Результатов: 410

51

Вовочка подходит к учительнице и говорит:
Марь Иванна, почему вы поставили мне двойку? Я же правильно ответил на все вопросы! Вот, смотрите
Вопрос (В): В какой битве убили друг друга Челубей и Пересвет?
Ответ (О): В своей последней.
В: Где был подписан пакт Молотова-Риббентроппа?
О: В нижней части страницы.
В: Что будет, если в озеро бросить камень?
О: Он намокнет.
В: Как можно прожить 8 дней без сна?
О: Не вижу проблем. Нужно спать по ночам.
В: Если у тебя в одной руке 3 яблока и 4 апельсина, а в другой 4 яблока и 3 апельсина, что ты имеешь?
О: Очень большие руки.
В: 8 человек построили стену за 10 часов. Сколько времени уйдет у 4-х человек, чтобы ее построить?
О: Ни секунды: она уже построена.
В: Как бросить яйцо на бетонный пол, не разбив его?
О: Как ни старайся, бетонный пол яйцом не разобьешь.

52

Михаил Елизаров: Ну, погоди!

Мир, в котором живут персонажи «Ну погоди!», — развитая антропоморфная цивилизация, технический уровень которой соответствует государственной социалистической модели 70-х годов XXвека, утопическое общество с решенным национальным вопросом. Звери различных видов мирно сосуществуют друг с другом — что-то вроде рая Свидетелей Иеговы и носовского Солнечного Города, где каждый занят делом, исходя из природных склонностей: Бобер — строитель, Пес — сторож. Зачем же Волк преследует вечно ускользающего Зайца? В подобном, фактически утопическом обществе каннибализм был бы предельно маргинальным явлением.

Разумеется, Волк, без натяжек, маргинал этого мира. Он не работает, а подрабатывает (на стройке), подвержен мелким порокам — курению, пьянству. Волк грешит нарушением социалистического дресс-кода, он стиляга с гитарой. Но даже при всех этих социальных минусах Волк тянет на обычного городского шалопая, люмпена, хулигана, но никак не на маньяка-каннибала.

Он поистине Одинокий Волк. В своем виде он одиночка. У Волка нет пары. Волчица появляется лишь единожды, как наклейка на мотоцикле — гламурное сердечко с Волчицей-идеалом, к которому Волк, впрочем, и не особо стремится. Примечательно, что на этом мотоцикле он гонится за Зайцем, мирно катящем на велосипеде.

В мультфильме ярко выражен сексус, остроумно подчеркнутый уже в первом выпуске: на пляже свинья загорает в трех лифчиках. А там где сексус, есть и сексуальные отношения.

В каждом сюжете педалируется пищевой интерес Волка. Но мечтания Волка о Зайце как о еде излишне сладострастны. Он судорожно сглатывает, кряхтит, охает, представляя Зайца, нежно прижимается к нему, щекочет, щупает. Одним словом, Волк вожделеет. Акт поедания довольно часто выступает в фольклоре как метафора интимной связи. Неслучайно в культурах многих народов понятие полового акта и принятие пищи обозначается одним и тем же словом — отведать. И Волк безусловно хочет отведать Зайца. Вкусить. Заяц — запретный плод. Ради удовлетворения своего маниакального влечения Волк готов на любые сумасбродства. Он использует весь арсенал средств, от агрессивного нападения до «сватовства» — в 14-м выпуске разряженный Волк приходит к Зайцу с букетом роз и сидром (заменитель шампанского). Кстати, другая известная гомосексуальная пара — фрезеровщик Дулин и начальник цеха Михалыч — во многом извод образов «Ну, погоди!».

Заяц — откровенный сексуальный объект. Он — «комсомолка, спортсменка и просто красавица» — кокетливо вскрикивает женским голосом, заманчиво убегает, надевает рыжие парики, платья. Он даже может быть надувным — как продукт сексшопа. (сцена на пляже).

Заяц — мальчик-подросток, а возможно, что и лилипут, то есть вечный мальчик с несколько ослабленным выражением пола. В паре Волк—Заяц он безусловно женская составляющая. Кстати, во время совместных танцев с Волком миниатюрный Заяц напоминает Джульетту Мазину из «Джинджер и Фред». Дуэт «Волк и Заяц» — сексуальная клоунада, в которой роль незадачливого «рыжего» пидараса исполняет бедолага-Волк, а ускользающую «белую» пидовку — Заяц.

Волк комичен своей гомосексуальной перверсией, выражающейся в первую очередь в одежде. Розовые рубашки с глубоким вырезом, костюм «морячка» — также известное гомосексуальное клише. События подчеркивают поврежденную мужскую суть Волка. Заяц, марширующий с барабаном и надувными шариками, Заяц в трусиках — сексуальные раздражители Волка. Шарики, трусики — символические детские аксессуары для педофила.

Волк — носитель доминирующей активной сути, но при случае он охотно с ней расстается. В зимнем эпизоде Волк переодевается Снегурочкой и чувствует себя в женской одежде более чем комфортно. Сотрудник музея, Бегемот, фактически опускает Волка, подставив под его голову туловище Венеры — человеческое женское тело в антропоморфном мире! — однозначная метафора. Волк от унижения плачет. Ему снятся эротические сны, где из насильника он превращается в жертву, а мучитель-Заяц становится палачом с ножницами — призрак кастрации и падения.

Развязка каждого сюжета «Ну, погоди!» — сорвавшийся коитус. Волк скалит клыки, вздымает руки (запугивает), но Зайцу всегда удается избежать насилия — это заложено в сексуальной модели взаимоотношений Волка и Зайца. Она запрограммирована создателями только в жанре игровой инфантильной погони.

Что было бы, поймай Волк Зайца? По всей видимости, следующее:

Румянова: Ой, Волк, отпусти, не надо, мне так больно!!! Не надо, я сам!..

Папановский жаркий шепот: Зайчик мой, ну, пожалуйста, ну, пожалуйста, зайчик мой, сладкий, мальчик мой, хороший, поцелуй меня... Там... По-нежному, языком... Вот так... вот так... А-а-а!!! Сука!!! Тварь!!!

Гадина-Заяц наверняка укусил его или сделал какую-нибудь другую пакость. Волк потирает поврежденный орган и бессильно кричит вслед ускользающему Зайцу: «Ну погоди-и-и-и-и!!!!

И музыка: Па-ба, па-ба, па-ба, пабапа-па-па-а-а-а...

53

Новый сборник поговорок:

Вирус не воробей, вылетит — не поймаешь.
Друг познается на социальной дистанции.
Где родился — там и сиди на карантине.
Незваный гость — хуже инфицированного.
Что русскому насморк, то немцу — смерть.
Вирус в бороду — пневмония в ребро.
Дорога туалетная бумага к эпидемии.
Самоизоляцию пережить — не поле перейти.
Семь пятниц на неделе, когда работаешь из дома.
На чужой вайфай рот не разевай.
Чем бы дитя не тешилось, лишь бы в веб-камеру не лезло.
На бога надейся, а руки-то помой.
Обещанной вакцины три года ждут.
Вируса бояться — на пробежку не ходить.
А ВОЗ и ныне там…
Не было заботы — купила баба летучую мышь (на уханьском рынке).
Один пашет, семеро на карантине пляшут.
Любишь кататься — люби и масочки носить.
С инфицированными жить — в карантине выть.
Кто про что, а инфицированные про вирус.
Переболела — гуляй смело!
В магазин поспешишь — людей заразишь.
Мал санитайзер, да дорог.
Сдай, сверчок, свой мазок!
Москва соплям не верит.
Бойся китайцев, дары приносящих!
Паршивая овца все противоэпидемиологические меры портит.
Свой на свояка чихает издалека.
На карантин надейся, а сам не плошай.
Век живи, век лечись!
Кто не курит и не пьёт, от короны не помрёт.
Семь раз отмерь, один раз чихни.
У семи докторов пациент без маски.
Все дороги ведут в Ухань.
Корона, что дышло — куда чихнёшь, туда и вышла.
Коней на карантине не меняют.
Чихал бы в локоток, да шея коротка.
Вакцина — дура, карантин — молодец.
С кем поведёшься, от того и заразишься.
На всякую хитрую клетку есть свой штамм с резьбой.
Не пеняй на вирус, коли ДНК крива.
Ковид гриппа не слаще.
Не хвались вакциной в пустой избе.
Не так страшен ковид, как его малюют.
Виртуальный друг лучше новых двух.
Хорошо чихает тот, кто чихает последним.

54

Два вечно враждующих еврея встречаются в синагоге. Раввин говорит им: - Сегодня Йом Кипур - день, когда надо просить друг у друга прощения и мириться. Евреи жмут друг другу руки и один проникновенно говорит: - Мойша, я желаю тебе всего того, что ты мне желаешь. - Хаим, ты опять начинаешь?!..

55

История давняя, примерно того времени, когда гласность еще была, но колбаса и мыло в магазинах уже закончились. Начинался этап борьбы с пьянством и алкоголизмом. Времена уже далекие, так что за абсолютную достоверность не ручаюсь.
Был я в ту пору флагспецом эскадры кораблей в Индийском океане. 3 месяца на берегу, а потом кораблем из Севастополя или Владивостока в зону эскадры и 7-8 месяцев солнца, качки и много соленой водички за бортом. С пресной было хуже – танкерам обеспечения перестали продавать воду, даже в долг в ближних портах, а расплачиваться валюты не было.
Время летело быстро - стрельбы, разведка, учения, иногда сопровождение конвоев в Персидском заливе, бытовуха, одним словом. Немного разнообразили быт рыбалка да волейбольные баталии на верхней палубе, с мячом на леске или прибытие писем с каким-нибудь проходящим танкером. Да, в 1989 году еще писали бумажные письма!
Прибыл на смену очередной БПК, смена произведена, за встречу-расставание выпито, пора домой! С группой офицеров штаба эскадры убываем на корабле, отбарабанившим в зоне эскадры свой срок, во Владивосток. Классно на боевом корабле идти пассажиром. Экипаж трудится, несет вахты, а у офицера штаба эскадры уже наступает подготовка к отпуску – он практически не вовлечен в корабельный распорядок (главное не проспать завтрак-обед-ужин), может спать, читать книги. Одним словом прекрасный морской круиз. Конечно, вылезти на верхнюю палубу боевого корабля и лечь позагорать – это уже будет запредельно, но в остальном – именно круиз. Однако на сей раз наше путешествие сразу же было омрачено телеграммой – корабль задерживают на 5 суток и мы должны совершить заход в индийский порт Бомбей (после 1995 года – Мумбаи), где должна состояться встреча министров обороны и главкомов ВМФ Индии и наших. Конечно, еще никогда заход в иностранный порт не считался наказанием, но заход, приуроченный к встрече министров – это ничего хорошего. В телеграмме было указание – находящимся на борту офицерам штаба эскадры обеспечить качественную подготовку корабля к визиту и организацию встречи. Я уже неоднократно наблюдал, как на флотах происходит встреча Главкома – «зачищается» все, чтобы на глаза не попался какой-нибудь полупьяный матрос, мичман или офицер. Прибытие Главкома для корабельных событие, сопоставимое с прилетом марсиан. А для командования корабля оно давало шанс «засветиться», что могло хорошо сказаться при дальнейшем продвижении по службе (или, наоборот, не сказаться!) Размеренная жизнь корабля была безжалостно перечеркнута. Четверо суток непрерывно корабль красился, подкрашивался и перекрашивался, драились до блеска все медяшки. Экипаж практически не спал. На мою долю выпало не так много. Кроме работы по специальности с корабельным специалистом, я должен был составить маршрут возможного прохождения иностранной делегации, так, чтобы он не проходил мимо спец. кают, секретного вооружения и т.д. На всех ненужных «ответвлениях» должен был стоять матрос, задача которого не пропустить никого, направив по «правильному» маршруту. Матросов тщательно проинструктировали, обучили их иностранному слову «ПЛИЗ» и жесту рукой, показывающему нужное направление движения. К исходу 4-го дня корабль сиял, как котовы яйца, а матросы были в белоснежной форме, в кают-компании были накрыты столы с накрахмаленными скатертями. БПК встал на якорь на рейде. Министр обороны и главком должны были подойти на командирском катере, который отдраили до неестественного блеска. На случай его поломки были задействованы еще 2 катера, не столь «помпезные». Утро, как всегда, высветило массу мелких недоделок, которые тут же устранялись. Командир в пятый раз отрепетировал перед зеркалом свой доклад. Прошла информация – министры обороны обеих стран после возложения венков едут сразу в Министерство обороны, а на корабль прибудут только Главкомы ВМФ. Уже проще, только командир быстро репетирует новый доклад. Показалась кавалькада машин на берегу, в командирский катер погрузились несколько военных и гражданских, катер бодро захлопал винтом и двинулся к кораблю. Через несколько секунд доклад сигнальщика – катер потерял ход! Второй экипаж с резервным катером был спущен на воду за 10 секунд и …. Катер не завелся! Еще 10-15 секунд и катер с другого борта спущен и полетел на выручку. Как оказалось впоследствии, командирский катер, намотал на винт рыбацкую сеть. Главком калач тертый, знает о существовании «адмиральского эффекта» - он сразу проинформировал своего коллегу, что на корабле проводятся учения по спуску катера и т.д. На корабле, все затихает и только по палубе мечется матрос, у которого в руках оказался спасательный круг из спущенного катера. Командир грозно глядит на матроса и рявкает – ты ЧЁ? Матрос лопочет, что не знает, куда деть круг. «Куда-куда? да хоть за борт»! отвечает командир. Катер подходит к борту, экипаж выстроен, командир по стойке смирно, пожирает глазами швартующийся катер. Сзади появляется матрос и докладывает: «товарищ командир, ваше приказание выполнено»! Командир удивленно оглядывается – «какое приказание?». Однако уже ясно какое – из-за кормы корабля выплывает ВЫБРОШЕННЫЙ ЗА БОРТ спасательный круг. Полный абзац! Далее следует доклад командира корабля, поздравление экипажа Главкомом, короткая речь. Вместе с главкомом прибыли представители нашего посольства, они по гражданке. И видимо приспичило одного из них очень серьезно. Он бочком к старпому и спрашивает – где «отлить» можно? По палубе, вниз и налево. И посольский бочком-бочком и далее бегом. Добегает до матроса, и говорит, что старпом разрешил ему забежать в гальюн. Однако матроса обучили, две последние ночи он практически не спал и кроме слова «Плиз» и указания рукой он ничего не в состоянии воспринять. Ни шепота посольского, что он русский и бежит по малой нужде, ни русского языка он уже не понимает. ПЛИЗ, Я СКАЗАЛ! и снова жест рукой в направлении движения. А когда посольский пытается проскочить, матрос передергивает затвор автомата и посольскому уже бежать никуда не надо! Хорошо, что речь Главкома была краткой, а то бы сходил посольский не только по малой нужде! Главком поздравил экипаж, вручил несколько заранее подготовленных грамот и подарков (мне, кстати, в тот заход были вручены часы командирские с поздравлением от Главкома. Часы проходили всего лишь 3 дня. Ясно, хорошего не подарят!) и, не спускаясь в кают-компанию, вся делегация грузится снова в катер и видимо на банкет в министерство обороны. Так что в кают-компании мы хорошо посидели с офицерами корабля и штаба эскадры. На следующий день еще были сходы на берег, моряки, наконец-то отоспались. А через 2 дня мы уже держали курс на Владивосток с заходом во вьетнамский порт Камрань.
Заход в Камрань был организован без всякой помпы – мы просто заходили для пополнения запасов топлива и продуктов. В Камрани базировалась одна из наших эскадр. Флагманским специалистом на ней в тот момент был мой однокашник Володя. В Камрани я побывал впервые. Мы пришвартовались к стенке в пятницу в 17.30. На эскадре короткий день. Кроме дежурной службы на пирсе никого не было. Офицеры штаба эскадры в 17.00 уже убыли на автобусе в свой городок, который был километрах в 3-4 от пирса. Я запросил добро у начальника походного штаба на посещение однокашника. Спросил у дежурной службы, как добраться до военного городка – оказалось, что все просто – нужно идти вон по той дороге, уходящей куда-то в джунгли. Уже через 10 минут я широко шагал по раздолбаной асфальтовой извилистой дорожке, слева и справа густой стеной стояли заросли тропической растительности, действительно, настоящие джунгли. Смеркалось и довольно быстро. Когда уже прошел километра полтора-два, после очередного поворота чуть позади меня вышли 2 вьетнамца с автоматами Калашникова и громко спросили у меня: «куришь?». Я ответил отрицательно и для убедительности покрутил головой. Мой ответ им явно не понравился. Они пошептались меж собой и один из них еще раз на своем птичьем наречии спросил «куришь»? Я впервые пожалел, что не курю. У одного из них была дурацкая привычка передергивать затвор автомата. Я обратил внимание, что «Калаши» у них стоят на предохранителе, однако, щелчок затвора оптимизма не добавляет. Я сделал попытку пропустить их вперед. Однако они остановились и ждали, когда я продолжу движение. Так мы и шли, я, не слишком ускоряясь, а когда слышал очередной щелчок затвора и вовсе останавливался и поворачивался лицом к ним, они, следовавшие метрах в 10-15 позади и яркая луна, освещающая узкую дорожку. Наконец джунгли расступились и мы вышли на открытую площадку, слева я увидел огороженный колючей проволокой военный городок, на КПП дежурили морпехи, которым я был рад, как родным. Вьетнамские вояки, убедившись, что я прошел через КПП, исчезли в джунглях. Морпехи подсказали, где проживает мой однокашник, а заодно сообщили, что в последнее время обстановка чуть накалилась, запрещено добираться самостоятельно и всех штабных возят только на автобусе. Через 10 минут я уже обнимался с Володей и его женой Танюшкой, которую хорошо знал еще по училищу. Володя посмеялся моему рассказу и сообщил, что вьетнамцы спрашивали у меня не закурить, а обнаружив незнакомца (всех “местных» русских они хорошо знают), уточняли, друг ли я им – употребляя русское слово «КОРЕШ», а я им отвечал, что я «не кореш», что им явно не нравилось. На следующий день, дорвавшись до прочной земли, вместо гуляющей палубы, я умудрился поломать себе руку, играя в большой теннис и "герой Персидского залива" вернулся домой в гипсе.
Кстати, повезло, что при игре присутствовал местный эскадренный врач. Когда я пытался достать уходящий мяч, то сделал кувырок с опорой на левую руку. Стало больно, поморщился, а через несколько минут стал еще играть в волейбол. Когда принимал мяч, то видимо так "скукожился, что врач сразу сказал – ну-ка, давай посмотрим, что там у тебя с рукой. Посмотрели, сделали снимок - двойной перелом руки чуть выше кисти. Через час я был уже в гипсе. Пока еще пару дней были в Камрани, пока чуть не неделю шли до Владивостока, прячась от шторма, потом еще день провел во Владике и когда прилетел в Москву, понял, что гипс не позволяет настолько приоткрыть пальцы, чтобы туда входила грудь, по которой я за 8 месяцев ну уж очень успел соскучиться, то сразу принял решение - нафиг гипс! и, не смотря на возражение жены (думаю в ней в тот момент все же говорил медик) разломал весь гипс, утверждая, что хорошее настроение - лучший лекарь. И оказался прав!

56

Преферанс Сочинка.

Август 1987-го года.
Нам всем во дворе было примерно поровну годиков и ума. От 16-ти (я) до 18-ти (ещё четверо друзей из разных парадных одного дома).

Как-то раз, папа моего соседа и друга - Виктора, культурный человек, заведующий идеологическим сектором Дома Культуры. Увидел нас не далеко от дома, в кустах.
Мы играли в козла на вылет...

Покачал головой и пригласил к ним домой: показать во что играть в карты - нужно, а во что даже не нужно брать в руки колоду.
Он стал объяснять правила преферанса. Потом объяснил, как рассчитать пулю.
Сыграли пару кругов. И увлеклись...
Утром разошлись. На другой вечер и многие свободные ночи после - стали играть в преф уже с большим интересом!
В преф нужно думать и считать! А в игре нам больше нравились разговоры и шутки по качеству той или иной раздачи. Молодые. Входили во вкус. Заодно и просто общались на разные темы.
Ставки были копейка вист.
Все работали и потому проигрыш в пять рублей не наносил душевных травм. Тем паче, что обычно скидывались сначала на пиво, а проигравший оплачивал большую часть и раздавал остальным по вистам. Всё честно, весело и хмельно!
А как-то раз папа Вити пришел и сыграл с нами. В такие минуса нас вогнал при пуле в 40! Что мы даже понять не могли, как на распасах можно так влететь на деньги при такой копеечной ставке!!!!
Скажу, что я так и не стал прилично уметь считать карты и варианты расклада. Но долгое время мы играли просто в удовольствие и чтоб оправдать лёгкое пьянство на всю ночь, где ещё и дым - хоть топор вешай. Потом уже много старше научил жену и с одноклассниками у нас появился свой круг, где в предвкушении субботы или вечера пятницы мы были, как наркоши перед уколом. Собирались чуть не каждую неделю.
В префе ведь что хорошо: есть время и подумать и поговорить на отвлечённые темы. Ну когда не ради денег игра, а ради общения!
Ставили трёхлитровую кастрюлю с водой на плиту. В неё стоймя натыкивали сосисок, чтоб на всю ночь хватило и не бегать доваривать закуску к пиву..
Сигареты, пепельницы огромные у каждого.
И начинали. Играли вчетвером, четвёртый по кругу на прикупе. Мы с женой через раздачу менялись. Играли сообща, но кто сидел в раздаче принимал решение! Я или она могли советовать друг другу, но решение было у того, кто в игре.
Эх молодость!
Как-то раз договорились на игру. Моя очередь принести пару ящиков пива.
А я накануне напился по-поводу чего-то там, не вспомню уже. Помню, как супруга меня пинками тащила до магазина, потом ящики в такси загружал. А вот тащить пиво на пятый этаж, я уже отказался - не мог. Парни спустились, донесли до квартиры пиво и меня. Жена была ядовита и сердита. Я чуть ей не испортил выходной.
Меня поместили на диванчик у стола. Предложили пива. Меня чуть...
Они стали играть, а я умолял всевышнего об инфаркте или молнии. Я у окна валялся на диване.
А после того, как жена получила при одной хреновой карте на мизере - ещё и двух одиноких королей. Хозяин квартиры молча встал, вытащил из серванта бутылочку, не более полулитра и протягивая мне, молвил: - Это настоящий портвейн из Порту, Португалии. Выпей. Маленькими глотками. И помогай ей.
Я через три часа, на кураже, отбил купленное пиво и был в хорошем плюсе (конечно же мы с женой!) И это при мизерных и оговорённых заранее ставках. И я так себя хорошо чувствовал, что просто простил всем проигрыш!
Жена смотрела не на меня. На маленькую бутылочку и молчала.

Всегда время проведённое с интересными собеседниками, которые прожили неделю не так, как мы!Вдохновляло на постоянные встречи. Всегда есть, что обсудить. Время интернета только наступало но мы не умели им пользоваться. Я про время.
Как-то реже стали встречаться. У нас родился сын, через полтора года дочка. Уже у нас иногда играли, пока дети спят... Но знаете же про короткий детский сон и маму наседку? Какая тут игра и общение? У нас не поиграешь.
Потом один, второй, третий и я - сменили графики работы, саму работу и всё реже удавалось собраться. А уже лет пятнадцать так и вообще ни разу не собрались все вместе.
И ведь иногда созваниваемся. То у меня нет времени, то у друзей.
Жена тут предложила соседей научить и ...
Как-то не то. Должны быть люди близкие по-духу. Примерно одинаково знать всех в компании много лет нужно.
Соседи всё-таки не то.
Иногда скучаю по тем ночам.
Иногда.
Но всё же именно время поменялось. И люди.
Я давно не слышал, чтоб собирался круг друзей для чего-то там. Может я просто не знаю.
А тут ещё и эта самоизоляция!
Мы давно уже Все изолировали себя от человеческих отношений. От общения вживую.
Мир изменился и мы вместе с ним.
А жаль.
Жалко нас нынешних. Ведь Мы все были теми - настоящими.
А может всё-таки остались? А?

57

Любовь и предательство

Эпиграф: "И если б знамя мне доверил полк…"
М.Цветаева

В студенчестве я сочла, что мне катастрофически не хватает памяти. Дескать, информационный поток не усваиваю в полном объеме, и с учебой из-за этого проблемы. Решила я тренировать и память, и мозги: запоминать и заучивать тексты и стихи. Легких путей не ищем: таблеточки там стимулирующие, укольчики укрепляющие. Нас трудные пути вставляют. Замысловатые.

Сказано – сделано. Читать мне всегда нравилось. Городская библиотека с детства была в шаговой доступности, прямо в нашем доме. Когда нужно было вызвать такси, или сориентировать гостя, мы так и говорили, что живем в библиотеке. Только и нужно, что спуститься с этажа и обойти дом.

Библиотека выручала, когда мы с сестрой теряли ключи и ждали родителей до вечера. Тихо, тепло, чисто. Можно было уроки сделать, книжки почитать. Так что ключи мы теряли часто. В шахматном порядке. То я, то сестра. То опять я. К концу нашего обучения в школе, врезать новые замки в дверь квартиры уже не получалось, пришлось менять всю дверную коробку.

Так и сидели как два воробышка, в библиотеке, ждали родителей.

Со временем, посещение библиотеки стало доброй традицией. Местом встречи. Приходили, располагались, раскладывались.

Тетки там работали понимающие и добрые. Разговаривали с нами, как со взрослыми, принуждали нас мыслить, рассуждать. Тренировали нас на внимательность. Кропотливо формировали вкус, заставляли думать. Воспитывали. Подсовывали интересные книги, не из школьной программы, и рекомендовали к прочтению.

Потом обязательный пересказ, анализ. Уточнение деталей, выводы. Эти навыки потом пригодились в жизни.

Я уже и не помню их имен, но очень благодарна этим невзрачным женщинам. Спокойным и терпеливым. Они сформировали мой характер, образ мыслей, практически проделав большую часть воспитательной работы за наших вечно занятых, замотанных родителей.

В библиотеке прошло наше детство.

Так вот, чтобы память натренировать, я брала томик стихов, Маяковского например, и учила. Там все просто: один раз читаешь, представляешь картинку.

Слог у Маяковского рубленный. Ритмичный. Маршевый. Улавливаешь шаг, ритм. Повтор два, максимум три, раза, и все, ты можешь воспроизводить, в любое время дня и ночи, без подсказок.

Я томами и авторами наизусть учила. Глотала!

Не знаю, как насчет памяти, но шестеренки в голове закрутились. Чужие мысли, изложенные на бумаге, зарифмованные и зашифрованные, заставляли думать и размышлять. Верить или подвергать сомнению.

Эмоции переполняли меня, впечатлениями от прочитанного хотелось делиться. Нужен был собеседник. Вдумчивый. Размышляющий. Понимающий.

В то время меня увлекла поэзия Марины Цветаевой, женская и многослойная, как черная вуаль.

Время ей выдалось странное, зыбкое. Судьба досталась трагичная. Стихи она выплескивала на бумагу, как бокал с болью, с кровью. Напополам. Её поэзия завораживала, в воображении рисовались батальные сцены.

"…если б знамя мне доверил полк,
И вдруг бы ты предстал перед глазами —
С другим в руке — окаменев как столб,
Моя рука бы выпустила знамя…"

И я сразу видела: Поле битвы. Знаменосец с горном и со стягом. Звон стали. Крики поверженных, упавших и затоптанных. Стоны раненых. Ржание лошадей. Кругом все кипит, только руку протяни.

А он стоит над этой схваткой. У него лишь знамя и сигнальная труба. И сила духа. И единственное задание: сберечь знамя полка. Если знамя реет над полем брани, значит наша высота не взята. Наши ряды не смяты противником. Еще есть шанс на победу.

Знаменосец со знаменем был главным ориентиром на поле брани. Юный, безусый, самый последний в шеренге. Но именно на него в пылу боя, нет-нет да и оглядывались бывалые, седые вояки.Стоит ли? Держит? Знамя наше реет?

Отдать знамя, которое тебе доверили, в чужие руки, врагу – высшая степень предательства. Значит обесславить всё. Страшный грех. А Цветаева хотела сказать, что любовь превыше всего. Любовь объяснит предательство. Оправдает.

Вот такую дискуссию я и развернула со своим поклонником. Про Любовь, про предательство. Про Цветаеву. Про поэзию.

Что я вообще могла об этом знать в 18 лет? Судить? Примерять на себя?! Давать оценки? Я рассуждала, недоумевала, горячилась. Пыталась разобрать творчество великой Цветаевой на составляющие.

Поклонник слушал. Молчал. Не дано ему много говорить. Бог задумал его таким, чтобы жизнь людям осложнять. Конкретно мне. Но согласно кивал своей гривой.

Годовщина свадьбы. 25-лет совместной жизни. Серебряная свадьба.

Устроили вечеринку. Все свои, близкие. Теплая атмосфера, душевные разговоры, воспоминания. Сидим торжественно-нарядные.

И тут старшая сестра мужа, с ней у него особенные, доверительные отношения, рассказывает историю из серии «как это было, как все начиналось»:

25 лет назад брательник всерьез влюбился.

"Она такая! Такая! Необыкновенная!" И последним аргументом к женитьбе, этаким козырным тузом из рукава на стол: «Она меня так любит! Так любит! Сказала мне, что ради меня Родину готова предать! И знамя! Все! Решено! Женюсь!»

Чё-о-о-о??! Ты охерел? Ты чего там наплёл про меня?

Так вот, молодежь. Любите друг друга! Разговаривайте! Но не забывайте следить за формулировками и описывать свои чувства корректно и доступно, с поправкой на интеллект собеседника. А то не все способны оценить ваши посылы и мысли правильно!

Здоровья и всех благ!

58

В начале двухтысячных финансовая обстановка в стране стабилизировалась, рубль перестал быть четвёртой самой ходовой валютой после водки, сигарет и доллара, и финансисты сразу задумались о создании приличного символа для российского рубля. У доллара был свой знаменитый знак, у евро – свой, у фунта – свой, рубль же скромно подписывался буквами Rub, сразу давая понять, что он в мировых финансах бедный родственник, сидящий на приставном стульчике.

Но какой символ выбрать? В журнале «Деньги» как раз провели голосование среди читателей, и в число лучших символов вошёл твёрдый знак. Сразу нескольким высокопоставленным финансистам идея показалась очень удачной, и буквально за месяц, без долгих согласований, в ЦБ собралось совещание. На стол участникам легли нарядные папочки с цветными картинками, графиками и обоснованием, почему именно твёрдый знак был создан природой для обозначения рубля. Обоснование было лингвистическим («твёрдый знак символизирует устойчивое положение и твёрдость рубля»), историческим («символизирует преемственность дореволюционной России, где твёрдый знак был в частом употреблении, и современной России») и даже астрологическим («твёрдый знак напоминает символ Сатурна, традиционно считающегося в астрологии покровителем России, государственного аппарата и банковского бизнеса»).

Полистав папочку, председатель совещания откинулся в кресле и задумался. Потом изрёк:
- У меня есть два вопроса. Один – про мир. Второй – про Россию. Вопрос первый – нам нужен символ рубля для повышения его престижа за рубежом или дома?
- Прежде всего, за рубежом, - ответили ему. – Мы надеемся, что рубль со временем станет мировой резервной валютой.
- Очень хорошо. «S» есть в слове USA, «Е» имеется в словосочетании European Union. Вы видите в названии Russian Federation твёрдый знак?
Участники совещания переглянулись и промолчали.
- Второй вопрос. Поднимите, пожалуйста, руки те присутствующие, которые считают, что слово «рубль» вызывает прочные ассоциации со словом «твёрдость».
В зале совещаний установилась тишина, потом раздался нервный смех, который охватил всех присутствующих.
- Так я и думал, - сказал председатель. – Похоже, мы занялись этим вопросом слишком рано. Предлагаю пока дать рублю затвердеть и окрепнуть. Вернёмся к этой теме, когда нам будет не стыдно во время обсуждения смотреть друг другу в глаза.

59

Деда Паша

— Здравствуйте, а деда Паша выйдет? — интересовался звонкий детский голос в домофонной трубке.

— Дети, оставьте вы его в покое, он уже старенький, у него ноги больные и… — Даша не успела договорить, так как трубку из её рук вырвал отец, от которого пахло пеной для бритья, крепкими сигаретами и чипсами.

— Васян, я сейчас мяч с балкона брошу, вы пока разделитесь, а я через пять минут буду.

Деда Паша повесил трубку и пошел на балкон, чтобы сбросить футбольный мяч.

— Пап, ну сколько можно? Тебе 70, а не 14, — причитала дочь, глядя на то, как старик натягивает гетры и меняет футболку с надписью «Iron Maiden» на футбольную форму Барселоны.

— Вот именно! Я старше этих сосунков, а значит, опытнее. Моя команда всегда побеждает!

— Ну почему ты просто не можешь сесть перед телевизором и смотреть передачи про здоровье и политику?

— Про здоровье это ты мужу своему посоветуй посмотреть, он с дивана уже третий день встать не может. Несмотря на то, что питается одними энергетиками и куриными крыльями. По всем законам физики он уже должен был взлететь!

— Я всё слышу! — раздался крик из зала.

— Хорошо хоть слышит, я как-то решил посмотреть с ним эту чушь, где все орут и выясняют, у кого санкции длиннее, так мне из Перми друг позвонил, попросил телевизор потише сделать.

— Ну ты хотя бы одень свой собачий пояс!

— Пацаны не поймут! Псом кличить будут!

— Так, я не поняла, это у тебя сигареты в гетрах?

— Не-е-е, это поролоновый амортизатор, чтобы ноги мячом не отбить.

— А ну покажи!

Дед закатал гетры и наружу показался ряд сигаретных фильтров.

— Я же говорю, амортизатор.

— Ты что, от рака лёгких умереть хочешь?

— Да это не мои! Вадян с первого подъезда просил у себя подержать, а то его мамка гулять не выпустит!

— Ты таблетки пил?

— Нет, у меня от них волосы выпадают.

— Так ты же лысый!

— А я о чем тебе говорю!

— Чтоб я тебя в нападении не видела! Стой на воротах!

— Что-то я не помню, чтобы Месси на воротах стоял! — показал дед на фамилию, написанную у него сзади на футболке.

— Да плевать мне, где твой Месси стоит, на его зарплату можно биопротезы поставить и все органы поменять, а на твою пенсию поменяешь только батарейки в тонометре и фильтр в чайнике.

Деда Паша фыркнул, а затем залез на стул и стал рыться в антресоли в поисках вратарских перчаток.

— И чтоб никаких кошек и собак домой не тащил! — строго сказала Даша и скрестила руки на груди.

— Между прочим, дворовые псы — самые преданные! — обиженно заявил деда Паша и принялся натягивать бутсы.

— У нас же есть Костик, почему ты с ним не гуляешь? — показала она на чихуахуа, дрожавшего на стуле и не знавшего, как оттуда спуститься.

— Чтоб его опять голуби утащили?!

Даша закатила глаза.

— И чтобы дома не позднее 10! — строго сказала дочь, расчехляя тот самый прибор для измерения давления.

— Так сейчас же лето! Каникулы!

— У тебя круглый год каникулы, ты что, забыл?

— Так это у меня, а у пацанов-то школа! С кем я буду потом в футбол гонять и на рыбалку ходить? А костры жечь? В 10 часов самое интересное начинается, мы шалаш за дорогой построили и в казаков-разбойников в сумерках — самое оно играть!

— Позвони своим ровесникам. Встреться с ними. На рыбалку сходите.

Дед махнул рукой, а вторую подал для измерения давления.

— С этими пердунами каши не сваришь! Они в своих «Одноклассниках» целыми днями ноют, как прекрасно было 200 лет назад и водку валидолом запивают. С таким на речку пойдешь — лопату брать придется.

— Червяков копать?

— Скорее — кормить!

Тут деда Паша словил подзатыльник за свой черный юмор и был выслан за дверь.

— Пап, давай там аккуратнее, я ведь волнуюсь!

— А ты, дочь, не волнуйся, состаришься рано. Я тебе, между прочим, год назад велосипед подарил, а ты его на балкон убрала.

— Ой, пап, не до велосипедов мне. Работа и…

— Да-да, не волк, знаю. Ладно, побежал я, а то там уже разводят, наверно…

Дочь смотрела на убегающего по лестнице старика и не могла поверить, что пять лет назад врачи дали ему срок два месяца. В её ушах до сих пор стоят его слова: «Пока с Кипеловым не спою, хрен вы меня похороните».

(с) Александр Райн

60

ПОСЛЕДНЯЯ РЫБАЛКА

Вася — мой товарищ оператор-экстремал купил где-то в Ярославской деревне домик у воды, чтобы летом приезжать туда с водкой, а обратно с рыбой, если повезёт. Автоприцеп с братом сварил. Страшный, не особо окрашенный и даже без крыльев, но получился прицеп вполне вместительный и явно крепкий. Загрузили до отказа всяким ржавым добром и пришпандорили к «Ниве». Меня тоже с собой позвали, чтобы втроём, в чисто мужской компании пропасть на целую неделю, вспомнить молодость, ухи поварить.

Но за день до отъезда, встрепенулся Васин дед — божий одуванчик и московский интеллигент в каком-то там поколении, так вот, он тоже запросился с нами на рыбалку.

Вася с братом, конечно стали его отговаривать:

- Дедушка, ну ты сам подумай, четыреста километров по жаре трястись, да ещё и коляска твоя (дед, тогда неудачно упал, сломал шейку бедра и временно пересел на коляску). Ну, хорошо, допустим коляска уйдёт в прицеп, но всё равно, дедушка, зачем тебе вся эта нервотрёпка? Тебе ведь девяносто два, у тебя давление.
- Ничего, что давление, двадцать граммов водочки приму и как рукой... В том-то и дело, что мне девяносто два, а я ведь никогда на рыбалке-то и не был, только собирался. Всю жизнь в своей типографии свинцом продышал. Да и потом, кто меня свозит на первую и последнюю рыбалку, как ни родные внуки?

Крыть было нечем, взяли деда.

И вот, под вечер, на ужасно жидкой после дождя дороге мы конечно же застряли. Да ещё и в горку. Нам-то всего и нужно было метров пятнадцать до верха холма доползти и вот она, наша деревня. «Нива» ревёт, грязью кидается, а мы в прицеп упираемся, жилы рвём. Один за рулём, двое толкают, потом меняемся, только дед на переднем сидении сидит, кряхтит, переживает. Мы уже и сумки с прицепа сняли и лодку надувную и инвалидное кресло. Остался только дизель-генератор, но он один весил как танк.

Вот упёрлись мы в очередной раз, а ни на миллиметр сдвинуться не можем, вдруг «Нива» смолкла и дед подозвал нас с Васей. Мы подошли.

- Ребятишки, я только сейчас повернулся и увидел, что вы же совсем неправильно телегу толкаете.
- В смысле - мы неправильно? Толкаем со всей дури, а как ещё?
- Ну, вы как дети малые, а ещё хотели без меня ехать. Инструкция простая: один ложится грудью на левое колесо, другой на правое, упираетесь ногами в землю и дело пойдёт. Хитрость в том, что верх колеса продвигается намного легче, чем вся телега, да и руки тут особо не нужны, главное ноги.

Делать нечего, лёг я белой футболкой на грязнючее колесо, поднатужились и дело действительно сдвинулось с мёртвой точки. Через двадцать минут мы уже были на горе. Отдыхали.

Вася спросил:

- Дедушка, а ты-то откуда знаешь как прицеп толкать? У тебя ведь никогда и машины-то не было, у тебя даже прав нет.
- Машины не было. Ну и что? Зато у меня пушка была и я её две тысячи километров грудью за колесо катал…

P.S.

Года через два Дед отправился к своему взводу. Катают там, наверное, свою пушку, курят и рассказывают друг другу похабные анекдоты.

С днём победы.
Вспомните этих ребят.

61

Аккурат на Пасху пришлось по Скайпу общался со своими старыми друзьями. Жизнь разбросала нас по всему земному шару: Серега - в Москве, Дима - в Лондоне, Илья где-то в Массачусетсе, ну и я, где-то в ж...пе. Сначала по-доброму вспомнили старое, даже выпили виртуально, а потом, понятно, переключились на коронавирус. Как все далекие от медицины люди, мы довольно неплохо в этом разбирались. А про информированность и говорить не приходиться: разные там политологи, блогеры, советники президентов отдыхают. Оказывается, мы были в курсе передовых работ в области вирусологии ведущих лабораторий и институтов, чуть ли не геном COVID-19 у каждого из нас на рабочем столе компьютера, и тяжелых-то больных мы где мы только не лечили: и в Бергамо, и в Нью-Йорке, и даже патологоанатомами успели поработать. Как-то незаметно добрались и до первых лиц своих стран. Странно, но может исходя из того, что своя рубашка ближе к телу, про них отзывались весьма положительно. Дима вспомнил, как его Борис Джонсон, рискуя жизнью, принял удар пандемии прямо на себя. Серега напомнил про желтый костюм Владимира Владимировича в Коммунарке и даже Илья высоко оценил Трампа, исходя хотя бы из того, что тот не любит демократов. Дима добавил историю из своей жизни:
- Еду я как-то на работу (еще перед карантином) и на светофоре чуть не сталкиваюсь с другим велосипедистом, поднял глаза - Борис. Я ему говорю: Борис, ты не прав, а он мне: Sorry и покатил на свой Даунинг-стрит. Простой человек, один и без охраны.
Серега немедленно отреагировал:
- Это что, я уже во время карантина ехал по Кутузовскому, так меня одна машина подрезала.
- Желтая "Лада-Калина", - съязвил Дима.
- Почему? - обиделся Серега. - Темный лимузин, а за рулем Сам. Сразу узнал меня и даже ручкой помахал.
- Ну ты загнул, - не удержался Илья, - один и без охраны еще скажи.
- И скажу, - буркнул Серега. - Может ты нам расскажешь про вашего Трампа-велосипедиста или Трампа-автомобилиста. Вы там у себя с этим коронавирусом обос...лись по-полной так, что туалетной бумаги уже не хватает.
Илья замолк, видно слова Сереги больно ударили его ниже пояса.
Сообразив, что запахло международным скандалом, тут вмешался и я:
- Друзья, не будем обвинять друг друга, положение сложное, я бы даже сказал - аховое, надо общими усилиями искать из него выход.
- Из наших в Китае никого нет? - робко спросил Илья.
- Неча на Китай пенять, коли рожа крива, - огрызнулся Серега.
- Нет, я имел в виду получить информацию, так сказать, из первых рук, - оправдывался Илья.
- Руки надо тщательно мыть после улицы и перед едой, - вставил Дима.
- Ага, и после туалета, особенно в Америке, - не унимался Серега.
- Что там с вакциной, - изображая из себя модератора, грозно спросил я.
- У нас уже дошли до испытания на людях, особенно неплохо продвинулись Moderna Inc и Inovio Pharmaceuticals Inc. Некоторых ребят из Кембриджа неплохо знаю, не должны подвести.
- Хорошо, держи на контроле. Вот ведь: можете, когда захотите.
- У нас в Оксфорде начнут испытывать вакцины после Пасхи на тысячах добровольцах, - отчитался Дима.
- Тоже неплохо. Помогите там своему премьер-министру, он после болезни еще очень слаб.
- Хорошо, - пообещал Дима.
- У нас в России вакцину разрабатываем в Питере и в Новосибирске , пока тестируем на животных, - по-военному лаконично доложил Серега.
- Долго запрягаете, - недовольно отреагировал я. - Увеличьте финансирование, как на самый главный национальный проект.
- Это мы можем, - пообещал Серега.
- Конечно хорошо бы узнать, как там продвигаются дела в Гонконге: они ведь раньше всех начали, им и карты в руки.
- Карты-то крапленые, - заметил Илья.
- Чья бы корова мычала, - осадил его Серега.
- Кстати, ничего не слышали про Светку Петрову, она же в школе по химии лучше всех шарила? - с надеждой спросил Дима про свою первую любовь.
- Нет, - хором ответили мы, хотя версия связи Светки с Гонконгом выглядела весьма перспективно.
Чат умолк, было сложно только, как тихо шумел вентилятор ноутбука. Глядя на маленький глазок камеры я спросил:
- А как жизнь, вообще?
Друзья молчали, каждый думал о своем.
- Неплохо бы как -нибудь встретиться.
- Неплохо, - поддержали друзья.
- В Лондоне, - предложил Дима.
- Нет уж, приезжайте лучше к нам, - не унимался Серега.
- В Магадан? - съязвил Илья.
- В Москву, - строго закончил Серега.
- Извини, вырвалось что-то из детства, - извинился Илья.
- Бывает, - подтвердил Дима.
- Ну, тогда - Христос Воскрес! - подытожил я.
- Воистину Воскрес! - дружно раздалось в Скайпе.

62

Понедельник. Проходная на производство.
Пост охраны фильтрующей воронкой формирует из сотрудников, стоящих перед ней могучей хаотичной кучкой, индивидуальности. Индивидуальности, позевывая показывают пропуска, охраннику, тот монотонно кивает, напоминая слона из стишка А.Барто, который слал слонихе приветы. Затем поток индивидуальностей упирается в грозного человека в белом халате. За маской и стеклами защитных очков не определить гендерность. У человека без половой принадлежности в руках устройство для дистанционного измерения температуры. Внезапно из-под маски раздается гневное:
- Девушка!!!! После измерения температуры, сначала обрабатываем руки, и только после этого расписываемся в журнале.
Девушка огрызается:
- А какая разница!?
- Есть разница!!! А если вы за выходные вступали с кем-то в контакт. И на ваших руках вирус!!!
- Да, какой к херам контакт за выходные. Я замужем!!!
- Ну, а с мужем?!
Пауза. Девушка всхлипывает:
- Так самоизоляция же. Пожали друг другу руки в коридоре, и разошлись по разным комнатам….

63

Снисходительно отношусь к юморку своей второй половины: явно не мой уровень. Но иногда приходится преклонить колени.
Как-то хороший друг Колян поехал отдохнуть в Хургаду с женой Наташей. И, то ли от усиленного питания, то ли от знакомства с тупыми шутками немецких туристов прислал фотку, на которой стоит в голом виде, широко расставив ноги и победно вскинув руки, а на причинное место водружена большая соломенная шляпа.
Зацепило, знаете ли. Едем с женой в метро, чего такой мрачный, спрашивает. Да вот, говорю, уже песок сыпется, то тут, то там болит, поглядеть же на Коляна - эдакий красавчик, а ведь на три года старше меня…
Не расстраивайся, говорит жена, может, это нога Наташи?

64

Аварийка. Вызов около девяти вечера - деревянный двухэтажный дом, на площадке запах гари, нет электричества в одной квартире.

Квартир всего восемь, по четыре на площадке, вызов из пятой.

Приезжаю. Встречает женщина лет тридцати, утомлённая с заживающим синяком на лице. С некоторым удивлением смотрит на мой внешний вид - я в чёрной маске и пластиковых очках. Объясняет проблему. Всё стандартно - запах горелой проводки начался днём, но никто не обращал внимания, пока свет в её квартире не заморгал и не вырубился совсем.

Залезаю на свою стремянку в три ступеньки, осматриваю распределительную коробку на площадке: всё ясно - одно соединение сгорело, два других горят, светясь ярким красным светом.

Принимаю решение - поменять сжимы, для чего мне требуется отключить электроэнергию на весь подъезд. Я стучусь во все двери второго этажа и неспешно иду на первый, по пути говорю выглянувшим из квартир людям про аварию.

Тоже самое делаю на первом этаже, но если на втором на стук открыли три квартиры, то тут приоткрылась всего одна дверь.

Ладно, приготовления завершены, я дёргаю рубильник (при этом коммунальное освещение остаётся гореть, будучи, видимо, запитанным до вводных предохранителей) и встаю на стремянку.

Снизу раздаётся шум распахиваемой квартирной двери и полупьяный женский крик:

- Мать вашу, что за херня? Охренели? Руки поотрываю вам. Суки, блин!

Вижу голову существа женского пола неопределённого возраста на лестнице между вторым и первым этажами и говорю стандартную фразу про аварию и полчаса.

На оскорбления не реагирую. Настроения ругаться нету, хочется сделать всё поскорее и свалить уже на базу. Эта ханыжка жаждет свары, распаляя пожар ненависти и злобы, но без моих дров огонь ругани не разгорается и она продолжая бормотать что то гадкое, начинает спускаться вниз.

Я вырезаю обугленные сжимы, и вроде всё хорошо, но внезапно на площадку вываливает вызвавшая меня женщина. Она видимо слышала ругань соседки снизу, потому что сходу орёт, перегнувшись через перила:

- Ты дура тупая, тебе ж сказали - авария! Какого хера ты выползла вообще?

Пьяница снизу радостно возвращается на свою позицию, дико матерясь и на ходу придумывая оскорбления.

Меня, впрочем, это заботит мало - я увлёкся работой.

Через пару минут криков из восьмой квартиры выходит мужик с широкими плечами и интеллигентными очками. Он кричит через перила:

- Да ты чего орёшь то, а? У тебя долгов как блох на собаке, ты вообще не должна со светом жить, ясно?

Снизу, внезапно, мужской молодой голос:

- Кто там закукарекал? Карасёв, ты что ли? Тебе, падла, какая разница что мы платим и какие долги, а?

Голос злой, неистовый. Краем глаза вижу как мужик в очках вздрагивает и отступает назад. Он ловит мой взгляд и жмёт плечами: "Опускаться до их уровня не буду...", после чего скрывается в квартире.

Ругань продолжается, вдруг слышу взвизг женщины, что меня вызвала и какие то шлепки, мне на руки брызжет какая то жидкость.

Поворачиваюсь - пьяница с первого этажа стоит на первых ступенях с пакетом мусора в руках, достаёт оттуда всякую фигню и закидывает на второй этаж. В нас с заявительницей летит гнилой картофель, дряблые огурцы и мятые пачки сигарет.

Кричу, чтобы немедленно прекратили, что сейчас просто уеду и оставлю всех без электричества.

Наступает пауза. Пьяница стоит с рукой в пакете, переваривая услышанное.

А вот женщина с синяком действует стремительно. Она вбегает в свою квартиру и появляется с большой кастрюлей из которой идёт пар. С криком: "Нанакуй!" одним махом выплёскивает содержимое вниз, на свою противницу.

Я не повар, но наверное это заготовка для супа, потому что вниз вместе с кипятком летят какие то овощи.

Оружие, видимо, находит цель, потому что снизу раздаётся дикий визг напополам с таким матом, что даже моряки бы покраснели. Женщина с синяком победно тащит кастрюлю назад. Она довольна.

Чувствую себя словно в глупой старой комедии.

Снизу шум распахиваемой квартирной двери и быстрый топот наверх. По лестнице стремительно несётся мужик чуть старше тридцати со злобным лицом, абсолютно лысый и татуировкой в виде паутины на голове. В руках у него топор. Он ничего не кричит, и от этого почему то ещё страшнее.

Женщина бросает в него кастрюлю и скрывается в квартире, защёлкнув замок. Мужик несколько секунд путается в кухонной утвари и поэтому не успевает.

Он злобно смотрит сквозь меня, потом внезапно аккуратно стучит в дверь пятой квартиры:

- Людок, слышь...Выйди ка на минутку...

Ну я не знаю, надо не иметь мозга, чтобы после всего случившегося взять и открыть дверь. Хозяйка считает так же, потому что просто материт мужика не открывая.

Тот снова деликатно стучит согнутым пальцем:

- Люда, слышь... Я сейчас дверь вскрою. Я тебя выковыряю, слышь? Выйди по хорошему, Людк.

Он нервно жмёт топор пару секунд, после чего внезапно и резко орёт во весь голос: "Сукааааа-а-а-а!" и бьёт лезвием в дверь.

Дверь железная, сделана недорогим методом - просто металлический лист, крашенный краской. Даже без ручки и глазка. Топор отлетает от неё, оставляя длинные царапины, что на её прочности не сказывается совершенно.

Я спрыгиваю со стремянки. Работу не закончил, но инстинкт самосохранения гонит меня прочь.

Снизу бегут люди - кудрявая пьяная женщина лет тридцати с опухшим лицом и старый дед с костылём. Они заполняют собой лестничную площадку - пройти я не могу.

К тому же хмырь с топором, тяжело дыша, поворачивается и говорит совершенно спокойно:

- Извини, ты делай, делай. Тебя это не касается, друг. Не обращай внимание. Сам понимаешь - суббота, конец недели...

Мне не хочется говорить ему, что сегодня четверг, да и вряд ли эта информация что то изменит...

Дед с костылём перегораживает проход, а кудрявая выхватывает топор из рук мужика, говорит: "Ты куда бьёшь то? Смотри как надо", и начинает кромсать стену рядом с дверью, примерно на уровне замочной скважины. Наверное хочет разрубить двадцатисантиметровый брус из которого сложен дом. Других предположений нет.

Мужик кивает, берёт у неё топор и начинает насиловать стену звучно хыкая при каждом ударе.

Пытаюсь пройти деда, как внезапно снизу появляются ещё персонажи. Это два мужика, весьма здоровые, в больших чёрных масках (коронавирус же), один просто лохматый, второй в чёрной бейсболке.

У лохматого в руках пистолет Макарова. Дуло направлено в нашу сторону. К сожалению не будучи специалистом не могу на глаз определить боеспособность оружия. Травмат ли это, охолощённая копия или вообще игрушка, но проверять его действие на себе не хочется.

Вооружённые стоят на первых ступенях второго лестничного марша, не поднимаясь. Лохматый громко свистит:

- Фиииу, эй, Козырь, ты чего до бабы докопался?

Мужик с топором оборачивается, морщит глаза и вытирает рукавом лицо:

- Антоша, ты что ли?

Лохматый крутит дулом пистолета:

- Я, Саш, я. Ты скажи мне, Козырев, ты накой хрен к Людке ломишься? Тебе своих баб мало?

Вместо Козырева отвечает кудрявая:

- А тебя, Антоша, давно ли стала эта швабра интересовать?

- Не зли меня, жаба, - нервно отвечает Антоша, - Я шмальну ведь, ты ж знаешь, что шмальну...

В бейсболке медленно вытаскивает руку из кармана, в ней тоже зажат пистолет Макарова. Он картинно передёргивает затвор.

Я вижу как Козырев то сжимает, то разжимает руку, держащую топор:

- Антоша, а правда, ты какого тут? Ты с Людкой что ли?

Антоша сдержанно кивает:

- С Людой, Саша, да. Теперь с ней. Так что давай, ты топорик вот сюда скинешь, мы выйдем из дома и поговорим. Нормально поговорим, ты понимаешь?

В воздухе повисает прямо тарантиновская пауза, учитывая такие шикарные диалоги...

Козырев красиво втыкает топорик в стену и показательно неторопливо идёт вниз. Ребята прячут пистолеты и здороваются с ним за руку, отчего у меня возникает когнитивный диссонанс, после вся троица скрывается из глаз, и судя по звукам выходит из дома на улицу.

Я заканчиваю работу - ставлю сжимы, изолирую провода. Кудрявая стучит в дверь пятой квартиры:

- Людк, ну ты и падла, слышь?

В ответ молчание. Очень громко сопит дед на костыле.

Под этот аккомпанемент я завершаю ремонт и дёргаю рубильник. Кудрявая идёт вниз проверять появление электроэнергии, я собираю инструменты.

Дед внезапно хватает меня за локоть:

- Я в тебя до конца верил, ты мне сразу понравился, - сообщает мне он. Я кисло улыбаюсь.

На улице никого нет. Куда делась эта гоп компания - не известно. Сажусь в машину. Водитель Александр нервно заводит двигатель:

- Чего ты так долго?

- Да так... Проблемки небольшие были... Поехали уже отсюда!

66

Только что..... Иду домой. Во дворе почти никого. Карантин. Пара пацанов лет по 10-12ть развели костер, стоят смотрят. Не знаю, может детство в жопе, может еще где, проходя погрел руки, перепрыгнул через костер туда сюда пару раз, улыбнулся пацанам и пошел домой. От подъезда вижу пацаны прыгают через костер. С третьего этажа смотрю уже взрослые в очереди к костру в метре друг от друга стоят.

67

Во время поездки на Эльбрус экскурсовод в горах рассказывает примерно следующую местную легенду: - Видите вон ту скалу? Говорят, давным-давно в соседних аулах жили чудесный юноша и прекрасная девушка. В первый раз увидев друг друга, они решили во чтобы то не стало пожениться, так сильна была их любовь. Но их родители были категорически против брака, ведь отец невесты был богат, имел большой дом и много баранов, а родители юноши были бедны и еле-еле сводили концы с концами. Но родители юноши происходили хоть и из обедневшего, но древнего и знатного рода, а родители невесты не могли похвастаться знатным происхождением. И вот, совсем отчаявшись пожениться, юноша и девушка решили свести счеты с жизнью. Вместе они поднялись на гору, нашли крутой обрыв, взялись за руки и, разбежавшись, собрались прыгать. Юноша прыгнул, а девушка, испугавшись смерти, в последнюю секунду бросила его руку и остановилась у самого края. Юноша упал на дно глубокого ущелья и разбился, а на том месте, куда он упал, выросло растение. Как думаете, как оно называлось? - Дикая роза! Лилия! Мак! Барбарис! - послышались голоса пассажиров автобуса. - Лопух! - громким басом авторитетно заявил водитель.

68

Ехал я в маршрутке, на Васильевский.
На сиденье рядом бушевал ребенок, лет шести.
Его мама безучастно смотрела в окно, не реагировала. А он дергал и дергал ее за рукав.
За окном проплывали деревья, дождик моросил, серо было.
Ребенок что–то требовал, или, что–то утверждал.
И тут вдруг, она, как развернется от окна к нему, как дернет его за руку на себя, и как прошипит ему,
— Что ты хочешь от меня?!
Он запнулся.
– Что ты хочешь, я тебя спрашиваю?! Да ты вообще знаешь, кто ты такой?! Ты никто! Понял!? Ты никто–о! – она это выдохнула ему в лицо, просто выплеснула.
Мальчик смотрел на нее, и мне показалось, у него дрожит голова.
Или это я дрожал. Почувствовал, как потеет спина.
Помню первую мысль: Неужели это она ему говорит?! О ком она думает в этот момент?!
— Видеть тебя не могу, — прошептала она.
— «Ты же убила его!», — сказал я, но никто меня не услышал.
В маршрутке, как ни в чем не бывало, продолжали дремать люди.
Я сидел, не шевелясь.
А мальчик не плакал. Она отбросила его руку и снова развернулась к окну.
Он уже не бушевал, притих, как–то сразу. Смотрел в разорванную спинку сиденья напротив и молчал.
А у меня было желание встать и при всех, вот сейчас, просто разорвать ее на части! Сказать ей, — Это ты … последняя! Это ты никто! Ты же убила его!
Клянусь, я бы сделал это!.. Мальчик сдерживал меня.
Я закрыл глаза, стал глубоко дышать, чтобы успокоиться как–то.
А когда открыл их, увидел конфету.
Молодой парень, похоже, студент, такой светлый, кучерявый, в джинсовом костюме, протягивал конфету мальчику.
Он еще встряхнул рукой, сказал, — Бери, это тебе.
Тот взял. И тут же парень протянул ему вторую конфету.
Мальчик помедлил и взял вторую.
Дальше происходило действие, вспоминая которое, я еле сдерживаю слезы.
Мальчик не стал есть, он коснулся маминой руки.
Она не сразу повернула к нему лицо. Но, все–таки, повернула. И видно хотела добить его.
Но он протягивал ей конфету.
Она посмотрела на него, на конфету, я видел, она недоумевает.
Тогда он вложил ей конфету в руку. Она, как обожглась, быстро
вернула ему.
— Я не хочу, — сказала.
Две конфеты лежали у него на ладони.
Руку он не опускал.
— Ешь сам, — сказала она и тихо добавила, — Я не хочу… Честное слово.
Тогда он положил конфету к ней на колени.
Никогда не забуду эту паузу. И эту взрослость. Передо мной за несколько минут этих мальчик стал мужчиной, а она, из злой, раздраженной стервы, стала красивой молодой женщиной. Во всяком случае, это я так почувствовал.
Она молчала. Долго–долго молчала. Смотрела на него так, словно только увидела.
Потом обняла.
И он ее обнял.
Потом он развернул конфету и дал ей.
И пока она не положила ее в рот, сам не ел.
Вы представляете такое?!
Это был еще один шок, но уже другой.
Я тогда подумал о себе.
Я подумал, вот ты сидишь, такой праведник, ты хотел встать, обвинить, ты хотел ее «разорвать», переделать. И ты бы, ничего не добился кроме скандала и брани. А этот мальчик, посмотри, насколько он мудр, как он велик, этот мальчик, он взял другим. И пронял до самых печенок, до сердца, до слез.
А еще, этот молодой парень, который дал ему две конфеты, — подумал я, — он ведь не просто так дал две.
Я огляделся…
В заднем стекле маршрутки увидел этого молодого парня, он уходил вдаль по «моросящей» улице.
А мама и сын сидели, склонив головы, друг к другу. Как молодые влюбленные, ей богу!
Тут водитель объявил мою остановку.
Я, выходя, дотронулся до руки мальчика.
Я этим сказал ему «спасибо».
Не думаю, что он понял, но это и не важно.
Я навсегда запомнил этот урок.
Запомнил–то, запомнил, но должны были пройти годы, чтобы я его осознал.
Что это и есть настоящее воспитание. О котором не все взрослые знают.
Что только примером и воспитывают. Не криком, не обвинениями, не битьем, нет. Только пример работает, больше ничто.
И мальчик этот показал пример. И ей, и мне. И он изменил нас.
Где он, этот мальчик?!
Где ты, мальчик?! Что с тобой сегодня? Как же ты нам нужен всем, а?!
Мы ведь без тебя пропадем.

(с) Семен Винокур

70

Вчерашней топовой историей напомнило.

Грузинское Гостеприимство

Дело было во второй половине 80-ых. Катастрофа в Чернобыле знатно зацепила Белоруссию, и посему моя мать решила, насколько это возможно, каждое лето вывозить меня с сестрой куда подальше. В тот год решение было поехать в Грузию, в Боржоми, ибо там у матери брат двоюродный работал врачом.

Поехали мать (как у учителя, у нее длинный отпуск летом), дед (он уже на пенсии был) и я с сестрой. Родственник не подкачал, ради кузины, племянников и дяди подсуетился, забронировал люксовый двухкомнатный номер, коих в его санатории было всего 4 штуки. Место красивое, зелёное, вода полезная, а воздух такой, что кролик в леопарда превращается за неделю. Но и проблема в этом раю тоже была - хавчик. То есть, в санатории была столовая и там, конечно, кормили, но вот качество было ужасное. До сих пор понять не могу, почему? Может уже сказывался дефицит конца 80-ых, может персонал подворовывал, а может ещё что, но даже я, в мелком возрасте, и то осознавал, что-то как-то совсем не супер.

Но нам подфартило. Тётушка - доброе сердце, дай ей Господь долгие годы и здоровья, белоруска из глухой деревни, оженив на себе дядю, с кулинарной точки зрения стала большей еврейкой, чем он сам. А когда они после его службы в СА переехали в Грузию, то и большей грузинкой чем имеретинцы, мингрелы и сваны вместе взятые. Ах как она готовила и готовит до сих пор! За её гефилте фиш и куриные котлетки можно отдать левую руку. А за хачапури, сациви, и мацони можно смело отдавать все остальные конечности. Да... есть женщины в белорусских селеньях.

Зная плачевную кулинарную ситуацию в санатории, она взяла над нами шефство под лозунгом, "Дитё голодное, дитё бледное, дитё надо кормить." От этой мантры она не отступала ни на шаг. Чуть ли не через день мой дед шёл к ним и возвращался с сумками, набитыми до отказа разной вкуснейшей снедью. Нам лишь оставалось подкупать овощи и фрукты на рынке, для чего она выделяла в качестве ударной силы мою кузину, которая отлично изъяснялась на грузинском (красивой девушке настоящий джигит не может не сделать скидку).

Жили дядя, тётя и их дочери чуток за санаторием, в трёхэтажке, что в своё время построили для персонала. Рядом же был и обширный частный сектор. Туда можно было дойти как и по основной дороге (минут 12-15 ходу), так и по горной тропинке (раза в два короче). Тропинка была, естественно, для сотрудников и аборигенов, отдыхающим смысла по ней шастать не было, да и не рекомендовалось. Я лично не замечал, чтобы местный люд был настроен против туристов, но взрослые говорили, что напряжение было (конец 80-х, как ни крути).

В один вечер дед как обычно пошёл к тётушке за очередной гуманитаркой. Ожидали его через минут 30-40, а прошёл час. Нету деда. Ну ладно, задержался, тётушка - человек хлебосольный, может едой затерроризировать любого - хоть ребёнка, хоть взрослого. Вот его нету уже два часа, и два с половиной, и три. Уже темно. Мать в волнении, ясное дело. Пора поиски начинать, так ведь нас оставить надо. Не то чтобы мы бузотёры какие, но всё же, оставить нас совсем одних вечером надолго, пускай даже в комнате в санатории, она не решалась. Решила позвонить.

Телефон в номере тогда за большой шик считался, у нас его не было. Она к дяде в кабинет, но его уже нет давно, кабинет заперт. Она к администратору, того тоже нет. Пока она телефон отыскала, за это время наверное раз 5 сходить к дяде с тётей можно было. Позвонила:
- Где дед? Как "ушёл 3 часа назад"?
Тут уже волноваться начали мы все всерьёз.

Дед роста небольшого и худой, но мужик очень крепкий, несмотря на 3 ранения и возрастные болячки. То поколение было из людей, выкованных из стали. Это лишь казалось, что таких людей соплёй перешибить можно, а на деле он, вспомнив молодость, вполне троим рыло начистить может. Но эти мысли помогают мало, уже часа как 4 деда нет. Время-то позднее, часов 11 вечера. Надо в милицию звонить.

И тут распахивается дверь и пошатываясь входит дед с сумками. Весёлый такой, и разит от него молодым вином, костром, и шашлыком. Оказалось просто, вышел он от тётушки, и пошёл через дворик к тропинке. Там по пути был закуток такой, где строительные плиты лежали. То ли они от стройки трёхэтажки остались, то ли ещё одно здание планировали строить, и до этого руки не дошли, но лежали они там много лет.
Днём там пацанва в войнушку играла, а вечерами мужики собирались для посиделок. Плиты как скамейки использовали, а рядом мангал ставили.

Все конечно свои, местные, а тут глянь какой-то залётный с сумками. Сами уже хорошо датые, горячий грузинский кровь гаварыт. "Слюшай, ты хто такой? Я тибя вижю много, всё с сумка ходишь? Где был? Иди сюда, сматрэт на тэбя буду." Ситуёвина напряжённая.

Дед спокойно подошёл, "Да не местный. У племянника и жены был вот в этой трехэтажке." "А хто твой плэмяннык?" "Витя И. Жена его Зина." Напряжение тут же исчезло "Вах, вах, вах. Витя, мой спаситель. И его спас, и его спас. Это же такой чэловек. Садись, с нами, не обижай, мясо готово, лаваш свежий. Выпей с нами."

Уйти от грузинского приглашения к застолью - смертельная обида. Да и более чем вероятно, что их импровизированный фуршет выглядел весьма соблазнительно. Ну а раз уж сел, то тост за тостом, и время потекло незаметно. Дед бы и рад, пожалуй, уйти, но каждый из компании так хотел выпить с родственником "такого чэловека" что грех было отказаться. Каждый заявлял что он лучший друг Вити, как Витя ему помог, и рассказывал свою историю. Короче просидел дед там более 4-х часов, еле до номера добрался. Пол следующего дня отсыпался, уж очень обильное угощение было.

Прошло много лет, я что-то этот случай вспомнил. Спросил:
- Деда, слушай, а за что дядю Витю местные так чтили и спасителем называли? Кем же он работал то?
- Как кем? Я думал ты знаешь. Профессия у него для Грузии была самая что ни на есть нужная и хлебная - венеролог.

71

Чтоб не убить кого-нибудь ненароком

Интересно, как сильно искажаются факты при их пересказе. Помню, как дочь первый раз вернулась из Эрмитажа с широко раскрытыми глазами – папа, а ты знал, что если долго стоять перед картиной, то можно умереть? Оказалась, что так она услышала (или ей пересказали) рассказ экскурсовода, что в Эрмитаже так много экспонатов, что если стоять перед каждым из них по минуте, не хватит и всей жизни, чтобы увидеть всю коллекцию.

Помню, в нашем детстве из уст в уста переходил правдивый рассказ про советского футболиста с чёрной повязкой на правой ноге. Это означало, что у него смертельный удар. И вот однажды... в этом месте рассказчик делал многозначительную паузу.

И вот однажды американцы натренировали гориллу так, что она стояла в воротах и брала любые мячи. Вообще никто не мог забить. Тогда вышел наш футболист и ударил с такой силой, что УБИЛ гориллу.
Тут слушатели выдыхали – вот это да!

Интересно, что и эта история возникла не на пустом месте. Только всё было не так.

Произошло это в начале 1960-х годов. После окончания чемпионата СССР команда ростовского СКА отправилась на серию товарищеских матчей в Африку.

Ничто не предвещало сенсации. Но после встречи ростовчан со сборной Мали репортер французской газеты «Экип» передал в свою редакцию удивительные строки: «В первом тайме мяч после мощного удара центрфорварда советской команды Виктора Понедельника убивает вратаря-обезьяну, защищавшего в этом матче ворота национальной сборной Мали».

Вот, что рассказывает по этому поводу непосредственный участник событий Виктор Понедельник в статье еженедельника «Футбол» за 2010 год: «Выходя на поле, мы заметили, что у вратаря сборной Мали на плече сидит обезьянка. Обменялись шутками: это, наверное, амулет, сейчас появится их представитель и заберет животное. Но нет – вижу, африканский голкипер сажает обезьяну возле верхнего угла ворот, там, где перекрестье, и за цепочку прикрепляет к специальному гвоздику».

Игра началась атаками ростовчан. Вот Понедельник наносит сильный удар по воротам африканцев, мяч летит прямо в крестовину, обезьянка падает и лежит без движения. Вратарь сборной Мали хватает несчастное животное на руки и опрометью убегает. Следом – вся команда хозяев. На трибунах – шум, крики, местные болельщики возмущены убийством талисмана их сборной. Слышатся воинственные призывы и угрозы в адрес футболистов СКА. «Ребята, срочно в раздевалку!» – кричит переводчик.

Когда наши игроки торопливо уходили с поля, вслед им с трибун летели бутылки. «Едва мы укрылись в раздевалке, – продолжает Виктор Владимирович, – там собрались советский консул, переводчик, представитель хозяев поля. Что-то горячо обсуждают. Потом говорят: «Случилось самое ужасное! Если талисман-обезьяна не очнется, игра прекращается. И нам нужно будет думать, как вас отсюда вывозить».

К счастью, минут через двадцать вернувшийся после выяснения обстановки консул сообщает: все в порядке, обезьяна очнулась, можно продолжать игру. Выходим на поле, вратарь сборной Мали вновь сажает макаку на место. Судья дает свисток. Навсегда запомнил совершенно невероятную для футбола установку нашего тренера Виктора Александровича Маслова: «По воротам бейте. Но тихо». Приказ тренера не потревожить обезьянку наши футболисты выполняли самым добросовестным образом. После возобновления игры вовсе не били по воротам сборной Мали, а лишь перекатывали мяч друг другу.

По возвращении в Москву Виктора Понедельника в аэропорту поджидал разгневанный Председатель Федерации футбола СССР Валентин Гранаткин: «Что произошло в Африке? «Экип» написал, что ты мячом убил вратаря-обезьяну! Меня уже вызывали для объяснения в ЦК». «Объяснил я тогда Валентину Александровичу, что у сборной Мали нормальный вратарь, а мартышка – талисман. В игре задел было мячом, но с ней всё в порядке – жива-здорова. Просто в «Экип» из-за плохой связи с Бамако отчет репортёра приняли с искажениями. Напутали, дали в газете ошибочную информацию. Отсюда вся эта трагикомедия. Гранаткин сразу повеселел: «Уф-ф-ф, камень с сердца упал».

Это было давным-давно, но с тех пор уровень отечественного футбола вырос до небес. Сейчас у наших футболистов такие чёрные повязки – у каждого. Просто не носят: нескромно хвалиться своим смертельным ударом. Про обезьяну давно все забыли, а традиция просто перекатывать мяч друг другу до сих пор жива. А то ещё, не дай бог, убьёшь кого-нибудь ненароком...

72

Вчера рассказал друг с Челябинска (как бы это не выглядело, реально с Челябы он).

- Довелось нам как-то пить с гомиками. С такими гомосеками. В хорошем смысле. С геями. Зима, у них офис там какой-то, на Алом Поле. Чем-то там они все вместе занимаются, каким-то дизаеном. Ну вот и нас туда занесло. Меня и знакомягу моего хорошего. Здорового такого чувака, Палыча. Килограмм на сто двадцать чувак. Ага... Ну чо, побухали, конкретно так побухали, водки этой выпили какое-то немыслимое количество. Ну знаешь, в молодости здоровья-то много, куда-то надо его девать, это здоровье. Ну... В общем крепко мы там выпили, я ещё в сознании как-то. А Палыч, что-то, гляжу, поплыл. Растащило, вижу, Палыча-то.
Вечер закончился, расходимся, вышли из офиса из их. Из подъезда уже выходим, где офис этот. Вышли. Стоим, значит, закуриваем. Гомосеки пошли по делам по своим, гомосячьим... А у Палыча эцсамое. Накипело что-то. Накопилось, видимо. А тут свежий воздух, морозец, или что. В общем гляжу, Палыч глазами вращать начал. "Сука б*** п***! Гомосеки ё***. Ну я вас сейчас"... Понимаю я тут, что замкнуло человека. И что ты думаешь, так его замкнуло, чьто он не за гомосеками побежал, допустим. А на меня идёт. Со всем этим своим гневом. И со ста двадцатью килограммами. И намерения у него видны по глазам, которыми он, как лев Бонифаций, жонглирует. Хреновые, в общем, намерения, и все -относительно, почему-то, меня. Ну чо я. Ты же знаешь, во мне и сейчас-то килограмм не так, чтобы много. А тогда-то и вовсе было, наверное, что-то около пятидесяти. Растопчет, думаю, меня, кабан этот сейчас. Просто-напросто. Ну и не бежать же от него. Призвал я тут силы небесные на помощь, подныриваю под экспресс этот, который на меня несется, и ногу ему подсекаю, да так удачно, что Палыч всеми своими ста двадцатью килограммами в асфальт лицом прямо и вляпывается. И звук ещё знаешь, противный такой. Отвратительный. Он даже руки не успел подставить. Ага... Воткнулся, стало быть, Палыч в асфальт - и лежит. Не шевелится. Ну я тогда знаешь, как это бывает. Уже и больницы все вспомнил, которые рядом есть. И ментам что говорить, стал в подробностях придумывать. И жена Палыча как-то через сознание протопала. С детьми его обоими за руку. Ну разного, короче, в голове пробежало. Но тут такой нет, смотрю, зашевелился, Палыч-то. Ножками своими, в сапогах зимних, перебирает, встать пытается. Я к нему.
- Ну чо,- говорю,- как ты? Гомосеки больше не беспокоят?
И по глазам вижу- не беспокоят, вроде бы, Палыча, больше гомосеки.
Ну, а что потом, что.
Поднял я его кое-как, отряхнул.
И домой пошли.

73

С другом на лыжах бегаем "классикой", но я люблю и "коньком", а друг ни в какую не признает этот стиль.
Рассказал свою печальную историю: однажды он решился попробовать. Перед очередной горкой поменялся с коллегой лыжами: крепление подходило. Достались ему супер навороченные лыжи, только что покрытые дорогим парафином. Отлично подготовленная лыжня и прекрасная погода - ночью мороз, а утром температура немного ниже нуля. В общем идеальные условия и экипировка за которые любой лыжник продаст душу. Дальше рассказ от его имени:

Еду в горку, наслаждаюсь. Обгоняет спортсмен, но ежу понятно - тренированный, куда я против него! Догоняет какой-то пионер, посопел сзади да и обогнал. Ну ничего, думаю, у них дури много - молодость. Дальше следует женщина, с собачкой! В голове уже нет цензурных мыслей. Потом бабка!!! И начинает по-тихоньку доходить, что, что-то не так с моей техникой. Так как уже почти наверху обгоняет меня тип, смотрю и не верю своим глазам: наверху все как обычно - руки, палки, а ниже задницы: какие-то крепления и монолыжа! Ног нету!!!
Так что "конёк" - это не мой конёк.

74

Я потом напишу красивый рассказ. А пока по существу. По горячему, так сказать снегу. Точнее - по горячим следам.

Вчера встречаемся с московским заказчиком в манерном ресторане. Обсуждаем сценарий. Вдруг вижу хорошего товарища за соседним столом. Вижу собирается у них крепкая праздничная компания. Здороваются. Пожимают руки.
И вдруг - одновременно встают, что-то говорят, чокаются, достают конверты и синхронно передают друг другу.
Мы закончили с продюсером.
Я подошел к товарищу. Мне налили. Я не утерпел. Спрашиваю:
- А что за странная история с передачей конвертов?
Он достает конверт, открывает. Там толстая пачка денег. Я в недоумении.
Он смеется.
- Мы дружим лет 20. Ломать голову - кому-что дарить - надоело лет 10 назад. Неформально - собираемся выпить в дату. А формально - собираемся раз в год, и тупо дарим друг другу деньги. А чтобы было приятно - дарим много. Ну, а смысл каждый месяц ломать голову. И опять же - приятно.

- Вот, шлемазлы,- подумал я....

75

Молчание – золото или почему я боюсь покойников.

Во времена отдания кредиторской задолженности Родине (сиречь воинской службы) довелось мне полежать в госпитале. Банально споткнулся на финише, сдавая норматив по кроссу. Причём маковкой о земную твердь приложился настолько удачно, что перед глазками поплыло, в ушках зазвенело, в носике защипало. А через несколько секунд, прощально улыбнувшись выпучившему глаза дождевому червю, я отключился.

Дальше помню смутно. УАЗик, дорога, легкая болтанка и вот, наконец, меня кое-как усадили перед врачом приёмного отделения:
- Сотрясение мозга, - вердикт был категоричен, - в неврологию.

Небольшое отступление.
Армейская неврология, а конкретнее, стукнутые по черепушке бойцы, - это сборище просто придурков и талантливых придурков. Первые – клинические идиоты, например, ломавшие кирпичи об голову (не десант, отмечу, а два связиста, друг друга брали на слабо).

Вторые, загремевшие случайно, - ходячие и полуходячие сказочники, поэты, анекдотчики и не смолкавшие ни на минуту генераторы приколов. Куда там Петросяну с его человеком – пчелой и шутками, списанными с наскальных рисунков! В нашей палате днями звучали настоящие жемчужины устного народного творчества, естественно, только матерные. Это ж армия, а не детский сад. Хотя с детским садом я, конечно, погорячился.

И сейчас помню:
- Сказок много в этом мире, и огромном, и потешном.
В этих сказках, как-никак, побеждал Иван-дурак.
Если вас попросят дети прочитать им строки эти…
…..
- И смотри, не поломай.
Конец.

Многоточие – это четыре страницы задорного ненорматива в рифме. Надеюсь, общую атмосферу вы поняли.

Так как хрястнулся я головой капитально, заслужив «сотрясение второй степени», то был помещен не в многолюдную (человек на двадцать) палату, а в шестиместный солдатский «люкс». Первые дни прошли банально – уколы, капельницы, шум в голове, двоение в глазах и светобоязнь. Но, в конце концов, молодой организм воспрянул духом. Покачивания относительно прекратились, поэтому я смог медленно ходить, не шарахаться от включаемых ламп, а заодно познакомиться с соседом.

На кровати рядом вторую неделю сражался с последствиями ЗЧМТ (закрытой черепно-мозговой травмы) земляк из-под Вилейки, Димон. Простой деревенский хлопец по кличке Птеродактиль, прозванный так за умение развести глаза в разные стороны. Поверьте, зрелище было не просто впечатляющим.

Когда я первый раз увидел, как он смотрит на обе стены одновременно, то потребовал вызвать батюшку и провести соборование. К счастью, лечащий врач, капитан, услышав эту просьбу, не пригласил психиатра, зато поклялся отдать Птеродактиля в мединститут для опытов.

Как-то утром доктор, улыбаясь, зашел в палату:
- Как самочувствие, бойцы?
- Находимся в эрегированном состоянии, - бодро ответил я.
- То есть? – удивился офицер.
- В любой момент готовы выполнить приказы Родины: от защиты рубежей до воспроизводства себе подобных с особями женского пола.
- Ой, смотри, боец, когда-нибудь ты доп…ся, - улыбнулся доктор, - присядь.
И, достав традиционный молоточек, военврач приступил к задумчивому постукиванию:
- Так, так, так, хорошо.
- Ну что там, товарищ капитан, про дембель слышно? - встрял Димон, традиционно разогнав глаза в разные стороны.
- Тьфу ты, - вздрогнул врач, - предупреждать надо.
- Виноват, - вскочил Птеродактиль, вернув один глаз на место.
- Мля, я тебе их сейчас на ж..пу натяну, - вскипел капитан, неловко шмякнув молоточком по моей неприкосновенной гордости.
- Мля, - закряхтел я.
- Мля, - смутился Димон, - Андрюха, извини.
- Смирно! – рявкнул офицер, - горизонтальное положение принять, глаза закрыть!
- Есть! – тут же замерли четыре таракана, тащившие таблетку ноотропила (зачем он им, дом строили, что ли?).
- Идиоты, - вздохнул доктор.
- Не обобщайте, - возмутился я.
- Поддерживаем, - отозвались тараканы.
- Молчу, - не открывая глаз, шепнул Птеродактиль.
- Так, боец, приляг, - приказал капитан, - и пока я буду тебя осматривать, читай стишок.
- Зачем?
- Чтобы было, - отрезал офицер.
- Своё можно?
- Даже так? - хмыкнул капитан, - ну давай.

И, вытянувшись на кровати, я начал вещать, старательно заменяя нецензурную лексику.

Три девицы под окном пряли поздно вечерком.
Говорит одна девица: если б я была царицей…
Тут вмешалася вторая: не смеши, да ты косая.
- Это я стану царицей.
Третья крикнула девица: ты, подруга, офигела?
- Посмотри на свое тело.
Слово за слово и... ой, девки ринулися в бой.
Разнесли округу в пыль. То не сказка, это быль.
И теперь лежат девицы с переломами в больнице.
Мудрость этой басни в чем? Хорошо быть мужиком.

- Талант, правда? – не открывая глаз, восхитился Птеродактиль.
- Талант, - согласился военврач, - но попомни мои слова, все-таки когда-нибудь ты доп…ся.

Наверное, судьба решила поскорее выполнить пожелание капитана, потому что это самое «когда-нибудь» наступило буквально через неделю, когда я уже без опаски прогуливался по огромной территории госпиталя, со вздохом глядя за забор. Там кипела гражданская жизнь, цокали каблучками девчата, трясли хаерами какие-то неформалы, а под сенью деревьев булькало свежее пиво.

Эх, еще почти год носить зеленые джинсы и черные кроссовки. С этими мыслями я вернулся в отделение, где подчеркнуто вежливый дворецкий из господ сверхсрочников уже зазывал «раненых» отужинать в ресторации:
- Я б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) уже за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени) орать. Вы, бойцы, совсем о..(наелись ухи)? Ходячие, быстро по... (ходьба посредством мочеполовой системы) жрать! А кто про... (воспроизводство себе подобных в настоящем времени), то будет с…(оральные утехи в качестве исполнителя этих утех).

Ну как не уважить человека после такого витиеватого приглашения? Встретившись в коридоре с Димоном и медленно направившись...
- Бегом, п…(нетрадиционщики мужского пола)!
- Всемилостивейший граф, - осмелился вякнуть я, - мы контуженные, посему высочайшей милостью от бега освобождены. Правда, милорд?
- Зрите в корень, ваше сиятельство, - кивнул Птеродактиль.
- Тогда ползком, дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!

Звуковая волна орущего сверхсрочника за секунду вдула нас в ресторацию, бесцеремонно шмякнув за стол. На котором уже булькало Шато де Шамбор 1973 года (компот), и аппетитно пахли рябчики, запеченные в ананасах (рыбная котлета и перловка).

После трапезы мы с Птеродактилем вернулись в палату. Димон отрубился через несколько минут, а вот мне не давала уснуть ноющая головная боль.

Поэтому, бесполезно поворочавшись около часа, я тихо оделся и вышел в коридор к дежурной медсестре по кличке Фрекен Бок. Почему Фрекен, не скажу, а вот Бок! Когда Димон в палате разыграл перед ней сценку «смотрю везде», испуганная женщина легким движением могучих телес отправила шутника в полет через три кровати.
Сильная была женщина, очень сильная. Но меня почему-то любила, как сына.
- Опять, - глянув на перекошенное лицо, вздохнула медсестра, - сделать укол?
- Спасибо, Валентина Сергеевна, потерплю. Можно с вами посидеть?
- Чай будешь?
- Буду.
Мы разговаривали около часа, пока женщина не вспомнила:
- Андрей, глянешь первую?
Это палата для тех кому (ничего не поделаешь) помочь было нельзя. Добавлю, что в отделении, кроме солдат, лечились и офицеры, как действующие, так и в отставке, от молодых до старых и очень старых. Поэтому первая палата, к сожалению, пустовала редко. В ту ночь там доживал последние часы 90-летний дедушка.
- Так сходишь? – повторила Валентина Сергеевна.
- Пять минут, - с этими словами я протопал к первой, включил свет и через несколько минут отрицательно замотал головой, - все.

Дед лежал, устремив последний взгляд куда-то в потолок. Руки свисали с кровати, а рот застыл в последнем беззвучном крике
- Поможешь вывезти? - тихо спросила подошедшая медсестра.
- Конечно.
- Руки сложи, а я все оформлю.
И пока Валентина Сергеевна привязывала какую-то писульку к большому пальцу покойного, я аккуратно скрестил безжизненные руки на груди ушедшего в небытие. Через секунду они снова упали. Я опять сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил.
- Ху, - возмущенно выдохнул мертвец.
- Ух, - согласно пискнул я, потеряв сознание.
- …нулся, Слава Богу, подхватить успела, - бормотала перепуганная медсестра, - что случилось?
- Он дышит!
- Нет, - тихо рассмеялась женщина, - ты просто выгнал из его легких воздух. Вот и…
- Аааа, мля, - задумчиво просипел я, глянув в сторону покойника. Тот подмигнул.
- Мля, ааааа! - покрылись инеем фаберже, - может, лучше спать?
- А? - повторила Валентина Сергеевна, - иди в палату, я вызову дежурных.
- Нет, все нормально, - зажав ногами звеневшие бубенцы, решительно ответил я, - докатим до морга, не волнуйтесь.

В ту минуту, уверен, мой ангел – хранитель истерично махал крыльями:
- Куда б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) собрался? П…(быстрая ходьба посредством мочеполовой системы) спать. На… (мужская гордость) мне это надо! Он будет в морге шаро…(воспроизводство себе подобных в чем-то сферическом), а мне спасай? Как ты меня за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени).

Но, во-первых, показывать слабость перед женщиной стыдно. Во-вторых, за то, что меня напоили чаем и накормили булочками, я просто был обязан помочь.
- А в-третьих, - вздохнул ангел – хранитель, - ты полный дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!

Но против ожидания, до морга добрались спокойно. Усопший, видно постыдившись за свое поведение, лежал смирно и не дергался. Наверное, он был несказанно рад, увидев мрачную дверь приемного покоя, последней обители мертвых. Её тускло освещала единственная лампочка, качавшаяся на столбе с жутким скрипом. В общем, типичный антураж низкопробного ужастика.
- Вот и все, - улыбнулся я.
- Почти, - хмыкнул ангел-хранитель, закуривая.

Закатив тележку в приемный покой морга, мы с медсестрой на секунду замерли от удивления: целых семь каталок с пациентами, укрытых простынями, спокойно дожидались утреннего обхода.
- Сколько народу-то, - перекрестилась Валентина Сергеевна.
- Здорово, мужики, - храбро крякнул я, добавив, - а нашего куда засунуть?
- Может, туда, - медсестра показала на стоявшие в метре друг от друга каталки.
- Точно, - я решительно подтолкнул нашего деда в свободную нишу, - блин, не проходит.
- Сейчас будет самое интересное, - и ангел-хранитель прикурил новую сигарету.
- Андрей, там какой-то брусок лежит, мешает, - подсказала Валентина Сергеевна.
- Сей момент, - с этими словами в позе эволюционирующей рептилии я втиснулся в нишу, - блин, не развернуться.
И, толкнув соседнюю каталку, зачем-то буркнул:
- Подвинься, разлегся тут.
Всё-таки покойники очень обидчивые. Это стало понятно, когда ледяная рука крепко схватила меня за шею. И так крепко!
- Вот и до…ся, - подумал я, теряя сознание.
***
Очнулся в своей палате. Как рассказала Валентина Сергеевна, от толчка соседней каталки рука покойного выскользнула и очень «удачно» приземлилась мне на шею. Мало того, пальцы мертвого были скрючены, что только добавило реализма. Я тогда еще подумал, хорошо, что это была не нога и под зад не пнула. Тогда и уносить бы меня не пришлось, все на месте - и морг, и специалисты, и компания единомышленников.

Дальше неинтересно. Вытащили меня срочно вызванные дежурные по госпиталю. А утром лечащий врач, матерясь, внимательно осматривал «дятла, задолбавшего даже мертвых».
- Все нормально, боец, - через несколько минут капитан довольно подмигнул, - ухудшений нет. Кстати, если хочешь, можем сделать экскурсию в морг, ты теперь местная знаменитость. Хочешь на вскрытии побывать?
- Сейчас кто-то до…ся, и его самого вскроют, - заскрипел зубами ангел-хранитель.
- Да ладно, я пошутил, не бледней, - доктор поднялся и, стоя в дверях, вдруг ехидно добавил, - но если надумаешь, только свистни.

С тех пор я к мертвым не подхожу ближе, чем на три метра. Кстати, и свистеть перестал, мало ли.

Автор: Андрей Авдей

76

АВЕ МАРИЯ

- Знакомся, это Саша - у него сеть отелей в Турции. Это Гена - занимается продажей электроники. Это Валера - сеть детских магазинов. А вот это Алик - музыкант, скрипач.
- Что, тоже миллионер? - пошутил я.
- Ну, как сказать, - рассмеялся мой друг, - спроси у него сам…
Так мы и познакомились. Алик - обаятельный, веселый, невысокого роста, немного похожий на мистера Бина - моментально подружился со мной, и после пары рюмок рассказал свою историю, как обычно рассказывают людям, которых скорее всего больше никогда не увидят.

- Мой папа был директором музыкальной школы в нашем городишке, и поэтому, сам понимаешь, особого выбора у меня не было: или пианино или скрипка. Моя первая скрипка была детская, маленькая. Я подрос и встал вопрос о покупе полной, взрослой скрипки. А тут подвернулся случай. Сразу после нового года, в школу пришел музыкант и попросил пропустить его к директору. Оказалось, что он пропил все заработанные на утренниках деньги и, чтобы веруться домой, решил продать свою скрипку. А папа, хоть и тоже музыкант, в скрипках не разбирался. Позвал учителя-скрипача, чтобы тот оценил качество. Учитель пришел в восторг и сказал: - Покупай! Если захочешь продать, я у тебя выкуплю ее за любые деньги. Знаешь ведь, что главное в скрипке? Она или звучит или нет! А эта звучит.
В общем, новая скрипка обошлась папе в сотню рублей. Ну, ты помнишь тогдашние зарплаты и цены… По официальному курсу к доллару - 60 зеленых! Как она попала в Россию - не знаю. Думаю, что после войны кто-то привез из Германии как трофей.

И пошел я с ней по жизни: поступил в оркестр, начались концерты, зарубежные поездки. Документы на скрипку пришлось делать, чтобы заграницу пускали. Привык к ней, сроднился. Знаешь раньше говорили - кормилица. Вот она для меня ею и была. Я же знаешь как деньги зарабатывал? Ездил за границу, возил с собой консервы, макароны, чтобы ни цента не тратить и на командировочные хоть что-то оттуда привезти и продать. Счетчики в гостиницах как бешеные крутились, пробки вылетали, когда симфонический оркестр варил макароны…

А тут Германия открылась. Вопрос ехать или нет - не стоял. Ехать. Но что делать со скрипкой? Был вариант провезти за тысячу баксов. Для меня это было тогда безумно дорого! Люди уезжалии и продавали квартиры всего за пару тысяч. Это потом уже цены поднялись.
Долго думали, решили передать с проводниками. Ребята дали мне своих, проверенных. Заплатил 200 баксов и в середине декабря передал им футляр со скрипкой.
На следующий день сел на самолет и полетел в Берлин. За пару часов до прихода поезда приехал на вокзал, хожу сам не свой. Волнуюсь, думаю, не дай Бог с ней что-то случится!
Подходит поезд, у меня сердце бъется, того и гляди выпрыгнет из груди! Как на первом свидании с девчонкой! Жду не дождусь момента, когда смогу прижать ее, обнять. Даже расцеловать был готов!
Выходит проводник, вниз смотрит, я сразу понял - проблемы! Подбегаю еле живой: - Где, - говорю, - скрипка? А он глаза отводит: - Немцы конфисковали на границе с Германией.

В общем, слово за слово, оказалось, что эти негодяи решили отпраздновать выгодный бизнес, накупили водки, закуски, поддали, проехали границу с Польшей - поддали еще, а потом, чтобы никто не мешал, просто заперлись в купе, допили остатки и заснули. К немецкой границе подъехали, таможенники зашли в вагон - проводников нет. Постучались в купе - не открывают. Сломали дверь, а они там лыка не вяжут. Ну их по полной программе и приняли. А в купе футляр, в нем скрипка старая, старинная, можно сказать. Конфисковали, дали бумажку, сказали, что на разборки надо приезжать лично владельцу, да не в Берлин, а во Франкфурт на Майне. Ну, понимаешь, тут я и понял, что все мое будущее медленно накрывается медным тазом. Ведь без своего хорошего инструмента ни один приличный оркестр меня не возьмет, а денег, сэкономленных в зарубежных поездках на макаронах, не хватит даже на покупку смычка. А я же больше ничего не умею. В бизнесе - полный ноль. Обе руки - левые, даже гвоздь забить не могу! Немецкий, правда, в школе учил, да что толку, в Германии на немецком все говорят.

В общем, помчался я через пару дней во Франкфурт на Майне. Приезжаю на таможню с квитанцией и паспортом скрипки, ищу Самого Главного Таможенника. Нашел. Оказалось - женщина. Объясняю ситуацию, а они же в школах тоже русский учили, отвечает: - Вы хотите продать скрипку в Германии? Я говорю, - Нет, я скрипач, это мой инструмент, я буду на нем играть. А она опять: - Вы везете скрипку без документов, значит хотите продать!
Вот такой разговор с разными вариациями и походами по кабинетам длился почти до закрытия таможни. И тут ей в голову пришла гениальная идея: - Если, - говорит, - Вы музыкант, - сыграйте! - и смотрит на меня такими торжествующими глазами, как Мюллер на Штрирлица, типа поймала.

Я смотрю на футляр и думаю, вот мой последний шанс хоть прикоснуться к своей любимой скрипочке, настроить, сыграть может быть в последний раз. И такое волнение меня охватило, когда прикоснулся к ней. Как будто с любимым человеком довелось встретиться после размолвки, и от того, как ты себя поведешь, зависит - останется ли он с тобой навсегда или же ваши пути уже никогда не пересекутся. Глаза закрыл, чтобы слезы не текли и думаю, что же им сыграть? Сыграть так, чтобы наверняка пробрало. И тут вдруг вспомнил, что католическое Рождество на носу. Думаю, сыграю я им Аве Мария, Шуберта. А я когда играю, глаза закрываю, ничего не вижу, вытягиваюсь в струнку, на носочки встаю, в общем, полностью отдаюсь музыке. А Аве Мария - достаточно длинное произведение. Играю, забыл обо всем. Закончил, открываю глаза, пару долей секунды тишина, а потом такие овации начались! Мне за сольное исполнение никогда не аплодировали, я же всегда в составе оркестра играл! Собралась вся таможня. На глазах слезы. Носами хлюпают и в ладоши хлопают! Самая Главная Таможенница промокает глаза платочком. - Сыграйте, - говорит, - нам что-нибудь еще, если можно. Мы уже работать все равно не сможем, да и таможня через полчаса закрывается.
В общем, устроил я для них концерт. Рождественских песен у меня в репертуаре не так много было, так я на классику перешел, потом на еврейские, зажигающие. А они не расходятся, двери заперли, чтобы никто со стороны не зашел и просят еще и еще. А я играю и играю, боюсь остановиться.
Часа через два Таможенница говорит: - Огромное Вам спасибо! Так мы Рождество еще ни разу в жизни не встречали! Сейчас все оформим, извините, что столько времени потратили, служба у нас такая!

- И ты устроился потом в оркестр и заработал свой первый миллион выступая на гастролях,- вставил я свои пять копеек.
- Да, устроился, но столько не заработаешь! Забыл сказать, что их эксперт установил, что скрипку делали французские мастера и оценил ее в полмиллиона немецких марок…

Вагоновожатый

77

Как я ездил в Йошкар-Олу...

Это было довольно интересное путешествие. Вот еду я в Йошкар-Олу и думаю, странная поездка, сюр какой то, но это не сюр, это жизнь. В общем, всем тем, для кого предстоящий рассказ покажется сюром посвящается. А если для вас ничего удивительного в этом не будет, то просто закройте его и живите дальше, ведь для кого-то сюр, а для кого-то Жизнь. Кроме того будет много букв и назвать лёгким рассказ нельзя, примите это, пожалуйста, во внимание.

Начнём с того, что до недавнего времени я умудрился устроить свою жизнь так, что деньги у меня были, а мне за это ничего не было. Я ездил на Порше, питался в ресторанах, трахал падших девочек и наслаждался жизнью. Я заходил в ресторан и тут же оценивал его по интерьеру помещения, обслуживанию официантами, разнообразию и качеству кухни, температуре в зале, отзывчивости персонала и конечно же туалету. Могу Вам сказать, что в заведения типа Макдоналдс, Му-Му, или фудкорты гипермаркетов я заходил с глубоким пренебрежением, исполненным чувства собственного достоинства, неотразимой внешности и меня преполняло могучее чувство личной значимости. Наверное, я был похож на одного из трёх толстяков Юрия Олеши, хотя внешность у меня тогда была далеко не толстяка, а наверное, даже слегка спортивная. Шикарная фигура, среднего роста, не плохо одет, обычно, голубая рубашка, синие штаны, но не джинсы, классические изящные синие ботинки, правильные черты лица, лысый, голубые глаза, одухотворённое выражение лица и обаятельнейшая улыбка. В общем, король тайги, не иначе. Но поразительно то, что я себя считал скромным парнем, с богатым внутренним миром, духовными целями и мог бы даже назвать себя кротким и блаженным. Я искренне верил в то, что моя цель — это личная божественная реализация, построение компании, которая дарит людям счастливую загородную жизнь. Да. И спросите, что я делал для божественной реализации?! А как воспринимали нашу компанию клиенты, все ли были довольны, и как она росла и развивалась, и самое главное, что я для этого делал?! Удивительное дело, восприятие себя и то, как видят нас другие. Странно и неестественно, но так жизненно и обычно. Да, не знаю как у вас, но у меня такое состояние было. Быть одним, а воспринимать себя совсем по-другому.

А сейчас я еду в холодном автобусе в Йошкар-Олу, где уже давно отсидел пятую точку так, что, мне кажется, когда я встану, мне надо будет обрабатывать её всякими мазями, кремами, чтобы залечить все пролежни на ней. Сам я сижу на сиденье боком. Сзади меня рюкзак и одежда, отделяют меня от холодного окна и ветра вдоль него. Ноги на соседнем сиденье в носках, укрыты моим походным полотенцем из Декатлона за 99 рублей. Сверху лежит куртка какой-то дамы, скорее всего коренной йошкаролинки и её горячие ноги, которые она периодически перекладывает так, чтобы ей было тепло, почёсывает, и снова поправляет. А моим ногам тепло и сухо. Блаженство!.. Ещё бы холод в салоне кто-нибудь отключил и включил наконец, отопление. Я еду и думаю, когда бы я так ещё поехал в ЙОШКАР-ОЛУ?!

Но начну с начала. Решение ехать на автобусе пришло внезапно. Ехать надо, а денег только на пару раз в ресторан одному. Чувствуете иронию? Что для меня раньше было просто питанием, превратилось для меня в возможность длительной поездки на край земли по делам или для развлечения. Впрочем, одно другому не мешает. Ну так вот, билет на поезд стоил 3700 рублей, а на автобус 1400, чувствуете разницу? Раньше я бы даже не заметил её, а сейчас очень чувствую. Раньше бизнес-класс был для меня ну если не нормой, то естеством, а тут автобус... С другой стороны, хорошо, что не Икарус или даже старенький ЛИАЗ или ПАЗик, я и на таких катался, как, наверное, любой, кто родился в СССР. Откуда этот снобизм? Откуда этот гонор, высокомерность, избирательность, привередство?! Удивляюсь. Ну да ладно. В общем, экономия в 2 с лишним тысячи явилась для меня решающим фактором.

И вот я тут, на автовокзале, среди вонючих автобусов на автобусной станции. В какой-то миг мне показалось, будто бы я стер копоть со своего лица. Господи, когда наконец кругом будет электротранспорт?! Но, а пока что смердящие дизельные автобусы грели нутрянки, портянки и прочие части, рычали и урчали, перед тем как тронуться в дальний шёлковый путь, как древние корабли пустыни. В общем, я нашел наконец автобусный пункт отправки нашего солярного временного домика с колёсами на ближайшие 14 часов. О боже, 14 часов пути в автобусе! Ладно, что я так переживаю, в конце концов я его не толкаю!

Сгрузив поклажу в бездонное брюхо моего стального кита, я решил уподобиться Ионе и пошёл грузиться на своё место. Это был последний ряд с краю. Удобно, на пять сидений всего два пассажира. Когда я зашёл в автобус, я тут же почувствал, что весь воздух был сожжён обогревателями и тут же пожалел, что не взял с собой воду, а купить на станции не успел. Вернее, я не успел купить перед станцией, а на самой станции, кроме дурно пахнущих кораблей различных мастей, сотрудников станции организующих потоки пассажиров и людского моря пассажиров вряд ли можно было что-то найти. Перроны были забиты самыми разномастными гражданами с различным нехитрым скарбом. Станция мне напоминала порт, где происходила погрузка на Титаник. Это огромное количество автобусов в ряд, напоминали мне сверкающие его бока, а дым выхлопных труб был не меньше, чем от труб исторического адового гиганта. Спешащие люди, деловые сотрудники, словом, сразу было сложно сориентироваться, где искать свою шлюпку и каюту. Но как говориться, ищите и обрящите. Вот он мой перрон, вот мои милые спутники, хорошо не жизни, а всего лишь поездки в славный город-герой Йошкар-Олу. Суровые мужчины с сигаретами, полные и не очень, дамы, деловито осматривающие вещи, на вид, вылитые йошкаролинцы. Не знаю, почему я так решил, но они как-то отличаются от Москвичей, может татары, может ещё какие черты. И вот дымят все эти корабли, дымят все эти пассажиры в ожидании своих судёнышек, а сотрудники распоряжаются, кому, где стоять и что не делать. Жаль, что курить тут можно. Короче, я чуть не умер. Мои уже давно изнеженные лёгкие и обонятельный инструмент, гордо именуемый, носом, конечно, не одобрили моих праведных начинаний и всё моё нутро возопило к ногам, чтобы они несли меня хоть к чёртовой матери, но бегом отсюда, чтобы и носа моего здесь не было. Но не носом единым жив человек! Вспомнив о текущей драматичной ситуации, о своей не высоко духовной, но от этого, не менее необходимой цели, я устоял. Вернее, не так. Я пошёл гулять за перронами, подальше от смрада, но уйти от него было невозможно. А сотрудник вокзала указал мне на моё фривольное поведение и показывал жестом, где моё истинное место.

Да, 14 часов не шутка. И вот я сижу на своей онемевшей заднице, и пишу сей страстный опус, дабы вылить преполняющие меня чувства на белое пространство, которое всё стерпит. Дай Бог ему жизни!

В общем, место в автобусе было прекрасное, удачный выбор дилетанта. Я постарался поудобнее усесться, но тут обычное место и слово поудобнее вряд ли подойдёт. Мои милые спутники расползлись по салону, раскладывая вещи, усаживаясь, занимая более удобные места, чем им продали на вокзале. В общем, если бы не сожжённый воздух, то это было бы очень мило. Сразу же пришлось раздеться, не до гола, но только куртку и кофту, и всё равно было жарко и слегка мутило. И вот случилось это!.. Включили два телевизора... Господи, почему ты не спалил Останкинскую телебашню, завод «Рубин» и всё, что может иметь отношение к телевиденью? Какая польза в телевизорах человечеству? Но видимо, насилие — это не твой конёк, а скорее человечий. Нет, я точно привереда. Короче, теперь нам на весь салон начало вещать это современное чудо. По чуду показывали какую-то новодельную русскую комедию, про жизнь простых сварщиков, которые рвались к деньгам, любви и сексу. Причем у меня не было выбора, звук был прекрасен, настолько хорош, что не помогали даже предусмотрительно взятые бананы для ушей. Короче, хотел я или не хотел, но я не мог отвлечься, на фоне отсутствия свежего воздуха, жары и расползающегося амбре я начал приходить к состоянию близкому к экзальтации. Мои этнические, неприхотливые спутники были не только просты в одежде, они также были со специфическим естественным запахом настоящего мужского духа и не только. В общем, мои ноги снова налились кровью, тело наклонилось и напряглось в изгибе, я опять хотел убежать. Но здравый разум и воля в железном кулаке приняли удар на себя и тело расслабилось. С подводной лодки можно уйти только двумя путями и оба вдумчивый читатель легко угадает. Короче выбора не было.
Я начал искать развлечение у своих электронных друзей. Вернее, мне надо было обдумать предстоящие дела и записать все толковые идеи по данному поводу. Но голова была полна протеста, не была свежа, и воля изо всех сил выжимала из ума нужные мысли. Я уселся с ногами на сиденья, устроился поудобнее и начал смотреть своё кино по интересам. Как вдруг к нам тут прибегает бойкая дама, смело командует, чтобы мы тут все расступились и укладывается, между нами, т.е. мной и моим соседом, который сидит у противоположного окна. Видимо это фирменное татарское приветствие и от такой гостеприимности я даже дрогнул и поджал ноги ближе к себе, хотя, подгибать их было уже особо некуда. А сосед, до этого расслабленно сидящий, вжался в сиденье и в окно, изо всех сил пытаясь слиться с обстановкой. Эта бойкая барышня улеглась на два сиденья, укрылась курткой, ноги направила в мою сторону, а голову, как мне показалось, положила соседу на колени. Сказать, что я несколько опешил, это будет лишь частью реальности. Я успел пробубнить себе под нос, - а не охренели? Но моё восклицание потухло в горле. Конечно, она положила голову не на колени соседу, а у неё была мини подушка, но таково человеческое восприятие. Что мир, который нас окружает?? Лишь отражение наших ожиданий, желаний, стереотипов восприятия, нашей боли и страсти, словом, зеркало нашего психологического мира.
Интересно, вам не надоела эта история? Если нет, то вы, видимо, живёте в другом мире. Так я стал окружён простым родным русским народом разнообразного этнического происхождения.

Дальше салон начал проветриваться и перегоревший воздух начал замещаться свежим, поступающим явно из вне. Ну и температура становилась всё свежее и ноги моей прекрасной, ставшей мне в какой-то момент, родной спутницы были очень кстати. Мы согревали друг друга, как люди, которых сплачивают внешние одинаковые суровые трудности. И чувство возмущения сменилось чувством благодарности, я достал своё походное полотенце и закрепил достигнутые успехи в деле удержания ног в тепле. Однако прочие члены терпели естественное охлаждение и пришлось надеть кофту, пристроить правильно куртку, ну и проявлять прочие способности к утеплению. У задних мест есть определённые преимущества, как у задней парты в школе, но есть и существенные недостатки. Дело в том, что сзади присутствует изрядная вибрация, подёргивания, подпрыгивания, потряхивания. Ведь мы сидим на двигателе, далеко от колес на корме, которую мотает и подбрасывает на разных неровностях, а гул мотора такой, будто наша каюта на нижней палубе Титаника рядом с машинным отделением, где чёрные от копоти матросы кормят жерло Молоха не прекращая. Любопытный экспириенс.

Так мы проехали до первой остановки. И тут я порадовался, что я не ел и не пил. Это реально счастье оказывается, мне в туалет почти не хотелось, но я с удовольствием опорожнил свои баки, хотя не пил уже более 8 часов. И не стал брать воду. Нафиг, нафиг с такими удобствами! Вот так путешествие автобусом оставило неизгладимый след в моей душе. Но это ведь пока только начало.

Человек ведь такое существо, что ко всему привыкает и находит различные решения. Протупив целый фильм, меня разобрало желание описать происходящее, и вот я уже несколько часов подряд пишу этот странный опус, в наушниках играет различная классическая музыка, ногам тепло, а мягкое место смирилось со своей утилитарной ролью. И вот моё раздражение превратилось в интересное приключение и необычный опыт, душа наполнилась благодарностью и спокойствием, а моя голова человеколюбием. Воистину, весь мир в нашей власти! Вернее, своим восприятием мы меняем наш мир, ведь увидеть его в истинном свете возможно лишь похоронив свою личность, свои мысли, чувства, память, словом, умерев. Тогда возможно посмотреть на мир не предвзято, не зная ничего о нём, забыв названия, не имея мыслей и чувств, реакций, импульсов, смотреть без страха и упрёка на всё.

И о чудо! Телевизоры наконец выключили, люди угомонились, а водитель наконец надышался свежачком и решил снова жечь кислород. Приятно, быть наедине с самим собой, и писать, и наблюдать, и ехать в неизведанную даль. Романтика! В Москве вечером было +7, теперь уже глубокая ночь, а термометр нашего кораблика показывает - 15. Я устроился поудобнее, свернулся калачиком и погрузился в дрёму, отложив планшет...

На новой остановке посреди маршрута, я снова пошёл опорожнить баки. На этот раз стоимость этого удовольствия снизилась в два раза, до 10 рублей с человека. Моя новая названная сестра попросила купить воды, а я настолько расслабился, что оставил рюкзак и планшет на месте, в надежде на честность моих спутников. Волновался, вдруг что? Но проявив выдержку и милосердие принёс воды и был покоен. Вроде всё на месте. Продолжаем наш путь, осталось ехать всего 3 часа 20 минут.

Я не мог заснуть и находился в легком и блаженном состоянии, молча наблюдал происходящее в тишине. В проносящихся отблесках света меняющихся фонарей я вижу своих спутников. Вот мой сосед справа открыл рот, голова упала на бок, руки распластались. Рядом спит бойкая йошкаролинка под своей курткой, её рука легла соседу на колено, а нога свисает и вытянулась в мою сторону. Сосед спереди изрядно похрапывает, развалившись на два сиденья, а его нога лежит на спинке соседнего через проход сиденья. А тот сосед, что подвергся столь не хитрой атаке, просто свернулся калачиком и мирно дремлет, кто-то сидит в телефоне. А наш водитель, как настоящий капитан ведёт наш корабль, надеюсь не Титаник, к конечному пункту назначения, спокойно, тихо, аккуратно. Дай Бог ему сил, здоровья и внимания!

Я ощущаю единство со своими невольными спутниками, с мелькающей в окнах дорогой, лесом, луной, фонарями, урчащим трудягой двигателем, белым пространством с буквами, гармония и свет, жизнь и любовь, и бескрайняя дорога в Йошкар-Олу...

28.12.2019

78

Любовь с первого... класса.
Незадолго до того, как мой сын пошёл в школу, меня отозвали из отпуска на судно и вернулся я в Одессу, когда он ходил уже во второй класс. Свободного времени у меня было достаточно и я с удовольствием повёл сынишку в школу, благо находилась она всего лишь в десяти минутах ходьбы от дома. По дороге мы встретили одноклассницу сына, хорошенькую белокурую девочку, сопровождаемую тоже папой. Разговорившись с ним, мы обнаружили, что мы коллеги, только он работал на рыболовных судах и тоже первый раз вёл дочурку в школу. Было сразу видно, что дети очень рады друг другу и мы вели беседу, следя только за тем, чтобы они правильно переходили перекрёстки. Возле школьного двора они помахали нам ручками, а мы с новым знакомым пошли вместе домой, зайдя по пути в кафе попить кофе. Так и водили мы с ним детей в школу до Нового года.
Перед зимними каникулами в школе, как всегда, устроили новогодний утренник для детей, но я с утра был по делам в пароходстве и пообещал подъехать к его началу прямо в школу, что я и сделал, опоздав, правда, минут на десять. Утренник был уже в полном разгаре и я начал искать своих, удивляясь, что не вижу ни одного знакомого лица. Через минут десять я не выдержал и спросил молодую женщину, активно работающую с детьми, не знает ли она где 2-й «Б» класс?
- Это как раз мой 2-й «Б», я его веду с первого класса.
У меня, наверное, был настолько растерянный вид, что она даже рассмеялась:
- А кого вы ищете?
Я назвал фамилию сына и его маленькой подруги. Теперь настала ее очередь удивиться:
- У меня в классе таких не было и нет. Вы что-то путаете, может они учатся в школе неподалёку, в двух кварталах от нашей? У них там тоже утренник сегодня.
Сообразив, что если я буду продолжать в том же духе, то, в лучшем случае, выставлю себя на посмешище, поэтому я поблагодарил её и быстренько ретировался.
Немного поразмыслив на свежем воздухе, я решил сходить в соседнюю школу - хорошо, что это были старые добрые времена и строго контроля на входе в школу не было.
Вы уже, конечно, догадались - все наши были там: и дети, и родители!
По дороге домой я докопался до истины: оказывается наши дети души друг в друге не чаяли и всегда старались побыть вместе подольше, а тут вдруг такой случай подвернулся - они прощались с папами у чужой школы, делали вид, что туда заходят, а когда мы уходили, брались за руки и шли в свою школу! Я старался сохранить строгий вид, но в глазах у меня начало предательски пощипывать и я перевёл разговор на другую тему.
Когда в следующий раз мы с другом вели их в школу, то молча переглянулись и решили оставить все, как есть, прощаясь с ними возле чужой школы и давая им возможность хоть немного побыть без опеки, хотя для уверенности следовали за ними незаметно на большой дистанции, а они шли, держась за руки, увлечённо беседуя и никогда не оглядываясь назад.

P.S. С тех пор прошло сорок лет и ничего не изменилось: они до сих пор вместе. Совет вам да любовь, дети!

79

СВАДЕБНЫЙ СЮРПРИЗ

Эта история произошла совсем недавно. Она об американской свадьбе, которая начиналась, как обычно. А закончилась...

Но обо всём по порядку.

Когда все официальные премудрости были завершены и пришло время веселиться, жених вышел на импровизированную сцену и попросил минутку внимания.

Молодой человек выразил благодарность всем, кто приехал на свадьбу, в том числе, из дальних краёв.

Но особенно жених поблагодарил семью и родственников невесты, которые потратили немало средств, чтобы организовать такое великолепное торжество. И в знак благодарности парень решил каждому из гостей раздать по небольшому презенту. Так сказать, на память.

С этими словами жених взял в руки пачку конвертов и обошёл весь стол по периметру, вручая каждому гостю (кроме детей) по гостинцу. И только после этого он попросил всех вскрыть конверты.

А в каждом из них оказалось лишь по небольшой фотографии. И на ней была изображена невеста, которая занималась любовью с другом жениха. И этот друг тоже присутствовал здесь. Понятное дело, и он получил «презент».

Уходя чуть вглубь этой истории, скажем, что жених ещё во время их романтических отношений с невестой что-то подозревал. И чтобы развеять свои сомнения, нанял частного сыщика. Ну, а тот постарался и добыл нужные доказательства измены.

После того, как все гости увидели кадры, жених со всеми попрощался, сказав: «Это не моя свадьба, я ухожу». И исчез, оставив свадьбу без жениха, невесту в слезах, а её родственников в шоке. Ибо потратили они на свадьбу дочери и в самом деле много. Только гостей было почти триста человек.

И это было бы ладно. Деньги — дело наживное. А вот что теперь делать с опозоренной невестой, кому она будет нужна? Если только своему тайному любовнику... Да только и того уже тоже след простыл. Ну, а терпению и выдержке жениха, конечно, можно только позавидовать. Хотя чего только не сделаешь, чтобы подать месть... холодной.

80

Однажды в студеную, мерзкую осень
По лесенке я поднимался домой
Гляжу на ступеньках у двери девчонка
Сидит и стучится о стенку башкой…

- Здравствуй девица, почто штукатурку портишь? Маляр Янка месяц эту лестничную клетку после пожара драил и красил. Нехорошо чужой труд не уважать…
- Мммммееемм…
- О… кто-то из лужицы в форме копытца выпил, никак. Хм… странно, но футболка совсем не пахнет…
- Ммемммуумм…
- Как звать тебя, девица и какого козленочка ты сидишь возле моей двери? Я женат, у меня уже есть дочка и вторую мне не надо. Да и домашних животных я в квартире держать не люблю.
- Мумумыыыы…

Девица теряет связь с нашей планетой и уходит в астрал. Тушка-же, никуда уйти не может, поэтому пытается валиться со ступенек.

- Ах растудыть твою накрест…
- Служба спасения? Добрый вечер. Ну недобрый, хорошо. Скорую и патруль будьте добры на Эзермалас пришлите. Нет, никто никого не убил, хотя кто его знает, но я не видел. Нет, пожарных не надо, в другой раз. Подросток, 13-14 лет, девочка, подозрение на передозировку наркотиками. Да, дышит, да пульс есть, 130-140, нет, рвоты нет, да помогу снести вниз, нет не говорит, как ее зовут. Да, жду, спасибо.
- Дорогая, я чуть задержусь. Нет, недалеко. Очень недалеко. Почему задержусь? Открой дверь, сама увидишь. Да-да, открой и дверь в квартиру. И коврик возьми тренировочный. Да, блин, йогой я решил заняться! Дома чакры не открываются! Аура не та!

В этот момент открывается дверь этажем ниже, под аккомпанемент «и чтобы я эту блядь тут никогда больше не видела!!!» появляется представитель золотой молодежи 14-ти лет роду.
- Настя! Что ты тут делаешь?!
- Йогой занимается, не видно что-ли? Так, Коля. Что за нахрен? Ты ее знаешь?
- Это моя девушка!
- Коленька, тебе что, папа рассказал, как познакомился с твоей мамой и ты решил повторить его подвиг? Какого лешего твоя девушка валяется под моей дверью на лестничной клетке будучи под наркотой?! Какого лешего она вообще под наркотой?!
- Ее из дома выгнали…
- Чьего дома?
- Моего…
- Мальчик, ты внезапно осознал, что у тебя выросла пися и ты подумал, что стал взрослым?! Ты притащил 14-ти летнюю…
- 13-ти…
- Бля… Пардон, да, как же я так промахнулся, 13-ти летнюю девочку к себе домой и ее оттуда прогнали твои родители?!
- Ну а что они? Мы любим друг друга, хотим жить вместе…
- Коля… мне не хватает культурных и не очень слов, чтобы выразить всю глубину степени моего охреневания. Поэтому скажу просто: ты не прав. Ладно, хрен с ними с вашими хотелками. Ты мне скажи, почему ты девочку убить решил?
- Я?!
- А кто бля? Или это она себе нечаянно чай из не тех полевых трав себе заварила? В общем так, пиздюк малолетний. Вон, подъехала полиция. Молчать. Я вызвал скорую, полицию, а если ты не заткнешься, то еще и попа с панихидой тебе. Куда побежал?!

- Добрый вечер, товарищ лейтенант. Не поймали Ромео? А жаль. Он бы вам рассказал трагедию жизни своей. Держите девочку, у меня руки устали. Она все время сесть хочет. Не знаю куда, но получается головой о стенку. Бля!! Я же попросил держать! Вы думаете, я ради хохмы ее придерживаю за плечо последние 10 минут? Ну все, пиздец штукатурке.
- мммуумм..бона…
- Ну хоть жива. Доверил дитятко, называется. Ромео, что живет этажем ниже, кличет ее Настей. Говорил, что 13 лет. Да, шел с тренировки, сидит у дверей. Какая разница, чем. Скалолаз. Что значит, что я тут делаю?! Я живу за той дверью, на которую ты облокотился. БЛЯ! ДЕРЖИ ЕЕ!!!
- ммммммммм… бона…

- Скорая! Ну наконец-то! Спасайте девочку, пока ее слуги закона нечаянно не разбили. Что значит не можете?! Мне сейчас адвоката по делам несовершеннолетних подтянуть?! Девочка два раза о стену приложилась! Шишки видите, это не моих рук дело. Спасибо, лейтенант, за чуткую руку! Она под наркотой и даже лежать не может! А вы говорите, что не можете ее везти в больницу без родителей?! А родителей найти вы не можете, потому как девочка не может сказать, как ее зовут?! Так загляните ей в карманы!! Что значит: «я мужчина и не могу девочек трогать», что значит: «я врач и не могу никого обыскивать»?!! Вы что, укурились по дороге сюда?! Один умеет читать, а другой писать? Так дорогие, у меня есть два решения вопроса.

Первый: я звоню подруге в сиротский суд и назначаем тебя опекуном, лейтенант, а потом звоню в МВД и назначаем тебя кадетом. Будешь ее новый папа. Пропустишь этап подгузников, зубов и перейдешь сразу к переходному возрасту. С тобой, девочка – одуванчик, которая не может принять ребенка в критическом состоянии без его родителей, просто поговорит начальник службы скорой помощи. После того, как с ним поговорит министр здравоохранения. Будешь награждена пожизненной должностью фельдшера. А что вы хотели? Страна маленькая.
Второй: вы отвернетесь, пока я посмотрю, не выпало ли что-то из ее карманов. О, ученический. Лейтенант. Работаем.

Ффух… Увезли.
Дорогая, я дома. Где доча? Спит уже? Ну и ладненько. Лайм еще остался? Сядь, послушай. Ты ведь всегда говорила, что в городе тебе тяжело, а я могу хоть из леса работать. Может пора?

81

Поход на Москву

Жил-был один мужичок, собою неказист, да и немолод уже. Посещал он однажды Москву по какой-то ерунде и возвращался домой на поезде. И соседка сразу ему знакомой показалась, заговорили — бог ты мой! — лет двадцать назад играли они вместе в оркестре при ДК связи, как тогда шутили — «половой». Мужичок тромбонистом служил, а дама эта на флейте играла и считалась первая красавица. Многие оркестранты в её сторону неровно дышало и сам дирижёр подмигивал. Мужичок тогда лишь поглядывал сквозь смычки, любовался, ну и фантазировал малость. У него на тот момент дома всякие семейные обстоятельства были, да и шансов за собой не видел. Сейчас даже удивился, что соседка его признала.
А разговор замечательно пошёл. И оркестр вспомнили, и про жизнь поговорили, и про то, как она выглядит замечательно. Время и станции летели незаметно, под конец устали, молчали вместе — уютно было, хорошо.
На вокзале её сестра встречала, за город ехать, на семейный юбилей. Обменялись на прощанье телефонами. Решился в щёку поцеловать, наклонился. Вдруг то ли мяукнул кто, то ли специально — но обернулась она, и поцелуй прямо в губы пришёлся и продлился некоторое время, даже, быть может, секунды три. Забилось у мужичка сердце, как давно уже не билось, пульс не сосчитать. Дошёл он до своего дома на дрожащих коленях, выпил водки и послал эсэмэску такого содержания: «Встретимся в Москве как-нибудь?». Положил телефон на столик, к окну подошел, под занавеску пролез и сильно-сильно лбом к холодному стеклу прижался. Слышит — пимс! — ответ пришёл. Кинулся обратно, чуть занавеску не сорвал. Читает: «Будешь в Москве — заходи». И адрес. Мужичок крякнул и присел на диван. Самая красивая женщина в его жизни хотела видеть его в Москве, хотела видеть его, хотела его, хотела!
Всю ночь мужичок не спал, составлял планы, бегал на себя в зеркало смотреть. Решил так — поспешишь, людей насмешишь. Поутру первым делом пошёл в банк и снял досрочно деньги с депозита, потерял проценты. Потом записался к зубному — вставлять коронки и лечить кариес. Книжку купил про здоровое питание и две огромные гантели. Твердо решил мужичок к Москве подготовиться. Чтобы женщину не разочаровать и самому не опростоволоситься.
Лифт не вызвал, гантели наверх по лестнице тащил. К шестому своему этажу приполз со звёздочками в глазах и сердцем во рту. Понял, что тяжело будет. Но не огорчился ни капли.
Началась у мужичка новая жизнь. По телевизору сериалы про любовь смотрит, на которые раньше только плевался. Забыл про хлеб и картошку, жирное и солёное, а на ночь и вовсе не ест. Утром и вечером гантели тягает да приседания делает. Лифтом нигде не пользуется, через день зубного посещает. На работу пешком ходит, в обед кефир пьет. Первые дни самые тяжелые были. Связки болели, и есть по ночам хотелось жутко, как уснёшь — завтрак снится, проснёшься, а всё ещё ночь.
Ко второй неделе заметно полегчало. На шестой этаж вбежал — и ничего, нормально. В помощь гантелям тренажер купил, собрал, посередине единственной комнаты поставил — другого места не было. Да и не надо. Стал мужичок привыкать к новой жизни. А ещё журнал читать про мужское здоровье и пару раз в неделю на шлюхах тренироваться. Поскольку по части интимных дел были у мужичка сомнения на свой счет. Шлюхи поначалу удивлялись, но соглашались помочь и вели себя как порядочные женщины. По окончанию мужичок разбор полётов проводил — что правильно сделал, что неправильно, и первое время даже записывал ответы.
И мечтал мужичок, сильно мечтал. На тренажере, на шлюхе и даже у зубного. Думал он о той женщине постоянно. Воображал себя с нею. На работе бурчать начали, что от него толку никакого не стало, опять же линолеум пропал, десять рулонов. После голодных лет мужичок себе подобного не позволял, разве что по мелочи, а тут как-то все сошлось. В результате поругался с директрисой, пришлось на отпуск написать. Отгуляю, думает мужичок, а потом и вовсе уволюсь, пусть поищет себе завхоза. Может, вскоре вообще в Москву перееду, работу там найду с зарплатой поболее. А квартиру сдам — отличная прибавка! Хотя на такую женщину денег еще больше надо. Ну так вспомню молодость, залабаю на костыле, Москва город большой, каждый день похороны. И погрузился мужичок в воспоминания о дважды краснознаменном оркестре округа, заулыбался, а закончив, поднял верх палец и сказал вслух: «Ни чета нынешним!»
К концу месяца живот заметно убавился, а плечи стали шире на размер, чему мужичок сам изрядно удивился. И самочувствие было как никогда. Потренировавшись, напрягал мускулы и чувствовал себя как артист из одного кино, просто вылитый, особенно если в зеркало не смотреть.
Пора в столицу ехать. С новыми зубами. Тем более что ждать уже никакой мочи нет. И вот составляет мужичок эсэмэску на заветный номер. В таком ключе, что как бы собираюсь в столицу по важным делам, но не прочь и посетить хорошую знакомую, поужинать вместе. Ответ пришел быстро: «Если речь только про ужин, то можешь и не приезжать».
Мужичок подпрыгнул и затряс сжатыми от радости кулаками, перечитал ещё раз и ещё — как от этих слов веяло ароматом жаждущий его женщины, такой далекой и близкой одновременно!
В Москву, в Москву, скорее! Забрал брюки из химчистки, сложил рубашки в чемоданчик и тут же решил чемодан не брать, ну куда же это в гости с чемоданом, сбегал в аптеку, купил презервативов и всяких подсказанных шлюхами полезных гелей. Размышлял, куда их положить, чтобы как-то поизящнее достать в нужный момент, придумал из подарочной бумаги сделать кулечек и бантиком обвязать. Сюрприз! Положил на стол, любовался, считал минуты до поезда.
Выйдя из дома, не мог вспомнить, закрыл квартиру или нет, пошёл уже было обратно, вспомнил, что точно закрыл, а паспорт взял? Да вот же он. Всё на месте: и паспорт, и билет; скорее в поезд, в самый медленный поезд на свете.
Под стук колес неожиданно уснул, тоже от волнения, видимо. Проснулся, купил кофе у разносчицы, выпил без сахара, вот уже и приехали.
Москва, всегда такая холодная и неприветливая, нынче стала будто праздничная, ни мокрой грязи, ни мрачных рож. Такси мужичок взял, чуть отойдя от вокзала, — сэкономил слегка. Пригодятся еще деньги-то. Назвал адрес, но перед этим попросил к ближайшему в том районе приличному магазину подвезти, где деликатесы и водка непаленая.
Таксист кивнул, не прекращая с кем-то говорить на незнакомом языке. Ехали не так уж и долго, на удивление, хотя смеркалось, город замедлялся и гудел в пробках.
— Магазин, — сказал таксист, на секунду прервавшись.
— Подождёте меня? — спросил мужичок, протягивая деньги.
Таксист кивнул.
В магазине и вправду было много деликатесов, таких дорогих, что цену указывали за пятьдесят грамм. Мужичок взял колбасы трёх видов, сыра и рыбки соленой. Замахнулся было на черную икру, но в последний момент смалодушничал (да и не до икры будет!), взял красной. Зато водку выбрал самую лучшую, а также вина французского две бутылки и шампанское «Князь Голицин». Походив еще, добавил в корзинку сок, ликер и свежий ананас.
Расплатился, вышел. Таксист уехал, не дождался, гад нерусский. Куда идти, где это? Подсказали, что рядом. Через полчаса ходьбы устал от московского «рядом», поставил пакеты, отдышался. Отправил эсэмэску: «Уже иду!» Получив ответ: «Ко мне?» — обрадовался и поцеловал «самсунг» в экранчик. С новыми силами тронулся в путь, вышел вскоре на нужную улицу, начал дома отсчитывать.
«Чёрт!!! Забыл! — скривился вдруг мужичок. — Сюрприз-то, кулёчек с бантиком, так и остался на столе! Вот напасть…»
— А где тут презервативы? — начал спрашивать у прохожих. — То есть… это… аптека?
— Рядом, — ответили.
Мужичок вздохнул, написал эсэмэску: «Буду через полчаса». Пимс! Пришёл ответ: «Других планов у меня на сегодня не было».
Мужичку стало ой как неудобно, на него надеются, а он тут… И ни одной машины не видно. Улицы узкие, дома невысокие, как будто и не Москва совсем. Где же аптека, где крестик? Может, сумки с едой оставить пока? Да кому ж их тут оставишь.
Аптека нашлась в длинном дворе, к счастью, ещё работала. Купив всего и побольше, мужичок тронулся в обратный пусть. Пакеты с продуктами оттягивали руки, перекладывал как-то, старался не останавливаться и не сбиться с пути.
Уфф! Пришел наконец-то. В домофон тыкает — палец дрожит. Пипикнуло, открыли. Поднялся на второй этаж, потянул приоткрытую дверь. Вошел.
Всё как в мечтах. Уютно, тепло, коврик круглый, пальто на вешалке, зеркало. И она. Так близко! Несусветно красивая, домашняя. Стоит, чуть наклонив голову, смотрит на него, как будто с вопросом каким.
Мужичок плечи расправил.
— Здравствуй!
— Ну, здравствуй. Какими судьбами?
— Я… это… — начал было мужичок, а сам поставил сумки на коврик, шагнул к ней, обнял изо всех сил и целовать, целовать!
— Да что же это! Прекратите! Стоп! Стоп! — вдруг закричала она, вырываясь, уперлась руками ему в грудь. — Отпустите меня, отпустите, что происходит?! Пусти!
— Да как же?! — опешил мужичок, отступив. — Я же к тебе приехал, вот, ждал…
— Что за наглость такая, что вы себя позволяете!
— Мне уйти, что ли? — глухо спросил мужичок, не веря происходящему.
— Оставьте меня в покое! — прокричала она, отвернулась к зеркалу и заплакала.
Пришибленный, растерянный мужичок чуть было не бросился к ней снова, зашатался, замычал, схватив себя за голову. Наклонился, выдернул водку из пакета, толкнул дверь и бросился вниз по лестнице. Выйдя из подъезда, сорвал пробку и залпом впустил в себя полбутылки. Пошёл, шатаясь, по холодной улице, остановился, вытер слезы рукавом, ещё выпил, снова побрёл, у фонаря присел, допил, что осталось, закрыл глаза руками. Сидел долго.
— Мужик, тебе куда? — жёлтое такси подъехало почти вплотную.
Мужичок очнулся. Поднялся с трудом, но в машину сел уже уверенно.
— К девкам! — сказал громко.
— На точку, что ли? — переспросил таксист.
— Не знаю, чтоб покрасивее и чтоб выпить!
— Тогда в клуб?
— Валяй в клуб.
Машинка понеслась по ночным московским улицам, таксист что-то рассказывал, мужичок не слушал, шептал всё — как же так, как же? А может, из-за икры? Черную надо было брать. С ананасом.
— Черную с ананасом! — повторил он громко.
— Сейчас уже всё будет. Уже подъезжаем, — отозвался водитель. — А я им объясняю, претензии ко мне может предъявлять только погибший, а остальные вообще никто и ни при чём! С вас косарь.
Вывеска над большой железной дверью нервно светилась красным. Мужичок слова иностранного не разобрал, нажал кнопку.
В клубе мигало и громыхало, ходили полуголые девицы со строгими лицами. Пройдя контроль, мужичок заплатил за отдельную кабинку, заказал сухариков и водки, которую тут же выпил и заказал еще. Посидел, согрелся, стало чуть легче. Глаза привыкли к мельканию, стало видно, что девицы по очереди поднимались на сцену с шестом и танцевали там, снимая последнее. А потом обходили по очереди кабинки. Заходили и к мужичку. Каждую он спрашивал, как зовут, предлагал деньги за секс и получал отказ. Согласилась только самая страшная, которую и на сцену-то не пускали. Себя оценила в пятнадцать тысяч с НДС. Мужичок засомневался. Видя его колебания, находчиво предложила другое — за пять тысяч рассказать, как можно весь стриптиз-клуб поиметь. Получив сумму, объяснила: если ещё пять тысяч дать охраннику, то получишь ключи от квартиры в доме напротив, откуда по телефону звонишь в клуб и вызываешь кого хочешь, хоть танцовщицу, хоть официантку. Мужичок страшную поблагодарил, допил залпом водку и оплатил счет, морщась от дороговизны.
С охранником говорить было трудно, язык заплетался. Но справился. И на улицу сам вышел, и квартиру нужную нашел. Поискал водки — нету, нашёл телефон, снял трубку, попал сразу в клуб.
Из трубки громко играла музыка.
— Мне бы Свету, Свету бы, — прошамкал мужичок в музыку. Света, пухловатая блондинка, ему больше других понравилась. Но вместо «Светы» выходило какое-то «све-све-све».
— Вы что, всех хотите? Всех? — спрашивали из трубки.
— Да не всех, а Свету! — сердился мужичок, но выходило всё равно «све» да «све».
На том конце убедились в том, что сразу всех хочет, всех и повели. Дверь открылась, и в квартирку начали заходить официантки и танцовщицы, включая страшную. Мужичок перепугался, зашипел: «Да вы издеваетесь? Издеваетесь?» Выходило невнятно. Входящие подобрали знакомое слово, близкое по звучанию, получилось — «раздевайтесь». Первые стали раздеваться, спрашивать друг у друга, куда вещи складывать, не на кровать же. Раздетых одетые подпирают, те мужичка теснят. Он давай их руками отталкивать, вещи выкидывать, кричит: «Администратора сюда, министра-то-ра-ра» — слово длинное и для трезвой головы. Пришедшие поняли, что клиент в отказке и требует министра. Осудили, уходя. Совсем, сказали, с ума сошёл, но министра, даже двух, обещали тут же прислать.
Дверь за девушками и захлопнуться не успела, как вошли двое охранников в чёрных костюмах, схватили мужичка за подмышки, прижали к стенке и предложили оплатить всё беспокойство. Сумму назвали дикую.
Мужичок перепугался. Объяснить ничего не может, бумажник показывает, где всего двадцать тысяч осталось. Охранники ему — а вон у тебя карточка есть, в долларах, сейчас к банкомату ночному поедем! Мужичок головой крутит, дескать, нельзя, курс высокий, высокий курс, охранникам слышится: «Выкуси». Ах выкуси, да мы сейчас тебя по стенке размажем! И давай мужичка возить по обоям верх-вниз.
То ли согревшись от этих фрикций, то ли от всего выпитого и пережитого мужичок отключился, обмяк и, будучи отпущен на пол, захрапел...
Охранники выругались, взяли все деньги из кошелька и стали дальше по карманам шарить. Нашли пять пачек презервативов, паспорт, ключи и визитку начальника департамента контрразведки полковника Кожемякина А. М. Покрутив визитку, парни переглянулись, вернули в кошелек пять тысяч — чтоб не серчал, затем вытащили мужичка на лестницу, приложили к тёплой батарее и ушли.
Часов через шесть мужичок наполовину проснулся, выполз на утреннюю московскую улицу, поморщился на свет, остановил частника и поехал на вокзал.
Первым делом купил билет, затем пошёл пиво пить. Нашёл где подешевле, к пиву взял сосиску, огурец и большой кусок черного хлеба. Ел с удовольствием. Месяц так вкусно не ел. Потом взял еще кружку и, похлопывая себя по животу, уселся поудобнее на замызганном диванчике. Продавщица за стойкой ему улыбнулась, он — ей. Зевнул и подумал, что в целом неплохо съездил в Москву. А то ведь дома всё провинциально, обыденно, а тут, как ни крути, столица, интересно можно отдохнуть. Поиздержался сильно, конечно. Но будет чего вспомнить. Да и здоровье в целом подтянул. Когда б еще за зубы взялся — никогда бы.
И тут — пимс! — эсэмэска приходит. Удивился, читает: «Почему ты ушёл так быстро?» Хлопнул тут мужичок ладонью по коленке, вытянул губы и сказал: «Пфффффффф…»

(С)СергейОК

82

Кино

Лето 1977 года. Сессия сдана. Подыскиваю заработок в виде репетиторства. Вечер, перебираю материалы и готовлю занятия. Заходит мама.

- Я достала билеты в Симферополь. Ты тоже едешь. Тетя Бела отдыхала в Черноморском, ей понравилось. Она говорит, что приехала совсем другим человеком. Ещё раз бы с удовольствием опять съездила.
- Вот пусть тетя Бела, приехавшая другим человеком едет с тобой опять. А мне зачем быть другим человеком? Я же не тётя Бела.
- Я хочу, чтобы ты отдохнул.
- Я, собственно, не устал.
- Всё, я сказала, поезд послезавтра.

Спорить с еврейской мамой – во-первых бесполезно, во-вторых себе дороже. Всё, чего мне удалось выторговать, так это экскурсию в массандровские винные погреба с дегустацией вин.

Крым.

Ранним утром я выехал в Массандру, побывал на экскурсии на винзаводе, продегустировал знаменитые вина (делал умную морду лица, с видом знатока кивая головой).

Ялта.

Мой школьный товарищ учился в кулинарном училище и проходил практику в одном из центральных кафе Ялты. Хотелось бы его навестить, да и пообедать не мешало.

Середина дня. Очередь желающих посетить пункт общественного питания длиннее, чем за женскими сапогами в Москве. Крики, ругань.

- Вас тут не стояло.
- Да я час назад занимал.
- Вы врете, вы только подошли и не толкайте моего ребёнка.
- Женщина, шо вы пихаетесь, идите мужа своего попихайте.
- Я тебе влезу, я сейчас тебе так влезу...
- Ой, иди свою жену попугай...

Стоять часовую очередь ради поесть – это не для меня. Прогулка по тенистой аллее вдоль речки, успокаивает нервы и улучшает настроение, а очередь как-нибудь сама рассосется.

На мосту снимали кино. Скорее всего это был какой-то учебный фильм о правилах ПДД, хотя точно сказать не могу. Сам эпизод выглядел так. Две машины заезжают с двух сторон на мост и не могут поделить дорогу. Резко тормозят, едва не сталкиваясь, водители выходят, начинают спорить, потом к ним подходит милиционер и т.д. Место ограждено, каскадеры в машинах, милиция, камеры, прожектора освещения, народ облепил – не подойти, а как же, такое событие - кино снимают.

Команда режиссёра – тетя хлопнула хлопушкой, машины поехали. Заезд на мост, остановились, водители не торопясь выходят и начинают изображать беседу, спокойно так, как будто собрались в баре футбол обсудить за кружечкой пива.

- Стоп, это что, авария, это что, так ругаются? Так, все по местам. Всё сначала.
- Тишина на площадке! Мотор! – тетка опять хлопнула хлопушкой, машины поехали, остановились на мосту, водители вышли и…

- Стоп! Вы что, никогда в аварии не попадали, вы что, ругаться совсем не умеете? Интеллигенты со стажем? Или вы сейчас устраиваете аварию и ругаетесь, как положено или я вас выгоню к чертовой матери!!! Все по местам!
- Мотор!!!

Машины резко, с пробуксовкой срываются с места, набирают скорость, поворот с заносом, бешеный визг тормозов (я был уверен, что они столкнутся) и машины стали, едва не касаясь капотами друг друга. Из кабин, как чертики из табакерки выскочили водители и… смачный, густой, отборный русский мат покрыл, как клубы дыма, площадку.

- Ты трах тибидох, твою мать тибидох, твою машину тибидох.
- Да ты сам тибидох и твою машину трах тибидох и это кино тибидох и режисера тибидох и всех трах и опять трах и тибидох.
Мамаши хватают детей и зажимая им уши разбегаются.
Какая-то мадам пред бальзаковского возраста и полуинтеллигентного вида, размахивая сумкой, подбегает к водителям.

- Как вам не стыдно ругаться, здесь же дети. Я милицию позову.

Ассистентка режиссера пытается выскочить, чтобы оттащить пылающую праведным гневом женщину, но её удерживает режиссер.

- Не лезь, пусть сами разбираются, очень правдоподобно выходит, потом все равно переозвучим.

Мадам не унимается.

- Да я на вас напишу, где милиция, пусть их немедленно арестуют, пусть их посадят.

Не торопясь подходит милиционер.

- Гражданка, в чем дело, почему вы кричите?
- Товарищ милиционер, немедленно арестуйте их, они ругаются в общественном месте.

Артист в милицейском кителе, форменных штанах и фуражке едва сдерживает смех.

- Гражданка, они на работе, а вы что здесь делаете, почему нарушаете?
- А! Так ты с ними заодно. Я на тебя напишу, я тебе устрою, а ещё форму надел.
- Гражданка, я буду вынужден вас задержать и отправить в отделение.
- Я тебе сейчас так задержу…
Разбушевавшаяся мадам в гневе орудует сумочкой в стиле Джеки Чана, стараясь достать водителей и милиционера.

- Стоп, Сняли. Всем спасибо. Перерыв.

Всё, режиссёр, его помощники, оператор, весь рабочий персонал и оставшиеся зрители хохочут, вытирая слезы. Водители и «милиционер» подхватывают разбушевавшуюся гражданку под руки и буквально выносят с площадки.

Видя, что продолжения не будет, толпа начала расходиться. Я тоже пошел в сторону кафешки на встречу с товарищем и очень вкусными блинчиками со сметаной и вареньем.

83

Был в нашем военном городке «объект стратегического назначения», наводивший ужас на всяк туда входящего. Дыра в грунте, из которой зимой шел пар, т.е. зрелище в общем-то пугающее. Эту дыру годами не замуровывали, что некоторых доводило до легкой критики режима из серии «раздолбаи порядок навести не могут».

Недавно увидела в интернете ролик из Оптиной пустыни с красивой доброй музыкой – Крестный ход с котами. Если бы в детстве у меня был смартфон, точно бы сняла ролик «Кормление котов народом». В детстве каждый день, а то и два раза на день, из дома выходила тихая милая женщина и с возгласом «Киси-киси! Кушать!» шла к дыре, а за нею образовывалась группа котейших, терпеливо ждущих пищи, т.е. кто-то вылезал из дыры, кто-то слезал с дерева, а кто-то уже ждал по расписанию.

Если бы дыру попробовали замуровать, допускаю, что организатор мог бы даже лишиться погон, потому что та дыра в нашей Армии была не самым запущенным ее местом, и умная женщина могла бы много чего доложить руководству ради спасения кошачьих жизней. Зимой у нас в городе было очень холодно, коты грелись на теплых трубах. У офицеров рука не поднялась их замуровать.

При всем многообразии котов, из всей массы имеющихся вариантов, я принесла ей в дом редкого паразита. Как он не разодрал мне живот, до сих пор не понимаю. Его хотели выкинуть на улицу, но я взяла его в руки, положила себе на живот, где он сидел тихо и мирно всю дорогу до нашего дома, однако после того на руки не давался. Бабушка первые годы ходила с разодранными ногами. Вытирая стекающую кровь, она запрещала отлавливать мерзавца и утверждала, что сама виновата.
В возрасте под 20 лет кот покинул этот мир сам, тихо и мирно. В связи с чем встал вопрос о приискании другого кота, но воистину, прежде чем осчастливить человека, надо его спросить о том, нужно ли ему это счастье. Совесть зашептала мне, что вынудив бабушку провести столько лет с редкой сволочью, я обязана исправить ситуацию, и она заслуживает права хотя бы в старости получить в подарок нормального стандартного благонравного котика. Ответ бабушки потряс до глубины души. Мы ожидали услышать что угодно, но не это. Бабуля вдруг заплакала и сказала, что ей не надо другого кота, потому что второго такого хорошего кота быть просто не может. Мда. Где ж я еще найду ей такого редкого паразита.

В отличие от меня, бабушка смотрит телевизор. Самым бессовестным считает первый государственный канал, потому что «когда иностранные журналисты прижимают наших разумными вопросами, они уходят на перерыв, и так не честно». На вопрос как жизнь, ответила, что «Солнце повернулось к нам жопой, и сеть паршивая, такой недели еще никогда не было», на что не рискнула ее прямо спросить, что не так сделал на этот раз лидер нации. Она сама ответила, что «об экологии думать надо». Однако закончили мы разговор с ней на том, что обе уважаем и поддерживаем Владимира Владимировича, и он молодец.

Бабулю всю жизнь так истошно обвиняли, что она вышла замуж за деда, чтобы спастись от репрессий (она дочь «врага народа»), что как любой порядочный человек она предъявляет к себе высочайшие стандарты самокритики. У нее всю жизнь виновата во всем она сама. Чем больше лет проходит после смерти деда, тем сильнее она винит себя, что «недостаточно сильно его любила». Но я то знаю, я то с ними выросла. Они очень любили друг друга.

Прадед служил в военной разведке и в самый разгар сталинских репрессий стал настоящим правозащитником. На мой вопрос, «зачем оно им было надо», бабушка ответила «для равновесия». Она никогда никого не осуждала, кроме себя самой.

Так, наверное, правильно.

84

У входа в парк стояли две прекрасные статуи.
Прекрасная молодая девушка и не менее прекрасный юноша.
Однажды появился ангел и сказал :
- Вы стояли здесь двадцать лет и смотрели друг на друга, но не могли даже пошевелиться.
За это я позволю вам на 15 минут стать людьми!
Юноша и девушка ожили и, взявшись за руки, скрылись в ближайших зарослях.
Вскоре началась веселая возня, кусты затряслись, посыпались листья и послышался радостный смех.
Через 10 минут юноша и девушка прибежали назад.
Удивленный ангел сказал им:
- У вас есть еще пять минут.
Они снова скрылись в кустах.
Ангел подошел поближе и услышал:
- ОК, теперь ты держи голубей, а я буду ср*ть им на голову!..

85

Одной из историй навеяно

В бытность студентами-медиками пошло какое-то поветрие по игре в карты. Играли в храп, покер (американский), и, конечно, в преферанс. Играли на лекциях, в перерывах, вообще ловили момент.

К 6-му курсу большинство уже женатые, и решили на дежурстве в больнице расписать пульку. Для студентов дежурства были бесплатными, мы набивали руку на ассистировании, да и на операциях, больница получала бесплатные руки положить-переложить больных, сделать уколы и пр.

И вот 3 молодых спеца собрались, и сели писать пулю в конференц-зале, который до утренней пятиминутки никому не нужен. Из этих студиозусов поучилось в дальнейшем 2 профессора и 1 бизнесмен средней руки. Расписали 2 по 50, Поиграли в покер. Покатали шары на бильярде, который был в этом же зале

Алкоголя никто не взял, что и удивительно. Это-то и нас спасло!

Поутру начался разбор полетов. Сестры ночью перепились (хрен знает чего и кто их поил, нам не до того было). Одна обрыгалась ночью в коридоре, другая послала хирургов на ...: по месту работы урологов. Третья, будучи подругой ответственного хирурга, отказала ему под предлогом, что ее только что поимели.

Разборки и, естественно, подозрения на студентов.

Но! 3 Заведующих отделениями, прямо на планерке, независимо друг от друга и несговариваясь, заявили, что эти 3 студента (про нас) были у них в отделении (сразу трое и в трех отделениях!), там работали - выносили горшки, брили больных и пр., водки не пили, в безобразиях не участвовали и из отделения не отлучались.

Дело замяли за отсутствием подозреваемых и невозможности докопаться до истины. Но ведь никто и не пострадал

Но, после планерки, каждый из этих заведующих, и наши преподаватели, и просто рядовые хирурги, посчитали необходимым подойти и поинтересоваться: "Мы их (медсестер) по очереди трахали, или одновременно втроем?"

А спирт с 40% глюкозой - вкусная вещь, и глюкоза с аскорбинкой утром на опохмелку...

86

Когда-то очень давно читал я в «Иностранке» подборку рассказов пакистанских писателей, живущих в США. Из всех рассказов запомнился только один, благодаря забавному заголовку: «Слава Аллаху, что есть евреи!». Несмотря на столь глобальное название, рассказ был чисто бытовым: молодая женщина ждёт в гости свекровь из Пакистана, и ей позарез нужно закупить халяльные продукты, потому что злющая свекруха с исторической родины никаких других не ест. Но проблема в том, что халяльный магазин в другом городе, и ехать туда времени нет. В итоге всё заканчивается тем, что героиня приобретает всё необходимое в кошерном магазине, потому что подруга объясняет ей, что кашрут и халяль — абсолютно одно и тоже. После чего пакистанка и произносит фразу, вынесенную в заголовок. Мне пищевые ограничения ислама и иудаизма одинаково безразличны, но из-за названия я всю эту историю запомнил. И вот недавно читаю я книжку Евгения Сатановского про Израиль. Книжка не новая, но раньше в руки (точнее, на экран) не попадалась. И встречаю я в ней крайне оригинальную мысль: исламский мир в целом и арабский в частности должны беречь изо всех сил еврейское государство, поскольку ненависть к Израилю — это единственное, что объединяет этих заклятых друзей, и не даёт им передраться окончательно. Тут я, конечно, вспомнил про «Слава Аллаху…», а потом пришла мне в голову интересная аналогия. А ведь отношение американо-европейского сообщества к России, причём не просто к России, а к России по главе с Путиным — абсолютно тоже самое! Только пробежит между друзьями чёрная кошка, только запахнет очередным скандалом, сразу — хоп! Антироссийская резолюция, голосование какое-нибудь, и у них полный консенсус, все друг другу улыбаются, под локоток поддерживают, вот, дескать какие мы дружные! А вдруг так случится, что будет в нашей стране лидером какой-нибудь политик Провальный, раздаст всем всё, что попросят, будет команды из Вашингтона и Брюсселя по щелчку выполнять. И что тогда делать англосаксонским-франко-германским сотоварищам? На чём объединяться? Противостояние исламской агрессии? Да у европейцев голоса мусульман-избирателей на вес золота, они исламским странам шёпотом плохого слова не скажут, чтобы те не вытворяли. Охрана природа, эмигранты? Ни в жисть не договорятся. Вот и выходит, что надо им восклицать, как той пакистанке «Слава Аллаху», да ставить свечечки во здравие и многая лета Владимиру Владимировичу… А, может и ставят уже? Не исключаю… Кстати, даже если всем всё раздать — не поможет. Израиль как-то решил побыть хорошим мальчиком, подарил арабам Синайский полуостров. Спасибо сказали?? Дудки, полуостров террористами заполонили, а Израиль как ненавидели, так и ненавидят. Потому что полуостров — предлог, а в основе фактор единения. Так что будем жить. Как говорится, вашими молитвами…

87

Когда-то очень давно, вместе с таким же молодым специалистом, послали командировку в культурную столицу. Всего лишь, высидеть четыре дня, и привезти согласованные копии документации. Какой, к сюжету не имеет ни малейшего отношения. Коллега просто прыгал по стенам от радости. Там у него жила подруга детства, с которой переписывался, и даже как-встречался. На второй день он потащил меня с собой в гости к ней. Подруга жила с мамой. Встретили нас прекрасно. Мама пошла доваривать курицу, поставив на стол большую вазу с яблоками. Подруга, довольно симпатичная, поставила перед нами по большому яблоку. Объявила конкурс, кто быстрее разрежет и съест. Взяв в руки яблоко, я начал изображать, что пытаюсь его разломать. И оно действительно, хрустнув, распалось на две половинки. Ничем не выдав своего удивления, галантно предложил половинку подруге. Восхищенно посмотрев, она взяла и стала есть. Мой друг схватив свое яблоко, стал тоже его ломать, но оно не поддавалось. У него вздулись жилы и выступил пот на лбу, но бесполезно. Помогла вошедшая мама, начавшая расставлять тарелки и приборы. Мы потом еще вместе гуляли, даже зашли в кино. Но что-то изменилось в отношениях одноклассников. Я чувствовал внутренне притяжение подруги, но оно меня не интересовало. Вакансия была занята. Потом, они еще дважды встречались, но похоже что-то у них ушло. Прошло очень много лет, уже есть внуки. На всех общих встречах я рассказываю собравшимся эту историю. Хотя с тех пор не смог сломать ни одного яблока, хотя и много раз пытался.

88

Письмо.

Предисловие.

Несколько месяцев назад, разбирая кладовку, наткнулся на старый, потертый , подозрительно тяжелый портфель. Притащил в комнату, открыл и извлёк из него десяток старых, потрёпанных временем общих тетрадей. Это были мои записи. Когда-то, в далёком детстве я начал записывать интересные, разные случаи, которые я видел дома, на улице в школе. Записывал свои мысли, рассуждения, мечты. Так накапливались записи, потом тетради. Оставив все дела, сидел, и аккуратно перелистывая страницы, читал. Потихоньку решил переносить записи в электронный вид, тщательно разбирая и перепечатывая. Все истории, опубликованные мной, взяты из этих тетрадей. Однажды разбирая текст очередной тетради обнаружил аккуратно вклеенный конверт, где в строке «Куда» была одинокая надпись «г. Химки». Достал письмо, начал читать и нахлынули воспоминания…

Это была обычная, рутинная командировка. Я МНС одного из харьковских НИИ был послан в командировку к смежникам в Таллинн. Всё, как обычно. Поезд до Москвы. С Курского вокзала на метро до Ленинградского. Билетная касса ленинградского вокзала.

- Доброе утро! Один купейный до Таллинна.
- Купейных нет.
- Как нет, на оба поезда?
- Я же вам сказала – нет.
- Хорошо, что есть?
- Есть плацкарт, ещё СВ есть. Будете брать?
Трястись в плацкарте… нет, живём один раз…
- Сколько стоит билет в СВ? Сколько?!! (как я буду за него потом отчитываться…) - Хорошо, давайте СВ. Спасибо.

Итак билет куплен, теперь в кафе позавтракать и по магазинам. Поезд отправляется вечером и у меня впереди абсолютно свободный день. Честно говоря, цель прогулок по столице была очень прозаическая - обновление гардероба. Да простят меня патриоты СССР, ностальгирующие по колбасе за 2.20 и водке за 3.62, но красивую, добротную одежду и обувь в середине-конце 80-х купить в магазинах Харькова было нереально. А у спекулянтов - не по карману. День проведенный в Москве решал многие проблемы.

Вечер, состав уже подан, люди заходят в вагоны и занимают свои места. Я тоже, забрав из камеры хранения свою сумку и дипломат с документами, иду по перрону, предвкушая ужин и горячий чай. Нашел свой вагон, показал проводнику билет, зашел вовнутрь, отыскал свое купе и что это - на одном месте сидит девушка, смотрит в окно, а на моем месте расположилась какая-то пожилая мадам. Неужели продали двойные билеты? Такое бывает, но в СВ? Ладно, сейчас разберёмся.

- Извините, вот мой билет, это мой вагон и моё место. Пожалуйста, покажите ваш билет.
- Ой! Сынок, я хотела с внучкой ехать, давай ты поедешь на моем месте.
- Это пожалуйста, проблем нет, давайте ваш билет. Минуту, это же билет в плацкартном вагоне. Ничего себе замена. Простите, но как вам сказать, стоимость билета в СВ в три раза выше. Я купил билет в СВ и не хочу ехать в плацкарте.
Лицо бабки мгновенно стало злым.
- Я буду ехать здесь, а ты хоть в тамбуре едь. Не сдохнешь. Вот мы в войну, а ты, а вы….

Бабка орала, подпрыгивала, размахивала руками, едва не плевалась. Наоравшись и чувствуя себя победителем, подсела к столу достала из корзинки снедь и стала ужинать сопя и чавкая. Девушка глянула краем глаза на бабку, на стол и снова отвернулась к окну. Я продолжал стоять в коридоре. Поезд тем временем тронулся, набирая скорость. Проводники пошли по вагону, проверяя и собирая билеты, а также деньги за постель. Одна из проводниц подошла к нашему купе.

- Вы почему стоите здесь? – с легким эстонским акцентом, обратилась ко мне проводник.
- Так моё место занято.
- Покажите билет. Да, действительно, подождите немного пожалуйста, сейчас всё решим.
Зашла в купе.
- Ваши билеты, пожалуйста. Почему вы здесь? У вас билет в плацкартный вагон.
- Я хотела с внучкой ехать – начала канюдить бабка.
- Ну хорошо, - после короткого раздумья сказала проводница, - я вам выпишу билет, но вы должны доплатить разницу. А вас я устрою в другом купе, не возражаете?
Я пожал плечами. Проводница что-то подсчитала и назвала сумму за билет. У бабки полезли глаза на лоб.
- Где же я возьму такие денжищи?
- Тогда пройдите в свой вагон, - проводница - само спокойствие и доброжелательность.
- Я с внучкой поеду, а вдруг он её ночью снасильничает, вишь какой бугай, ещё и ухмыляется. Пусть он идёт в плацкартный, ничего, он молодой ему полезно, вот мы…

И понеслась вторая серия про войну и её, бабки, личное геройство. Девушка оторвалась от созерцания дороги, посмотрела на меня, я невольно улыбнулся, скользнула взглядом по орущей бабке и сказала несколько слов проводнице по-эстонски. Та удивленно вскинула брови и быстро о чём-то переговорила со своей напарницей. Минут через пять подошел бригадир проводников – высокий крупный мужчина. Я невольно сделал шаг назад, давая ему подойти к двери. Молча взял у меня билет и тут же вернул назад, едва бросив на него взгляд. Бабкин билет долго вертел в руках, внимательно вчитываясь и поглядывая на разбушевавшуюся пассажирку. Бабка явно выдохлась и снизила уровень шума, но продолжала что-то бурчать. Тогда заговорил бригадир, мощным, глубоким голосом, как у джек-лондоновских капитанов, медленно, с сильным акцентом, тщательно подбирая слова.

- Вы сели не на свое место. Я буду просить вас идти на свое место, как написано в пилетте. Если вы не будете идти на свое место, я вызываю милицию и вы не поедете в поезде. Мы вас высадим на станцию, которая будет первая. Я понятно сказал?

Бабка мгновенно заткнулась, быстро собрала свои манатки, протиснулась в дверь, едва не сбив с ног проводницу, выхватила свой билет из рук бригадира и быстро засеменила к тамбуру, бормоча себе что-то под нос. Я прошел к своему месту.

Закинул сумку на полку и подсел к окну. Девушка листала какой-то журнал.

- Спасибо вам, я думал, что это никогда не закончится. Меня зовут Александр, можно просто Саша.
- Линда – коротко представилась девушка.
- Здорово, красивое имя. Линда, если не секрет, что вы сказали проводнице?
Девушка улыбнулась.
- Сказала, что она никакая мне не бабушка, пришла, спросила куда я еду и когда я сказала, что в Нарву, заявила, что ей подходит и она тоже здесь поедет. Наглая. Разложилась, как у себя на кухне.
- Линда, вы явно сегодня не обедали и возможно не завтракали.
- Да, а как вы узнали?
- Это очень просто. Я видел, как вы смотрели на бабкины продуктовые запасы
- Утром я пила чай…
- Линда, сделайте мне одолжение, давайте вместе поужинаем. В конце концов я должен вас отблагодарить за спасение от скандальной бабки.
- Ой, как-то неудобно…
- Линда, неудобно спать на потолке… Идемте, идемте.

Всё-таки я её уговорил. Мы прошли в вагон-ресторан, где хорошо и недорого поужинали. Сытые, в хорошем настроении вернулись в свое купе.

- Вот теперь неплохо и чайку попить.
- Я сбегаю, - сказала Линда и умчалась.

Я снял с полки свою сумку и извлек из неё коробочку конфет. Люблю московские конфеты Бабаевской фабрики. Бывая в Москве, всегда покупал две, три коробки. А вот и чай.

- Александр, вы – волшебник. Откуда конфеты?
- Из сумки, вестимо. Не пить же пустой чай. Линда, а как вы смотрите, если мы перейдём на ты?
- Конечно, сама хотела предложить… только стеснялась.
- Линда, ты в Нарве живешь?
- Да, а ты?
- А я из Харькова, в Таллинн у меня командировка. Никогда не был в Нарве. Слышал, что очень красивый город. Так ты навестить родителей едешь?
По лицу девушки пробежала тень, глаза наполнились слезами. Что я не так сказал?
- Линда, милая, что случилось?
- Всё, всё, уже всё прошло.

Но я был настойчив. Так слово за словом Линда рассказала мне, что она родилась и жила в Нарве, у неё был брат, старше ее на два года. У брата был друг-одноклассник, который нравился ей, а она ему. Брата с другом призвали в армию, попали служить на юг, где шла война и вернулись домой «грузом 200». Рассказывала о маме, которая не смогла пережить смерть сына и ушла через полгода вслед за ним от инфаркта. Как через год женился отец и она стала лишней в доме. Как поступила в институт, как училась и выживала только на стипендию, и на редкие подработки, поскольку отец вообще не присылал денег. И вот сейчас едет на недельку домой, который стал чужим, скорее всего в последний раз, так как в этом году заканчивает институт и поедет по распределению.
Что я мог сказать, я тоже знал, что такое потерять любимого человека. Я не говорил слова сочувствия, не утешал, ибо слова бессильны, но начал рассказывать о себе, как я жил, учился, занимался спортом, ездил по разным городам на соревнования, как ездил в отпуск по Алтаю на лошадях, как учился ездить на лошади и что из этого вышло. Потихоньку тучка набежавшая на лицо девушки рассеялась и выглянуло солнышко-улыбка. За разговорами время летело незаметно, я смотрел на Линду и мне казалось, что мы друг друга знаем уже очень давно, мне не хочется с ней расставаться, она такая милая, домашняя девочка, мне никого кроме неё не нужно. Слегка придвинувшись к ней, я положил руки ей на плечи и Линда сама потянулась ко мне…

От тебя не уйдёшь на рассвете
От тебя не закроешь дверей
Ты раскинула синие сети
Нет сетей этих в мире милей.
Я запутался в витых верёвках
Счастлив тем, что мне выхода нет
Как приятно побыть перепёлкой,
Заключённой в янтарный дворец.
Ты – дворец из каменьев искристых,
Ты – луга по колено в росе,
Ты – луна, в нимбе звёзд золотистых,
Ты – любовь на песчаной косе.
А. Костырко

Время и поезд неумолимо двигались к точке нашего расставания. Я достал из дипломата лист бумаги и ручку.
- Линда, продиктуй пожалуйста твою фамилию, дату рождения, адрес, телефон.
- Как фамилия? Ещё раз. Ничего себе, как ты произносишь, ну да ладно, всё равно поменяешь на мою.
- Саша, ты хочешь сказать…
- Уже сказал…
- Вот так сразу…
- И каков будет твой положительный ответ?
- Ну надо подумать…
- Конечно, только, пожалуйста поскорее.
- Даже соскучиться не успеешь.
- Смотри, вот мои данные: имя, фамилия, адрес, мои телефоны – домашний и рабочий. Кстати, куда тебя распределили? Куда? А когда ты едешь? Успеем, всё, будет, как надо. Как приеду, напишу тебе письмо, жаль, что у тебя нет телефона (Линда снимала комнату в Химках).

Пока Линда ходила привести себя в порядок, зная, как у неё туго с деньгами, я тихонько в её косметичку положил небольшую сумму денег, я уже чувствовал свою ответственность за неё.
Вот и настал миг расставания. Поезд остановился, я проводил Линду на перрон, поцеловал на прощанье и поезд уже вез меня дальше.

Три недели спустя.
Харьков, вечер. Я сижу за своим рабочим столом, традиционный коньяк, лимон, трубка. Я пишу письмо. Медленно, обдумывая каждое слово, каждую фразу, тщательно, практически чертёжным шрифтом вывожу каждую букву. Достаю конверт. Так, а где листок с данными. Точно, в пиджаке, в потайном кармане. Открываю шкаф.

- Маам, а где мой темно-синий костюм, в котором я ездил в Таллинн? Как сдала в химчистку? Когда? А карманы проверила? Как не проверила, а если бы там был паспорт? Ох, мама, как всё не вовремя.

Письмо осталось неотправленным. Я положил его в конверт и спрятал в стол. Оставалось только надеяться, что Линда позвонит. Я перестал ходить гулять, бежал с работы домой, мчался к телефону на каждый звонок. Так проходил день за днём. Дни складывались в недели, недели в месяцы. Время утекало, как песок сквозь пальцы, а с ним уходила надежда. Линда всё не звонила. Прошел год - я перестал надеяться и ждать…

Послесловие.

Меняем реки, страны, города.
Иные двери. Новые года.
Но никуда нам от себя не деться,
а если деться — только в никуда.
Омар Хайям

Потом была эмиграция. Смена городов, съёмных квартир, и работа по 16-18 часов. Были взлёты и падения, победы и разочарования, встречи и расставания. Прошло тридцать лет. И вот снова передо мной это письмо - привет из далёкой и так быстро прошедшей молодости, ночной поезд и милая голубоглазая девушка, как яркая звездочка вспыхнувшая на небосводе и оставившая неизгладимый след в моей жизни.

«Милая, милая Линда!
……
……
Наступит ночь и снова я строю дом из лунного камня. Звёзды посылают мне тепло, а мне видятся твои глаза, сияющие сильнее, чем сто тысяч звезд. Добрые и грустные, смешливые и лучистые – они вели меня в мир гармонии и добра. Но наступило утро и солнце высушило росу. А вдали белеют развалины дома нашей любви. Будем ли мы ещё…»

89

У входа в парк стояли две прекрасные статуи. Прекрасная молодая девушка и не менее прекрасный юноша. Однажды появился ангел и сказал : - Вы стояли здесь двадцать лет и смотрели друг на друга, но не могли даже пошевелиться. За это я позволю вам на 15 минут стать людьми! Юноша и девушка ожили и, взявшись за руки, скрылись в ближайших зарослях. Вскоре началась веселая возня, кусты затряслись, посыпались листья и послышался радостный смех. Через 10 минут юноша и девушка прибежали назад. Удивленный ангел сказал им: - У вас есть еще пять минут. Они снова скрылись в кустах. Ангел подошел поближе и услышал: - ОК, теперь ты держи голубей, а я буду ср*ть им на голову!..

90

Я продолжу серию зарисовок.

Словения — очень маленькая страна. Как выразился мой Русский друг — у вас во всей Словении живут люди, сколько в Чертановском районе Москвы. Тем не мени, в Словении достаточно много уникальных достижений. Один из них — это Словенец по имени Стане Крайнц. Если коротко, то именно этот человек изобрел модификацию в виде клапана для современный BASE-jumping парашют. Он — папа современного этого спорта.

Я очень люблю парашютный вид спорта. Это — свобода. Ты тебе можно залезть на вершину небоскреба, и прыгнуть оттуда. Ты летишь вниз. Мимо видишь окна дома. Потом ты тянешь за выпускной шют и открываешь его парашют. Потом планируешь вниз.

Проблема в том, что в Словении нет небоскребов. :-(

А сломал я ногу так. У Стане Крайнц очень длинные руки, и его парашют сделан под его длину рук. Я тогда был неопытным джампером, не знал, что это регулируется длиной стропов управления (у меня короткие руки, относительно Стане). И «подушка» не получилась очень хорошо на приземлении, после чего я лежу с ногой и думаю: кому бы испортить вечер? Испортил вечер Петеру. Он приехал со свадьбы, во фраке, где он играл на пианино, и повез меня в больницу со сломанной ногой. Петер — хороший друг.

Однажды я собеседовался на работу и говорил про свой BASE-джампинг менеджеру. Он внимательно посмотрел на меня и спросил:

- То есть, Вы в любой момент можете оказаться в больнице или в гробе? Почему это хорошо?

Я не знал, что ответить ему на это, но потом придумал и сказал:

- Вы знаете, я занимаюсь этим спортом уже много лет, и, как Вы видите, до сих пор не в гробе. Это значит, что я неплохо умею принимать решения при стрессах, я знаю, когда лучше не рисковать, и знаю, как себя вести, чтобы риск был меньше. Это значит для Вас, что я хорошо умею в риск-менеджмент.

Меня приняли на работу.

91

ПОЛЕТ ВАЛЬКИРИЙ

Начало 90-х, затерянная среди поволжских степей воинская часть. До ближайшего крупного населенного пункта - с пол сотни километров. На большинстве вспомогательных должностей - жены офицеров (другой работы в округе все равно нет, а в голодные 90-е лишняя копейка в семейном бюджете никому не мешала). Одна деталь: воинская часть - ВДВ.

Для не служивших поясню: денежное довольствие военнослужащего формируется несколько иначе, нежели у гражданских. Две основные составляющие - оклад по воинскому званию (условно: капитан получает больше прапорщика, но меньше майора) и оклад по воинской должности, а также множество надбавок (за выслугу лет, за допуск к секретной информации, особые условия службы и т.п.). Так вот, десантникам полагалась (да и до сих пор вроде полагается) надбавка за выполнение определенного количества прыжков с парашютом. Точный размер не скажу, вроде максимально можно было получать до 50% от оклада по воинскому званию.

Вот эти самые 50% от оклада и не давали покоя многочисленным боевым подругам. Прыгнуть один раз - и целый год получать солидную прибавку к жалованью, все это казалось отличной идеей пополнения семейного бюджета. Короче, командира части осаждали с этим вопросом почти год. И если вы думаете, что два десятка женщин не могут вынести мозг одному генералу - то вы явно недооцениваете возможности противоположного пола.

В общем, спустя некоторое время даже боевой генерал не выдержал, произнес "Х... с вами, дорогие женщины" и назначил день прыжков для всех дам - военнослужащих. "Командовать парадом" поручили сослуживцу моего отца. Два десятка человек загрузили в кукурузник, в усиление сослуживцу отца дали парочку сержантов, ну и, как говорится, земля прощай.

Поначалу все проходило отлично, ровно до того момента, пока самолет не набрал нужную высоту, и один из сержантов не открыл дверь и не пригласил на выход. Как вы понимаете, женский батальон тут же парализовало, а у ближайшей к выходу дамы началась натуральная истерика. Сержант попытался применить ту же технику, что до этого много десятилетий успешно применялась с солдатами-новобранцами, а именно: взять прыгуна за шкирку, и придав ускорение коленом под зад, отправить птенца в полет за борт самолета. Однако практически сразу выяснилось, что эта техника совершенно не работает с женским контингентом.

Для начала первый же попавшийся под руку "птенец" ногтями расцарапал сержанту всю физиономию, заехал коленом в пах, и вырвавшись, убежала в другой конец самолета. Там в этот момент уже находились и все остальные валькирии. Сержант, перед самым полетом получивший от генерала строгий наказ "смотри, чтобы все эти б... прыгнули", допустил ключевую ошибку: вместо того, чтобы вступить в переговоры с противником, он, зажимая одной рукой расцарапанное лицо, двинулся на толпу прыгунов с твердым намерением выкинуть их всех из самолета.

Вы когда-нибудь видели женскую драку? Спросите любого сотрудника полиции, в чем разница между мужской и женской дракой. Основное отличие: в мужской драке, как правило, противники не ставят целью уничтожить друг друга. Вырубить, обездвижить - да, но не уничтожить. В противоположность этому, у женщин драка - как последний в жизни бой, где надо выжить любой ценой. Поэтому в ход идут расцарапывание лица, выдирание волос, добивание упавшего на землю и т.п. В общем, сначала несколько человек набросились на несчастного сержанта. Оставшиеся в это время взглядом зомби смотрели на несчастного сослуживца отца. Как он потом рассказывал, у него за плечами к тому моменту были уже Афганистан, Таджикистан и пара мелких локальных конфликтов. Но так страшно ему не было никогда. Стрелять в противника нельзя (хоть и очень хотелось), прыгнуть из самолета тоже (у него-то парашюта нет). Оставалось только долбить в дверь в кабину пилотов и кричать "Сажай к е...й матери!"

Приземлившийся самолет на земле встречали. И одобривший все это безумие генерал, и мужья неудавшихся прыгунов. Сам женский батальон покинул самолет довольно резво. Пострадавшего сержанта пришлось выводить под руки (впоследствии оказалось, что кости целы, но к расцарапанному лицу добавились синяки по всему телу). Сослуживец же отца вышел из самолета, сел и закурил. К нему подошел генерал - командир части.

- Медаль хочешь?
- Лучше водки.

Больше вопрос о прыжках со стороны женщин в части не поднимался.

92

Сто первая рассказка
(читать деткам на ночь. очень хорошо засыпают в кровати между мамой и папой)

Роли исполняют:
- Синяя Рука – сказочный персонаж, умеющий проникать в наш мир
- Нога реальная отдельно от тела (запасная Бабы-Яги - из детских высказываний)
- Дети – Петька, Сашка, Толик, Лена, Вера, Ира
- Дворник «Гуляй-Нога»


Давным-давно это было…
Петька, наш общий друг, прибежал к нам во двор и страшным голосом проговорил:
- Ой, там на углу, где помойка, чья-то нога лежит, белая.
Все засмеялись и стали подтрунивать над ним.
- Сами вы врунишки. Идите и посмотрите.
Все притихли. Только что Сашка рассказывал страшную историю про «Синюю Руку» и так было страшно интересно, что мурашки на коже еще не прошли. А тут еще и нога появилась. Жуть. Но кому-то надо идти и проверить, что за нога там лежит и лежит ли вообще.
- Иди, Сашка. Раз ты наплёл про «Синюю Руку», теперь будешь сочинять про «Белую Ногу».
Сашка хмыкнул, но пошёл. На углу двора была у нас сделана общественная помойка. Туда мы носили вёдра с мусором из своих квартир. Мусорка представляла из себя большущий бак, который раз в три дня чистил наш дворник «Гуляй-Нога». Мы так его называли, потому что он был хромой. Он воевал, но дети жалости не знают и поэтому звали его «Гуляй-Нога».
Вот и угол двора. Вот и помойка. Петька сказал, что где-то рядом лежит «это».
«Эх, а вдруг правда». Еще шаг, еще … и точно лежит – нога белая вся в бинтах. Бррр!
Сашку как ветром сдуло. Скорей к ребятам. Когда ребят много, не так страшно. Ребята не расходились. Ждали Сашку. Он прибежал с такими же круглыми глазами и немного заикаясь проблеял:
- Там нога лежит и вправду. Вся в бинтах. Страшная – жуть.
Верка и Ира сказали – дураки и рванули домой. Думали, наверное, что дома не так страшно будет. Петька, Сашка и Толик с Леной остались. Только поплотнее встали, как бы защищая друг друга от непрошенной ноги.
Петька и Сашка, которые видели «ногу», молчали. Страх не давал фантазировать. А Ленка высказала «здравую» мысль:
- Это Баба-Яга костяная нога свою ногу чинит. А запасную выбросила, но нога живая и может перемещаться.
- И к нам она может придти? - спросил Петька.
- Не знаю, - проговорила Лена.
- Я предлагаю всем вместе идти на неё посмотреть. Всем вместе не так страшно.
Петька и Саша не горели желанием еще раз идти к помойке, но трусить до конца не стали. И молча согласились.
Из своих окон на ребят смотрели улепетнувшие Вера с Ирой. Ребята гурьбой двинулись к краю двора, где лежала эта гадкая нога. Вот и бак, вот и то место, где была нога. Но её там не было. Сашка и Петька завопили, и ребятишки сорвались с места. Нога переместилась и, наверное, теперь караулит кого-нибудь из них.
Добежав до своего места сбора, а этим местом был большой теннисный стол, сбитый взрослыми из досок, все заторопились домой. У каждого нашлось дома дело.
Петька пришел домой быстро, но радости не было. В доме родителей не оказалось, сестра Варя тоже куда-то убежала, хотя обещала родителям быть дома и покормить Петю, если он придет домой. Квартира была с соседями и поэтому не запиралась на все замки.
На кухне Петька подошел к своему столику, потрогал кастрюльку с супом, взял кусок хлеба и в столе нашел не разрезанную колбасу. Сделал бутерброд, очистил колесики колбасы от оплетки и решил выбросить очистки в мусорное ведро под раковиной. Нагнувшись поудобней, увидел в ведре бинты. Сердце Петьки заколотилось. Очистки он бросил в ведро, но промахнулся. Нагнулся, хотел взять поднять их с пола, да только это сделать не удалось. Бинты вдруг вылезли из ведра и Петьке показалось, что они захотели обвить его руку.
Ааааа! - закричал Петька и отдернул руку. Бутерброд вылетел из руки.
С кухни Петька рванул, сбил табуретку, ударился о косяк, получил здоровенную шишку, но даже не заметил, так ему стало не по себе. Дверь из дома, лестница, двор! Свобода,
Петька со всего маха врезался в живот дворника «Гуляй-Ноги».
- Стой, куда это ты, пострел, бегишь?
- Я, я, – не смог выговорить Петька.
- Чего ты испугался, а?
- Там нога у помойки белая страшная исчезла и к нам в квартиру пробралась.
«Гуляй-Нога» серьезно так посмотрел на Петьку и сказал:
- Извини, малец, я виноват. Это я ногу Палыча не убрал вовремя. Знаешь же, сломал он ногу, а теперь врачи гипс с ноги сняли у него на дому, а он и выбросил её на помойку. Вот вы и увидели её в этот момент. А я её, ногу эту, засунул подальше в бак, чтобы бинты не были видны, а вы из-за меня страху натерпелись, подумали, что она пошла по квартирам.
- А откуда у нас в квартире бинты? - продолжал своё Петька.
- Сестра чуть обрезалась и руку не смогла как следует забинтовать, и выбросила остаток бинтов в мусорное ведро.
- А чего же они зашевелились?
- Обертка, небось, распрямилась, а бинты легкие, вот и шевеление произошло.
- Фу. Теперь подожду ребят. Скажу, как было – приходила ко мне домой нога и сестра от нее убежала вся в крови. Теперь надо предупредить родителей, а то напугаются.
- Ну, ну. Смотри не переборщи, а то спать не смогут.
Сказал так и пошел двор убирать, а я остался ждать трусих Веру и Иру, которые поглядывали на меня из своих окон.

93

Добрые у нас люди, особенно женщины. Бабушки добрые и остальные тоже несмотря ни на что добрые, а душа у них прекрасная и неиспорченная. Вот вошел я как-то в автобус вечером. А там две знакомые друг другу дамы насущные вопросы общественной жизни обсуждают. То ли с дня рожденья чьего-то возвращаются, то ли на корпоративе каком задержались. Там офисный центр рядом оттуда похоже едут.

- Нет, - говорит та что постарше и лет шестидесяти, - я против химической кастрации. У него ж все причиндалы останутся, вдруг еще чего-нибудь вытворит. Надо их просто расстреливать и все.

- Ну что вы Софья Павловна, - отвечает ей другая, что помоложе и лет тридцати пяти, - расстреливать не гуманно. А вдруг он ни в чем не виноват? Я бы их на самом деле кастрировала. Без всякой химии и без всякого остатка, прям под корень. И руки бы еще отрезала.

- А руки-то зачем? - удивляется Софья Павловна, - они что еще и руками могут?

- Конечно, могут! - таким уверенным тоном заявляет блондинистая Мариночка, что никаких сомнений в знании ей предмета не остается даже у меня, - еще как могут. - И добавляет после секундного раздумья. - Поэтому я бы им еще бы и ноги отрезала, пусть так живут.

- Что и ногами могут?! - дама постарше прикрывает рот ладошкой от ужаса, - тогда и ноги надо кастрировать, точно. А может расстрелять все-таки? Их же кормить придется с ложечки и ухаживать, кто ж этим заниматься будет?

- Найдется кому! - чувствуется, что Мариночка вошла в раж, - И язык еще вырезать обязательно. А ухаживать за ними простых насильников заставить. пусть тоже мучаются.

- И язык??! - покраснела Софья Павловна, - Как им только не совестно.

Что там им не совестно я так и не узнал. Автобус доехал до конечной я вышел, а женщины еще разговаривали.

94

Рассказ Володи Ульянова, Разумеется не Ленина:
Тюменская область, деревня Борки. На обочине стоят бабы и торгуют пирожками, с любой начинкой. А, к пирожкам горячая вареная картошечка, соленые огурчики, рыбка малосольная, местного улова и чай! Самым настоящий из самовара! Вкуснотища неимоверная! Запах этой вкуснотищи, на километр чувствуется.
Баб друг от друга, отличить невозможно одеты все одинаково: тулупчик, валенки и всё это перевязано шалью. Сибирь, мороз за 30 однако. Бабуси, внучки и разумеется мамаши. Старуха или молодуха не разобрать.
Покупаю пару пирожков с мясом, ещё пару с капустой и кружку настоящего чая, забираюсь в кабину и начинаю чревоугодничать.
Тут в дверцу машины настойчиво постучали. Открыл. Стоят два перца, рожи до восхищения уголовные, на всех открытых местах, руки шея, тюремная роспись.
Начинается, подумал я. И началось: «братан, мы тут бля будем в натуре отвечаем за твою безопасность в натуре и взнос надо заплатить на грев братков в крытке в натуре бля!»
Какой я тебе братан, на дорогах и без вас было бы безопасно, подумал я. И с чего баня упала, это что новый налог в России появился братков на зоне греть? Тянусь за монтировкой…
Но, тут появляется бабуся, у которой я пирожки купил!
Что тут началось: Ты, фуфел обосранный! Ты чо творишь! На моей земле гоп-стоп устраиваешь я тебе падла шнифты выну в очко засуну и моргать заставлю ты у меня на шемеле всю жизнь кататься будешь, я тебя опомою и опарашу ты у меня под шконкой кататься будешь петух ты прокнутый. Это только та самая малая часть, что я запомнил и понял. Дальше шла такая отборная, цветастая и пятиэтажная феня, что я не понял ни хера.
Но, расписные поняли всё! И на слова Бабуси: пшли отсюда сявки позорные, бегом покинули сие место.
Мой шок был неизмерим.
Бабусю звали тётя Маша. Работала она начальником караула в одной из зон этого района.

95

Жена моего делового партнера - женщина мечты для большинства российских мужчин.
Потому что одевается так же как классический высокопоставленный офисный сотрудник - мужчина. Не в плане стиля - а в плане "купила пару хороших костюмов - и хожу в них полгода". Да, вещи дорогие, но формат "просто пройтись по магазинам или купить что нибудь этакое" у неё отсутствует в принципе. В связи с этим гардероб обновляется 2 раза в сезон на четкое количество вещей и больше на эту ерунду время не тратится.
А тут... в общем, старший остался с младшим посидеть. Поиграли, пообедали, младший поспал, и решили поиграть в прятки. Младший несмотря на строгий запрет забрался в шкаф в родительской спальне. Старший же помня запрет даже не пошел его туда искать. А младший растет принципиальным и зашухерился по полной. В результате старшему надоело и он, здраво рассудив "надоест - сам вылезет", пошел смотреть какой-то фильм, оказавшийся ну очень увлекательным.
Смотрел громко, спальня в другом конце квартиры, квартира большая, а дверь в шкафу с одеждой куда залез младший вышла из пазов. И малой оказался в западне. На крики никто не идет, у ребенка паника. В результате когда старший наконец озаботился отсутствием малого, тот был найден зареванным в шкафу на куче маминой одежды, превращенной в один большой ком как после попадания в центрифугу. Да ещё малой мальца обделался на все это хозяйство. Дело было в пятницу вечером, родители вернулись поздно, мама решила разбирать завалы завтра, кинула в постирочную и рухнула спать.
А утром срочный вызов на совещание - экстренная ситуация, проблема федерального уровня, ехать нужно без вариантов.
ВСЯ одежда в непотребном состоянии. На скорую руку не восстановить и не отчистить. Времени 8 утра. Магазины закрыты - выходные. Через полчаса уже нужно быть - благо живут в центре.
Мой партнер в лице ее мужа чешет репу и вдруг кричит:
- Эврика!
- Что?
- Короче я тебе сюрприз приготовил, мне тут платье подогнали крутейшее, но оно не совсем деловое...
- Давай срочно, только бы подошло!
- Вот, оно в моем шкафу висит, бери.
- Вау! Идеально сидит! Так, тут где то был живой после битвы с малым жакетик и образ будет вполне.
- Дарлинг, позволь мне взглянуть!
- Нет времени, вечером посмотришь, все , целую!

Часов в 17 партнеру звонит его друг, работающий вместе с его женой. Ржет в трубку.
- Что случилось?
- Слушай, откуда это платье у твоей жены?
- Я подарил сегодня, а что?
- Ну, как бы тебе сказать, ты в нем жену видел?
- Нет, не успел, а что не так?
- Да нет, все так, все даже очень так, просто мы с утра засели за переговоры, потом приехал глава региона, потом - совсем высокий чиновник заглянул. Все строго, по деловому, ни анекдота, ни смешка. И вот только что мы все закончили, твоя жена встает, жмет руки, поворачивается...
и тут я со стороны главы региона слышу проникновенный вздох, а чиновник мне на ухо говорит: Да, у нашей встречи вышло ТАКОЕ ПРЕКРАСНОЕ ОКОНЧАНИЕ!
P.S. У жены партнера Очень красивая попа и малюсенькие трусики. А платье имеет специфику - после долгого сидения для которого оно не предназначено полностью подчеркивать и открывать в плане прозрачности все эти прелести.

96

ВСЁ РАВНО ЕГО НЕ БРОШУ

Лапу медведю Петя пришил сам. Во-первых, могло влететь от родителей за испорченную игрушку, а во-вторых, как сказал его дед Пахом, бывший десантник, мужчина должен уметь все делать сам.
Именно дед научил Петю держать в руках нож, палку и иглу.
- Палку ты всегда найдёшь, а это тебе - и посох, и оружие, и топливо для костра, - приговаривал дед, обучая внука простеньким приёмам самообороны.
Поэтому, когда по советским телеэкранам пронеслись "Боевые искусства Шаолинь" и дворы наполнились детьми, неуклюже крутящими старые черенки от лопат, внук только хмыкнул. После чего показал мастер-класс с первой попавшейся штакетиной, называя её по-иностранному "бо". Петя тут же получил прозвище "Каратэка-Бо" и уважение школьной шпаны. Репутации хватило на целый учебный год.
Через год, в первых числах сентября к нему тут же подвалил переведённый из другой школы хулиган по кличке Буян и назначил драку после уроков. "Приходи один", спокойно ответил Петя.
Буян пришёл не один, а с двумя "друзьями", пацанами с другого района. Увидев их, Петя флегматично развернулся и пошёл обратно.
- Трус! - возмутился Буян вслед.
- Пусть уйдут, - бросил, не оборачиваясь Петя. Поддев ногой брошенный черенок от метлы, толкнул его в воздух и легко поймал рукой.
- Каратека!- крикнул один из дружков Буяна. - А слабо без палки?
- А слабо на ножах? - Петя внезапно развернулся, сделав палкой несколько оборотов вокруг себя.
- Да легко! - Буян достал нож.
- Ну, иди. - Троица двинулась на Петю.- Один иди! Или уйду. - Буян мотнул головой, дружки остановились.
Петя не стал выбивать нож палкой, как того ожидал Буян. Палка внезапно ткнулась острым концом в шею хулигана под кадыком. Буян выронил нож, схватился за горло, захрипел, оседая на грязный асфальт. Отбросив нож палкой, Петя ткнул хулигана в живот, заставив сделать выдох. Буян закашлялся и, тяжело дыша, посмотрел на школьника дикими глазами:
- Ты что? - просипел он. - Так убить можно!
- А ты не лезь! - взмахом палки школьник забросил нож в заросли крапивы.
- Псих! - резюмировал Буян, поднимаясь с корточек.
- Псииих! - радостно завопил один из хулиганов, но тут же осёкся, увидев скучный холодный взгляд Пети. - Пацаны, валим отсюда. Он точно псих!
Школьник пошёл на них, всё быстрее вращая палкой, чувствуя, как закипает кровь. Сердце в груди Пети застучало так громко, что он не выдержал.

И проснулся.
Петя открыл глаза, вспомнил, что нет у него деда-десантника, что не умеет он палкой вращать и что Буян... Да, был Буян. Поймал за школой и отметелил. Ни за что, по ходу жизни.
Сердце продолжало громко биться. Петя поднялся с кровати, спустил босые ноги. Ледяной пол тут же обжёг тонкие пальцы. С подушки что-то скатилось и бесшумно упало на пол, под ноги, согрев плюшевым теплом.
Мишка. Старая игрушка, подобранная среди хлама съезжающих с квартиры соседей. У основания коричневой лапы в темноте ночи отчётливо белели белые нитки - других Петя не нашёл. Глаза игрушки, вырезанные из флакона моющего средства, блеснули в свете заоконных фонарей. На левой лапе - картонный щит с сердцем, в правой - маленький меч.
Петя вспомнил, как придумал прикрыть белые нитки картонным щитом, а для полного образа соорудил меч из карандаша и пары ластиков. Починив игрушку, ребёнок торжественно положил на плечо медведя кухонный нож и провозгласил:
- Нарекаю тебя рыцарем Чудесного леса и своим лучшим другом! - И тут же погрустнел, вспомнив, что других друзей у него нет.
Петя мотнул головой, отгоняя воспоминание о сне, поёжился - из щели в оконной раме сильно дуло. Завернулся в одеяло, прислушался. Нет, тихо, храпа не слышно. Значит, мама ещё не пришла с дежурства. Он по-прежнему один в пустой квартире. Хотелось обратно в сон. В тот мир, где дед-десантник, где мама не пьёт, где все хулиганы района, а, может быть, и целого города, разбегаются при одном имени Каратека. Да какой из Пети Каратека?! Смех один!
Школьник вспомнил, что чувствовал во сне перед тем, как проснулся. Ярость? Откуда у забитого Пети может быть ярость? Да и не понравилось ему это чувство. Побеждать хулиганов понравилось, а ярость - нет.
- Я ведь действительно мог его убить там, в сне! - сказал вслух Петя тонким голоском. - Даже не подумал, что это неправильно. Откуда это во мне? Я не хочу стать таким!
Осторожно поставив ступни на ледяной пол, Петя подобрал игрушку и вернул на подушку. Лег, затем высунул руку из-под одеяла, подтянул игрушку к себе, обхватил обеими руками. Вдвоём - не так страшно. В свете качающихся на осеннем ветру уличных фонарей узор на стене обоев казался огромным зелёным драконом из какой-то злой старой сказки. Чудище раскрывало пасть, страшно пучило глаза, размахивало длинным шипастым хвостом, протягивало к ребёнку мерзкие когтистые лапы.
Петя закрыл глаза, закрылся с головой одеялом, однако чудовище продолжало стоять перед глазами. Какой-то эффект, увиденное отпечатывается на сетчатке, на уроке биологии рассказывали. Странно, что игра воображения, оказывается, тоже может запомниться сетчаткой. Смешное слово "сетчатка", словно в глазу маленькая сеть, которая ловит всё, что увидит человек. Петя улыбнулся и дракон пропал.
Ребёнок покрепче обхватил Мишку и провалился в сон. Руки ослабли, плюшевый медвежонок выскользнул из детских рук, выпал из-под одеяла, но перекатился почему-то не на пол, а на подушку.
Со стены узор переполз на белый потолок, навис на Петей, распростёр перепончатые крылья. Медвежонок встал на задние лапы, поднял голову к потолку.
- Он - мой! - прошелестело сквозняком по комнате.
- Он - свой! - прошептал медвежонок. - А я - его друг!
- Он - мой! - засвистел в щели рамы ветер. - Да будет он моим воином! Да проснётся в нём моя ярость!
- Никогда! - Медвежонок взмахнул лапой с мечом. - Уходи из его снов! - Тень от картонного щита увеличилась, заняв пол-стены и часть потолка. - Уходи навсегда! - Мишка направил меч в сторону узора. Дракон на потолке сжался в одну точку.
- Ты не вечен! - заскрежетали по стеклу ветки, вспугнутые ветром.
- Он хороший! - медвежонок ткнул мечом в потолок. - Он не бросит.
Точка заметалась по потолку и, расширившись светлым кругом по стенам, пропала. Опустив лапы, медвежонок аккуратно лёг на подушку.

- Трус! - возмутился вслед Буян. Петя, сжимая в руках портфель, всё дальше уходил от хулигана с дружками. "Только бы не побежать - догонят!", подумал ребёнок. Сзади раздался топот - Буян бросился в погоню. Звоном металла раскрылся нож в его руке.
- Это что же это делается, люди добрые! - запричитала невесть откуда взявшаяся соседка. - На дитё с ножами бросаются!
- Уйди, Антоновна! - топот за спиной затих - Буян с дружками остановился.
- На кого это ты там ругаешься, мать? - Петя узнал голос участкового Василия. - Так, Буянчик, приехали. Куда?! Куда ж ты от меня денешься, болезный!
Шум топота четырёх пар ног стих через пару секунд.
- Куда там! - усмехнулась Антоновна. - Васька ж марафонец! И не таких до инфаркта микарда загонял.

Сердце в груди билось ровно. Петя спал, а рядом на подушке лежал Мишка. Его лучший друг.

97

ТВОРЧЕСКИЙ ПРИХОД

Сергей Шрайбин вздохнул, размял пальцы и начал набирать текст статьи.
"В то время как некоторые посмели сомневаться в победе нашей сборной, наши игроки, отбросив все сомнения, выиграли у соперников".
Шрайбин поморщился и стёр написанное. Почесал подбородок, сжал губы и напечатал "Победа нашей сборной однозначно знаменует предстоящую череду побед нашей страны на спортивной и политической аренах".
"Уже лучше", подумал Сергей и на всякий случай сохранил текст. Приложился к бутылке минеральной воды, немного походил по комнате. Продолжение никак не сочинялось.
Бывают в жизни такие моменты, когда не идёт работа. Не помогают ни долгие прогулки, ни чтение классики, ни бутылка.
Шрайбин посмотрел на часы. Где же курьер?
Этот препарат ему посоветовал старый друг Алексей Топоров, ныне успешный писатель.
- Старик, - сказал Топоров, выслушав очередную жалобу об исчезнувшем вдохновении, - есть одна штука, помогает, если не пишется. Держи телефон. - Алексей протянул визитку.
Шрайбин тогда с сомнением повертел в руках белый картонный прямоугольник. "Пик-переживания по Москве при общей сумме заказа от 3000 рублей. Доставка по России от 49 рублей. Скидки и бонусы для постоянных клиентов". Но сегодня выбора уже не было.
Звонок входной двери отвлёк от размышлений. Открыв, Сергей посмотрел на курьера взглядом человека, измученного нарзаном:
- Товар надёжный?
- Фирма гарантирует пик-переживание в течение пяти минут после приема препарата. Во избежание судебных исков должен вас предупредить, что частый приём "Пикодина" может вызывать привыкание. Так что пользуйтесь им не чаще одного раза в сутки. И вообще, - курьер сменил тон с официально-делового на доверительный, - читайте перед применением инструкцию.
Быстро отсчитав купюры, Шрайбин закрыл дверь за посетителем. Выключил дверной звонок, отключил домашний и мобильный телефоны. Открыл текстовый редактор, поставил в настройках автосохранение каждую минуту. Если он не сдаст к завтрашнему утру статью о победе сборной, его поднимут на смех коллеги. Надо же было купиться на пари!
Накануне решающего матча, когда в финале сошлись сборные Бразилии и России, Сергей на всю редакцию пообещал, что в случае победы наших напишет заметку за одну ночь. После победы сборной России коллеги тут же поймали его на слове. Кто же знал, что именно в это время на Шрайбина нападёт полная неспособность выжать статейку хотя бы на абзац!

Уже в первые секунды Сергей понял, что это оно - вдохновение. Пальцы бегали по клавиатуре с бешеной скоростью. Шрайбин тут же начал исправлять текст, сокращая первые длинные фразы и вставляя более ёмкие слова. Возможно, что прошло больше пяти минут, но озарение никуда не делось. Сергей правил и правил текст, иногда перечитывал, чтобы насладиться красотой слога. Когда глаза начали слипаться, Шрайбин вновь посмотрел на часы. Он сидел за компьютером уже два часа. Почти на автомате Сергей нажал кнопку "Сохранить" и, встав с кресла, рухнул на диван.

Утром голова раскалывалась, как после хорошей попойки. Схватив оставленную с вечера бутылку минералки, Шрайбин одним глотком осушил её. Затем сел перед экраном и посмотрел на открытый текстовый редактор. Мотнул головой, протёр глаза. Сергей ещё раз перечитал то, что написал под действием препарата.

"Смеркалось в тот день в рано, в 17.20 по местному времени. Ночь возвращения выдалась темная и дождливая, точно само небо плакало, провожая наших ребят. Поезд, погромыхивая на стыках, несся, выбрасывая искры, как дракон, в непроглядную тьму. Проводник, бродящий в гордом одиночестве по тихому вагону, бросил мимолётный взгляд на термометр за окном и зябко поежился - мороз крепчал. Капли дождя, чертившие косые стрелки по стеклу, превратились в пушистый снег, мятущийся в неверном свете луны крупными хлопьями. Из каждого купе раздавался храп участников сборной по футболу. "Умаялись", - тепло подумал проводник, - "соколы наши". Разделав соперников под орех, усталые, но довольные победой игроки возвращались домой, раскинув руки и напряженно вздрагивая, словно и там, во сне пытались поймать мяч."

98

Всех с днём защиты детей! Которые, увы, растут так быстро.)

Когда соседскую Настю впервые оставили у нас, я ещё не знал, что её воспитывает бабушка. С виду она выглядела совсем как обычная девочка.
Оба её родителя были художниками и с единственным чадом особо не заморачивались, дружно подкинув его бабуле. Квартиру свою они сдавали, а сами дрейфовали по странам Азии, где на пару валялись на пляжах и рисовали диковинные ведические пейзажи с храмами и джунглями.
Войдя тогда к нам, Настя кротко взглянула на меня своими синими глазами и, укоризненно покачав головой, переставила мои, стоявшие в беспорядке ботинки, носками друг к другу.
— У добрых-то людей так, — терпеливо, как маленькому, пояснила она на мой недоумённый взгляд, — чтоб голова не болела.
Жена в тот день как раз собралась пройтись по магазинам, оставив меня сидеть с девочками до вечера.
— Сперва пусть поиграют, — подробно инструктировала она меня, —- потом своди их во двор погулять на часик, а после покорми. Устанут - пусть поспят.
Я, признаться, загрустил. Провести весь день, смотря сразу за двумя детьми, означало для меня просто египетскую работу, но деваться было некуда.

Наша Даша, игравшая с подаренным ей накануне "бэбиборном", гостье тоже не очень-то и обрадовалась. Умудрённая горьким опытом детсадовских разборок из-за игрушек, она с подозрением посматривала в её сторону, держась настороже. То, что незнакомка начнёт сразу претендовать на её новое сокровище не вызывало у неё никаких сомнений.
Настя же действовала совершенно по-другому. Спокойно присев и молча понаблюдав за дочкой минут десять, она неслышно подошла к ней сзади:
— Голубушка ты моя, — мягко проворковала она, ласково приобняв её за плечи, — позволь и я поиграю... а тебе, вот, пирожок, — развернула она принесённый с собой пакет.
Дочка, приготовившаяся защищать свою собственность до последней капли крови, от неожиданности опешила и безропотно разрешила гостье забрать "бэбиборна" к себе на руки. Более того, сроду не евшая никакой домашней выпечки, она послушно сжевала пирожок с капустой, глядя, как её бэбику стригут ногти и укладывают спать.
"Бэбиборн" перед сном капризничал и даже плакал, на что Настя резонно заметила:
— Побольше поплачет, поменьше поссыт.
Как только кукла, по их общему мнению, заснула, я поставил им диск с телепузиками, что особенно понравились нашей гостье.
— Чисто ангелочки, — всплёскивала она от умиления руками, не забывая при этом кормить дочку очередным пирожком:
— Кушай, кушай, совсем ты у меня бледная как спирохета...

Потом, когда кончились и пирожки, и мультики, мы стали собираться на прогулку. Причём собирать детей и не пришлось, Настя прекрасно с этим справилась без меня. Нарядив себя и Дашу, она сказала "с Богом" и мы отправились во двор. Там она также без труда взяла под контроль всю детскую площадку, не оставив мне и другим родителям ни единого шанса самим присматривать за детьми.
— Мальчик, ма-а-альчик, чего ты носишься, как лыска? — то и дело доносилось из песочницы. — Что сказал? Сейчас песком накормлю! Не кричите, девочки - милиция приедет! А, ну-ка, слезь с дерева, махновец!
Девочки ожидаемо собрались возле нового «бэбиборна», но Настя решительно разогнала всех дочкиных дворовых приятельниц.
— Видали таких, — категорично заявила она ей, — подружки-подлюшки… им только дай чего… У бабушки тоже такие есть, до сих пор банки с-под варенья не возвращают...

За обедом убедив дочку, что, если она не доест, каша будет за ней бегать, она каким-то волшебным образом заставила её умять две полных тарелки нелюбимой манки. Чему я, привыкший уговаривать съесть хоть ложечку, был также немало удивлён.
В общем, вернувшись к вечеру, супруга застала у нас полную гармонию. Я, нисколько не устав от детей, занимался какими-то своими делами, а девочки дружно штопали старые колготки на взятой у меня лампочке.
Когда жена повела Настю домой, дочка даже позволила ей взять ночевать "бэбиборна" к себе, и та уходила довольная:
— Спасибо, добрые вы люди, мы с бабой сонник ему почитаем, посумерничаем, — она обулась, оглянулась на нас у двери и с чувством повторила:
— Какие добрые люди!

99

Сука-сосед.

Жил-был полицейский. Вернее не так. Жил-был милиционЭр, как говорила моя мама. Как и когда это чудо поселилось в нашем доме я уже не помню, но повел он себя далеко не лучшим образом. Большой был любитель до чужих денег. Выглядело сия процедура приблизительно так.

- Сосед, займи десятку до получки. Тут жене сапоги принесли, немного не хватает.
Подходит время отдачи долга.
- Ты что, совсем охренел.. Какая десятка. Поговори ещё, я тебе быстро пятнадцать суток оформлю.

Естественно второй раз уже никто не займет денег, так этот гадёныш придумал другой способ отъема денег у людей. Например, идет человек после получки слегка выпивший, именно выпивший, а не пьяный. А его под руки и в воронок. Человек, естественно возражает. Всё, готово дело. В пьяном виде оскорблял сотрудников милиции – иди докажи обратное. А мент-сосед, такой хороший, «освобождал» из отделения, или вытрезвителя всего за пару червонцев. Просто благодетель. А сколько он штрафных талонов вернул – не сосчитать.

Решил мент верхнее образование получить, хотя у него и с нижним большие проблемы были. Как он вообще в институт попал и зачем ему нужен экономический факультет – для меня до сих пор остается загадкой. Вряд ли бы из него получился второй Карл Маркс. Ну да ладно, поступить то он поступил, а вот с учебой как-то не заладилось. Во-первых на лекции, по его мнению, только тупые лохи ходят, а во-вторых все эти профессора – гнилая интеллигенция. Волей случая в его группе преподавал математику мой папа. На экзамене выяснилось, что знания сего представителя закона где-то на уровне ученика пятого класса школы для умственно отсталых детей, а хамство ну никак не приветствуется. В результате этот, как бы студент, был вышвырнут из аудитории. История умалчивает, кто летел первым: мент, его зачетка или оба параллельными курсами. Такого «унижения» бравый мэнт снести не мог и решил отомстить.

Как-то папу после новогодней вечеринки привезла машина, ох, как хотелось задержать за «появление в общественном месте (на улице) в нетрезвом виде», но опять не повезло. Водитель довёл папу до дверей квартиры. Тогда этот полудурок не придумал ничего лучше, чем забрать штрафной талон у водителя. По совершенно случайному совпадению машина оказалась райкомовской, мента так отодрали, что целую неделю ходил пришибленный и ожидал увольнения.

Возникает естественный вопрос, как можно иметь такие таланты и не иметь набитую морду, а заодно другие части тела? Действительно, набить морду не представляло особой сложности. Но мент – государев человек, можно было пострадать, а кому это надо? Идея возмездия пришла внезапно и оказалась очень простой, и очень эффективной.

Поздний вечер, зима, легкий морозец, мы, трое молодых людей, сидим на веранде, травим анекдоты, видим, во двор заехал мент, выпал из машины, и на четырёх, обблевывая все вокруг себя пополз к лестнице. Мы переглянулись. Я уже не помню, кому пришла в голову эта идея, мы не сговариваясь побежали вниз. Принесли кирпичи, домкрат, ключ. Минут через двадцать машина покоилась на кирпичах. Так, а куда девать колеса? Просто спрятать? Это же будет воровство.

- А давайте ему за дверь положим.
- О, это идея.
Так мы и сделали.

Небольшое отступление. Я жил в самом центре города в старом доме, напоминающим одесские дворики, с общими лестницами, верандами, длинными коридорами к квартирам.

Двери на верандах всегда открыты и за такой дверью мы сложили колеса, обвязав их цепью. На цепь повесили замок, ключ положили там же на шкаф и разбрелись по домам, договорившись встретиться на моей веранде в восемь утра, чтобы посмотреть представление.

Раннее зимнее утро. Серое, только, только рассветает. Выползает соседушка. Видок весьма помятый, головка бобо, в ротике кака. Подходит к машине, открывает дверь, садится, заводит. Через минуту выходит, плетётся к дворовой колонке, усиленно пьет воду, набирает снег, прикладывает к голове, опять садится в машину. Слышно, как взревел мотор - машина ни с места. Вышел из машины, обошел кругом, опять сел, газ – машина на месте. Снова вышел, зачем-то открыл капот, посмотрел вовнутрь, закрыл капот, попил ещё воды, сел в машину, газ - машина на месте. Вышел, постучал сапогом по колесу, ой, а где колесо? Ой и второго нет. Ой, вообще колес нет. Спёрли! Рёв изнасилованного слоном носорога огласил двор.

- Пидарасы!!! Всех убью!!! Всем пиздец!!!

Как ужаленный начал носиться по двору, заглядывая в палисадники, погреба, мусорку. Даже в дворовой туалет заглянул. Нет колес. Побежал через дорогу к телефону, начальству докладать…

Мы тоже разбежались по своим делам, я в техникум, ребята в свои училища.

Вечер того же дня. Иду из техникума, сидит наш мент у машины, с видом, будто на него бочку дерьма вылили да ещё и размазали. Хорошо смотрится, всегда бы так, но вот чего-то не хватает. Пока дошел до квартиры понял, нет этакой вишенки на тортике, а идейка уже мелькнула в голове. Для этого нужен дядя Толик - отец моего приятеля. Так, сначала к Лёне.

- Лёнь, твой папа с работы пришел?
- Нет ещё.
- А когда придет?
- Ну вот сейчас должен прийти.
- Выходи, дело есть, только быстро.

Бежим на улицу, по дороге объясняю задуманное. Нам везет, дядя Толик идет навстречу.

- Дядь Толик, стой, стой, дело есть!
- Чего вам, хлопцы?
- Дядь Толик, тут такое дело….

Рассказываем о нашей проделке, подробно, в лицах. Дядя Толик сначала, улыбается, потом смеётся так, что прохожие начинают оборачиваться.
- Ну, хлопцы, ну молодцы, здорово придумали. Ладно, бегите, всё сделаю, как просите.
Мы рванули обратно во двор.

А мент так и сидит у машины в позе роденовского мыслителя с лицом имбецила со стажем.
Дядя Толик заходит во двор, подходит к машине.

- Валентин, чего сидишь, выходной сегодня?
- Нет, видишь, колеса спиздили.
- Какие колеса?
- Ну от машины.
- Какой машины. Ты, если пить не умеешь, так не пей. Ты вчера по двору с этими колёсами бегал и всем рассказывал, что у вас приказ вышел, колеса на ночь снимать. Ты, что совсем ничего не помнишь?
- А куда я их дел?
- Так за дверью сложил.
- Пиздишь!
- Чем выёживаться, сходил бы, да посмотрел..

Мент не торопясь поднимается, идет домой и… двор второй раз оглашается воем.
- Бля… я мудааак!!!!
- Ещё и какой, подытоживает дядя Толик.

Вот такая произошла история в далеком 1978 году.

Люди, уважайте друг друга.

100

Недавно в обсуждалке я заикнулся про то, что в советскую 20 копеечную монету помещается 100 японских иен, просили рассказать.

Эта была наша первая морская загран. практика. Пассажирский теплоход «Хабаровск» стоял на линии Находка-Йокогама-Находка, и в основном довозил транзитных туристов-кругосветников, уже добравшихся из Австралии в Японию, до Транссиба.
Нас, курсантов принятых в штат в качестве мотористов, было трое Сундук, Вава и я. Те кто родом из советских шестидесятых, могут себе представить эйфорию двадцатилетних пацанов, впервые оказавшихся за кордоном в 1984-м.

Из-за этого, для меня первый приход в Японию оказался особенно грустным.
Еще утром по громкой связи объявили, что экипажу не занятому вахтами, предлагается на выбор два варианта увольнения на берег. Либо дикарями, группами по три-пять человек под присмотром одного из комсоставщиков, по Йокогаме, либо на посольском туристическом автобусе на экскурсию в Токио.

Сундук с Вавой к обеду уже гуляли по Йоке, а я с токийской группой остался на судне ждать автобуса.
Ждали долго и нервно, но автобус за нами так и не приехал. Стоянки короткие. Попрощавшись с пасмурным и душным Йокогамским портом на десяток дней, мы взяли обратный курс.

Сундук с Вавой были переполнены эмоциями от своих японских приключений, и с удовольствием выплескивали их на меня:
-Леха! – Уже ностальгировали они, перебивая друг – друга.
- Это ж полный …! Торговая улица вся в кафеле и ковры из магазинов прямо на улицу. И огромные корзины с джинсами и кроссовками на распродажах!
Но их самым захватывающим приключением стала атака на вендинговые аппараты с напитками.

Старший брат Вавы, будучи моряком, поделился с ним этим секретом.
Оказывается 20-ти копеечная советская монета повторяет диаметром японскую монету в 100 иен - один в один, и хотя на ощупь иена кажется несколько массивней, автоматы якобы принимают ее за свою. Вава затарил двадцатками оба кармана.

На популярной, среди моряков торговой улице Йокогамы, не далеко от порта, Сундук с Вавой приметили один из автоматов, улучили момент когда старший группы скроется с глаз, и засунули в щель автомата монету.
За 20 копеек у них получилось купить громкую и очень тревожную сирену, которую выдал автомат в ответ на покушение, и сотню метров спринта от места преступления до людного перекрестка, где они смешались с толпой.

В следующий наш приход в Йоку я все-таки решил добить вопрос с Токио, и рискнул оформить дубль на экскурсию. Поездка состоялась. Вава поехал со мной, с ним направились и два его, набитых монетами, кармана. Пропущу описание всей экскурсии по Токио, слава Богу теперь этим никого не удивишь, и сразу отправимся к этим самым торговым автоматам на Гиндзу, к которой нас привезли поздно вечером.

Уже даже не смеркалось, оторвавшись от группы, мы с Вавой гуляли по ночному Токио.
Вместо выцветшей СЛАВЫ КПСС нам отовсюду подмигивали неоном симпатичные японки, переливаясь, скользили по стенам иероглифы, звучала музыка, и не спеша шуршали мимо лакированные автомобили.

-Леха! – очень громко прошептал мне Вава, - Смотри!
Я посмотрел в направлении его вскинутой руки. Неподалеку, прямо на пересечении двух широких улиц, огражденный со всех сторон светофорами и зебрами пешеходных переходов, светился огнями безлюдный, автоматный остров.
-Держи! – Вава, высыпал в мою ладонь жменю монет и мы побежали к автоматам.

Каких напитков в них только не было. Точнее, мы не знали какие напитки там были, кроме узнаваемых нами – колы, кофе, чая и фанты. Все по 100 иен.
Нескончаемые ряды разноцветных баночек, бутылочек, коробочек, пакетиков и стаканчиков смотрели нам прямо в душу, предлагая, и не оставляя выбора - бомбить!
Я просунул в щель первые двадцать копеек, и на всякий случай приготовился рвать когти. Монета не спеша прозвенела по лабиринту и вывалилась в возвратный карман. Автомат молчал.

В следующее мгновение, приняв двадцать копеек запущенных Вавой за чистую монету, казалось весь этот остров, выдохнул волшебное «К-х-х-х-е !!!», и зажегся сотнями красных стрелок. Вава нажал первую попавшуюся, и в лоток глухо выпала, запотевшая бутылочка.
Бинго! Тут-же сработало и у меня!

Словно беспроигрышные игральные автоматы они кряхтели наперебой, предлагая нам отведать нескончаемые образцы японской пищевой промышленности.
По нескольку банок мы всосали «не отходя от кассы, и набив все-что можно набить в легкой летней одежде банко-бутыльками, поскакали к автобусу. Затем с удовольствием порадовали прохладительными напитками всех наших немногочисленных попутчиков, и всю обратную дорогу до Йокогамы пытались не обоссаться.

И был еще один, последний подобный опыт в следующий наш приход.
Йокогама в тот день праздновала собственную годовщину, и в ожидании грандиозного полуторачасового салюта, тысячи японцев начали собираться на набережной вокруг морского вокзала, еще с обеда.
Мы вдоволь нагулявшись по Йоке, вернулись в порт когда уже стемнело и представление только начиналось.

Обнаружив возле безлюдного продуктового магазина, неподалеку от места нашей швартовки ряд торговых автоматов, решили снова попытать удачу. Получилось. Уже под дождем, с трудом дотащили два объемных, расползающихся бумажных пакета до судна, и устроили дринк-пати. К обеду следующего дня по громкой связи экипажу объявили, что накануне вечером в торговых автоматах портового магазина было обнаружено большое количество российских и греческих монет.

Кроме того, прибывший на борт японский представитель, предупредил о том, что в случае задержания правонарушителей, они будут отданы под суд в Японии.
Опасаясь обыска, мы с Вавой спешно выхлебали оставшиеся жидкости, и выкинули банки в иллюминатор.
И, как говорится - концы в воду!

Да, еще! В этой истории подвис вопрос этического характера нашего проступка. Скверно, конечно, мы поступили. Читай своровали. В оправдание могу сказать, что никогда ничего не воровал ни до не после этого случая - даже мысли не возникало.
Здесь было совсем другое - риск, азарт и юношеский долбоебизм. Примерно с тем же настроением и успехом мы долбили по бедным газировальным автоматам на Владивостокской набережной.
Так что японцы пусть еще скажут: - Аригато!
Шучу. Теперь стыдно, конечно. Пардон!