Результатов: 6

2

Давным-давно рассказала подруга. Отдыхала она в Таиланде, и купила экскурсию на слонах по джунглям.
Замешкавшись, она вышла на слоновью парковку и увидела, что все приличные слоны были уже разобраны алчными немцами, а ей достался мелкий слоник, с ушами как у Дамбо. И шел он в самом конце слоновьего ряда, постепенно отставая. Подруга совсем приуныла, поняв, что и обеда ей возможно не достанется, слишком медленно и уныло плелся слоник по джунглям. В итоге все слоны ушли далеко вперед, они остались одни на дороге.
Однако погонщик слона сохранял уверенный и счастливый вид, говорил ей не беспокоиться, что они точно успеют, а на вопрос на зовут животное, ответил, что-то типа Быстрый Ветер.
Сарказм им не чужд, подумала подруга.
И тут вдруг за спиной у слона раздался дикий треск, по-видимому, какое-то старое дерево треснуло. Слон подскочил и понесся, развив вторую космическую скорость, только уши трепыхались, да встречный ветер не давал даже вздохнуть.
Короче, она успела не только пообедать, но даже пару раз чайку попить, пока измученные немцы не начали вываливаться из своих сидений.
- Хороший слон, быстрый, - довольно сказал подошедший погонщик, - только немного труслив.

3

Сидели тут рассуждали о том, что с годами встречи Нового года становятся рутиной, а когда-то от каждой из них ждали чуда, и порой чудеса случались. Я вспомнил новогоднюю ночь тридцатилетней примерно давности и вдруг сообразил, что никогда эту историю не записывал, хотя, казалось бы, все мало-мальски интересные факты биографии давно выложены в интернет в той или иной форме.

Я тогда учился на пятом курсе. У сокурсницы-москвички предки умотали встречать Новый год на дачу, и был дан приказ свистать всех на флэт. Каждый из базовой компании обещал привести еще кого-то, ожидалось не меньше десятка новых знакомств. Я критически осмотрел свой гардероб, состоявший из четырех застиранных ковбоек и двух нейлоновых водолазок, способных электростатическим разрядом убить слона, и обратился за помощью к соседу по комнате, известному на всю общагу моднику и ловеласу. Тот выдал мне со своего плеча рубаху апаш и пиджак непередаваемого лилового оттенка. Пиджак был малость длинноват и узковат, но вкупе с почти фирменными джинсами смотрелся убойно, я с трудом узнал себя в зеркале.

В разгар веселья пришли две опоздавшие девушки: одна из наших и незнакомка в голубой курточке. Я ниже среднего роста, все предыдущие увлечения укладывались в диапазон от невеличек до совсем крошек, а эта – высоконькая, повыше меня. И это была единственная деталь, которую я отметил сознанием. В остальном... я едва не задохнулся от восторга. Это был ангел, сошедший с небес персонально ко мне, идеальное воплощение всех моих сокровенных грез и желаний.

Моей естественной реакцией было бы забиться в самый дальний угол и оттуда молча взирать на нее влюбленными глазами. Но, видно, сосед вместе с пиджаком одолжил мне свою манеру поведения. Я с удивлением обнаружил, что вешаю куртку ангела на крючок, веду ее к столу, что-то наливаю в стаканы и требую выпить непременно на брудершафт, а мой язык плетет небылицы со скоростью 150 узлов в секунду. Я узнал, что небесное создание зовут Алиной, учится она в нашем вузе на бухгалтерском факультете, на котором у меня совсем не было знакомых, и выяснил ее пристрастия в музыке, кино и литературе, причем на каждое прозвучавшее в разговоре имя у меня находилась подходящая к случаю байка, цитата или интересный факт. Добрая половина этих сведений всплывала из недр лилового пиджака, во всяком случае в голове у меня такого отродясь не водилось.

Пробили куранты. Нет смысла уточнять, с кем я чокнулся шампанским и какое желание загадал. По первой программе показывали «Голубой огонек», а по второй – конкурс бальных танцев, на котором мы и остановились. Танцор из меня никакой, медведь, наступивший на ухо, изрядно потоптался и по ногам. Но тут мне были нипочем и танго, и джайв, и пасадобль, лишь бы держать в руках эту талию и вдыхать аромат духов у нежного ушка.

После танцев веселая компания вывалилась на улицу играть в снежки. Для нас с Алиной игра свелась к тому, что мы гонялись со снежками друг за другом, потом пытались друг друга повалить, потом успешно повалили и с хохотом покатились по свежему снегу, забивавшемуся в рукава и за шивороты. На обратном пути лифт застрял между этажами. К сожалению, застряли мы не одни, но все равно за два часа в темноте (а может, и три, легко ли найти лифтера в новогоднюю ночь) мои руки изрядно погрелись в разных местах под ее промокшей курткой, да и губы не сильно скучали. После вызволения из лифта мы уже не разнимали рук.

Рассвело, скоро должны были вернуться хозяева. Все занялись уборкой квартиры. Я мыл тарелки, Алина стояла рядом с полотенцем наперевес.
– Почему-то все важные события в моей жизни происходят, когда в кармане билет, – сказал я. – Сегодня уезжаю на неделю к родителям. Когда мы увидимся?
– Девятого января у меня экзамен, восьмого весь день буду в читалке. Приходи туда, решим, что делать дальше. Ты хорошо моешь посуду, за такого не страшно и замуж выходить.
Это была, конечно, шутка, но я воспринял ее вполне всерьез.

Восьмого января я, конечно же, пришел в читалку. Нет, не пришел. Прилетел на крыльях любви. Экзамен назавтра ожидался во многих группах, больше сотни хорошеньких головок склонились над учебниками. Где же Алина?

И тут я понял страшную вещь. Я понял, что совсем не помню ее лица. Общее ощущение чего-то волшебно прекрасного и ни одной конкретной черты. Черт-черт-черт, ну почему я всю новогоднюю ночь занимался хрен знает чем вместо того, чтобы пялиться на нее из угла и запоминать каждую черточку?

Я растерянно шел вдоль столов, вглядываясь в лица. Может, эта? Нет, волосы слишком короткие. Или вот эта? Нет, нос не такой. Или такой все же? Одно лицо показалось знакомым. Я робко сказал: «Привет!», девушка подняла голову. Нет, это девчонка с нашего факультета, кажется, Таня или Наташа. А вдруг все же она? Назвалась зачем-то Алиной и зажигала со мной под чужим именем? Нет, не может быть. Тогда бы она не смотрела так недоумевающе-равнодушно. А может, вон та?

Я неловко позвал: «Алина!», никто не отозвался. Что еще я мог сделать? Крикнуть на всю читалку? Будь на мне лиловый пиджак, может, и решился бы, а так – нет. Да, может, ее и вовсе не было в библиотеке. Я изучил вывешенные у деканата списки студентов. Ни одной Алины в списках не значилось, но ничто не мешало ей быть по паспорту Еленой, Александрой или даже Ольгой, а этих было полфакультета.

Я кинулся к девчонке, с которой Алина пришла на вечеринку. Та удивленно ответила, что никого не приводила, девушку в голубой куртке не знает, а случайно столкнулась в ней в лифте. Расспросы других участников вечеринки тоже ничего не дали. Некоторые запомнили девушку, с которой я тусовался, но никто ее не приводил и не знал раньше. До окончания учебы я то и дело околачивался на бухгалтерском факультете в надежде, что она сама меня увидит и подойдет, но этого тоже не случилось. Под конец я вообще засомневался, была ли она в действительности или только пригрезилась мне. То ли девочка, а то ли виденье. Прошла, как каравелла по зеленым волнам, и исчезла вдали.

Прошло, как я уже сказал, тридцать лет. Я жил, не прячась от стрел Амура, и был ими ранен по меньшей мере девятнадцать раз легко, пять раз тяжело и три раза смертельно. Но я жив до сих пор и, встречая девушку (а теперь в эту категорию входят особы от 20 до 50 и выше), каждый раз пристально вглядываюсь: она? Не она? Нос такой? Или другой все же?

4

Эта история случилась в те времена, когда "Жигули" были отличной машиной, Союз нерушимым, а гомики не объясняли нам какие мы неправильные. Мой дядя, Борис Михайлович, был тогда уж-жасно застенчивым юношей субтильного вида в очках минус восемь. Уверенно он себя чувствовал только тогда, когда копался в потрохах телевизора или магнитофона. После техникума отработал год на заводе "Промавтоматика" и считался хорошим электронщиком. Кто везет, того и нагружают, вот и нашего Борю нагрузили, отправив на пару с опытным зубром в Н-ск на тамошний комбинат. Заселившись в общежитие, зубр решил отметить приезд в компании местных спецов. Спецы, обрадованные приездом наладчика, директор обещал премию за досрочный пуск цеха, хорошо его угостили и тот умудрился сломать ногу. Утром начальник цеха, увидев приехавшего пацана, поморщился и махнул рукой куда-то в угол.
- Там твоя автоматика, налаживай.
Помятые, после вчерашнего, специалисты хмуро смотрели на Борю, в мыслях прощаясь с премией. Однако к обеду настроение у них поднялось, мальчишка оказался докой. Шкафы управления, перемигиваясь лампочками, потихоньку оживали. К вечеру надежда на премию окончательно окрепла и Боре предложили, после работы, попариться в бане. Баня, прямо на территории комбината, была хорошей, для начальства даже с парилкой и вениками. Киповцы, пользуясь Борей как тараном, отодвинули в сторону других желающих и оккупировали парную. Никогда не бывавший в парной парень с интересом осматривался, но вскоре ему стало нехорошо, а оправа очков стала подозрительно мягкой и жгла лицо.
- Слыш Вась? Как бы мне остыть? - обратился он к бригадиру слесарей.
- Вон туда выскакивай.
Показал тот на дверь в стене противоположной входу. Слабо соображающий Боря толкнул дверь и сделав пару шагов, рухнул в ледяную воду. Не ожидавший такой подляны новоиспеченный морж чуть не захлебнулся. Казалось, прошел час, прежде чем Боря не столько увидел (очки он потерял), сколько нащупал лестницу ведущую наверх. Наверху обнаружились две двери, по краям маленького бассейна, в ближайшую из которых он и нырнул. Замерзший до синевы, ничего не видящий в клубах пара от двери, зомби двинулся на ощупь к источнику тепла. Источник оказался мягким и не успел Боря понять что к чему, как получил в глаз. Потом он услышал женский голос.
- Да за..бали вы со своими шутками! А ну-ка, девки...
Борю схватили за руки за ноги и со смехом бросили обратно в бассейн. Выбравшись из воды во второй раз, жертва бабьего произвола отправилась уже к другой двери, открыла ее и приготовилась дать деру, если и здесь будут бить.
- Дверь закрой! Пар уходит!
Сказанные басом слова излились бальзамом на душу Бориса. Свои! Минуты через две дрожащий "надежда слесарей" смог выговорить первое слово.
- С-с-с-уки...
Увидев бланш на физиономии и услышав бесхитростный рассказ, Василий долго извинялся перед Борей и оправдывался перед ребятами.
- Ну я ж не знал, что он не знает, что там бассейн.
Потом, когда успокоились, долго смеялись. Утром смеялся наверное весь комбинат. Только вот киповцам было не смешно. Работать Боря не мог, не видел без очков. Начальник цеха, высказав слесарям все что он думает об их умственном развитии, сосал валидол. Появился парторг, приволок какую-то деваху, заставлял извиняться перед Борей.
- Ты ему очки разбила! Из за тебя он работать не может! Ты весь цех подвела! Я на комсомольском собрании вопрос поставлю!
Девушка извиняться не хотела.
- Он без очков был! И вообще он к нам вломился! Как этот бассейн сделали, так к нам уже три раза мужики вваливались, этот четвертый!
Парторг не унимался.
- А бить было зачем? Вон синяк какой! В общем так! Ты перед ним виновата, тебе и выручать. Води его за руку, ищи его очки, но чтобы в понедельник он мог работать. Давайте все расходитесь, время рабочее.
Боря ощущал себя ребенком, беспомощным без привычных очков.
- Ну чего, пойдем что ли? Меня Натахой зовут.
Три дня Наташа водила Борю за ручку, в больницу за рецептом, в оптику заказывать очки, в столовую покушать. А еще они просто гуляли и разговаривали. В понедельник, получив очки, он впервые смог разглядеть ее целиком. Девка оказалась ладная, красивая, на голову выше его, крутобедрая, кровь с молоком. Вот и дочь ее, моя двоюродная сестра, такая же, вся в маму, не то что коня, слона остановит. А автоматику Борис Михайлович наладил, премию все же получили. Только в парную он больше не ходил, хватило одного раза.