Результатов: 3

1

Ко дню Победы.
С грустью...
Мой отец был во время войны дежурным по станции, потом замначальника станции, дослужился до инженера-капитана. После войны ему присвоили майора и поставили на полковничью должность, руководить крупной сортировочной станцией. Мать была лейтенантом паровозной службы и тоже работала, в паровозном депо.
Естественно, чтобы сидеть со мной и сестрой, была нанята домработница - несчастная деревенская девушка, сбежавшая в город из разрушенной во время войны курской деревни от деревенской голодухи. Мы сами жили в коммуналке с соседями, а наша домработница жила в бывшей ванной.
Женихов ее возраста не осталось - почти все погибли на фронте, хотя по выходным она встречалась с какими-то солдатами из стоящей рядом ВЧ. Ей не очень нравилось у нас в ванной и как только представилась возможность, она ушла на кирпичный завод, там давали общежитие. Она там проработала до самой пенсии, а на кирпичном для женщины - каторжный труд.
К нам она иногда заходила, поболтать с моей матерью. Замуж так и не вышла - не за кого. Но была довольна, что уехала в город, тут ей завод дал однокомнатную квартиру, а в деревне ее подруги так и жили в развалюхах, кое-как отстроенных после войны.
Это те самые деревенские бабки, которые кормили страну, которая про них забыла, и на которых стране было наплевать, и про которых городские фифочки с презрением говорили - деревня!

"Ах, война, что ж ты, подлая, сделала..."

2

Насчет дресс-кода в загородной местности.
Я, собственно, человек городской, как и родители мои. Отец, правда, родился в деревне, но практически сразу после этого события в стране начались раскулачивания, и семья моего деда с годовалым сыном вынуждена была под покровом ночи сбежать из своей деревни и устраиваться уже в городе, за тысячи верст от родных мест.
Так что, несмотря на факт рождения в деревне, уже и отец мой был человеком городским. Но, видимо, в генах что-то оставалось, и в 1988 г., перед выходом на пенсию, решил он прикупить себе домик в деревне. Так что некоторое время я честно отъездил на ту фазенду в свои выходные и прочие отпуска.
Ездили на фазенду на электричке, встречаясь с местными преимущественно на станции, в ожидании поезда. И вот что лично меня тогда удивляло - местные на станции всегда были в своей лучшей, парадно-выходной одежде. Ну а мы, городские, мы были, ну, не то чтобы прямо в рванье, но уж точно без особого парада.
Один-два раза это прошло мимо моего сознания, а потом потребовало "философского осмысления"
А ларчик просто открывался. Мы, городские, приезжали на ту станцию РАБОТАТЬ на своей фазенде. А местные уезжали со станции В ГОРОД - погулять, сходить в гости, в кино, на концерт, и т.п. Для них поездка в город, в местный (маленький) центр цивилизации, была таким небольшим "событием", "прыжком из обыденности". А работали они - бывало, что и в одежде похуже, чем наша - в будние дни, причем если они работали, то на станцию в рабочей одежде уже не заходили - станция уже была для них "общественным местом", таким "преддверием города", куда, по их мнению, надо было приходить, уже принарядившись. Как позже выяснилось, они еще между собой активно обсуждали одежду "городских" т.е. нас - как мы плохо одеваемся, неужели "такие бедные".
Вот, такая вот была "философия". И вся-то разница была, что мы, городские и деревенские, сталкивались в одной точке пространства - на станции, но прибывали туда с противоположными целями. Мы, городские - чтобы работать, а они - чтобы ехать развлекаться в городе.

3

К историям про телефоны-автоматы вспомнилось. В 90-х годах устроился я
работать на городскую телефонную станцию монтёром-линейщиком. Как
полагается отстажировался и как раз в это время областному руководству
взбрело в голову возродить городские телефоны-автоматы, таксофоны
по-грамотному, (а все они к тому времени были уже даже отключены на
станции по причине неисправности - оторваны трубки, разбиты
номеронаборники и т. д. и т. п.). В общем, на этот участок бросили
меня - как самого молодого работника. Материалами, сиречь запчастями,
обеспечили с 1000% перекрытием - видимо, понимали, сколько таксофоны не
ремонтируй, к следующему утру они будут вновь разбиты. Установили мы
бригадой около 40 таксофонов по всему городу. Но, как все наверно
догадались, работали они недолго - каждый день мне приходилось на
велосипеде объезжать все таксофоны с коробкой запчастей на багажнике и
менять где номерник, где трубку...
Выход нашёлся сам собой. Однажды, когда я ремонтировал таксофон, ко мне
подвалил мужик - не бандитской внешности, но вполне внушающей наружности.
Сделаю отступление - в то время установить домашний телефон не было
возможности, даже за хорошие деньги - просто не было свободных номеров на
станции; мобильная связь только зарождалась и были мобильники только у
самых-пресамых крутых и богатых. Так вот, подваливает ко мне этот мужик
и говорит - "слышал я, что мол телефон-автомат можно и в квартиру
провести. как бы ему это устроить?". я смекнул немного и говорю: "дело
нехитрое, только какой момент - если таксофон на улице работать не будет,
его на станции отключат, пока не устраню. а так - за поллитру я тебе его в
квартиру поставлю". На том и порешили - я поставил ему домой таксофон
параллельно с уличным (как два телефона в соседних комнатах),
предупредил его - если когда снимаешь трубку, там идёт разговор - не
вмешивайся, сразу клади, чтоб этот левак не всплыл. А он в свою очередь
стал приглядывать за уличным таксофоном и даже пару раз шуганул местную
школоту, когда они пытались оторвать трубку от аппарата... А спустя три
месяца КАЖДЫЙ из 40 таксофонов имел три-четыре параллельных аппарата на
квартирах и верьте или нет - работы у меня почти не стало! За уличными
таксофонами стали приглядывать эти параллельные абоненты, а они все были
людьми из той прослойки, что ещё не бандиты, но уже вполне уважаемые в
90-х годах люди.