест, русоволосый и голубоглазый.
Он вышел и абсолютно ничему и никому не удивился. Когда мы его узнаем поближе, мы поймем, что он вообще никогда и ничему не удивляется – такая черта натуры.
Его обступили чиновники самого разного ранга и торжественно объявили, что агроном должен срочно ехать в Баку, а оттуда лететь в Москву, к самому товарищу Брежневу. На лице агронома не дрогнул ни один мускул, и он ответил, что не видит никакой связи между собой и товарищем Брежневым, а вот на работе – куча дел, и он не может их игнорировать. Все обомлели, вокруг стали собираться осмелевшие сельчане, а агроном вознамерился вернуться в дом. Он уже был на пороге, когда один из визитеров поумнее или поинформированнее остальных, вбросил в свою реплику имя де Голля и связно изложил суть дела.
Агроном повернулся и попросил его поклясться.
Тот поклялся своими детьми.
Этой же ночью сельский агроном Ахмедия Джабраилов (именно так его звали в миру), он же один из самых заметных героев французского Сопротивления Армад Мишель вылетел в Москву.
С трапа его увезли в гостиницу «Москва», поселили в двухкомнатном номере, дали на сон пару часов, а утром увезли в ГУМ, в двухсотую секцию, которая обслуживала только высшее руководство страны, и там подобрали ему несколько костюмов, сорочек, галстуков, обувь, носки, запонки, нижнее белье, плащ, демисезонное пальто и даже зонтик от дождя. А затем все-таки повезли к Брежневу.
Генсек встретил его, как родного, облобызал, долго тряс руку, сказал несколько общих фраз, а затем, перепоручив его двум «товарищам», посоветовал Ахмедии к ним прислушаться.
«Товарищи» препроводили его в комнату с креслами и диванами, уселись напротив и предложили сельскому агроному следующее. Завтра утром прибывает де Голль. В программу его пребывания входит поездка по стране.
Маршрут согласован, но может так случиться, что генерал захочет посетить малую родину своего друга и соратника – село Охуд. В данный момент туда проводится асфальтовая дорога, а дополнительно предлагается вот что (на стол перед Ахмедией легла безупречно составленная карта той части села, где находился его домик). Вот эти вот соседские дома (5 или 6) в течение двух суток будут сравнены с землей. Живущих в них переселят и поселят в более благоустроенные дома. Дом агронома наоборот – поднимут в два этажа, окольцуют верандой, добавят две пристройки, а также хлев, конюшню, просторный курятник, а также пару гаражей – для личного трактора и тоже личного автомобиля. Всю эту территорию огородят добротным забором и оформят как собственность семьи Джабраиловых. А Ахмедие нужно забыть о том, что он агроном и скромно сообщить другу, что он стал одним из первых советских фермеров. Все это может быть переделано за трое суток, если будет соблюдена одна сущая мелочь (на этом настоял Леонид Ильич), а именно – если Ахмедия даст на оное свое согласие.
Агроном их выслушал, не перебивая, а потом, без всякой паузы, на чистом русском языке сказал:
- Я ничего не услышал. А знаете – почему?
- Почему? – почти хором спросили «товарищи».
- Потому что вы ничего не сказали, - сказал Ахмедия.
«Товарищи» стали осознавать сказанное, а он встал и вышел из комнаты.
Встречающие высокого гостя, допущенные на летное поле Внуково-2, были поделены на две группы. Одна – высокопоставленная, те, которым гость должен пожать руки, а другая «помельче», она должна была располагаться в стороне от трапа и махать гостю руками. Именно сюда и задвинули Ахмедию, и он встал – с самого дальнего края. Одетый с иголочки, он никакой физической неловкости не ощущал, потому что одинаково свободно мог носить любой род одежды – от военного мундира до смокинга и фрачной пары, хотя последние пятнадцать лет носил совершенно другое.
Когда высокая, ни с какой другой несравнимая, фигура де Голля появилась на верхней площадке трапа, лицо Ахмедии стало покрываться пунцовыми пятнами, что с ним бывало лишь в мгновения сильного душевного волнения – мы еще несколько раз встретимся с этим свойством его физиологии.
Генерал сбежал по трапу не по возрасту легко. Теплое рукопожатие с Брежневым, за спинами обоих выросли переводчики, несколько общих фраз, взаимные улыбки, поворот генсека к свите, сейчас он должен провести гостя вдоль живого ряда встречающих, представить их, но что это? Де Голль наклоняется к Брежневу, на лице генерала что-то вроде извинения, переводчик понимает, что нарушается протокол, но исправно переводит, но положение спасает Брежнев. Он вновь оборачивается к гостю и указывает ему рукой в сторону Ахмедии, через мгновение туда смотрят уже абсолютно все, а де Голль начинает стремительное движение к другу, и тот тоже – бросается к нему. Они обнимаются и застывают, сравнимые по габаритам с доном Кихотом и Санчо Панса. А все остальные, - или почти все, - пораженно смотрят на них.
Ахмедию прямо из аэропорта увезут в отведенную де Голлю резиденцию – так пожелает сам генерал. Де Голль проведет все протокольные мероприятия, а вечернюю программу попросит либо отменить либо перенести, ибо ему не терпится пообщаться со своим другом.
Де Голль приедет в резиденцию еще засветло, они проведут вместе долгий весенний вечер.
Именно эта встреча и станет «базовой» для драматургии будущего сценария. Именно отсюда мы будем уходить в воспоминания, но непременно будем возвращаться обратно.
Два друга будут гулять по зимнему саду, сидеть в уютном холле, ужинать при свечах, расстегнув постепенно верхние пуговицы сорочек, ослабив узлы галстука, избавившись от пиджаков, прохаживаться по аллеям резиденции, накинув на плечи два одинаковых пледа и при этом беседовать и вспоминать.
Воспоминания будут разные, - и субъективные, и авторские, - но основной событийный ряд сценария составят именно они.
Возможно, мы будем строго придерживаться хронологии, а может быть и нет. Возможно, они будут выдержаны в едином стилистическом ключе, а может быть и нет. Всё покажет будущая работа.
А пока я вам просто и вкратце перечислю основные вехи одной человеческой судьбы. Если она вызовет у вас интерес, а может и более того – удивление, то я сочту задачу данной заявки выполненной.
Итак, судите сами.

Повторяю, перед вами – основный событийный ряд сценария.
Вы уже знаете, где именно родился и вырос наш герой. В детстве и отрочестве он ничем кроме своей внешности, не выделялся. Закончил сельхозтехникум, но поработать не успел, потому что началась война.
Записался в добровольцы, а попав на фронт, сразу же попросился в разведку.
- Почему? – спросили его.
- Потому что я ничего не боюсь, – ответил он, излучая своими голубыми глазами абсолютную искренность.
Его осмеяли прямо перед строем.
Из первого же боя он вернулся позже всех, но приволок «языка» - солдата на голову выше и в полтора раза тяжелее себя.
За это его примерно наказали – тем более, что рядовой немецкой армии никакими военными секретами не обладал.
От законных солдатских ста грамм перед боем он отказался.
- Ты что – вообще не пьешь? - поинтересовались у него.
- Пью, – ответил он. – Если повод есть.
Любви окружающих это ему не прибавило.
Однажды его застали за углубленным изучением русско-немецкого словаря.
Реакция была своеобразная:
- В плен, что ли, собрался?
- Разведчик должен знать язык врага, – пояснил он.
- Но ты же не разведчик.
- Пока, – сказал он.
Как-то он пересекся с полковым переводчиком и попросил того объяснить ему некоторые тонкости немецкого словосложения, причем просьбу изложил на языке врага. Переводчик поразился его произношению, просьбу удовлетворил, но затем сходил в штаб и поделился с нужными товарищами своими сомнениями. Биографию нашего героя тщательно перелопатили, но немецких «следов» не обнаружили. Но, на всякий случай, вычеркнули его фамилию из списка представленных к медали.
В мае 1942 года в результате безграмотно спланированной военной операции, батальон, в котором служил наш герой, почти полностью полег на поле боя. Но его не убило. В бессознательном состоянии он был взят в плен и вскоре оказался во Франции, в концлагере Монгобан. Знание немецкого он скрыл, справедливо полагая, что может оказаться «шестеркой» у немцев.

Почти сразу же он приглянулся уборщице концлагеря француженке Жанетт. Ей удалось уговорить начальство лагеря определить этого ничем не примечательного узника себе в помощники. Он стал таскать за ней мусор, а заодно попросил её научить его французскому языку.
- Зачем это тебе? – спросила она.
- Разведчик должен знать язык союзников, – пояснил он.
- Хорошо, – сказала она. – Каждый день я буду учить тебя пяти новым словам.
- Двадцать пяти, – сказал он.
- Не запомнишь. – засмеялась она.
Он устремил на неё ясный взгляд своих голубых глаз.
- Если забуду хотя бы одно – будешь учить по-своему.
Он ни разу не забыл, ни одного слова. Затем пошла грамматика, времена, артикли, коих во французском языке великое множество, и через пару месяцев ученик бегло болтал по-французски с вполне уловимым для знатоков марсельским выговором (именно оттуда была родом его наставница Жанетт).
Однажды он исправил одну её стилистическую ошибку, и она даже заплакала от обиды, хотя могла бы испытать чувство гордости за ученика – с женщинами всего мира иногда случается такое, что ставит в тупик нас, мужчин.
А потом он придумал план – простой, но настолько дерзкий, что его удалось осуществить.
Жанетт вывезла его за пределы лагеря – вместе с мусором. И с помощью своего племянника отправила в лес, к «маки» (французским партизанам – авт.)
Своим будущим французским друзьям он соврал лишь один – единственный раз. На вопрос, кем он служил в советской армии, он ответил, не моргнув ни одним голубым глазом:
- Командиром разведотряда.
Ему поверили и определили в разведчики – в рядовые, правда. Через четыре ходки на задания его назначили командиром разведгруппы. Ещё спустя месяц, когда он спустил под откос товарняк с немецким оружием, его представили к первой французской награде. Чуть позже ему вручили записку, собственноручно написанную самоназначенным лидером всех свободных французов Шарлем де Голлем. Она была предельно краткой: «Дорогой Армад Мишель! От имени сражающейся Франции благодарю за службу. Ваш Шарль де Голль». И подпись, разумеется.
Кстати, о псевдонимах. Имя Армад он выбрал сам, а Мишель – французский вариант имени его отца (Микаил).
Эти два имени стали его основным псевдонимом Но законы разведслужбы и конспирации обязывали иногда менять даже ненастоящие имена.
История сохранила почти все его остальные псевдонимы – Фражи, Кураже, Харго и даже Рюс Ахмед.

Всё это время наш герой продолжал совершенствоваться в немецком языке, обязав к этому и своих разведчиков. Это было нелегко, ибо французы органически не переваривали немецкий. Но ещё сильнее он не переваривал, когда не исполнялись его приказы.
И вскоре он стал практиковать походы в тыл врага – малыми и большими группами, в формах немецких офицеров и солдат. Особое внимание уделял немецким документам – они должны были быть без сучка и задоринки. Задания получал от своих командиров, но планировал их сам. И за всю войну не было ни одного случая, чтобы он сорвал или не выполнил поставленной задачи.
Однажды в расположение «маки» привезли награды. И он получил свой первый орден – Крест за добровольную службу.
Через два дня в форме немецкого капитана он повел небольшую группу разведчиков и диверсантов на сложное задание – остановить эшелон с 500 французскими детьми, отправляемыми в Германию, уничтожить охрану поезда и вывести детей в лес. Задание артистично и с блеском было выполнено, но себя он не уберег – несколько осколочных ранений и потеря сознания. Он пролежал неподалеку от железнодорожного полотна почти сутки. В кармане покоились безупречно выполненные немецкие документы, а также фото женщины с двумя русоволосыми детьми, на обороте которого была надпись: «Моему дорогому Хайнцу от любящей Марики и детей». Армад Мишель любил такие правдоподобные детали. Он пришел в себя, когда понял, что найден немцами и обыскивается ими.
- Он жив, – сказал кто –то.
Тогда он изобразил бред умирающего и прошептал что–то крайне сентиментальное типа:
- Дорогая Марика, ухожу из этой жизни с мыслью о тебе, детях, дяде Карле и великой Германии.
В дальнейшем рассказ об этом эпизоде станет одним из самых любимых в среде партизан и остальных участников Сопротивления. А спустя два года, прилюдно, во время дружеского застолья де Голль поинтересуется у нашего героя:
- Послушай, всё время забываю тебя спросить – почему ты в тот момент приплел какого–то дядю Карла?
Армад Мишель ответил фразой, вызвавшей гомерический хохот и тоже ставшей крылатой.
- Вообще–то, - невозмутимо сказал он, - я имел в виду Карла Маркса, но немцы не поняли.

Но это было потом, а в тот момент нашего героя погрузили на транспорт и отправили в немецкий офицерский госпиталь. Там он быстро пошел на поправку и стал, без всякого преувеличения, любимцем всего своего нового окружения. Правда, его лицо чаще обычного покрывалось пунцовыми пятнами, но только его истинные друзья поняли бы настоящую причину этого.
Ну а дальше произошло невероятное. Капитана немецкой армии Хайнца – Макса Ляйтгеба назначили ни много, ни мало – комендантом оккупированного французского города Альби. (Ни здесь, ни до, ни после этого никаких драматургических вывертов я себе не позволяю, так что это – очередной исторический факт – авт.)
Наш герой приступил к выполнению своих новых обязанностей. Связь со своими «маки» он наладил спустя неделю. Результатом его неусыпных трудов во славу рейха стали регулярные крушения немецких поездов, массовые побеги военнопленных, - преимущественно, советских, - и масса других диверсионных актов. Новый комендант был любезен с начальством и женщинами и абсолютно свиреп с подчиненными, наказывая их за самые малейшие провинности. Спустя полгода он был представлен к одной из немецких воинских наград, но получить её не успел, ибо ещё через два месяца обеспокоенный его судьбой де Голль (генерал понимал, что сколько веревочке не виться…) приказал герру Ляйтгебу ретироваться.
И Армад Мишель снова ушел в лес, прихватив с собой заодно «языка» в высоком чине и всю наличность комендатуры.
А дальше пошли новые подвиги, личное знакомство с де Голлем, и – победный марш по улицам Парижа. Кстати, во время этого знаменитого прохода Армад Мишель шел в третьем от генерала ряду. Войну он закончил в ранге национального Героя Франции, Кавалера Креста за добровольную службу, обладателя Высшей Военной Медали Франции, Кавалера высшего Ордена Почетного Легиона. Венчал всё это великолепие Военный Крест – высшая из высших воинских наград Французской Республики.
Вручая ему эту награду, де Голль сказал:
- Теперь ты имеешь право на военных парадах Франции идти впереди Президента страны.
- Если им не станете вы, мой генерал, - ответил Армад Мишель, намекая на то, что у де Голля тоже имелась такая же награда.
- Кстати, нам пора перейти на «ты», – сказал де Голль.
К 1951-му году Армад Мишель был гражданином Франции, имел жену-француженку и двух сыновей, имел в Дижоне подаренное ему властями автохозяйство (небольшой завод, по сути) и ответственную должность в канцелярии Президента Шарля де Голля.
И именно в этом самом 1951-м году он вдруг вознамерился вернуться на Родину, в Азербайджан. (читай – в СССР).
Для тех, кто знал советские порядки, это выглядело, как безумие.
Те, кто знали Армада Мишеля, понимали, что переубеждать его – тоже равносильно безумию.
Де Голль вручил ему на прощание удостоверение почетного гражданина Франции с правом бесплатного проезда на всех видах транспорта. А спустя дней десять дижонское автопредприятие назвали именем Армада Мишеля.
В Москве нашего Героя основательно потрясло МГБ (Бывшее НКВД, предтеча КГБ - авт.) Почему сдался в плен, почему на фото в форме немецкого офицера, как сумел совершить побег из Концлагеря в одиночку и т.д. и т.п. Репрессировать в прямом смысле не стали, отправили в родное село Охуд и велели его не покидать. Все награды, письма, фото, даже право на бесплатный проезд отобрали.
В селе Охуд его определили пастухом. Спустя несколько лет смилостивились и назначили агрономом.
В 1963-м году вдруг вывезли в Москву. Пресловутые сто тысяч, беседа и обед с Хрущевым, отказ от перевода в пользу Фонда мира. Хрущев распорядился вернуть ему все личные документы и награды.
Все, кроме самой главной – Военного Креста. Он давно был экспонатом Музея боевой Славы. Ибо в СССР лишь два человека имели подобную награду – главный Творец Советской Победы Маршал Жуков и недавний сельский пастух Ахмедия Джабраилов.
Он привез эти награды в село и аккуратно сложил их на дно старого фамильного сундука.
А потом наступил 66-й год, и мы вернулись к началу нашего сценария.
Точнее, к той весенней дате, когда двое старых друзей проговорили друг с другом весь вечер и всю ночь.
Руководитель одной из крупных европейский держав и провинциальный сельский агроном.
Наш герой не стал пользоваться услугами «товарищей». Он сам уехал в аэропорт, купил билет и отбыл на родину.
Горничная гостиницы «Москва», зашедшая в двухкомнатный «полулюкс», который наш герой занимал чуть менее двух суток, была поражена. Постоялец уехал, а вещи почему-то оставил. Несколько костюмов, сорочек, галстуков, две пары обуви. Даже нижнее белье. Даже заколки. Даже зонт для дождя.
Спустя несколько дней, агронома «повысят» до должности бригадира в колхозе.
А через недели две к его сельскому домику вновь подъедут автомобили, в этот раз – всего два. Из них выйдут какие–то люди, но на крыльцо поднимется лишь один из них, мужчина лет пятидесяти, в диковинной военный форме, которую в этих краях никогда не видели.
Что и можно понять, потому что в село Охуд никогда не приезжал один из руководителей министерства обороны Франции, да ещё в звании бригадного генерала, да ещё когда–то близкий друг и подчиненный местного колхозного бригадира.
Но мы с вами его узнаем. Мы уже встречались с ним на страницах нашего сценария (когда он будет полностью написан, разумеется).
Они долго будут обниматься, и хлопать друг друга по плечам. Затем войдут в дом. Но прежде чем сесть за стол, генерал выполнит свою официальную миссию. Он вручит своему соратнику официальное письмо президента Франции с напоминанием, что гражданин СССР Ахмедия Микаил оглу (сын Микаила – авт.) Джабраилов имеет право посещать Францию любое количество раз и на любые сроки, причем за счет французского правительства.
А затем генерал, - нет, не вручит, а вернет, - Армаду Мишелю Военный Крест, законную наградную собственность героя Французского Сопротивления.
Ну и в конце концов они сделают то, что и положено делать в подобных случаях – запоют «Марсельезу».
В стареньком домике. На окраине маленького азербайджанского села.
Если бы автор смог бы только лишь на эти финальные мгновения стать режиссером фильма, то он поступил бы предельно просто – в сопровождении «Марсельезы» покинул бы этот домик через окно, держа всё время в поле зрения два силуэта в рамке этого окна и постепенно впуская в кадр изумительную природу Шекинского района – луга, леса, горы, - а когда отдалился бы на очень-очень большое расстояние, вновь стал бы автором и снабдил бы это изображение надписями примерно такого содержания:
Армад Мишель стал полным кавалером всех высших воинских наград Франции.
Ахмедия Джабраилов не получил ни одной воинской награды своей родины – СССР.
В 1970-м году с него был снят ярлык «невыездного», он получил возможность ездить во Францию и принимать дома своих французских друзей.
Прошагать на военных парадах Франции ему ни разу не довелось.
В 1994-м году, переходя дорогу, он был насмерть сбит легковым автомобилем, водитель которого находился в состоянии легкого опьянения. Во всяком случае, так было указано в составленном на месте происшествия милицейском протоколе.

32

Они уходят ночью или под утро. Чаще ночью. Заранее зная, что уйдут.
Некоторые не могут смириться. Они задают вопросы. Кому? Никто им не ответит. Все ответы находятся в них самих.
Я сижу в обшарпанном кожаном кресле, жмурясь на свет галогеновых ламп коридора. В воздухе пляшут невидимые пылинки и чьи-то сны, полные кошмаров.
- Ну-ка, иди отсюда, - шикает на меня дежурная медсестра Сонечка. Она хочет казаться взрослой кошкой, но пока еще котенок.
И она плачет иногда в раздевалке, я видела. Ничего, привыкнет. Они все привыкают.
Я лениво потягиваюсь и спрыгиваю на пол. Этот драный линолеум давно пора поменять.
Кажется, сегодня уйдет тот парень, который выбросился с балкона. Люди не умеют падать на лапы, у них нет хвоста. Дурачье.
Пойду, проведаю. Пусть ему не будет страшно в пути.

- Соня, где Максим?
- Он в ординаторской. Чай пьет.
- Операционную! Срочно! Готовьте плазму, большая кровопотеря. Четвертая плюс.
- Бегу, Олег Николаевич.
- Соня! Почему у нас в коридоре бродит полосатая кошка?!
- Какая кошка?
- Тут только что сидела кошка… Черт, вторая ночь без сна.
Коридор наполнился вдруг звуками – топотом ног, звяканьем металла, негромкими голосами. Из палат выглянул кто-то ходячих больных и тут же мигом шмыгнул обратно.

- Господи боже…
- Соня, перестань. Ты мешаешь, вместо того, чтобы помогать.
- Олег Николаевич, она же вся…
- Я вижу. Тампон. Соня! Не спи в операционной.
- Простите, Олег Николаевич.
- Ты как будто вчера увидела человеческое тело в разрезе.
- А меня даже хотели отчислить с первого курса. За профнепригодность. Я в морге в обморок падала.
- Уфф… Как же он ее испластал. Как свиную тушу. Максим, что с давлением?
- В пределах нормы. А кто был нападавшим, известно?
- В полиции разберутся.

- Кс-кс. Иди сюда, Мурка.
Я приветливо машу хвостом старушке из двухместной палаты, но проскальзываю мимо. Некогда, некогда. А у вас просто бессонница. Попросите потом Соню, она вас спасет маленькой розовой таблеточкой.

В реанимации всегда пахнет мышами. Не могу понять, почему. Стерильно, вымыто с хлоркой, белым-бело, но пахнет мышами. Никогда не видела на этаже ни одной мыши. Наверно, это мыши, которые едят жизни. Грызут потихоньку человека изнутри, грызут… Когда я прихожу, они затихают. Ждут, когда уйду, чтобы выйти из темных нор и приняться за свое.
Парень еще здесь, я чувствую его присутствие, но он так слаб. Хотя люди сильны. Сильнее, чем они себе в этом признаются.
Я ложусь ему в ноги и всматриваюсь в туннель, откуда за ним придут. Не бойся, я с тобой.

Спустя месяц.

- Соня, я опять видел сейчас на окне у столовой кошку. Какого хрена?
- Олег Николаевич, ну какая кошка?
- Какая, какая… Полосатая, с хвостом. Вы ее прячете, что ли, всем младшим персоналом?
- Олег Николаевич, я понятия не имею, о чем вы говорите.
- Я вас всех уволю, к такой-то матери… Что вы улыбаетесь? Через полчаса обход.

Выглядываю из-за угла столовой. Кажется, хирург ушел, можно продолжать свой обход.
Я знала таких людей по прошлым жизням. Громогласные, ворчливые, но совершенно безвредные. Помогут, попутно обложив матом. Не все понимают разницу между формой и содержанием. Лучше спасти с матом, чем столкнуть в пропасть, ласково при этом улыбаясь.

А вот о форме… В палате номер шесть лежит девушка, которую изнасиловали, изрезали ножом, а потом бросили в лесу, недалеко от дороги. Бедняга выползла к утру на железнодорожное полотно, где ее и нашли обходчики. Врачи удивлялись, как она смогла выжить. Вопреки всем законам биологии.
Я много знаю про законы биологии, а еще больше про отсутствие этих законов там, где они не нужны.
У девушки восьмая жизнь. Предпоследняя.

- Кс-кс, Кошка, - зовет меня она.
- Мрр.
- В больницах не может быть животных, - удивляется девушка. Она сидит в кресле, в дальнем тупиковом коридоре у окна, в теплом байковом халате. Кутается в него, словно мерзнет.
- Мрр.
- Какая ты пушистая. Посиди со мной, Кошка.
- Мрр.

Девушка гладит меня по спине, безучастно глядя в глухую стену, покрашенную в унылый синий цвет.
- Зря я выжила, - вдруг говорит она спокойно, словно раздумывая.
Я укладываюсь на колени, обтянутые веселой тканью в горошек, потому что надо слушать.

- Вот я читала в интернете, что умирающие видят жизнь, которая проносится перед глазами в последние минуты. А потом их затягивает в тоннель… Сияющий, как звезда или солнце. Ты слышишь?
- Мрр.
- А я видела не свою жизнь. Вернее, много не своих жизней. Сначала я вроде бы стояла по колено в ледяной бегущей воде и держала за руку маленького мальчика. А потом оступилась и выпустила его руку… Он закричал и ушел с головой под воду. А я не прыгнула за ним. Потом я видела горящий город и мечущихся людей. В каком-то из домов горел мой отец, а я не знала – в каком именно. Это было ужасно. Потом я оказалась в толпе ярко одетых женщин. Они смеялись, задирая юбки, и хватали за рукава проходящих мимо мужчин. И я тоже… смеялась. А в одном видеокадре я насыпала в суп яд. Кажется, я хотела убить своего мужа…

Эти картинки сменялись перед моими глазами, словно в детской игрушке. У меня была такая в детстве – калейдоскоп. Можно было сложить мозаику как угодно красиво. Правда, в том калейдоскопе, что мне снился, складывались только страшные узоры. И ни одного… ни одного светлого и радостного.

На мою макушку между ушами вдруг капнуло. Я потерлась головой о безучастную руку девушки, подталкивая ее носом, чтобы она меня погладила.
Девушка шмыгнула, вытирая бегущие по лицу слезы.
- Уж лучше быть кошкой, правда? – спрашивает она меня, улыбаясь сквозь слезы.

Правда. Будешь еще. Если повезет. А не повезет, так начнешь цикл заново.
Поплачь, поплачь. Я тоже когда-то плакала. Когда умирали мои дети на руках. Когда меня разрывало на части снарядом. Когда сжигали на костре, и когда убивали за преступление, которого я не совершала.
Сейчас человеческая память мне ни к чему. Да и короткая она. У нас, кошек, куда длиннее.
- Я теперь не смогу родить. Никогда. Интересно, если женщина не замужем, она сможет взять ребенка из детского дома, как думаешь?
- Мрр.

Я вижу бегущую по коридору Соню. Она ищет свою подопечную, и она сердита.
- Казанцева, вы знаете, что давно пора на вечерние уколы?
- Простите. Тут… с кошкой вот…
Сонечка воровато оглядывается и гладит меня по спине.
- Давайте мне Муську, а сами бегом в процедурную. Понятно?
Больная кивает и уходит в направлении процедурного кабинета, а медсестра берет меня на руки, подносит к груди, чешет за ухом.
- Ах ты ж… полосатая морда. Пойдем в столовую, там сегодня была творожная запеканка. Тебе оставили пару кусочков.

- Соняяяя! Опять эта кошка! Немедленно выбросите ее в окно!
- Олег Николаевич, какая кошка?
- Вы издеваетесь, да?
- Нет, я вас люблю, Олег Николаевич.

Я улепетываю по коридору в сторону столовой. У дверей старушки с бессонницей останавливаюсь, насторожив уши. Эти звуки ни с какими другими не спутать, ведь в окно палаты осторожно скребется клювом поздняя гостья - смерть.
Просачиваюсь через приоткрытую дверь в комнату, запрыгиваю на кровать. Пожилая женщина так хрупка и мала, что под тонкой шерстью одеяла совсем не ощущается ее тело.

- Привет, Мурка, - улыбается она. – А у меня что-то так сердце щемит. Хочется очень увидеть внука… А он гриппом заболел. Но мне дали его послушать по телефону. У меня такая чудная невестка. И сын золотой. Приносили вчера торт, апельсины… Хочешь колбаски?

Я слушаю холодное шуршание в окне и мурлыкаю, мурлыкаю, заглушая скрип форточки, куда протискивается костлявая лапка. Ох уж эта девятая жизнь.
Нет ничего хуже одиночества в такие минуты.
Поэтому я рядом.

33

Интеллигентные женщины очень часто болеют. Запряжешь пару интеллигентных женщин в тележку со сметанными бидонами, чтобы весело до железнодорожной станции доехать, только присвистнешь, только отъедешь пару вёрст, только затянешь весёлую дорожную песню во всё горло, а у крепких с виду дам уже и ноги подкашиваются, сбитые сапоги скользят на подъёмах, бока под разномастными пальто ходят ходуном, пар от них валит, парики съезжают на глаза. Иная и упадёт ещё, угрожая сметанной коммерции, на бок да и поползёт обратно в тепло. А на одной оставшейся какая тут станция с покупателями из Барнаула?! Какай тут заработок?
И в пище они капризные очень. И условия содержания им создай. И не все песни радио "Шансон" знают, путаются часто в словах. Дочери у них там на библиотечном факультете. Мигрени. Всего не перечислить.
Посидишь над раскрытой приходно-расходной книгой, посчитаешь, пригорюнишься. Лучше бы ондатр себе завёл, честное слово. С ондатрами хоть не скучно.
Хотя не каждая сообразительная ондатра способна на то, на что способна моя красивая домоправительница Татьяна, "моё отношение к которой многими специалистами признано нездоровым"(гм). Татьяна решила однажды, чо у неё остеохондроз, заработанный на непосильных работах по застиланию моей кровати и поливу цветов в саду. Татьяна решила провести акт самолечения. В стене гаража шофёры ввернули перекладину для шофёрских подтягиваний. Перекладина похожа на руль велосипеда, вмурованный в стену, Т.е. два растопыренных рожка из стены торчат. Ранним утром страдалица-Татьяна подтянула к перекладине стул, продела в рогульки рукава подобранного где-то ватника, застегнула ватник на все пуговицы, пролезла в него, растопырила руки в рукавах и ногами стул отшвырнула.
То, что Шемякин распял свою домработницу посёлок обсуждал месяц. Гараж виден с многих точек, а через десять минут висения Татьяна начала орать. И орала долго. Я прибежал в числе первых, придерживая руками на ветру новую сутану. Вижу - раскинув руки на перекладине елозит в воздухе ногами мой добрый демон Таня. Благословляя утро, что называется. Всего-то пару снимков сделал, а упрёков потом хватило бы на полк карателей. Но фото получились очень хорошие. Я потом табличку прислонил у места распятия Татьяны. "На этом месте утром 12 июля приняла крестный подвиг за грехи 17, 18, 22 участков кандидат биологических наук Татьяна Вас-о. Освящённые фотографии подвига можно получить в поселковом правлении при предъявлении справки о крещении".
Так ведь прелестная моя садовница, исцелившись от остеохондроза, подумала-подумала, да и ногу себе подвернуть решила. Я считаю, что типичный самострел. Решила дезертировать с трудового участка фронта. Водитель рассказывал, что он её предупреждал, когда она решила угол срезать и под откос на прямых ногах по сырой траве заскользила. Слава богу, что хоть в столб не врезалась, а только по касательной в автомашину. Подбежали все, галдят, переживают, рассматривают авто. Потом кинулись смотреть на столб. Сравнивать возможные последствия. Прелестница тут же лежит, немного наособицу, между мечущихся туда-сюда ног, и привлекает к себе внимание неестественными криками. Типично женское поведение. Нехотя отошли от столба, потому как крики эти слушать равнодушно очень трудно, хочется шапку пострадавшей в рот запихать, не звери же кругом, у всех утром голова болит. Подняли, отряхнули, потащили в дом. Во время этой транспортировки ногу ей и вывихнули.
Я за всем этим карнавалом наблюдал из окна, уютно ёжась в халате с чашкой шоколада в мужественной руке. Дома всё-таки хорошо, что не говори. В санатории чудесатишь сам, кустарно, в одиночку. А тут, дома то, и стены родные помогают. Столбы. Дорожки. Не говоря уже о проживающих на моём иждивении гражданах. Эти всегда помогут, если заскучаешь. То бассейн не сольют и за три недели даже паркет на втором этаже удивлённо так вспучился от сырости, не говоря уже про обои. То забудут в библиотеке пакет с мандаринами на этот же срок, так что как только войдёшь, то понятно, что ты в гостях у Жюля Верна, как минимум, настолько запах дальних странствий силён сделался. То ещё чего удумают по широте души.
Выдали садовнице палку для хождения. Она хотела костыли. Но я, спустившись к народу, внятно возгласил, назидательно подняв кверху палец, что комплект увечных инвалидов у меня в доме уже полон и набор в него закончен. Что и палки ей вполне будет достаточно. А если ей хочется получить сочувствия от соседей, то я вполне могу ей организовать повязку на глаз, плюшевого попугая на плечо и следы хронической цинги. А также подорожную на имя старшины второй статьи с корвета "Африканка". Проорал ещё, засучивая рукава, что и без грима ей теперь будут наливать по кабакам. Только, что называется, войди да откашляйся, звеня медалью, тут тебе и стол, и дом будет организован, ветеран Трафальгара!
Оттащили меня от изувеченного садовода. Я там ещё что-то кричал, брызгаясь ядовитой слюной на набежавших. Не помню уже.

34

Трудности коммуникации – 3.
Или семейная история.
Давным-давно, где-то в конце 80-х, зашёл я в гости к одной хорошей знакомой. Она-то, за рюмкой чая и рассказала мне эту историю.
Сидит её сын на окошке (5-й этаж), играет чем-то и, как-то, между прочим, говорит: «Мама, вон тётенька полетела». Примерно через полчаса: «Мама, вон снова тётенька полетела».
Заинтриговал вас?
А дело было так. Пришёл мужик домой, ну слегка с похмелья, а жена начала его пилить.
Сделаем небольшое отступление. Давным-давно, много лет назад, в старой доброй Англии жил дедушка по имени Чарли, по фамилии Дарвин. Он открыл и научно обосновал закон естественного отбора. Там чётко было прописано: пришёл мужик домой пьяный, ботиночки сними, спать уложи, одеяльцем укрой, утром опохмели. Когда его отпустит, он станет мягким, виноватым и на всё согласным, только тогда начинай выносить ему мозги.
Так уж повелось на Руси, что женщины, за редким исключением, были безграмотные, но инстинктивно соблюдали заветы дедушки Чарли. А кто не соблюдал, те не успевали оставить потомство. Все мамы своих дочерей на этот счёт чётко инструктировали. Да и в школе про Дарвина упоминали. Но женщина или маму не любила в детстве, или занятия пропускала в школе, или была не совсем русской, поэтому основной закон выживания в семье забыла. А, может быть, торопилась куда-то или просто не было сил ждать. Она самые важные моменты пропустила и приступила к выносу мозга немедленно. Мужская душа – субстанция нежная и ранимая. Нет, конечно, если там морду кому набить, пройтись по краю пропасти или врага на войне убить – это запросто. Но против женщин эта самая душа иммунитета не имеет (чем они женщины, часто пользуются). Конечно, мужик пытался возражать, мол, пятница, друзья встретились и т.п. К его великому сожаленью все перечисленные аргументы не принимались в расчёт. И слова, как капли яда начали стекаться в чашу терпения любимого супруга. Выражения «алкаш», «тряпка», «никчёмный человек», коробили его тонкую натуру, хотя внутренне он с ними был согласен. Но когда женщина, с которой он прожил не один год, любимая жена, верная соратница по жизненному пути, назвала его козлом, это стало последней каплей. Мужик сделал то, о чём мечтает каждая женщина, не зависимо от возраста и габаритов. Он взял её на руки и понёс… Внутри себя напевая песню про Стеньку Разина. Помните: из-за острова на стрежень, на простор речной волны…? Только пел он её с конца. А там такие слова: …и за борт её бросает… Короче, в окошко он её выкинул. С 4 (четвёртого) этажа.
Это ещё не всё.
Ирга. Многие, сейчас этого не знают, но в те годы местная ребятня объедалась этими вкусными ягодами. Если за кустами ирги не следить, не подрезать, не окультуривать, то они вырастают метра три в высоту.
Как раз такие кусты росли под окном у наших героев. В них-то и упала домашняя лётчица. Покарябалась слегка. Но это её не успокоило. То ли не всё из запланированного она успела озвучить, то ли захотелось ещё раз испытать ощущения от полёта, то ли ещё что-то. Об этом история умалчивает. Короче, поднялась она на свой этаж и начала руками и ногами проситься войти. Причём слова лились из неё ещё более обидные для её супруга.
А мужик. А что мужик? У мужика горе – жена из окна выпала. Спать лёг. А тут, кто-то его будит, в дверь ломится, кричит. Обидно. Он дверь открывает, хватает за шиворот источник звука. Догадались? Правильно – в окошко её.
И это ещё не всё.
То ли ветер переменился, то ли прицел сбился, то ли кусты ирги рассчитаны всего на одно приземление. Короче, от второго полёта у дамы было только одно новое впечатление. Она сломала руку (ВТОРОЙ РАЗ С ЧЕТВЁРТОГО ЭТАЖА).
Даже женщины могут мыслить логично. Помня поговорку, что Бог любит троицу, мадам решила третий раз судьбу не испытывать. Кто его знает, случайно прицел сбился или нет. А может быть, налеталась уже. Пошла она в трамопункт, гипс наложила и домой вернулась.
Тут надо сказать, что женщина была не просто женщиной. Она была советской женщиной. А, значит, училась в детстве в советской школе. В старших классах тогда преподавали предмет НВП (начальная военная подготовка). Видимо предмет даме давался легко, да и усвоила она его хорошо. Зная, что для победы над врагом надо применить необычный манёвр, женщина молча постучалась в дверь. Любимый муж, не ожидая подвоха, всё ещё мучимый похмельем, открыл дверь.
Что, вы думаете, было дальше? Правильно. НВП мужик тоже учил. Только плохо. Никакой тактики встречи жены он не разработал, траекторию полёта не рассчитал, прицел не настроил, кусты не поправил. Просто открыл дверь. И тут же получил гипсом по голове.
Сотрясение – больница – КПЗ. Последнее за несанкционированные полёты жены. Так как наша ПВО всегда на страже нашего мирного неба.

35

Про велосипеды
Когда я была маленькая, а затем подростком, я всегда мечтала о велосипеде. С какой же завистью я смотрела на сверстников, которые кружили по двору и посматривали на нас, безвелосипедников, свысока. На каждый Новый год я загадывала одно и тоже желание: ВЕЛОСИПЕД, но получала совсем другие подарки. Мои подруги мечтали, чтобы на них обратил внимание такой-то мальчик, а я мечтало только о нем – двухколесном! Мы с мамой жили в малюсенькой коммуналке, она одна меня воспитывала, и, конечно же, такая затратная статья, как велосипед, совсем не входила в её планы. И тогда я поклялась себе, что, когда у меня будут дети, то у них обязательно будут велосипеды.
Время прошло, у меня два сына, у каждого, конечно же, есть сначала трёхколёсные друзья, потом детские с толстыми шинами. Когда подросли, пришла пора покупать им уже большие велосипеды. В конце 90-х сложно было достать их, но были подключены все знакомые, накоплены денежки, осталось только в нужный день и определенный час подойти в магазин. Ребята только об этом и говорили, ждали этого часа, прыгали, торопили время, рассказывали всем друзьям о предстоящей покупке. И вот за день до этого я мыла окна, услышала страшный скрежет тормозов, а живем мы на первом этаже, и прямо на моих глазах машина врезалась в юную велосипедистку (сразу оговорюсь – девочка отделалась сотрясением и царапинами), она полетела в одну сторону, и искорёженный велосипед – в другую... Этот случай так потряс, ещё несколько лет меня преследовала эта картина и этот звук, во сне, наяву... Конечно, я отказалась от этой покупки. Ни уговоры мужа, ни слёзы детей не смягчили моё сердце, хотя я представляла, что творится у них в душе, но ничего поделать с собой не могла.
И еще прошли годы. Сыновья выросли, у них семьи. Мы купили дачу. Поздним вечером на дачу звонит младший сын и говорит, чтобы я встретила его с женой с электрички, пошла им навстречу. Ну что, вечер теплый, запах сирени, пойду прогуляюсь, только я вышла за ворота, а они едут мне навстречу на велосипедах, вот, говорят, это вам с папой подарки, как же на даче без них. Вот так и сбылась моя детская мечта спустя много-много лет.

36

Об отзывчивости... (в соответствии с общим трендом)
Не так давно, 6 января 2015 года, было нам необходимо смотаться в Подмосковье по срочному делу.
Вышли с опозданием на полчаса с мыслью о том, что дороги свободны, привод полный, а нарушение на +19Км/ч не наказывается по закону. И тут при открытии автомобиля замечаем тускло светящуюся лампочку освещения салона (60 Вт) - признак это плохой, т.к. на машине не ездили дня три, а на улице -20С. И точно - при включении зажигания панель загорелась всеми нужными лампочками, но при попытке провернуть стартер погасла совсем.
Опечаленные добирались на общественном транспорте с тремя пересадками - опоздали минут почти на час, но попали куда нужно. Обратно не успели на автобус на 3 минуты, следующий через 40 минут ... -20С ... попробовали поймать попутку ... на Рублевке. Первые машины которые пролетели мимо были: Инфинити, Порш Кайен, еще одна Инфинити, Лексус LX какой-то, Бентли ... тут мы решили добираться пешком, т.к. обладатели этих машин вряд ли подрабатывают частным извозом - 2,5 км - не так много ... но -20С.
Когда мы прошли уже почти половину пути, около нас сигналя остановилась машина, из открытого окна которого орали: "Вы с ума сошли! Садитесь быстро, хоть немного вас провезу, а то замерзните...". Оставшиеся полтора километра до станции он нас конечно довез, от денег отказался, а тихо оставить на сиденье пятисотенную купюру в благодарность я додумался уже после того, как он уехал.
В электричке дозвонился до службы поддержки своего автомобиля, чтобы меня прикурили. По условиям, машина должна была приехать в течении полутора часов, но обычно добиралась за полчаса (эту лампочку я когда-нибудь просто выкручу - третий раз из-за нее аккумулятор сажаю)... в этот раз они добирались четыре с половиной часа - успело совсем стемнеть - все планы летели к черту - я несколько раз позвонил в диспетчерскую и озвучил свои претензии.
Пока ждали техника, зашли в магазин кофемашин - купили всякой всячины, в том числе фильтр для кофемашины. Поднявшись в квартиру я обнаружил, что фильтр не подходит - другое посадочное гнездо... пошел обратно в магазин, хотя понимал, что это моя ошибка - я должен был проверить, теперь оставалось только купить новый фильтр за отдельные деньги, т.к. старый после полугода службы уже никуда не годился. В магазине передо мной извинились, что посоветовали неверный фильтр и бесплатно поменяли на правильный, неправильный положили на витрину, т.к. без упаковки (герметичной) его продать было уже не реально. Я чуть не прослезился.
Приехавший техник извинился за опоздание сказав, что мы сегодня 47-й заказ на всю их службу (три машины на Москву и Подмосковье) и далеко не последний... обещал исправиться и нанять больше народу - мне аж стало неудобно.
Когда нас прикурили, мы решили выполнить хотя бы часть своих планов и поехали в ТЦ - закупиться самым необходимым для ремонта в новой квартире. Припарковались на площадке и заглушили двигатель ... а что, почти час же ехали. Уже потом меня ругали за незнание простейших истин - разряженный на морозе аккумулятор нужно заряжать минимум четыре часа.
Итак мы оказались на парковке у уже закрывшегося магазина с разряженным аккумулятором в рождественскую ночь около 23:30. Народ со стоянки активно разъезжался, но напротив нас был припаркован паркетничек Mersedes AMG, в котором еще дожидался кого-то хозяин. Если бы это был Лексус или Тойота, Митсубиши, Сузуки, Субару ...в общем какой-нибудь японец - не стоило бы и пытаться, но водители мерсов и прочих немцев по менталитету еще очень близки к советскому автопрому.
Я подхожу к AMG и стучусь в окошко
- При курить не найдется? Машину. Аккумулятор...
- Сдох?.. Кажись было в багажнике... точно было. с какой стороны аккум? Ща подъеду.
Не веря счастью сажаю жену за руль и помогаю распутывать провода... прикурились, завелись.
- Спасибо, мужик! Выручил! Я б здесь околел бы, пока сервис ждал. Спасибо!
- Не за что! С Рождеством!.. пока еще наступающим...
О ... точно! Рождество через 20 минут. С женой делаем оставшиеся покупки по очереди - второй сидит в машине и давит тапочку, чтобы было не менее двух тысяч оборотов - чтобы заряжался аккум. Закупились уже около часа ночи - рождество встретили на парковке у ТЦ. Едим в новую квартиру выгружаться, т.к. багажник забит под завязку. Приехали, двигатель не глушим, выгружаемся, поднимаемся в квартиру ... а там потоп.
Стучусь к единственным соседям с верху - старый звонок они срезали, новый не повесили, дверь-броня, но и я не "мальчик-с-пальчик" - открывают. Начинаю наезжать, мол так и так - течет с потолка ручьем... Строитель покопался в шкафу - "Не, у нас все в порядке, просто лужа от чего-то внизу приличная - сантиметров 10 глубиной..". Объясняю, что чудес не бывает - пусть ищет косяк - находит, разражается матерной тирадой - исправляет. после того, как убеждается, что ничего не течет, начинает собираться со мной: "Там все страшно, да? Дорогой ремонт? Сильно пострадало?"
С чистой совестью отвечаю, что ремонт только начинается и если стены не рухнут, то все ОК. Уходя, поздравляю его с рождеством ... и только уже добежав до лестницы понимаю, что поздравлять с рождеством мусульманина (узбека-рабочего) - не самая лучшая идея.
На обратном пути делаем круг по МКАДу - чтобы уж точно зарядить аккумулятор, а по дороге заезжаем в мак-авто - перекусить, т.к. готовить что-то уже очень лень.
Стоя на стоянке в 4 часа утра 7 января мы обсуждали, что в мире не перевелись отзывчивые люди, нужно и самим быть внимательнее к окружающим и ... зачем Порш 911 перед нами закупал в 4 часа ночи в мак-авто 3 пакета фастфуда...

37

Был я членом автодора...
Хряпнул сгоряча
Два любимых помидора
Главного врача

И теперь меня навеки
Садят на сульфу
Люди, люди-человеки
Где мое кун-фу?

Вы хоть новости читали?
Что там про меня?
А вот мне газет не дали
Корм мол не в коня

Ах вы гребаные панки
Я же воевал
Я горел раз десять в танке
Прикурить давал

Вы ж мне пенсию зажали
Честь и ордена
Но хотя - жилплощадь дали
Койка - у окна

Хоть какое-то, но счастье
А у вас же, блядь
Расслоение по части
Жить и выживать

Хренотень у вас по курсу
Русского рубля
Всех дьячков загнать бы в бурсу
И по жопе... бля

А у нас в столовой слуги
Кашу каждый день
Невзирая на заслуги
Всем кому не лень

Вот у нас в дому - порядок
Утренний обход
Был ли чай на завтрак сладок
Кто и чем живет

А у вас опять по-новой
Форменный бедлам
Видно врач у вас хреновый
Шлите его к нам

Главный наш ему расскажет
Как лечить страну...
Сапоги пойду я смажу
Завтра на войну

38

В детстве дома у одноклассницы мы часто прыгали на диване, пока не видели взрослые. Нас очень радовали пружины, местами совсем близко подходившие к поверхности; приводила в восторг пыль, которая клубами летела из дивана от наших прыжков. Когда спустя двадцать лет я зашла к своей подруге детства, то в ужасе увидела в углу всё тот же диван, на котором мы когда-то прыгали. Он не сильно изменился, насколько я могла помнить, но теперь я была потрясена нищетой и убогостью обстановки. Я мысленно подсчитывала, сколько могла стоить покупка нового дивана, замена засаленных стульев, зеркала, разбитого и заклеенного обёрткой от шоколада. Пока мы говорили, в воображении я белила потолок и меняла обои. Мне хотелось вымыть окна, обсиженные мухами, повыкидывать палки и картонки, торчащие из-под дивана, битый цветочный горшок, обвязанный чулком. “А что, если плохо с деньгами?” – подумала я… Но мозг сопротивлялся и предлагал мне купить хотя бы недорогой клейкой плёнки под цвет дерева и оклеить ею стол. Куда бы я ни посмотрела, мой взгляд натыкался на какую-нибудь поломку, грязь, пятна и мусор. Мозг вдруг сказал мне: “Как ты думаешь, почему рядом с нищетой всегда грязь?” Я вам теперь такой же вопрос задаю. Даже если заменить слово “всегда” на “практически всегда” или “частенько”, то легче от этого не делается. Грязь – это проявление не безденежья, а менталитета. Вдумайтесь: грязь – это проявление соответствующего менталитета. А поскольку грязь и нищета – соседи, то и нищета – это своеобразный менталитет. Да, нищета находится в немытой голове.

В школе у меня была потрясающая учительница по литературе – Тамара Григорьевна, незаурядного ума, очень проницательная женщина. Она как-то обронила фразу, которую я запомнила на всю жизнь. Кто-то спросил её, что значит мещанство, и она ответила: “Мещанство означает пить из старой облезлой кружки, когда новая в серванте стоит”. Так принято во многих русских домах: на чёрный день деньги отложены, на белый день чашка новая в серванте стоит, только белый день наступает редко, а чёрными заполняется вся жизнь. Кто живёт ожиданием будущего, для того оно никогда не наступает. И тогда я поняла это: стыдно быть нищим; стыдно быть грязным. Стыдно иметь в голове разруху, которая неизбежно отражается и на жилище, и на менталитете детей.

Знаю одну женщину, которая больше двадцати лет копила деньги, чтобы купить дачу. Она одна воспитывала двух дочерей. Девочки жили впроголодь, на одних кашах, и старшая из них рассказывала мне, как ей было стыдно выходить во двор в старых вельветовых брюках с залатанными коленями. Девочка росла, и с каждым годом волшебным образом росли её брюки. Сантиметр за сантиметром разворачивалась подвёрнутая снизу ткань. Она была не такой вылинявшей, как вся остальная штанина, и это выдавало нищенские хитрости. Видимо, отсюда пошло выражение: “Голь на выдумки хитра”. Не стоит рассказывать, что система в государстве не позволяет достаточно зарабатывать. Я не систему ругаю, а гниль в мозгах. На одни и те же деньги можно выглядеть достойно или нищенски. Когда мать, наконец, купила дачу, обе подросшие дочери не имели к этой даче ни малейшего интереса, но бесконечно упрекали мать в том, что она не научила их, что значит быть женщиной. У девчонок сформировался комплекс золушки. Они, привыкшие видеть протёртые кресла и старую посуду, облезлые полотенца и пальто семилетней давности, впоследствии, став взрослыми, боялись тратить на себя деньги. Всякий раз, когда они что-то покупали, у них портилось настроение: они словно чувствовали себя недостойными новых хороших вещей. Это, друзья мои, называется двумя словами: генетическая нищета. Она уже в сознании, в клетках, в крови, в костях.

Дети, которые видят облезлые углы, подсознательно программируются на нищету. Уже в подростковом возрасте они начинают осознавать её тяжесть. Ещё Антон Павлович Чехов отмечал, что облезлые стены и грязные коридоры дурно влияют на способность студента к обучению. Грязь и нищета подавляют человека, привычный вид убогой обстановки программирует быть неудачником. Вы могли бы возразить мне, что ненависть к нищете стимулирует некоторых людей развиваться и зарабатывать деньги, но я вам отвечу, что куда большее количество людей ломается под непосильным бременем бедности. У слов “беда” и “бедность” один корень. Гоните прочь от себя беду. Гоните прочь бедность. Как же мне нравится фраза: “Богатство – это состояние ума”. Так вот, нищета – это тоже состояние ума.

(с) "Законы Грэйс"

39

Я стоял у окна на 5 этаже 9 этажного дома в районе м.Павелецкая и курил. Ночью при свете фонарей старая Москва гораздо симпатичнее, чем днем. Осень 1994 года была дождливая и пасмурная как никогда, и надо сказать, если что-то и угнетало меня в Москве, так это смог, который надвисал над центром города, и - редкое солнце.
- Ложись, холодно же..
Голос из темноты прервал мои раздумья "ни о чем". Я обернулся, ее силуэт соблазнительно выделялся в полумраке…Мы познакомились с ней всего пару дней назад, в метро. У нас были общие знакомые, я, будучи студентом, подрабатывал частным риэлтерством, Она позвонила мне с просьбой найти квартиру,мы проговорили до 4х утра, квартиру я не нашел, но оказался в ее постели…
- О чем ты думаешь? – спросила Она, положив голову мне на плечо
- Ни о чем, мне хорошо с тобой.
Я не врал, мне действительно было хорошо с ней. Меня, вечно голодного, сытно накормили, уложили спать, даже кое-что постирали. Я действительно окунулся в атмосферу тепла, заботы и уюта.
- Зачем тебе новая квартира? Эта квартира в центре и ты платишь за нее 150 долларов – это даром!
- Хозяйка хочет поднять до 180, ну хотя ты прав…просто мне было скучно.
Она приехала пол-года назад в Москву, с троюродной сестрой. Сестра работала в банке и по натуре была пахарь и нимфоманка, а Она сидела дома, готовила, убирала итд. Вместе с ними жил еще и огромный доберман, который был дурно (вообще никак) воспитан и срал где попало. Сестра зарабатывала своими мозгами, закрепляя карьерные успехи своим телом, а Она жила на деньги которые ей исправно присылала мама, в отличии от своей сестры, Она была далеко не из бедной семьи ( об этом я узнал гораздо позже)
- А где сестра?
- У нее сегодня секс…
- Ммм, это у вас наверно семейное...
- Слушай! – она сложила руки у меня на груди, положила на них голову и внимательно посмотрела мне в глаза. ( кроме ее внимательных глаз, боковое зрение ловило из темноты пару зрачков добермана-дебила)
- Да, солнышко?
- Ты женишься на мне? – и не давая мне опомниться затараторила - нет, ты не подумай, я ведь не сука какая-то, просто знаешь, я ведь приличная женщина и уже не в том возрасте чтобы просто так… (ей было всего 24) и если ты считаешь, что ты можешь просто так …то ты ошибаешься!...

Часто я вспоминаю этот момент, вспоминаю и улыбаюсь, потому что это было сказано так наивно и непосредственно…Я колебался совсем не долго:
- Хорошо, я женюсь на тебе.
- Ты серьезно?
- Да.
- Ты меня не обманываешь?
- Нет.
- Ну ладно, я согласна! – с чувством выполненного долга, она положила голову мне обратно на грудь.

Все произошло так быстро и так естественно.Сразу стало все на свои места.Появилось знакомое ощущение правильного решения, которое надо сказать бывает крайне редко…
Через пару дней мы убежали от ее сестры-нимфоманки с одной дорожной сумкой, через год-полтора, когда мы меняли очередную съемную квартиру, я уже заказывал грузовик, а Она держала на руках нашу первую дочь. Мы вернулись в ее родной город, где Она родила мне вторую, и все было у нас хорошо…

40

«Я - Рубль. Новенький советский бумажный Рубль. Родился я в большом кирпичном доме, где у каждого входа и выхода стоят часовые и куда посторонним вход строго воспрещается». Так начинается рассказ Сергея Михалкова «Похождения рубля». Это серьезный рассказ про обращение денег, где после всех похождений бумажный рубль превращается в серебряный.

А это не серьезный рассказ про обращение с рублем, без всякого его превращения.

У Лёхи был рубль. Обычный юбилейный рубль с портретом Владимира Ильича Ленина. Рубль Леха нашел. Еще у него было шило в заднице и папа, начальник цеха неизвестного оборонного завода. Шило и папу Леха не находил, они у него были всегда. С самого рождения.

- Папа, - подозрительно кротко спросил Леша, - а у вас есть сварщики, способные сваривать разные металлы?

- У нас есть все! – твердо ответил папа Леши, даже не подозревая как он попал.

- А могут они приварить вот этот гвоздь к вот этому рублю? – Леша протянул отцу двухсотмиллиметровый гвоздь, металлический рубль с Лениным и соврал, - нам в школе задали опыты провести.

- Приварят, - не глядя сказал папа, - положи мне в карман и не мешай смотреть программу Время.

- И не жалко вам Ленина, Борис Михайлович? – спросил старый сварщик начальника цеха, - раньше за это десять лет без права переписки могли бы припаять.

- А ты к обратной стороне привари, Николай Геннадич, - вывернулся начальник цеха, - я потом слесарям отдам, резьбу нарежут, гайку подберут, – значок получится с Ильичом.

Гвоздь был приварен к рублю аргонно-дуговой сваркой неплавящимся вольфрамовым электродом. Возникшие было цвета побежалости на юбилейном лике зачищены и заполированы.

- Спасибо, пап, теперь пятерка по физике мне обеспечена, - поблагодарил Леха и ушел на улицу искать своего приятеля Антона.

- Принес? – Антон держал в руках молоток и обрезок мягкой сосновой доски, - может не будем рисковать, Лех, а? Привяжем кошелек на леску и вся недолга.

- Это хорошо, что вы такой зеленый и плоский, - ободрил Лешка Антона, подражая мультяшной старухе Шапокляк, - не боись, Тоха, все будет хорошо.

И они вбили гвоздь в асфальт. Обрезок доски был нужен, чтоб не оставлять на дедушке Ленине следов молотка. Рубль "лежал" на асфальте и сиял. Антон и Леха сидели в кустах и ждали. Не долго. На дорожке показался слесарь-сантехник, Иван Григорьевич. Дядя Ваня был немного не трезв, из-за чего аккуратен и внимательно смотрел под ноги.

- Ух ты, елкиндрын, - приветствовал слесарь-сантехник сверкнувшего полировкой Владимира Ильича, - рубль, тля! – нагнулся и цапнул его пальцами, поднимая. Ильич не поднялся, уходя своим коренным гвоздем в упрочненный годами асфальтобетон.

- Дрын, дын, дрын, - прокомментировал дядя Ваня поведение вождя и открыл свой сантехнический чемоданчик, - сейчас мы тебя, гада…

- На кого это вы ругаетесь Иван Григорьевич, - спросила, пенсионерка Мария Сосипатовна, выйдя из подъезда.

- Так, елкиндрын ведь, Маша, сволочь такая, - дружелюбно ответил дядя Ваня, в притворных сердцах хлопнув кепкой об асфальт, прикрывая рубль, - опять бездетность вычли в расчете. Злюсь вот на руководство.

- Вот падлы драные, - тихо посочувствовала милая пенсионерка, посетившая по политическим мотивам два лагеря строго режима, - не переживай, Вань, сейчас в магазин схожу, приходи чай пить с пряниками.

И ушла. Дядя Ваня поднял кепку, вытащил из чемодана клещи, ловко поддел рубль рукояткой, зацепил губками и выдернул его привычным жестом.

- Ух ты, елкин, ля, дрын ля, - сказал он, рассматривая двухсотмиллиметровое основание рублевого Ленина, - Тоха, ля, с Лехой, ля. Не иначе.

Слесарь-сантехник зажал гвоздь клещами под корень, положил на кстати торчащую из асфальта металлическую полусферу и грохнул сверху молотком. Гвоздь отлетел. Невидимые в кустах Леха с Тохой вздохнули, а дядя Ваня спрятал оставшийся от гвоздя рубль в карман.

- Говорил, кошелек на леску надо было, - Антон врезал приятелю локтем в бок, - рубль жалко.

- Из-за ядра все, - вяло возразил Леха, - не было б ядра не откусил бы.

Металлическая полусфера действительно являлась спортивным ядром. А папа Антона когда-то был спортсменом и толкал это ядро на всех соревнованиях. Ядро было счастливым и однажды папа толкнул его так далеко, что выиграл чемпионат Московской области по легкой атлетике. Хотя у нормального человека, смотревшего на стотридцатикилограмового папу Антона, ни за что не повернулся бы язык назвать его легким атлетом.

Ядро путешествовало с папой по соревнованиям в специальной сумочке для переноски спортивных ядер. Потом папа потерял интерес к спорту. Потеряв интерес, он нашел маму Антона, самого Антона, счастье в личной жизни, квартиру на семнадцатом этаже и даже автомобиль запорожец.

Ядро лежало в специальной сумке и ждало своего часа.

- Вот, - обычно говорил папа Антону, легко жонглируя двухпудовой гирей, упражняясь физически - будешь заниматься спортом, я подарю тебе свое счастливое ядро и ты выиграешь соревнования.

- Вот, Леха, счастливое ядро, - говорил Тоха приятелю, на балконе семнадцатого этажа, доставая ядро из специальной сумки, - фиг его знает почему, оно счастливое.

Ядро повернулось, выскользнуло из рук Антона и улетело вниз.

- Не, и правда счастливое, - минуты через три Леха выглянул вниз уже из кухонного окна своей квартиры на четвертом этаже того же дома, - у вашего запорожца только бампер оторвало и дядю Ваню нисколько не задело. Чирикнуло немного и все.

- Ух ты, елкиндрын, ля, - сказал далеко внизу немного чирикнутый ядром слесарь-сантехник, сидя на бордюре и разглядывая металлическую полусферу, выглядывающую из асфальта, - Леха, ля, с Тохой. Попадутся еще.

Сказал, привычно сорвал белую головку с вынутой из кармана чекушки, вылил водку в горло и только после этого сглотнул набежавшую слюну. Уф.

41

Это вот кстати у меня так приятель со своей будущей женой познакомился. Он на работе сидел, ему соседи позвонили - у тебя кот по карнизу разгуливает. Он руки в ноги, и бежать. Бежит, а в это время как раз две девушки купили огромный арбуз. Купили, и несут его вдвоём в пакете. Еле прут, очень тяжелый арбуз. А меж тем приятель, с котом на карнизе, мчится мимо, задрав голову, пытаясь на бегу рассмотреть на табло, с какой платформы уходит его ближайшая электричка. И он между этими девушками решил прошмыгнуть. Он интуитивно просчитал, что зазора ему хватает. Он даже "извините" на бегу сказал, на тот случай если кого-то заденет нечаянно. А арбуза он просто не заметил.

Арбуз взорвался. Взрыв был такой силы, что забрызгал семечками и мякотью всю площадь трёх вокзалов, и клуб железнодорожников до крыши. Вот такой большой был арбуз. Приятель конечно тут же стал суетливо и унизительно извиняться, предлагая немедленно компенсировать стоимость арбуза. На что подруги, со слезами на глазах, ему отвечают.
- Да какая стоимость? Вы знаете, с каким трудом мы его пёрли!?
Приятель говорит:
- Девушки, миленькие! Я куплю самый большой в мире арбуз, и привезу вам его куда скажете. Но я сейчас очень спешу! У меня кот на карнизе!

- Ах! - воскликнули те. - Кот на карнизе! А какой этаж?
- Девятый!!
- Ойёйёй! Мамочки дорогие! Что ж вы стоите? Бегите же быстрее!
- А арбуз?
- Да чёрт с ним, с арбузом!

Вот такие это были прекрасные, чуткие девушки. У них даже слёзы от обиды за арбуз сразу высохли, и на лицах проступила озабоченность судьбой кота. Приятель сунул им впопыхах визитку, потому что денег брать они категорически отказались, и помчался ловить падающего с карниза кота.

Кот сидел дома. Он вволю нагулялся, держа в напряжении своим опасным поведением случайных свидетелей, и вернулся как ни в чем ни бывало. Ну, приятель ему конечно тут же надавал по мордасам, успокоился, и вспомнил про арбуз. Про арбуз, и про девушек, и ему стало неловко. Оттого, что он у них даже телефон не попросил. Так он сидит, расстраивается, и тут звонок.
- Алё, здравствуйте! Это мы, у которых вы сегодня арбуз...
Он как закричит:
- Да да да! Как здорово что вы позвонили! Я сижу и про вас думаю! Мне так неловко! Скажите же скорее, куда мне привезти арбуз?!
Ему в ответ:
- Дался вам этот арбуз!? Что вы заладили - арбуз, арбуз! Чёрт с ним, с этим арбузом! Скажите же скорее - что с котом? Кот жив? Мы очень волнуемся!

Заверив, что с котом всё в порядке, он путём угроз и шантажа выманил таки у них адрес, и поехал покупать арбуз. Только трубку положил, - снова звонок. Тот же голос, вкрадчиво.
- Алло, простите, это снова я. Вы когда поедете, вы не забудьте пожалуйста окна проверить. Пожалуйста!
Купил он короче арбуз, самый большой какой был, потом шампанского ещё, два букета, а по дороге решил, что наверное на какой нибудь из них женится. Такое они на него приятное впечатление произвели своей заботой про кота, и вообще.

Подруги оказались мама с дочкой. Причем, что любопытно, у него с ними разница в возрасте оказалась совершенно одинаковой, с каждой по девять лет. Только в разные стороны.
- Да они вобще клоны какие-то. Я их по телефону до сих пор путаю.
Так и женился. На той которая дочка. Хотя говорит, что мог и на той которая мама. В принципе.
Теперь на каждую годовщину знакомства они покупают самый большой арбуз. Традиция.
А на окнах у них такие специальные противокошачьи сетки.
Во избежание.

42

Сегодня ехал в электричке домой с совершенно забавной семьей из Рязани (ничего не имею против Рязани, но стало уже притчей во языцах): отец, мать и дочь лет десяти. То, что мать пила коньяк с колой (из нормальной керамической кружки), отец - пиво, дочь - не помню что половина беды. То, что они жрали всю дорогу не прерываясь (съев на каждого мой полуторадневный рацион), тоже ничего. Но вот как они себя интеллектуально развлекали - история отдельная.

Маленькая ремарочка. Мать всю дорогу говорила фразу типа "У нас папа всё знает, сейчас скажет, как это правильно называется".

Для начала они стали разгадывать кроссворд. На первый же вопрос "Пирог из сыра" отец безапелляционно заявил: "А чего тут думать? Это чизфейк!" Что и было моментально записано. Для не сильно дружащих с англицким даю ссылку: http://www.multitran.ru/c/m.exe?CL=1&s=fake&l1=1. С таким началом я уже с нетерпением ждал продолжения, так сказать, банкета. Честно говоря, нужно было сразу записывать. Хотя есть мнение, что лучше в этом случае стенографировать само обсуждение. Но вот особенно запомнившиеся "пёрлы":
1. Моне и Дебюсси посредством коллективного разума получили имя Карл. Я бы простил незнание, если бы через 15 минут не была бы страстно обсуждена последняя серия "Кухни", где действие (если кто не смотрит) происходит в ресторане "Клод Моне".
2. Христос стал распят на горе "Аагорн" (видимо персонажи "Властелина колец" не дают покоя - в частности Арагорн). При всём при этом речь в вопросе шла об Арарате. Примерно так: вопрос "Куда пристал ковчег с Ноем?" Отец в лучшей безаппеляционной манере говорит дочери: "Пиши "Аагорн", ведь там же Христа распяли". Сила интеллекта и разрушающие способности логики уже начали повергать меня ниц.
3. Из последнего, что помню (чистые орфографические ошибки не пытался запоминать): произведениями творца стали твари. Смотри выше, как говорится.

На этом кроссворд закончился: даже с условием вписанных всего 10 из, наверное, 80 слов и общей стилистикой отгадывания, подгонять разум под клеточки дальше стало невозможно.

Но веселье не кончилось. Началась игра типа "отгадайте часть окна, на Ф начинается, на А заканчивается". То, что загадывающий сам не понимает, что кроме форточки можно отгадать фрамугу и фурнитуру, никого не волновало. Я уж умолчу про совершенную необязательность соблюдения со стороны отгадывающих первой и последней указанных букв. И про необходимость загадывать существительные в единственном числе, именительном падеже и т. д. тоже смолчу. Хотя нет, молчать не буду:
Дочка загадывает: "Это то, что папа больше всего любит делать. Буквы Е...Ь (мягкий знак на конце)". Судя по тому, как притихла половина вагона, такое буквосочетание заинтересовало не меня одного. После долгих гаданий дочь даёт подсказку - четыре буквы. Родители еще больше задумываются и под конец сдаются. "Есть!" - восклицает дочь. "Так в слове есть пять букв, а не четыре!!" - возмущается мать. "Ну тогда просто ест!" - невозмутимо парирует дочь. "Совершенно другое дело, в слове "ест" четыре буквы, лучше считай Леночка," - поучает мать.

Но апофеозом данной феерии (после которого закончилось наше совместное путешествие) стала загадка матери "кухонная посуда Ш...А". Загадала - и ушла курить в тамбур. Выяснилось, что слово "шумовка" отец с дочерью просто не знают. Зато знают такие слова (вот тут уже я начал записывать):
шумойка
шаурмовка
шароварка
шорогонка
ширконка
шишешка
шапойка
шушумка

Этот мозговой штурм закончился следующим: дочь ставила на шароварку, отец на то, что такой кухонной посуды вообще не существует в природе. Пришла мать, разрешила спор, а на две удивленные пары глаз с вопросом, что же такое "шумовка" сказала, что это такая кастрюля с дырдочками, через которую макароны промывают.
Со слезами на глазах я промычал "Это не шумовка, это дуршлаг!!!" и пополз к выходу.

43

О наших традициях .(Историческое. Не смешное)

"у нас - "Городушки"!

Для тех, кто не в курсе, расскажу, т.к выяснилось, что традиция местечковая, да и то помнят ее только старые бабки да деды. В инэте инфы совсем мало-хочу малость восполнить.
Этот праздник (а как иначе назвать гулянку и мелкое хулиганство?) проходит в ночь с 11 на 12 июля. В Петров день.
На него принято соседям (не обязательно близким, можно и в соседнюю деревню сходить было-делать мелкие пакости. Главное, чтоб пакости не наносили урон имуществу или здоровью. Как-то : положить на порог коровью лепешку или замазать окна в доме этой же субстанцией. Ведро воды прикрепить над дверью, чтоб выходящий утром принял душ, перегородить дорогу и тп. Отсюда и название пошло "городушки". Поленницу , к примеру, раскидывать было нельзя, на её сборку уходило много труда.
Доходило до смешного-пока народ из одного села в соседней деревне что-то "городит"-соседи в то же время в этом самом селе бедокурят. Если хозяин дома или участка замечал безобразников, то имел полное право и кнутом гнать. Поэтому те, кто не участвовал в деле-сидели и стерегли дом от подобных набегов)

Вот что еще вычитала на одном форуме: "Традиция "городушек" берет начало с эпохи Ивана Грозного, а именно с лета 1566 года, когда сей муж, лично проинспектировав, издал царский указ о приведении Тульских засек в боевое положении , там-же предписывалось ежегодно проверять их приказчиками и воеводами на Петров день (боевые операции южных беспокойных соседей, как правило, планировались именно после этой даты, дабы к сбору урожая выйти на пределы коренной Руси, Москвы, Ростова, Владимира). Потому как проходы в засеках, т.н. "ворота" для торговли , охоты, в т.ч. и обслуживания самих засечных укреплений, были постоянно открыты (набеги татар были все ж достаточно редки), то перегораживать их выходили всем миром в последний момент, а именно ночью накануне, а после соответствующей государевой проверки, все нагромождения вновь растаскивали.
К 18 веку, когда надобность в засеках на тульском рубеже отпала, эта традиция настолько прижилась, что Петровки неизменно сопровождались сим действом в наших краях, хотя уже и забыли для чего городили огород.
Все измышления по поводу защиты от лесных духов и прочее ничем не подтверждены, к тому же в пользу принадлежности этого обычая к засечным традициям говорит ареал распространения "городушек" в Тульской, Рязанской и Калужской областях.
Тому, Кто поддерживает этот обычай, лично почет и уважуха, культурные традиции своих предков надо хранить, хотя и перегибать палку все ж не стоит. "

В общем, с Праздником!!! (Сижу вот , смотрю, как бы что не нагородили, да в анекдот.ру пишу)

44

Записки безответственного квартиросъемщика. Часть2.
По понятным причинам соседи снятых нами хат ненавидели нас всеми фибрами души. Неудивительно:
нельзя сказать,что мы тянули эту жизнь через соломинку-нет,мы жадно хлебали ее из ведра,расплескивая на окружающих. А никогда так не бывает,что бы оттого,что кому-то хорошо,кому-то другому не было плохо.
Здороваться с нами переставали уже в первые дни,потом шла волна протеста,хождения каких то морализаторствующих бабок,участковый шлялся денно и нощно,звонили нам непрерывно,ну и гадили по-мелочи.
Мы оттачивали мастерство в дефензивах. Учились рыть редуты,вести контрпропаганду,сеять смятение и раздоры в ряды противников. Словом,мужали. Причем и мы-и подъезды. Часто бывало так,что мы уехали-а война продолжалась . Стравленные нами соседи годами резали друг дружке дермантин на дверях и писали кляузы в ООН.
Примеры.
Сижу как то один,дегустирую голландский привоз одного знакомого. Тот настолько прокурил мозги в Амстердаме,что тупо забыл пакет в кармане. С пакетом и прошел две границы. Приехал домой-сунул руку и вспотел. Но трава того стоила.Какой то концентрированный дзен.
Сижу-медитирую. Вдруг звонок. Поднимаю трубку и в ухо ввинчивается заполошный визг.
Баба орет так ,будто ее Камазом прищемило. Какая-то чушь,кстати. Телевизор у нас громкий.
Мои робкие возражения,что телевизора у нас вообще нет (а нахрена нам телевизор,если каждый день вживую-кино) только распаляют ораторшу. Дзен во мне жалеет эту истеричную дуру. Внимательно выслушиваю все до того момента,когда начала задыхаться. Умаялась ,бедная.
И тут на меня навалил потный вал вдохновения. Я сам верил в то что нес.
Мне удалось последовательно убедить тетку в том что
1. Я здесь гость-и к безобразиям тутошним отношения не имею.
2. Я буддийский монах-и потому страсти эти для меня лишь суета сует.
Через 10 мин уверовавшая в мою святость тетка делилась со мной всеми своими проблемами. Я утешал ее с высоты своей голландской просветленности.
Где то через полчаса она возжаждала лично поручкаться с садху,но я ,вздохнув,сообщил,что видеть женщину мне аскеза не позволяет.
В конце концов я убедил ее ,что причиной всех ее жизненных неурядиц был сглаз.
Тетка с жаром согласилась с этой теорией,быстро опознала виновников и слезно просила помочь. Как не помочь?
-Единственное средство от сглаза -железо.
-Ээээ?
-Носи железо на себе-и сглаз уйдет.
-Ааааа как это?
-Булавки дома есть?
-Ддда!!!
-Вот и носи их на одежде!
На следующий день я встретил ее в подъезде и окабурел :мадам подошла к делу борьбы с сглазом основательно.
Вблизи ее халат напоминал средневековую кольчугу. Полагаю,она всю ночь мастырила защиту-втыкая булавки во все свободные места. Громыхая латами,Iron lady(Железная дева) вытащила газеты и тут же закатила мне сцену(на буддийского монаха я был вовсе не похож).
Я еле дополз до квартиры-и полег в коридоре. Вот уж воистину-"нам не дано предугадать,как наше слово отзовется". Железным лязгом.
Как то нелегкая занесла меня в спортивный магазин. Там продавались пневматические пистолеты.
Я заностальгировал. Лет 5 по юности я посещал секцию пулевой стрельбы в Вогоградском ССК г Москвы.
А тут -такая волына! Дайте две.
Как всякие шизофреники,мы были очень скрупулезные люди. К вопросам тренировок подошли очень серьезно. Стояли "под утюгом"(упражнение на устойчивость правой руки),и палили непрерывно.
Расход составлял 1000-1500 пулек в день. Через месяц мы были в состоянии отстрелить яйца у мухи.
По гусарской традиции мишенями служили карты,укрепленные на балконе. Мы с Бегиным открывали окна, брали пистолеты,по ведру боеприпасов,валились на диваны и днями напролет оттачивали мастерство.
Вскоре для умных голубей и ворон вокруг нашего балкона образовалась беспилотная зона. Глупые же были поголовно сбиты.
Поначалу соседи отнеслись к забаве благосклонно. Причиной тому была добрая бабушка,что годами кормила птичек с окон первого этажа. В результате эта пернатая сволочь галдела,курлыкала и каркала под окнами непрерывно. Мало того-обнаглевшие птеродактили долбились клювами в стекла и требовали подаяния. Сталактиты продуктов их жизнедеятельности украшали все окрестные подоконники.
...Как раз эта птичница и вызвала к нам мусоров. Как-то утром она охрипла от собственного крика-"гули-гули". Хуле-гули? Дом был надежно прикрыт ПВО. Выжившие барражировали по эллипсам,опасливо косясь на наши окна. "Подсадная" все заходилась призывным гульканьем. Мы бдили. Наконец,какой то залетный приземлился возле кормушки и тут же потерял голову. От счастья,полагаю.
"Макс,гляди!!! Видал как я ему башню снес!!!"-раздался торжествующий вопль меткого зенитчика Бегемота.
Бабушка подняла голову и выпучила глазенки: на балконе танцевали два бармалея ,размахивая огромными пистолетами.
Пожилая юннатка метнулась к телефону.Дядю Степу звать .
А на дворе -96год. Чеченская война на минуточку. И тут вызов-
"Двое бородатых стреляют из пистолетов с балкона"
Приехали нас брать все.
Снайперы засели по крышам,ОМОН крался по стенам. К счастью,фактурный бородатый чеченоподобный Бегемот успел свалить. Я же безмятежно принимал ванну-пока судьба неумолимо шла брать меня за жопу.
Я дико везучий человек-в тот раз меня выручил снобизм. По дому я передвигался в образе: голубой пушистый халат,розовые тапочки-бульдожки(с глазками) ,на башке-сеточка для волос.
Плюс сигара-для завершающего штриха.
Звонок в дверь. Смотрю в глазок-опять соседи.(хитрые менты сунули их рожами к двери-для отвода вражеских глаз) Суки,как же вы достали-чего еще вам...А вот чего.
Вместо соседей за дверью обнаружился омоновец с автоматом. При этом приклад уже летел мне в репу.
"Пенал и принадлежность" -это мысль едва не стала последней в моей туповатой тыковке.
Но приклад замер в сантиметре от моего носа.
Уж больно я не подходил под образ террориста-с этой блядской сеточкой,сигарой и глазастыми тапочками. Омоновец замер. Дело решали секунды.
В такие мгновения я часто выживал только благодаря тупости.
-"Добрый день!"-вежливо поприветствовал я гостей. Проходите пожалуйста! Обувь можно не снимать.Что будете? Чай? Кофе?
Омон в состоянии когнитивного диссонанса впятером вломился в хату.
На меня начали орать в 5 служебных глоток. Фоном служили ликующие соседи,что пришли насладиться торжеством справедливости.Мало мне воплей- в коридоре гремела латами надежно экранированная от сглазу давняя знакомая.Сильно под газом. Менты подозрительно косились на нее и старались держаться подальше.
Наконец,этот балаган мне поднадоел.
-Старшой!
-А?
-Власть я всегда рад видеть в доме,коли по закону прогнать не могу-но эта алкашня что тут делает?
-А мы не уйдем!-с пьяной решимостью заорала женщина-кирасир-а то он вам денег предлагать будет!
Воистину-обожаю дур.
Старший повернулся ко мне. Я лучезарно улыбался в 32 зуба.
"Конечно,буду"-телепатировал я ему прямо в отдел мозга,заведующий коррупцией-"И непременно денег! Не борзыми ж щенками от тебя откупаться! Битой дичи и пушнины у меня тоже нет,так что решим дело полюбовно- за презренный металл! Гони их нахуй,родной,нам лишние уши ни к чему!"
Мент вник и в два пинка общественность выкинули на лестничную клетку.
Пошел тяжелый изнурительный торг с элементам хоррора и постоянной угрозой смены декораций.
Всей беседы не помню приведу урывками...
...
-Стволы где?
-Вот.
-Тьфу,блять,это ж пневматика.
-А ты чего ждал? Установку залпового огня?
...
-Какие 200$? Ты охуел?Ты знаешь какой ты шухер поднял? Нас тут тридцать рыл за тобой приехало!!!
-Я вас что ли звал? Хорошо-300.
...
-И зачем вы стреляли?
-А что-нельзя?
-А что,блять, можно?
-А покажи закон,что нельзя!
-А покажи что-можно! Все,сука,собирайся!
-Погодь. 350...
...
Уже спокойней.
-Нет,все же,а зачем палили то?
-Руку набивали.
-И зачем тебе набитая рука?
-Пригодится. И кстати-тебе вот это необходимо-а ты стрелять не умеешь. А мне не надо-а я умею. Странно это,согласен?
-Кто это тут стрелять не умеет?
-Ты.
-А ну,заряжай!
Попав в карту с превосходством смотрит на меня. Я хмыкаю.
-Ну?
-Тебе в какую черву?
-В смысле? А...ну-ну. В верхнюю правую.
-Правое или левое предсердие?
-Хуй попадешь.
-Если попаду-500 грина и по рукам?
-Идет!(азартно)
-Нна!
-Ни хуя себе!!!
Потом был трудный разговор майора с начальством.
-Да там пневматика,товарищ полковник...спортсмены,тренируются...Я вот тоже дома тренируюсь часто...Что? Да не,товарищ майор-не из табельного,что вы такое говорите. Нет,трезвые,говорю ж.Это соседи,что вызвали-те да,пьяные.
Какие чечены-это жид с московской пропиской! Этой пьяни любой носатый-чечен! Что? Слушаюсь!
Мне:
- Счастлив твой Бог!Развеселил ты полковника. Велел соседей твоих прихватить-за ложный вызов. С тебя должок.
-Уговор-то дороже денег.
-Верно. Но стволы я заберу.
-Бери! Ну их в жопу- от них одни проблемы!
-Зришь в корень! Ну бывай!
-И тебе не кашлять!
Сижу курю. Пальцы трясутся как у паркинсонщика. В конце разговора я разглядел на полке-на самом видном месте газету с горкой травы. Лет на 6 по минимуму. И это при 5 ментах в хате...
Последние минуты держался невозмутимо только на "морально-волевых" Ффффу...

Сижу-разматываю эту нить воспоминаний-и волосы дыбом.
Каким же сказочным долбоебом я был. Хотя-почему был?
Спасибо за внимание.
П.С На очереди третья серия этой «Трилогии о квартиросъемщике»
ППС. Автор по прежнему будет благодарен за в френд в жж.
http://vinauto777.livejournal.com/

45

Историей про чихания навеяло...
Обычно я чихаю нормально. Т.е. как все обычные люди, если не успел прикрыть нос рукой - апчхи и всё. Но иногда, в начале лета, когда случается цветение всяких разных древо-травок, приходит она - АЛЛЕРГИЯ. Да, именно с большой буквы и даже все буквы большие. Она сука, врывается в твою жизнь, заставляя люто ненавидеть бабок с рассадами в общественном транспорте, в панике закрывать окна, даже обнаружив мельчайшую щель на плохо закрытом окне, бояться лужаек, леса, и выходов на улицу без лошадиной дозы антигистаминных колёс и жрать супрастин вместо сахара. Лицо при этом из нормального благообразного человека превращается в рожу маньяка под дозой. Красное, со слезящимися глазами, подёрнутыми мутью, и почему-то дёргающейся щекой, придающей выражение ласкового убивца только что увидевшего жертву. Но это не самое главное. Самое главное во что превращается обычное "апчхи". Это пиздец. Тебя выгибает дугой как девственницу при первом оргазме, а потом складывает так что подбрасывает на пару метров и складывая, ударяет башкой об собственные яйца. С открытием мотосезона можно хотя бы не снимать шлем - чтобы не получить жёсткий сотряс опилочной массы. Но везде его не поносишь... Однажды мы с друзьями решили замутить майский шашлык. Думаю все понимают о чём идёт речь. Это когда ты едешь пожрать у костра и бухать с друзьями, жена думает что отдохнёт от готовки и позагорает, а дети узнают папашу и мамашу с неожиданной стороны. Мамы спокойно светят голыми сиськами, а папы делают вид что это их не интересуют и подозрительно почёсывают яйца бросая лукавые взгляды на чужих мам, после чего в одних плавках идут за дровами. В лес. Типа надо чтобы костёр погорел слегонца прежде чем угли забрасывать. Вот так и мы... попёрлись собрать сушнячка для костра... Надо сказать что про свою вторую жену - аллергию, я как-то и забыл. Зато она сука вспомнила, когда мы уже довольно хорошо углубились с выбранной поляны в лес. Ничего сделать я уже не мог и не успевал - лицо начало превращаться в красную рожу, из глаз полились слёзы, из носа попёрли подозрительного вида жидкости... Башка начала гудеть и я слегонца заблудился... вышел к городскому пляжу, который от нас был примерно в километре по прямой через этот самый лесок. Народу там было - АХУЕТЬ. Ну а хрен ли - тепло, птички поют, много солнца, огромное озеро - ну что ещё надо счастия. Надо меня. Только вышедшего из леса, с топором в одной руке, огромной корявой палкой в другой, в плавках цвета собственной рожи... и рожей... маньяка-затейника на сексуальной прогулке. Со слезами на красно-бурых глазах, и соплями по всей мощной груди, желающего ЧИХНУТЬ. Я чихнул... Честно, я даже не знаю не знаю как это описать. Это был шедевр аллергического чиха. Я устоял на месте, хотя меня конечно же выгнуло и согнуло и пыталось подбросить... Вы думаете бактерии от чихнувшего человека летят на 5 метров? Ооооо... вы не видели как летают носовые слизе-козявки. Уничтожены были все насекомые в зоне поражения. Звук был такой что услышал весь пляж и повернул головы. Перестали петь птички, так сошлось что солнце зашло за тучку, у мужиков повываливались изо ртов сигареты и грудные дети в колясках перестали орать. Настала пост-апокалиптическая тишина... И только какой-то малец осторожным фальцетом сказал "будьте здоровы" и тут же пустился удирать, под заново выходящим иза тучи солнцем. Я развернулся и пошёл к нашему лагерю...

46

АВАРИЯ

"Благородно только то, что бескорыстно"
(Жан де Лабрюйер)

Я сидел в машине на стоянке, ждал сына из кино и слушал радио.

В соседнем авто, точно так же скучал мужик и, как потом оказалось, тоже пережидал полнометражный мультик.

Вдруг, этот мужик вылез из машины, подошел к соседней, подложил ей под дворник какую-то бумажку и вернулся обратно к себе.

Это было по меньшей мере странно, во первых – та машина никак не могла мешать мужику выехать, да и вообще она никому не мешала. Все это было похоже на какую-то подставу. Я не поленился, вылез из своей машины и демонстративно отправился читать записку:

«Уважаемый водитель!

На вашем автомобиле разбит левый, задний фонарь повторителей поворотов, а это небезопасно и может привести к аварии.

Срочно замените!»

Поморгав, я сложил записку и вернул ее обратно под дворник, а мужик уже высунулся из своей машины и спросил:

- Уважаемый, у вас ко мне какие-то вопросы?

Слово за слово и мы разговорились, мужик оказался ГИБДД-ешником и судя по записке – не самым плохим человеком.

Он говорил, а я все больше слушал, так мы полтора часа и скоротали.

На какие только аварии его не вызывали: и напополам разорванные автобусы и мотоциклисты влетающие в окна жилых домов и мальчики налево – девочки направо (причем все без голов) и много чего еще. Ужас.

Но больше других, запала мне в душу его история про одну, ну совсем невзрачную аварию:

- Выехал я на место, вижу: слева сзади к ЗиЛ-ку с солдатами притерлась «девятка».

Все живы и здоровы, у ЗиЛа – естественно ни одной царапины, да и какие там царапины, если контакт произошел не выше колеса, а у «девятки»: правое крыло, стойка, трещина на лобовом стекле, зеркало, ну и по мелочи…

Начинаю опрашивать водителей, хотя и так ясно, что грузовик ехал прямо, никуда не сворачивал, а легковая неудачно перестраивалась и нарвалась на его заднее колесо. Да и водитель «девятки» со своим пассажиром, студенты – очкарики, что-то такое мямлили: - «Ехали-ехали, не заметили как получилось, а тут неожиданно - бах и все…»

Дошла очередь до солдата – водителя ЗиЛ-ка, а он вдруг и заявляет:

- Товарищ инспектор, в аварии виноват только я, «девятка» не виновата – это я сдуру в зеркало не посмотрел, рулем влево крутанул и черпанул ее…

Тут вмешался лейтенант – старший машины:

- Кузнецов, ты что, сдурел!? Как это? Я же все видел, они виноваты, мы ехали прямо и никуда не сворачивали!

- Нет, товарищ лейтенант, я же был за рулем, я лучше знаю.

- Кузнецов, ты что говоришь? Да я тебя с машины сниму, до дембеля будешь в нарядах гнить!

- Снимайте, товарищ старший лейтенант, хоть сейчас, только во всей части, у меня одного права категории «С». Сами будете на этой раздолбайке ездить?

- Кузнецов – это же Ч.П. и пятно на часть, ты это понимаешь?

- Понимаю, больше не повторится, но в этой аварии виноват я.

Тут из кузова ЗиЛ-а повыпрыгивали солдаты, обступили меня и вразнобой заговорили: - «Так и было, «девятка» не при делах, виноват наш Кузнецов, мы все видели…»

Делать нечего, составил я схему, оформил все, а самому слегка не по себе, от того, что чего-то недопонимаю.

Ну, допустим - «девятка» не виновата, что вряд ли, но ведь вся ситуация в пользу водителя - солдата, ему даже оправдываться не нужно было, сказал бы: - «Не видел, не знаю…» и все, и я бы обвинил студентов на легковой. Да и его товарищи по оружию повели себя очень странно – сдали с потрохами…

Перед тем, как всем разъехаться, я отвел в сторону водителя ЗиЛ-а и сказал:

- Хочешь быть виноватым – будь, дело твое, только скажи, зачем тебе нужно было брать все на себя? Не бойся, протоколы подписаны и переписывать их я не собираюсь, мне просто по-человечески интересно, а то спать плохо буду.

Солдат помялся слегка и ответил:

- Если честно, то конечно они в меня сами врезались, только не мог я их сдать, они же целый километр ехали за нами, чтобы пацанам в кузов передать пачку сигарет.

Чуть-чуть не получилось…

47

ТАГИЛ

"Там, за седьмой горой, там, за недоброй тучей..."
(Б.Окуджава)

Наконец-то я вернулся из славного города Нижнего Тагила, где прожил 22 счастливых дня и с уверенностью могу сказать, что город мне очень понравился за исключением пары пустяков.
Понравился лютый заводской гудок, который в 6.00 поднимает любого неглубоко зарытого мертвого. Очень удобно, кстати, с одной стороны - на смену не проспишь, а с другой – даже если ты и не работаешь на заводе, все равно подскочишь и с приятным чувством, что этот гудок ищет не тебя, опять бухнешься досыпать.
Порадовали тагильские автомобилисты, которые медленному толстяку на пешеходном переходе не дадут ни единого шанса на жизнь, просто какая-то Спарта, естественный отбор - это всех заставляет быть спортивными и поджарыми. Поначалу нам было трудно, но потом втянулись и насобачились перебегать дорогу как матерая снайперская пара морских котиков:
- Объект?
- Камаз.
- Дальность?
- 300 метров
- Скорость?
- 112 км/ч
- Многовато. Боковой ветер?
- 5 м/с
- Слушай мою команду: - между Камазом и Приорой бегом марш!

Вот так, несмотря на опыт и мастерство тагильских водителей, нам без потерь в личном составе удалось вернуться домой.
Еще в Тагиле очень удобно обозначены места культурного досуга граждан.
Вот, скажем, если вы впервые оказались в Москве, вам очень трудно будет определить – где тут филармония, а где вообще музей?
В Тагиле же все просто – идете по улице и все, все, все: компьютерные клубы, рестораны, кинотеатры и прочие биллиардные, обозначены лужицами свежей крови на белом снегу. Выглядит нарядно и видно издалека, мимо не пройдешь.
Так же порадовали сами горожане.
Когда снимаешь на улице при диком морозе, каждый прохожий не поленится, остановится, встанет грудью перед объективом камеры и непременно пошутит. От этих шуток нам становилось чуточку теплее на душе:
- Э, а че вы тут снимаете?
- Кино
- Кино?
Потом шутник крепко задумывался, но рано или поздно выдавал одну и ту же шутку: - Кино, вино и домино!? Ахахахахах!!!
Того, кто эту фразу выдавал почти без паузы, мы между собой уважительно называли Жванецким, правда, таких было совсем не много.
Вообще люди в Тагиле очень своеобразны и иметь с ними дело одно удовольствие. Они как бы изначально находятся на взводе и что бы ты у них не спросил, пружина лопается и человек сразу переходит к агрессии. Эдакие ходячие тротиловые шашки с уже подожженными бикфордовыми шнурами. И не важно - мужчина это или женщина. Такое впечатление, что до твоего появления здесь уже побывал твой брат близнец и успел смертельно переругаться со всем городом, а ты после всего приперся тут такой весь расслабленный и с ехидной улыбочкой спрашиваешь: - «Скажите пожалуйста, как пройти на улицу Чайковского?»
Согласитесь, за такой вопрос не грех и по морде схлопотать.
А вообще, люди в Тагиле душевны и незамысловаты, в игрушечном магазине, например, мы долго смеялись, когда сквозь нас, не сбавляя шаг, протискивались разные люди: от малолетних гопников, до солидных пятидесятилетних дам и все они пробивали себе дорогу руками и словами: - «Подвинься-ка» «Дай пройти» или даже «А ну я, блядь, протиснусь».
Любой местный собеседник после небольшой раскачки о погоде и хоккее, всегда задаст вам два сакраментальных вопроса: «Сколько стоит ваша московская квартира?» и «Почему вы ее не продадите и на эти деньги не купите пять квартир в Тагиле?»
Второй вопрос особенно ставил в тупик…
В первый же день нашей фольклорной экспедиции, из-за незнания местных обычаев, со мной в супермаркете случился маленький конфуз.
Я подошел к свободной кассе, положил на ленту свои: молоко, булочки и колбасу, полез за кошельком и вдруг напоролся на удивленный взгляд кассирши.
После некоторой паузы она, наконец, раздраженно сказала:
- Мужчина, вы будете это покупать, или пока раздумываете?
Я очень удивился такому вопросу, но виду почти не подал и ответил:
- Ну, раз я все это принес к вашей кассе, а в руке у меня деньги, то, конечно же буду, почему нет?
- Ну, так покупайте быстрее и идите уже, чего людям голову морочить!?
- Так я вроде и покупаю… Что не так?

…За мной постепенно образовалась очередь, которая подтвердила слова кассирши:
- Мужик, если ты не покупаешь, то отвали, пропусти людей…
Хоть не сразу, но в конце концов, я все же понял – почему не был похож на добросовестного тагильского приобретателя. Дело в том, что свои продукты я выгрузил в метре от кассирши, на конвейерную ленту, а эта лента у них сроду не работала. Кто бы мог подумать?
В результате, вместо рутинного похода в магазин, я поимел целое приключение.

Но не бывает плюсов без минусов и теперь о паре пустяков, которые мне не особо понравились в Тагиле. Первый пустяк - это воздух, которым вполне можно травить тараканов, или бальзамировать Ленина.
Тем кто никогда не бывал в Тагиле, но хочет почувствовать его незабываемый аромат, я дам маленький совет: зайдите в свою комнату, плотно закройте все окна и двери, подожгите капроновое ведро, дайте ему как следует разгореться, а затем быстро потушите этот костер мочой. Запах будет один к одному.
Вода мне понравилась еще меньше. Такое впечатление что краны нижних этажей соединены с унитазами верхних. Эту воду не то что пить нельзя, она даже для протирки светлого паркета не особо подходит. Приходилось принимать душ только покупной водой и только не местного разлива. Может это и барство, но мыться водой, которой уже мылись соседи сверху – это как-то…
Хотя, справедливости ради, можно предположить, что вода и воздух нужен только нам, приезжим, возможно, настоящие тагильчане не пьют, не дышат и не пачкаются.

Но все это мелочи и придирки, а вообще-то мне очень понравился Нижний Тагил и особенно тем, что я не живу в нем, и если Бог будет и дальше милостив ко мне, не буду жить никогда…

48

Работаю вахтовым методом в районах крайнего севера в одной известной нефтяной компании,народ там в основном творческий,вот первая история о наблюдательности.
На одном нефтяном промысле в службе КИП работали три человека. Два старых зубра по пятьдесят лет работали в ночь, а в день работал молодой пацан 24 лет назовем его Тихон, худощавой наружности и добродушного характера , стремительный и жизнерадостный. Летом на наших промыслах грязь не сусветная, потому все ходят в резиновых сапогах. Поэтому берётся двухсотлитровая бочка , не важно пластиковая или жестяная .Она (бочка) отрезается снизу сантиметров 30-40 и получается как будто тазик,у нас их кличут полубочками , (хотя это наверное четвертьбочки), далее этот таз устанавливается возле входа во все помещения и балки , в него наливается вода и каждый желающий войти в помещение предварительно ставит одну ногу в эту импровизированную мойку , полоскает сапог, потм вторую ногу аналогично, и заходит дабы грязь не заносить. Так вот Тихон всегда летел к этому корыту с разбега, потом подпрыгивал и ДВУМЯ ногами с брызгами попадал в центр потом с ритуальными возгласами несколько раз подпрыгивал в воде , а затем одним прыжком покидал этод сосуд.Старшие коллеги и товарищи эту особенность за Тихоном подглядели, и вот что было:
Ночью во время своей смены они убрали полубочку, взяли целую бочку отрезали у неё только самый верх и закопали её в землю ,так что бы она выглядела как полубочка. Налили воды....
Утро. Тихон почистил клыки , вышел на улицу потянулся поглядел на суровое северное небо, весело разбежался и прыгнул в эту бочку ..... провалившись по подмышки в воду и утопив мобилу.
В это время два его коллеги с оловянными мозгами,стояли у окна с сигаретами в зубах и наблюдали эту чудную картину.Глаза тихона в момент провала были как у средней собаки из сказки Огниво ,в два блюдца.
Вобщем ради двух секунд удовольствия парни всю ночь лопатами копали мерзлую землю.
PS:ржали все неделю , пока новая история не случилась.

49

Новый русский выбросился из окна своего офиса на 25 этаже, милиция допрашивает его красивенькую секретаршу, известна ли ей причина самоубийства ее босса.
- Откуда же мне знать? Мы ведь даже не были близки! Хотя мне очень его жаль: за два месяца он дважды повышал мне зарплату, подарил бриллиантовое колье, норковую шубу, а вчера - перстень с изумрудами и сказал, что хочет меня. А я ответила: раз он так ко мне щедр, то и я возьму с него только 10 долларов, хотя все в нашем офисе платят мне по 20. После этого он и выбросился из окна...

50

Ванька с сыном мужики насквозь обстоятельные. Все с толком, с чувством, с расстановкой. Не спеша, выверено и поступательно до самого, самого результата. Семь раз отмерь, один отрежь, короче, два воплощения. Ванькина жена их бобрами зовет. Очень повадками напоминают, когда вместе чего-нибудь делают. Да и внешне.

Не, шерсти нету, хвост отсутствует, зубы человеческие: вот вроде ни одного признака, а похожесть неуловимая так сильна, что сразу видно – вот идет бобер хатку строить.

И эти бобры Ванькиному сыну машину купили. Выбирали, цена там, комплектация, где дешевле, где лучше, чтоб во всем баланс и все прекрасно. Место в строящейся автостоянке купили заранее. Потому что по одному мнению на обоих мужиков машина на улице не должна стоять. Она там проезду других автомобилей мешает и стоять должна в строго отведенном именно для нее месте.

Машину они недорогую, но лучшую выбрали, что можно за такие деньги купить. Всего лучшего на всех не хватает поэтому машина, естественно, на заказ. Они и это в расчетах учли и договор на поставку автомобиля подписали ровно за три месяца до ввода в строй автостоянки. Чтоб ни дня не ждать, а прям из салона в собственный гаражный бокс въехать, немного покатавшись. Но не срослось.

Не у них, как понимаете, а у строителей. Стоянка опоздала. Так они гараж арендовали временно, но тоже заранее. За три дня, до прихода автомобиля. В гаражном кооперативе напротив дома. Кооператив гаражный настолько близко к дому, что никаким нормативам не соответствовал. Его бы и снесли, но он там еще до строительства дома стоял. Хотя это не главное. Просто у кого-то в этом кооперативе лапа была. Поэтому и не снесли. Так что нашим бобрам повезло просто. Ряды этих кооперативных гаражей прям из окна видать.

И вот приехали наши друзья машину в гараж ставить. По городу прокатились, за шампанским заехали чтоб обмыть.

За детским. Оба непьющие ведь. И не курящие. Они по утру бегают вместе. Спортсмены. И вот открывают эти спортсмены обледенелый, дело-то зимой было сразу после ледяного дождя, замок гаражного бокса. Ванька открывает, а сын смотрит, чем отцу помочь. И тут сверху вежливо так: «Гав!». Вежливо, но громко. И даже «гав-гав», чтоб поверили. Они оба синхронно от гаража отпрыгнули и вверх на крышу посмотрели. А там щенок. Молодой, но не маленький уже. Ухо черное, хвост черный, а сам грязный хотя и белый. Дрожит всем телом. Холодно ему на крыше, ветер там, но весело. Потому что он сильно радуется, что людей нашел. Хвостом виляет прям от головы. И пригавкивает так, повизгивая.

- Да, - говорит Ванька сыну, - сам не слезет. Метра три с половиной крыша высотой. Кто-то, видать, в шутку его туда закинул и забыл. Снимать надо, замерзнет собака насмерть.

- Не, батя, - возражает Ваньке сын, - не будет тут три с половиной. Три тридцать максимум. Три с половиной – это лестница нужна, не короче. Я тут видел такую третьего дня, когда гараж смотрели. Пойду принесу, а ты за псом посмотри. Крыша-то вон какая длинная, убежит, ищи его потом.

Возразил и ушел лестницу искать. А Ванька остался за собакой следить. Точнее не следить. Следить за процессом не имея возможности повернуть его в нужную сторону – не в Ванькином характере. Процесс надо в зародыше прекратить. Поэтому Ванька достал из пакета одну отбивную из австралийской мраморной говядины отрезал, швейцарский многоцелевой нож у него всегда в кармане лежит, от нее небольшой кусок и кинул собаке.

Лично Ванька от такой отбивной с кровью, никогда бы не ушел, пока она не кончилась. Щенок и не ушел. Хотя отбивная быстро кончилось. Ванька уж и вторую из трех купленных хотел достать, как сын лестницу притащил.

Металлическую. Со скользкими, обледенелыми ступеньками. Посовещавшись мужики решили, что лезть надо Ваньке. У него каблуки на ботинках. Если правильно ногу ставить, не соскользнет.

Сын лестницу держит, а Ванька лезет кое-как. Долез, сграбастал совершенно несопротивляющуюся собаку и вниз полез. С трудом. Руки-то собакой заняты. И не просто собакой, а подвижными, вертящими хвостом и языком, двадцатью килограммами веселого щенка с черным ухом.

Слез Ванька весь облизанный, пса на землю поставил, вздохнул с облегчением от хорошо проделанной работы, достал чистый носовой платок и стал стирать с лица собачьи слюни. А собаку только они и видели. Вжик, и нету собаки. А что спасибо не сказала, - так собаки вообще по-человечьи не разговаривают.

Сын лестницу отнес, где брал и они опять стали замок открывать. И только начали, как сверху вежливо так: «Гав!». Вежливо, но громко. И даже «гав-гав», чтоб поверили. Они опять оба синхронно от гаража отпрыгнули и вверх на крышу посмотрели. А там еще один щенок. Похожий на первого. Тоже хвост черный, сам грязный и ухо черное. Только у первого левое черное, а у этого правое. Вроде бы.

- Это они потому так похожи, что из одного помета щенки, - со знанием дела сказал Ванька сыну, - иди за лестницей, этот тоже замерзнет, если не снять. А я прикормлю, чтоб не убежал. Гоняйся потом за ним. Тут целый лабиринт из крыш. У нас из окна их все видно.

- Сразу видно, что из одного помета, - согласился с Ванькой сын и пошел за лестницей. А Ванька достал из пакета вторую отбивную из австралийской мраморной говядины и отрезал щенку небольшой кусок. Собака радостно зачавкала.

- Пап, ты щенка наоборот бери. Хвостом кверху, - сказал сын, когда лестница встала на прежнее место, - А то опять всего оближет.

- Правильно, я тоже так думаю, - согласился долезший до пса Ванька, - хвостом в верх надо. Так у него обслюнявить не получится.

У него и не получилось. Вися практически вниз головой в Ванькиных руках щенок его облизать не смог, как не хотел. Но хвостом от этого вилять не перестал и вытер его об Ванькину физиономию.

Ванька поставил пса на землю, опять вздохнул и принялся вытирать лицо чистой стороной уже не совсем чистого носового платка.

- Смотри, как чешет-то, - сын посмотрел вслед убегающей собаке, - только пятки сверкают. Намерзся там на крыше, греется. Пойду-ка лестницу на место отнесу.

И отнес. А когда вернулся они стали открывать замок гаража. Ну вы поняли, да? И тут сверху вежливо так: «Гав!». И даже «гав-гав-гав», чтоб поверили. И уже как бы с насмешкой в голосе. Опять щенок на крыше. Третий уже. С черным хвостом и ухом. Но у этого на втором ухе тоже черная отметина есть. А у первых двух не было. Вроде бы.

Сын за лестницей, конечно, пошел. Собаку-то спасать все равно надо. Замерзнет на крыше, а сама не спрыгнет. Хоть три пятьдесят, хоть три двадцать, а все равно высоко для собаки. Сын пошел, а Ванька третью отбивную скормил. Последнюю. Из мраморной австралийской говядины. По кусочку, по кусочку и кончилась.

Сын с лестницей вернулся и говорит:

- Пап, а давай сначала машину в гараж поставим, а потом собаку снимем. Кто ж знает, сколько там собак еще осталось. Мы так до ночи можем дверь в гараж не открыть. А так сначала дело, за чем пришли, сделаем, а потом собак сколько угодно спасем. Типа для удовольствия уже. А щенок никуда теперь не денется. Ты ж его прикормил.

- Правильно, сын, - согласился Ванька, - машину в гараж поставим, собаку снимем и пойдем найдем тех уродов, что над животными изгаляются. Ну ладно бы одного щенка на крышу закинули, а то трех сразу. Это ж многократное издевательство уже.

Они поставили машину в гараж, сняли с крыши изрядно промерзшего пса и пошли к выходу из гаражного кооператива. По дороге они поставили лестницу туда откуда взяли.

- Что-то вы долго возились, не иначе замок обледенел, а ВэДешки не было, - приветствовал их охранник автостоянки, - я ж вам сказал на въезде, есть у меня ВэДешка, приходите если что.

- Замок мы сразу открыли, я туда еще третьего дня специальной смазки залил, - ответил Ванька сторожу, - мы там собак с крыши снимали. Какая-то сволочь трех щенков на крышу закинула. Не знаешь кто?

- Этих что ли собак-то? – охранник махнул рукой в сторону гаражей. На крыше ближайшего к будке охраны гаража стоял щенок с черным хвостом и ухом, - так это Бим. Он у нас один по крышам гуляет. Еду выпрашивает. Народ первое время пугался, потом снимать его лазили, даже лестницу откуда-то притащили для этого, потом привыкли. А вас чего хозяин гаража не предупредил что ли? Вон у меня за будкой лестница по которой он туда лазит.

- Эй, Бим, - крикнул сторож собаке, - иди жрать, паразит, тебе вон косточек принесли.

- Не идет что-то, странное дело, - добавил он после паузы, - обычно сразу несется, как про кости слышит.

- Да он у вас сытый, наверное, - коротко сказал Ванька, но вдаваться в австралийско-мраморные подробности не стал.

С тех пор сын у Ваньки уже и машину поменял, и стоянка у них своя достроилась. Но одно из их окон по-прежнему выходит на тот гаражный кооператив. И иногда. Изредка. Выглянув из этого окна можно увидеть, как какой-нибудь сердобольный человек прислоняет к стене гаража ту самую лестницу, лезет на крышу и с огромным трудом стаскивает наземь большую старую собаку с черным ухом. Собака виляет хвостом и совершенно не сопротивляется. А остальное время пес шляется по крыше и чего-то ждет.