Результатов: 3

1

Как известно, самая веселая, пьящая и неучащаяся нация - это студенты. Однако и среди данных экземпляров периодически встречаются отдельные личности, у которых тяга к знаниям превышает все остальные потребности (такие как пиво, водка и походы по женским комнатам в общаге). В бытность мою студентом, нас в комнате жило три человека: я - главный расп..дяй, Димон - такой же расп..дяй, но с меньшим стажем, и Рома - человек описанный выше. Человек он в принципе неплохой, довольно умный, но славящийся своей природной тупостью в жизни. С ним постоянно и возникали различные приколы. Как-то, после очередной пьянки и обследования ближайших представительниц женского пола, вернулись мы с Димоном под утро в родную комнату. С великой радостью обнаружив в холодильнике непитые 0,5 и пол консервы, решили продолжить нанесение ущерба своему организму, путем этого всего дела употреблением. Попытки присоединить к нам Рому успехом не увенчались - мы были посланы на ..., с аргументацией - что ему нужно идти на первую пару и ее никак пропустить нельзя (а время же 5 часов). Ну мы конечно расчувствовались, и решили - что просыпать ему конечно никак нельзя, и лучше перестраховаться. В ту же минуту все часы и будильники в комнате были переведены на два часа назад, свет был выключен, а мы с Димоном зашились на свои кровати, делая вид, что спим. Через две минуты срабатывает будильник. Рома с удивлением просыпается, тупо смотрит в окно (там темно), на будильник (7-45). Смотрит на другие часы - та же картина. С криком - БЛ.ДЬ, ПИЗ... ЕЦ, МУЖИКИ, ПРОСПАЛ. Через 15 минут пара, а до универа ехать мин. полчаса. Мы конечно посылаем его в известном напрвлении и сообщаем, что на первые пары мы обычно не ходим и нарушать данную традицию не собираемся. и что он вообще мудак и мешает нам спать. Спустя 2 минуты он вылетает из комнаты и мчится в универ. (напомню - настоящее время - 5-30). А теперь представьте себе реакцию мирно спящей вахтерши, которая просыпается от страшного грохота - это доблестный Роман с разбегу впечатался в закрытые на замок двери, пытаясь выбежать из общаги. Уж не знаю, кто в тот момент больше услышал нового о себе в (матерных выражениях ес-но): Рома или вахтерша (которая наверное сама ох..ела от такого рвения к учебе), но Рома вернулся в комнату только через полчаса. Мы как раз допили свои 0.5, получили от Ромы почетное звание УРОДЫ, и пьяные и довольные легли спать.

P/S/ А на первую пару Рома так и не попал.

P/s/ 2 Как уже потом расказывал Рома, он долго не мог понять, какого х..я гребаная вахтерша орет на него благим матом и не хочет открыть ему дверь, чтобы ехать на учебу.

2

Жили-были юноша и девушка, например, Рома и Юля. Хотя нет, эти имена кто-то вроде уже использовал. Пусть будут Сема и Галя. Сема Монтекер и Галя Капуленко. Учились они в одной группе советского еще вуза и к последнему курсу настолько прониклись друг другом, что обрадовали родителей намерением связать судьбы воедино.

Но родители как-то не очень обрадовались. Дело в том, что Сема был еврей, а Галя – нет. И родители совсем не горели желанием делать многонациональную семью братских народов еще более многонациональной за счет собственных внуков. Галя-то своих быстро поставила на место с использованием различных выражений ридной мовы. А вот Сема своих – нет, не сумел. Видимо, мамэ-лошн в этом плане менее выразителен.

– Семочка, – ласково, но властно сказала мама, – Или ты забыл, что мы собираемся в Израиль? Что твоя шикса будет там делать? Петь в ресторане «Червону руту»?

Тут мама попала в точку. Галя была знатная певунья. Сема любил ее слушать, но репертуар предпочитал другой. Не Ротару, а еврейского поэта Визбора, про ночную песню еврейской буквы шин. Хотя разницы по сути никакой. Тут «ты у мене едина», а там «ты у меня одна».

Вышло, однако, что не едина. Сдался Сема, пряча глаза расстался с Галей и женился на хорошей еврейской девочке, которую указала мама. И стал собирать манатки.

– Ах, так? – сказала Галя и дернула эдак плечиком. – Да я в этом Израиле раньше его окажусь!

И она стала ходить на танцы в дом интернациональной дружбы. Где на нее немедленно запал без пяти минут дипломированный физик, араб-христианин из библейкого города Вифлеема. Каковой город, как известно, входит в состав государства Израиль под названием Бейт-Лехем. Хотя несколько кривовато входит. И действительно, Галя со своим арабом приземлилалсь в аэропорту Бен-Гуриона даже раньше, чем Сема со своим семейством. И стали они осваивать землю, текущую молоком и медом, а чаще потом и кровью, ничего друг о друге не зная.

И так они жили, ничего не зная друг о друге, верных двадцать лет. Пока не явился на свет великий ворошитель былого, склеиватель черепков и проворачиватель фарша вспять, сайт «Одноклассники».

Неизвестно, да и неважно, кто из них кого нашел первым. Вроде бы Галя сказала себе: «Я только посмотрю, каким он стал». Увидела, что Сема облысел, заматерел, но уши торчат по-прежнему. Работает по специальности, которую они с Галей получили в вузе. Специальность редкая и уважаемая, но называть я ее не буду, живые все-таки люди, вряд ли они обрадуются, узнав себя в моей писанине. Сема любит маленькие спортивные машинки, меняет их каждый год в поисках идеальной. С женой давно расстался, дочь-студентку обожает, но видит редко. Живет с мамой. Мама почти не встает с постели, но властности не утратила, дает прикурить и сиделке, и Семе.

Что касается Гали, то она почти не изменилась. Те же черные глаза, те же брови вразлет. Даже похорошела слегка, потому что похудела. С физиком тоже рассталась, тоже дочь студенческого возраста. Работает по той же специальности, весь Вифлеем ее знает и здоровается на улицах.

Опять же неизвестно, кто первый предложил встретиться. Вроде бы Сема сказал себе: «Я только посмотрю на нее». Час чинно сидели в кафе на набережной Тель-Авива, обменивались новостями. А потом Галя достала кошелек, чтобы заплатить за свой кофе, а Сема накрыл ее руку, показывая, что заплатит сам – и этого касания оказалось достаточно. Оказалось, что тела все помнят, и не было ни этих двадцати лет, ни Семиного предательства, ни Галиной мести, и очнулись они в каком-то мотеле под утро от пения птиц, и с трудом вспомнили, что Семина машина стоит под окнами, а Галина осталась на набережной, и ее, наверно, оштрафуют.

Что дальше? А ничего. Сема предлагал переехать к нему, но как быть с работой? Специальность редкая, больше одного человека на город не нужно, а в Семином городе один уже есть – это Сема. Потом, дочь. Галина дочь – арабка, и мальчик ее араб, и все друзья арабы, куда она поедет из Вифлеема? И Галя без нее не поедет, вот-вот внуки пойдут, кто будет их нянчить? О том, чтобы Семе переехать к ней, нечего и говорить. Еврей может приехать в израильский город Бейт-Лехем в двух случаях – если он либо танкист, либо самоубийца.

Почти каждую пятницу, закончив работу, Галя садится в маршрутку и выезжает из города. За КПП ее ждет маленькая спортивная машинка. Они бегло целуются и едут в заранее снятый мотель, обычно на Мертвое море. В салоне играет музыка, иногда Ротару, иногда Визбор. Гудит форсированный движок, ложится под колеса серая нитка израильских дорог, штопает ранения души. Заштопает ли?

3

СТРАШНАЯ СКАЗКА
Мальчик Рома очень любил играть в футбол. А Березовый Папа ему все
твердил: "Играй, Рома, в теннис, а то чукчей станешь!" Однако Рома плохо
слушал Папу. И вот однажды, когда он подрос...