Результатов: 6

1

КЛАПАН СТРАХА

Четверг 11 ноября 1982 года и несколько последующих дней запомнились мне странными и необъяснимыми явлениями. Утро 11-го было самым обычным. Я приехал на работу, сходил в библиотеку, вернулся в свой офис. А в это время уже поступило официальное сообщение о смерти Леонида Ильича Брежнева. Телевизоров на работе, понятно, не было, радио тоже. Подключенные к интернету персональные компьютеры еще не появились. Я спокойно трудился, ничего не ведая о происходящих в стране эпохальных событиях. Вдруг кто-то приоткрыл дверь нашего патентного отдела, негромко сказал:
- Эй, люди, Брежнев помер! - и закрыл дверь.
Первой моей мыслью было: «Не может быть!» Следующей - «Вот так номер, чтоб я помер!». В этот момент у меня в голове сам по себе открылся какой-то клапан и через него улетучилось нечто, что для простоты я буду называть страхом. Сразу стало легко и весело, как после бокала шампанского. На мгновение набежало легкое облачко грусти: был человек и нет человека, но тут же рассеялось...

Я вышел в длинный широкий коридор нашего института. Там было необычно много сотрудников, и почти на всех лицах блуждала загадочная улыбка. Я поймал себя на том, что улыбаюсь точно так же, и подумал, что клапан страха сработал не только у меня. Встречные даже не здоровались, а сразу тихо говорили:
- Слышал? Брежнев умер!
Если это был просто знакомый, я делал серьезное лицо и еще тише интересовался:
- Лично?
Если это был приятель, но не еврей, отвечал:
- Вмер Юхим, ну и @$& з ним!
А если – еврей:
- Умер-шмумер лишь бы был здоров!
Не подумайте, что я всегда был такой шутник. Я человек осторожный. Меня даже в КГБ ни разу не вызывали для беседы. В этот день я бы уж точно рад был помолчать, но почему-то не получалось.

К полудню работа в институте полностью прекратилась. Экспериментаторы кучковались вокруг неведомо откуда возникших коротковолновых радиоприемников, теоретики строили гипотезы дальнейшего развития событий, на опытном производстве уже начали поминать. Среднее по нашему академическому институту настроение более или менее укладывалось во фразу: «Нехай гірше, аби інше».

На всю следующую неделю объявили всесоюзный траур. Официальные праздники отменили официально, а населению посоветовали не слишком веселиться в общественных местах и не устраивать гулянки. И надо же было такому случиться, что в именно на эту неделю пришелся день рождения моей родственницы Фаины. Она долго колебалась: отмечать или не отмечать. Вопрос был действительно трудным, потому что собираться по поводу дня рождения никто не запрещал, но последствия были непредсказуемыми. Сравнивая с сегодняшним днем, все равно что перепостить на Фейсбуке карикатуру на Путина или патриарха Кирилла. Могли вообще не заметить, а могли и срок впаять. Одним словом, лотерея. Не знаю, как бы поступил на месте Фаины я. Но её друзья требовали праздника и клятвенно обещали вести себя тихо. И она сдалась. Вспоминая этот день, Фаина всегда повторяет:
- Я знала, что вытворяю дикую глупость, но ничего сделать с собой не могла. Будто распрямилась какая-то пружина – и уже не согнуть.

Собирались по одному, по два. В подъезде не топали. В квартире на третьем этаже гостей встречали приглушенный свет и плотные шторы на наглухо задраенных окнах. И только стол сиял тем же обилием еды и бутылок, что и во все предыдущие годы. Фаина славилась своим гостеприимством.

Первый час прошел тихо. Выпили за именинницу, за ее мужа, за родителей и несколько раз помянули дорогого Леонида Ильича. Потом кто-то включил музыку, кто-то начал танцевать, кто-то сделал музыку громче. Стало весело.

Вскоре в закупоренной квартире было не продохнуть. Я отодвинул штору и открыл балконную дверь. На улице не было ни одного человека, в соседних домах не было ни одного светлого окна. Голос Аллы Пугачевой и громкий смех из нашей квартиры звучали таким резким диссонансом к кладбищенскому безмолвию вокруг, что мне стало не по себе и захотелось закрыть дверь. Но на балкон уже выходили другие гости... Больше его не закрывали.

Около полуночи раздался звонок в дверь. В квартире настала гробовая тишина. Хозяйка пошла открывать. Это был сосед с первого этажа. Он зашел и сказал:
- Я слышу вы поминаете. Налейте и мне. Я тоже хочу помянуть.
Бросились наливать, но оказалось, что спиртное давно выпито. Положение спас один из гостей по прозвищу Василий. Он достал из кармана пальто бутылку водки. Василий всегда приносил в гости лишнюю бутылку водки на случай, если ему не хватит. Налили соседу и тотчас же прикончили бутылку. После этого народ окончательно сорвался с цепи. Разошлись только к четырем утра.

Закончился день рождения без каких бы то ни было последствий. То ли соседи не сообщили, то ли участковый не озаботился, но никого никуда не вызвали. Почему так получилось, я тогда не задумывался, просто радовался, что все обошлось. Но шли годы, у меня появлялись все новые и новые знакомые со всех концов бывшего Советского Союза. И каждый раз, когда заходила речь о кончине Брежнева, многие рассказывали очень похожие истории. И тоже со счастливым концом. Если их собрать вместе, можно подумать, что это был не траур, а праздник. Выходит, что смерть одного немощного старика открыла, пусть всего на несколько дней, клапаны страха буквально у целой страны. Вот и говори после этого, что чудес на свете не бывает.

P.S. Сегодня 15 ноября и очередной день рождения Фаины. Пожелаем ей еще много таких дней. А если кому-нибудь интересно как выглядели Фаина и автор этих строк в 1982, добро пожаловать на http://abrp722.livejournal.com в мой Живой Журнал.

3

РАЗУМНЫЙ СУП

Последний день короткой и тяжёлой рабочей недели заведомо расслабляет миражом грядущих выходных. Время отбросить будничные хлопоты и насладиться обеденным перерывом. Захожу в излюбленное кафе рядом с офисом и, по сложившейся традиции, заказываю наваристый шедевр русифицированных японских мастеров. Имя оного, кстати, совпадает с названием заведений; а первый слог нет-нет, да иногда выкрикивают каратисты, медитируя на повторяющиеся упражнения.

За обедом имею привычку, ежели пребываю в скромном одиночестве, ковыряться в телефоне. Да-да, тот, что по определению умнее меня: сенсорный, с пафосной кучей таинственных приложений и опций (год назад с трудом перешёл с надёжного кнопочного, а теперь и за уши от нового не оттащишь). И, аки Гай Юлий, одновременно наслаждаюсь не духовной пищей да игрой незатейливой. Той, где надо 3 фигурки в ряд складывать до бесконечности. Здесь важно заметить, что ел я палочками. В какой-то момент, когда телефон на минуту был отложен рядом с тарелкой, большой и ехидный кусок пищи лукаво срывается с палочек и профессиональным ныряльщиком (топором) уходит в глубь бульона. И нет бы тихо ушёл, негодяй, так ещё и в сторону телефона пару брызг кучных сделал. Одна из которых снайперски попадает в кнопку завершения игры. И, что совсем было для меня откровением - кнопка срабатывает! Вот же ж суп-шельмец, намекает, что за едой не комильфо отвлекаться.

А удивило меня вот почему. Около месяца назад стало мне интересно, как сделать стилус - палочку для моего Самсунга, чтобы вместо огромного пальца управлять телефоном утончённо и прицельно, рисунки делать. Да и на морозе хотелось в перчатках, в ожидании автобуса, с интернетом поиграться, истории на любимом сайте почитать. Взял первое неважно что под руку попавшееся - и не работает. Оказалось, у некоторых телефонов есть чувствительность не только к нажатию, но и к слабому электрическому напряжению, человеческой коже свойственному. Вспомнился со школьной скамьи причудливый термин "кожно-гальваническая реакция". В интернете умельцы рассказывали, как делали стальную палочку с закруглённым концом - так и давление на экран передаётся, и эффект этот электрический. Но чтобы бульон в масштабах молекул разил молниями! Непостижимо.

Вернёмся в кафе. Да уж, суп, выключающий игры на телефоне... Думаю, справедливо будет заключить, что таким прямым языком вселенная со мной ещё не общалась.

***

Спасибо дочитавшим до конца. Историями на сайте зачитываюсь давно. Дебютирую.

4

Рассказы о животных

В начале 80-х пробитый боксер Витька Лука со своим другом Апельсином
пошли погулять в зоопарк. И увидели слона! Ух ты!

— А что, — говорит Апельсин, — слон-то, небось, сильный?

— А то! — отвечает Лука. — Щас мы его испытаем!

И снимает он со своей богатырской шеи охренительный шарф «Макензи»,
мохеровый, между прочим. На толкучке брал, на Шувакише, за 250 рублей.

И вот он наматывает один конец шарфа на руку и дергает, проверяя, как
держит. А вторым концом начинает махать под носом у слона. И выкрикивает
всякие задорные слова.

Слон немножко оторопел от такой наглости. Вытянул хобот, осторожно
дотянулся до шарфа, очень гибко зацепил хоботом и аккуратно на себя
потянул.

Витька расставил ноги, уперся и говорит Апельсину: «Смотри!» И с диким
воплем резко потянул шарф на себя. Слон удивился и, не отпуская шарфа,
сделал шаг назад. И поспешил спрятать хобот в вольер. Лука перелетел
через загородку и въехал башкой в толстые прутья вольера. Раздался
мощный чугунный звук. Рука безвольно разжалась.

Лука присел на корточки, а слон изящным движением запихал шарф в пасть и
проглотил.

Лука очухался, поднялся по привычке сначала на одно колено. Потряс
головой и спрашивает Апельсина: «Че, видел? » Апельсин отвечает: «Весь
зоопарк видел!» Лука говорит: «Погоди, это не считово, это только
первый раунд!»

Они пошли за хлебом. План был прост. Так как слон всегда голодный,
Апельсин должен был булкой хлеба выманить его хобот как можно дальше. А
коварный Лука, притаившись, должен был внезапно провести по хоботу
жесткую серию с двух рук — и убежать. Так и сделали.

Витька только успел скомандовать Апельсину: «Смотри!» Жестко левой —
нащупал дистанцию, вложился правой, на отходе левой, нырок — и вдруг
звонкий шлепок мягкой кувалдой по затылку… как будто на секунду
выключили свет. Просто у слона другая реакция…

И Витька, не вставая с колен, печально смотрел, как его новая! дорогая!
ондатровая! шапка! уплывает в слоновью конуру…

И тут раздался идиотский смех — первым не выдержал Апельсин. А за ним
уже хохотали все остальные. И Витька Апельсина отлупил. И поделом.
Потому как ничего смешного!

автор Евгений Ройзман

5

Решил англичанин продать коня. Конь худой-худой, вот-вот ноги
протянет, никто его покупать не хочет. Шел мимо цыган, пожалел
англичанина.
Ц: Ты его надуй через трубочку, вот и не будет видно,
что у него бока впалые.
А: А как это?
Цыган сделал трубку, вставил коню в задницу и стал дуть.
Ц: Понял?
Англичанин взял трубку, вынул из лошадиного зада, перевернул,
вставил другим концом и стал дуть.
Ц: Ты что???
А: Ну не могу же я брать в рот обслюнявленную вами трубку!

6

Решил англичанин продать коня. Конь худой-худой, вот-вот ноги протянет,
никто его покупать не хочет. Шел мимо цыган, пожалел англичанина.
Ц: Ты его надуй через трубочку, вот и не будет видно,
что у него бока впалые.
А: А как это?
Цыган сделал трубку, вставил коню в задницу и стал дуть.
Ц: Понял?
Англичанин взял трубку, вынул из лошадиного зада, перевернул,
вставил другим концом и стал дуть.
Ц: Ты что???
А: Я очень брезглив, и не могу брать в рот обсюнявленную вами трубку!