Результатов: 63

1

ПАСТЬ ГОЛЛУМ И БАРЖА ЗЕЛЁНОГО ЛУННОГО СЫРА НА ЕНИСЕЕ

У Ромы Бурлака, которого в Красноярской ролёвке больше знают под звучным именем - Пасть, возникали иногда довольно сумбурные идеи. Например он мог придти к тебе ночью постучавшись пальцем в окно, и предложить отправиться прямо сейчас в путешествие без какой-то особой определённой цели. Что-то типа пешего паломничества:

"Пошли, говорил он, прямо сейчас пешком до Железногорска сходим".

Причём ещё и босиком. Ну или до Дивногорска. А это что-то около 30 км по трассе. Предпринимал он подобные пешие туры не только со мной, но и ещё с некоторыми моими друзьями. И в них сходить мне по счастью не удалось. По пути он сильно накидывался алкоголем, и по слухам по пути в Дивногорск спровоцировал на мосту глупую драку с гопниками, а в другой раз по-пьяни зачем-то пытался спереть у хачика арбуз, и этим тоже впутал своих попутчиков в весьма глупую и некому не нужную драку.

Но о том как мы с ним ходили пару раз пешком в Железногорск, закрытый режимный город, куда вход до сих пор по пропускам, я расскажу как-нибудь в другой раз...

В этот раз я расскажу лучше как Пасть плавал голым на баржу за зелёным сыром.
В город тогда очередной раз приехала одна томская фрикса - Инь-Яня. Это дивный фрик из уже вымирающего вида эльфиек - автостопщиц с флейтами, одетых в самошитый этнический и довольно экзотичный прикид.

Инь-Яня была вся с ног до головы оранжевой, потому как этот цвет лучше всего бросается в глаза на трассе, ассоциируясь с жилетками дорожных рабочих. Стопщик в таком прикиде имеет гораздо больше шансов уехать. А Инь-Яне с её довольно вредным характером - это было очень нужно. Раза три она приезжала к нам с кем-то в паре, и каждый раз этот кто-то кидал её одну за вредный характер у нас в Красноярске. Два раза я как джентльмен, бросал все свои раздолбайские дела у себя в городе, и увозил обратно в её родной Томск, но на третий раз уже сказал ей "Стоп, хватит! Больше я с тобой никуда не поеду"!

Но это пока был ещё самый первый раз. Встретив её где-то в центре всю такую ярко оранжевую как июльское солнце, мы с Пастью водили её по своему городу, показывая наши местные достопримечательности. Кстати, самым забавным во всём её оранжевом прикиде был шмотник сделанный из детских оранжевых колготок. Те самые детсадовские колготки с грубым швом через всю задницу. В советское время в такие наряжали даже мальчиков до самой школы. На них завязывалась оранжевым шнурком горловина, а сами чулки служили как бы лямками к шмотнику...

По пути что-то выпивали, и Пасть всю дорогу пытался раскрутить её на выпивку, обещая, что "завтра" всё вернёт, тогда как завтра она собиралась уже ехать назад к себе в Томск, а я вроде бы как подписался её туда провожать. При том, что сама она при своих этнических замашках практически с нами не пила... И поэтому взывала к его совести, не ведясь на провокации.

Вечер и алкоголь завели нас ближе к июльскому вечеру, на очень крутой берег Енисея в Академ городке. Там мы подсели к каким-то отдыхающим девушкам, любуясь сверху на Енисей и продолжая что-то там распивать. А с этого очень высокого и крутого берега, где сейчас уже давно стоит храм, нашему праздному взору открылась стоящая посреди Енисея баржа, гружёная чем-то жёлтым как заплесневелый сыр.
И у нас разгорелся горячий спор, о том что может быть на этой барже. Причём Пасть упорно склонялся к версии и том, что там лежит груз из окаменевшего зелёного сыра, из которого по версиям некоторых упоротых мракобесов сделана луна.

И чтобы проверить эту версию, Пасть решился доплыть до баржи вплавь, несмотря, что до неё было метров сто. Её предусмотрительно поставили на якорь чуть ли не посреди Енисея, дабы этот бесценный лунный сыр не расхитили.

Пасть спустился к воде крикнув нам чтоб присмотрели за его шмотками, и рисуясь перед девушками разделся догола. Кстати, те случайные девушки, к которым мы подсели, этого жеста совершенно не оценили, и тут же смутившись ушли. А уже изрядно подвыпивший Пасть нырнул в воду и поплыл вниз по течению к барже...

Если вы не сибиряк, и никогда не пытались купаться в Енисее даже летом, то лучше и не пробуйте. Течение почти везде там очень мощное, а вода даже летом очень холодная. Многие горе самоубийцы, что решаются спрыгнуть с коммунального моста, попав в стремительное течение, тут же внезапно раздумывают топиться, но уже поздно...
Выплыть из стремнины почти никому из них уже не удаётся...
Я всё это прекрасно знал, сбегая вниз по косогору, потому как сам купался в нём довольно часто. Купание в Енисее выглядит примерно таким образом: Метров в пяти от берега где течение не такое сильное, можно ещё окунуться по грудь. Но если ты ныряешь чуть дальше тебя тут же закручивает мощным потоком, и несёт дальше. Тут тебе уже нужно грести что есть силы к берегу, чтобы тебя не слишком сильно далеко унесло от твоих вещей на берегу... Очень бодрит с утра, и моментально снимает практически любое похмелье. Если конечно у вас с сердцем всё в порядке...

Думаю, что Пасть прыгнув в Енисей, тоже довольно быстро протрезвел, но было уже поздно включать обратный ход. Ему довольно легко удалось достичь этой баржи, только благодаря тому что течение само принесло его туда. Там он подтянулся и влез на неё, и начал голый там бегать, ёжась от речного ветра. Попутно он поднял, и показал нам издалека кусок этого самого зелёного сыра. До него наконец-то начало доходить, что при таком сильном течении назад ему уже не приплыть. В отчаянии он начал махать с баржи руками каким-то проплывающим мимо рыбакам. Но те увидав его голожопого как Голлум, лишь посмеялись и проплыли мимо...

Вечерело, на Енисее становилось всё холоднее, и Пасть наконец-то решился плыть в обратный путь. Он оттолкнулся от баржи, и его тут же понесло дальше по направлению к коммунальному мосту. А мы с Инь-Яней бежали вслед по берегу неся его шмотки. Инь-Яня с вещами отстала очень быстро, а я преодолевал бухту за бухтой, ожидая за каждым поворотом не увидеть его головы над поверхностью, и нырять за ним уже самому, чтобы вытащить из воды его ослабевшее тело...

Но метров через двести ослабевшего Пасть таки вынесло к берегу, в побелевшей руке он судорожно сжимал какой-то зеленоватый камень ядовито зелёного цвета. Это был кусок производственной серы...
Так мы узнали что было на той чёртовой барже, ради которой Пасть чуть не утоп. Не лунный зелёный сыр, а зелёная сера, которой черти топят свои котлы в аду.

2

В поздние брежневские времена в старших классах вместо уроков труда мы ходили на межшкольный учебно-производственный комбинат, кажется он так назывался, там и оценки по труду ставили и корочку о рабочей профессии вместе с аттестатом выдавали. В нашей группе был один мальчик, напишу так, с особенностью мышления. Память у него была такая, что позавидуешь, мог наверно Войну и мир наизусть выучить, но в то же время не понял бы смысла даже Сказки о рыбаке и рыбке. Такие вот особенности. Отсутствие способности к анализу информации. Над ним самые говнистые из нас любили подшучивать. Естественно, что и юмора он не понимал, да и шутки над ним оригинальностью не отличались. Обычно, как только мастер выйдет, так этого мальчика обязательно кто-нибудь испугает громким криком, а он в ответ начинает кричать, что сейчас даст обидчику по голове молотком. И тут вступает хор — вся группа начинает описывать ужасы, которые за этим последуют: тело, бьющееся в агонии, лужа крови, мозги, разбрызганные по стенке. И этот мальчик представляет себе всю эту картину и начинает плакать, ему уже жалко этого своего дразнильщика. Зато всем нам, придуркам, очень весело. Почему он учился в обычной школе, а не в коррекционной, этот вопрос не ко мне. Это его родители как-то подсуетились.
Лично я его сам никогда не дразнил, наоборот, даже на перемене в буфете беляшами подкармливал (он мог запросто штук пять в один присест умять), хотя, признаюсь, тоже смеялся вместе со всеми. Такой же придурок был, как и все остальные.
Однажды, во время очередного такого прикола в класс неожиданно вошел директор УПК. Все, конечно, сразу замолчали, но мальчик-то плачет, понятно, что его только что обидели. Он оглядел класс и сказал с горечью:
- Какие ж вы все подонки!
Потом показал на меня и сказал, назвав меня по фамилии (на УПК, где минимум 15 школ района занимаются, откуда он узнал мою фамилию?):
- Собери свои вещи, убери рабочее место и зайди ко мне в кабинет, прямо сейчас.
Я конечно понимал, что бить он меня не будет, но когда тебя вызывает директор, да еще когда этот директор здоровый, как Кинг-Конг, кулак с мою голову, состояние не очень приятное. И главное, обидно, почему меня? Я что, больше всех виноват? Короче, подумал, что меня просто выбрали козлом отпущения, сейчас выгонят с УПК, а следом и из школы, чтоб другим неповадно было.
Захожу в кабинет. Он говорит, "садись", а сам разливает в две чашки чай из электрочайника, видимо вскипятил, пока я собирался. Пододвигает мне чай, печенье. У меня взрыв мозга, молчу, жду, что он скажет.
И тут он мне говорит:
- Знаешь, такого я точно от тебя не ожидал. Я был о тебе гораздо лучшего мнения,
- Так я же ничего не делал, только смеялся, как все. Хотя, конечно, тоже не прав. Но почему я больше всех виноват?
- Потому что я много лет знаю твоего отца, мы с ним старые друзья. Я и тебя маленького помню, мы на лодке катались, за грибами ходили. Не помнишь меня?
- Да, теперь вспомнил. Странно, что раньше не сообразил.
- Ладно, ты очень маленький тогда был. Понимаешь теперь, почему я не могу к тебе относиться, как к остальным? Я за тебя тоже как бы отвечаю. Если бы при твоем отце кто-то обидел человека, который не может за себя постоять, поверь, он бы этого не позволил.
Я очень удивился. Отец с нами не жил, видел я его редко (в основном тогда, когда мать звонила ему, чтоб он пришел и отругал меня за какой-нибудь косяк, или еще он изредка заходил перехватить у деда до получки на бутылку) и знал я о нем весьма мало, в основном один негатив.
- Кстати я и познакомился с ним в такой ситуации.
- Расскажите, пожалуйста, что за ситуация, как вы познакомились?
- Я тогда еще студентом был. Однажды с девушкой в ресторане сидел. Там еще компания сидела, трое, какие-то блатные или шпана, кто их разберет, и такая же девица с ними. И какой-то парень интеллигентный худенький в очках, тоже с девушкой. Так эта компания сначала вела себя весьма неприлично, выражения всякие из-за их стола слышались, а потом они еще подвыпили и один из них начал нахально подкатывать к девушке того парня, что в очках. Этот парень пытался его отшить, но тут и друзья того хама подписались. Понятно, что силы не равны, уже дошло до того, что они зовут парня выйти поговорить на улице. Понятно, что у него никаких шансов нет против троих таких морд, а ведь у них и ножи запросто могут быть. И весь зал видит это и молчит, никто не хочет связываться. Я уже собрался вмешаться, здоровьем меня бог не обидел, как вдруг, вижу, один парнишка совсем молодой раньше меня с ними разговор завел. Это твой батя и был. Он тоже с девушкой сидел, а его девушка была в очках. Так он попросил у своей девушки очки, надел себе на нос и начал, дурачась, читать хулиганам нотацию: "как же вам не стыдно, молодые люди, в общественном месте, а еще комсомольцы, наверное, вот мы на вашу работу сообщим о вашем поведении" и тому подобное. Мне очень понравилось, как он себя ведет. Весь зал смеется, все понимают, что он просто развлекается, и что ему все равно, как они это воспримут. Они могли воспринять это как шутку, и это могло снизить градус агрессивности. Однако эти хулиганы набычились и теперь уже его начали звать выйти разобраться, похоже, мозги уже совсем залили. Он им отвечает: "если хотите со мной поговорить, молодые люди, записывайтесь на прием у моего секретаря, а сюда я пришел отдыхать, так что извините, но выйти с вами не имею возможности". Эти черти кулаки сжимают, но в ресторане начать драку не решаются. Один из них, постарше, лет тридцати, руки в наколках, похоже самый авторитетный в этой компании, говорит остальным: "садимся, пацаны, все равно никуда не денется, когда кабак закроется, мы его на улице отловим."
Я вижу, что батя твой не боится, и сила в нем видна, но их же все-таки трое. Я прямо подхожу к нему и говорю: "парень, если что, можешь на меня рассчитывать". Он жмет мне руку и говорит: "спасибо, друг, все нормально, я сам разберусь, давайте отдыхать, пока музыка играет". Но я все равно решил выходить из зала вместе с ним, потому что эта шантрапа весь вечер делала в его сторону угрожающие жесты, и было понятно, что без мордобоя не обойдется, а бросать его одного я не хотел, не в моих правилах такое.
Вот уже вечер близится к концу, официантки всех рассчитали, музыканты собирают аппаратуру. Тут твой батя встает, подходит к столику, где сидит это хулиганье, наклоняется к ним и говорит что-то, что слышно только им, после чего быстро делает несколько шагов, которые отделяют их стол от двери в вестибюль и скрывается за дверью. Эти уркаганы замирают на несколько секунд, а потом дружно вскакивают, как будто под ними вдруг раскалились стулья, и расталкивая друг друга, бегут за ним, а девица визжит им вслед: "дайте ему мальчики, вломите как следует". Я решил, что тяжело ему будет одному против троих, надо обязательно поддержать парня, и тоже побежал следом. Интересно, что тот парень в очках, за кого твой отец заступился, не испугался, вскочил и тоже побежал на помощь. Открываю дверь в вестибюль, а в вестибюле был поворот направо в коридор, который ведет в туалет, и из этого коридора уже доносятся звуки нескольких ударов и падения тел. Подбегаю, стоит твой батя, дует на кулак, а рядом на полу корчатся эти трое.
Мы тогда домой вместе пошли, я, твой отец, тот парень в очках и наши дамы. Захватили с собой еще выпить в буфете, посидели в парке, познакомились, пообщались, с тех пор друзья. Кстати, оказалось, что твой отец с этим очкастым парнем невероятно кстати познакомился, тот ему очень важную услугу оказал, (об этом не буду, так как не имеет прямого отношения к основному рассказу, но поверьте, очень важную услугу, отцовского лучшего друга спас).
- Ни фига себе, никогда бы не подумал, что он так может. А кстати, что он им такое сказал, что они так подорвались за ним?
- Извини, там не совсем приличная фраза была, а я же все-таки здесь педагог, а ты учащийся. Так что лучше ты у него спроси, захочет — сам скажет.
При первой же встрече с отцом я рассказал про наш разговор с директором комбината и повторил свой вопрос, что он сказал тогда этим босякам.
- Откуда я знаю, что их так взбесило? Ничего особенного я им, вроде, не сказал. Я вообще ни с кем драться не собирался. Да и в институт я тогда документы подал, через три дня первый экзамен, как я на него со следами мордобоя на своей харе приду? Просто моя тогдашняя невеста была слишком интеллигентная дама, все ой, да ой, как же мы теперь домой пойдем, да они же нас живыми не выпустят, да давай милиционера позовем. Милиционера позвать я, как ты сам понимаешь, никак не мог, но и драться с ними при даме я не мог, она же запросто в обморок могла грохнуться. Я надеялся, может выпьют еще и отстанут. А эта шпана все угрожает и угрожает. Вот и не оставили они мне сами другого выхода. Подошел к ним и говорю, со всем уважением, конечно, что вот, господа, вы вроде бы изъявляли желание со мной выйти и поговорить? Как раз сейчас я направляюсь в туалет, если желание разговаривать у вас не пропало, можете выйти за мной следом, там и поговорим (потом батя помолчал, махнул рукой, типа ладно, чего скрывать, взрослые люди), а заодно, если вам не трудно, и подержите меня за пипиську, пока я ссать буду. Похоже, что-то в моих словах им не понравилось, вот они и бросились. Никакой, наверно, из меня дипломат.

Я, к сожалению, не обладал такими талантами, как мой отец, но все-таки нашел способ сделать так, чтобы больше никто в нашей группе этого мальчика не дразнил.

3

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

4

Прочитал историю про вшей и вспомнил смешной случай на похожую тему. Наскоро закинул в качестве коммента, а на него тут же откликнулись несколько человек, которые предложили мне подработать эту историю и послать в основные, пусть еще кто-нибудь посмеется. Выполняю ваши пожелания, читайте на здоровье.
Однажды звонит мне друг и жалуется, мол наградила его в командировке какая-то шаболда лобковыми вшами, в результате чего он уже три дня чешется, не вынимая рук из карманов брюк. Идти в кожвендиспансер ему ну очень не хочется, потому что он, хоть и небольшой, но начальник, и не дай бог его там увидит кто-то из подчиненных. Говорит:
- У тебя же однокласник там работает, поговори с ним, может он меня у себя дома примет?
Позвонил однокласнику, врачу микологу. Однокласник, человек очень доброжелательный, весело говорит:
- Никаких проблем, приходите прямо сейчас.
Приходим. На дворе лето, выходной, врач и его брат сидят на веранде дома, играют в карты под коньячок с лимончиком. Представляю друга:
- Вот он, пострадавший от любви, помогите, товарищ гиппократ.
- Это, - говорит, - запросто.
Завел пациента в летний душ, кинул взгляд, выходит, смеется:
- Не ссы, это вообще фигня. Можно, конечно, выписать тебе мазь или шампунь от паразитов, но тогда тебе придется сначала побегать по аптекам, пока найдешь, потом потратиться, потом несколько дней это все применять, да еще и сбрить там все наголо. А потом еще месяц будешь чесаться, пока отрастет. Мы сделаем по-другому. Способ проверенный, хотя если бы я его у себя в отделении применил, запросто могли бы с работы выгнать. Так что решай сам.
Друг соглашается, ему пофиг, лишь бы поскорее перестало зудеть в интимном месте. Тогда врач берет ножницы и большой полиэтиленовый пакет (на котором, как мне почему-то запомнилось, была изображена соблазнительная женская попа в джинсах), вырезает из этого пакета некую пародию на трусы, только еще с маленькой дырочкой спереди. Дает эти импровизированные труселя страдальцу и говорит:
- Иди в душевую, разденься, надень сначала эту конструкцию на голое тело, на нее сверху трусы, оденься и приходи. Самое главное - это не забудь высунуть писюн вот в эту дырочку, а то препарат токсичный, раздражение на головке гарантировано.
Затем отрезает кусочек от рулончика лейкопластыря, вырезает его кружочком и дает другу.
- А это еще зачем?
- А это, - говорит, - тебе, чтоб очко заклеить. Только придется потом полчаса терпеть, не пукать.
Мы с его братом сидим, угораем. Конечно нам весело, не по нашим же кокам ползают эти маленькие симпатичные шестиногие крабики.
Друг сходил, сделал все, как велел доктор, возвращается. Врач встает, берет баллончик самого обычного дихлофоса, весело оттягивает своему подопытному спереди брюки и пшикает пару раз ему прямо в трусы. Потом разворачивает его и повторяет ту же процедуру с обратной стороны. У друга на лице непонимание и даже где-то недоверие, но терпит, раз уж пришел. Зато у всех, кроме него, настроение веселое и приподнятое.
- Все, - говорит доктор, - теперь засекай полчаса, а пока садитесь с нами, выпьем по рюмочке и успеем в подкидного перекинуться.
Друг все полчаса тревожно поглядывал на часы.
- Все, доктор, полчаса прошло, что мне дальше делать?
Эскулап поднимается и торжественно говорит:
- А теперь как раз начинается самая важная часть нашего лечения, и сделать все надо точно так, как я сейчас покажу.
Встает, расставляет ноги шире плеч, при этом еще и подогнув их в коленях, и откидывает туловище назад настолько, насколько можно, чтобы только не упасть. Стоя в такой совершенно нелепой позе, хлопает себя обеими ладонями по области паха, и не поведя даже бровью, на полном серьезе выдает:
- Становишься точно так, как я показал, и не меняя позы, хлопаешь себя по яйцам ровно тридцать раз, не больше и не меньше. И главное, не сбейся со счета.
Друг, уже совершенно ничего не понимая, послушно принимает заданную позу, и чуть ли не опрокидываясь назад, начинает добросовестно хлопать, как ему показано, при этом еще и считая вслух. Доктор смотрит на него с серьезным видом и иногда делает замечания, типа "плечи надо бы назад покруче", или "хлопать надо порезче, с оттяжкой", и тому подобный бред. Мы, зрители, естественно, ржем, держась за животы.
По всему этому моему описанию кто-нибудь может подумать, что мой друг просто какой-то недоделанный полудурок. На самом же деле он с красным дипломом закончил престижный (и один из самых трудных) столичный вуз. Не знаю, может это неожиданная неприятность так на него повлияла, отупила на какое-то время. А может просто человек сознательно выключил мозги и решил для себя: доктор знает, что говорит, а мое дело тупо подчиняться.
Когда он наконец честно прохлопал все тридцать раз, врач объявил:
- Все, молодец, поздравляю, лечение закончено. Теперь держи полотенце и срочно беги в душ дихлофос смывать. Лечебные трусы в мусорное ведро, яйца и жопу помой как следует с мылом. Ну а мы пока в картишки перекинемся.
Когда друг вышел из душа и присоединился к нам, он все никак не мог поверить, что все оказалось так невероятно просто и так быстро закончилось. Неужели теперь он снова нормальный человек и ему не надо больше все время держать руки в карманах, то и дело почесывая мудя? Придя немного в себя, он наконец задал вопрос:
- Не могу догнать, а зачем вообще надо было хлопать? К чему такая поза и почему ровно тридцать раз? А, догадался! Чтоб эти дохлые твари в трусы осыпались.
- Вообще-то мандовошек ты и в душе бы прекрасно смыл. Ты не обижайся, просто поржать захотелось.

Кстати способ оказался эффективным, друг потом говорил, что гадкие насекомые пропали сразу и навсегда.

5

„Мойдодыр"

При переселении в Германию всех новоприбывших, на первое время, расселяют обычно по так называемым "лагерям". Вероятно, до выяснения полной идентификации личности. В действительности, как бы ужасно не звучало слово "лагеря", это не столь уж и страшное место. Первый лагерь, где мы пробыли более двух недель, был ну уж очень похож на пионерский, в котором мне довелось побывать в детстве. Маленький такой, небольшой райский уголок, огражденный по периметру небольшим, но неприступным, забором и аккуратные одноэтажные картонные домики, видимо, какая-то быстрая сборка, со множеством комнат вдоль длинного просторного коридора. Повсюду аккуратно подстриженная зелёная трава и чуть ли не цветущие деревья, и это в декабре. И что мне особо запомнилось, это голубоватый люминесцентный свет по вечерам, струящийся прямо из-под ног - фонари, вмонтированные прямо в асфальт.

Единственное, что нарушало всю эту идиллию было то, что весь день всё взрослое население носились с документами по разным инстанциям, находившимся в большинстве своем при этом же "пионерском лагере". Но, как только начинал люминесцировать асфальт, всё вдруг успокаивалось, закрывались инстанции и народ приступал к делам своим насущным, за исключением лишь нескольких любителей винно-водочных изделий, каковых на мое удивление было не много.

И одно из таких насущных дел было - помыться. И всё бы неплохо, но видимо немцы не предусмотрели, что мы русские такие грязнули и не оборудовали домики душевыми. Всего лишь две душевые кабинки были в одном из служебных помещений, куда и соответственно собирались очередями, набегавшиеся за день, «пионеры". Отправила нас туда и мать, аргументируя тем, что неизвестно как скоро мы сможем помыться в свой собственной ванной. Пришлось пойти. Аргументы были железные, тем более, что квартиру с собственной ванной мы получили лишь через 4 года.

Пришли. Я, брат и отец. Спросили кто крайний. Сели, ожидаем. Подошла очередь. Благо все понимали, что грязнулей в лагере предостаточно и старались не затягивать процесс омовения. Первым помылся отец - впервые на немецкой земле. Вышел из душевой чистенький, прилизанный, волосы блестят как налакированные. Вручил нам пузырёк с шампунем, мочалку, полотенце и ушёл. Пока он нам передавал все эти принадлежности личной гигиены, кто-то шустрый успел занять душевую кабинку. Ну ничего не попишешь, нужно было шевелиться. Сели опять ждать. Сидим значит, рассматриваем с братом по очереди банные аксессуары, вручённые нам отцом, как-никак первые покупки сделанные в Германии. Верчу я, значит, этот шампунь в руках, пытаюсь хоть что-нибудь по-немецки прочитать на этикетке, ну или, честнее сказать, нахожу знакомые буквы.

Помню, как сейчас: красивая такая ярко-зелёная жидкость в прозрачной бутылочке из тонкого пластика с прикольной закрывашкой. Такая же яркая и красивая этикетка с непонятными надписями и нарисованными кружечками и тарелочками... "Стоп! Какими такими тарелочками?" приглядываюсь. Действительно! Тарелочки и кружечки! Пытаюсь проанализировать: грязь-голова-тело-кружка-ложка... что-то не стыкуется. Может, думаю, у немцев и обозначают немытую голову тарелкой или кружкой, но как то вдруг стало мне уж больно тревожно и сомнительно. Зыркнул по сторонам. Никто не видит, что я в руках держу? Вроде нет. На всякий случай ещё посидел немного, потом вдруг как будто вспомнив, что нужно срочно позвонить на работу, сунул будто бы случайно эту "шампунь" в пакет и, попросив брата подержать очередь, рванул к маме. Она у нас считалась экспертом в немецком; могла спросить дорогу у прохожих, и даже иногда понять что ей ответят.

Прибежал я значит к нашему эксперту. Показываю зелёный флакончик. "Чего это?" – спрашиваю. «Шампунь! Не видишь что ли?" – отвечает. "Так в том-то и дело, что вижу, – и тыкаю пальцем в нарисованную тарелку. – Это чего?"

Мать, вся в меня - тоже смышлёная, достаёт своего новообретённого "спутника" - словарь и начинает переводить, что написано на этикетке. Потом вдруг спрашивает, помылся этой "шампуню" уже кто-нибудь, и, получив мой утвердительный ответ, мол, "да, папа уже помылся", начинает хохотать. Насмеявшись вдоволь, показывает мне перевод этикетки, чем опровергает мои предположения, что тарелка на изображение несёт в себе некое бинарное значение. То есть, тарелка - она и в Африке тарелка; и не шампунь это, а средство для мытья посуды с особым обезжиривателем и глянцем в составе.
Вдоволь насмеявшись, я получил, на этот раз, не подвергающий себя сомнению, кусок мыла, и поспешил в душевую, так как очередь уже, наверное, давно подоспела.

Вечером мы, конечно, еще раз дружно посмеялись над чистым папой, который, к нашему всеобщему веселью, ещё и нахваливал пенящиеся качества столь редкостного «шампуня».

Сейчас я уже немного выучил язык и кое-как могу прочесть, ну или догадаться по картинкам, для чего-то или иное средство. Хотя теперь знаю, что любое моющее средство базируется на одной и той же составляющей - "сульфат натрия", за исключение лишь редких продуктов. Так что, теоретически, мыться можно всем, что пенится, ну... или не пачкаться.

6

Подслушал сейчас историю.
Дело было лет 10-15 назад. Служил на одной базе на Голанских высотах водителем армейской скорой паренек, назовем его Шими.
В один не очень веселый день выпало ему везти на своем амбулансе тело погибшего солдата в морг больницы в Тверии. Обязаность пренеприятнейшая, а Шими был не лишен различных суеверий, но что делать, приказ!
А надо сказать, что на Голанах с общественным транспортом плохо, и поэтому там действует инструкция (во всяком случае тогда действовала) обязывающая водителей армейского транспорта подбирать солдат-тремпистов.
И вот едет Шими на амбулансе, сзади труп, и тут на перекрестке голосуют двое солдат. Ну, инструкция есть инструкция, да и с живыми ехать как-то комфортнее, он остановился, и говорит, что мол "не проблема вас, ребята, подвести, но учтите, у меня сзади тело". "Не важно", - отвечают те, "тут всего десять минут езды". Ну, поехали.
Через десять минут, как и просили, он им остановились, они сошли... Вот только сошел только один из них, а второму, как оказалось, тоже надо было в Тверию. Но Шими об этом не знал. И вот едет он "один", радио слушает, задумался, и вдруг кто-то его за плечо трогает и спрашивает: "друг, а ты в самой Тверии куда конкретно едешь?". Говорят, на его счастье вдоль дороги деревья росли, да и скорость не очень большая была, затормозил об дерево. И даже до больницы доехать сумел. Вот как-то так...

7

Преступление в зоопарке.

Директор зоопарка почуял неладное еще в коридоре, когда к нему подскочила тетя Глаша с заявлением о том, что она Кентавра кормить больше не будет.
«Ну и ладно», подумал директор. После обеда он в замечательном настроении пошел прогуляться вдоль вольеров и с удивлением обнаружил сотрудника Кузьму Петровича, который с остекленевшим взглядом сидел на лавке.
- Кузя, что с тобой?
Кузьма очнулся и недобро посмотрел на него.
- Я к этим тварям больше ни ногой.
- Ты о ком?
- О гориллах.
- Побили?
- Там все сложнее было…
- Ну Кентавр в последнее время вредный какой-то. Глафира уже четвертая, кто отказывается его кормить.
- Он что, и Глафиру?
- ?
- Обесчестил.
- Что ты несешь?
- Что слышите, то и несу. Протрезвею, вообще давать показания откажусь.
- Какие показания, Кузя, кому?
- Полиции. Меня Кентавр вчера обесчестил.
- Укусил за задницу?
- Если бы…в прямом смысле. Я, начальник, того – заявление писать собираюсь в полицию. Там точно разберутся.
- Подожди ты со своим заявлением. Давай сами, без полиции.
- Без полиции нельзя. Эту тварь надо изолировать от общества.
- Так он же и так в клетке.
- Его перевоспитать надо. Или пристрелить.
Директор посмотрел на сидящего в вольера напротив Кентавра. Следов раскаяния на морде обезьяна заметно не было, но и стрелять в него сразу как-то не хотелось.
- Давай, начальник, вызывай полицию, пусть протокол составляют.
- Кузя, ты с ума сошел?
- Имею право показания дать. Государство должно защитить меня от преступных посягательств. Выбирайте, господин директор, или я сейчас иду в полицию, или Вы их сюда вызываете, чтобы на месте все оформили.
Директор в отчаянии подошел к вольеру и обратился к Кентавру:
- Сволочь. Тебе из Африки за валюту такую самку в прошлом месяце привезли, как ты мог, извращенец?
Кентавр изобразил на морде удивление и раскрыл директору свои объятия. Директор отскочил от вольера и вдруг подумал, что от греха подальше лучше все-таки вызвать полицию.

Следователь грустно смотрел на Кузьму Петровича.
- Вы меня только поймите – он не субъект.
- Чего?
- В соответствии с уголовным кодексом РФ уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет.
- Ему 25. Значит, субъект.
- Он не человек, я не могу ему обвинение предъявить. Дело возбудить могу, но прекратить придется.
- Начальник, подожди. Ну и что, что не человек? Где написано, что лицо – это человек. Вон юридических лиц сколько.
- Исходя из общего смысла и задач…
- Господин следователь, он сексуальный маньяк, извращенец.
Следователь устало возразил:
- Ну и как Вы предлагаете мне установить его вменяемость и факт наличия психических отклонений? Вы представляете, что будет в психиатрической больнице, если в нее Кентавра привезут? Да что я тут несу, он не человек. Его вообще психиатр права не имеет обследовать.
- Господин следователь, подождите-подождите, ведь он – физическое лицо.
- Он не лицо.
- Тело есть, значит – физическое. И лицо. Вон рожа какая.

В комнату вошел энергичный молодой человек.
- Здравствуйте, я представитель Green Peace. Мы узнали, что в этом зоопарке нарушаются права животного.
- Началось. Откуда Вы вообще об этом узнали?
- Так Кузьма Петрович в интернете сегодня написал, что в зоопарке насилуют. Вот я и пришел узнать, кого он насилует.
- Это не я. Это меня.
Молодой человек с удивлением посмотрел на следователя:
- А почему Вы решили, что его, а не он? Экспертизу назначали? Осмотр проводили? Животное сильно пострадало?
Следователь мрачно произнес:
- Ну вот Вы и осмотрите Кентавра. Ветеринарное образование есть?
- Нет. Я журналист.
- Тогда нельзя.
- Ой, да этот от Кентавра точно не отобьется, - с сарказмом заметил Петрович. Пустите его в клетку.
- Кузьма Петрович! Ну зачем Вы в интернете информацию разместили?
- Чтоб дело не замяли. Знаем мы вас. Да Вы и открывать-то дело не собираетесь, как я посмотрю.
- Он не субъект.
- А вот Кузьма Петрович – вполне субъект, к тому же пьяный, а это отягчающее обстоятельство. Да и ветеринара надо бы привлечь к ответственности. Животное очевидно росло в неблагоприятных условиях.

Вдруг с улицы донесся гул голосов. В комнату заглянул испуганный директор.
- Господин следователь! Пожалуйста, подойдите к вольеру.

У вольера, со стороны решетки, собралась толпа. Показывали пальцами на Кентавра, а некоторые осеняли себя крестным знамением.
- Что случилось? – спросил следователь у директора.
- На нем цепь с крестом.
- Вы тут тронулись все? Зачем?
- Это не я. Это Глафира пробралась в вольер и надела ее Кентавру на шею.
- Попросите ее подняться к Вам в кабинет. Мне теперь необходимо с ней поговорить.

- Поясните, зачем? С какой целью?
- Чтоб бес из него вышел, - хмуро произнесла тетя Глаша.
- Какой бес?
- Блудный.
Отрицать существование бесов было так же глупо, как и соглашаться с тетей Глашей в данном конкретном случае.
Открывающиеся следственные дали вдруг подтолкнули следователя к принятию процессуально неправильного, но такого по-человечески адекватного решения.

- Кузьма Петрович! Вы верующий?
- В Бога верю.
- Простите Кентавра. Помилосердствуйте, иначе усыпят его.
- Ладно, уговорили. Прощаю животину. Пусть Господь сам с ним разбирается.

P.S. Люди – не животные.

8

Как я ходил на корейский массаж.

Сегодня у меня был нерабочий день и жена придумала, что он будет корейским - сначала корейский массаж, потом корейский ресторан, и, наконец, корейская французская кондитерская. Про последнее даже и не спрашивайте, это тема для отдельного прикола, а сегодня только про то, как меня кореянки поваляли.

Я на массаж хожу постоянно. Профессия стоматолога связана с большой нагрузкой на спину, сидишь целый день скрючившись, потому массаж - это не роскошь, а профилактическая мера. Однако, я всё в какие то стандартные американские массажные места ходил, корейский никогда не пробовал. Ну, вот, сегодня, пришли мы в какую то корейскую массажную контору, дочь-балерину увели на спортивный массаж ног, жену забрали на релаксирующий массаж, а меня завели в пустую комнату и оставили. На стене висел целый список возможных массажей и я хотел попробовать тайский. Разделся, лёг лицом кверху, жду. Зашла милая такая кореянка, которая по английски практически не говорила. Улыбнулась и, одним махом, перевернула на живот как куль с солью. В столе оказалась дырка, которую я не заметил, а потому через эту дырку я смог дышать. Какой конкретно массаж я хочу даже не поинтересовалась, а просто начала месить, как тесто для пирогов.

Массажистка сначала накрыла меня простынёй и возила по мне руками. "Интересное дело", - думаю я, - "голого тела не касаются что ли?" Но, оказалось, это был такой разогрев, ибо потом простыню со спины закатали, оголив даже жопу. В американских салонах такого себе не позволяют, жопа - место святое и интимное. Но, тут особо не церемонились, а я, как врач, тоже отнесся к этому философски, ибо чем жопа - не объект для массажа? То же мясо, только в профиль.

Массажистка, между тем, взобралась на меня верхом и стала на мне скакать, тыкая твердыми коленками во всевозможные ямки и ложбинки. Мне вспомнился анекдот про мужика, который на ипподроме нагнулся, чтобы завязать шнурок, а кто то на него надел седло. Мужик, в итоге, пришел к финишу третьим. Вот я и представил себя мужиком на ипподроме, на котором скачет массажистка-жокей. Я даже попытался беззвучно посмеяться, но тут мне на голову надели какой то полумешок.

"Пипец," - подумал я, - "сейчас будут казнить". Я представил, что из под темного потолка на шею мне упадет нож гильотины, голова сразу очутится в мешке, а тело мое разберут на органы. Особенно, мне было бы жалко почки. Они ж практически новые, обе крепкие как молодые парниковые огурцы, не более 20 тыщ моче-литров пробега фильтровки. Лёгкие некуренные, сердце без экстрасистол... Немалые деньги уводят. Шикарный сюжет для ужастика, кстати. Подумалось, не продать ли сюжет Стивену Кингу, или самому книжку написать? В одном корейском массажном салоне была задняя комната, куда водили одиноких здоровых мужиков... Нет, надо начать про то, как в одном американском городе стали пропадать одинокие крепкие мужики... Тут я понял зачем на меня накинули мешок. Массажистка взобралась на стол со стороны головы, подперла мои уши коленями, и стала растирать мне руками спину. При этом она усердно тёрлась лобком об мой затылок, на котором лежал мешок, или полотенце, мне не было видно. То есть, чистая гигиена, ничего более. Чтоб лобковые вши, значит, с головными вшами в войну не вступили. Мало ли у кого какая зараза.

А тут мне еще приспичило почесать нос. Ну, вот, просто нестерпимо приспичило. А как почесать, если нос в столовой дырке, а на голове массажистка пыхтит? Стал я носом тереться о край дырки, но тереться старался с другой частотой. А то, подумает, еще, что я ей подмахиваю. Чтобы не сбиться со своего ритма, я про себя напевал детскую песенку "Антошка, Антошка, пойдем катать матрёшку".

После спины перешла на ноги, оголив жопу теперь с другого конца. Сначала возила горячими камнями по ляжкам и жопе, а потом стала меня шлепать - не больно, а ласково так, но поучительно, как малышей в детском саду, чтоб срали не в штаны, а в горшок. Потом засунула мне в трусы два горячих камня, и, я, ощутив в трусах тяжелое и горячее, полностью почувствовал себя наказанным карапузом, который навалил себе в штаны.

Потом мне загнули ноги в некое подбие плавника и поиграли мной в Ихтиандра. Я расскачивал плавником и представлял, что плыву к своей возлюбленной Гуттиэре. Не успел я насладиться плаванием, как из меня сделали Бонивура, заломив руки в какой то немыслимый узел. Где-то что-то хрустнуло. "Только бы не шестой шейный позвонок" - с надеждой подумал я. Мне, однажды, иридодиагностка нагадала, что у меня будут проблемы с именно шестым шейным позвонком, потому у меня теперь паранойя на этот счет.

"Вота, ти?" - спросила массажистка. Я напряг остатки разума и сообразил, что она предлагает мне воду или чай. Я выбрал чай, массажистка вышла, а я стал напяливать штаны. Через минуту она вернулась и, закудахтав, вырвала у меня штаны и завалила обратно на стол. Оказывается, теперь наступала часть "лицом кверху", которую я, по ее мнению, пытался саботировать. Она гладила мне лицо мягкими детскими ладошками, а я думал, что хорошо, что мне не достался мужик, такого мужского интима я бы, наверняка, не выдержал, это вам не голой жопой посверкать.

Через минут пять все было закончено и я, со стаканом чая, явился на ресепшн. Жена и дочка уже ждали меня. Я раскрыл бумажник, достал пару сотенных купюр и вручил кассиру. Получив сдачу, я часть отделил на чаевые массажисткам. Они тихонько стояли рядом, и ждали свою долю. Когда деньги были им переданы, они налетели, как воробьи на хлебные крошки и стали рвать купюры на себя. Оказалось, что поровну поделить было нельзя и каждый тянул на себя кусок пожирнее. Но, мамочка-кассир быстро сообразила в чем дело, разменяла одну двадцатку, и решила дело полюбовно.

Мы вышли на свежий воздух. "А, ничего," - бодро сказал я, - "мне понравилось". Натертый лобком затылок приятно гудел.

9

Одна моя американская знакомая рассказала о приключениях своего мужа в прошедшие выходные. Рассказ обогатил меня такими знаниями американской жизни, которых я за 20 с лишним лет в Америке не приобрел, и, надеюсь, они мне не пригодятся.

Обычный американский работяга, добродушный рубаха-парень, водитель-грузчик, выпил с товарищами в субботу. Хорошо, правда, выпил, до уровня морской поколенности. И приспичило ему поехать за олениной к своему родственнику, благо дом того находился в 5 милях и ехать надо было по деревенским дорогам среди скошенной кукурузы. Но, мужику не повезло. На одной из дорог сидел в засаде инспектор по проверке легальности убиенных оленей. Сейчас разгар охотничьего сезона и на дорогах полно машин с привязанными трупами оленей. Если, например, едет машинка с оленем на крыше, инспектор из засады выскакивает и требует предоставить лицензию на убиение. А тут смотрит - машина едет без оленя, но виляет подозрительно. Инспектор вызвал шерифа, который тут же и нарисовался. Обнаружили за рулем в машине нашего знакомого, прилично пьяного. Замерили алкоголь в крови - 0.17 процента вместо положенных ниже 0.08. А цифра в 0.17 оказалась волшебной - тех у кого уровень аклкоголя такой или выше, трахают на полную катушку, разрешенную законом, и даже без вазелина.

Дальше начались собственно приключения. Посадили бедолагу в каталажку. Потребовали снять всю одежду, даже трусы с носками. Оранжевая роба выдается бесплатно, а за казённые трусы с носками предложили заплатить. Мужик отказался, ибо уже почуял, что приключения обойдутся ему в копеечку, потому начал экономить с самого начала. Остался в пижаме на голое тело. Ему из жалости выдали засаленные шлепки на босу ногу. Отобрали все личные вещи и всю имеющуюся наличность - целых 32 доллара. Потом, при выпуске, вещи отдали и дали дебитную карту на которой лежали 29 долларов. Три доллара (10 процентов) взяли за услугу оформления карты.

Пребывание в каталажке платное - 60 долларов за сутки. Еда, вроде бы, входит в стоимость, но еда, по отзывам мужика, совершенно несъедобная. Практически всю свою еду он отдал сокамерникам. При этом должен выполняться определенный обряд. Заключенный не может напрямую отдать еду со-товарищу. Он должен выставить ее на стол и официально заявить, что он наелся. Тогда на еду набрасываются голодные сокамерники.

Также берут деньги за звонки родным - 15 долларов за звонок. Жена заключенного сказала, чтоб он перестал ей звонить до того времени, когда дадут разрешение на выпуск. А разрешение не дали до понедельника, ибо для выпуска на волю требовались какие то официальные замеры, которые в выходные не проводятся. В понедельник же свозили к судье. В кандалах.

Судья назначил выкуп в 7500 долларов, но сказал, что пока выпустит без залога до суда. Отобрали водительские права, дали временное разрешение для вождения на работу, чтоб зарабатывал деньги на грядущий огромный штраф. Пить алкоголь нельзя категорически. Проверка осуществляется через специальный гаджет, который дали ему в аренду, пока на 30 дней за 400 долларов. В гаджете есть мини-камера, под зорким оком которой, нарушитель дует в трубочку. Измеряется уровень алкоголя в крови и, если уровень нормальный, то тест считается пройденным. Результаты по сотовой связи передаются в центр. Подобный замер надо делать 4 раза в день - в 5 утра, в полдень, в 5 вечера и 10 вечера. Опоздание на 15 минут и больше засчитывается как "пьяный замер". Проспал или зазевался - неважно.

Среди прочих ограничений нарушителю запрещается заходить в рестораны, где продают алкоголь, и, вообще, находиться в видимой близости от людей, которые потребляют алкоголь. GPS-браслет, однако, не надели.

На следующей неделе будет суд, где огласят полный список наказаний. Самый волнительный момент - отберут ли права и если да, то насколько? Мужик же водителем работал. Пока на работе отнеслись с пониманием, сказали, что переведут на неводительскую работу. Но, что будет дальше... Теоретически светит штраф плюс тюрьма плюс общественно-полезные работы плюс отберут права.

Всё вышеописанное произошло в штате Мичиган, в других штатах законы и регламентация может отличаться. Например, взымание платы за пребывание в тюрьме разрешено только в 43 штатах. В остальных заключенные сидят бесплатно.


*********Стырено у Валеры Колпакова в его LJ************

10

Лешек, тот самый поляк-спецназовец, о котором я уже рассказывал, карьеру свою в Войске Польском уже завершил, выйдя на пенсию. Так что я могу смело рассказать об одной истории с польским генералом, которая приключилась у Лешека во время учений. Послужному списку моего знакомого бравого вояки этот рассказ уже не навредит.
Кстати, фамилия у Лешека – Ковальски. Все ведь знают, что польские Лешеки поголовно носят фамилию Ковальски? Ну вот, собственно, история…
В бригаде, где служил Лешек, сменился командир. На место пузатого вальяжного генерала прислали другого, поджарого, молодого (слегка за 40), амбициозного. С чего начинает любой командир любой армии мира знакомство с вверенными ему войсками? Любой солдат любой армии мира об этом знает. Толковый генерал начинает с проверки боеготовности, чтобы знать, какие задачи вверенное ему подразделение может выполнить, а в выполнении каких задач еще стоит потренироваться. А этот генерал, очевидно, был вояка толковый, что его подчиненные сразу отметили и оценили по достоинству.
Вывел он бригаду на полигон, поселил в палатки, поставил всем учебно-боевые задачи и стал наблюдать за результатами.
В армии, я хочу заметить, как в большой деревне. Любая молва разлетается со скоростью пожара, а потому вскорости всем офицерам и солдатам стал известен случай, после которого генерала зауважали не только за то, что он на перекладине лихо подтягивался, давая фору и молодым и уже послужившим воякам, и бегал со своей бригадой кроссы.
Прибыл пан генерал в расположение своего лагеря. А вокруг красота – снежок чистый, свежий, только что всю землю польскую укрыл. Морозец бодрящий. Бойцы его делом заняты – учебные задачи отрабатывают.
Встречает генерала его заместитель-полковник бодрым рапортом: происшествий нет, задачи отрабатываются, тяжелая жизнь солдатская идет по намеченному вами плану. Панове старшие офицеры все собрались в специально оборудованной палатке за накрытыми столами и ожидают прибытия своего горячо любимого начальника, дабы приступить к совместной трапезе и возлияниям. Водка, шампанское и икра поставлены на лед. На столах присутствует разнообразная дичь, дары польских полей и иных европейских сельхозтоваропроизводителей. Прикажете приступить?
- Прикажу убрать, - коротко ответил генерал.
- Что убрать, пан генерал? Кого убрать? – не понял полковник.
- Палатку офицерскую, дичь, шампанское – все убрать! Панове старшие офицеры должны немедленно вернуться в свои подразделения и заняться делом!
- А как же обед? – не унимался заместитель.
- Обед пусть разделят со своими солдатами. Заодно проверят качество приготовления пищи.
Младшие офицеры и солдаты этот генеральский жест оценили, несмотря на то, что новый командир начал их гонять по всему полигону без какой-либо жалости.
Выполнение учебных задач генерал контролировал лично.
- Вашему подразделению, пан поручник, ставлю такую задачу, - говорил он молодому офицеру: - устроить засаду на дороге, движущуюся легковую автомашину остановить, всех, кто в ней находится – задержать. Выполняйте!
После чего пан генерал садился в ту самую машину, свой персональный джип, ехал по той самой дороге и попадал под беспорядочную стрельбу из засады.
- Вы что, поручик, полагаете, что после такой канонады в этой машине кто-то остался бы в живых! – строго выговаривал он офицеру. – Задача не выполнена!
Генеральский взгляд метал молнии.
- А это что за группа человекообразных там на пригорке? Пялятся на нас и ржут так, что и здесь слышно, – генерал выбрал себе уже новую жертву.
- Пан генерал, позвольте доложить: группа специального назначения. Согласно плана учений, им предписано удерживать данную высоту, - доклад заместителя-полковника как всегда был точен и скор.
- Отставить! Поставьте им ту же задачу: дорога – машина – задержать! На подготовку даю час. Проверю лично. Я в штаб.
Генерал сердито хлопнул дверью и отбыл, а полковник поспешил передать Лешеку, который был старшим в группе спецназа, генеральский приказ: дорога – засада – машина – всех взять живыми.
«Дело нехитрое», - пожал плечами Лешек и кивнул своим бойцам: пошли!
Примерно через час генерал ехал назад по заснеженной дороге и тщетно пытался отыскать своих подчиненных. Только белое поле и пустая дорога. Ни одной живой души.
«Вот разгильдяи! Неужели в лагерь вернулись? Всех мехом внутрь сейчас выверну!» - подумал про себя генерал и сказал водителю:
- Прибавь ходу, Бартек. Едем в расположение.
- Так есть, пан гене… - начал было говорить водитель, но мощный взрыв и взметнувшееся в небо прямо перед капотом генеральского джипа белое облако заставили солдата резко ударить по тормозам.
«Курвамать!» - хотел было подумать самое страшное польское ругательство пан генерал, но успел подумать только «Кур…», потому что дверь джипа с его стороны уже была распахнута, и неведомая сила вырывала его тело из машины, укладывала лицом вниз на обочину, в снег и липкий чернозем, перемешанный с остатками жизнедеятельности местного крота. Сильные руки генерала были больно скручены за спиной, в шею упирался холодный ствол автомата. Громоподобный голос откуда-то сверху отдавал ему, генералу (!), простые приказы:
- Лежать, бл… ! Носом в землю, бл… ! Замри, бл… !
Вообще-то в первую долю секунды, когда после взрыва Лешек рванулся из засады к машине, распахнул пассажирскую дверь и увидел свое высокое начальство, он испытал замешательство. Ему бы следовало сказать:
«Пан генерал, прошу прощения – пшепрашам – позвольте помочь вам выйти из автомобиля, пан генерал! Обопритесь на мою руку, дабы не испачкать форменные брюки о подножку джипа».
Но проклятые рефлексы, отрабатываемые годами и четко поставленная задача: пассажиров автомобиля взять живыми! - сделали свое подлое дело. Опомнился он уже когда обнаружил себя верхом на генерале, который смирно лежал в грязи и пережевывал приправленный белым снежком чернозем. С противоположной стороны то же самое делал генеральский водитель.
- Пан генерал, докладываю! – Лешек помог начальству подняться на ноги. – Поставленная вами задача выполнена! Автомашина и передвигавшиеся в ней люди задержаны! Потерь среди личного состава не имеем! Старший группы специального назначения Ковальски, пан генерал!
Генерал задумчиво сплюнул черной жижей, принял поданную кем-то перепачканную грязью шапку, машинально надел ее и сказал:
- Ковальски, знал бы я, что ты у них старший группы… Я бы сам в этой машине не поехал. А вообще, молодцы!
Стараясь не замечать ехидных ухмылок солдат, генерал сел в джип, взглянул в перепачканное лицо свое водителя, в глазах которого все еще читались страх и непонимание происходящего, и сказал:
- Поехали в казарму, Бартек. Надо отмыться и переодеться…

11

... Случилась эта история на исходе 80-х годов 20 века, когда я ещё был юн и красив, моя блестящая лысина коварно пряталась под копной волос, проезд на метро стоил 5 копеек, на трамвае 3 копейки, солнце светило ярче, а девчонки были проще и доступнее.
Один из старших курсов военного училища, без пяти минут лейтенантов, обеспечивал зимние учения младших курсов на заснеженных просторах живописных Карельских лесов. Старшекурсникам уже не надо было трамбовать лесные сугробы широченнейшими лыжами, именуемые в армейском обиходе "дрова от папы Карло", тогда ещё деревянными, а не нынешними пластиковыми шикарными "Азимутами", автоматы год назад были сданы на склады, поэтому учения в основном состояли из изучения способов зимней маскировки, чтения книг в аудиториях, заготовке дров для полевых кухонь и долгих карточных турнирах в "храп", "секу","тыщу". Эстеты же "от сапога и каски" осваивали преферанс...
Однако мы не о том, мы же о героизме в мирное время, правильно?
Был такой момент в истории военных училищ, что одновременно с курсантами проходили обучение и прапорщики, закончившие перед этим техникум, прошедшие "срочку",закончившие школу прапорщиков, успевшие подать заявление к зачислению в военное училище и сдавшие, пусть даже и на одни тройки, вступительные экзамены. Эдуард Гулько был одним из таких.
... Справедливости ради необходимо отметить, что голова у него была очень светлая, вороват он был по-минимуму, в курсантскую среду он вписался очень органично, а поскольку и армейская служба, и техникум, и училищная специализация совпадали, то и экзамены, особенно по специальности, он сдавал шутя, ставя порой в тупик опытнейших преподавателей своими грамотными, узкоспециализированными вопросами, на которые тут же сам давал полный, развёрнутый и исчерпывающий ответ. Любили, надо признать его все, особенно поварихи и официантки из курсантской столовки, куда заступал в наряды дежурным по столовой Эдик. Курсантская молва говорила, что некоторые любили его даже по ночам, однако к окончанию четвёртого курса у него была жена, дочь заместителя начальника по материально-техническому обеспечению, которая успела родить ему двоих детей и работала делопроизводителем в строевой части.
... А в этот недобрый декабрьский день Эдуард был в суточном наряде. Дежурным по столовой. Проверив качество и вкус приготовленного обеда, доложив дежурному по лагерному сбору, хлопнув по пути по широченнейшей заднице кладовщицу Марину, прапорщик направился в туалет. Туалет был самый обычный, армейский. Кирпичный, батальонный на 12 очков, с аккуратными, но слегка великоватыми по размеру отверстиями. Выгребная яма заслуживала отдельного описания. Это был бетонный бункер глубиной четыре метра, который очищался каждое лето специально вызванной машиной. А вот в зимнее время неотапливаемый сортир был весьма похож на небольшой каток с жёлтым льдом на полу. Тусклая одинокая лампочка освещала только его центральную часть, оставляя таинственный полумрак в далёких углах. А ровно по центру каждого очка на дне выгребной ямы высился небольшой, но очень аккуратный и острый сталагмит из курсантского дерьма, любовно и аккуратно наращиваемый после каждого посещения "места отправления естественных потребностей" страждущими. Зимние морозы этому весьма способствовали. Он был остёр, как копьё Лонгина. Именно так - Копьё Судьбы. И именно в такое вот очко и рухнул бедолага Эдик, не успев даже вскрикнуть, надевшись на один из сталагмитов, как таракан на булавку. Надеюсь, что мучения его были недолгими.
... Отсутствие дежурного по столовой было замечено сразу же, однако обнаружено тело было только после ужина. И, как говорится, "есть тело - открывай дело".
....Молодой следователь гарнизонной прокуратуры в звании старшего лейтенанта, собрав до кучи показания всех свидетелей, не утаивая ничего, описал всё как было, захлопнув и оставив папку с результатами расследования и дознавания, отправился в канцелярию лагерного сбора, дабы поставить печать в командировочное удостоверение.
В папке были материалы расследования по данному несчастному случаю, повлёкшему за собой гибель военнослужащего, произошедшую по собственной неосторожности. Говоря простым, человеческим языком, из-за банальнейшего распиздяйства. Рутинный, казалось бы самый обычный процесс описания гибели военнослужащего, если бы не сам экстраординарный способ покинуть сей бренный мир столь витиеватым образом.
Естественно, строевой отдел немедленно ознакомился с содержимым папки и принял своё, военно-канцелярское решение. По возвращению старлея, его ожидал достаточно неплохо собранный на скорую руку стол с закусками, бутылкой коньяка, двумя бутылками водки и порезанным сыром, колбасой, апельсинами и двумя банками шпрот, сберегаемыми к Новому Году, но открытыми по столь серьёзному делу именно сейчас. Командовали парадом начальник строевого отдела лично и тесть покойного. Молодая вдова была отправлена отцом с глаз долой, "чтоб мокротами не портила картину".
- Присаживайся, старлей, присаживайся, - зычным басом пророкотал подполковник-начстрой. Извиняй, конечно, но... Прочитал я твой рапорт. Так-то оно конечно так, но как-то вот не совсем так. Был человек, без пяти минут офицер, отличник боевой и политической, так сказать, заботливый отец двоих детей и примерный муж. Коньяк, булькая в горлышке бутылки, заполнял "первыми по-сто" гранёные стаканы, направляемый опытной и умелой рукой.
Старлей двинул кадыком, сглатывая слюну, как собака Павлова.
- А что не так, тащподполковник, какие замечания, может можно как-то исправить? Несмотря на юный возраст старлей был хитёр не по годам и умел поддержать разговор, начатый старшими.
- Ну, за помин души...
... Непоропливо выпили, старлей схватил кусок булки и пару шпротин для закуски, подполковник, не закусывая, закурил "Беломор" и продолжил:
- Вот ты, к примеру, какие видишь перспективы жизненные у детей-сирот и безутешной вдовы? Вот и я не вижу... А деньгами помочь надо бы? Надо... А вот скажи, мил человек, если погибает, скажем, защитник отечества геройски, в Афганистане, не к ночи будь он помянут, спасая своих товарищей и выполнив до конца свой воинский долг перед Отечеством, народом-партией-Правительством, а?
... Старлей, торопясь, начал перечислять положенные надбавки, сыпля цифрами и процентами, оперируя сроками выслуги и районными коэффициентами, однако взгляд его был прикован к руке подполковника, который не торопясь наливал по второй.
- И вот куда ты спешишь, сынок, а? А вот на охоту на зайца зимнюю ты когда-нибудь ходил, нет? А как насчёт русской баньки, да с веничком, да после того чайку с брусничным листом, что девчонки из медсанчасти у себя по вечерам заваривают? А на рыбалочку подлёдную? На денёк-другой? Да и прикоптить налимчика-то зимнего, да под водочку, а? Так говоришь, если погиб боец при исполнении, то и разговор в кадрах совершенно другой, верно?
- Так служба у меня, служба, мне же завтра уже и прокурору округа доложить до обеда надо!
- Служба, сынок вещь такая. Её служить надо! А если кто её служить не умеет, то нахрена он нам такой в наших славных Вооруженных Силах нужен? И прокурор твой тоже человек, заслуженный, полковник как-никак, много что видал и много что понимает, - и рука подполковника потянулась к телефонной трубке.
- Товарищ генерал? Пал Степаныч, подполковник Сидоров докладывает, здравия желаю! Тут вот у меня старлей один сидит, из гарнизонной прокуратуры. Да-да, Пал Степаныч, по вопросу Гулько, Вы сразу правильно поняли. Толковый парень, очень толковый. Странно даже, почему такой толковый парень и всё ещё в старлеях, а не в капитанах ходит. А что Вы с прокурором-то нашим гарнизонным знакомы, да? С Виктором Иванычем? Да Вы что? Соседи по даче? Ну и как? Понял, понял, обязательно разберусь и доложу... Так как бы мне капитана этого на недельку у себя задержать? Да по делу, по делу, конечно. Так Виктору Иванычу вы сами позвоните? Ну спасибо, спасибо, груз с плеч долой, груз с плеч...
Телефонная трубка приземлилась на своё законное место, и подполковник произнёс второй короткий тост:
- Обойди стороной беда-печаль и минуй нас чаша сия!
Дружно выпили, закусили, некурящий старлей на полуватных ногах побежал в туалет, но памятуя о последних событиях, остановился у заднего крыльца и оросил снег в пышном сугробе.
Вернувшись он обнаружил, что коньяк уже закончился, а в стаканах плещется водка. Встали, выпили по третьей. Как положено. За тех кто в море и в дозоре. Посыльный из столовой прибежал с отварной картошечкой, жареной курицей и кастрюлькой солёных огурцов и помидор. Мужицкий офицерский разговор затянулся надолго, глубоко за полночь, зам по МТО сбегал к себе в кабинет и принёс ещё две бутылки водки, отобранных на днях у курсантов, неудачно сходивших в самоволку.

Старлей появился следующим днём в штабе только к обеду, с красными сонными глазами и выбритым до синевы подбородком. От него густо пахло одеколоном "Шипр". Взяв со стола свою папку, он удалился в кабинет начальника строевого отдела. Часа через два в строевую часть заглянул начальник.
- А что вы ещё здесь? По домам, девочки-мальчики, по домам! Пятница, дела домашние ждут не дождутся, в понедельник всё допишете. Меня до понедельника до обеда не искать, я тут с ребятами из прокуратуры на зайца да на рыбалочку сгоняю.
А во вторник утром был готов рапорт прокурору и доклад о служебном расследовании, в котором говорилось, что "при выполнении боевого задания, находясь в составе круглосуточного наряда, неся дежурство, прапорщик Гулько совершал обход вверенного ему объекта. В условиях плохой видимости, обеспечивая боеспособность войск при проведении общевойсковых учений в условиях, приближенных к боевым, находясь на объекте, предназначенном для обеспечения жизнедеятельности и повышенной боеспособности курсантских подразделений потерял равновесие, и поскользнувшись упал на остро отточенный предмет, являющийся неотъемлемой частью вышеуказанного объекта".
Тут же прилагался рапорт в округ о том, что "произведены организационно-штатные мероприятия по устранению возможного повторения несчастных случаев подобного типа", что было чистейшей правдой, ибо целый взвод курсантов-первокурсников до рассвета вырубал по самое основание говнянные сталагмиты топорами, приваренными к длинным и тяжёлым арматуринам.
Прапорщика Гулько похоронили со всеми почестями, как военнослужащего, погибшего "при исполнении". Семье и детям до совершеннолетия обеспечили пенсию "по потере единственного кормильца", командование даже выбило им в ЛенВО отдельную двухкомнатную квартиру, также было выписано совсем немаленькое единовременное пособие, как и полагалось по закону.
Злые языки говорили, что там ещё был и какой-то орден положен прапорщику, да замылили его в Москве, в МинОбороны в отделе кадров, адресовав кому-то совершенно постороннему, но это, конечно уже враки.
А злополучный сортир заколотили намертво досками, а на следующее лето снесли, чтобы построить абсолютно такой же, но с другой стороны дорожки ведущей к плацу. Да и то - через год.
Вы, наверное, спросите, что сталось с тем старлеем? А ничего. Получил досрочно капитана, был переведён в Сочинскую военную прокуратуру, где дослужился, наверное, до полковника.
У них с этим строго, у прокурорских-то.

12

Вот пуля пролетела и ага...

Приходит еж в паспортный стол и говорит:
- Я хотел бы фамилию сменить.
Его с большим удивлением спрашивают:
- А какая у вас фамилия?
Еж (гордо) : - Быстрый!
- А какую вы хотите?
Еж: - Вжжжжжжжжжжиииииик!...

С большой радостью читаю комментарии в соцсетях. Чуть какой пост о о войне и тьма народу скандирует о своей воинственности.
Мол, вот только позовет Родина и они сразу! Всем! Пиздюлей! В обе руки с горкой! И никто не уйдет обделенным! Пиндосам проклятым! Чуркам ебаным! Хоронить заебемся! Игил эту сучью(ее дом трубу шатал!) запретим на территории РФ и маму ее выебем! "Так громче музыка играй победу, мы победили и враг бежит,бежит,бежит!!!"
Один герой на полном серьезе написал, что готов разделить судьбу генерала Карбышева. То есть наглухо отморозится по зову Отчизны.
Облегченно вздыхаю я, начитавшись подобного. Есть все же в стране здоровые силы, готовые защитить мой спокойный сон! Это не может не радовать.
Правда, некие сомнения все же гложут.
Наполеон же говорил, что главное условие успеха- это практика. Ну то есть во всем нужна сноровка, закалка, тренировка.
Потому иногда интересуюсь у заходящихся в грозных криках соотечественниках- мол, в каком полку Измаил брали? Сколько зарубок на прикладе?
Ответы расплывчаты. Самые вежливые вспоминают про деда, остальные переходят на "ты" и про меня такое...
Сиквел Карбышева так вообще...Я всего-то спросил, последователь ли он Порфирия Иванова? Часто ль в прорубь ныряет и в холодильнике ночует? Так разгорячился в ответ пассионарий, что поливай его немцы водой на морозе-шипел бы и парил с час, не меньше.
Заметил, что голосов фронтовиков в общем уверенном хоре не слышно вовсе. Одни штафирки белобилетные или штабные, если и служил.
А вот у побывавших под обстрелом энтузиазму поменьше...

Я сам, к счастью, интернациональный долг никому не отдавал. Потому что не занимал. Пришлось, правда, сильно повертеться.
Но под обстрелом побывать довелось. Незабываемые впечатления.
Первый раз в меня пальнули по любви.
90е.
Чреслобесием влекомый, шлялся я тогда в бар ЦДХ, обильный самками. Интеллектуал, либерал и сибарит, эстет и сластолюбец.
Ходил в розовых шелковых костюмах. До сих пор стыдно. Униформа успешного сутенера средней руки, надо признать, мне весьма шла. Я это недавно понял, когда с фонариком под одеялом фотки тех лет рассматривал. А то жена засмеет же.
И вот выхожу я из машины, весь из себя томный такой, защитник угнетённых, истребитель несогласных, ставлю туфель из кожи питона на бренную землю, и тут над головой:
-ДА-ДАХ!!!! БДЗЫЫЫНЬ!
Пришел в себя уже на лету.Куда вся вальяжность подевалась? Внутренний сайгак расправил копыта и я вспорхнул. Буквально. Перепрыгнул с места через ВАЗ 2109.
И столкнулся нос к носу с киллером. Похоже, мне пиздец. И тут...
Блядь, он что ствол уронил?! Что за цирк?! Где такого альтернативно-одаренного душегуба мне наняли?
Пока убийца, сдавленно матерясь, ползал по асфальту в поисках орудия преступления, (кажется он еще приговаривал- "Погоди...минуточку...я сейчас") -я таки прислал ему ногой в чан. Раздался всхлип, ассасин повалился мордой на грунт.
Так, пистолет- ТТ -цап, пригодится, куда тушку тащить? В кусты? Что там в армии про разведдопрос в конспекты писал?...Пассатижи вроде есть в машине, леска тоже, сейчас разберемся кому это я в кашу наплевал...
Переворачиваю тело.
-Кеша, ты?
-Мумымуа...
В прострации сажусь на тушу забитого убивца. Ноги подкосило от изумления. Закуриваю. Кеша? С пистолетом? Этот толстый желеобразный интеллигентный очкастый еврейский кнур? Жертва любвеобильной бабушки и музыкальной школы ? Человек с лицом ослика Иа? Картина мира трещала по швам.
Тело слабо зашевелилось.
-Слышь, Каракозов, что за выходки?
-Ннннина...
-Чего нинадо? А меня браконьерить надо? У тебя лицензия на отстрел есть? В период гона? А?
-Ниина тебя любит сказала.
-Какая Нина?!
-Моя.
Начинаю припоминать эту Нину. Сисястая такая барышня, что вечно глядела на меня грустными глазами недоенной коровы. С немым укором.
-Ты идиот? Я ж с ней не знаком !
-А она сказала, что будет твоей!
Рассеянно пытаюсь засунуть сигарету в рот и обнаруживаю, что не докурил прежнюю. Люди пообразованней меня назвали бы это состояние когнитивным диссонансом. Без меня меня женили. И чуть не грохнули.
Что я сделал Кеше? Ни-че-го.
Встал и побрел в ЦДХ. Где молча и сурово цапнул роковую Нину за жопу и поволок в машину. Так же, не говоря лишнего слова, выполнил ее предсказания. Ничего особенного, как выяснилось. Сиськи, конечно, о-го-го, но похудеть бы не мешало. Я б за такую жизнь не отдал. Поторговался бы точно.
Выкинул судьбоносную из авто и поехал искать Бегемота. Мне нужно было срочно нажраться.
ТТ, кстати, ожидаемо оказался китайским говном. Собственно, ничего другого от этого опездола я и не ждал.Еле продал долларов за 500 какому-то идиоту.
...
Второй раз был суровее.
Опять 90е.
Еду по Ленинскому и вижу, что возле "Гаваны" два черта замешивают третьего ногами. В 90е довольно обыденная картина. Припарковываюсь. Люблю наблюдать за подобными сценами. Мнить себя стратегом, видя бой со стороны.
У опиздюливаемого оказывается довольно знакомая шевелюра. Длинный хаер, за который его таскают. Блядь, это ж Дэн!
Не сказать, что дружбан, но знакомы по преферансу в кофейне. Как-никак родная душа. Придется вписаться. Вынимаю бейсбольную биту, и неторопливо крадусь к живописной троице. Сзади.
Пробиваю первому битой по коленке. Готов. Черт воет на асфальте, нянча больную ножку. Сломал-не сломал, не знаю, но месяц точно от этого типа можно неприятностей не ждать. Поворачиваюсь ко второму и столбенею. Тот вытянул ствол. Калибр на слона,не меньше. Выстрел!
Не понял что произошло. Я как то дернулся, и у меня подмышкой пролетела красная яркая звезда. Но это я потом вспоминал. А в тот момент мозг выключился, включились ноги. Через полсекунды я уже уворачивался от машины на Ленинском. Через три- пуля меня б уже не догнала, наверное. Казака в поле -легко. А испуганного еврея-вряд ли. Родной район враз перестал быть знакомым. Я летел сквозь неведомый пейзаж.Ветер свистел в ушах. Картинки помню смазанно. Вот я с треском ломлюсь через кусты. Вот за мной увязалась стая собак, но быстро отстала. Выдохлись. Самая упрямая шавка вывесив язык хрипела рядом еще минуты две. На лай у нее дыхалки не хватило. Неожиданно навстречу вылетело метро. Новые Черемушки. Люди отпрыгивали с моей траектории, как кузнечики. Бабы заливисто визжали. За спиной, вдалеке, слышался печальный милицейский свист. В его тоне преобладали ноты безнадежности.
Вот старуха , запрыгнув на скамейку, вопит "Крест тебе, сатана!!!" и осеняет себя знамением.
Очнулся где-то во дворах между Варшавкой и Севастопольским. Долго блуждал. С удивлением обнаружил в руках бейсбольную биту.
Теперь понятно, чего от меня народ шарахался. Амбал на такой скорости, с битой, да с такими выразительными глазами...
Выйдя на свет обнаружил в кожаной куртке обугленную дыру. Сантиметра три в диаметре. Долго думал. Потом дошло,что в меня пальнули из сигнальной ракетницы. СПШ-44, вероятнее всего. Стало обидно. Он же однозарядный! То есть весь этот марафон был зря. Я мог совершенно безнаказанно сделать из стрелка отбивную. Но. Мозги включились только через 5 километров.
С досадой обнаружил, что порвал джинсы. Пополам. Очень быстро бежал, патамушта. Не думал, что это возможно.
Машина, к счастью, не пострадала. Еле доплелся до нее. Час шагал обратно, прикрывая мотню. А туда-минуты за три долетел, как мне показалось.
На следующий день встретил Дэна. Лицо его выражало посильное восхищение. Ну насколько вообще что-то может выражать лицо, которым били об асфальт.
-Ну ты дал, старичок! Мы с гопотой так и охуели. Тот, кому ты ногу сломал аж выть перестал. То ты тут, а то-хуяк! и нету.
Мелькнул на разделительной и исчез. Дематериализовался. Гопники так деморализованы были твоим уходом по-английски,что аж меня не тронули. Дождались "Скорой" и уехали. Но ты спуртанул! Я блябуду тебе в спринтеры надо идти. Честь родины на коротких дистанциях защищать.
-На коротких? Я до Болотниковской доскакал темпа не сбавляя!
-Да ты стаер! Тогда на средних.
-Ага. Если б на старте в спортсменов стреляли из ракетницы у нас бы такие результаты были... Без всякого допинга.
-Не говори!

К чему я это написал? К тому, что на диване сидит и пишет "Мы смело в бой пойдем!" один человек. А пальни у него над ухом-и поскачет наметом, помет роняя, совсем другой.
Но зря.
Тот кто был под обстрелом и так это знает. А тем, кто не был, но убежден в собственной храбрости ничего не объяснить словами.
А вот стволом-легко. С одного выстрела все поймут. Не приведи Господи.

13

Почитал новости про то как турецкий Эрдоган повязал црушного мятежника Гюлена, расстрелял его гвардию, вобщем сделал все положенное с майданом и я сам не заметил как вспомнилась история из моего армейского прошлого.

Кто в армии придумал устраивать "потешки" история умалчивает. Кто-то говорил, что сам царь Петр, но их одергивал наш старшина прапорщик Иванов и говорил, что только мудаки такое могли придумать - давать срочникам оружие и отправлять полк дебилов против полка даунов. Но генерал, чью фамилию я не помню, с ним был не согласен и поэтому в нашей дивизии два раз в год проводились военные учения. Полк на полк, где офицеры оттачивали свое командирское мастерство, а солдаты получали законную возможность откосить от хозработ и плаца, ну и конечно по мере возможности не проебать оружие.

Я уже дважды участвовал в таких играх и более менее что-то в них начал понимать. С каждым разом они мне рядовому срочнику нравились все меньше. Но в этот раз с самого начала всё пошло вообще не так. Во-первых роль разведчиков-диверсантов, по жребию, проведенному в присутствии комполка, досталась нашему отделению. Оно же во-вторых и в третьих. Как кратко и ёмко, почесав затылок, резюмировал наш ротный - "всё приплыли, пиздец ослику". Осликом был наш замполит. В смысле фамилия у него была Перевозчиков. У него и так за все наши косяки была походка буратино потому что ходить посаженному на кол очень неудобно.

Дали нашему отделению два цинка холостых патронов и трех офицеров: двух из нашего полка и советника. Поставили задачу привести "языка" с целью выведать где в окрестных лесах расположился штаб "синих". Собственно это был секрет полишинеля потому что они всегда располагались в одном и том же месте - на островке окруженном болотами. И в этом был весь юмор. Взять их было нельзя. Без вертолета. Да и с вертолетом было нельзя потому что вертолеты были в полку "синих", а в нашем их не было.

Гениальный замысел наших офицеров был прост как и во все предыдущие годы. Следуя их плану нам следовало расположиться вблизи болот и ожидать шального солдатика из соседнего полка с целью его скрутить и доставить в наш штаб. Откуда должен взяться этот блуждающий солдат и какого лешего он потерял в этом непроходимом болоте потомки Суворова умалчивали.

Замысел удался лишь на половину. В том смысле, что пока наша группа войдя в лес перетягивала и сушила портянки, офицеры пошли советоваться. И судя по обнаруженным потом знакам, советовались они на минном поле. Что и отметил контрольный офицер из штаба учений в чине капитана - оба офицера убиты, дальше группа действует самостоятельно. Офицеры обреченно взглянули на нашу группу и понуро потопали в сторону ближайшей дороги.

Хорошо когда нет командиров. Рядовой Мамбетов сразу предложил сгонять в сельпо, но коллектив косясь на контрольного офицера, эту мысль отогнал и предложил пожрать. Когда солдат не знает что делать, то он ест, а поскольку он часто не уверен своих действиях, то и еды ему нужно много. Вобщем опомнились мы только когда съели весь, выданный на двое суток, запас тушенки.

Первым что-то нехорошее почувствовал советник. С возгласом "я скоро" он атаковал ближайший кустарник. Судя по доносившимся из кустов звукам, тушенка была из медвежатины. Солдат существо неприхотливое и к жизненным проблемам привычное, поэтому мы смирено поступили проще и открыв клапана присели, как и положено по уставу. В один ряд, прямо на берегу лягушачьего рая. Через полчаса к нам вышел бледный офицер выдал "я всё, в медсанчасть, а вы дальше сами."

Дальше мы были сами. Любой небрезгливый враг зажав нос мог бы найти нас по следам. Тушенка как вы поняли была отравлена врагами. Но возвращаться в казарму имея честное право гулять еще двое суток никто не собирался.

К вечеру нам стало намного лучше.То ли запах березы подейстовал, то ли притащенная рядовым Мамбетовым из ближайшего сельпо бутылка водки или может даже две. Жизнь налаживалась. Вспомнили, что здесь рядом есть деревенька, а в километре на отшибе от неё чудный яблочный садик. Куда по обмену в прошлом году ездили на дачу командира соседнего полка работать кротами. В то время как бойцы его полка чинили наш автопарк.

Уговаривать дважды никого не пришлось. Садик оказался небольшим на 20 гектар. Посреди этого плодового рая стояла полковничья цитадель из красного кирпича, орошенная слезами дембельских аккордов.

Дальнейшее я помню как в тумане явно из-за дурманящего запаха спелых яблок. На многие вопросы у меня нет ответов и сегодня. Зачем Серега, призванный в армию с третьего курса филфака английской литературы, взял в плен в дупель пьяного местного сторожа и почему пытался говорить с ним и его собакой по-английски. Зачем мы пытались разбудить сторожа выстрелами и почему затащили его тело в дом полковника. Откуда в кармане сторожа оказался кетчуп и почему он разлился.

Зато похоже ответы были у семьи полковника, удачно заглянувшего с учений на ужин в семейном кругу. Семья полковника, за обеденным столом на веранде поняла все буквально - англичане в маскхалатах убили сторожа и сейчас будут всех пытать. Полковник из нацменьшинств, отмечавший с семьей какое-то свое событие, попытался покончить с собой подавившись бутербродом с икрой. Но его откачали, "шайзе билять" вопил Мамбетов и бил полковника по спине. Я помню как переводил Серегин бред и в результате мы потребовали вертолет и карты.

Полковник, по телефону под угрозой расстрела, позвонил в свой штаб и приказал прислать вертолет и карты. В нашей армии не принято переспрашивать поэтому через пятнадцать минут два заместителя командира, не уточнив какие именно нужны карты, лично привезли и карты с учений и еще какие-то явно неправильные о чем намекал гриф "секретно".

Утром мы сдали все полученное и какого-то неизвестного пьяного майора в наш штаб. Почему офицер был пьян и как оказался с нами в кузове грузовика с яблоками я не помню. Так честно в объяснительных мы все и написали. Даже рядовой Мамбетов, получивший 15 суток отпуска за грамотное выполнение боевой задачи.

14

КОЗЛЫ и ФИКУС

Фикус – это цветок. А козлы это мы. Особый отдельный краснознаменный ордена сутулова и горбатова взвод инженерно-технических средств охраны Н-ского полка внутренних войск МВД СССР по Средней Азии и Казахстану под командованием старшего прапорщика Хмурова. Во блин титул! Принц Уэльский нервно курит в стороне. В общем вышел фикус. Утром Хмуров объявил подъем и общий сбор. Выдвигаемся в командировку на объект на две недели. Новая супер-секретная разработка отечественного ВПК. Система охраны заключенных – “Фикус”. В нашей стране много заключенных поэтому их надо непрестанно охранять, если их не охранять они начинают расползаться как тараканы на кухне когда неожиданно свет включишь. Это же чистая диалектика ЗК совершенствуют методы побегов, общество совершенствует методы ограждения себя. Методы все изощреннее, а названия системам и методам выбирали исключительно из цветочной растительности. Это для конспирации, чтоб никто не догадался.

Видавшая виды “Шишига” совершив героический пробег в 350 километров привезла нас в какую-то Тьмутаракань потому, что в приличных местах как-то неприлично строить зоны, тем более строгого режима. Короче зона как зона чего ее описывать. Прибыли, разместились, встали на довольствие это все стандартные вещи и к повествованию нашему не имеет отношения. Наше повествование как раз собственно только сейчас и начинается. Две недели мы уродовались как бобики устанавливая и настраиваю эту самую… этот самый Фикус. Смысл которой состоит в том, что по тонким стальным проводам на заборе пропускается ток высокого напряжения сейчас уже и не помню сколько тысяч вольт. Но только такой ток несомненно смертелен и поэтому наши ученые придумали включать его импульсами. Хмырь, популярно нам объяснил, в чем иезуитская сущность такого изобретения. В двух словах не убивает Фикус. Током все мышцы стягивает в узел, а потом, как импульс кончился, они также резко распрямляются. Отбрасывая тело метров на шесть. Обратно. В Зону. Полежит человечек еще после этого минут пятнадцать двадцать и просветленный успокоится. Ведь наша советская система называется исправительной, тоесть призвана перевоспитывать даже инженерно-техническими средствами.

Довели значит до нас принцип действия устройства, и воодушевленные высокой миссией с утроенной энергией продолжили мы настройку и пуск нашего Фикуса. Пластались денно и нощно, аж уши закладывало, так старались, чуть штаны не порвали, надо в срок успеть. Так как наверх то уже доложили что мол уже все включили и все работает. И командование округом прибудет на инспектирование первой опытной системы. Всем же известно, что лучше два раза доложить, чем один раз сделать. Так что вы ребяты не подведите, и уж расстарайтесь. А мы уж расстарались, куды нам деваться-то с заложенными ушами. Расстарались и к сроку система “Фикус” вовсю работала, и лампочками на пульте у дежурного моргала, просто любо дорого посмотреть.

Но это же только полдела, систему необходимо испытать! Добровольцев среди нас не оказалось. Действительно хоть мы и энтузиасты, и с заложенными ушами, но не дураки же совсем. А как быть? Проверить то необходимо – ведь комиссия прибудет, а что как генерал лично захочет удостовериться? В общем надо проверить. Да и самим интересно, в теории оно конечно гладко и красиво, а вот как оно живьем будет выглядеть?

Дело было в конце сентября. Вокруг зоны располагались какие то частные сады и деревенька небольшая дворов на двадцать, задами как раз на окна нашей караулки. Там на задах паслись козы с таким серьезным козлом во главе. Хороший козел здоровый такой рога двумя штопорами по бокам, одним словом вожак. Вот, мыслим мы себе, вот прекрасный экземпляр для испытаний, только его еще надо уговорить бросится на наш забор. Он поди тоже не дурак, просто так на заборы кидаться. Но Хмырь у нас голова! Придумал подманить капустой козла, а через капусту провода провести. Сказано – сделано. Не буду долго томить вас рассказом о том, как мы этому козлу капусту показывали и как соблазняли его и уговаривали. В общем, подходит он к кочану только хвать за него, как скручивает козла в бараний рог, извините за каламбур. А через секунду распрямляется он, как пружина какая и отлетает от капусты метров на пять. Лежит на боку и ноги у него дрыгаются. Работает система! Красота! За вожаком пришли остальные, такова природа стада. Все как один в светлое будущее за кочаном капусты! Картина маслом “Полет козлов”. Мало кому доведется такое увидеть. Жители деревни также наблюдали эту картину впервые. Картина настолько поражала воображение, что навсегда осталась их памяти стремительный полет козлов на фоне ржущего взвода инженерно- технических средств охраны. А хозяина летающих животных это настолько потрясло, что в восторженных чувствах, с ломом в руках побежал выразить свою благодарность. Лучше бы он взял лопату, честное слово. Своим полетом он поставил жирную точку в испытаниях Фикуса

- КОЗЛЫ!!! Кричал нам из за забора осчастливленный селянин, размахивая ломом с безопасного расстояния. - Не стоит благодарности! Удачных полетов! –размахивали руками мы, принимая поздравления.

- КОЗЛЫ!!!! Восторженный селянин кричал еще много разных радостных слов, но я не могу здесь привести их все. - КОЗЛЫЫЫ!!!

15

В вагон метро протиснулся бомжара.
Немного постояв присел,
И пассажиры, как от скипидара,
Через минуту кворум поредел.

А, между тем, сравнительно недавно,
В Европе так же пахли короли,
Ну, а простолюдины и подавно,
В душ не ходили, что ни говори.

Вот в древнем Риме, там другое дело,
Крутые термы посещал Нерон.
Нырял, плескался, парился умело,
Все говорят, что был чистюлей он.

А, в средние века не то, другое,
Куда б тебя судьбой не занесло,
Не мог помыть ты тело молодое,
А мыться в Сене было западло.

Да, что Париж ? Возьмем Екатерину.
Сейчас увидев нас хватил бы шок.
Чтоб облегчиться, нацедить урину,
Она садилась на простой горшок.

А вот в абычьной русской деревеньке,
Был, в этом смысле, настоящий рай.
В субботу парились в своей любимой баньке,
А ссать и срать ходили за сарай.

16

Тамара ездила в Египет, из всех достопримечательностей ей больше всего запомнилась туземная фауна. Фауна стремилась досадить Тамаре всеми доступными способами, с первых минут принялась портить ей впечатления от отдыха.

Тамара с Галкой приехали на курорт, прямо из гостиницы отправились гулять. Тут-то фауна и дала о себе знать. Сначала на прогулке на Тамару косо посмотрели верблюд и араб-погонщик, Тамара насторожилась. Кто из этих двоих смотрел косее, она нее запомнила, в памяти отложились только смутные ощущения злонамеренности: верблюд явно собирался плюнуть, а араб — поцеловать. Араб Тамаре как-то сразу не понравился, лицо его доверия не внушало, Тамара скорее позволила бы целовать себя верблюду. По здравому размышлению она решила с обоими держаться надменно и никому из двоих не позволять фривольностей. К счастью, верблюд не настаивал, а араб очень скоро переключил свое внимание на Галку.

Галка — девушка незамужняя, свободная, она имеет право уделять свою благосклонность хоть арабам, хоть верблюдам, она подмигнула арабу, показала на верблюда и спросила:

— Верблюд, хау мач?

Араб расплылся в улыбке, закивал, показал на пальцах стоимость табуна верблюдов, тогда Галка сказала:

— Нет, нет, мне только покататься, мне не насовсем! Хау мач покататься?

Араб принялся торговаться, за десять минут Галке удалось сбить цену до стоимости одного верблюда, дальше араб отказывался снижать расценки. Знаками он объяснил, что у него семеро детей, еще столько же у верблюда, всех их нужно кормить. Галка сказала Тамаре:

— С ними замучаешься спорить, я аж вспотела! — и расстегнула верхнюю пуговичку на рубашке. В этот момент произошел обвал акций на бирже верблюжьих перевозок, араб сразу же согласился везти Галку хоть до самого Каира, притом почти задаром. Вероятно, надеялся, что в пути ей станет еще жарче, нахальный тип.

Тамара кататься на верблюде отказалась, она взяла наизготовку фотоаппарат и стала запечатлевать Галку, объезжавшую верблюда. Потом они отправились на пляж, там Тамара поняла, что неприятная фауна Египта не исчерпывается погонщиками и их верблюдами. Они с Галкой зашли по пояс в воду, только начали получать удовольствие, как Тамару укусила акула. Ну, или по крайней мере, собралась укусить.

Собственно, была ли это и в самом деле акула, или кто-нибудь другой, осталось загадкой. Никто ведь не вглядывался в воду, вполне возможно, то была вовсе и не акула, а голодная барракуда, электрический скат, или вообще рыба-молот. Тамара с готовностью допускала даже, что возможно, к ее лодыжке прикоснулась не рыба, а какое-то другое хищное морское создание, в тот момент важна была не зоологическая классификация кровожадной твари, а ее преступные намерения. Никаких сомнений быть не могло: это было самое настоящее покушение на укушение. Трогать свои лодыжки Тамара позволяет только мужу, и даже в нем не может быть до конца уверена. Тамарин муж постоянно выражает желание укусить Тамару за нежную ножку, в подобных обстоятельствах невозможно сомневаться в том, что животное, поднявшееся из мрачных глубин к Тамариным ногам, сделало это исключительно движимое стремлением вонзить в эти ноги свои зубы.

Тамара не стала дожидаться, пока плотоядная гадина начнет свой завтрак, она выпрыгнула из воды почти полностью, оглашая визгом пляж, потом с плеском рухнула обратно в воду. Этот номер она повторила три или четыре раза, потом Галке удалось ее убедить, что если зверь все еще не растоптан насмерть, то, по меньшей мере, деморализован и сейчас улепетывает со всех плавников. Тогда Тамара немного успокоилась, вышла из воды и отправилась в номер.

Галка возвращаться отказалась, на пляже было полным-полно молодых, условно неженатых мужчин, ей хотелось узнать побольше об их намерениях по отношению к ней, Галке. Тамара сказала:

— Ну и ладно, только возвращайся не слишком поздно, а то дверь не открою.

Галка проводила ее до номера и рысью умчалась покорять пляжи, Тамара осталась в полном одиночестве. Тут египетская фауна решила нанести ей последний, сокрушающий удар.

Тамара сидела на кровати, мирно читала журнал, солнце светило в окошко, ветерок надувал занавески, ничто не предвещало беды. В этот момент в окно, весело стрекоча, влетел таракан.

Приличный богобоязненный русский таракан был хорошо известен Тамаре. Он мал, плюгав и забит, у него иммунитет к отраве, а заслышав слово «тапок», он немедленно прячется под плинтус. Другое дело — египетский таракан.

Египетский таракан ведет свое происхождение непосредственно от верблюда, ростом он в женскую ладонь (во всяком случае, Тамаре так показалось), он умеет летать, и на его загорелом лице наглость и вольномыслие. Он считает себя вправе вторгаться в частную жизнь любой приглянувшейся туристки и делает это с непринужденностью профессионального казановы. Он не джентльмен, влетая в чье-либо окно, он не приподнимает цилиндр, не кланяется и даже не удосуживается представиться присутствующим дамам, а просто сразу планирует к ним под кровать. Таракан, влетевший в Тамарино окно, так и поступил безо всяких предисловий. Возможно, он был убежден, что это его собственный номер. Тамара вся замерла, внутри у нее все похолодело, она поняла, что на этот раз коренные египтяне до нее добрались. Она набрала в легкие воздуха и пронзительно завизжала.

Таракан тоже замер под кроватью — во всяком случае, Тамара не слышала, чем он там занимается. Наверняка, морально готовился к нападению, расправлял усы, натачивал клешни, тряс хитином. Тамара поняла: нужно спасаться. Каждая секунда была дорога. Одним прыжком она пересекла номер, моментально вскочила с ногами на Галкину кровать и сразу же обернулась, чтобы не оставаться к таракану спиной. Всем известно, что таракан подл и нападает в основном сзади.

Ее худшие предположения подтвердились, таракан уже успел выдвинуться из-под ее кровати на два корпуса, вытаращив глаза и изумленно шевеля усами. Тамара поняла: он перешел в наступление, снова испустила вопль, полный отчаяния и децибелл.

Таракан остановился. Связываться с истеричками ему не хотелось. Сопровождаемый криком Тамары, он убежал под тумбочку.

Через секунду в номер вбежала Галка, позади нее толпился персонал отеля и заинтригованные Тамариными криками туристы, в толпе любопытствующих отсутствовал разве что верблюд. Тамара сказала:

— Он там! Там! Под тумбочкой!

Галка храбро заглянула под тумбочку, сказала:

— Ого, таракашка!

В номер вошли две горничные отеля, отодвинули тумбочку. Под ней лежал таракан, прижимая лапки к сердцу.

— Он умер, — сказала Галка. — Томка, перестань кричать. У него от твоих криков сердечный приступ.

Тело унесли, Тамара приободрилась и позволила увести себя в бар, лечить нервы алкоголем. Фауна Египта заставила ее понервничать, но она нашла на нее управу.

— Только на верблюдов так не кричи, — попросила ее Галка. — Не расплатимся.

Тамара пообещала, что не будет кричать, если только верблюды не будут влетать к ней в окно без предупреждения. В противном случае она за себя не ручалась.

— Буду уничтожать криком еще в воздухе, — сказала она. — А пусть не лезут.

До самого конца Тамариного отпуска фауна Египта обходила ее стороной.

Во избежание.

17

Итак с чего начать? Пожалуй начну с фитнесса.
Фитнесс - это очень хорошо, но когда в меру. А ведь как бывает? Отвис живот и думаешь, бля надо срочно купить билет в фитнесс клуб! Приходишь на первое занятие и начинаешь кидаться то на тренажеры, то на штанги, то еще хрен знает на что как потерпевший. Короче убиваешь свое тело. На следующий день, просыпаясь утром и чувствуя, что телу 3.14здец думаешь, ах какой же я молодец, теперь я настоящий спортик. И идешь в этот же день опять на тренировку, чтобы окончательно убить жир.
Бухло, синька, он же алкоголь.
Тоже очень хорошая вещь, но мля тоже когда в меру... А кто знает эту меру? Мне это узнать пока не довелось(((. Синячишь до поросячего визга, на зато ты Мужик. Чтобы потом на следующий день лежать пластом. И тут вот что самое странное. Тебе начинают звонить, те, с кем ты вчера старательно старался изучить эту самую меру и предлагать немного подлечиться и дальше продолжить поиск этой неуловимой меры, благо еще суббота и завтра не надо на работу. Иногда лечение начинается с - а давай-ка засадим по кружаку? А? И вот после засаживания кружки в один присест вы откидываетесь на спинку стула и одновременно издаете - уф, полегчало.......
Иногда лечение начинается с беленькой, как настоящие мужики. Надо же клин клином вышибать.
Короче синячить и лечиться - это очень интересные занятия!
И я старательно старался заниматься и фитнесом и синькой.
И вот однажды, уже став мастером спорта по этим видам, я проснулся утром в состоянии нестояния, держась за голову, пошел на толчок. Ну как говорится для приведения себя в порядок нужно сделать три вещи: поспать, посрать и пожрать. Подумав о вечном минут так 20 я почувствовал, что что-то не так! Жопой почувствовал, в прямом и переносном смыслах! Вернее даже так - это моя жопа дала мне понять, что что то не так. Отмотав туалетной бумаги и проведя ей по своей любимой жопе я понял !!!! Бля, МОЯ ЖОПА ДИКО БОЛИТ(((. И походу кое какие кишки вылезли наружу. Оказалось это не кишки. Это вокруг шоколадного гнезда выскочили шишки, которые 3.14здец как болели. Что это такое и что делать?
О, надо сходить в душ, прогреться и отлежаться, авось пройдет.
Первый день отлеживания привел к тому, что болеть стало гораздо сильнее. Ок, подождем еще денек... Следующий день оказался еще хуже. И вот начинаешь обзванивать своих друзей и знакомых и деликатно расспрашивать, было ли у них что-то подобное. Оказывается это херня. У всех это было, но никто сука не признается. А выход проще некуда - надо купить свечи и вставить себе в пещеру. Бля, но у меня там сейчас не пещера, а улей с пчелами. Или пчелы в улье....
Соображать я уже не мог от боли, поэтому сжав всю свою волю в кулак поехал в больницу.
В больнице.
По моей походке доктор все понял. Я шел осторожно, максимально расправив булки, чтобы они не тревожили мой улей!
Как я впоследствии узнал, это типичная походка пасечника, пардон, геморройщика.
Снимайте трусы и ложитесь на бок на кушетку - сказал мне дядя в белом халате. Что он собирался делать я еще не знал. Но через мгновение все, кто находился рядом с кабинетом узнали какой у меня красивый и громкий голос. Это он попытался что-то засунуть в мой улей. Оказалось, что это типа эндоскопа, но для жопы. Когда он пошел на второй заход я начал умолять его не делать этого. Вот так я и потерял свою девственность, а заодно и родил.
Чуть позже, когда я немного пришел в себя и вытер слезы на глазах, дядя показал мне на компе как выглядит моя жопа снаружи и внутри. Святые Угодники! Такого я не видел ни в одном ужастике!
Лечить такой ужас было уже поздно. Оставалось только вырезать там все к такой-то матери. Согласился я быстро.
И вот через пару часов ,еле-еле сбрив волосы на заднице, я воссел на кресло!!!
В детстве мне уже делали операцию, поэтому я приготовился, что мне дадут маску подышать и все произойдет для меня мгновенно. Ни хера! Дядя с двумя женщинами-ассистентами собирались ткнуть шприцем прямо туда! Это была паника! Я себе не мог позволить просто дотронуться туда, не говоря про шприц.
Это был 3.14здец! Сейчас, когда все позади я думаю, что если бы я тогда знал, что меня ожидает, я бы лучше убился ап стену.
Когда мой шоколадный глаз обкололи со всех сторон, я перестал его чувствовать!!!
И процесс начался! К слову, самый прогрессивный на сегодняшний день метод резки - это резка радиоволновым устройством Сургитрон, пр-во США. Как он режет я не видел, но на слух похоже на сварочный аппарат. Первый час прошел великолепно! Боли не было, просто чувствовал, что с моей жопой что-то делают. Ну вот, снаружи мы все срезали! Теперь надо внутри полипы убрать, три штуки! - сказал дядя. И тут началось... Оказывается для того, чтобы добраться до внутренних полипов, нужно вытянуть наружу кишку, которая снаружи оканчивается моей жопой! А это так скажем не совсем приятно. Очень даже неприятно. Представьте, что вам оттягивают мошонку. Первые 10-15 секунд вы терпите, но потом терпеть становится все труднее. И это длилось еще почти час! Бля, во второй раз я бы наверное не вытерпел!

Продолжение...
Наконец-то все закончено. Я лежу в гинекологическом кресле и кайфую от того, что больше никто не оттягивает мою кишку-жопу. Это непередаваемое ощущение! Женщина- ассистент вновь измерила мое давление и спросила
- Как самочувствие, голова не кружится?
- Можете встать?
- Только не торопитесь...
А мне все пох... Я сделан из мяса...
Огромное спасибо этим людям в белых халатах за то, что они без страха и брезгливости копаются в наших жопах. И сразу после операции, сняв перчатки, садятся пить чай с печеньками!!!
А я в это время лежал, засыпая на кушетке и радовался жизни. Часа через два я проснулся, мне сделали два обезболивающих укола в булки и пригласили в кабинет к хирургу. В кабинете все дружно пили чай.... И мне налили кружечку с лимоном и сахаром. Надо заметить, что когда со мной случилась эта беда, я ничего не ел. То есть уже три дня. Потому как страх того, что с этой едой потом придется кое-что делать был сильнее голода.
Дядя хирург взял со шкафа муляж жопы в разрезе и поставил на стол передо мной. Вот смотри, вот такая жопа у нормальных людей, а у тебя она была немного не такая. Мы вот тут все посрезали и теперь у тебя она тоже нормальная и красивая, НО. Чтобы все было хорошо, она должна РАБОТАТЬ!!!
А для этого нужно кушать. Чтобы сегодня обязательно поел. А послезавтра чтобы съел манты и беш.
3.14здец!!! А как я буду все это дело .......???? А не порвется ли??? ( это мои мысли про себя). Но дядя оказался экстрасенсом, он прочитал мои мысли тут же по выражению моего лица.
-Не ссы ( на самом деле он сказал не волнуйся), не порвется. Конечно сначала будет немножко неприятно, но зато потом будет опять приятно, как раньше))).
Ну, если немножко неприятно, то почему бы и нет? У меня появилось вдохновение. Пожрать впервые за четыре дня - такая перспектива меня радовала. Я пожал руку дяде и вышел на улицу к машине.
Путь мой лежал в кафе возле дома. Манты и беш я сразу есть не решился, поэтому взял супчик и тефтельки.
А ведь не так страшен черт, как его малютки))))). Ведь у меня есть: 1) анестезирующие свечи 2) гель для жопы 3) кеторол!!!
Все было замечательно! За исключением того, что я забыл выпить таблетку кеторола перед сном, поэтому пришлось ночью проснуться в поту, глотать эту таблетку и ждать когда же она подействует.
Утром меня ждал прием у доктора!
Услышав знакомое - снимай трусы и ложись бочком на кушетку, я быстро все сделал и удобно улегся. Дядя доктор сейчас просто посмотрит на свою вчерашнюю работу и отпустит меня домо ОООЙ, БЛЯЯЯЯЯ! Я родил...
Дядя - садист раздвинул мои булки и засунул свой нихера не тонкий пальчик мне туда, где уже все успокоилось.
... Пчелы вернулись в улей...
- Ну молодец! У тебя все нормально, даже гноя нет! Дома сам делай упражнения, растягивай мышцы и не забывай кушать, особенно манты и беш.
Какой нахрен БЕШ? У меня только только все успокоилось и я подумал, что уже здоров, как он тут все разворошил.
Два укола в булки и я опять еду домой.
Заехал в кафе и взял порцию из пяти мант. Надо, Федя, надо.
Через час все плохое забылось, опять вернулся вкус жизни!!! (Кеторол действует великолепно!).
В 4 часа утра я спустился на землю... Как объяснить мое состояние? Это просто 3.14здес! Я понял, что жопа болит не просто от того, что её порезали, но еще и от того, что кто-то или что-то давит на нее, а она изо всех сил сопротивляется. Ужас. Я обратился внутрь к своему мужеству, но оно меня покинуло. И я вспомнил детство и её величество Клизму! Бля, вот мое спасение! Но где её взять в 4 утра??? Да, еще одна беда - кеторол закончился. Это паника!
-103, скорая, мне песдес, спасите. Не могу посрать, если не приедете через 15 мин, то вызывайте патологоанатомов ( он скончался от взрыва говняной бомбы).
Через 20 мин стук в дверь. Ааааа, мое спасение!!!
В комнату зашли парень и девушка ( или студенты на отработке или только закончившие).
- Братишка, клизма бар ма? (с казахского переводится как - клизма есть?)
Оказывается бригады скорой помощи не возят клизмы и слабительное...
Епть. А кеторол бар ма?
Ну это добро у них было. Но перед этим парень попросил меня лечь на бочок. Я сначала на понял, что он задумал. Но когда от открыл чемоданчик, вытащил перчатки и смачно их надел, согнув все пальцы, и оставив указательный, я сразу все понял. Сталевар .баный. Опять вспомнил детство когда ходил на экскурсию на завод. Там дырка в печи через которую выливается металл затыкают глиняной пробкой. И когда настает время, сталевар длинным ломом пробивает эту пробку и металл вырывается наружу. И этот умник решил поиграть со мной в игру печка и сталевар на глазах у своей подружки. Нихера! Не дам тебе такой развлекаловки!
Короче от них мне нужен был только укол кеторола!
Сразу после этого я полетел в аптеку за слааааабительныыыыым.
Что можно добавить в конце? Сейчас я уже практически здоров и это клёво! И хотел бы всем вам пожелать быть здоровыми и не пройти то, что пришлось мне! Берегите здоровье!

18

ххх: есть забавная теория... Если микрочастицы имеют дуалистичную природу, в некотором роде являются волной, то и весь ты - тоже волна. А твое физическое тело - это только пучность, резонансное увеличение амплитуды всех наборов волн, из которых ты состоишь. А волны никогда не исчезают. Они распространяются, затухая до бесконечно малых амплитуд, но никогда не исчезают совсем. Представляешь? Тело - это не граница! Ты сейчас везде, во всей вселенной сразу!
ууу: то есть, теоретически я сейчас на море, да?

19

— Батя, тут открытка пришла, с опозданием на полгода. Вас с мамкой на свадьбу приглашают. Рустам и Залина какие–то.
— Дай гляну, — отец раскрыл открытку, долго смотрел на приглашение, имена, подписи. Вернул — не успели, так не успели.
— Так бать, это же в Дагестан вас приглашали, в Махачкалу! Кто это такие вообще? Тут видел, приписано: "перелёт и проживание за наш счёт". Бать, расскажи, а!

Отец поотнекивался. Потом недолго помолчал.
— Это сторона невесты приглашала.
— Ну?
— Ну... Это было в 85–м году, под новый год как раз. Тогда аномалия случилась — всю республику снегом засыпало. На улицу выйдешь — заборов не видно, только крыши торчат. По радио объявили ЧС, корм для скота на чабанских стоянках сбрасывали с вертолётов, чтобы падежа большого не было. Дороги расчищали военные, но и их усилий не хватало.

Я работал заведующим инфекционкой; помню, что поздравлять пациентов собирались. Стою у зеркала, креплю ватную бороду, медсестры и санитарки режут салаты. Вдруг за окном с надрывным рокотом и снежным скрипом остановился КРАЗ. Ну, знаешь, грузовик здоровенный такой...
— Да знаю, конечно.
— Ну вот, мы в окно выглянули, оттуда к нам вышли двое. Через пару минут пришли ко мне в кабинет. Молодая дагестанская семья, жили и работали на чабанской стоянке, километрах в пятидесяти от райцентра. Стоят у двери, переминаются, уставшие, серые от дороги. Я их приглашаю присесть, стоят.

Начинает говорить муж: — Валера, — говорит, — дочка умерла. Полгода всего дочке, понос был — две недели, неделю назад дышать перестала. Всё. Нам справка о смерти нужна, на святую землю повезём, хоронить будем.

Тут я заметил, что в руках он держит небольшой чемодан. Жёлтый. Ставит его на стол, раскрывает, а там грудничок лежит. Синяя вся девочка.

— Что же вы, — ругаться начинаю, — терпели до последнего? Почему сразу не привезли?
— Хотели, Валера! Не могли прорваться через снег. Вот большую машину нашли, приехали.

Отец осёкся, помолчал. Достал бланк, начал вносить записи, автоматически прослушивая тело ребёнка фонендоскопом.

— Я, — батя говорит, — не надеялся ни на что тогда. Это процедура необходимая, их вообще много. Но тут слышу — шум. Не стук сердца, как все привыкли, а шум.

"Всем тихо!" — крикнул, приложил мембрану плотнее. Через две минуты в фонендоскопе снова неясное "шууууух".

— Как сейчас помню, — батя рассказывает, — сбрасываю со стола всё, что было, чемодан этот тоже, ребенка укладываю, ору главной медсестре, та — бегом за реанимационным набором. Через минуту вгоняем в подключичку лошадиную дозу лекарства с одновременным массажем сердца. Там много всего, ты не поймёшь. Ребёнок начал на глазах розоветь, а потом вдруг как закричит... Громко так, на всё отделение...

Я ошалело смотрю по сторонам — мама её без сознания по стене сползает. Папа бледный стоит, за стол держится. Элисту вызываю, санавиацию. Девчонку вертолётом увезли, вместе с родителями. Да ты помнишь, наверное. Они часто к нам потом приезжали, постоянно гостинцы везли.

— Дядя Рамазан? — говорю.
— Да! Рамазан, точно. Ну вот. Эта Залина — дочь его и есть. Ты смотри, помнят...

20

Фтирус пубис.
В этом, забытым Богом, колхозе, который затерялся на краю географии нашей области, мы планировали задержаться всего на пару дней. Просто случайно проезжая мимо, решили оказать шефскую помощь сельскому хозяйству, на территории кухни столовой, и бодро отступить, в направлении дома, прихватив с собою натуральные продукты земледелия и животноводства, в качестве честно заработанного трофея. У нашего водилы, на ближайшие выходные, было намечено сочетание браком с неповторимой, единственной и любимой, и на торжественную сдачу в эксплуатацию самой лучшей и незаменимой части тела невесты была приглашена вся бригада монтажников.
Поселились мы на продавленных скрипучих кроватях в облезлом бараке с криво приколоченной вывеской «Общежитие №1». Другой общаги в деревне не было. Вернувшись на помятые койки, после короткого трудового дня, мы с нескрываемой радостью заметили, что у нас имеются чертовски привлекательные соседки, черноглазые смугляночки, приехавшие на заработки из братской республики. Выпуклости их молодых тел, задорно выпиравшие в разные стороны из выцветших на знойном южном солнце платьиц, не по-деццки заинтересовали нас, и в наших творческих головах сразу возникла правильная мысль подружиться с ними организмами. Во избежание недоразумений, выяснили у местных пацанов, что своими действиями нарушений смежных прав мы им не нанесем, впервые за последнюю неделю побрились и, побрызгавшись «Тройным» одеколоном отправились знакомиться. Девчонки оказались на удивление интересными, и мы очень быстро разбившись по влюбленным парам, разбрелись в поисках укромных мест для более тесного общения. Ночь пролетела в одно мгновение, а утром, веселые и радостные, разошлись по рабочим местам, на ходу обсуждая «кто кого и как», с нетерпением ожидая предстоящего вечера.
Уже после обеда я заметил, что меня нипадеццки волнует и тревожит моЙ главнЫЙ МЕСТО, его постоянно хотелось трогать руками, гладить и чесать, он требовал себе заботы и внимания. Поделился своими наблюдениями с друзьями и выяснил, что в этом плане я далеко не одинок, чесались все пацаны. Стало ясно, что мы намотали что-то нехорошее на свои винты и влетели по взрослому. Толян как самый прожженный по жизни и опытный в бапских делах, расстегнув свои штаны, попросил меня: - «Посвети фонариком», и, покопавшись у себя в густом пушистом меху, извлек, держа двумя прокуренными ногтями древнейшее животное, пережившее динозавров и мамонтов, и согревавшее в пещере, промозглыми дождливыми ночами, своим присутствием первобытного человека. Важно поднеся его к густо засиженной мухами тусклой электрической лампочке, Толян торжественно представил реликтовое существо взволнованному народу:
- Ман-н-н-давошка!
На коротком, внеочередном, профсоюзном собрании, после небольшого замешательства, единогласно было решено строго разобраться с иноземными бабами, примерно наказать их и незамедлительно начать самолечение, предварительно проконсультировавшись с местным ветеринаром. На бедного жениха невозможно было смотреть без смеха и слез, ведь ему, предстояло на выходных сбивать пломбу с драгоценной невесты и подтверждать свою мужскую состоятельность. Он нам заявил, что как старый дальнобойщик будет лечиться самостоятельно самым надежным шоферским способом, проверенным на дорогах страны тысячами «камазистов».
Водила раздобыл у аборигенов солярки и, постирав в ней свои семейные трусы, надел их на голое тело. В ожидании чудесного избавления от средневековой напасти он менжевался перед нашими глазами, отвлекая нас от работы, дефилировал между столиками столовой и всем своим видом изображал раскаявшегося грешника в ожидании Праведного Небесного Суда. Соляра оказывала магическое действие не только на гнусных паразитов, но и на самого пациента, который постепенно убыстрял шаг, пока не сорвался на бег. Когда ему уже совсем припекло и стало невтерпеж, водила оттянул резинку трусов и посмотрел на свой личный инструмент.
Гримаса жуткого смертельного ужаса в мгновение ока исказила его лицо. Издав продолжительный вопль отчаяния, он в ступоре остановился посередине зала колхозной столовой. Подбежав к нему, мы безуспешно попытались его растормошить и привести в чувство, и когда Толян оттянул ему резинку, мы с любопытством заглянули в трусы. От увиденного зрелища все пацаны остолбенели. Приданое хозяйство жениха было покрыто розовато-белыми волдырями внешне похожими на трудовые мозоли, мех, обрамляющий мужское достоинство, линял клочьями как с мартовского блудного кота, а с хромосомных баллонов серыми лоскутами слезала кожа. Мы так и не узнали, что это было: аллергическая реакция проспиртованного иммунитета, неправильно понятая рецептура народного средства или просто банальная передозировка. Придя в себя, водила, оставив ключи от трехскоростного ЕрАЗика, на попутках сорвался домой, в город.
Больше мы его никогда не встречали.
Наши претензии деффки встретили с искренним непониманием. Русский язык они знали плохо и значение слова, определяющее видовую принадлежность древнего насекомого, до них не доходило. По слогам произнося:
=Ман-да-вош-ка,= сестренки в недоумении пожимали плечиками, хлопали огромными ресницами, удивленно таращась, друг на друга. Бригадирша «ответственно» заявила нам, «что все деффки здоровые и чистые. Заразы у них не было и нет, и «нечего валить с больной головы на здоровые»».

Тогда Толян в очередной раз спас родную бригаду от неминуемого позора, он расстегнул мотню и, вывалив свой классический прибор наружу, знаком показал своей пАдруге, = ищи! Девчонка, ловкими пальчиками, моментально выцепила редкое животное с родного тела и звонким радостным голосом воскликнула:

=Зверюшки??? … Так они же у всех есть!!!

Грозовая обстановка моментально разрядилась. Девочки стояли довольные и радостные оттого, что поняли суть нашей проблемы. Своей вины в ней они абсолютно не чувствовали, а мы растерянно улыбались, осознав что, общаемся с совершенно другой цивилизацией, что мы пересеклись с параллельным миром существующим независимо от нашего. Деликатно доведя до их сознания, что иметь своих зверюшек сейчас совсем не модно, а выращивать густую растительность на рабочем органе вообще не цивильно мы мирно уладили возникшее недоразумение. Совместно было принято правильное решение, устраивающее всех, продолжить дружбу организмами, а лечение отложить на следующий день.
На утро, ветеринар, наслышанный о нашей беде, подогнал нам пол ведра вонючей серо-ртутной мази, от которой, с его слов, мандавошки заражались страшной болезнью и моментально погибали, корчась в аццких мучениях, и провел подробный инструктаж по применению снадобья. А мы в ответ ему пообещали, что вылечим всю женскую бригаду, что и сделали. В этом колхозе мы провели еще одну неделю полную смеха, радости и любви и до конца сельскохозяйственного сезона ежемесячно навещали своих подружек, заезжая в гости с «инспекционной» проверкой. Для себя из этой истории я выделил пару моментов, которыми руководствуюсь и по сегодняшний день. С тех пор считаю правильным в любой спорной ситуации, как можно быстрее, найти компромиссное решение, максимально устраивающее все конфликтующие стороны. А также пришел к выводу, что своими знаниями и опытом нужно безвозмездно делиться с людьми, нуждающимися в них, чтобы твои мысли остались на Земле, и, живя самостоятельно, способствовали общему прогрессу и развитию нашей цивилизации. Признаюсь Вам честно, длинными зимними вечерами, сидя в уютном кресле перед экраном телевизора с бокалом настоящего самопального вина, мне всегда приятно осознавать, что где-то, в далекой братской республике, в затерянном горном селении, весь трудовой народ навсегда избавился от мандавошек благодаря мне и моему бригадиру Толяну.
© Zenzel

21

Они уходят ночью или под утро. Чаще ночью. Заранее зная, что уйдут.
Некоторые не могут смириться. Они задают вопросы. Кому? Никто им не ответит. Все ответы находятся в них самих.
Я сижу в обшарпанном кожаном кресле, жмурясь на свет галогеновых ламп коридора. В воздухе пляшут невидимые пылинки и чьи-то сны, полные кошмаров.
- Ну-ка, иди отсюда, - шикает на меня дежурная медсестра Сонечка. Она хочет казаться взрослой кошкой, но пока еще котенок.
И она плачет иногда в раздевалке, я видела. Ничего, привыкнет. Они все привыкают.
Я лениво потягиваюсь и спрыгиваю на пол. Этот драный линолеум давно пора поменять.
Кажется, сегодня уйдет тот парень, который выбросился с балкона. Люди не умеют падать на лапы, у них нет хвоста. Дурачье.
Пойду, проведаю. Пусть ему не будет страшно в пути.

- Соня, где Максим?
- Он в ординаторской. Чай пьет.
- Операционную! Срочно! Готовьте плазму, большая кровопотеря. Четвертая плюс.
- Бегу, Олег Николаевич.
- Соня! Почему у нас в коридоре бродит полосатая кошка?!
- Какая кошка?
- Тут только что сидела кошка… Черт, вторая ночь без сна.
Коридор наполнился вдруг звуками – топотом ног, звяканьем металла, негромкими голосами. Из палат выглянул кто-то ходячих больных и тут же мигом шмыгнул обратно.

- Господи боже…
- Соня, перестань. Ты мешаешь, вместо того, чтобы помогать.
- Олег Николаевич, она же вся…
- Я вижу. Тампон. Соня! Не спи в операционной.
- Простите, Олег Николаевич.
- Ты как будто вчера увидела человеческое тело в разрезе.
- А меня даже хотели отчислить с первого курса. За профнепригодность. Я в морге в обморок падала.
- Уфф… Как же он ее испластал. Как свиную тушу. Максим, что с давлением?
- В пределах нормы. А кто был нападавшим, известно?
- В полиции разберутся.

- Кс-кс. Иди сюда, Мурка.
Я приветливо машу хвостом старушке из двухместной палаты, но проскальзываю мимо. Некогда, некогда. А у вас просто бессонница. Попросите потом Соню, она вас спасет маленькой розовой таблеточкой.

В реанимации всегда пахнет мышами. Не могу понять, почему. Стерильно, вымыто с хлоркой, белым-бело, но пахнет мышами. Никогда не видела на этаже ни одной мыши. Наверно, это мыши, которые едят жизни. Грызут потихоньку человека изнутри, грызут… Когда я прихожу, они затихают. Ждут, когда уйду, чтобы выйти из темных нор и приняться за свое.
Парень еще здесь, я чувствую его присутствие, но он так слаб. Хотя люди сильны. Сильнее, чем они себе в этом признаются.
Я ложусь ему в ноги и всматриваюсь в туннель, откуда за ним придут. Не бойся, я с тобой.

Спустя месяц.

- Соня, я опять видел сейчас на окне у столовой кошку. Какого хрена?
- Олег Николаевич, ну какая кошка?
- Какая, какая… Полосатая, с хвостом. Вы ее прячете, что ли, всем младшим персоналом?
- Олег Николаевич, я понятия не имею, о чем вы говорите.
- Я вас всех уволю, к такой-то матери… Что вы улыбаетесь? Через полчаса обход.

Выглядываю из-за угла столовой. Кажется, хирург ушел, можно продолжать свой обход.
Я знала таких людей по прошлым жизням. Громогласные, ворчливые, но совершенно безвредные. Помогут, попутно обложив матом. Не все понимают разницу между формой и содержанием. Лучше спасти с матом, чем столкнуть в пропасть, ласково при этом улыбаясь.

А вот о форме… В палате номер шесть лежит девушка, которую изнасиловали, изрезали ножом, а потом бросили в лесу, недалеко от дороги. Бедняга выползла к утру на железнодорожное полотно, где ее и нашли обходчики. Врачи удивлялись, как она смогла выжить. Вопреки всем законам биологии.
Я много знаю про законы биологии, а еще больше про отсутствие этих законов там, где они не нужны.
У девушки восьмая жизнь. Предпоследняя.

- Кс-кс, Кошка, - зовет меня она.
- Мрр.
- В больницах не может быть животных, - удивляется девушка. Она сидит в кресле, в дальнем тупиковом коридоре у окна, в теплом байковом халате. Кутается в него, словно мерзнет.
- Мрр.
- Какая ты пушистая. Посиди со мной, Кошка.
- Мрр.

Девушка гладит меня по спине, безучастно глядя в глухую стену, покрашенную в унылый синий цвет.
- Зря я выжила, - вдруг говорит она спокойно, словно раздумывая.
Я укладываюсь на колени, обтянутые веселой тканью в горошек, потому что надо слушать.

- Вот я читала в интернете, что умирающие видят жизнь, которая проносится перед глазами в последние минуты. А потом их затягивает в тоннель… Сияющий, как звезда или солнце. Ты слышишь?
- Мрр.
- А я видела не свою жизнь. Вернее, много не своих жизней. Сначала я вроде бы стояла по колено в ледяной бегущей воде и держала за руку маленького мальчика. А потом оступилась и выпустила его руку… Он закричал и ушел с головой под воду. А я не прыгнула за ним. Потом я видела горящий город и мечущихся людей. В каком-то из домов горел мой отец, а я не знала – в каком именно. Это было ужасно. Потом я оказалась в толпе ярко одетых женщин. Они смеялись, задирая юбки, и хватали за рукава проходящих мимо мужчин. И я тоже… смеялась. А в одном видеокадре я насыпала в суп яд. Кажется, я хотела убить своего мужа…

Эти картинки сменялись перед моими глазами, словно в детской игрушке. У меня была такая в детстве – калейдоскоп. Можно было сложить мозаику как угодно красиво. Правда, в том калейдоскопе, что мне снился, складывались только страшные узоры. И ни одного… ни одного светлого и радостного.

На мою макушку между ушами вдруг капнуло. Я потерлась головой о безучастную руку девушки, подталкивая ее носом, чтобы она меня погладила.
Девушка шмыгнула, вытирая бегущие по лицу слезы.
- Уж лучше быть кошкой, правда? – спрашивает она меня, улыбаясь сквозь слезы.

Правда. Будешь еще. Если повезет. А не повезет, так начнешь цикл заново.
Поплачь, поплачь. Я тоже когда-то плакала. Когда умирали мои дети на руках. Когда меня разрывало на части снарядом. Когда сжигали на костре, и когда убивали за преступление, которого я не совершала.
Сейчас человеческая память мне ни к чему. Да и короткая она. У нас, кошек, куда длиннее.
- Я теперь не смогу родить. Никогда. Интересно, если женщина не замужем, она сможет взять ребенка из детского дома, как думаешь?
- Мрр.

Я вижу бегущую по коридору Соню. Она ищет свою подопечную, и она сердита.
- Казанцева, вы знаете, что давно пора на вечерние уколы?
- Простите. Тут… с кошкой вот…
Сонечка воровато оглядывается и гладит меня по спине.
- Давайте мне Муську, а сами бегом в процедурную. Понятно?
Больная кивает и уходит в направлении процедурного кабинета, а медсестра берет меня на руки, подносит к груди, чешет за ухом.
- Ах ты ж… полосатая морда. Пойдем в столовую, там сегодня была творожная запеканка. Тебе оставили пару кусочков.

- Соняяяя! Опять эта кошка! Немедленно выбросите ее в окно!
- Олег Николаевич, какая кошка?
- Вы издеваетесь, да?
- Нет, я вас люблю, Олег Николаевич.

Я улепетываю по коридору в сторону столовой. У дверей старушки с бессонницей останавливаюсь, насторожив уши. Эти звуки ни с какими другими не спутать, ведь в окно палаты осторожно скребется клювом поздняя гостья - смерть.
Просачиваюсь через приоткрытую дверь в комнату, запрыгиваю на кровать. Пожилая женщина так хрупка и мала, что под тонкой шерстью одеяла совсем не ощущается ее тело.

- Привет, Мурка, - улыбается она. – А у меня что-то так сердце щемит. Хочется очень увидеть внука… А он гриппом заболел. Но мне дали его послушать по телефону. У меня такая чудная невестка. И сын золотой. Приносили вчера торт, апельсины… Хочешь колбаски?

Я слушаю холодное шуршание в окне и мурлыкаю, мурлыкаю, заглушая скрип форточки, куда протискивается костлявая лапка. Ох уж эта девятая жизнь.
Нет ничего хуже одиночества в такие минуты.
Поэтому я рядом.

22

Дело было в славном городе Караганде в самый разгул эпохи застоя. Подружайка моей мамуси, чтобы ее муж, мастер на все руки, не бухал - отбирала сразу после начисления зарплаты его сберкнижку и постоянно носила ее с собой. Но не смотря ни на что, "левша" приходил домой регулярно "в хлам". Следует отметить, что сей мужчина не был, в карагандинском понимании, алкашом - из дома не тащил, не буянил, был любимцем, из-за своей безотказности и мастеровитости, всех и вся. "НА ЧТО ОН ПЬЕТ? - вопрошала тетя Паша, - ведь книжка (сберегательная) у меня". При этом она пощупывала свой бюстгальтер необъятных размеров. Моя маман - человек необычайных дедуктивных способностей (об этом в следующей истории) выдвинула 2 предположения: 1. У "Левши" появился калым - источник необлагаемых подругой доходов. 2. "Левша" написал заявление об утере сберкнижки и сейчас благополучно по дубликату, уверенно двигается навстречу к "белочке". "НУ, ЧТО ТЫ, - отвечала тетя Паша, - ОН ПЯТЫЙ ДЕНЬ СЛОВА МАМА ВЫГОВОРИТЬ НЕ МОЖЕТ, А ТЫ ГОВОРИШЬ КАЛЫМ. А НА СЧЕТ ДУБЛИКАТА ОН НЕ В ЖИЗНЬ НЕ ДОДУМАЕТСЯ. ДАВАЙ ПОСМОТРИМ СКОЛЬКО ОН В ПРОШЛОМ МЕСЯЦЕ ЗАРАБОТАЛ." С этими словами подружайка лезет в свой безразмерный бюстгальтер и под хохот всех присутсвующих достает ученическую тетрадку, обрезанную под размер сберкнижки. Но это только предисловие и как говорил мой одноклассник: "Весь Цимус впереди." Наступило жаркое лето очередного года, который неизбежно приближал нас к краху капитализма. Наш герой, в компании своего друга детства, решил провести миникорпоратив на берегу озера в парке культуры. Было много съедено и выпито, разобраны по косточкам все тенденции и перспективы международной политики, обсуждены все прелести окрестных и соседских женщин, достигнут консенсус, что все-таки бригадир Михалыч "сука конченная", прошлись краями по Тициану и Кафке. Но тут друг вспомнил, что его срочно вызывают в "малый Совнарком" (жена сказала - "НЕ ВЕРНЕШЬСЯ ДО ТЕМНА - НОЧУЙ НА УЛИЦЕ").На утро на берегу нашли остатки пиршества и одежду нашего героя с заводским пропуском в кармане. Еще через некоторое время находят утопленника. На опознание в морг выдвигается тетя Паша, ну и конечно друг детства. Тетя Паша на вид бойкая, а как дошло до дела, делегировала почетную обязанность в опознании, догадайтесь с двух раз кому - ясная поляна - другу детства. Он, кстати, после получения трагического известия, взял отгулы и снимал стресс лучшим антидепрессантом (спасибо тебе, Менделеев). Кто видел утопленников, тот знает, как он не похож на оригинал. И поэтому никто не удивился и не придал значения фразе: "НАДО ЖЕ, КАК ВОДА ЧЕЛОВЕКА МЕНЯЕТ. НО ПЛАВКИ ТОЧНО ЕГО". Наступает день похорон. За что я люблю социализм, так это за профсоюзы. В дни когда тебе плохо, ты вдруг осознаешь, что кроме друзей и родственников есть еще и третий ближний, который не ходит к тебе и не приглашает к себе в гости, не ездит с тобой на рыбалку, а появляется тогда, когда тебе нужно. Во всей хрущевке царит ажиотаж: женщины занимаются готовкой пищи, мужики в сторонке нервно курят - вот-вот должны привезти тело из морга, в подъезде суета и постоянный, но не громкий шум. Вдруг наступает мертвая тишина,открывается дверь и заходит наш герой со словами: "ПАША, А КТО УМЕР?". Занавес. Позже выяснилось, что наш герой очнулся в одних плавках у другого кента и продолжал загул, а вернулся домой, когда узнал, что в его коробке кто-то загнулся. Ну они с кентом решили похмелиться на халяву. Имена изменены, но кто жил на старом 45-м помнят эту историю.

23

А ПОУТРУ ОНИ ПРОСНУЛИСЬ...

Недавно проходил мимо до боли знакомого здания. Взгрустнул.
Поностальгировал. Аж выпить захотелось. Полезное было заведение. Очень
способствовало развитию правосознания в некоторых неокрепших умах,надо
признать.

Попал я туда лет в 16,впервые набубенившись "до положения риз" Тогда же
я впервые узнал об "автопилоте",что включался после полутора литров. То
есть тело бродит,говорит,на что то реагирует-но разум о том не ведает. И
наутро ничего о себе не помнит.

Очнулся в камере.
Ой.
-Что же я натворил?-вертелось в башке. Да такого,что обезьянника для
меня мало показалось-в крытую затрюмили? Это ж отличиться надо было.
-А тебе не все равно? -злорадствовали в сознании семья и школа.
Все,мальчик,приплыли тапочки к обрыву. Допрыгался! А мы тебя
предупреждали? Предупреждали! А ты нас слушал? Нет,не слушал! Вот и
осваивай новую стезю.
Теперь "турма-твой дом родной" Ничего,привыкнешь.Лет через 20 будешь
скалиться железными зубами сиплым подругам-и напрочь забудешь
происхождение.
М-дя.

Пульс стучал в такт каким-то к месту припомненным блатным куплетам:

"И сердце бьется раненою птицей,
Когда начну свою статью читать.
И кровь в висках так ломится, стучится,
Как мусора, когда приходят брать."

В голове забрезжили какие то смутные опасения.
-Я ж новичок тут. "Первоход" по-ихнему. То есть,по-нашему уже. Мне ж
"прописка " светит. Я с опаской оглянулся на храпящих сокамерников.
Бррр,ну и рожи.Надо это,как его,ну "поставить" себя правильно сразу.
Ну ничего,суки,я вам сейчас покажу как маленького
пугливого еврея притеснять!Особенно если он большой и даже в Люберцах
имеет репутацию конченного отморозка.

Сосед слетел с койки с первого могучего пинка. Отлично. Лед в отношениях
сломлен.
-А? Э? -пучил он на меня испуганные зенки.
-С добрым утром,дядя! -радостно поприветствовал я сокамерника. Кто в
хате старший?
-А? -свет разума пока не зажегся в очах собеседника. Остальные тоже
проснулись и ошеломленно таращились на нас с нар.
-Хуйна! Кто смотрящий,интересуюсь?
-Ккуда?
-Что-куда?
-Куда смотрящий?
Издевается-дошло до меня.Пришлось вломить ладошками по ушам.
-ВСТААААТЬ!!!!-от моего рева задребезжали стекла.
-КТО СТАРШИЙ,ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ИНТЕРЕСУЮСЬ?
-Ннне знаю...
-Тааак. Махновцы,стало быть? -Я бешеным взором обвел камеру. Многие
попрятались под одеяла.
-А почему в хате не прибрано?-опять вклещился я в собеседника. А?
-Ээээ...
-Так. Встал полы мыть.
-Аааа почему я?
-Мне что ли ты предлагаешь? А?
-Ннннет...
-Ну и вперед!
-А чем?
-Майку свою сними и давай!
-Нннне буду.
-Ах так! Нннна!
Истязаемый бросился к двери и отчаянно замолотил в железо кулаками.
-Откройте!!!!
Дверь приоткрылась. Там стоял заспанный вертухай.
-Чего блажишь?
-Тут этот урка-стукач ткнул в меня пальцем-нас щемит. Полы мыть
заставляет!!!
-Ну и помой! Дело то хорошее,одобрил мое начинание мент,и захлопнул
тормоза.
-А ты,выходит,барабан,братец? -змеино зашипел я на ябеду...Ну,суччара!
-Ай! Хорошо! Я буду,буду мыть!
Через полчаса хата блестела. Я восседал на койке,сохраняя начальственный
вид.
-Странно тут все...вертелось в башке. Какие то они не такие...
Зашуганные больно. Уж не в петушатник ли меня мусора затрюмили? И почему
от всех так перегаром несет?
Дверь распахнулась.
-Кто тут Камерер?
-Я.
-На выход.
-На допрос,начальник?
-На расстрел. Варежку захлопни!
Я по блатному сложил руки за спиной и вразвалочку последовал за
вертухаем.
Хм.
Странная тюряга. Кафель везде. За стеной кто то мучительно рыгал. Жутко
воняло "Солцедаром" Ну у них тут и порядочки!
Вдруг из соседней комнаты раздался страшный вой.
-Ммммусора позорныииии! -заходился кто-то в блатной истерике-не подходи!
Загрызу ,суки!!!
Постой тут-мент оставил меня в коридоре и бросился на подмогу. Я
заглянул в помещение. Там трое милиционеров безуспешно пытались сорвать
трусы с какого-то синюшного уркагана. Тот бился как лев. Рядом на эту
битву титанов взирала безучастная стайка нудистов.
-Вась,да брось ты его нахуй-мент замотал прокушенной рукой. Охота ему в
труселях мыться-его дело!

В углу приседал благообразный дедушка. Стоящий рядом санитар руководил
процессом.
-Давай деда,присядь!
Хитрый дед едва согнул коленки и тут же выпрямился.
-Видишь,сынок,нормальный я!
-Деда,попу ниже.
-Деда,не надо попу ниже!-вмешался в беседу победитель. Татуировки
покрывали его с головы до пят. Трусы из рук он так и не выпустил.
-Деда,попу ниже,кому говорю!
-Деда,не надо попу ниже!
Дед обреченно присел на корточки,покачался и брыкнулся на бок. Готов.
-Понятно-откликнулся санитар. Наш человек. В 6-ю тащите его.
-Эх,деда! Я ж тебе говорил-не надо попу ниже!-горько посочувствовал
урка.
Меня скосило. Нет,все же какая то странная тюряга-пробивались мысли
сквозь хохот...
Наконец,меня привели к следаку.
-Вещи твои?
-Мои.
-Где учишься,работаешь?
-В школе. 10 класс.
-Хм. Такой лось? Мы думали тебе лет 20...Рано начал.
-Раньше сядешь-раньше выйдешь!
-Умный,значит. Допрыгался! Теперь на учет в детской комнате милиции
встанешь!
-Я и так давно на учете!
-Рецидивист?
-Жертва произвола!
-Понятно. Пошел вон отсюда!
-Ккккуда?
-Кошке под муда! Домой вали,узник совести! Пусть с тобой родители
разбираются!
-Эээээ....до свидания!
-До скорой встречи,мудила!
В полной прострации я вышел на волю. Обернулся. На стене красовалась
надпись:

ВЫТРЕЗВИТЕЛЬ.

24

Новогодняя история
Мы с женой отмечали Новый год у друзей-соседей. Сынуля, студент первокурсник, воспользовался ситуацией и пригласил к нам домой всю свою компанию на новогоднюю ночь погулеванить. Туда же намылилась подходящая по возрасту детвора наших друзей. Короче, семьи и друзья перегруппировались по возрастному принципу и начали гулянки в разных квартирах в пределах одного подъезда.
После полуночи, повеселившись и погуляв, мы, папаши, отправили жен прибрать поляну. Девочки втихаря решили, что нам уже хватит и с поляны всю бухашку и заныкали. Типа кончилась, всю вы уже слизнули и есть тока шампанское, и то последняя бутылка и давайте её сейчас на всех под пирожки с капустой и допьем. Мы огорчились этой перспективе, потому как самих уже несло и остановится не могли. Тянуло, по традиции, на подвиги. Это когда тело еще способно выполнять прихоти разлулявшегося и расфантазировавшегося мозга. Вышли мы в коридорчик держать военный совет, пока наши жены нам чаек разливали. Понятно, что у меня дома точно еще было и я продвинул идею проникнуть к гуляющим детишкам с целью добыть так необходимый ингредиент для нашего стола.
Понятно, что потихоньку мы уже не могли, не та форма и не то состояние. Поэтому мы шумно ввалились к младшим и пока мои друзья поздравляли очумевших младших с Новым годом, я прямиком двинулся к бару за бутыльком.
Младшие поржали, тока смотрю, а у них на столе тоже чаек, пирожки с капустой и одна бутылка шампанского. Девчушки их явно неодобрительно на нас смотрят. А пацаны на мой бутылёк так зырк-зырк. Сынуля, красавец, пока я осознавал ситуацию, мечет на стол рюмашки и говорит, мол папа, мол давай с детьми по рюмашке за козу. И бутылёк хвать из рук. Присели, выдали длинный поучительный для молодежи тост за их светлое будущее и немедленно выпили. Осмелевший сынок дернул из моего бара еще бутылёк и со словами "это же вам" водрузил его на стол. Бутылек за козу, за всех коз и козочек тоже немедленно выпили. Счет времени был быстро потерян. Мужской коллектив быстро набрал энергию и несся к счастливому новому году с бешеной скоростью. Потом в проеме двери замелькали наши оставленные за чашкой чая жены, потом началось какое-то движение взад вперед между хатами и попытки кого-то куда-то увести или затащить. Шумное движение между этажами не могло остаться незамеченным всем жителям нашего подъезда. Соседи начали подтягиваться со своими резервами и скоро наша квартира напоминала утренний автобус, мчащийся по русскому бездорожью. Счастливые девушки подпрыгивают на коленях своих парней. Водила тостует. Кто-то еще умудряется танцевать в щелях между стульями. Вообщем праздник удался.
Проспался как вся страна к обеду. На столе одни пирожки с капустой, больше ничего не осталось. Меня уже от капусты воротит. Спрашиваю жену, а что это вчера все дамы спиртное прятали, как-то странно себя вели, салаты были все с капустой, пирожки с капустой горами на столе. Оказалось, что большинство наших девчулек смотрело накануне какую-то передачу по телеку, в которой астролог сказал, что Новый год надо встречать трезвым и есть побольше капусты. А то может случиться как в сказке: выпьешь - козленочком станешь и весь год коту под хвост. А если, дескать, капусты до отвала в Новый год не поесть, то денег не будет. Чокнутые, точно. Пытался вставить слово... не смог.
Над головой нависла жена с половником в руке. То есть, я козёл точно и весь год прям с первого дня испортил и нам и нашим друзьям. А то, что она пол ночи вместе со всеми кумарила - я с дружками козлами виноват, втянул невинную девушку в разврат. Она-то как о семейном счастье заботилась и все прахом из-за нас пошло.
Сидим с сыном, давимся пирожками с капустой, вдруг еще успеем год исправить...

25

Как рождаются легенды.
"Некоторые стесняются воровать в армии. Не надо стесняться. Надо
воровать"
А Покровский.

Воровство в армии-это давнее,уважаемое и освященное традициями занятие.Собственно и воровством-то оно называется только при поимке за руку (жопу).Грамотная кража уважительно именуется рождением:
-Где взял?
-Родил!
-Объявляю благодарность!
-Рад стараться-с! То есть,бля,Служу Советскому Союзу!
Как говорится: "В армии не пиздят,в армии проебывают"Как то само собой вышло,что в роте я занимал почетную должность главвора. Назначили меня на нее по анкетным данным. Еврей? Значит должен уметь спиздить все что угодно! На мои вялые возражения,что на гражданке
только по бакланке проходил внимания не обратили. Типа-твои трудности. И не ошиблись. Я оправдал доверие. К концу службы я представлял из себя законченного уголовника. Крадуна со стажем. Уважаемого человека.
Стащить мог все что угодно. Вплоть до Знамени Части.
Спизженное во благо роты менялось мной на увольнения. То есть на гражданке крадунов лишают свободы,в армии наоборот-выпускают погулять.Как то мне поступил приказ "родить топливный насос КАМАЗа".
Неделю я шнырял по окрестностям,пока не обнаружил на близлежащей автобазе обезглавленный грузовик. Сторож-пьянь был выведен в астрал бутылкой водки,предварительно сменянной на ерунду. ТНВД он бы мне за
пузырь не отдал.Несколько настораживала конура,но сторож поведал,что кобель оборвал цепь и уж неделю где то зажигает с телками.
Как только страж отрубился,я принялся откручивать-отвинчивать,воровато озираясь по сторонам. Немного возни-и желанная увольнительная в руках.
Тяжелая,сука...
Ой.
Метрах в тридцати позвякивал оборванной цепью блудодей-кавказец.
Вернулся с блядок,да как не вовремя. Спасло меня то,что кавказ поначалу не поверил своей удаче. Половые излишества ,как известно,пагубно сказываются на умственных способностях и рассеивают внимание.Секунды три он недоуменно разглядывал композицию "Flagrante delicto"
Потом ринулся выполнять свои прямые обязанности. Поздно. За эти мгновения я научился летать. Буквально. Не помню как-но я воспарил над остовом грузовика и огромными скачками понесся по-над свалкой МТС.
Ржавые острые железяки служили мне трамплинами,и,за 5 секунд я перелетел через забор.
Придя в себя,обнаружил,что ТНВД так из рук и не выпустил. Красава.
Обернулся назад и окабурел-преодолеть такую кучу(метров 8 высотой)? Скачками? За секунды? С ТНВД в лапах? Это как?
За горой металлолома бесновался кавказ. В его лае слышались нотки уважения.
Ладно,пора и честь знать. Уй,бля! Оказывается,ногу подвернул при
падении. Легко отделался. Шипя от боли ,поковылял в расположение.
На следующий день нога распухла и посинела. М-дя. Не до увольнительной
точно. Пора в медпункт.

Армейские медпункты-отдельная тема. Там и трупные пятна-это попытка откосить от службы. Но тогда,на удивление,я нарвался на запредельный сервис. Вокруг моей конечности запрыгало аж 3 фельдшера.
-Э? Чо за паника? Тут что,ампутацией дело пахнет?
-Да не. Ты тут не причем. Нас вчера выебли со страшной силой. Ходил тут
один сачок...все на живот жаловался. Тут таких симулянтов-через
одного..
-И?
-Досимулировался ,сука,до перитонита. Его в госпитале еле откачали. Ну а нам пистон вставили от земли до неба.Так что ща как наскипидаренные.Так,я б тебе йодную сетку сделал и нахуй бы послал,но в связи с тем,что...
-Не тяни.
-В госпиталь тебя отправлю. На рентген.
-Ну и ладно.
-Тут такое дело...
-Что?
-Понимаешь,тебе фиксирующую повязку надо,а у меня лангеты на ногу нет.
-Да и хер с ней...Так дойду.
-Что бы меня еще раз выебли? Ну уж нет.
-Что ты предлагаешь?
-Ну,для ноги у меня нет,а вот для перелома позвоночника-есть. Не
возражаешь?
-Да валяй!
Выносят реальный скафандр и начинают пеленать. За 5 минут меня
превращают в мумию.
-И как я пойду?
-Не ссы,мы тебя отвезем.
Носилки,медицинская "буханка",ехать недалеко-и мы в госпитале.Подносят к кабинету хирурга. Там очередь. У кого рука на перевязи,кто на костыликах. А тут я.В бинтах от ушей до пяток. Народ сочувственно шушукается.
-Браток,где это тебя-ТАК?
Умирающим шепотом сипло ответствую:
-Краном прищемило...
Пускают без очереди-и санитары ногами вперед затаскивают мое бренное тело в кабинет. Хирург в растерянности.
-Аааа,почему не в реанимацию?
-Сказали-к вам.
Начинает распеленовывать с головы.
-Тут болит?
-Нет. Ниже.
-Тут?
-Еще ниже.
Проходим все тело до ступни. В углу растет куча из бинтов.
-Тут?
-Да!
-А зачем они тебя замотали-то так?
-Ну,говорят,лангеты на ногу нет. Только для позвоночника...Ну и...
-АААААААА!!!! ДЕБИЛЫЫЫЫЫЫ!!!!
У врача истерика. Он всхлипывает в углу,бормоча про то,что стране нужны герои,а пизда рождает дураков...Наконец,находит силы осмотреть мою ногу.
-Обычное растяжение. Сейчас перевяжу-и шагай. Дня три поболит-перестанет. Свободен!ЭЭЭ! Куда пошел?Носилки и бинты забери!

Вываливаю из кабинета с носилками под мышкой. Народ столбенеет. Глаза у
всех-как блюдца. Сказать,что я их удивил-ничего не сказать.Докручивая репризу ору в кабинет:
-Спасибо,доктор! Вы спасли мне жизнь!!! Я назову в честь Вас своего
сына!!!
Поворачиваюсь к очереди и рявкаю:
-ДА ЗДРАВСТВУЕТ СОВЕТСКАЯ МЕДИЦИНА!!!
Толпа в ужасе отшатывается от исцеленного. Слышится чей-то выдох-
"Чудо!"
Некоторые крестятся.
Радостно,вприпрыжку,скачу по коридору,размахивая носилками.
Вот так,наверное,и рождаются легенды.
Аминь.

26

«Они сражались за Родину»

В 2000 году Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) надумал провести свой очередной годовой отчет в Риге. Для этих целей он практически арендовал весь город с 19 по 22 мая. Я точно помню эти даты, потому что как раз таки в эти даты моя мама родила своего младшего сына, то бишь меня.

Мой шеф - личность далеко незаурядная, в свое время прикупил банк, в котором я имел честь работать, через этот банк понахватал кредитов у ЕБРР (и не только) на свои аффелированные компании. Далее за свое нестандарное ведение бизнеса он поплатился банком, ну а я, проявив не дюжую стойкость и выдержку в процессе банкротства последнего, получил приглашение продолжить работу в его разностороннем бизнесе на правах финансового менеджера.

Дальнейшие события моей истории пройдут в Риге, куда мы были приглашены на правах клиентов-должников ЕБРР, точнее приглашен был шеф, ну а я, как бесплатное приложение, должен был сопровождать лицо приближенное к Императору во всех его латвийских похождениях. Нам забронировали номер в отеле Radisson, на первом этаже которого было казино, где шеф проводил ночное время, разумеется и я тоже. Днем шеф отдыхал зарывшись в дорогой сатин, ну а я спал на различных семинарах и лекциях и вечером кратно излагал материал, который я успевал выхватить из потока информации, пребывая в состоянии тяжелого недосыпа.

Мой день рождения, с учетом обстоятельств протекал буднично, утром я как обычно понабрал на завтрак целую гору мясных и рыбных деликатесов (шведский стол входил в стоимость), а вторую часть моего рижского завтрака составляла полная тарелка свежих ананасов и консервированных персиков. Я заметно выделялся из толпы делегатов-европейцев, которые скромно попивали кофе и грызли круасанчики, но мне было плевать, и ножом я пользовался по настроению…

Покончив с завтраком и покрыв его доброй чашкой кофе, я сытно рыгнул и побрел на улицу, где уже стоял один из многих специальных автобусов, которые курсировали по всему городу и развозили делегатов по местам выбранных семинаров и лекций. На груди у меня болтался бейджик - id-card, который означал, что я, мать его, крутой гость и отношение ко мне должно быть исключительно любезное и гостеприимное. День, как я уже сказал, прошел буднично, ну а вечером мы забрели в один уютный итальянский ресторанчик отметить мой день рождения.

Я с аппетитом поглощал телятину, ну а шеф ковырял лазанью:
- Что тебе подарить?
- А я уже себе купил подарок от вашего имени, – ответил я, показывая RayBan за 150 баксов, купленные на подотчетные средства в Москве за два дня до приезда в Ригу.
Шеф немного поморщился, видимо он рассчитывал отделаться магнитиком на холодильник:
- Мда…, ты у меня дорогой сотрудник, – тактично заметил он.
- А то! – подумал я - верность и любовь нынче дороги!

Далее, до двух часов ночи мы просидели в «нашем» казино, где администратор подогнал бутылку Ballantine’s, а местный персонал, выстроившись в линейку пропел «happy birthday», ну и напоследок мне и шефу подарили по галстуку работы местного мастера с элементами игорных атрибутов. Думаю не надо говорить о том, что это был классический «развод» клиентов и в этот вечер, расчувствовавшись, мы оставили в казино приличную сумму, точнее не мы, а шеф, ну а я, как верный помощник, помогал ему сеять бабло не на то поле, причем достаточно активно.

Выйдя из казино с бутылкой ирландского пойла, двумя аляпистыми галстуками и с горьким привкусом проигрыша, шеф глянул на часы. Времени до отлета домой было еще предостаточно, спать не хотелось, а лазанья, съеденная накануне вечером, давно уже превратилась в конечный продукт жизнедеятельности:
- Я бы съел чего-нибудь, ну и посмотрел варьете или стриптиз какой-то, - задумчиво произнес шеф.

Вот с этого момента и начинается самое интересно действо моей истории, до этого все - лирика, поэтому прошу извинить автора и не нажимать «нет» внизу раньше времени…

Таксист внимательно выслушал наш каприз, глянул на наши бейджики и с многозначительным взглядом изрек:
- Надо ехать в Юрмалу, это 30 минут езды…
- В Юрмалу, так в Юрмалу - говно-вопрос, - скажи он нам, что надо ехать на Северный полюс, мы бы и туда поперлись, если бы время позволяло.

Привез он нас к небольшому особнячку, одиноко стоящему на лужайке. Встретил нас внушительного вида малец, вид у него был грозный, но гостеприимный, он завел нас в совершенно пустой от посетителей холл, где в углу стоял шест. На шесте изгалялся какой-то смазливый блондинчик в обтягивающем и сверкающем костюме, играла приглушенная музыка - короче, привезли нас в бордель.

Посещение борделя в наши планы не входило, мы растерянно переглянулись и завалились на ближайшие диванчики, тут появилась сомнительная личность и поинтересовалось чего бы мы хотели.
- Нам бы поесть чего-нибудь, - обреченно сказал шеф, понимая, что здесь подают совсем не Венский шницель.
- Да конечно, сейчас привезут, – любезно, но грустно сказал администратор.

Через полчаса нам привезли пищу, понятно, что ее заказали у какой-то конторы по развозу ужинов на дом, и она вообще не впечатляла, мальчик на палке стал надоедать своими обезьяньими движениями.
- Что-нибудь еще? – поинтересовался услужливый тип.
- Нет, пока ничего – буркнул шеф.
- Извините, а вы откуда к нам приехали? – типу наверное было любопытно, что за идиоты в три часа ночи приезжают в бордель поужинать.
Шефу бы следовало соврать, а не выдавать наше резиденство…
- Ааа, – понимающе произнес тип, у него в голове все стало на свои места, он окончательно потерял к нам интерес и удалился.

И вот в этот момент шеф произнес сакраментальную фразу:
- Что этот козел подумал о нас? Мы что из Страны импотентов!?...

Есть несколько правил успешной карьеры, одно из них гласит: «Если шеф начинает говорить сакраментальные вещи, то ему перечить не надо»:

- Скорее всего, шеф.
- Нет, думаю, придется нам постоять за ее честь! - пафосно подытожил он.

Что-то подобное говорил Джон Ф. Кеннеди: «Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя. Спроси себя, что ты можешь сделать для нее».

Я утвердительно кивнул, патриотизм медленно, но верно заполнял мое тело снизу вверх, надо отдать должное, шеф умел мотивировать своих подчиненных.

"Сражаться за Родину" я пошел первым, зажимая в руке 50 лат, как противотанковую гранату. Танк мне попался хороший, передний броне лист миллиметров так 150-200... в эту ночь ВВП Страны стал беднее на 150 лат, но, как говорится, честь дороже золота.

На рассвете мы вылетели из Риги и уже глубокой ночью приземлились в нашем родном аэропорту. Я вышел на трап и устало вздохнул. Ставшая мне родной благодатная земля встречала своих героев теплым, южным порывом ветра. Спи спокойно, Страна!

23/11/2014

27

Полдня из жизни мужика

Поздний вечер. Лестничная площадка третьего этажа.
Я стучу в находящуюся в предсмертном состоянии дверь
_Кто там? Кому сегодня не повезло?_ грозно спросила жена
__ Емельяненко, Федор!_ ответил я!
_ Какой Федор?_ переспросила из за двери жена.
_ Который тебя не боится!_ сказал я.
_Те, кто меня не боялся, уже на кладбище лежат, угрожающе пробурчала жена.
_Я шучу, Мань
__ Я тоже, пошутила, ха_ха_ _ответила Маня и открыла дверь впустив меня.
Жена у меня была очень больших размеров, так как, всегда доедала! С нами жили два ее «родных» брата! Все трое, были очень похожи друг на друга, по росту, габаритам и внутреннему миру! Она, двухкамерный холодильник и платяной шкаф!
_Ветра вроде нет, а тебя опять качает!_ говорит жена.
_ А это бабочка сзади летает, и, наверное, крыльями сильно машет. Ветер подымает! И как она сюда попала?! Не понятно!_ ответил я.
_ Ты еще скажи, что Карлсон к нам залетел! Знаешь чем ты, от вампира отличаешься?_ спросила супруга.
_Тебе лучше знать, ты же чаще с питомцами змеиного серпентария возле подъезда общаешься!_ отмазался я.
_ Ты вперед водку пьешь, а потом у меня кровь сосешь, вампир алкогольный!_ и с ходу треснула меня кулаком в челюсть.
Так близко, свой плинтус на полу, я видел впервые, да и таракан мое лицо, который от страха сиганул в щель, когда я подбородком снес крыльцо его дома!
_ Манюся, хватит, меня ведь уже ребята во дворе не узнают, они думают, что я спарринг-партнером Валуева работаю!_ встав, пробубнил я.
_ Извини, я нечаянно, муху хотела отогнать, Аль Пачино хренов!_ потирая, сплав костей и жира называемый кулаком, ответила супруга.
_ Сама ты Чипполлино, еще раз, хотя бы комара попробуешь отогнать, я шмеля, …_ не успев договорить, я опять полетел. Приземлятся, выпустив шасси как самолет, то есть руки вперед, я уже умел!Вскочив на ноги, я стал, уклоняться от ее мощных ручищ которые создавали, аварийную ситуацию моему черепу! В таком пьяном состоянии, я мог сразиться разве только что с тремя муравьями, и то было неизвестно, кто кого одолеет! От страха я схватил деревянную швабру и отмахиваясь случайно ударил ею по голове своей ненаглядной. Вдруг, то ли от столкновения двух родственных по содержанию предметов, то ли от ненастной погоды, что то в ее башке перемкнуло, и она как заорет
_ Ты что, решил из моей головы копилку сделать?
__ Шершень, Мань летал, извини!
_Я уже хотел, было, по потолку уйти, что у меня получилось бы, но мощный пол-литровый плевок пущенный Маней, словно снаряд, отбросил меня со спасительного потолка в самую большую комнату! Закрыв изнутри дверь в комнату, и подперев ее мощным дубовым комодом, я успокоился в надежде, что эту баррикаду, ей не одолеть. Ох, как я ошибался! Терминатор был детской игрушкой по сравнению с моей Маней! Первой погибла дверь, комод тоже лег на пол тонким блинчиком! Жена сразу же заполнила своим телом все помещение, прижав меня животом к стене. Развернуться было негде, хотя в отсутствие жены, мы с друзьями играли в футбол в этой комнате и довольно сильно уставали, бегая по ней! Рванувшись из последних сил, я вскочил на подоконник и открыл окно!
_ Мань, я спрыгну с третьего этажа и если ничего не сломаю, побегу и брошусь под поезд, ведь там у меня больше шансов выжить, чем драться с тобой!
И тут жена неожиданно громко заплакала. Мне стало ее жалко, и я потихоньку подошел к ней. Маня, обняв меня, продолжала плакать, и мне показалось, что в сильный ливень два слона положили свои хоботы мне на плечи!
_Манюся, ну хватит, соседей зальем, вон посмотри, уже лужа собралась, у меня ноги промокли!_ успокаивал я жену.
_ Ну почему у нас все не как у людей? А? А лужа эта от тебя, это твой организм физиологически сработал на чувство страха!_ огорошила меня жена!
_ Дааа! Вот умница, не зря ты в детском садике первой догадалась, для чего горшок нужен. А я всегда думал, что это каска с ручкой для детей, на случай войны!_ сгорая от стыда, сказал я.
_ Милый, перестань пить, ведь все соседи жалуются, что в близлежащих магазинах водку не могут найти, говорят, муж твой, все скупает и выпивает!_ бубнила супруга.
_ Ну, ты Мань загнула, соседи наговаривают, а вон Васька Тихий с пятьдесят седьмой квартиры, водку с ведра пьет, а потом дома фейрверки устраивает и с женой до утра по детской площадке во дворе в догонялки играет! И вообще фамилию свою не оправдывает, а у Андрюхи Лиходеева с четырнадцатой, жена бутылку берет и, придя, домой, говорит «ну что дети? Кто не пьет, тот не закусывает!» а ты говоришь, муж у тебя плохой. Не зря я в школе тринадцать лет учился, я еще ого го, вот так то!_ гордо ответил я.
_ А кто у нас во дворе постоянный чемпион по литрболу? И в школе ты три раза на второй год оставался!_ спорила жена.
_ Мань, ты меня хвалишь или мою биографию рассказываешь?_ не унимался я.
_ Нет, я перечисляю десять причин как выйти замуж и стать несчастной!_ ответила Маня.
_ Я кстати, когда женился, тоже не думал, что буду жить с бомбардировщиком! Сколько раз я тебе говорил, не бери продукты мешками. Посмотри сама, ларек, который год назад возле нашего дома поставили, в котором ты наши деньги меняешь на еду, превратился в огромный супермаркет! Манюся, пойми, они на твоем аппетите состояния делают!__ убеждал я. _ Ну, ты тоже, ихней водкой свою печень с утра до вечера тестируешь!_ наезжала жена.
_ Скажу точнее, проводим дегустацию алкогольной продукции от разных производителей, а после этого обсуждаем выпитое, и если возникают спорные вопросы, ищем денежные средства для покупки объекта спора что бы продолжить научные исследования воздействия той или иной продукции на организм!_ сказал я.
_ Вау, да что ты говоришь!_ у Мани отвисла челюсть!
_ Да, жена! Я продолжу, так вот я недавно смотрел передачу про лечение страдающих ожирением слонов. Оказывается, как я подсчитал, ты съедаешь в час на килограмм своего веса, больше, чем бегемот за целый день! Вот так то!_ быстро проговорил я.
_ Ба! У меня муж оказывается, ученый! А ты с насосом промышленным соревнования не устраивал? И не надо, потому что знаю, что ты выиграешь! Ведь если, то, что ты выпиваешь, отправить на перерабатывающий химзавод, то он через неделю сломается! Потому что не выдержит всего этого яда!_ спорила жена.
_ Я опять не понял, ты меня хвалишь или мои достоинства перечисляешь?­_ спросил я.
_ Нет! Признаюсь!_ прокричала супруга.
_ Это бывает редко! Хвалю! А в чем?_ спросил я.
_ А как ты думаешь, как будут звать женщину, которая вышла замуж за дурака?_ задала вопрос жена.
_ Озвучивать при тебе, я конечно не буду, потому что это вредно для моего здоровья! Но Манюся что у тебя за привычка придумывать людям новые имена? Не надо пользоваться тем, что окружающие делают вид, что тебя не слышат! А если кто уже услышал и в ответ что сказал, то они уже пожалели, что у них уши есть и ребра!_ сказал я.
_ Это ты про свой пьяный зоопарк говоришь, который, когда меня нет, ты сюда приводишь?_ угрожающе спросила жена.
_ Нет! То есть да! Это ведь мои друзья! И вообще, Мань, с тобой страшно разговаривать без дубины в руках!_стыдливо ответил я.
_ Они просто, очень на зверей похожи, один ползает по полу как червяк, второй в сугробе постоянно спит словно пингвин, третий всегда мычит подобно быку, четвертый как хамелеон, цвет лица меняет постоянно, то зеленый, то красный, но в основном синий! И вообще, у них имена есть?_ спросила жена.
_ Милая моя, конечно, просто они не успевают представиться! Страх перед тобой, рождает у них такую любовь к родной земле, что они стремятся к ней прямо с нашего балкона и даже не обращают внимания на то, что мы живем на третьем этаже!_ ответил я.
_ Да, наконец, то, я поняла, почему у нас внизу весь асфальт и бетон разбитый! Ну и как их принимает наша планета?_ спросила супруга.
_ Кого как, даже жертвы есть, они же без парашютов прыгают! У беременной кошки Муси от страха, на бегу раньше времени котята, тоже десантировались! Ну а основные жертвы понес муравейник, сколько погибло, я не знаю, не считали, но после этого они переехали на соседний газон! Саша Козлов после последнего полета ногу сломал, потом когда в больнице лежал, пить бросил! Мы его теперь «мессершмитом» называем! А Костя «Шрэк» в полете своими немаленькими ягодицами зацепился и оторвал у тополя толстую трехметровую конечность! Представь, он лежит в воронке и не чувствует от боли свое стопятидесятикилограммовое тело, как ему на голову падает еще и гнездо! Но это еще ничего, но вот когда ворона подлетела к нему и стала пытаться клюнуть его в глаз, вот тут он начал дико орать, видать, не понимая, почему вместо белой белочки появилась черная злая ворона! Ну, ее тоже можно понять, она как добропорядочная «ипотечница» три года прилежно собирая веточки, строила жилье, и уже хотела справить новоселье, и тут ей на голову грянул «кризис» в виде ягодиц Кости «Шрэка»! _ отвечал я.
_ Неужели все, прямо таки спрыгнули? Вот не поверю!_ допытывалась Маня.
_ Ты права! Генка Каланча, ты его один раз у нас в подъезде со мной застала, вспомни, ну ты его еще конфетой угостила и в детский садик повела, что бы узнать, кто ребенка пьяного на улицу выпустил, и его там, его младшая пятилетняя дочь узнала? Вспомнила? Ну вот, он оказывается, в кармане моей куртки спал, когда ты пришла! А еще Витька «толстяк» с краю стены обои отклеил и там спрятался, а ты еще потом жаловалась, что клей некачественный попался и что обои пузырями пошли. И потом полчаса руками пузыри выдавливала пока даже штукатурка на стене под обоями не выровнялась! Хорошо Витька «толстяк» чуть толще школьной тетрадки, а так бы вместо клея пошел бы! Я их потом когда ты легла кровать охранять, эвакуировал!_ пояснил я.
_ И что они все в нашу квартиру лезут? После вас, как будто после обыска, все вверх дном! Как будто вам на улице места мало выпить! А?_ угрожающе пытала жена.
_ Мы Мань, поклонники Бахуса, народ отовсюду гонимый, как правило, постоянной среды обитания у нас нет, и поэтому мы ищем тихие «островки» где мы обсуждаем проблемы общества и семьи!_ ответил я.
_ Знаю я ваши обсуждения, или встреча «выпускников» после очередной отсидки, или в карты играете, а потом на крыше всю ночь на весь квартал кукарекает кто-то!_ возразила жена.
_ А что это мы все про меня да, про меня? Вот ответь мне милая, почему я по утрам уже две недели не могу в своей квартире найти носки? Мне легче в спальне могилу Чингисхана отыскать, чем свои родные носки!_ перешел я в наступление.
_ Ну, правильно, если ты, в них не снимая, уже полмесяца спишь! Я тебе каждый день говорю, что бы ты их поменял, грохот такой стоит, когда ты в них дома ходишь, и полы ими уже все поцарапал!_ огорошила жена.
_ Вот Мань, везде ты права, и умная и красивая, а почему ты свою прекрасную фигуру, таким толстым жира замаскировала? Или ты как тюлень на северный полюс зимовать собралась?_ спросил я.
_ Да ты на свою голову посмотри! Что это у тебя там выросло? Джунгли, тайга? Или передвижной домик для насекомых? И не расчесывайся дома, мне эти тонны пыли каждый день пылесосить надоело! Если стричься не хочешь, так хоть моль там заведи, что бы все поела, а лучше сунь свою непутевую голову под комбайн, да так, что бы сразу налысо как у Фантомаса, да или вообще можешь без башки! Все равно ты ею не пользуешься!_ начала распаляться супруга.
Я понял, что надо ее успокоить, но обида за ее слова, давила меня изнутри.
_ Маня, милая прости меня, я только сейчас понял, что ты набираешь вес не по дням, а по часам, ради меня! Ведь с твоей грузоподъемностью и ударной силой я могу с тобой спокойно ходить по ночным улицам и даже гонять банды хулиганов! Как я раньше этого не понимал? А помнишь месяц назад, ты упала возле соседней пятиэтажки и у нее лопнул фундамент в двух местах? Ну, Мань, ты голова! И откуда ты знала, что в этом доме живет мой обидчик? Землетрясение можно предугадать, а твое падение нет! Вот классно, Мань ты у меня супероружие!_ радостно произнес я!

_ Все сказал?_ строго спросила жена, уперев руки в бока.
_ А что? Репрессии начнутся?_ отодвигаясь, спросил я.
_ Да нет, уже поздно твоим воспитанием заниматься! Сам укроешься или помочь?_ загадочно спросила Маня.
_ В кровати, одеялом?_ радостно и тихо спросил я.
_ Размечтался! В могиле, землей! Как ты меня достал!_ свирепо ответила жена.

28

Николай Георгиевич Зимин распахнул дверь автомобиля, монолитным движением выскочил на свежий снег немного убранного тротуара, выпрямился и приобрел совершенно респектабельный вид элитного телохранителя. Пожалуй, даже слишком элитного, судя по костюму и ботинкам.

На самом деле никаким телохранителем Зимин не был, никакое тело охранять не собирался, а из машины вылез только потому, что не хотел слушать трепотню чужого водителя, когда злился на своего. Утро у Зимина не задалось – за ним не пришла его машина.

С водителями Зимину не везло. Любому бы не везло на его месте: подчиненных следует, если не воспитывать, то держать в строгости, а Зимин, одиннадцать месяцев в году проводил в далеких командировках и ни воспитывать, ни проявлять строгость к своим московским водителям не мог. Да и не хотел, пребывая в благостном расположении духа от возвращения домой.

Поэтому его водители вовсю пользовались благодушием начальника, наглели, его самого «подхватывала» по утрам директорская персоналка, а он сейчас походил на телохранителя и ждал пока генеральный выйдет из дома.

Принять заместителя генерального директора строительного треста за личного охранника мог бы и человек наблюдательный. Любое движение Зимина выдавало изрядное спортивное прошлое, а полная расслабленность и легкая меланхолия лица говорила о постоянной готовности к драке. Драться Зимин умел. С детства он серьезно занимался карате и русбоем, потом ездил в Японию изучать айкидо. А сейчас чуть раскачиваясь мерил тротуар пружинистыми шагами, попадая до миллиметра в собственные следы.

- Если бы не ветер, была бы приличная холодная погода, а я ни капли не похож на охранника, - Зимин вздохнул, посмотрел на часы и хотел было… Он хотел, а его легко ударили по затылку. Легко. Легко, потому что за какое-то мгновение до удара Николай что-то почувствовал и успел немного присесть, наклоном головы уходя от опасности.

С быстротой, не свойственной обычному человеку, Зимин обернулся, готовый ко всему. Прямо на него. Вытянув руки вперед, как бы пытаясь схватить улетающий мяч. Бежал крупный мужчина с совершенно пустыми глазами, как вратарь сборной России, пропускающий третий, все решивший навсегда гол.

- Зомби! – мелькнуло в голове у Зимина, - нет, какое, нахер, зомби на таком морозе, Delirium tremens, скорее, – горячка белая. Хорошо, что я попался, а то могли бы пострадать невинные люди.

Айкидоки думают быстро. Некоторые, глядя в кино на Стивена Сигала, даже считают, что они вообще не думают, а только действуют. Поэтому чуть не добежав до Николая Георгиевича мужчина поднялся в воздух, описал вокруг Зимина сложную дугу, перевернулся и воткнулся головой в сугроб, как для него построенный заботливым дворником из снега и окурков.

Этот прием со сложным и красивом названием в техниках айкидо в русбое называется просто. «Флюгер».

Этот флюгер и изображал из себя наполовину торчащий из сугроба мужчина, покачивая ногами в такт ветру, жестами и мычанием пытаясь выразить полное несогласие.

- Мы муак – промычал затихая в сугробе мужик, а Зимин выпрямился и привычным щелчком сшиб с плеча строгого пальто несуществующую пылинку.

- Убили! – раздался откуда-то сверху громкий голос, - Убииилиии! Отойди от него убийца, а то в милицию позвоню! – истошно орала какая-то женщина на громкости, приближающейся к пределу выживаемости человека.

- Чего им звонить-то, - проворчал оглушенный криком Зимин, - им и так прекрасно слышно. И поднял голову, чтоб найти источник звука,

- спокойно, девушка, я совсем не пострадал! – Он протянул руку, жестом победившего бетмена, успокаивая невидимую женщину. И тут же присел, опять почувствовав опасность сзади.

На этот раз он успел. И над его головой. Задев только волосы. Медленно пролетела белая электрическая розетка, прилепленная к квадратному куску десятимиллиметровой фанеры. Розетка летела так медленно, что отчетливо было видно «220 В» написанные красной краской.

От розетки. На верх. В открытое окно шестнадцатого этажа тянулся белый провод, а из окна в сторону «нисколько не пострадавшего» Зимина по-прежнему неслось «убиилииилии».

Николай Георгиевич проследил направление полета розетки. Метрах в десяти от него стояли жигули-двойка с открытом капотом. Рядом, прям на снегу лежало зарядное устройство с функцией запуска. У Зимина когда-то было такое же. Только он не спускал удлинитель с шестнадцатого этажа, чтоб завести машину. Это не безопасно. Особенно при сильном ветре.

- Милицияя! Мииилициия! – неслось с шестнадцатого этажа и эхом билось в ущелье типовых многоэтажек.

- Хотела ведь позвонить, а не орать, - ворчливо подумал Николай Георгиевич, мощным рывком вынул мужчину из сугроба, быстро смахнул у него со лба прилипший окурок, ловко прыгнул в машину и сказал ничего не понимающего водителю:

- Гони, Вовка, мы шефа с другой стороны дома подождем. Я ему позвоню.

Большой черный автомобиль тронулся, Зимин откинулся на кожаном, в цвет его пальто сиденью и улыбнулся. В зеркало заднего вида ему было видно как немного испачканный снегом крупный мужчина, грозит кулаком куда-то вверх, подпрыгивает и снова бежит ловить носимую ветром розетку на белом проводе.

День начинал налаживаться.

29

Когда я учился в 4-ом классе, у меня случилось воспаление аппендицита.
Итак, операция. Привезли меня в операционную, надели маску для наркоза, и постепенно моё тело начало заволакивать какой-то негой.
Вообщем, я чувствую, что отрубаюсь. Вдруг надо мной включили яркую лампу, и я, испугавшись, что меня прямо сейчас начнут резать, закричал:
- Подождите, я ещё не уснул!
Последнее, что я слышал - это хохот врачей.

30

Некоторые читатели воспримут эту историю как фарс и стёб, но поверьте - так и было...
А не поверить моему старому другу, эмвэдэшнику в запасе Тарасу Юрьевичу, к которому я как-то зашёл на ведёрко кефира, просто нельзя. Расположившись на кухне за столом у старой доброй батареи, нагретой волшебниками ЖКХ по случаю наступления зимы, мы предались распитию кисломолочного продукта и просмотру программы Время, в которой тандем карликов в целях рекламы предвыборной компании косил на комбайнах кукурузу. Изрядно захмелевший после третьего стакана Тарас Юрьевич вдруг вскочил со своего места, посмотрел на меня осоловевшими глазами и заговорщицким голосом произнёс:
- А был я, Винстон, в ваших северных краях, был, понимаешь?! Только ты об этом никому, тсссс, это была операция под грифом "совершенно секретно"!
От неожиданности я чуть не уронил ведро с кефиром. Дрожащими руками кое-как налив ещё по стакану, моё тело растеклось по уютной табуретке, а мозг изготовился внимать х-файлы.
- Так вот, Винстон...- история Юрьевича водопадом Виктория полилась в мои ухи...
...К нам в Центр поступила информация о том, что на берегах Колымы какая-то сволочь вытаптывает посевы морозостойкой кукурузы и меня срочно направили на поимку негодяя. Прибыв в Магаданскую область первым ледоколом, я не медля ни минуты выдвинулся на лыжах в район дислокации кукурузы для осмотра места преступления. Добравшись, стал ходить вдоль края посевов в целях обнаружения хоть каких-нибудь следов.Тем временем на плантацию быстро и неотвратимо опустилась долгая северо-восточная морозная ночь, пробиравшая до костного мозга. Вдруг, в 72 метрах от меня мой чёткий слух уловил шорох кукурузного листа. Мамонт!? Не! Негр! Голый босоногий негр!!! Из-за кукурузного ствола блеснула белозубая улыбка, ставя точку в догадках. Гнида черножопая, значит это ты пакостишь! И мамонтов тоже ты вытоптал - ведь куда-то они исчезли! Оттренированным до автоматизма движением, я выхватил из-за пазухи каменюку осколочного типа, прихваченную на всякий случай ещё в порту на большой земле, и метнул в сторону улыбки. Щит! - негр взвыл, выплёвывая зубы, и галопом унёсся в кукурузные джунгли. Я бросился в погоню, не отдавая себе отчёта в безрассудности сего действия. Уже через полчаса взмок, как лошадь на ипподроме, беготня на лыжах за африканским зайцем, петлявшим и путавшим следы - бесперспективное занятие.Мало того, я понял, что заблудился. Поднявшийся ветер заметал следы не только этого гада, но и мои, наводя тоску в размышления. Мороз крепчал, серебристый свет луны абсолютно не грел. Назойливые мохнатые комары покусывали сквозь валенки и ватники, усугубляя положение. Первый раз я жалел, что прогуливал астрономию и ОБЖ, ведь мог бы сейчас спокойно выйти из кукурузы по звёздам и мху, а так... Одинокая горькая слеза покатилась по щеке и замёрзла в щетине. Идти наобум без толку - не средняя полоса России ведь, тут на полградуса ошибёшься и всё, либо к белым медведям на обед выйдешь, либо к китайцам в плен, это вам не спирт бодяжить. Ещё нестерпимо чесалось левое яйцо. Говорят, к повышению в звании - мелькнуло в затухающем сознании, но лезть в ватники было уже лень, да и не к чему. И тут... "В Магадане полночь, в эфире Радио Шансон и программа "Только для вас". И у нас в студии первый дозвонившийся! Алло, это Сивый! Будьте так любезны, поставьте для сбежавших пацанов из пятого барака композицию группы Тату *Нас не догонят*..." Радио??? Радио!!! Сознание резко вернулось, разогнав туман в голове. Теперь я знал, в каком направлении идти! И я рванул! Но буквально через 39 метров обо что-то зацепился лыжами и полетел кувырком. Да это же негр! Паскудник свернулся калачиком и сопел праведным сном, присыпавшись снежком, совсем рядом с тем местом, где я замерзал. Спеленав кантуженного ударом лыж паршивца резинкой от трусов, закинул его за плечи и двинулся на звуки радио. Спустя каких-то пару часов мы его уже были готовы допрашивать. Мы - это я и местный старый кагебэшник Юрий Тарасович. Допрашивать решили с пристрастием - напоив водкой. Дык эта падла, замахнув беленькой, икнула и выключилась, упав со стула. Пришлось отложить допрос до утра, с нескрываемым желанием устроить ему пытку похмельем. Уж апосля этой процедуры любой шпион точно прекращал любое сопротивление, сдавал все свои аэродромы и переходил на нашу сторону. Но ночью сельскохозяйственный вредитель умудрился сбежать, напугав до смерти чукотских пограничников, создавших по окончании службы секту "Свидетели. Просто свидетели", перескакать по льдинам пролив и в последствии сделать за океаном фантастическую политическую карьеру. В звании меня, кстати, повысили, а вот в награждении медалью "За спасение кукурузы" отказали...
Тарас Юрьевич замолчал, стеклянным взглядом уставившись в экран. По телевизору шёл сюжет о выступлении Барака Обамы в конгрессе США.
- Суууууука! - Юрьевич выдыхнул и опрокинул в себя стакан...

31

Сквотское отношение к жизни.

"Сквотирование, или сквоттинг (англ. Squatting) — акт самовольного заселения покинутого или незанятого места или здания лицами (скваттерами или сквоттерами), не являющимися его юридическими собственниками или арендаторами, а также не имеющими иных разрешений на его использование. Сквот (англ. squat) — нелегально занятое помещение."
Википедия.
Недавно свернул на Краснопролетарскую-давно там не был. Заностальгировал. Лет 20 назад там еще находился широко известный в узких кругах сквот художников и музыкантов под председательством Санька из "Рубиновой атаки".
Сквот был нетипичный-там собирались люди серьезные и обстоятельные. Не то что в других заведениях подобного рода-глядя на их обитателей я сразу вспоминал фразу бабушки-"писатели,поэты,художники,музыканты и прочая сволочь"
Санек ,к примеру,еще при Советчине через каких то посольских баб,коих он охмурял пачками,получал с Европы гитары Фендер и Стратакастер-и фарцевал ими (гитарами а не посольскими бабами) вовсю. Посколь государство обеспечивало Сане монополию-то и драл он за инструмент втридорога. А что делать? Советская гитара Урал годилась больше для обороны,чем для творчества. Что и нашло отражение в одной песне :
Ты, Рейган, нас в натуре задолбал!
А если двинешь на Россию танки -
Навстречу выйдут батальоны панков,
Вооружённые гитарами "Урал"!
А хочешь на гитаре играть,а не бречать-одна дорога к Саньку. Саня,понятное дело,процветал.
В хате был сделан ремонт-загляденье. Я такого ни до ни после не видел. Что то уникальное. Кухня,например была выполнена в норманнском стиле-закопченные балки,дубовые скамьи,столы,шкуры и холодное оружие на стенах.В стену между кухней и спальней воткнули дубовую бочку с дверцами-для подачи еды совокупляющимся. Об этой бочке речь ниже пойдет.
Плюс-лестница на крышу дома(прорубили люк-и там веранда с шезлонгами),плюс-настоящий бассейн -метра три на четыре-и это в городской квартире!
В общем-крутизна неимоверная.
Саня при таких делах настолько оборзел-что пользовался исключительно импортными тетками. В основном-посольскими,таким образом сочетая дело и удовольствие.
Отечественными производительницами эстет брезговал.
Саша был один из немногих тогда,кто мог не покривя душой сказать-"Да я всю вашу Европу на хую вертел"
На моей памяти Саней и присными было оттоптана половина служащих посольств Европы-начиная от культурного атташе Испании,до каких то французских секретуток.
Не забуду сцену,как Саня прихватил какую то очередную социал-демократку,жареного гуся,бухло и заперся с ними в бассейне.
На всю ночь.
Под утро мы заволновались-на стук не отпирают,на вопли не реагируют-и тишина там какая-то зловещая. Пришлось ломать дверь. Картина впечатляла-в бассейне плавали бутылки,Саня,демократка,и недогрызенный ими гусь.
"Приходи,Маруся с гусем,поебемся и закусим"-озаглавил Смолин сей натюрморт.
Причем с инобабами Александр был строг ,но справедлив. Никакого феминизма-они у него и полы скребли и посуду мыли. "У мине не в Брюсселе,говаривал Санек,вытирая об бороду сальные пальцы-шире жопы не пернешь!"
Одна непокорная австриячка закатила было истерику ревности,застав Сашу на чешке(у них давние счеты между странами-что и сыграло роль),за что была сурово наказана телесно.
Саня напоил мятежную до бессознанки,раздел бесчувственное тело,трудолюбиво измазал ей всю тушку от пояса и ниже ( с жопой включительно) чешуей,используя вместо красителя зеленку.
Инсталляция называлась "Русалка" Потом,завершающим штрихом был селедочный хребет ,воткнутый австриячке догадайтесь-сами-куда.
Неведомым образом все это сходило ему с рук.Может,Санек и постукивал в Комитет Глубинного Бурения,не знаю,но нас это не касалось. Если и да-то агентурой он мог снабдить поллубянки. И еще бы осталось для ГРУ немного.
Как-то Саня влюбился. Причем,что удивительно-в отечественную фемину. Мы обалдели.
Роман развивался стремительно:дело шло к свадьбе. Девушка была порядочная,из хорошей семьи-намечались смотрины.
За два часа до смотрин обстановка в доме выглядела так-на кухне сидел бухой Смолин,
барабанщик Леша трахал испанку Эстер в спальне.
-Что б через полтора часа вас тут не было! Ко мне Лена с родителями придет.Олег,выкинь этих блудодеев,как закончат. Ферштейн?
-Яволь,майн либе фюрер.
-И сам свали.Я поскакал.
-Не ссы. Все будет тип-топ.
-Я на тебя надеюсь!
Нашел на кого. Дальше события развивались по самому подлючему сценарию.
Барабанщик Леша,отбарабанив Эстер поперся в ванну. Голый,само собой. Сквозняк с силой захлопнул дверь в спальню. Выскочила защелка-все,в комнату снаружи не попадешь. Оппаньки. А отбарабаненная и набубененная испанка вырубилась. Ори-не ори-не слышит,сука барселонская.
Вспомнили про бочку-что из кухни в спальню ведет. Орали-орали-ноль эмоций. Потом пытались шваброй пьяной махе в рыло тыкать. Ноль эмоций. Зачмокала губами-и отползла за пределы досягаемости. Затем пришла пора предметы метать. Но когда меткий Смолин прислал Эстер перельницу в чан-а та только захрапела-пришлось и этот план отбросить.
Надо сказать ,что Смолин Лешу недолюбливал. Не то что прям "кушать не могу"-но клык на него полировал давно.Бабу Леша как то у него увел. И вот представился случай поквитаться. Для начала Смолин нагнал на нервного Лешу ужаса.
-Леха,мне похуй-я тя ща в таком виде на лестницу выкину. Мне Санек строго-настрого наказал. Сам пойми-у него,может судьба решается,а тыт тут мудями трясешь. Давай-вали отседа.
-Как? Так?
-А что делать? Ничего,перебьешься как нибудь-на улице тепло.
-Я не пойду(с подвизгом)
-А не пойдешь-выкину!(Смолин его раза в два поболе) Хотя,погодь. Полезай в бочку-ты ж мелкий-пролезешь наверняка.
-Застряну ж!
-Нихуя! Я ж лазил-и ничего(голимое вранье)
Делать нечего-деморализованный Леша лезет в бочку. Смолин "помогает"-то есть пихает страдальца в ноги. Упс. Леша застревает.
-Ничо!!! -хозяйственно приговаривает Смолин,трамбуя блудодея до состояния "ни туда-ни сюда"-небось пролезешь.
Картина маслом-из бочки торчит волосатая жопа,обрамленная бочкой. Ноги свисают,не доставая до пола.
Как оправдывался потом негодяй-Смолин:
"Когда я понял,что ситуацию не исправить-я решил ее украсить"
Этот мстительный мавр нарыл где-то женскую помаду и ей нарисовал Лешику ажурные чулочки с поясом. Получилось гламурненько. Но чего то не хватало.
Смолин до кучи написал врагу "ПОЗДРАВЛЯЕМ!" на ягодицах. Стало лучше.
Но не хватало последнего штриха. И завершая превращение сластолюбца в поздравительную открытку-Смолин воткнул в лешино дупло здоровенную хризантему.Как Лешик не вертелся-как не орал-хризантема заняла свое место в художественной композиции.
Вот теперь самое то. Все по фен-шуй.
Смолин чокнулся с Лешиным задом и сел ждать гостей. Вскоре в двери заскрежетал замок-то пришел жених Саша,невеста Лена и порядочная Ленина семья.
Зашли-и охуели. В воздухе висит бешеный лешин мат. Ор страшный.
Зашли на кухню-а там композиция. "Юный романтик" . Вид сзади.
"Отцвели уж давно хризантемы в заду"-фальшиво ,с надрывом, запел романс Смолин,аккомпанируя себе на гитаре.
В общем,Саша не женился. Не оценили родители Лены инсталляцию.
Видать проблемы у них были с художественным вкусом.
Сейчас там все давно прилично. "Иных уж нет -а те далече"
И только я надоедаю вам историями из тех времен.
Спасибо за внимание.

32

… По подъезду ходили пацаны с большой коробкой. По правде говоря коробка была небольшая, но и пацаны были невелики, лет по десять, так что коробка в их руках казалось огромной. Одеты были соответственно погоде, шапки кроличьи, на ногах какая-то полулохматая обувь и страшные на вид то ли куртки, то ли пальто. В общем, нормального вида мальчишки, дворового и хулиганского.

- Дядя! – тронул меня за рукав один, который был без коробки, – Вам щенок не нужен?
- Да нет, а ты что, щенков продаешь?
- Нее, дядя, их кто-то выкинул в подъезд прямо в коробке, а они так пищат, наверное хотят домой.

Я открыл створку коробки, которую прижимал к животу второй мальчуган. Из темных, вонючих недр на меня смотрели пять пар щенячьих глаз. Щенки были плотненькие, кругленькие и хвостатые. Они не пищали, а только смотрели на меня снизу вверх и думали о чем-то о своем.

- Не, пацаны, не нужно. У меня дома двое котов, боюсь не подружатся они с вашими собачками.

Объяснение про «двое котов» было принято с пониманием и пацаны, вздохнув, закрыли коробку и понесли живой груз дальше, в поисках будущих хозяев.

- Дрззззззз…. – зазвонил дверной звонок у моих соседей. Спустя пол минуты дверь приоткрылась и на пороге возник сосед. Не знаю, кем он работал, но по виду то ли учитель, то ли начальник небольшого женского отдела. Всегда культурно одет, в руках портфель. Я еще запомнил, как он брезгливо морщился, трогая дверную ручку подъезда. И еще он делал замечания. В общем-то правильные замечания, про «не курить в лифте», «не плевать и не мусорить». Нормальный мужик.

- Кто там? – сосед оглядел чумазую пацанву и знакомо поморщился.
- Дядя, вам щенок не нужен? – с надеждой спросил тот, который не держал коробку. - Смотрите, какие красивые!
И, торопясь показать красоту, открыл коробку.
- Пошли вон, уроды! И тварей блохастых своих заберите! – от вопля соседа пацан зажмурил глаза, а щенки сбились в кучу и постарались уйти поглубже в коробку, – Еще раз притащите их сюда, всех с лестницы спущу!

Мальчишки кинулись от этой негостеприимной квартиры, тем не менее очень аккуратно неся коробку с пятью хвостами.

- Давай вот сюда позвоним, – предложил один. – Тут тетя живет, она, наверное, возьмет одного. А может и двух, - мечтательно предположил он.

В коробке кто-то тяжело вздохнул.

- Пим-пилим-пим.. – пропел звонок и тут же открылась дверь. «Тетя», видимо, куда-то собиралась, поэтому открыла сразу.
- Вам щеночек не нужен? Красивый и добрый! – мальчишка вытащил щеня из коробки, полагая, что в руках живой подарок будет выглядеть презентабельней.

… Тяжелый шлепок открытой ладонью попал как раз снизу по рукам, держащим щенка. Тот резко взвизгнув, подлетел вверх, перебирая в воздухе лапками, но пацан все-таки умудрился как-то поймать его и засунуть визжащий кусок шерсти себе за пазуху.

- Еще раз придёшь сюда, всех с лестницы спущу! Вместе с вашими вонючими собаками!

Хлопнула закрывающаяся дверь и пацаны побрели дальше по подъезду.

- Какая же он собака? Это же щеночек еще! – недоуменно высказался один.

… Потом еще много раз звонили дверные звонки, хлопали двери и орали люди. Никому не были нужны щенки. А будущее, когда на улице минус сорок, у них было одно, замерзнуть насмерть на первом этаже холодного подъезда. Собственно оттуда и несли свою живую ношу эти два пацаненка, оставив на месте коробки со щенками два школьных рюкзака, чтобы они не мешали ходить по квартирам.

Через час осталась одна квартира, алкоголика Сашки. Ее специально оставили на потом, потому что Сашка был мужик нехороший, с тяжелым характером и взглядом как у волка. Да и не сказать, что совсем алкоголик, но пахло перегаром он него постоянно. И еще он был совершенно непредсказуемый в своих поступках. Поэтому пацаны вполне справедливо оставили его в качестве последнего места посещения, предполагая, что за щенков они не только услышат десятиэтажный мат, но и еще могут по шее получить. Сашка не любил людей, а люди не любили Сашку. Но была между ними одна разница. Сашка не боялся людей, а люди его опасались. Да и как не опасаться здоровенного, небритого мужика, вечно пьяного, который смотрит на тебя взглядом вурдалака?

- Дыц-дыц… – Осторожный стук в дверь показал, что надежда пристроить щенков угасла почти совсем. И еще он показал, что звонок не работает.

За дверью раздался хриплый мат, что-то упало, встало, и дверь открылась. Сверху вниз, на притихших от страха пацанов глянули злобные, глубоко посаженные глаза.

- Ну?! – рявкнуло перегаром страшное лицо, – Чо надо?

Пацаны, которые от страха и так дрожали коленками, теперь вообще забыли, что хотели сказать и зачем пришли. Молча и с непередаваемым ужасом они смотрели на огромное, злобное тело и даже думать боялись, что сейчас будет.

- Это… Вот… Вам не нужно? – дрогнувшим голосом залепетал тот, который нес коробку. А первый, предполагая, что сейчас будет, просто зажмурил глаза, понимая, что убежать они уже не успеют. Но желание спасти щенков победило страх, – Возьмите. Пожалуйста. А то они умрут.

… Сашка посмотрел на пацанов, потом в коробку и медленно протянул к ним свои волосатые, немытые ручищи.

А потом случилось страшное. Страшное было в том, что дети поняли одну простую истину, что не тот хороший человек, кто хорошо выглядит снаружи, а хороший тот, кто хороший внутри. И путь он трижды алкоголик, грубиян и асоциальный элемент.

Сашка забрал себе всю коробку со щенками. Целую неделю мы встречали его несущего в пакете то молоко, то какую-нибудь вкусняшку из зоомагазина, то еще что-то. А потом он возле автобазы, где работал сторожем, построил вольер и переселил лохматых жильцов туда. И теперь это уже не пищащие щенки, а вполне серьезная и, главное, послушная стая охранников.

Сашка лучше не стал. Все так же пьет, дышит перегаром и злобно смотрит на людей. И только у дворовых пацанов он теперь пользуется непререкаемым авторитетом и уважением. А если кто не знает, то уважение дворовых хулиганов ой как трудно заслужить.

PS Я написал этот немудренный рассказ, чтобы напомнить, в первую очередь самому себе – все, что сверху, это шелуха. Главное, что внутри. Да и просто не мог не написать, потому что пацаном, который таскал такую же коробку в далеком, 1984 году, был я.

33

Это реальный случай, произошедший со мной в горах Кавказа весной 95-ого лохматого года. Учился я тогда в Краснодаре на журфаке МЭГУ (Кубанский филиал) и регулярно наведывался в горы с рюкзаком в компании таких же самодеятельных (и самонадеятельных) туристов. Из снаряги - в лучшем случае несколько метров веревки, иногда ледоруб. В тот поход мы покоряли гору Ачишхо. Кто не знает, это в окрестностях предстоящей Олимпиады. Тогда, почти двадцать лет назад - места довольно дикие. Само восхождение мы начали на второй день, после ночевки на какой-то полусдохшей турбазе. Гора, в принципе, не сложная. Альпинисту там делать нечего, если только потренироваться на скалах. Для туриста самое оно. Склон хоть и крутой, но забраться без специального снаряжения можно вполне. Главная трудность на тот момент заключалась в погодных условиях. Конец апреля - начало мая. Склон, гора и плато покрыты, ну очень толстым слоем снега. Множество глубоких трещин, лавиноопасность еще, конечно. Плюс ко всему сильный ветер с мокрым снежком. В тот поход при нулевой, примерно, температуре я отморозил себе левую руку. В правой был ледоруб, она работала и не пострадала. Впрочем, это предыстория.
В один "прекрасный" момент, когда до перевала оставалось метров сто, а крутизна склона зашкаливала градусов за 60 (могу соврать, но круто было очень), умный я решил, что левее от основной группы подняться будет легче. Поскольку шли не в связке - решено - сделано. Ошибку свою понял метров уже через пять. Но спускаться было поздно и я попытался по горизонтали вернуться на прежний курс. Снежок под ногами не слишком слежавшийся, довольно мокрый и дьявольски ненадежный. В общем поскользнулся я и покатился вниз не хуже бобслеиста. Страха не было, только ощущение того, что все происходит не со мной. Вначале пытался затормозить ледорубом. Потом набрал скорость, меня подбросило и приложило лбом обо что-то твердое. С головы слетела кепка "афганка", но самое страшное - этим ударом с меня сорвало очки. С моим "орлиным" зрением -7 - это равнозначно почти полной слепоте. И вот так кувыркаясь, пролетел я метров двести. В себя пришел уже на какой-то площадке. Лежу ничком и ничего мне уже не надо. Самое сложное было заставить себя подняться на ноги. Встал - всего трясет, рук - ног не чувствую, но вроде бы ничего и не болит. Умом понимаю, что поход сорван, без глаз мне сейчас только один путь - в долину с добрым поводырем. Минут через десять вижу как из тумана спускается сверху наш командир Геннадий Огнев, (к сожалению его уже не в живых, погиб в горах).
- Цел?
- Живой вроде...
- Сейчас...
Спускается на несколько метров вниз и возвращается обратно с моей кепкой.
- На, башку простудишь.
Заплетающимся языком спрашиваю не видел ли он где-нибудь мои очки. Геннадий нервно смеется и резонно замечает, что я вскопал снег лучше любого трактора, а трещины мое бренное тело огибало не хуже слаломиста. Так что, очки найдут археологи через 25 тысяч лет. И вот здесь происходит невероятное. Командир неожиданно наклоняется и вытаскивает из-под подошвы моего левого ботинка ОЧКИ. ЦЕЛЫЕ!
- Ну, парень жить ты будешь сто лет.
Никогда бы не поверил в такое везение, если бы это не произошло со мной лично.
... А через полчаса, на перевале, Светлана из нашей группы кормила нас с руки шоколадом, собственные руки не работали.
... А на следующую ночь в помещении заброшенной метеостанции в окрестностях Ачишхо я видел реальное привидение. Но это уже другая история.

34

Середина девяностых. В полупустом автобусе едет компания рокеров/байкеров, уже немолодых людей. Тучные дядьки в проклёпанных куртках-косухах, берцах, банданах, с бородой и волосами ниже плеч. Немного «навеселе», мирно стоят в конце салона, пьют пиво, негромко о чём-то своём разговаривают, никому не мешают. Заходят контролёры, два бугая в стиле бритых под ёжика пацанов в спортивных штанах и майке «adidas», просят предъявить билетики, мельком показывают пассажирам какие-то удостоверения, суют прямо под нос, так, что прочитать ничего невозможно. Не исключено, что эти контролёры были «липовые», тогда встречались желающие по дороге на работу заодно пройтись по автобусу и обобрать «зайцев». Увидев двух громил, безбилетный студент, как правило, не вдавался в подробности, контролёры это, или мастера спорта по мордобою, штраф платил исправно. Вот только пол-дюжины байкеров это не студент-очкарик, подошедших контролёров мужики просто послали. В то место, куда их послали, пацанам идти не хотелось, завязалась перебранка. Когда на очередной остановке открылись двери, бугай с фразой «ты, обезьяна волосатая, пошли, выйдем, я тебе щас твои косички вырву» схватил одного из байкеров за волосы и потащил к выходу. И тотчас был нокаутирован пинком в живот. Второй контролёр, явно не ожидавший такого развития событий, крикнул что-то типа «Толян, сваливаем» и вышел через соседнюю дверь. Ни пассажиры, ни водитель в происходящее вмешиваться не стали, молча наблюдали. Тем временем байкеры обмениваются парой фраз, хватают контролёра за руки-ноги, с криком «И раз! И два! И три!» раскачивают брыкающееся орущее тело. На счёт «три» бугай как бревно вылетает из автобуса и полирует носом асфальт. Куда делся его напарник - я не заметил. Двери закрываются, автобус уезжает, дядьки возвращаются к своей спокойной беседе и пиву, будто бы только что ничего не происходило. Кто помнит те времена, может наблюдал что-то подобное. Но в данном случае меня удивила реакция водителя. На следующей остановке из динамиков прозвучало: «Мужики, я кончено, всё понимаю, на своих ”Харлеях” вы можете делать что хотите. Сам таким был. Но нафига вы творите это на глазах дежуривших там у палаток ментов. Если бы сейчас они за нами погнались, на своём “Икарусе” от их “Форда” я бы не ушёл».

35

Граница на замке

Эту историю я услышал несколько лет назад на Кольском полуострове от одного из непосредственных участников, с которым мы тогда совместно работали и приятельствовали. За давностью я мог позабыть некоторые подробности и точные названия подразделений, но за суть рассказа ручаюсь.
Он уже много лет жил на севере Мурманской области, руководил серьезным строительным управлением и обзавелся всеми необходимыми знакомствами. В числе его знакомых был и руководитель местного погранотряда. Если посмотреть на карту, то видно, что сверху на небольшом протяжении Россия граничит с Норвегией, которая является членом НАТО. Противостояние между странами осталось в прошлом, но граница все равно усиленно охраняется: контрольно-следовая полоса, забор из колючей проволоки с датчиками движения, широкая нейтральная зона между границами, регулярные тревоги от шастающих там лосей и медведей. И нарушители границы там регулярно попадаются, только почему-то все в одну сторону бегут, от молдаван до афганских беженцев. Ловят их обычно на нашей половине, до норвежской границы они просто не доходят. Поэтому на той стороне границы служба расслабленная, вроде бы Норвегия даже доплачивала нашей стороне, чтобы наши пограничники бдительности не теряли.
В тот выходной день приятель вместе с начальником погранотряда отправился в море на рыбалку. Дружба и сотрудничество у них были старые, проверенные временем. Как раз в это время они совместно строили избушку и баню в нейтральной полосе на берегу озера. Место красивое, посторонние туда попасть не могут по определению, есть где спокойно отдохнуть приличным людям. Незадолго до выхода в море приятель направил туда одного из своих рабочих на уазике, привезти кое-какие материалы для обустройства сауны.
Пропуск через наш КПП в нейтральную зону ему выписали, поэтому он его спокойно проехал и поехал на заимку. Он там был всего один раз, да и то в качестве пассажира, поэтому неудивительно, что он перепутал направления и слегка заблудился. Догадываться об этом он начал уже после того, как проехал еще одно КПП, из которого никто почему-то не вышел. Ну, не вышел и не надо, рабочий поехал дальше, но задумался – вроде бы второй ККП они прошлый раз не проезжали? Он вернулся, подъехал к будке, вышел из машины и постучал в дверь. Оттуда выскочил сонный пограничник, ошарашено поглядел на него, быстро прыгнул обратно и выскочил уже с автоматом в руках. И неудивительно, нечасто на норвежскую территорию попадают нарушители, да еще и на уазиках!
Пока один пограничник держал его под прицелом, второй набирал по телефону собственное начальство. Шок у них уже начал сменяться радостью – за поимку нарушителя норвежцам полагается неплохая премия!
Между руководителями норвежского и нашего погранотрядов была прямая связь и личное знакомство, поэтому тот решил первым делом переговорить с нашим, чтобы решить, что дальше делать с нарушителем. Лишние шум и разборки никому не нужны. Но наш, как мы помним, был на рыбалке в Баренцевом море, вне зоны досягаемости. Поэтому, после нескольких безуспешных попыток дозвониться, пришлось выносить историю с нарушителем наружу, сообщать начальству. И все заверте…
Первым об инциденте узнало руководство пограничников в Мурманске. Руководство норвежского пограничного округа начало спрашивать у них, кто бы это мог быть и что бы это значило? Потом к делу начали подключаться политики. Через пару часов норвежский консул в Санкт-Петербурге уже неофициально встречался с нашими представителями, обсуждая, как можно выйти из щекотливой ситуации. В это время мы как раз дружили с блоком НАТО, поэтому боевые самолеты в воздух решили не поднимать, а постараться спустить дело на тормозах, без шума.
Когда катер причаливал к берегу, его там уже ждали погранцы. Уазик, уже другой, пограничный, рванул в сторону границы. На ККП бедного работягу, который так и не понял, что случилось, вместе с машиной передали нашей стороне. Самолеты на авианосцах Шестого флота опять зачехлили, ракеты перевели на оперативное дежурство, мир облегченно выдохнул. Рабочего привезли домой, в Заполярный, и строго-настрого наказали сидеть дома. Ближе к вечеру приятелю, который еще не успел отойти от этой истории, позвонили: опять случилось ЧП, приехали сотрудники ФСБ из Мурманска допрашивать рабочего, и нигде не могут его найти. Видать, не случайно он за границу пытался уйти, раз сейчас в бега ударился! Тот присел, подумал, и отправился в гаражи за городом. Точно, работяга был там! Он с двумя приятелями обмывал чудесное возвращение из постылой заграницы на Родину и уже лыка не вязал. Пришлось загрузить тело в машину и везти на допрос.
После нескольких допросов рабочего отпустили, приказав не подходить к границе даже на несколько километров. Баню достроить не разрешили, так она и осталась без каменки. Командир отряда получил строгий выговор, но остался на месте.
Только один вопрос остался не проясненным: неизвестно, выдали ли норвежским пограничникам премию за поимку нарушителя?

Мамин-Сибиряк (с)

36

Это было в 2002 году. Являясь аспирантом одного из известных украинских вузов, я получал зарплату в 155 гривен ежемесячно. Одним холодным зимним вечером я со своей будущей, любимой женой Т. сидели и интенсивно думали об улучшении финансового положения. После нескольких часов раздумья, она вдруг сказала:
- А почему бы тебе не съездить на лето в Америку и не заработать там денег?
К слову сказать, за несколько лет до этого мы действительно побывали вожатыми в детских лагерях США. Но, во-первых, если ехать по программе обмена, то финансовая прибыль к концу лета интенсивной работы приравнивается к нулю (до этого же она вообще сильно отрицательная из-за покупки авиа-билетов, расходов на Американское консульство и тому подобное). Во-вторых, инструктор по гимнастике, кем бы я мог работать в силу своего спортивного прошлого, не пользовался должным спросом у директоров детских лагерей. Я озвучил эти аргументы вслух, и сразу получил ответ:
- А мы тебя сделаем инструктором по яхтам!
Это мог быть действительно выход: инструктор по яхтам всегда считался элитным и очень дефицитным специалистом. Директора не упускали возможности заполучить себе такого человека на лето, и в данном случае могли заключить контракт напрямую, а не через программу-посредника. Эти у другие мысли пронеслись у меня в голове перед тем, как я выдал свою следующую фразу:
- Да, но я никогда не плавал на яхтах, не говоря уже о том, что я не знаю ни одного термина...
Моя будущая жена посмотрела на меня и уверенно сказала:
- Не переживай, у нас есть еще целых пол года. За это время я тебя так натренирую в яхтах, что никто от настоящего морского волка не отличит. Весной я подниму контакты, мы съездим в городской яхт-клуб и походим на какой-нибудь лодочке.
Зная, что она занималась яхтенным спортом лет десять, и несколько раз становилась чемпионкой области, я быстро согласился и мы начали действовать.
Упущу подробности нашей плодотворной работы по рассылке моего резюме, поиску директоров, прохождению интервью по телефону, подготовки документов и решению других очень важных вопросов. Описывать это даже сейчас, по прошествии столь длительного времени, у меня нет ни сил ни желания. В результате, к двадцатым числам мая у меня был билет на самолет до Нью-Йорка, американская виза в паспорте и с горем-пололам полученная отсрочка на все лето у шефа-профессора.
До вылета оставалось целых два дня. В течение их нам надо было сделать последнее и самое важное дело - превратить меня в настоящего морского волка, дабы меня не выгнали из лагеря в первые же дни работы. Я и Т. сели в машину и поехали в сторону городского водохранилища, в местный яхт-клуб искать лодку. К нашему удивлению, не смотря на солнечный, прекрасный, майский, воскресный день, яхт-клуб был практически пуст. Час интенсивных поисков ничего не дали, но ... в одной из хижин мы все-таки обнаружили двух сторожей и какого-то тренера, которые там квасили с самого раннего утра. Они с трудом разговаривали и еле-еле понимали, что я от них хочу. В тот момент моему упорству, красноречию и щедрости мог позавидовать любой политический деятель, но результаты переговоров неотвратимо заходили в тупик. Я вытащил свой последний козырь - 250 гривен (смотри оклад аспирантской стипендии выше) за час аренды любого плавающего средства, у которого есть парус, плюс 3 бутылки из местного киоска сразу после окончания плавания. Удивительно - но даже столь железный аргумент рассыпался в прах, натолкнувшись на непонимание ... точнее, на уже не понимавших ничего местных аборигенов. После этого мы поняли, что походить на яхте нам сегодня не удастся, и следующие два дня прозагорали на пляже, отдыхая перед насыщенным летом.
Лагерь встретил меня восторженно! Шла неделя тренировки вожатых, поэтому детей еще не было. Перед собравшимися 120-ю вожатыми директор в присущей ему пламенно-мотивационной речи представил меня как профессионального специалиста по яхтам из Украины. Второй специалист-американец со дня на день должен прибыть из Маями, где он со своей командой причалили после того, как пересекли на яхте Мексиканский залив. Мой авторитет поднялся на недосягаемые высоты, ... а я понимал, что мне наступил конец!
В следующие два дня я с утра до вечера проводил на Waterfront'е (читай "пристань"), помогая во всем, что хоть как-то было связано с лодками. Во время коротких пауз я изучал брошюрку о яхтах на английском языке, предназначавшуюся для деток-кемперов, а также незаметно вязал уже увиденные мной узлы, стараясь довести эти навыки до автоматизма. В голове же жила и бурлила только одна мысль - сдаться! Пойти к директору лагеря и рассказать, какой я на самом деле профессионал. Останавливали только факт позора на все оставшееся лето, и то, что директора (муж и жена) были необычайно приятными и интеллигентными людьми, которых так не хотелось подводить и расстраивать.
И вот приехал директор Waterfront'а. Он оказался Стивом - очень высоким, худым, достаточно молодым и невероятно юморным человеком, преподавателем биологии в школе. Являясь непосредственным начальником всего водного персонала, он тут же устроил нам тренинг, на котором мы все познакомились и обсудили планы на следующие дни. Один из подпунктов этого плана был тест ходьбы (не плавания!) на маленькой двухместной лодочке, который должен состояться завтра.
День назавтра выдался ветреным. Придя на пляж, мы увидели стоящий в шеренгу перед водой ряд Sunfish'ей, en.wikipedia.org/wiki/Sunfish_(sailboat). Стив объявил нам, что в каждой лодке будет два человека: вожатый-яхтсмен и вожатый-не-яхтсмен, но который будет в последующем привлечен в качестве помощника для преподавания уроков по яхтам. Наша задача была простая: поднять парус (благо, тут кроме знания, как вязать узел, ничего не надо), выйти в залив, побродить там около часа, после чего вернуться обратно на пляж для обсуждения результатов занятия. Мне в напарницы досталась Керри - типичная американка-толстушка-хохотушка. Она сразу же уверила меня в том, что жутко боится выходить на столь маленькой яхте в залив, тем более в такой ветреный день, и что ее успокаивает только мой многолетний опыт и умения. Я в свою очередь заверил, что ей абсолютно нечего боятся, попросил сесть ее посредине лодки, опустив ноги в кокпит, и ничего не трогать. Далее все разворачивалось довольно быстро: я поднял парус, поставил руль, оттолкнул лодку с восседающей на ней Керри от берега, и мы понеслись вдаль. В тот день ветер был параллельно берегу, поэтому после разворота на середине залива, выполненного мною достаточно брутально, мы с такой же скоростью устремились обратно к берегу. Не доходя метров 30 до пляжа я вновь предпринял жесткий разворот на 180 градусов - и мы снова понеслись в открытую воду. Все продвигалось очень неплохо: брызги, ветер, восторг Керри от ПЕРВОЙ В ЕЕ ЖИЗНИ прогулке на яхте... Как вдруг я увидел на воде рябь. Она быстро приближалась к нашей лодочке. Тогда я еще не знал, что на яхтенно-сленговом языке это явление называлось "порывом". Буквально через несколько секунд наш парус со всей силы припечатало к воде, а Керри взмыла вверх и, пролетев над лежащим на воде парусом, со всего маху приложилась своим ярко-желтым спас-жилетом о водную рябь! Я тоже оказался в воде, но сразу около борта - меня спасли мои гимнастические навыки и то, что я крепко сжимал в руке шкоты (веревка для управления парусом). Но даже не смотря на это, встряска для меня была существенная и малоприятная. Утешало только, что Керри было намного хуже чем мне: она с широко-открытыми от ужаса глазами покачивалась на волнах недалеко от паруса. С хладнокровным выражением на лице, я убедил напарницу, что такое в яхтенном спорте бывает (поэтому мы мол так круты и всеми уважаемы), и что я постараюсь предпринять все от меня зависящее, чтобы этого больше не повторилось. После того, как Керри вняла моим доводам, я установил парус вертикально, и она, мокрая и дрожащая, снова забралась в лодку. Я понял - спасение мое на берегу. Поэтому, натянув что было силы поводья, устремился к берегу.
К моему огромному сожалению, мне пришлось снова обмануть Керри. Буквально через мизерно-короткое время я увидел столь знакомую мне рябь, которая опять приближалась к нашей лодке. .... Удар! Я в воде. Голова еще смотрит вверх, отслеживая траекторию полета своей напарницы: она, даже не успев ничего произнести, описывает еще более совершенную дугу над нашим Sunfish'ем. Ее упитанное тело, туго обтянутое спас-жилетом, с характрерным шлепом приземляется на некотором удалении от лодки. Но я этого не слышал из-за свиста ветра в ушах и бьющихся волн о борт лодки. Более того, в этот раз я больно ударил свой левый локоть о гик (нижняя палка, которая держит парус) и прищемил себе палец на правой руке. Мне было не до стонов Керри. Я хотел, как можно быстрее, до следующего порыва, поднять парус и добраться до берега, или по крайней мере до непосредственной близости от него, где я смогу уже вплавь дотолкать лодку до пляжа. Но до берега еще было около 150-200 метров. Я взглянул на свою напарницу: она в панике качалась на волнах и полностью отказалась залазить обратно в лодку. "Лучше уж я так до берега поплыву", - сказала она, явно испытывая некоторые физические недомогания, усилившиеся особенно после ее второго полета. Я, находясь между бортом лодки и парусом и пытаясь перекричать ветер, объяснил ей на мой взгляд незыблемые аргументы (самым слабым из которых было то, что ей понадобится оставшиеся 40 минут плыть по неспокойной воде к берегу, и самым сильным то, что уж в этот раз я ни за что не дам лодке перевернуться), она снова вскарабкалась на борт. Я понял, что если мы еще раз перевернемся - то мне действительно наступит конец!
К берегу! Как можно ближе к берегу, думал я, сжимая в руке шкоты. Только бы добраться поближе. А там можно, сначала вытолкнув в воду Керри, позволить нашей яхте опрокинуться, а потом доплыть до пляжа, толкая перед собой лодку. Пока же мы находились в Sunfish'е, при этом развивая очень даже неплохую скорость. При такой скорости расстояние до берега - это буквально считанные секунды ... ну несколько минут.
И тут я снова увидел рябь. Я знал, что здесь не поможет ни моя сила, ни гибкость, ни акробатика, что мы еще далеко в заливе, и что моя хохотушка-напарница сейчас снова взмоет вверх, а потом, когда нас выловят и оттранспортируют на берег, разорвет меня на куски и развеет в прах всю мою репутацию. Я не знал, что мне делать. Я разжал руки, выпустив веревку и отдался на волю судьбы. Благо, шкоты не были зажаты в блочке, а моя рука их больше не удерживала. Порыв ветра ударил в парус, шкоты вытравились на всю свою длину, парус развернуло на 90 градусов и ... он заколыхался на ветру!
Так вот как оно работает! Если сильный ветер - надо просто ослабить веревку! И тогда пусть хоть порыв следует за порывом - я не дам лодке перекинуться! Благодаря же направлению ветра, я, не обладая никакими знаниями яхтенного дела, могу свободно курсировать перпендикулярно к берегу: сначала к пляжу, потом в открытую воду, туда и обратно, сколько угодно раз. Следующие 40 минут мы прекрасно провели в лодке, курсируя по заливу, наслаждаясь скоростью и интересно беседуя.
В конце урока на пляже около причала было только две лодки и их экипажа: моя и Эрика, того самого американца-эксперта из Флориды. А по всему заливу прыгали на волнах моторные лодки, собирая перевернутые Sunfish'и и буксируя их к берегу. Отличные оценки были поставлены всего двум инструкторам.
В сентябре я вернулся домой с заработанными 2000 долларами. И хотя аспирантуру пришлось бросить, я удачно женился. А это была одна из первых историй наших семейных проектов.

37

Подруга жены, (почти Надя) по секрету рассказала историю собственного взлета и падения, а так же качественной работы своего ангела хранителя.

...Надя, кусая губы от обиды и жалости к себе, взлетела на высоту 10 000 метров над уровнем моря.

На этом собственно и кончается история ее взлета, дальше пошли сплошные падения…

Обратно в Москву она летела одна, с женской сумкой, кипой салфеток для плаканья и маленькой бутылочкой коньяка.

Эта скотобаза – муж, не остановил ее и даже сказал: - «Хочешь, улетай» - а сам остался у своей мамочки в Крыму.

С самого начала все пошло не так, не отпуск, а сплошное домашнее хозяйство, тут еще эти бездельники - друзья детства с канистрами молодого вина.

Хорошо хоть дети сейчас у другой бабушкой в Греции и не видели скандала родителей.

И свекруха туда же:

- Пускай выпьет, имеет право, не зажимай его свободу, он тебе не сын, а муж…

…- Короче, мой отпуск безнадежно испорчен, я почувствовала себя лишней и ненужной в его жизни. У него: друзья, катамаран и рыбалка, а со мной за три недели муж поговорил от силы час. И то, обеденное меню обсуждали…

Незаметно для себя, Надя осознала, что плачется в жилетку симпатичному мужчине у иллюминатора. Тот участливо кивал, поглаживал Надину руку и шептал:

- Это преступление перед человечеством, доводить до слез такую красивую женщину. Ваш муж – слепец.

Надя соглашалась, вытирала слезы и все продолжала жаловаться незнакомому красавцу.

Вдруг ей в голову пришла оригинальная мысль: - Мужу нужно отомстить…

В конце концов должен же и он пострадать, хотя нет, лучше пусть муж ничего не узнает.

За десять лет замужества, Надя ни разу не изменяла этому поросенку, хотя пару раз он этого вполне заслуживал. Ну так вот, пришло время, нужно изменить и пусть ей станет чуточку легче.

(Надин ангел-хранитель от таких неожиданных мыслей аж поперхнулся и удивленно заглянул с улицы в иллюминатор)

Да вот хотя бы с этим накаченным красавчиком. Он не противный и одеколоном пахнет.

Слово за слово, оказалось, что сосед крупный специалист по организации подкроватных скелетов и монтажу многоуровневых оленьих рогов под ключ.

А, была - не была.

Через час пара уже сидела в ресторане, чокалась дорогим шампанским «за любовь» и закусывала фруктовым салатиком.

Встал вопрос – К кому ехать?

Красавчик зазывал к себе, но Надин ангел-хранитель был категорически против, по счастью Надя была еще не слишком пьяна и расслышала его тихий, но настойчивый голос.

Поехали к ней.

Уже в такси, Надя поняла, что слегка погорячилась и план с изменой был хорош только в теории. Ей очень хотелось, чтобы новый самолетный знакомый вдруг выпал на повороте из машины и, не долетев до земли, растворился в предрассветном тумане. Но красавчик все смотрел, мило улыбался и не выпадал.

Уже и любимый муж казался не таким уж и козлом…

Поднялись на этаж.

У вялой Надежды оставалась только вялая надежда сослаться на вялость и усталость. Но как только вошли в квартиру, красавчик сразу томно задышал и активно полез целоваться. Назад дороги не было, Надя быстро протрезвела и чтобы хоть как-то оттянуть «момент» и спрятать голову в песок, убежала от него в душ. Было гадко и стыдно перед мужем, да и спертый тошнотворный запах давно непроветриваемой квартиры не добавлял настроения. Пришлось даже духи распылить.

Надя вышла из душа в халате и увидев, как красавчик стоя в одних трусах, ровненько складывает брючки на стул, возненавидела его еще больше.

Пришла его очередь идти в ванную.

Надя выключила в комнате свет, забралась в кровать, дожидаясь неминуемой развязки и с ужасом думала: - Этому уже ничего не объяснишь, пожалуй и по голове получить не долго.

А, будь, что будет, сама виновата.

И только ангел-хранитель не сложил крылья, а до конца бился за свою полупьяную дуру.

Наде стало так погано, что она физически ощутила, как скребут кошки на душе. Кошки скребли по всему телу и от этого с непривычки было щекотно и гадко.

В полной темноте из душа вышел мытый мужик и тоже юркнул под одеяло.

Вдруг он томно забормотал:

- У тебя тут как-то щекотно?

Надя удивилась, ведь кошки совести должны скрести только ее одну.

Включили свет и увидели, что по их голым телам ползают маленькие, беленькие червячки. Типа рыболовных опарышей.

Надя не удержала дикого крика, червяки были повсюду: на полу на стенах и даже отрываясь, пикировали с потолка на кровать.

Мужик, оказался бывалым и все понял первым. Он оделся со скоростью поджигания спичечной серной головки и убегая зашептал с мольбой в голосе:

- Прощай, ты меня не знаешь и я тебя не видел. Разбирайся со своими проблемами сама.

Надя немного пришла в себя и отправилась скандалить к верхней бабке.

Тело бабушки лежало на полу и уже три недели дожидалось этого скандала…

38

У НАС В ДОМЕ КТО-ТО ЕСТЬ!!!

Как вы считаете, какова вероятность встретиться в два часа ночи в сортире двум людям?

Я извиняюсь за столь интимные подробности, но если я встаю ночью по нужде, то я никогда не запираюсь изнутри (от кого, если все дрыхнут?), и не включаю в туалете свет, чтобы он меня окончательно не разбудил. Более того, отсутствие света позволяет мне минуту подремать в процессе… кхм… ну вы поняли чего. И так уже много лет. И я, конечно, допускал, что ночью кто-то кроме меня в эту аудиторию тоже заглядывает, но вероятность одновременного там появления двух людей сводил к минимальной.

Пока в одну из глубоких ночей мой дремлющий в процессе ночной вахты в сортире слух не был внезапно разбужен скрипом двери в комнату, где спит дочь. Мозг мгновенно приходит в боевую готовность и выдает следующий вывод – если восьмилетний ребенок, которого из пушки не добудишься, встал в два часа ночи и вышел из комнаты, вряд ли он пойдет на кухню, откроет холодильник и начнет жрать котлеты. А это значит, что через несколько детских шагов, отделяющих комнату от сортира, возможны следующие варианты разворота событий.

Вариант первый. Ребенок включает свет, заходит в незапертый туалет (он же одновременно и ванная комната) видит в нем какое-то живое тело, как всякий нормальный человек, будучи спросонок, пугается, а как всякий нормальный испуганный ребенок, начинает визжать. Только после этого дитя понимает, что тело это есть ее папа, но к тому моменту визгом разбужены мама, маленький брат и кот. И все они, конечно, будут не очень довольны таким пробуждением, после чего семейный совет, на котором право решающего голоса получит одна мама, крайним будет признан папа. То есть я.

Вариант второй. Дочка не включает свет (как это делаю я), доходит до толчка, натыкается на чье-то живое тело. Пугается. Далее смотри вариант 1.

Вариант второй – альтернативная развязка. Дочка не включает свет, подходит к толчку, я отодвигаюсь, она замечает движение (как назло, в ванной-сортире есть окно на улицу, и туда падает свет от фонаря, поэтому внутри видно хорошо даже в два часа ночи), пугается… далее по первому варианту.

Вариант третий. Она входит в туалет (не важно, включает свет, или нет), я ей зажимаю рот и быстро говорю – не бойся, мол, это я, папа. Ребенок хоть и не кричит, но первичный испуг столь силен, что у нее есть шанс в детстве познакомиться с успокоительными средствами и всякого рода врачами-шарлатанами. Семейный совет, разбор полетов, папа крайний…

Вариант четвертый. За те полтора шага, что дочке осталось сделать до ванной комнаты я тихо встаю в ванную и закрываюсь шторкой, которую мы задвигаем во время мытья. Дочка спросонок не задумывается, за каким лешим шторка задвинута, и, сделав свое дело, удаляется.

За неимением пятого варианта и отсутствием времени на дальнейшее раздумье поступаем по четвертому. За шторкой жмуримся от включенного света и молим бога, чтобы ребенок не вздумал помыть руки после всех своих дел, ибо тогда не только моя засада будет громко разоблачена, но еще и я окажусь в крайне глупом положении («мама, ты представляешь, зашла я ночью в туалет пописять, а там папа в ванной за шторкой притаился» - это как минимум насторожит). Но ребенку такие глупости в голову не приходят и, выключив свет, дитя удаляется. Вздохнув спокойно, я вылезаю из укрытия, завершаю и свои прерванные дела, и с чувством глубочайшего удовлетворения, как физического, так и морального, удаляюсь в свою спальню, чтобы вернуться в объятия жены и Морфея одновременно.

Ага! Щас!

Только положил башку на подушку, как слышу, как дочка в своей комнате громко всхлипнула, и даже не заплакала, а заскулила. Мгновенно вскакиваю, включаю в коридоре свет, открываю дверь в ее спальню со словами «это я, не бойся», хватаю дрожащего, покрытого холодным потом ребенка на руки.

- Что случилось? – спрашиваю.

- Папа, - ее голос сильно напуган. – Ты представляешь, я сейчас сходила в туалет, а когда улеглась, то услышала, что там открылась дверь и оттуда кто-то вышел следом за мной. ПАПА, У НАС В ДОМЕ КТО-ТО ЕСТЬ!!!

Поняв, что четвертый вариант тоже получился стремным, говорю ей:

- Не бойся, солнышко, на самом деле это был я.

И начинаю рассказывать всю правду, но не проходит и минуты, как слышу легчайшее всхрапывание – ребенку было достаточно одной фразы «это был я», и вот она уже спит у меня на руках, а на лице выражение необычайного облегчения (как физического, так и морального).

Укладываю ребенка на кровать, возвращаюсь к жене и Морфею. Но Морфей не очень согласен с тем, что я так долго отсутствовал, и мне приходится о-о-очень долго покрутиться боку на бок, прежде чем я, наконец, засыпаю.

39

Почти ночь. Муж уехал отвозить друга с семьей в аэропорт. Я расстилаю постели, готовясь ко сну. Надо заметить, что у нас двушка, и спим мы с супругом на разных кроватях. Сей факт я не афиширую нигде и никому, и тем более соседям.

Согласитесь, имея возможность, когда все спят как им удобно, то это офигенно.
Он храпит, я тоже, он закидывает на меня ногу, а я выталкиваю его во сне с кровати, даже если он спит у стенки – я просто тупо перелезаю во сне через него и, упираясь ногами в стенку, выдавливаю мешающееся мне на кровати тело на пол. И т.п.
Да, отдельная статья про борьбу за одеяло.
На одной кровати у НАС их два. Вечером.
А утром у МЕНЯ два одеяла, а у мужа – мурашки размером с подушку, которой он пытается укрыться. Соответственно, ночуем в разных койках.
Зато именно спим и ВЫСЫПАЕМСЯ на пару.

Это было отступление, а теперь, собственно то, что было.

На ночь глядя - звонок в дверь, пришла соседка из квартиры напротив, с просьбой одолжить табуреточек, в связи с прибытием нежданных гостей.
Заметив мои не завершенные манипуляции с застиланием дивана-кровати в большой комнате, она - блонда 25-ти годиков - уменьшает свои огромные глазища до размера с булавку (прищурилась) в предвкушении сенсации не только по подъезду, но и по двору:
- А вы шо, поругались?
- Нет.
- Гы, ну а койку чо стелишь по отдельности? Давай, колись.
... Думаю, как ответить ... Ох, нет бы просто сказать, что когда мы хотим потрахаться, то и стол на кухне, и кушетка в коридоре и... подойдет, но тут... "Остапа понесло":
- Понимаешь, ещЁ с до революционных времен было заведено, что супруги спят в отдельных опочивальнях, а для услады утех и воспроизведения потомства, они по надобности встречаются на одной из территорий супругов.

Я так думаю, что своими речами я затмила ее "разум".
А как иначе объяснить ее дальнейшее поведение?
Эта дурында с возгласом: - А!!! Я поняла. Это сексуальная игра, и я сейчас постелю себе в зАле? И он меня будет искать... Да!!!, я еще свечками путь укажу...

И унеслось это Чудо в небытие, без табуреток гостям, в Светлое будущее...

40

Проводы зимы

После народного праздника «А пошла ка ты Зимушка нахер» именуемого «Проводы зимы» наблюдал, как один гражданин нетрезвого пола оседлал старый унитаз и с криком «Я Чапай на коне!» покатился на нем с горки. В конце спуска старый и, судя по возрасту лично видевший революционные задницы санфаянс, налетел на камень, в результате чего пол унитаза в виде осколков фаянса переместились в Чапаеву задницу, равномерно распределившись по правой и левой половинам. Скорая, унитаз в жопе и красная лужа, в общем прекрасное завершение праздника. А я, глядя на это вспомнил…

… Мне лет десять. Хулиган, хулиганом. Но не злобным, как сейчас, а просто пытливым. Сколько было познано и узнано нового, после фразы «А что будет, если…»

…Тоже горка и ванная утварь. Только не унитаз, а само корыто. Чугунное, тяжеленое. Мы, пока его тащили с пацанами со свалки, чуть дикобраза не родили. Но дотащили. Заволокли на вершину обледенелой горки и сели думать. Думать было об чем, в частности, как управлять этим монстром. Отличник Дима робко предположил, что вставленная в сливную дырку палка вполне может послужить рулем. Ну, в крайнем случае тормозом. Димино предложение было вполне рационализаторским и отдавало новизной в области рулежки и поэтому, после недолгих обсуждений, в ходе которых идея была принята без доработок, наступило время ее внедрения. Внедряли мы недолго, но качественно. С той же свалки был притащен здоровый лом, который и стал тем самым рулем.

Затем была небольшая драка за право быть первым испытателем, в которой победил Вадик, заплатив за это оторванным ухом на заячьей шапке. Глядя на ухо, Вадик очень дальновидно, флегматичным тоном изрек про «немереных размеров пилюль от матушки» и принялся усаживаться на перевернутую ванну. Правда сначала мы планировали ехать внутри корыта, но как оказалось таким макаром по льду она скользит как бульдозер по асфальту, а вот перевернутая, своими гладкими бортиками катится как Плющенко по льду.

Суровый Вадик, с лицом мартышки впервые запускаемой в космос, уселся на перевернутую ванну как на лошадь и воткнул ломик в слив. «Поехали!» — явно насмотревшись кинохроники махнул он рукой.

- Эээ, погоди! – прервал запуск отличник Дима, – Там еще второй может сесть. И опять Димино предложение не нашло опровержения. Вторым пилотом, без споров и криков был избран я. Во первых, потому, что это именно я оторвал ухо у Вадиковой шапки, а во вторых, я уже уселся на ванну и пригрозил, кто попытается претендовать на мое место, тому я космический руль временно превратив в шпагу, затолкаю в организм по самую гарду.

- Ну, поехали! – второй раз скомандовал Вадик. Пацаны только пристроились к корыту, что бы столкнуть его с горки, как…

- Э, а ну стой, шпана малолетняя! – мужик появился внезапно и старт был отложен. – Вы тут че? А, катаетесь! – догадался он, дыша на нас праздником проводов зимы , с которого и шел.

– Ну-ка, скидай свое тело отсель! – почти вежливо попросил он меня, — Я поеду!

Выбора у меня не было, тем более с той же стороны подваливала его компания из трех, таких же, дышащих невкусной водкой, кренделей.

- Петро, а слабо тебе сесть вперед? – кто то из тройки грамотно надавил на «слабо» злому дяде, – А то пацана вперед усадил и прячется за него.

- Слабо?! – Петро одним движением перекинул Вадика за спину, тем самым показав, что он мужик настоящий, а не какой нибудь картонный.

- Ну чо стоите? – приподняв лом торчащий в сливе обернулся умный Петро, – Толкайте.

… И только отличник Дима, глядя как корыто заскользило вниз, пророчески прошептал, — Дааа, Боливару не увезти двоих…

Ванна, штука тяжелая. А если она еще и хорошо скользит, то она еще и монстр. То, что они прошли точку невозврата, первым догадался идиот Петя. Вадик безмятежно сидел позади него и крутил улыбающейся головой, как турист во время экскурсии, а вот Петя уже потихоньку начинал обсыкать свои штаны.

- КАК?! КАК ее тормози-и-и-ить?! – донесся до зрителей интересный вопрос.

Вадик повернул голову, посмотрел в спину мужика и, постучав по ней согнутым пальцем, что то сказал.

Снежные вихри закручивались за несущейся вниз ванной, Вадик по прежнему дарил свою улыбку на все стороны, а мужик, следуя Вадиной подсказки, приподнял лом и ухнув, всадил его в сливную дыру. Мы затаили дыхание, особенно его затаил Дима. Как автор теории прогрессивного руления он с трепетом ожидал подтверждения своим выкладкам.

Подтверждения не случилось. «Ну что, бывает» — меланхолично вздохнул отличник Дима и вдруг как то резко заторопился домой, когда лом, воткнутый на полном ходу в землю, вдруг превратился в стремительную катапульту, с конца которой, тоненько попискивая, вдруг отделился человек Петро и ушел по гипотенузе куда то вверх. «Икар, хренов» — не оборачиваясь пробубнил стремительно удаляющийся домой Дима.

Я сомневаюсь, что мужик Петя успел сообразить, почему он только что втыкал лом с надежной на лучшее, а теперь летит пердячим альбатросом впереди чугунной шаланды, причем намного быстрее ее.

Все когда то заканчивается. Что то заканчивается хорошо, что то плохо, а вот наша горка заканчивалась домом, который стоял на бетонных сваях. До сваи, подтверждая, что лететь всегда быстрее, чем ехать, первым добрался Икар, летящий первым классом. С легким, почти неслышным хрюком он впечатался в железобетон и некрасивым калачиком прилег у его подножья. Вторым, кто поцелует сваю, должен был стать Вадик. Но он за секунду до контакта прекратил крутить лицом и удивляться, куда делся пассажир и, осознав перспективы, на ходу спрыгнул с этого Титаника. Никем не управляемая посудина, в полной тишине стремительно подкралась к начинающему подниматься Пете, тактично улыбаясь сливом и грациозно помахивая ломом, быстро, элегантно и со знанием дела, пришвартовала его обратно к свае.

… Из за остановившейся ванны раздались мелодичные маты вслед за которыми появился Петя. Ошалело оглядевшись и заметив нас, он навел утраченную резкость и как то скособочившись, причем одновременно на обе стороны, поковылял в нашу сторону.

- Это писец! – кто то вспомнил милого зверька. Нам бы рвануть в разные стороны, но мы, почему то стояли и смотрели, как к нам приближается возмездие.
Возмездие доковыляло зрителей, посмотрело на молчащих мужиков, посмотрело на нас, причем таким взором, от чего писец замаячил совсем уж близко. И тут Петя заржал. Ржал громко и самозабвенно и этот ржачь очень походил на крики обезьяны-ревуна. Он периодически морщился и, хватаясь то за ногу, то за бок, то за голову издавал различной тональности звуки. В процессе ржания он успел обхватать всего себя и я понял, что у мужика Петро не осталось ни одного нетронутого чугуниной места. Он всхлипывал, заикался, что то мычал показывая пальцем то на нас, то на грустно пришвартованную к свае ванну, отчего у всех закралось подозрение, что больше всего ему досталось куда то по голове. Но нет, мужик гоготал вполне искренне.

… Я даже не знаю как его зовут, но после этого случая, когда мы его встречали на улице, он всегда здоровался первым и начинал как то странно похрюкивать. То ли смеялся, то ли молился.

(с) serega_kobah

41

Любовь с инопланетянкой* …
(шуточная байка)

Расскажу Вам, мужики,
любовную историю:
«отдыхал» как от тоски
я в профилактории!
 
Познакомился я с ней,
выпили бутылку …
Когда стало чуть темней,
обнял свою милку.
 
Она сразу поддалась!
И без церемонии
ладно баба улеглась,
как меха гармонии!
 
Я «усек» и … снял штаны.
Сделал вдох глубокий:
это ж козни Сатаны, -
зад у ней широкий!
 
Говорит она: «Постой,
никуда - не денусь …
Голой – лучше, милый мой,
я сейчас разденусь.
 
Помоги мне снять бандаж:
возьми ключ «семнадцать».
Да, уйми-ка свой мандраж …
Ведь тебе – не двадцать!»
 
Дальше, больше - срам какой:
груди … отстегнула,
ключ достала разводной, -
что-то крутанула …
 
Засветился левый глаз,
странный звук раздался, -
нутряной раздался глас:
«Ну, что – испугался!?»
 
Заурчало изнутри,
тело задрожало:
сисек вышло штуки три, -
острых, словно жало!

Я от боли одурел,
но не матерился:
лишь от страха обомлел, -
малость обмочился!
 
И смотрю, как обалдуй, -
лицо ей скривило
и она мне шепчет: «Суй!
Да, скорее, милый …
 
Понапрасну не кричи,
не пугайся - сдуру!
Мне на ноги не мочи,
и не порть фигуру …
 
Побори-ка свой испуг, -
выпей еще водки …
Только суй точнее, друг, -
целься посерёдке …»
 
Я пока еще не псих, -
учит «малолетку»:
всунул ей я в тот же миг
штепсель свой в розетку!
 
Качнул, кажись, раза три,
но обмякла «палка»:
оказалось, что внутри …
соковыжималка!
 
Все достоинство мое
выжала, как тряпку …
И к тому же, ё-моё, -
яйца стали всмятку!
 
На меня беда свалилась
хлещи, чем «коррупция»!
И к тому же появилась
в голове индукция …
 
Тут «тарелка» приземлилась,
вышли странных двое:
милка дико материлась, -
увели с конвоем…

Вот так чудо бог послал,-
есть еще «творения»?!
Я «любви» такой не ждал, -
курил от волнения.
 
От волнения – обмяк,
словно гвоздь завальный …
Бог, зачем же меня так?!
Я ж – мужик нормальный!
 
Лучше б, братцы, не видать
этой «аномалии»…
Как про это рассказать
женушке Наталии?!
 
И не перднуть, не вздохнуть,
как на моратории …
Мне бы снова отдохнуть
малость в санатории, -
 
подлечиться от тоски ...
Где ж теперь ты, милка?!
Помнить будет до «доски», -
пока жив «курилка»!
................................
* Поздравляю Вас, милые наши
россиянки, с весенним праздником
8 – Марта! И, слава Богу, что
Вы не похожи на … инопланетянок!
С уважением: Акындрын – 8.03.13

42

Ограбление наоборот.
У жены есть сестрёнка младшАя, глядя на которую со стороны - можно предположить, что если плюнуть или высморкнуться в ее сторону, то она завалится навзничь от ударной воздушной волны.
У неё 172 см высоты тела, а само тело весит всего лишь 45-47 кг, и она на вид - тростиночка.
Я иногда ее обзываю "подиумной старой вешалкой", а она не обижается, т.к. является офигительным техническим переводчиком, который нарасхват. Так вот. Вчера.
Поздно вечером – звонок от нее. И сразу, по факту, как она умеет - без предисловий:
- На меня напали... Трое дэбилов выскочили прямо на повороте в наш переулок... Билятъ, куртку порвали...
- Жива-здорова?
- Я-то да... Они же не знали, что я КМС по дзюдо...
- А они тогда – живы? Про их здоровье не спрашиваю.
- Тебе-то смешно, а в результате – двое лежат сейчас в подмороженной луже, а один – сбежал, падла!
- Угу, а они-то, лежащие - живы?
- Да куда они денутся? Лежат, корчатся, типа кайфуют... Ну, а мне-то что делать? Может мне милицию вызвать?
- Дура! Вызывай скорую из телефона-автомата – если найдешь таковой - и делай ноги оттуда!
...Молчит...
- Слушай, мне стыдно, конечно, но карманы у лежачих – Я ОБЧИСТИЛА!..., компенсация, так сказать. За внезапный испуг и порванную куртку. И не переживай. У этих гопников было ВСЕГО лишь 593 рубля (гы-гы, им бы так всегда жить).
...Молчу...
- Не кривись, даже по телефону – вижу твое недовольно лицо.
Я им !!! целых !!! 93 рубля !!! оставила на МЕТРО.

PS: ну..., что сказать – БЛАГОРОДНО, типа – от жертвы - привет грабителю!

43

Однажды мне доверили посадить на самолет американца. В нашей компании (не скажу какой) он был видным специалистом, работающим в России с начала девяностых годов, прилетая вахтовым методом раз в полгода, год. По прибытии в аэропорт он выразил желание, догнаться перед полетом, показав неплохое знание основ русского языка, что говорило о его уже неадекватном состоянии. До начала регистрации было еще время, и мы сели в один из аэропортовых ресторанчиков.
- Я ведь обычно спать только до Франкфурт, - внезапно начал американец, обхватив бокал с виски, - там идти пересадка и я не спать до Кеннеди. Там полет, океан, я думать о Россия, о большой, великий Россия.
(Эк, тебя занесло то, видно русским патриотизмом и алкоголизмом заражаются, как ни странно в России) - здесь и далее в скобках мои невысказанные мысли американцу.
- Когда я приехать сюда первый раз, меня встречал и провожал вооруженный охран. (Без «вооруженный охран» обнесли был тебя в один момент в начале девяностых, раздели бы еще в аэропорту). Гостиничный номер вся ночь звонил проститутка. (Наверное, все-таки разные проститутки, «интердевочки» - кличка валютных проституток в девяностые) Всю город нет мест есть еда, купить вещь, (Не было в начале девяностых приличных ресторанов и магазинов в городе), за каждый товар иди в жуткий базар. (Наверно на рынок наш ходил, за зубной пастой и туалетной бумагой, это и сейчас довольно неприятное место, тут я с ним согласен). У людей на улиц всех суровый лицо. Улыбка нет. (А чему в начале девяностых улыбаться то? До дома дошел, в табло не огреб вот и радуйся, сам огребал по дороге домой и не раз.) Я работать раньше в Бразилиа, Венесуэл, там был как у вас, только есть партизан, самба, сигара. (Чего нет того нет, звиняй дорогой новоиспеченный российский патриот)
- Я не хотеть домой, сейчас. Мой сосед потерять дом, долг перед банк. Квартал, вечер гулять улица нет. (Наверно, криминальная ситуация в его квартале сложная, гулять никак вечером) Везде негр, латинос, негр, негр, негр…
«Негр» повторял долго с удовольствием. То ли вспоминал всех негров в своем квартале, то ли наслаждался безнаказанной неполиткорректностью. Потом неожиданно закончил:
- Телевизор, президент – негр. (Хотел в ответ сказать телевизор, президент, Путин)
Америкос задумался и неожиданно пустил слезу, словно русский мужик, вспомнивший о ждущих его на Родине жене и малых детях и продолжил:
- Вчера ресторан выйти меня отправить на гостиница, как его по русски, – на бомбил. Дал два девушк, (знойные дамы из нашей фирмы под пятьдесят) чтоб бомбил показать дорог. Одна сесть право, одна сесть лево. Целый дорога смех. Я трогать девушка за коленка, я был пьян, я был весЁл, потом девушк меня целовать щека, на посошок! (Ух, развратник!)
- Если дома приехать сейчас, то мой квартал - негр, негр…- полное удовольствие от слова негр, я потянулся за вискарем.
- Ваш девушк будет дать суд меня сексуал херрасмент потом? – неожиданно закончил он с неграми.
Виски вышел у меня через нос. Помахал отрицательно головой. Он продолжил.
- Хорошо!
- Где свобод? Где Америк свобод? Мы ресторан улица, пить водка, стременной, теменной, посошок.
Это мы его не сразу после ресторана загрузили в машину к бомбиле, а как принято у культурных людей налили на дорожку, стременную, на посошок и т.д. и т.п.
- Америк водка улица нельзя. Полиция, штраф, - лицо его стало мокрым от слез, или мне показалось?
- Я любить Россия, я любить Свобод. Америка нет Свобод. Там есть - негр, негр, негр…
(Думал надо бы ему и про президента напомнить, но не стал).
Закончив перечислять всех знакомых ему негров и не дойдя до президента, он чисто по-русски замахнул свой стакан вискаря и опять же по-русский расфокусировав взгляд, расплылся по столу.
Я сам почувствовал себя негром на жарких плантациях Юга. Взвалив тело американца на одно плечо, а багаж на другое я пошел к стойке регистрации, насвистывая запомненную со школы негритянскую песню.

44

Однажды мне доверили посадить на самолет американца. В нашей компании (не скажу какой) он был видным специалистом, работающим в России с начала девяностых годов, прилетая вахтовым методом раз в полгода, год. По прибытии в аэропорт он выразил желание, догнаться перед полетом, показав неплохое знание основ русского языка, что говорило о его уже неадекватном состоянии. До начала регистрации было еще время, и мы сели в один из аэропортовых ресторанчиков.
- Я ведь обычно спать только до Франкфурт, - внезапно начал американец, обхватив бокал с виски, - там идти пересадка и я не спать до Кеннеди. Там полет, океан, я думать о Россия, о большой, великий Россия.
(Эк, тебя занесло то, видно русским патриотизмом и алкоголизмом заражаются, как ни странно в России) - здесь и далее в скобках мои невысказанные мысли американцу.
- Когда я приехать сюда первый раз, меня встречал и провожал вооруженный охран. (Без «вооруженный охран» обнесли был тебя в один момент в начале девяностых, раздели бы еще в аэропорту). Гостиничный номер вся ночь звонил проститутка. (Наверное, все-таки разные проститутки, «интердевочки» - кличка валютных проституток в девяностые) Всю город нет мест есть еда, купить вещь, (Не было в начале девяностых приличных ресторанов и магазинов в городе), за каждый товар иди в жуткий базар. (Наверно на рынок наш ходил, за зубной пастой и туалетной бумагой, это и сейчас довольно неприятное место, тут я с ним согласен). У людей на улиц всех суровый лицо. Улыбка нет. (А чему в начале девяностых улыбаться то? До дома дошел, в табло не огреб вот и радуйся, сам огребал по дороге домой и не раз.) Я работать раньше в Бразилиа, Венесуэл, там был как у вас, только есть партизан, самба, сигара. (Чего нет того нет, звиняй дорогой новоиспеченный российский патриот)
- Я не хотеть домой, сейчас. Мой сосед потерять дом, долг перед банк. Квартал, вечер гулять улица нет. (Наверно, криминальная ситуация в его квартале сложная, гулять никак вечером) Везде негр, латинос, негр, негр, негр…
«Негр» повторял долго с удовольствием. То ли вспоминал всех негров в своем квартале, то ли наслаждался безнаказанной неполиткорректностью. Потом неожиданно закончил:
- Телевизор, президент – негр. (Хотел в ответ сказать телевизор, президент, Путин)
Америкос задумался и неожиданно пустил слезу, словно русский мужик, вспомнивший о ждущих его на Родине жене и малых детях и продолжил:
- Вчера ресторан выйти меня отправить на гостиница, как его по русски, – на бомбил. Дал два девушк, (знойные дамы из нашей фирмы под пятьдесят) чтоб бомбил показать дорог. Одна сесть право, одна сесть лево. Целый дорога смех. Я трогать девушка за коленка, я был пьян, я был весЁл, потом девушк меня целовать щека, на посошок! (Ух, развратник!)
- Если дома приехать сейчас, то мой квартал - негр, негр…- полное удовольствие от слова негр, я потянулся за вискарем.
- Ваш девушк будет дать суд меня сексуал херрасмент потом? – неожиданно закончил он с неграми.
Виски вышел у меня через нос. Помахал отрицательно головой. Он продолжил.
- Хорошо!
- Где свобод? Где Америк свобод? Мы ресторан улица, пить водка, стременной, теменной, посошок.
Это мы его не сразу после ресторана загрузили в машину к бомбиле, а как принято у культурных людей налили на дорожку, стременную, на посошок и т.д. и т.п.
- Америк водка улица нельзя. Полиция, штраф, - лицо его стало мокрым от слез, или мне показалось?
- Я любить Россия, я любить Свобод. Америка нет Свобод. Там есть - негр, негр, негр…
(Думал надо бы ему и про президента напомнить, но не стал).
Закончив перечислять всех знакомых ему негров и не дойдя до президента, он чисто по-русски замахнул свой стакан вискаря и опять же по-русский расфокусировав взгляд, расплылся по столу.
Я сам почувствовал себя негром на жарких плантациях Юга. Взвалив тело американца на одно плечо, а багаж на другое я пошел к стойке регистрации, насвистывая запомненную со школы негритянскую песню.

45

Скопировал с одного фейсбука, есть над чем поржать:

Добрались сегодня руки дописать про свой автопробег Москва – Болгария. Предыдущие 3 части - уже далеко внизу в ленте, но друзья, и особенно папа, просто требовали 4-ую.

Собственно ключевой эпизод – пересечение румынской границы, он правда заслуживает отдельного описания в литературном стиле...

Июльский зной немного смягчался прохладой, которую поднимал ветер с Дуная. Великая европейская река Дунай. Сколько народов пересекало это реку в поисках своей земли со времен Великого переселения. Скифы, гунны, волжские булгары, венгры, сербы, германцы, хорваты, гагаузы, османы… Настал и мой черед пересечь эту реку в поисках своего счастья.

Я переселяюсь из дома в Москве к себе же домой в Болгарию. Еду вторые сутки. За спиной Россия, Малороссия, которая теперь Украина, Одесса, которая ни разу не Украина, Приднестровье, Бессарабия, Молдавия, и вот я стою на мосту через реку Прут на ее впадении в Дунай, между пройденным постом молдавской границы, и еще не пройденным румынским.

В раскаленном от жары Peugeot 4007 мерно спят дети. Они всегда спят, когда едут с папой в долгую поездку, приучены к этому еще с ясель, можно сказать. Справа развалилась жена, ноги в окно, во рту жвачка, солнечные очки. Сама невозмутимость.

Передо мной шлагбаум румынской границы, над которым огромный знак Евросоюза. Желтые звезды образовали солнечный круг на синим фоне и как бы говорят тебе: «Добро пожаловать в цивилизацию, мой дорогой друг, уставший от этих ужасных Россий, Украин, Беларусей и Молдавий». Везде на таможне расклеены анти-коррупционные плакаты, направленные на демонстрацию отсутствия взяток в зоне Евро. На одном из них грязная волосатая рука протягивает пачку денег европейскому таможеннику, который делает лицо «Нет!», как на советском плакате времен борьбы с алкоголизмом, и тянется за наручниками. На другом плакате правила пересечения таможни, и улыбающийся румынский страж границы на переднем плане изображает уверенность в том, что он неукоснительно будет следовать правилам, и только правилам, бросая в темницу взяточников, стремящихся правила нарушать (на заднем фоне плаката мерзавцы-взяточники славянской внешности томятся за решеткой).

Возникло чувство, что я, наконец, достиг земель Цивилизации, и больше не буду иметь дела с персонажами вроде хохлов-гаишников и злобных молдавских фурий-таможенниц (см. предыдущие части повествования в ленте моего FB).

О, если бы я знал, забегая вперед, НАСКОЛЬКО все это НЕ так!!!

Шлагбаум поднят и я с вдохновенным чувством въезжаю на таможню Евросоюза. Здравствуйте, товарищи! Вот мой шенген! Это мои дети и жена, они со мной, вот их шенген!

Румын осматривает меня каким-то хитрым цыганским взглядом с непонятным мне прищуром, забирает паспорта и другие документы, уходит к себе в таможенную будку. Возвращается через 10 минут. Я протягиваю руку за паспортами, пребывая в уверенности, что штампы проставлены и я могу ехать дальше. Ведь у меня же все в порядке со всеми документами.

Однако, протянув паспорта, которых я уже почти коснулся , румын внезапно одергивает руку, словно дразня меня, мгновенно прячет все наши документы в карман и :

- У вас тонировка на стеклах, въезд запрещен!

У нас действительно тонировка задних стекол, но заводская. Я ПОКА думаю, что это какое-то недоразумение и сообщаю румыну-таможеннику, что тонировка заводская, машина французская, т.е. произведена в Евросоюзе по его нормам и требованиям.

Румын как-то странно, полу-одобрительно, покачивает головой и сообщает мне, что:

- У вас всех нет медицинской страховки!!

Меня это немного начинает раздражать. Как так нет? Вот же они, все страховки, на всех членов семьи, у него! Он что, не смотрел документы, которые я ему предоставил?! Тем не менее я спокойно показываю ему, где в документах находятся страховки.

- У вас нет европейской страховки на автомобиль GreenCard!

Это уже не смешно. Очевидно, что румын вообще не смотрел мои документы. Что он хочет? Непонятно. Зеленая карта на автомобиль есть, специально куплена еще в Москве. Показываю ее румыну.

- У вас нет огнетушителя и аптечки!!

Меня прошибает чувство гнева, уже хочется поговорить с этим гадом совсем не по-европейски. Дело не в том, что огнетушитель и аптечка есть. Дело в том, что когда румын произносил эту фразу, он улыбался как последний негодяй, глядя на забитый под потолок вещами, перевозимыми из Москвы в Болгарию, багажник моего авто. Скажу так, в пути я ориентировался только по боковым зеркалам, так как по центральному зеркалу заднего вида это было бесполезно делать, в виду забитости багажника по самые не балуйся.

Я пока спокойно объясняю румыну, что огнетушитель и аптечка есть, но чтобы их показать, я должен выложить все тщательно сложенные вещи из багажника на асфальт, что является для меня неприемлемым.

- У вас нет огнетушителя и аптечки, выкладывайте вещи, проезд запрещен!!

Ах ты су..ка румынская! Ну ладно, выложу вещи, раз ты так того хочешь. Вот падла! Видит же, что у меня в машине дети и жена, ан нет, все равно издевается. Ну хорошо, будет тебе сейчас и аптечка, и огнетушитель будет, едрить твою маму.

Выкладываю все вещи из багажника на асфальт, показываю румыну. Страж Евро-кордона удовлетворенно кивает головой и небрежным знаком показывает, чтобы я собирал вещи обратно в багажник.

Я укладываю всё своё, которое вожу с собой, обратно. Процесс занимает массу времени, торчу на румынской таможне уже битый час.

Как только укладываю последнюю вещь и с усилием захлопываю крышку багажника, утрамбовывая груду всего перевозимого, уложенного второй раз за двое суток, слышу за спиной убийственное:

- У вас нет треугольника!!

Я закипел. Объясняю ему на смеси русского матерного, английского и активной жестикуляции, что треугольник был там же, где и аптечка с огнетушителем, и для доказательства наличия оного дорожного знака в машине, мне придется повторить пытку под названием «разгрузи-загрузи автомобиль» третий раз за двое суток.

Лицо румына непроницаемо. Эмоций нет, только какой-то дьяволенок в глазах, и уголки губ подергиваются в издевательской усмешке.

- У вас нет треугольника!! Проезд без треугольника в Евросоюз запрещен!! – выкрикивает румын.

Во время выкрикивания ему не хватало только вскинуть руку в своем фашистском порыве и крикнуть «фойер», отдав команду расстрелять меня и автомобиль за отсутствие треугольника из всех орудий блок-поста таможни.

Если бы он это сделал, то понятно, что ответить мне было бы нечем, ибо стрелковое оружие у румынских таможенников имелось в наличии, а мой ответ был бы крайне не пропорциональным, причем с обратным знаком. Хотя у меня был уже слегка подгнивший банан, так и не съеденный молдавскими таможенницами (см. предыдущие серии автопробега), но бросаться бананом в гада-румына было бы, скажем так, эффектно, но не эффективно.

Но треугольник то у меня есть! Я спокойно…. Повторяю, спо-кой-но, но весь белый от злости, снова разгружаю багаж, опять трачу на это пол-часа, и демонстрирую этой сволочи треугольник.

И опять, наш доблестный румынский таможенник удовлетворенно кивает головой и небрежным знаком показывает, чтобы я собирал вещи обратно в багажник. Ха! Ха-ха!! На этот раз меня не проведешь, цыганщина ты эдакая. Я медленно мотаю головой и пальчиком, всем своим видом показывая: «Не! Скажи мне пожалуйста, дорогой, чего еще у меня нет?».

И тут, что было для меня полной неожиданностью, румын делает торжественное лицо и выпучив от удовольствия глаза, произносит:

- У вас нет желтой жилетки!!

Какой такой жилетки, твою мать?!! До меня медленно доходит, что видимо речь идет о тех светоотражающих жилетках, которые одевают ночью на трассе, если, например, выходят из автомобиля менять колесо …

Так дело то в том, что перед поездкой мы с Олесей очень внимательно изучили перечень всего, что должно быть в с собой при въезде в Евросоюз на своем автомобиле, и в этом списке жилетки не было! Не было!! Поэтому чего-чего, а желтой жилетки у меня действительно с собой нет.

Я объясняю все это румыну, который подло ухмыляется и с еще более торжественным видом говорит:

- Ехать обратно в Молдавия, в магазин, покупать там Желтый Жилетка, только после этого заезжать в Евросоюз.

После чего румын разворачивается и скрывается в своей будке, при этом унеся с собой все наши документы и паспорта.

Я стою совершенно о..евший. Перспективы мне абсолютно не понятны, учитывая местонахождение на мосту через реки Прут и Дунай между Молдавией и Румынией, отсутствие роуминга, присутствие детей и жены, и изъятых румыном документов. Как же мне бороться за свои права в этом Евросоюзе? И тут до меня наконец-то ДОХОДИТ. ДО-ХО-ДИТ.

И я делаю абсолютного наш, родной, русский поступок, с которого можно было бы начать, и не терять даром два часа на румынской таможне имени славного анти-коррупционного Евросоюза.

Я кладу в дальний угол багажника двадцать евро.

- Эй, мужик, я нашел жилетку! Вот она!! – и тычу пальцем в багажник.

Румынский таможенник выныривает из своей будки, внимательно на меня смотрит, ковыряя одной рукой в носу, а второй поигрывая нашими паспортами.

Медленно подходит. Оглядывается по сторонам. Нет никого? Засовывает свое туловище в багажник.

- Где жилетка?

- Вот она, вот она, мужик, там, смотри!!

Румын снисходительно улыбается, но свое туловище из багажника не высовывает. Манит меня жестом, типа засовывай свое тело тоже сюда. Я засовываю. Со стороны это смотрится примерно так – из багажника торчат две жопы с паспортами, за которыми не видно и не слышно абсолютно ничего, что происходит внутри. Рядом валяется куча хлама, ранее оттуда извлеченного, аптечка, огнетушитель и треугольник. В багажнике между телами от этих жоп происходит диалог. Румын одной рукой показывает на 20 euro, а на второй руке показывает мне два пальца и говорит:

- Твоя «жилетка» второго размера, - затем показывает четыре пальца и продолжает, - А надо, чтобы «жилетка» была четвертого размера!

- Понял, увеличиваю размер «жилетки» до четвертого размера! – я достаю еще двадцать euro и кладу рядом с предыдущими. Подсвечиваю зажигалкой. Румын жадно хватает 40 euro, комкает и быстро, с серьезным лицом, прячет в пиджак.

- Теперь ваша жилетка в порядке, можете проезжать! – и румын отдает мне все документы и наши паспорта, в которых, оказывается, все штампы уже были давно проставлены, а эта скотины просто вымогала деньги все эти два часа.

Сам румын стремительно, без капли стыда, скрывается в своей будке и поднимает шлагбаум на выезд с таможни, на въезд в Евросоюз.

Я не менее оперативно загружаю багажник и скорее давлю по газам, лишь бы поскорее покинуть таможню, пока мне еще чего-нибудь не рассказали, чего у меня нет.

Въезжая в Европу, я мельком бросил взгляд на плакат, где грязная волосатая рука протягивает пачку денег европейскому таможеннику, который делает лицо «Нет!», как на советском плакате времен борьбы с алкоголизмом, и тянется за наручниками.

Привет, Европа! Эти правила нам, к огромному сожалению, очень знакомы, и Вы даже не представляете, что будет, если вы действительно хотите по ним с нами играть…

46

ДВЕ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ НА ОДИН И ТОТ ЖЕ ПРЕДМЕТ
Как-то довольно давно смотрел я ночное телешоу про то, как надо заниматься сексом. Из всех его участников мне запомнились одна псевдогламурная то ли журналистка, то ли актрисуля и один деревенский житель: рослый, красивый мужик уже за шестьдесят. Который всю жизнь то ли постоянно женился и разводился, то ли не женился вообще и шатался всё это время по бабам. И который до сих пор так живёт. У него куча детей от разных жён, но постоянной семьи нет. Короче, мужик с большим опытом по обсуждаемой теме. По-видимому, кто-то из телевизионщиков надыбал этот колоритный типаж или где-то в командировке, или у себя на даче в деревне.
И были ещё, как сейчас помню, зрительницы в зале. В основном это были тётки лет этак под сорок-сорок пять. Ягодки в самом соку. На них тоже интересно было посмотреть.
Начала гламурная бабёнка томным голосом:
- Секс для меня - это широкая кровать с шёлковыми простынями посреди комнаты в просторном роскошном зале. Открытые настежь окна, через которые доносятся из сада соловьиные трели. Кровать вся усыпана розовыми лепестками, над головой подсвечники с зажжёнными свечами. Тихая музыка...
Ну и далее в том же духе.
Женщины в зале завистливо вздыхают: живут же некоторые!
Следом за ней выступил вышеуказанный дед с изложением своей точки зрения на обсуждаемый предмет. Безапелляционным тоном, с лёгким цинизмом, поглядывая при этом на гламурщицу:
- Розовые лепестки не нужны. Пользы от них для дела никакой, только к телу липнут, и мусор от них.
- Свечи нахрен не нужны. Они от тряски могут опрокинуться, и всё загорится в самый ответственный момент.
- Музыка что есть, что её нет - для этого дела без разницы.
- Простыни шёлковые применять нельзя, потому что они скользкие и плохо впитывают влагу. Тело на них скользит. Они собьются в комок, и будет мокро и неприятно на них лежать. Простыни должны грубые льняные - они меньше всего скользят и сбиваются в кучу, и лучше всех впитывают влагу. На крайний случай - хлопчатобумажные.
- Кровать должна иметь спинку, чтобы был упор для ног.
- Ширина кровати особого значения не имеет.
- Кровать должна быть вплотную придвинута к стенке.
- На стене лучше повесить ковёр. Чтобы партнёрша не скользила и не липла кожей к тому, что на стене.
- Самому лучше лечь с краю, а её положить к стенке.
- Дальше прижал её к ковру, чтобы не ёрзала, упёрся ногами в спинку кровати и пошёл!
- А окна в сад лучше закрыть, если не очень душно. А то комары налетят на свет и задницу искусают.
Женщины в зале смотрели на него с восхищением...

47

Если позволяет возраст и отсутствие мозгов, то почему бы и нет?
В этот раз отсутствие мозгов натолкнуло нас на одну прекрасную и весьма
талантливую пакость.

… Во дворе дома рабочие варили гудрон. Бочки дымились, рабочие
матерились, черное месиво булькало и все это вместе создавала такую
романтическую атмосферу, что мы, мелкие пацаны ну никак не могли пройти
мимо.

- Дядя, а дай нам немного гудрона? – два уличных хлопца с ведром стояли
перед прорабом, который, только что пообедав и приняв на грудь, был в
весьма прекрасном расположении души. Одним из этих хлопцев с ведром был
я.

Дядя доброжелательно оглядел нас, сказал что-то типа да йтытьблнахбись
оно в рот, берите, жалко что ли, нах? И отлил полведра черного,
горячего месива.
Мы поначалу собирались его залить в разные формы и понаделать всяческого
интересного, но сосед, существо никогда не трезвое и поэтому регулярно
битое женой, встретившись нам на пути буркнул что-то типа «опять что-то
сперли, бандиты малолетние», и тем самым предрешил свое ближайшее
будущее.

Нам стало резко обидно, тем более, что в этот раз мы ничего не сперли, а
очень даже честно выпросили. Фактурные изделия из гудрона отошли на
второй план, а на передний вылез вопрос – как напакостить соседу за его
слова несправедливые, ранящие трепетные детские души?

То, что нас опасались почти все взрослые соседи, никоим образом не
говорит о пробелах в воспитании и огрубевшей духовности. А вот сосед
этот нас не опасался. Он был смелым и глупым, этот сосед.

На повестке дня резко обозначился вопрос, как наказать соседа, чтобы
впредь он не говорил про нас всякости несправедливые и порочащие.

Предложение залить гудроном замочную скважину было отметено ввиду его
неэстетичности. Также не было принято во внимание предложение нассать на
коврик перед дверью. Во-первых, писать мы не хотели, а во-вторых хорошо
помнили, как за этим делом заловили пацана с нашего двора. Сначала его
воспитывала предполагаемая жертва в виде шарообразной тетки, потом его
воспитывал папа лично, потом его папу воспитывала тетка, потом папа,
вдохновленный теткиными непедагогическими словами, опять воспитывал его,
потом все вместе дружно пошли к тетке и пацан собственноручно стирал
коврик в теткиной ванне. Потом пацан пошел домой, а папа остался. Потом
пришла с работы мама и с виртуозностью средневекового иезуита выпытала
все события дня минувшего. Потом он вместе с мамой пошел показывать
квартиру, где писал на коврик. Но мама почему-то на коврик даже не
посмотрела. А посмотрела она взглядом тяжелым, как кузнечный молот на
дверь и сказала – «Иди сынок домой».
Что там было не знает никто, только испуганные соседи тихим шепотом
рассказывали друг другу, как мама катала шарообразную тетку по
лестничной площадке, и как папа, после теткиного самогона кривой как
ветка саксаула, скакал по подъезду в семейных трусах и кричал, что он де
тимуровец и помогает людям стирать обосанные хулиганами коврики.

В общем, вспомнив сию трагедию, мы отказались от такого мщения.
Мы зашли в подъезд, посмотрели на соседскую квартиру… Кто помнит,
раньше, когда все было плохо и застойно, обувь выставляли в коридор. Да,
все тогда было плохо, но обувь стояла. И никто ее не воровал. Хотя было
все плохо. Да.
В этот раз перед соседскими дверями стояли его валенки. Нам, тогда еще
мелким мальчишкам, эти валенки казались туннелями в вонючую преисподнюю.
Про вонючую я ни капельки не преувеличиваю. То, что сосед выставил свои
валенки за дверь, можно было определить по запаху еще с первого этажа.
Собаки, инстинктивно опасаясь сжечь свои обонятельные органы, боялись
заходить в подъезд. А летом к нам даже мухи не залетали по той же,
наверное, причине. Потому что у всех нормальных людей над дверью висела
подкова, а у соседа – валенки. То, что один раз он спрятал в них бутылку
водки, а валенки не выдержав упали на крашенную макушку его супруги, не
отвратило его от привычки развешивать вонючие войлочные произведения
искусства над дверью.

Но сейчас была зима, и два валенка, прижавшись друг к другу, дружно
пованивали стоя на посту около двери.

Не скажу, что идея пришла внезапно. До этого мы много всяких перебрали,
но остановились именно на этой.

На какое-то время валенки исчезли, а через час опять появились. С виду
все как было, так и осталось. Даже запах. Запах мазута, котором они были
испачканы снаружи и запах мертвых носков пополам с запахом мокрого
войлока изнутри.

Сосед как обычно пришел вечером, выписывая ногами такие кренделя, будто
тащил на себе не тело худосочное, а минимум вагон с арбузами.

- Ведро выкини! – раздалось от его двери и мы прильнули к глазку,
стараясь одновременно рассмотреть эффект. А эффект был! Не зря же мы,
проявляя чудеса художественной лепки, целый час лепили из податливого
гудрона к валенкам дополнительные десять сантиметров к носку, а потом,
выкинув из холодильника все полки, остужали это вонючее произведение
искусства. То, что валенки стали на десять сантиметров длиннее, сосед
вроде бы и не заметил, списав это на лишний самогон в теле. Это мы
поняли, когда он не сумев совладать с новым размером, навернулся еще на
подходе к лестнице. Кряхтение соседа, собирающего содержимое
рассыпавшегося ведра про «забористый самогон» и «нифига себе поужинал»
намекало на то, что к валенкам у него претензий не было. В щелку
приоткрытой двери мы смотрели как сосед, напоминая уже три раза
подорвавшегося сапера, ползает по лестничной площадке таща за собой
потяжелевшие валенки и ничего не подозревая. Выглядело все так: - увидя
очередную картошкину очистку, сосед, стоя на коленях, вытягивал вперед
руки, опирался на них, потом со стоном рожающей двойню подтягивал одну
ногу, секунду отдыхал, потом подтягивал вторую. Противостояние с
валенками, обретшими новую силу, давалось нелегко. Соседа становилось
жалко. Еще тревожило одно обстоятельство. В процессе перемещения тела и
подтягивания ног с валенками, последние шаркались вылепленными
гудронными носами об пол и немного деформировались. А мы их так
тщательно замазывали мазутом, который соскребли с этих же валенок! За
соседом оставались два черных следа и возникало впечатление, что он
резко ударил по тормозам и пошел юзом, оставляя следы шин.
Когда сосед встал и опустил глаза вниз… В общем ведро, упавшее из
ослабевших пальцев опять упало и немного разгрузилось на пол неопрятной
кучкой. Но соседу было пофиг, он с ужасом смотрел на кончики валенок,
которые после ползанья по полу теперь напоминали ласты моржа, правда не
такие пропорциональные, как у этого прекрасного животного. Мужик шлепал
губами, шевелил в воздухе грязными пальцами, будто плел невидимую
паутину и пытался найти логичное объяснение увиденному.

Логичного объяснения найдено не было. Это мы поняли, когда сосед
осторожно, будто его за яйца держит бешенная горилла, покинул валенки,
двумя пальцами поднял их и на вытянутых руках понес на помойку. Босиком.
На его лице блуждала… Не, не улыбка… Скорее выражение человека,
постигшего вселенскую мудрость, или открывшего источник вечной
молодости. С тех пор валенок перед его дверью не наблюдалось.

Подъезд задышал полной грудью.

48

Некоторые отношения, однажды начавшись, остаются с тобой на всю жизнь. И
это лучшее, что может случиться с отношениями между мужчиной и женщиной.
Причем, никто из них может даже не ставить задачу – их сохранить. Но
существует некое сродство душ и понимания жизни, которое не позволяет
разорвать нить. Клубок судеб разматывается, и эта нить тянется через
десятилетия, связывая вас воедино.

У Валентины была шикарная фигура. Прекрасно это осознавая, она носила
только обтягивающие наряды. Мужики останавливались на улице и провожали
плывущую по тротуару Валентину жадными взглядами. Ее формам было тесно.
Ее хотелось освободить от одежды, раздеть немедленно, позволить пышному
телу дышать свободно. Этой груди необходимо вздыматься волнами. А бедрам
положено трепетать под грубыми мужскими ладонями. Она училась на том же
факультете, что и я, на курс старше. И я неизменно ощущал содрогание,
когда мы встречались в вузовских коридорах. Она одаривала меня
благожелательной улыбкой. А я прятал взгляд, поскольку слишком очевидно
было, что даже взглядом мне хочется ее облапить.

Однажды я не выдержал. Подошел. И прямым текстом заявил:

- Как насчет свидания?

- Неожиданно, - она вновь улыбнулась, но по-другому, так бывает
улыбается грациозная кошка, показав острые зубки. – Я не против.

- Может, в пятницу?

- Давай. У меня лекция. Но я, так и быть, могу ее прогулять. Только ради
тебя.

Никогда не знаешь, во что выльются отношения. Честно говоря, мне
представлялась тогда только постель. Я собирался вдоволь наиграться ею,
а потом вернуться к Даше. Но в пятницу, гуляя по парку, мы
разговорились, и вдруг выяснилось, что у нас полно общих тем. Она, как и
я, увлекалась литературой и историей. Обладала отменной эрудицией –
заслуга образованных родителей. К тому же, у нас было похожее чувство
юмора, и мы начали сразу же беззлобно подтрунивать друг над другом - и
смеяться.

Я проводил ее до дома, долго не мог с ней расстаться, мне нравилось с
ней общаться, а когда наконец покинул, все думал: как удивительно – еще
сегодня утром Валька была фигуристой недоступной красоткой, а сейчас
превратилась в живого человека, компанейского, своего в доску. Вот
только моя страсть таинственным образом растворилась. Может, оттого, что
мужчине нужна загадка, чтобы испытывать к женщине влечение. Валентина
для меня загадкой уже не была – раскрытая книга, на той же странице, что
и я. В меру циничная, в меру деловая, знающая себе цену, с отличным
чувством юмора. Романтика с такой девушкой, понял я, просто невозможно.
Ей скажешь, что любишь. А она в ответ рассмеется.

Мы созвонились. И уже в воскресенье она приехала ко мне в гости.

- Может, займемся сексом? – предложила Валя в ответ на мое предложение
«выпить чаю».

- Давай, - после короткой паузы согласился я.

Пока я ее раздевал, мы вдоволь напотешались друг над другом. Нам
казалось, все это какой-то цирк. Тело у нее, и вправду, было шикарным.
Ничего лишнего. И все настолько качественно создано Господом Богом, что
сразу ясно – кто настоящий Творец. Я некоторое время ласкал ее. Потом
рукой решил провести по животу. И она захихикала:

- Ты что делаешь, щекотно?

Наверное, с другой я бы почувствовал себя уязвленным. Но это была Валюха
– свой человек. Я тоже засмеялся, и принялся ее щекотать куда активнее…

- Черт! – сказал я через некоторое время, когда она лежала подо мной, а
я, приподнявшись на руках, смотрел между ее больших грудей на свой едва
привставший член. – Со мной такое впервые.

- Бедный, - она снова засмеялась. Но тут же прикрыла рот ладошкой.
Сделала серьезное лицо. Хотя глаза веселились. – Это я во всем виновата.
Ложись. Сейчас.

Я лег на спину. И она принялась ласкать ртом мой вялый член. Ее действия
возымели эффект – вскоре член напрягся, пришел в боевую готовность. Я
уложил ее на спину, вошел в нее и стал ритмично двигаться. Постоянно
думая при этом: «Да что за бред, шикарная ведь девчонка, и фигура, и
лицо – безумно красивая девушка, может со мной что-то не так? » И тут же
мой член снова обмяк. И ей пришлось опять приложить усилия, чтобы его
поднять. Так продолжалось несколько раз. В течение полутора часов. Пока
я наконец не кончил.

Я натянул трусы и уселся в кресло, глядя на нее выжидательно. Поскольку
мы удивительным образом понимали друг друга без слов, она сказала:

- Это был худший секс в моей жизни.

И тут нам стало так смешно, что мы начали хохотать, не переставая. И
никак не могли успокоиться. Про такие случаи говорят: «смешинка в рот
попала».

Разумеется, я не мог удовлетвориться «самым худшим сексом в ее жизни»,
мне нужно было доказать Вале, что я настоящий самец. И в течение
следующих нескольких недель я вполне вернул пошатнувшуюся репутацию.
После нескольких успешных раз она стала меня возбуждать все больше. Да и
она уже не смеялась, а тянулась навстречу, приоткрыв рот и жарко дыша…

Затем я познакомился в Валиными родителями. Семья показалась мне
замечательной. Папа имел собственный цветочный бизнес. Но главным его
увлечением был Николай второй. Он коллекционировал книги о последнем
русском царе, и, казалось, знал о нем все. Мама была домохозяйкой. Но
настолько интеллигентной, красивой и милой женщиной, что напоминала не
русскую домохозяйку в цветастом халате и бигудях, а классическую
американскую из пятидесятых годов – у которой и газон возле дома должен
быть ухожен, и вид всегда такой, словно через час на светский раут.

Еще у Вали был старенький дедушка, увлеченный шахматист. Мы провели с
ним немало часов за шахматами. В основном, выигрывал он. Но пару раз мне
удалось свести партию к ничьей.

На этом свете живет множество мерзавцев. Дедушка однажды пошел в
продуктовый за кефиром. И не вернулся. У подъезда собственного дома его
зверски избили два пьяных подонка. Он умер не сразу. Попал в больницу с
проломленным черепом. И там вскоре впал в кому и скончался. На суде
убийцы вели себя вызывающе нагло. И получили по полной. Меня всегда
удивляло, почему люди такого сорта устраивают подобное представление на
суде? Неужели не понимают, что тем самым роют себе яму? Для меня их
поведение необъяснимо. Как необъяснима мотивация их поступков.

В общем, семья Вали настолько разительно отличалась от Дашиной, что я
поразился, каким может быть отношение. Я к такому не привык. Мне было в
их доме и уютно, и тепло. И понимали меня с полуслова. И никакого
напряжения в общении я не испытывал. Проблема была только одна: Дашу я
любил, а Валю нет.

Можно сколь угодно долго убеждать молодых людей, что думать необходимо
головой, и выбирая себе спутницу, нужно, прежде всего, смотреть на ее
семью. Они никогда не прислушаются к советам умудренным опытом
родителей. Потому что для юного создания всегда на первом месте чувства.
Если, конечно это настоящий человечек, а не грезящий только
материальными благами моральный урод, воспитанный моральными уродами -
родителями. И все же, как страшно за дочерей, как хочется, чтобы им
встретился равный, близкий по духовному развитию и по интеллектуальному
уровню человек. Но любовь зла. Может так статься, придется бить козлов и
отваживать от собственного дома…

Мы встретились с Валей - и никогда больше не расстались. Но и мужчиной и
женщиной друг для друга не стали. Ее родители так и не поняли наших
отношений. Им казалось – вот они, две половинки единого целого, казалось
бы – нашлись, хватайтесь друг за друга и плывите в океане жизни. Но мы
не были созданы стать парой, мы должны были стать друзьями. И стали ими,
в конечном счете.

Потом я наблюдал бессчетное число Валькиных романов, нисколько ее не
ревнуя. Только иногда критиковал за беспутность. Бывало, ругал, когда
она находила совсем кретина – рисуя его грандиозным мачо. Женский вкус –
загадка. В конце концов, пройдя через крайне неудачное замужество с
алкоголиком, который почему-то показался ей похожим на меня (она
специально подчеркнула этот момент), Валя вышла замуж за художника. У
них родилась дочь.

А потом Валька с мужем переехали в США. И мы потерялись на некоторое
время. Но лишь для того, чтобы снова встретиться на Нью-Йорке. Помню,
какой я испытал шок, когда увидел ее шикарную фигуру. И свернутые шеи
американских мужиков. Один черный даже зацокал языком.

«Как на Вальку похожа, - подумал я, и тут же: - Екарный бабай, это же
она! »

И побежал, расталкивая толпу, по 42-й Стрит, крича во все горло:

- Валя! Валька, постой!

Еще когда только попал в Штаты, я думал, что вот – неплохо бы разыскать
свою старую подругу. Ведь она где-то живет в этой стране. Но осознавая
масштабы Америки, понимал, что это пустые мечты. И вот – словно притянул
ее на Манхэттен…

Она буквально онемела. Американские мужики продолжали глазеть, теперь
уже с завистью, когда мы обнимались, и я целовал ее чуть ли не взасос от
радости. Хотя погодите – взасос, так случайно получилось.

- Ну, где ты?! Как ты?! Давай рассказывай! - так и не выпустив ее из
объятий, сияя, спрашивал я.

- Да здесь же, рядом… Степ, отпусти, неудобно…

И в кафе на углу она потом рассказывала мне, как жила все эти годы. Что
поначалу было тяжело. Но сейчас все хорошо, купили сначала машину, потом
дом. Правда, теперь все в кредитах. В общем, стандартная эмигрантская
история. А я поведал ей о своих злоключениях…

Мы как будто нарочно следовали друг за другом по миру. Сначала я за ней
поехал в США. Потом она за мной – в Россию. Так бывает, когда судьбы
тесно связаны.

Муж ее в Штатах сначала впал в депрессию. Его живопись никого не
интересовала. Его картины не продавались. Его не брали даже
иллюстратором в заштатные издания. Потом он познакомился с каким-то
ценителем. И тот устроил ему небольшую выставку в собственной галерее.
Там его и открыл некий местный знаток. О Валькином муже стали писать в
газетах. Картины стали продаваться. Как раз в этот период мы и
встретились. Затем он немного изменил стиль письма – и его полотна вдруг
стали очень и очень востребованы. По мере того, как росли гонорары, стал
портиться характер Валькиного мужа. Прежде тихий скромный человек, он
превратился в домашнего тирана. Требовал, чтобы к нему относились, как к
гению. И для него стало настоящим шоком, когда Валя в один прекрасный
день заявила, что уходит от него. Как?! От него?! От великого таланта?!
Участь жены гения, знаете ли, не всем подходит… Некоторые предпочитают
жизнь обыденную, но спокойную… Последовала утомительная судебная тяжба,
длившаяся несколько лет. Наконец, Валентина, забрав четверть всех денег,
которые не успели забрать адвокаты, и дочь, выехала в Россию. После
многочисленных судов и общения с юристами, Штаты ей резко разонравились.
Она говорила, ей там душно.

Я к тому времени уже давно жил на Родине. Мы регулярно созванивались,
переписывались. И потому я встречал ее в аэропорту в Москве.

Она появилась из стеклянных дверей терминала «Шереметьево 2» в шикарной
шубе и темных очках в пол лица, похожая на миллионершу. С белокурой
дочерью - дылдой, вымахавшей на голову выше матери. Сейчас девочка
делает карьеру модели. С ее ногами и ростом туда ей - прямая дорога.
Была ранняя весна. Снег уже растаял. И в шубе Вальке, должно быть, было
очень жарко. Но она не могла появиться на Родине иначе. Ей нужно было
всем, и в первую очередь себе, показать, что она не назад возвращается,
а приехала в свое отечество из-за океана победительницей. Я ее отлично
понимал.

Когда мы свернули на Ленинградское шоссе, я повернулся к «миллионерше» и
спросил:

- Валька, пива хочешь?

- Пива? – переспросила она удивленно.

- Ну, да. Нашего, русского, пива.

- Нашего, русского, очень хочу, - сказала она и засмеялась, так же
просто, как когда-то очень давно.

Я притормозил у палатки и купил ей бутылку холодного пива.

Она сделал большой глоток и зажмурилась по-кошачьи:

- Сто лет пива не пила. Хорошо-то как.

- Это Родина, Валь, с возвращением, - я улыбнулся. Я был рад, что она
приехала. Мне ее очень не хватало.

49

Случилось мне как-то конкурс красоты победить в далёком сибирском
городе. Ну, родилась я там и красоту, видимо, взрастила такую, что ни в
сказке сказать, ни пером описать. И вот отправили меня, значит, в Москву
– страну покорять. А я ещё, толком-то – ни рыба, ни мясо. И отроду мне
всего-ничего - шестнадцать лет. Вот приехала я, глазами хлопаю, дар речи
аж пропал. Проспекты широкие, дома высокие, людей море целое. Простор!
Красота! Довольную поселили меня в гостиницу. «Россия» гостиница та
называлась.

Кто знает, тот поймет, что гостиница та особенная. Традиции в ней, так
сказать, сложились. Но вот мне-то в тот момент это ведомо не было. Ну,
гостиница и гостиница. Путнику - приют. Разместили меня в номерок
небольшой. И, в общем, организаторы мои до утра удалились на заслуженный
отдых. Утром позвонят мне, сказали. О времени условились. Вот как-то
так.

Поначалу мне моё положение очень по нраву пришлось. Двери дубовые,
тяжёлые! Прямо с места не сдвинуть. Окна во двор – колодец. Я сроду
таких дворов не видела. Романтика, да и только. А коридоры в этой
гостинице длинные-длинные и номеров столько! Голова кругом! Нумерация на
них странная. Уж если выйдешь куда, дорогу обратно точно не найти!
Интригует. И кажется мне, что гостиница огромная, а ни одной в ней живой
души. Вахтёрша, впрочем, была на этаже, где-то в конце коридорного
лабиринта. Да, точно была. Значит, одна душа есть. Живой ее конечно,
трудно назвать. Спала она, что ли, когда мимо неё проходили, бренча
ключами. Кстати о ключах. У них брелоки такие есть. Дубовые тоже.
Огромные. Ни в один карман не лезут. Это для дисциплины, видимо. Чтоб,
выходя, ключик вернуть не забывали. Ну, такой точно не забыть. Его двумя
руками несешь. Лично мне в одну не помещался. Ну а сумочку дамскую пока
в зубах можно. Она меньше ключика. Это всё к прелестям относится.

Ну а самое главное – свобода и независимость! Дитё в первый раз из-под
родительского плеча выпорхнуло и сразу – в Москву! Весь номер – мой! Что
хочу, то и делаю. По крайней мере, до утра.

Вошла я, значит, ключик дубовый на стол положила и в кресло!
Наслаждаюсь. И в окошко выгляну и в зеркало полюбуюсь. А за окном, тем
временем, вечереть начало. Мрачновато как-то стало. Я свет включила. А
свет там не на потолке был, как это принято. А как-то так вдоль стен.
Тени от светильников по всей комнате бродят. Мне как-то не по себе
стало. Я перестала разгуливать по комнате. Решила спать лечь, да и
вообще этот свет выключить. Так лучше будет. Завтра ведь вставать рано.
Легла. На один бок повернусь – как-то не спится, на другой – тоже что-то
не то. Мысли всякие в голову лезут. Вспомнилось, что мне ведь даже
контактов никаких не оставили. Так если что… А что может быть-то? Да
вроде бы ничего. И всё-таки. Город незнакомый. Я одна тут совсем. Темно.
И тишина такая, будто вымерли все. Вспомнилось сразу, что время сейчас
такое. Шальные девяностые были в самом разгаре тогда.

Уснулось мне как-то ненадолго. Сон страшный приснился. Думаю, душно,
наверное. Надо бы окошко открыть. Открываю. А оттуда крик
нечеловеческий! О, ужас! Может быть, просто хулиганил кто. На тот момент
же мне почудилось, что кого-то убивают. Я быстро обратно в кровать.
Коленки дрожат. Свет включить боюсь. Тени ведь опять двигаться начнут! А
в темноте совсем стало невыносимо. Я телевизор включила. А там! Кошмар!
Там триллер какой-то идёт! Выключила. Сижу – не дышу. И тут… раздается
телефонный звонок! Хочу кричать, но молчу. Дрожащей рукой тянусь до
телефонной трубки. Мужской голос: «Наташа?» «Нет, это не Наташа» -
автоматически отвечаю я. А у самой - душа в пятки. А голос на том конце
трубки продолжает: «Наташа, приходи к нам!» Стараясь казаться как можно
более спокойной, я вежливо отвечаю: «Нет, вы ошиблись» и кладу трубку.
Холодные мурашки пробегают по моей спине. Я тихо пробираюсь к двери,
выглядываю в коридор. Сумрачный свет. Бесконечные двери, двери. А в
конце коридора стол и … о боже! Вахтёрши нет! Это абсолютно точно. Моя
последняя надежда на спасение ушла… Забиваюсь в угол, укутываюсь в
одеяло с головой. И, о нет! Звонок… Кто ещё это может быть? В такой час?
Поднимаю трубку. Слушаю. Неуёмный мужской голос уверенно заявляет:
«Наташа, тогда мы к тебе сейчас придём». Что делать, куда бежать?
Пытаясь снова промямлить что-то про неправильно набранный номер, бросаю
трубку. Не помня себя от страха, я забаррикадировалась так, как только
это было возможно. Плотно закрыв шторы, забившись в угол, и натянув на
себя одеяло, я боялась не то чтобы пошевелиться, даже дышать! И выжидала
минуту за минутой, то и дело, приглядывая в темноте предметы потяжелее.
Мой пульс не уставал отбивать секунды, мне стало казаться, что где-то
совсем рядом в комнате, быть может даже под моей кроватью, находится
бомба с часовым механизмом и вот-вот она разорвется. Через несколько
часов усталость взяла верх и мои глаза закрылись. Кажется, сон длился
совсем недолго. Но проснулась я от стука в дверь. Моё тело вздрогнуло.
Может всё-таки послышалось? Но стук раздался громче. Боже! Ещё надеясь,
что стучат не ко мне, я неслышно встала и на цыпочках подкралась к
двери. Опять постучали… Сомнений нет! Это сюда... Автоматически
подхватив стул, я распахнула дверь и замахнулась.

За дверью в костюме и галстуке широко открыв глаза от удивления и,
видимо, потеряв дар речи, стоял человек из модельного агентства. Я
проспала! За плотно зашторенным окном давно светило солнце. Времени на
объяснения уже не было. Да и что тут скажешь. Быстро собравшись, я
отправилась, наконец, осуществлять цель своего приезда.

50

Взято отсюда: http://elseeve.livejournal.com/123423.html

Чип энд Дейл спешат на помощь
В поисках ответа на умозрительный (тьфу-тьфу-тьфу) вопрос, листала
конспекты, сделанные на курсах первой помощи. Читала и радовалась.
Очень они веселые. Нет, содержательная часть вполне серьезная, но
в ходе практических занятий я успевала записывать на полях забавные
фразы и сценки. Перечитала и опять умилилась. Здорово было.

***

Двое спасателей в четыре руки ищут пупок на теле Пострадавшего. Жертва
хихикает и извивается.
1-й спасатель (держится за живот Пострадавшего, радостно): Я нашел!
2-й спасатель (держится за тот же живот в другом месте, потрясенно): И я…

***

Пострадавшая тихо лежит в углу, стараясь не привлекать внимания.
1-й спасатель бежит мимо с ворохом импровизированных шин, спотыкается о
Пострадавшую, рассыпает на нее шины, начинает их собирать. 2-й спасатель
бежит мимо, спотыкается о 1-го, останавливается в задумчивости.
1-й спасатель (жизнерадостно): Девушка, с вами все в порядке?
2-й спасатель (обращаясь к 1-му): Что с ней?
1-й (энергично): Не знаю. Давай ее тоже… того… эвакуируем!
2-й (без энтузиазма): А может, она сама пойдет? Надо ее осмотреть.
Склоняются над Пострадавшей.
Пострадавшая: Хи-хи!
1-й: Она пришла в себя! Сейчас надо ее перевернуть…
Пострадавшая: Нет, не пришла, просто щекотно.
1-й: А, слушай, я понял! У нее перелом ключицы… вот потрогай,
чувствуешь? Вот здесь, под левой лопаткой?
Пострадавшая (в сторону): Спасибо, что не шейка бедра у меня там под
лопаткой… докторы Хаусы хреновы.
2-й: Где?
1-й: Да вот же!
ЩЕЛК!!!
1-й и 2-й (хором, отпрянув): А!!!
Пострадавшая: Спокойно. Это бретелька.
Из дыма, который постепенно заволакивает помещение, появляется грозная
фигура Инструктора.
Инструктор: А вы здесь что? Уже все взорвалось, идите чай пить!
2-й (с облегчением): Ну наконец-то!
1-й (гордо): Мы нашли у нее перелом ключицы!
Пострадавшая (оживляясь): А пряники остались?


***

Всеми забытый Пострадавший лежит в углу и дышит в импровизированную
кислородную маску. Мимо идет Спасатель.
Пострадавший (с отчаянием, из последних сил): Хууп-хуу! Хууп-хуу!!
Спасатель (пожарной сиреной): Эй, ребята, все ко мне!
Остальные спасатели сбегаются на крик, побросав спасаемых.
Спасатель (указывает на Пострадавшего, довольно): Гляньте, Дарт Вейдер!

***

Двое спасателей разглядывают Пострадавшую в резиновой маске, имитирующей
травму.
1-й спасатель: Выдвинем ей челюсть, а?
2-й спасатель: Не, не надо, она и так дышит.
1-й: Тогда… тогда давай наденем шейный корсет!
2-й: А где ты его взял?
1-й (оглядывается на работающих рядом товарищей): Чшш, неважно.
Пострадавшая: Эй, осторожно… мои уши!
1-й: Какие уши?
Пострадавшая (сердито): Мои уши!
1-й (терпеливо): Я понимаю, но у тебя их четыре: два своих и два
резиновых…

***

Группа будущих спасателей взволнованно обсуждает перед закрытой дверью,
какую ситуацию готовит для них инструктор.
1-й спасатель (мечтательно): Хорошо бы авиакатастрофа! Нам остается
только пройтись по полю, собрать цветочков и принести на место крушения
венки. Всего и делов!
2-й (скептически): Легко хочешь отделаться. «Титаник» будет, не меньше.
Правда, непонятно, откуда там взялись спасатели. Поджидали его, сидя на
макушке того айсберга, что ли…
3-й (вдохновенно): Не-не-не, тут должно быть что-то более изящное… Может
быть, коллектив самоубийц, которые заняли места на подоконнике широкого
офисного окна и готовятся спрыгнуть. Наша зима, она вообще депрессивная
– темнота, сырость, мерзость, мокрый снег, жить не хочется…
1-й: Слишком просто. Надо заглянуть в офис и крикнуть: «Эй, народ, там
зарплату дают…»
2-й: «… за август!»

***

Спасательница (склоняясь над Пострадавшей): Так, спокойно, спокойно...
Сейчас, сейчас… Все будет хорошо. Скорая помощь уже едет, надо совсем
недолго продержаться. Главное – ровно дышать. Вдох… выдох…
Пострадавшая (обиженно): А я вообще не дышу!
Спасательница (меланхолично): А я не с тобой разговариваю. Просто мне
надо успокоиться.

***

Необходимое предисловие. Стандарты Красного Креста обязывают спасателя
перед оказанием первой помощи спросить у пострадавшего, нуждается ли он
в этой самой помощи. Рекомендация не лишена смысла для каких-то случаев,
но часто придает происходящему неожиданный комический эффект. Сцена из
учебного фильма представляет дело так: спасатель идет по дороге, поперек
дороги лежит человек, рядом валяется велосипед. Спасатель: «Добрый день!
(Тут бы пострадавшему выразить сомнение в том, что день выдался такой уж
добрый, но пострадавший, как и спасатель, человек дисциплинированный и
молча ждет продолжения.) Меня зовут Джон Смит. Я окончил медицинские
курсы по оказанию первой помощи. Вы, кажется, упали? (Нет, я просто
прилег отдохнуть тут посреди дороги!) Я могу вам помочь, хотите?»

Случайный прохожий, свидетель происшествия, пошатываясь, хватается за
мужественно насупленного спасателя.
Прохожий: Человек… человек упал… с семнадцатого этажа!
Спасатель подходит к бесчувственному телу, некоторое время недоверчиво
разглядывает его. Вспомнив, что дело происходит не в Европах, решает
обойтись вместо полной вступительной речи ее кратким вариантом.
Спасатель (приветливо): Здравствуйте! Вы, кажется, упали?!
Бесчувственное Тело (приоткрыв один глаз, застенчиво): Ну так… немножко.

***

Инструктор: …А когда наложите шины, Петю надо эвакуировать в безопасное
место.
Слушатели (делают шаг вперед): Ага!
Петя пытается под шумок отползти в угол.
Инструктор: Безопасное место – вон там, у кофейного автомата.
Слушатели (смыкают круг вокруг Пети): Ага!!
Петя затравленно озирается.
Инструктор: Помните, что там ступеньки за дверью?
Петя (внезапно севшим голосом): Я им напомню. Если доживу.
Инструктор: И не забудьте, что с пострадавшим надо разговаривать, ему
нужна ваша моральная поддержка. Ну, начали!
Спасатели вдвенадцатером тянут Петю к себе за разные части тела,
выкручивая их, чтобы было удобнее привязывать шины. Сердобольная
спасательница, нежно воркуя, промокает Пете лоб платочком.
Петя (всхлипывает): Убейте сразу, не мучайте!
Спасательница (ласково и растерянно): Ну-ну, что вы говорите, почему
сразу убить… Мы вас сначала эвакуируем…