Результатов: 11

1

Это было на самом деле.

Детский сад

Жил-был мальчик Вова. Ходил в детский сад.
В детском саду был живой уголок с морскими свинками. Свинки нравились ребёнку.
Они пушистые и мягкие.
Был там и другой мальчик – Олег. Он любил выдёргивать свинкам усы. Ему нравилось, что им больно.
По утрам мамы и папы приводили детей. Каждый ребёнок находил занятие по себе.
Дети разбирали игрушки, рисовали, играли в разные игры.
Олег приходил в садик так же, как и все. Но он радовался не игрушкам. Он искал себе жертву.
Ему нравилось подбежать и пнуть кого-нибудь. Ещё неплохо было кинуть камнем или толкнуть. Дети забавно падали и плакали. А если никто не плакал – день прошёл зря.
Олег обижал Вову. Потому, что Вова не мог ударить человека. Не умел. Он был психологически не готов. Поэтому Олег его бил, т.к. сам был очень даже готов.

Школьные годы.

Прошло десять лет. Тренер научил Вову бить людей. Вова занимался боксом.
Летом, после 9-ого класса многие местные подростки подрабатывали на фабрике.
За это платили небольшие деньги.
Вова пошёл работать и Олег тоже. Они встретились. Но Олег Вову не узнал.
А Вова сразу его узнал и понимал, что сейчас произойдёт.
Олег опять искал себе жертву. Нашёл, но выбор оказался неудачный. Жертва с большим желанием била Олега в лицо. Причём много и сильно. Финальный удар сопровождался фразой – “Это тебе за свинок!”
“За каких таких - свинок?” –не понял агрессор.
Пришлось объяснить. “Ох ты и злопамятный” – выдавил из себя Олег. Он лежал на земле с разбитым лицом.

Рэкет.

Вова пошёл в мелкий бизнес. Торговля мясопродуктами в небольшом объёме.
А Олег работал с молодёжью. У него была своя бригада. Они вымогали деньги.
В те времена приходили почти ко всем. Пришли и к Вове. Так получилось, что пришёл именно Олег. Он сделал вид, что не узнал Вову и предложил заплатить “за крышу”.
В милиции Вове выдали опечатанный диктофон. Оказывается, если ты просто кого-то запишешь на свой диктофон, то это не есть вещдок. Надо опечатать официально, в ментовке.
Олег пришёл ещё. Вова долго морочил ему голову. Делал вид, что не хочет платить, но боится.
Пока шла беседа, “группа поддержки” неторопливо подкреплялась мясными деликатесами. Хозяевам жизни можно.
В конечном итоге, Олег наговорил на диктофон угрозы жизни и здоровью. Вова обрадовался и обещал заплатить.

Менты. Всё как в кино.

Деньги пометили и дали потерпевшему.
В день передачи денег оба очень волновались. Вова был в костюме и при галстуке. А Олег в своей обычной бандитской одежде.
Вова пришёл не один, а с ментами. Они сидели в машинах. В обычных жигулях, а не в ментовском УАЗике.
И Олег пришёл не один, а со своими бандюками. Бандюки тоже сидели в машинах и тоже пока не в ментовском УАЗике.
Галстук был не просто так. Надо было поправить галстук в момент передачи денег.
Момент настал. Вова отдал деньги и поправил галстук.

Менты. Всё не как в кино.

Били сильно. Никого не жалели. Особенно запомнилось, как громко кричал толстожопый бандит.
Его вытащили из машины через открытое окно. Плечи пролезли, а жопа застряла. Менты пытались помочь – били дубинками, чтобы жопа быстрей пролезла. А жопа всё равно не пролезала. Менты сердились и снова били его за это.
В банде был “электрик”. Пришёл с электрошокером. Менты развлекались, испытывая на парне мощность заряда. Оказалось, что заряд мощный.
Братва попыталась сберечь почки и не ссать потом кровью. Поэтому наплевали на воровскую честь и валили всё друг на друга. Почки не сберегли. Менты вызывали их в кабинет по очереди. Очередь сидела под охраной в длинном коридоре.

Даже не знаю как озаглавить.

Но нашёлся отважный пацан. Он сказал – “Я ничего не скажу!” Ему было 16 лет и он с ненавистью смотрел на волков позорных. Будущего вора в законе не сломить. Такие своих не сдают. На зоне он в будет авторитете.
“Пионер-герой!” –обрадовались менты. “Какой молоденький! Какая попка классная! Серёга любит таких трахать! Серёга!!!”
С пацана стянули штаны, пристегнули наручниками, чтоб не мог шевелиться. Зашёл огромный мент Серёга. Он поблагодарил коллег за неожиданный подарок, приветливо улыбнулся мальчику, сделал комплимент его попке и начал расстёгивать ширинку.
Мальчишка орал на весь райотдел, громко звал на помощь, плакал навзрыд. А в коридоре было тихо. На помощь никто не рвался. Все застыли на месте. Настроение было не очень. Можно сказать, что вообще никакого настроения не было. В глаза друг другу старались не смотреть. Потом все чисто и сердечно признались. И во всём раскаялись.
Пацанёнка никто не трахал конечно. Просто напугали. Даже били меньше чем других.
Потерпевший испытывал смешанные чувства. Он себе всё как-то по-другому представлял. В Советском кино про участкового Анискина ничего такого не показывали.

Торжество закона.

Олег пошёл на посадку. Остальных отпустили. Не знаю почему. Может просто пожалели. Молодняк всё-таки. Будущие строители капитализма.
Или потому, что они не изливали душу диктофону. Не знаю.

Не хочется умирать.

Они вернулись без Олега. Тот сидел в ожидании суда.
Зашли в мясной цех. Бежать Вове было некуда и поэтому было очень страшно. Хотелось просто ещё чуть-чуть пожить. Оказалось, что деньги и принципы –это очень ничтожные понятия.
Топор для рубки мяса мог помочь умереть мужчиной в битве с врагами. Но это не утешало.
Бандюки приблизились. Один из них посмотрел Вове в глаза. “Вот и всё. Конец”- успел подумать Вова.
“Владимир Николаевич, мы у Вас, в прошлый раз ели бесплатно. Возьмите пожалуйста деньги за еду.”
“Спасибо” –выдохнул Вова.

2

Лучик света

Всем известна притча, гласящая о том, что как ты относишься к миру, так и мир относится к тебе. Такая приятная успокоительная ерунда о позитивном мышлении. Но реальность немного другая. Ей нет дела до того, как ты к ней относишься. Ей вообще нет до нас дела. Милые и приятные люди умирают во цвете лет от рака или их убивают в подворотне, а злобные и тупые ублюдки живут до старости, портя жизнь окружающим, и умирают своей смертью. Это не очень-то справедливо, но изменить данность мы не можем, но можем другое.

Мы можем сделать маленький мирок, окружающий лично нас, лучше для тех, кто с нами рядом. Просто делать всё как надо и до конца. Плохо оно само получается, тут стараться не нужно.
Не надо делать как можно лучше, лишь как надо. Но всё, что зависит от тебя, ты сделать обязан по максимуму. Сделать свою работу как надо, защитить тех, кого можешь защитить, позаботиться о тех, о ком можешь, но не так, чтобы тебе самому и твоей семье было нечего есть. Не надо пинать ближних и жалеть слонов с далёкой Суматры, как поётся в песне.

Невозможно бороться со злом и несправедливостью во всём мире, а вот рядом с собой можно и нужно. Тогда её станет гораздо меньше и в мире тоже. Мы всё-таки уверены, что хороших людей больше вокруг нас, только вот они ленивые какие-то что ли...Просто гадости не делают осознанно, поэтому и считаются хорошими.

Не могли мамы и папы в детстве говорить нам: как же мы хотим сыночка\доченька, чтобы ты стал бездушным чиновником или продажным ментом, бессердечной стервой или злобным садистом, равнодушным врачом или не любящим детей учителем. Они абсолютно точно хотели от нас другого. Не думаю, чтобы они верили в то, что мы станем гениями поголовно, но мечтали, чтобы мы делали то, что хотим делать хорошо и были при этом счастливы. И не портили другим жизнь потому, что можем её испортить.
Наверное, наши родители вполне могли себе представлять, как мы делаем лучше не только свою жизнь, но и помогаем кому-то. Просто потому, что можем помочь.
Бороться стоит с равными себе, тогда и результат будет лучше и стабильнее. Маленький большого может победить только в сказке или по случайности. Маленький лучик света победит маленькое тёмное пятно, много звёзд делают чёрное небо уже не таким чёрным, а потом может и солнце появиться.

Не надо быть героем, не надо умирать или страдать во имя чего-то, разве что это единственный выход из ситуации. Надо быть героем своего двора, не больше и не меньше. Тогда твой двор и твоя песочница для твоих детей станут тоже тем, что стоит защищать и беречь. И в соседнем дворе будут такие же, как ты. Как-то так и должно наладиться вокруг, если смотреть не в далёкие дали, а себе под ноги.

3

Лучик света

Всем известна притча, гласящая о том, что как ты относишься к миру, так и мир относится к тебе. Такая приятная успокоительная ерунда о позитивном мышлении. Но реальность немного другая. Ей нет дела до того, как ты к ней относишься. Ей вообще нет до нас дела. Милые и приятные люди умирают во цвете лет от рака или их убивают в подворотне, а злобные и тупые ублюдки живут до старости, портя жизнь окружающим, и умирают своей смертью. Это не очень-то справедливо, но изменить данность мы не можем, но можем другое.

Мы можем сделать маленький мирок, окружающий лично нас, лучше для тех, кто с нами рядом. Просто делать всё как надо и до конца. Плохо оно само получается, тут стараться не нужно.
Не надо делать как можно лучше, лишь как надо. Но всё, что зависит от тебя, ты сделать обязан по максимуму. Сделать свою работу как надо, защитить тех, кого можешь защитить, позаботиться о тех, о ком можешь, но не так, чтобы тебе самому и твоей семье было нечего есть. Не надо пинать ближних и жалеть слонов с далёкой Суматры, как поётся в песне.

Невозможно бороться со злом и несправедливостью во всём мире, а вот рядом с собой можно и нужно. Тогда её станет гораздо меньше и в мире тоже. Мы всё-таки уверены, что хороших людей больше вокруг нас, только вот они ленивые какие-то что ли...Просто гадости не делают осознанно, поэтому и считаются хорошими.

Не могли мамы и папы в детстве говорить нам: как же мы хотим сыночка\доченька, чтобы ты стал бездушным чиновником или продажным ментом, бессердечной стервой или злобным садистом, равнодушным врачом или не любящим детей учителем. Они абсолютно точно хотели от нас другого. Не думаю, чтобы они верили в то, что мы станем гениями поголовно, но мечтали, чтобы мы делали то, что хотим делать хорошо и были при этом счастливы. И не портили другим жизнь потому, что можем её испортить.
Наверное, наши родители вполне могли себе представлять, как мы делаем лучше не только свою жизнь, но и помогаем кому-то. Просто потому, что можем помочь.
Бороться стоит с равными себе, тогда и результат будет лучше и стабильнее. Маленький большого может победить только в сказке или по случайности. Маленький лучик света победит маленькое тёмное пятно, много звёзд делают чёрное небо уже не таким чёрным, а потом может и солнце появиться.

Не надо быть героем, не надо умирать или страдать во имя чего-то, разве что это единственный выход из ситуации. Надо быть героем своего двора, не больше и не меньше. Тогда твой двор и твоя песочница для твоих детей станут тоже тем, что стоит защищать и беречь. И в соседнем дворе будут такие же, как ты. Как-то так и должно наладиться вокруг, если смотреть не в далёкие дали, а себе под ноги.

4

ТРИ ВЕКА РУССКОЙ МЕДИЦИНЫ ЕХИДНО СМОТРЯТ НА МЕНЯ

Настигли все три века меня внезапно. В один день, в субботу 13 августа. Проснувшись поутру после пары дней внезапно налетевшего кашля, я понял, что мне пц. Легкие хрипели, как расстрелянная гармошка. Кашель выворачивал наизнанку лентой Мебиуса и даже где-то бутылкой Клейна. Вспомнилась дореволюционная формула - при воспалении легких шансы выжить равны количеству лет, оставшихся больному до 100. То есть у Льва Толстого они были примерно 20%, у меня стал быть 50:50, орел и решка. Это если махнуть рукой и лечиться самому.

Я знаком с современной российской медициной исключительно по анекдотам и 1 профосмотру (диспансеризации? забыл). Поэтому мысли о визите в государственную поликлинику отбросил сразу. Ведь на дворе нормальный капитализм и XXI век. ОК, гугл, частная клиника рядом, флюорография легких? Выбрал, позвонил, записался на прием. Через полчаса был там, на Таганке. Просторно, безупречно, коридор со многими кабинетами. Ресепшн как в банке – больные автоматически вызываются по талонам. На регистратуре скучают три девицы в ослепительно белых халатах. При моем появлении вспыхнули не менее белоснежными улыбками. Все трое занялись именно мною.

Еще по ночным клубам помню - такое быстро начинает означать бабки. Сразу выплыл первый счет, к оплате немедленно, 900 руб. – «за консультацию врача». Позвольте, говорю, мне бы просто флюшку легких сделать. Я тут же перешлю ее знакомому врачу в другом городе и тот мне скажет, что делать дальше. Хм, проще акуле объяснить, что аппетитное тельце пловца должно проплыть мимо ее носа. Регистратура белозубо встала насмерть – высокое право выписать направление на флюшку имеет только Врач. Только Их врач. И только после Консультации.

Хрен с тобой, регистратура, после оплаты попадаю к Врачу. Девица лет 25 простецкой внешности полминуты слушает меня, полминуты – мои легкие, и выписывает новый чек – на 2400. Как выяснилось немного позже, этим непосильным трудом она уже полностью отработала свои первые 900. Гляжу на новый чек и удивляюсь.

– У вас же на сайте флюшка стоит 700?
– Здесь нужен качественный рентген в двух проекциях, по 1000 за снимок. И еще 400 рэ за осмотр!
– Какой осмотр?
– Вас осмотр!
– А разве вы могли сделать консультацию, меня не осмотрев?
– Нет, конечно! Осмотр является частью консультации!
– А, ну тогда эти 400 можете вычеркнуть. За консультацию я уже заплатил.
– Нет, осмотр оплачивается отдельно!

Хрен с тобой, доктор. После оплаты 2400 и проявки снимков возвращаюсь к ней. У докторши теперь сияет уже знакомая по регистратуре фирменная акулья улыбка. Но уровня 2.0: «обнаружена кровоточащая жертва!!!»

- У вас явный и острый случай двустороннего воспаления легких! Возможен летальный исход! Срочно необходимо лечение! Мы вас вылечим за 10 дней! Вам ежедневно нужно будет приезжать на укол антибиотика. Один прием – всего 3500 руб. Плюс анализ мокроты, плюс… (всего наговорила она тыс. на 50, но жизнь, конечно, дороже. В ее диагнозе, впрочем, всё оказалось враньем, кроме ценника) Выписываю счет? Оплата картой или наличными?

- А зачем мне ездить к вам 10 раз по пробкам? Выпишите антибиотик, я сам его буду принимать.

- Нельзя, более эффективно уколами!

- Ну, так я в нашем доме найму медсестру. Антибиотик вы мне, надеюсь, собираетесь колоть аптечный? Не собственного производства? Какая разница, кто его вколет?

Докторша посмотрела на меня довольно злобно.
- Хорошо. Я могу вам выписать курс лечения. Но это будет стоить 5500. И курс этот будет всего на 3 дня. Потому что дальше нужно будет глядеть на реакцию организма.
- Эээ, а уже оплаченная консультация за 900 и осмотр за 400 разве не включают план лечения на 3 дня? Это ведь одна строчка, вам уже понятная – название антибиотика, сколько дней колоть. Неужели, оставив в вашей клинике больше 3 тысяч, я уйду даже без этого?
- Да. Или платите еще 5500.
- Нет уж. Дайте мне пож пленки снимков, и я пойду.
- За пленки вам нужно заплатить по 500 руб. за штуку.
- Так я же за них уже заплатил! По тысяче!
- Вы заплатили за то, что мы их сделали. А не за то, чтобы выдали.

Вспомнились затейливые старинные налоги на дымы, окна, лапти, рога и кол-во к стене мочащихся. Здравый смысл подсказывал, что при таком креативе администрации я тут оставлю стольник минимум. Оплатил распечатку снимков, убрался вон и выбрал «звонок другу». По единодушному совету знакомых вернулся домой, наскоро упаковал вещи и набрал «03». Скорая прибыла почти моментально. Два медбрата хмуро глянули на снимки и увезли меня в XX век. В советскую больницу, какую помню с детства. Скудная еда «умри, но не сегодня». Слава богу, я запасся по старой памяти чашкой, ложкой, вилкой, полотенцем, мылом, снедью и так далее. Потому что ровно ничего из этого тут нет. Единственной новинкой демократического развития нашей страны за последние 25 лет стало Явление Туалетной Бумаги. Она оказалась! Впрочем, только ловушкой. Достаточно мне было привыкнуть ходить в туалет без своей бумаги, как она закончилась. На третий день. Обшарпано и сломано все, что можно сломать и обшарпать.

Знакомое, давно забытое милое хамство медперсонала. Сижу в коридорчике, играю в «Цивилизацию» своей юности и счастлив. Из душевой напротив высовывается мордочка колоритного новичка – кудряв весь. Шевелюра, бороденка, грудь, ноги – все в мелкой закудрени. У него только жопа голая, как у павиана (знаю по уколам). Смышленые глазки. Тихо зовет медсестру, что-то шепчет ей на ухо. Она всплескивает руками и грохает на весь коридор:
- Обосрался? Смена есть? Нет?! Где ж я тебе мужское-то найду? Ничего, походишь в женских кальсонах. Где ж еще сможешь так подефилировать!
- Во-первых, извольте мне не тыкать! Я доктор наук!
- А во-вторых, ищите себе одежду сами! Асталависта! Голым ходить запрещаю! (оскорбленно удаляется - доктор наук прячется в душевой)

Через 10 мин – доктор наук непринужденно разгуливает по коридору, завернутый в простыню. Но КАК завернутый! Я такие величественные складки только на монументах видел. Самодельная туника необыкновенно идет к его всекудрявой внешности. Медсестра выходит и охает: «Бля, Пифагор!!! Девки, бегите смотреть!!! Архимед на х.й! Ой не могу...»

Отчего же я здесь? А умножьте получаемые мною уколы антибиотика (штук 6 в день), ежедневный осмотр врача, массаж, электрофарез, какая-то магнитная процедура, какие-то таблетки и еще чертова туча всякой медицинской деятельности – на ценник XXI века в упомянутой ранее коммерческой клинике. Которая класть меня в больницу вообще не собиралась, за ее отсутствием. Сколько стоит это мое нормальное больничное лечение в частных ценниках, живо помню американское и корейское, вздумать страшно. И потому, чтобы спасти жизнь, я предпочитаю оставаться в порепанном, но советском веке XX. До сих пор не заплатил ни гроша. Даже за ежедневный массаж очаровательной девушкой Ингой. Куплю ей торт, не должно быть прекрасное бесплатным.

Я очень плохо соображал в первые дни, где вообще оказался. Выздоравливая, начал замечать странное. Палата наша с высокими потолками, толстенной стеной и широченным подоконником, на котором можно спать и без кровати. Из внутренней стены выпирает могучая каминная труба. Все три измерения комнаты как-то очень гармоничны. Не умел СССР так делать – чтобы жить было уютно. И больно чудно медсестры застилают кровати после убытия очередного вылеченного. Подушка острым углом вверх, а одеяла сложены так, будто мимо проходил и посоветовал Слава Зайцев. Или Хуго Босс. Из ничего, а эффектно.

Выйдя на второй день наружу, я зажмурился от солнца и обнаружил нашу больницу утопающей в зелени. Окруженной цветниками и фонтанами. Полукруглой башней с куполом оказалось то, что изнутри выглядело просто незаметной закрытой дверью. Анфилада трехэтажных корпусов, выстроенных в классическом стиле. В центре - церковь. Это оказался наш

XIX векъ. На стенах корпусов я разглядел старинные фотографии – в центре доктора с лихо закрученными усами до ушей, вокруг медсестры. С совсем иными лицами, чем я привык видеть. Терпеливая делегация архангелов на нашей несчастной планете. Знаете, и умирать, и выздоравливать рядом с такими – это неоценимое качество жизни, ныне утраченное. Больше таких медсестер не делают. Галерея фоток длинная, я меж ними хожу лечусь - при таких взорах со стен хочется втянуть живот, расправить плечи и глядеть орлом, но без наглости.

Позабавила висящая на стенке титульная страница отчета больницы за 1900 год. Перед надписью «ОТЧЕТ» стоит маааленькая преамбула, от которой любой ревизор закается придираться к самому отчету:

АЛЕКСАНДРОВКАЯ ОБЩИНА СЕСТЕРЪ МИЛОСЕРДIЯ
«УТОЛИ МОЯ ПЕЧАЛИ»
состоящая подъ непосредственнымъ высочайшимъ Его Императорскаго Величества ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА покровительствомъ
ОТЧЕТ

Догадываюсь, что до революции эту больницу отчетностью напрягали меньше, чем сейчас :) Это ЦКБ №29. Имени почему-то Баумана. Здесь я провел несколько трудных, но счастливых дней своей жизни. Выкарабкаться мне помогли остатки XIX и XX веков нашей медицины. Доверился бы коммерческому XXI-му, мало бы оставил вдове на похороны.

5

Папа - это первый в моей жизни мужчина, которого я поздравила с 23 февраля. В общем-то, я в три года вообще не понимала что это за праздник и зачем поздравлять папу, но, как и все детсадовцы, лепила из пластилина пушку, похожую вот вообще не на пушку, но в то время я таких плохих слов и не знала ещё, и вырезала из бархатной цветной бумаги танк со звездой. Вся вот эта неприлично-пластилиново-бумажная инсталляция задаривалась папе, а папа очень ржал и радовался. Между прочим, у папы, как я недавно узнала, есть коробочка, в которой лежат вот наши с сестрой аппликации и прочие новогодние открытки, в которых я совершенно искренне желала 28-летнему папе здоровья и просила не умирать от старости, потому что я его очень люблю.
Папа меня тоже любил. И всячески развлекал. Ну, как умел – так и развлекал. Когда мне было 4 года, а мама лежала в роддоме с моей младшей сестрой – неделю я оставалась с папой. У которого были чёткие инструкции по уходу за четырёхлетней девочкой. Мама их расписала на шесть страниц мелким почерком, а папа тут же этот талмуд потерял. Поэтому за эту неделю я научилась просыпаться по свистку и крику "Рота, подъём! Команда газы дана для всех!", одеваться за 45 секунд, завязывать шнурки, маршировать по квартире строем, зашивать свои колготки и громко и трагично петь с папой песню про «Лошади умеют тоже плавать». На ночь, вместо положенных мне сказок про колобка, папа с выражением читал мне гоголевского Вия. Потому что я уже взрослый человек, и на кой мне тот колобок? Надо читать классиков. Когда моя мама вернулась из роддома и увидела седого ребенка в коряво заштопанных колготках, но зато в намертво завязанных на три узла шнурках - папу я потом не видела два дня. То есть, он как бы в квартире где-то был, но из комнаты не выходил, потому что при каждом шорохе мама шёпотом, чтобы не разбудить младенчика, орала: Не попадайся мне на глаза, я тебя убью!
Через год папа вновь чудом отскочил от смерти. Мама попросила его просверлить на кухне дырку в стене, чтобы повесить туда крючок для полотенца. Папа просверлил. Но стена была гипсокартонная, даже не стена, а перегородка между кухней и туалетом, и дыра поэтому получилась вполне приличная. Внезапно прям. Мама обозвала папу рукожопом, папа возмутился и сказал что натырит на работе цемента и заделает эту дыру, чо ты орёшь-то? Ничего – ответила мама, разделывая курицу. Рукожоп ты, вот и всё.
Я в это время задумчиво сидела на унитазе, и думала о вечном. Дыра в стене меня совершенно не беспокоила. До тех пор, пока папа не додумался взять куриную лапу, страшную, жёлтую и когтистую, и не просунул её в дыру. И не подёргал за сухожилие, чтоб та лапа начала шевелить страшными пальцами. И не сказал: А это кто сейчас Лиду за жопу схватит?
...Мама била папу курицей, и кричала, чтоб он сейчас же звонил в профсоюз и просил срочно путёвку в санаторий на грязи, сломанные руки-ноги лечить. А я потом куриц боялась ещё лет десять. И туалетов. Поэтому я вот не знаю зачем все остальные бабы по двое в туалет ходят, а я хожу с подружками, потому что боюсь что меня там жёлтая рука за жопу схватит.
Кому-то может показаться, что мой папа мою маму недолюбливал. Но это не так. Хорошо помню Новый 1985-й Год, когда к нам пришли в гости мамины друзья, а после двенадцати мы всей толпой вывалили на улицу. У нас было трое санок, три мужика, трое их жён, и одна пятилетняя я. Безусловно, развлечение было придумано тут же: а давайте своих баб на санках катать наперегонки. Мужики сравнили свои бицухи и толщину жён, и поняли, что все они примерно в одинаковых условиях: и мой худой папа, у которого в санках худая мама и тощая дочка, и здоровенный мясник дядя Володя со стокилограммовой женой тётей Галей, и даже дядя Женя, чья жена тётя Нина была гимнасткой и весила всего 38 кг, но зато у дяди Жени рука была в гипсе. Это он накануне со стремянки свалился, когда ёлку наряжал. По папиному крику: на старт, внимание, марш! – три белых коня сорвались в галоп, и папа уверенно лидировал. Только потому, что на повороте санки перевернулись, мы с мамой вывалились в сугроб, а папа этого не заметил. Зато, пробегая своим галопом мимо компании нетрезвых тёток-бухгалтерш, сбил одну, самую мясистую. Тётка упала в папины санки, и ликуя проехалась в них полкилометра, пока папа не обернулся для того, чтобы показать фак своим отставшим соперникам. Бухая тётенька лет шестидесяти счастливо смеялась папе из санок, а папа закричал как раненый бизон. Потому что и тётки испугался, а ещё жена и тощая дочь где-то потерялись. А ведь он их любил! Несмотря на то, что жена его била курицей, а дочка дарила на 23 февраля пиписьки из пластилина. Больше папа меня никогда и нигде не терял. И даже когда шёл со мной гулять, а по дороге ему попадался пивбар – брал меня с собой, и учил тому, что «Не рассказывать маме про то, что я тебя в пивнушку привёл, и врать – это две разные вещи, Лида. Врать никому не надо, но и про пивняк тоже молчи. А я тебе за это куплю чебурек». За чебурек-то, знаете, я б даже и соврала бы, но не пришлось. Год спустя мы всей семьёй ехали куда-то на автобусе, и, проезжая мимо знакомой пивнушки, я радостно закричала на весь автобус: пап, а ты помнишь, как мы вот сюда с тобой ходили?
Мама отложила в сторону младенца и поиграла мышцами. Весь автобус радостно посмотрел на папу. А папа покраснел и сказал: Доча, ты ошибаешься. Это же омерзительная пивнуха! Разве ж я мог бы привести туда свою родную дочь?
Мог! – закричала и я, и счастливо засмеялась. - Ты просто старый уже, и забыл! Мы туда много раз ходили. Ты пиво пил, а мне чебурек покупал, чтобы я маме ничего не рассказывала.…
За неимением курицы мама попыталась стукнуть папу сумкой, но папа увернулся и выскочил на три остановки раньше.
Весь автобус папе аплодировал.
И к чему я вот сейчас всё это вам рассказываю? Да потому что для меня праздник 23 февраля никогда не был связан с вооружёнными силами, армией, защитой отечества и так далее. Это всегда был такой вот день, когда было принято поздравлять папу. Дарить ему пушки, смахивающие на фимозную гениталию, просить не умирать от старости в 28 лет, ходить с ним в пивнушку за чебуреком, и прощать ему Вия и куриную лапу. Поэтому все мужики, у которых сейчас есть свои дочки – знайте: это ваш праздник. Вне зависимости от того: служили вы или нет. Для ваших дочек – это День Папы!
Ну, за День Папы, мужики! С праздником вас.
И немедленно выпила.

6

История светлой памяти моего друга, врача скорой Алексея Николаевича.
Приезжают они с фельдшером на вызов, пожилая женщина, сильное сердцебиение, очень плохо, задыхается. (Я не врач, поэтому рассказываю в меру своего понимания медицинских аспектов).
Действительно, бабка задыхается, уже пошел отек, сильная тахикардия. А надо сказать, у пациентки стоял кардиостимулятор.
И тут Леша говорит фельдшеру: (к примеру) 2 куба такого-то лекарства и 2 куба такого-то, быстро!
Фельдшер отпрянула: доктор, вашумаму, это же чистый яд! Бабка откинется!
- Стопудово откинется, делайте как я сказал щасже!
- Я под суд пойтить не желаю, делайте сами!
Ну что ж, доктор сказал, доктор сделал. Пустил по вене старушке чистый термояд.
Бабка начала умирать, отек спал, сердце остановилось, и что? правильно! Заработал кардиостимулятор! Запустил сердце и вуаля - через пару минут бабка как ни в чем не бывало села и заморгала, ой, чтой-то со мною было?
Этот случай потом разбирали самые высокие инстанции и доктора похвалили.
А я так считаю, что это было гениально.

Как-то я спросила его: Леш, а сколько человек ты спас?
- Шесть, - закурив и прищурившись, ответил он. (Это, на минуточку, человек, отпахавший лет 10 на скорой)
- Как это шесть? - похлопала я глазами, - ты ведь каждый день спасаешь людей!
- Это моя работа, и если судить честно, то это не спасение. А с этими шестью пришлось сильно повозиться!

Спасибо таким врачам...

7

Тот, кто ввел празднование Дня Петра и Февронии и назвал это Днем семьи, любви и верности, никогда не читал их так называемое житие. Желание противопоставить западному Дню святого Валентина праздник исконно русский привело к огромному конфузу. История Петра и Февронии может конкурировать только с Хеллоуином, говорящими тыквенными головами и другими ужасами.

В качестве символа любви и верности выбрана очень своеобразная парочка: она — бедная деревенская девушка, знахарка, он — князь. Он заболевает тяжелой формой дерматологического заболевания, узнает об этой целительнице и едет лечиться к ней. Она, увидев, с кем имеет дело, и понимая тяжесть болезни, ставит условие: если она его вылечивает, он на ней женится. Он лицемерно соглашается, разумеется, не собираясь жениться на какой-то зачуханной крестьянке. Она, понимая, что князь, скорее всего, лжет, лечит его, но оставляет пару струпьев, что называется, на развод. Петр, разумеется, не выполняет обещания и уезжает, но, не доезжая до Мурома, покрывается струпьями вновь. Он вынужден вернуться, и она ставит вопрос еще жестче и, таким образом, выходит замуж путем шантажа.

Дальше эта парочка какое-то время живет в браке, оставаясь бездетной, и отношения между ними заканчиваются разводом. Почему? Потому, что со временем они приходят к мысли о том, что неплохо было бы принять монашество, а чтобы принять монашество, необходимо прервать все земные связи и отношения. Они стригутся в монахи после развода, затем князь начинает умирать и зачем-то посылает к своей бывшей супруге-монахине гонцов с требованием умереть в тот же день, когда умрет он. За каким чертом ему это понадобилось, житие не уточняет. Не знаю, добровольно или нет, но Феврония соглашается, и они таки умирают в один день.

Дальше история принимает характер фильма ужасов. Как вы понимаете, в Средневековье асфальта на дорогах не было, поэтому глухой ночью двое покойников умудряются проползти по грязи городских улиц огромное расстояние, сползтись и повалиться в один гроб. Прибегает общественность и обнаруживает монаха и монахиню в неких позах, которые нам не уточняет житие, в одном гробу. Их разъединяют, разносят по разным гробам и хоронят в разных концах города. Но следующей ночью символы любви и верности, достигнув определенной стадии трупного разложения, снова бродят по муромским улицам, роняя с себя омертвевшую плоть, и снова заваливаются в один гроб. И всего таких попыток воссоединиться у покойных было три. Любой судмедэксперт скажет, что на третью попытку они представляли из себя уже откровенно антисанитарное зрелище.

Итого: парочка, заключившая брак через шантаж, бездетная, разведенная, в состоянии трупного разложения является в России символом семьи, любви и верности. Согласитесь, это чрезвычайно пикантно.

9

Первый секс,с продолжением.

1982 год Армия. Тульская область.г.Белёв.Мы три друга познакомились в увольнительной с тремя 17летними студентками.Договорились,что после отбоя придем. Но мы в разных отделениях служили, в полночь прибежал по адресу.Сидим,ждём товарищей, а их всё нет и нет. Девы приговорили две сухого, выключили свет, разбрелись по кроватям. Я со своей (так ,невинно почти ),по грудям гуляю. Только что-то у нее рук многовато(одна, две....шесть!).Так в бесчестном бою с тремя студентками я стал мужиком. Что это было? Скорее всего изнасилование, только в 05.40. я приполз в часть. А в 06.00. подьём и кросс 10 километров. Но бежалось легко, еще бы с пустыми то яйцами. Товарищи мои в наряд попали вот и не пришли....Как то не ожидано и насильно стал мужиком, что вид у меня был задумчивый. Подошел друг западник Степан Степанович Чейчук,юморной-маленький-кривоногий.Обладатель(официально) ключей от продовольственных складов и поэтому очень любим женским населением."Ты что какой чудной, бабу хочешь?"--" Да кто ж её не хочет, только одну пожалуй"-"Найду".И в ужин даёт бумажку-" Вот адрес, зовут Наташа, воспитатель в детсаде, приходи в полночь". Прискакал, четырёхквартирный дом, в воротах дородная деваха."Это я,а это я".Во дворе сарай переделанный в летнею комнату.Зашли,вид спартанский--Кровать,стол,на столе радиола да ещё занавески. Села на кровать" Садись".Присел на край, а кровать пружинная, дева сидит посерёдке и как я не цеплялся ягодицами все-таки проскользил до неё.Упёрся,сидим,а что так сидеть? Взялся за грудь(правую---помнят руки то).Поворот головы, взгляд(может и грубо) не дояной два дня коровы и на выдохе"ЖЕНИСЬ".Нехрена себе, подумал я ну и разброс желаний у этих женщин. Тут меня изнасиловали три малолетки и заметьте никто не звал жениться. А здесь невинно взялся за грудь, только начал пальпацию железы и Женись." Так мне пора в часть, Пока" и ломанулся.Я бежал ну как молодой красноармеец из белогвардейского плена.Жить,жить,рано мне еще умирать. В дальнейшем меня разыскала одна из трёх малолеток(та что была первая) и за оставшийся год службы количество сексов мы довели до 28 ми. Я её даже как то полюбил что ли.

11

О правильном питании
Была одна такая неприятная история в штатах, которая началась буквально с пустого места. После войны в Лаосе на гражданку демобилизовался вполне себе типичный морпех, звали его Лукас Лок. В общем–то парень был сообразительный, а в армию попал скорее по собственной глупости. Знаете, по молодости что–то щелкнуло, пошел да завербовался. Ну, да ничего, вернулся с полным комплектом рук и ног. И т.к. уже имел опыт общения с азиатами и за время службы накопил немного средств, начал потихоньку возить из Лаоса разный ширпотреб местный, дело не очень пошло, переключился на японскую технику. В те годы Японию еще не очень в США жаловали, да всех азиатов в общем–то – Корея, Вьетнам и т.д. А потому старались дел с ними не иметь. Лукас, что называется, поймал волну. Как раз неприязнь к узкоглазым пошла на нет, а недорогая бытовая техника разных там Тошиб и ГолСтаров была востребована. Конечно выгодную тему быстро просекли крупные ритейлеры, но Лукас успел оторвать достаточно крупный кусок, которого было достаточно для того, чтобы приступить к тому чего он действительно жаждал.

Для начала он арендовал в Неваде заброшенную военную авиабазу. База по сути располагалась между горами. В достаточно просторной лощине стояли хозяйственные постройки, а основные помещения и взлетные полосы располагались в скале. Это был штатовский пережиток бредовых идей времен самого начала холодной войны. Задачей базы было обеспечить неизбежность ответного атомного удара по СССР. То есть если советы бомбили США, горы укрывали стратегические бомбардировщики, те взлетали с билетом в один конец — на обратную дорогу топлива не было. Отбомбившись, летчики должны были уйти от зоны поражения, снизиться, покинуть самолет на парашютах. А их в заданных районах СССР подбирали специальные отряды спасателей. Под эту задачу даже отдельную агентурную сеть развернули в стране советов. Но 50–ые закончились, на смену засекреченным военным базам с самолетами пришли бездушные ракеты, которые могли уже не только долететь до Владивостока, но и до Урала. А потом и до Москвы через полюс. И огромный укрытый в горном ущелье аэродром стал не нужен.

Так вот. Лукас оторвал её, что называется, за бесценок. Помимо удаления от всего живого, у неё был еще один важный плюс, в ущелье 360 из 365 дней в году дул достаточно сильный ветер. Собственно это место во многом именно поэтому выбрали под строительство авиабазы, полосы всегда стараются строить так, чтобы самолет взлетал против ветра – это увеличивает подъемную силу, укорачивает пробег и экономит топливо. Однако бывший морпех самолеты не любил, в те времена координация в армии США была не столь хороша и ему в Лаосе приходилось видеть таких же простых ребят из Огайо, как и он, попавших по ошибке под заливание напалмом палубными фантомами. Лукас же мечтал о самом большом, дорогом и бессмысленном тире за всю историю человечества.

Он расчистил площадь от хозяйственных построек, а на их месте возвел почти точную копию Кларксберга, его родного городишки в Огайо, который он особо не жаловал. В его тире мишенью должен был стать именно город. Единственное отличие от реального прототипа было разве что в том, что некоторые кирпичные постройки были заменены схожими каркасными. После разрушения восстанавливать кирпичный дом намного сложнее. В остальном все было, как надо, занавесочки в окнах, столбы освещения, припаркованные машины. Естественно никакой мебели и ремонта внутри домов не было и большинство машин было хламом с аукционов, но с определенного удаления выглядело все достаточно натуралистично, а большего и не нужно было. Как ни странно, на достаточно специфическое развлечение “разнеси в щепки город” нашлось немало желающих клиентов с деньгами, а надо понимать, что развлечение недешевое. После дня стрельбы, неделю, а иногда и две город приходилось отстраивать чуть ли не с нуля. Но в тот период Америка была на подъеме, воротилы с волстрит, промышленники, банкиры потянулись ручейком, в общем–то постоянно существовала очередь. Т.к. чаще раза в неделю подобное мероприятие было проводить невозможно.

Что касательно арсенала, в нем было почти все доступное вооружение 60–ых годов, которое к концу семидесятых в США активно списывалось. От ручных гранатометов вроде советского РПГ–7 и Bazooka времен второй мировой до артиллерийских орудий вроде немецкой двойной восьмерки. Хитом же был шестиствольный прототип Эвенджера, его удалось раздобыть благодаря одному из топ–менеджеров General Electric, который был клиентом Лока. Семиствольный вариант этой пушки выполненной по схеме Гатлинга пошел на американский штурмовик. Пушка плевалась 30–мм снарядами с такой скоростью, что отдача, ну не останавливала самолет с которого стреляла, но давала рывок и торможение такой силы, что летчики жаловались. Она кстати до сих пор на вооружении. Шестиствольный вариант был конечно чуть помедленнее, но удовольствия доставлял столько же. Еще бы представьте себе у вас “в руках” ствол длинной с автобус, который вы благодаря системе противовесов можно, как пушинку вертеть и заливать огнем машины на импровизированном шоссе, окраину города, здание мэрии. Тут как раз объяснения выбора ветреного места под этот необычный тир, после пары очередей из того же эвенджера пыль бы заволакивала все вокруг и висела еще полчаса, но т.к. ветер быстро относил её вдаль от стрелка и города, стрелять можно было почти без остановки.

Но вершиной эволюции оружия стала собственная разработка Лока, ему удалось создать спаренный Гатлинг на основе основного орудия старого американского танка Паттон. Представьте себе два барабана по шесть стволов в каждом вращаются друг навстречу другу фронтальном разрезе это выглядело, как шестерни, у которых вместо зубцов были дула ствола. На месте схождения двух окружностей происходил выстрел из 90–мм орудия. Скорострельность была конечно невысокая, но само по себе орудие пожалуй было рекордсменом по нанесению разрушений в секунду. У Лукаса были опасения разрешат ли строительство подобной вундервафли гражданскому лицу, но помогли знакомые конгрессмены, которых самих, как малых детей, подмывало из неё пострелять. Да и честно говоря с военной точки зрения подобная пушка была крайне неэффективна, любой боеприпас объемного взрыва сделает больше разрушений за меньшее время, а уж полное отсутствие мобильности превращало её в легкую мишень.

Помимо прочих геморроев с эксплуатацией этой вундерваффли, вроде мегаватт электричества, требующихся на раскрутку стволов, была еще проблема с разминированием. Далеко не все старые 90–мм снаряды разрывались, а значит перед тем, как на площадке для восстановительных работ появлялись строители, туда запускали саперов. Кто бывал на военных полигонах, да хоть даже в России, знает, что разминирование идет в два этапа, сначала на территорию запускают бойцов с красными флажками их задача прочесать поле, найти неразорвавшийся снаряд, не ходить, не прыгать и не дышать рядом с ним, т.к. взрыватель взведен, а воткнуть в метре красный флажок. Когда всё поле размечено, саперы просто подрывают находки.

Ну кого можно в Неваде набрать на такую работенку, ходить в тяжелом бронежилете и каске по минному полю под палящим солнцем, естественно всяких тупиц–реднеков. В Неваде есть две работы — служить в армии или обслуживать пьяных туристов в Вегасе. Как раз тех, кто был слишком туп для армии и набирали на саперные работы. Понятно, что в один прекрасный день эти ребята должны были наломать дров, что и случилось в конце сентября 83–ого.

По одной из версий один из реднеков решил сфотографироваться со снарядом в руках, что, о чудо, закончилось взрывом, от которого погибло 4–е человека. Двоих, которые должны были фотографировать, более менее удалось собрать до полной картинки, того что полез к снаряду насобирали на небольшой полиэтиленовый пакет. А вот четвертому, что называется, не повезло. Его нашли в с торчащим из спины осколком, который пробил бронежилет, в луже крови. Естественно никто торопиться с вызовом скорой не стал. Но как потом показало вскрытие, товарищ этот банально задохнулся. В момент взрыва он сидел поблизости на капоте уцелевшего после стрельбищ пикапа и ел какие-то мексиканские кукурузные чипсы, что–то типа начос. Его подкинуло взрывной волной, в спину прилетел осколок, он действительно пробил бронежилет, но лишь рассек кожу на спине и пересчитал пару ребер, то есть никакой опасности для жизни не представлял. А вот чипсы встали поперек горла, то есть если бы ему сразу сделали прием Геймлиха и искусственное дыхание, парень бы выжил. Но тут трудно винить местных работяг, которые прибежали на место взрыва, даже медику достаточно сложно догадаться, что человек лежащий в луже крови с торчащим из спины осколком размером с ладонь, просто поперхнулся.

Казалось бы поперхнулся и поперхнулся, “помер Евфим да хер с ним”. Кому суждено быть повешенным, не утонет. Ну судьба такая у парня. Да и ничем особым он не отличался от остальных недалеких дебилов, разве что особой любовью к “покушать”. Но была у паренька примечательная фамилия Коард, из–за которой он чуть ли не с детства был под колпаком ЦРУ. Дело в том, что папанька его был мужик героический. Уинстон Бернард Коард. В свое время он учился в США в университете, потом в Лондоне поработал, а в итоге люто угорел по идеям коммунизма и поехал в отдельно взятую Гренаду строить коммунизм. ЦРУ себе долго не могло простить, что у них под носом пол жизни крутился будущий лидер очередной коммунистической революции, а они даже не смогли отследить его связей с подпольными коммячейками США. А потому с сына глаз не сводили, особенно в связи с тем, что его коммунистический папаша сынулю разгильдяя очень любил и из далекой Гренады связь с ним поддерживал. ЦРУ решило воспользоваться таких исходом дела и постараться арестовать отца во время визита в штаты по случаю похорон. Для этого они отыскали мамашу парня, в прошлом исполнительницу экзотических танцев из Вегаса. После чего её чудесным образом удалось вывести из 10–летнего запоя и заставить позвонить в Гренаду отцу. Но все пошло не совсем по плану, а точнее совсем не по плану спецагентов.

Мамаша изложила суть истории как–то больше в ключе, что бросили их сынулю умирать, могли помочь, но мол не стали и умер он мучительной смертью от удушья. И вместо глубокого отцовского горя Коард буквально пришел в ярость. Ну естественно, грязные империалистические ублюдки убили кровинушку. Отомщу, не забуду. Тут стоит отметить, что Винстон Бернард все эти годы на Гренаде времени не терял, а устроил в 79–ом году там переворот вместе со своим другом и товарищем Морисом Бишопом. Они почти как Фидель и Че были, только на лодке не приплывали на остров. Парни были те еще романтики, хотели построить свою Новую Калифорнийскую Республику, по типу как в фоллауте, только им даже забор было строить не надо, они же на острове. После переворота налаживали связи с соцлагерем, с Кубой сахаром менялись, из СССР в долг оружие завозили, в общем занимались всякими мелкими приятными радостями свойственными тропическим коммунистам. Однако после известия о смерти сына Коард рассвирепел и местами даже обезумел. И отныне решил карать буржуев на земле, воде и в воздухе, о чем немедленно сообщил своему сотоварищу Бишопу. Тот в свою очередь затею друга не поддержал, распустил либеральные сопли, что нам и так живется неплохо. Коард, как мужик решительный, послал друга тропиками, выгнал, лишил титулов. Отыскал на ввереной ему территории острова американских студентов медиков и решил их всех вешать, для чего предварительно запер их всех в здании заброшенной школы.

В штатах в этот момент все мягко говоря напряглись. Их и до этого не радовала мысль, что у них под боком появляется вторая куба. А потом эти краснопузые начали строить аэропорт, всем говорят, что гражданский, но если чего он становился аэродромом подскока для советских стратегических бомбардировщиков. А тут еще студенты эти по обмену. Ясное дело какие там могут быть практиканты в стране соцлагеря. Половина наверняка была вербована штатовкой внешней разведкой для сбора информации по вероятному противнику, а своих в разведке не бросают. Пришлось снаряжать авианосец, почти 10 тысяч морпехов и срочно заканчивать все это свободолюбие в непосредственной близости от своих берегов.

Слава Богу была осень у людей отпуска, дача, картошка. В общем вся война с Гренадой ограничилась 60 убитыми с обеих сторон. Советский Союз тут отнесся с пониманием, у него тут была своя война в Афганистане. Буднично так и без фанатизма по телевизору и через газеты пожурили бездушную американскую машину, которая намотала на маховик очередной остров истинной свободы. Этим все и ограничилось. Тир в Неваде закрыли. Ну, а Гренаде пришлось отказаться после вторжения от коммунистических планов и насадить у себя нормальную демократию.

Вот. Я к чему это всё. Питаться надо нормально. Все эти чипсы, хлопья и бутерброды до добра не доводят. Они с равной вероятностью могут обострить как гастрит, так и международные отношения. Поэтому питайтесь правильно. Наварите себе борща, сметанки купите, только на рынке у бабушки, а не эту биомассу из магазина. Баночку с борщом с собой на работу взяли, разогрели — красота. А вечерком можно нормальных пелемешек сварить, маслица кусочек сливочного сверху, укропчик измельчить и посыпать. Горячее это очень важно. А вот эти все перекусы, чипсы и снэки — от лукавого! И ни чем хорошим, как показала история, не заканчиваются. Берегите себя.