На это место Вы можете поставить ссылку на Ваш сайт - узнайте условия

Результатов: 2302

801

K: У меня была идея в свое время написать Линусу Торвальдсу попросить его написать 1 апреля пост о том, что он уходит работать в Россию в Ростелеком

444 +

802

Хотите верьте, хотите нет...
Дарницкий район столицы Украины.
Четверо любопытных малолетних (9-11 лет) сталкеров решили обследовать заброшенный детский сад. Видно, шило у них в одном месте пониже поясницы, а не смартфон под носом, как у многих современных детей.
Но насладиться исследованием руин им помешал женский крик. Выглянув в оконный проём, они увидели, что какой-то мужик "отнимает у бабушки сумку".
Нет, он уже отнял и убегает!
Двое пацанов остаются с женщиной, пытаясь её успокоить, а двое других решают догнать преступника и незаметно проследить за ним.
Какое-то время им удавалось преследовать его, но потом упустили. Однако одному из следопытов в процессе слежки удалось сфотографировать преступника, поэтому они показывали его фото всем встречным и расспрашивали всех, в том числе и детей на детских площадках.
Расспросы увенчались успехом, ребятам удалось его выследить, после чего они позвонили в полицию и сообщили о преступнике.
В самый разгар процесса одному из мелких детективов позвонила мама, но он отмахнулся "Мы сейчас грабителя преследуем".
— Какие ещё грабители, а ну домой немедленно! — пристрожила мама одного из юных шерлоков, естественно, не поверив сыну (как она впоследствии рассказала корреспонденту "НН").
Каково же было её удивление, когда через пару дней ей позвонил участковый и сообщил, что её сын с друзьями помог задержать настоящего грабителя, у которого обнаружили телефон и кошелёк ограбленной женщины.
Преступник оказался рецидивистом, уже судимым за подобные преступления.
Всех четырёх ребят вызвали в отделение полиции, поблагодарили и наградили за помощь в поимке преступника.
Некоторые из юных следопытов уже задумываются о работе в полиции.

"Надзвичайні новини" з Константином Стогнием на ICTV от 2.06.2021

542 +

803

Вспомнилась история, довольно-таки давняя, но забавная, по-моему.
Было это на тусовке в подмосковном городе после большого делового мероприятия, так сказать, after-party. И присутствовал, в том числе, некий руководитель, которого все привыкли видеть всегда в компании его зама — был у них такой многолетний тандем (чисто в деловом смысле, в наше время приходится уточнять!). А тут зама нет. Спрашивают, где он, руководитель отвечает: «Поехал в Лос-Анжелес, маму навестить». Поскольку люди весьма возрастные, всем становится интересно, сколько же лет маме. И вот он рассказывает:
«Ей за 90, но в полном разуме, и семьёй всей руководит! Тут ведь какая история была: моего Дмитрия хотел переманить его друг, министр нашего регионального правительства — позвал к себе замом. Ну, Дмитрий вроде засобирался, а потом смотрю: тишина, работает, как прежде. Я его спрашиваю: «Что, передумал?» А он говорит: «Да я маме звонил. Кроме прочего, говорю ей, что работу хочу поменять. Иду к Когану заместителем». Она подумала, и говорит мне: «Митя, не ходи туда!». Я спрашиваю: «Почему?». Она говорит: «Для одного министерства два еврея — это слишком много!»

533 +

804

Вспомнилось от воскресной истории про девушку с яйцами.

У меня был случай в сеульском ночном клубе. Прицепилась кореянка, очень красивая, откровенно одетая. Тосковала, что уехал ее московский друг, бросил ее, тоскует бедная. Глазища у нее такие были вдохновенные - явно представительница творческой богемы. Дизайнерша одежды. Предложила зайти к ней домой, посмотреть ее работы. Я объяснил ей, что у меня есть жена, я верный муж и торчу в клубе только потому, что тут весело, а рейс мой поздно утром.
- Ну так и не надо никаких измен! Никто не заменит мне моего Сережу. Я надеюсь, что он вернется. А вы мне его просто напоминаете. Вот чего вы тут сидите, пиво это квасите? У меня дома пятнадцать альбомов работ! И целый шкаф того, что сама сшила! Потрясающие костюмы! Вся жизнь моя в них! Сережа ими восхищался, может и вы оцените? Слово доброе кому скажете, фото перешлете, мне нужны заказчики! Русские щедрые, красоту ценят, но кроме Сережи в России у меня никого нет. Ушел он - и все связи порвались. Давайте я покажу вам свои работы! Чего вам стоит пройтись пять минут? Никаких денег я не прошу - просто гляньте! Плиииз!

У меня, к сожалению, есть синдром накормить голодного котенка. Вид у нее был какой-то изможденный, исхудалый. Как балерина на голодовке. Кореянки вообще красивы в целом, а эта была в особенности. Тяжко ей было, похоже, без ее Сережи. Заказал ей еды, надеялся, что поест и отвяжется, пойдет себе спать.

Но, пока она ела, сложилась у меня в голове гениальная комбинация. Время под утро, нашагался, натанцевался, напился, откровенно хочется спать, а до рейса еще дофига времени. Публика расходится, клуб опустел, стало скучновато. Поспать в нормальном отеле - сто баксов минимум сдерут за сутки, а у меня на сон лишь три часа. Почасовые отели в окрестности - это трэш наверно какой-то, любовные гнездышки для мимолетных свиданий. Там даже с потолка будет пахнуть спермой и носками суровых дальнобойщиков. А тут - прелестная девушка, мною к тому же накормленная. Отчего бы не поспать у нее? Выглядит она чисто, опрятно, наверно и квартира ее такая же, метро рядом.

Хмуро изложил ей условия сделки.
1. Никакого секса и соответственно никакой платы за него.
2. Да, я посмотрю ее работы, и если какие-то из них мне понравятся, перешлю сканы знакомым. Но не более получаса на это, я засыпаю.
3. До 10:00 утра просьба меня не будить, а потом будить всеми средствами, хоть холодной водой из чайника.
4. Если я ей напоминаю Сережу, ну вот пусть и спит со мной как со своим Сережей в обнимку. Я не против красивой голой бабы в своей постели, но намерен именно спать, вплоть до рейса.

Поморгала, условия приняла. Далее началась этнография. Мы шествовали кривыми переулками вплоть до кривоватого здания типа вороньей слободки из Ильфа и Петрова. Уникальность его архитектуры заключалась в том, что несмотря на четырехэтажность, никакого общего подъезда у дома не было. Нечто снаружи типа пожарных лестниц вело к каждой квартире отдельно. Мы взобрались на третий этаж, никому не мешая.

Альбомы были. Мы их листали сидя на кровати, потому что больше сидеть было негде. В процессе рассматривания альбомов я разумеется посматривал и на восхитительные перси девушки, чуть не вываливающиеся из ее майки, и на прекрасные ноги, торчащие из юбки. Но - закралась нехорошая мысль: а вдруг это мужик. Испытанием или прямым вопросом не хотелось портить вечер. Какая разница, какого пола этот человек, если я не намерен его трахать. Работы были интересны, разговор тоже. Через час я уснул, через три был добросовестно разбужен и наскоро распрощался. На рейс успел. Ограблен не был. Пол девушки так и остался для меня неизвестным :(

659 +

805

Иногда у меня бывает «тихий час», это когда днем, не взирая ни на что, хочется кемарнуть часок другой. И я себе в этом не отказываю. Почему это время совпадает с приходом одного пацана из школы и другого из детского сада, я не знаю. Но совпадает. И это уже не тихий час, а черт знает что. Я поначалу пробовал детям объяснить, что отца будить вредно и непродуктивно, но они этому не внимали. И тогда я пошел по другому пути. А почему бы им самим не объяснять мне это. И я сменил тактику. Вместо:
- Вы оборзели, устроили гвалт, что спать невозможно! - я стал более ласков и на их отчаянные крики или что то рухнувшее с грохотом, я открывал глаза и говорил, - да-да-да, спасибо сынок, я как раз хотел вставать. Надо заняться работой. - а один работать я не люблю, предпочитая коллективный труд. Надо ведь помочь и маме — убраться в доме, помыть посуду, сварить ужин, а во дворе работы вообще немерено. В общем хватает каждому и по отдельности и коллективно.
И интересное дело, чем чаще они меня так будили, тем реже у них это получалось. Кто-то скажет парадокс, а я против. Потому что это действительно так и никакой фантастики. Вначале они начали объяснять это друг другу, типа — не ори, папа спит! Ему надо поспать! - иногда дело даже доходило до физических экзекуций. Но когда они поняли, что это тоже приводит к гвалту и шуму, а мне пришло время просыпаться, то стали просто друг на друга шипеть. С каждым разом все тише и тише. Потом стали рисовать друг другу картинки. Ведь рисование тихое занятие, а нарисовать там все что хочешь можно. Старательно выключали работающий телевизор, под который я засыпал. Не дай разуму там какой нибудь политик что то крикнет. Воспитывали маму, что бы чем нибудь не громыхнула. В общем в полной мере проявляли сыновью любовь к покою отца.
Я перенес эту систему и в интернет-троллинг. Работает. Вчера или позавчера, я даже прочитал комментарий о том, что кадр который зарегистрировал свой ник именно для комментариев заявил, что жить так дальше невозможно. Что этот сайт для баек и анекдотов. Надеюсь у него пришло озарение из-за палки о двух концах.

583 +

806

Реальная история случившаяся несколько лет назад в США.

В одном американском городке Не суть в каком жила стандартная семья Стивенсонов. Папа + Мама + 2 детишек 7 и 10 лет да собака не важно какой породы. И была у этой семьи мечта увидеть Париж и нет не умереть а увидеть, поесть в их ресторанах, подняться на Эйфелеву башню, погулять по Елисейским полям и вернутся домой .
И вот накопив нужное количество денег на двух-недельную путёвку семья в полном составе отбывает в Париж ( собаку отдали друзьям на время ). Своей мечты никто из членов семьи никогда и не перед кем не скрывал и поэтому то что они улетают во Францию знали коллеги по работе , соседи , друзья , а так же многие в школе у детей . Короче довольно много народу . Узнал об этом как то и один местный воришка – домушник. В доме не будет никого целых 14 дней и поэтому можно не торопясь осмотреть дом и успеть вынести хоть всё .
И вот убедившись лично что семейство отбыло на отдых и дом пуст воришка забрался в него . Он не торопясь и в течении нескольких часов обшарил всё и набрал довольно порядочное количество интересных вещей которые можно было потом перепродать. Набралось аж на 2 чемодана и большой рюкзак. Здраво рассудив что выходить из дома через центральный вход с такой поклажей на глазах у соседей будет довольно рискованно ( вполне вероятно кто то увидит чужого человека выходящего с таким количеством вещей и неприменно вызовет копов ) наш воришка решил не рисковать и выйти через гараж а там уже огородами уйти не замеченным . Как это часто бывает в США гараж был встроен в дом и между ними была дверь .
Воришка с награбленным перешёл в гараж но так как обе руки у него были заняты он не успел зафиксировать тяжёлую железную дверь и она захлопнулась на замок со стороны дома .
- Не беда - подумал воришка.
- Я и так взял всё что хотел и мне нет смысла обратно возвращаться .

Но он горько ошибался . Дело в том что ворота гаража уже какое то время сильно глючили и открывались самопроизвольно поэтому отец семейства решил вернувшись из Парижа вызвать ремонтников и капитально их отремонтировать а пока он повесил на ворота большой навесной замок с улицы потому что только там были петли .
Воришка это понял только через какое то время безуспешно попытавшись открыть ворота гаража изнутри . Короче он оказался запертым в гараже на 2 недели да ещё и с награбленными им барахлом .
Но он не умер с голоду … На его счастье в гараже оказалась упаковка в 20 банок с пепси и большой мешок сухого собачьего корма .
Надо было видеть лица счастливого семейства только что приехавшего из Парижа и открывшего гараж , их ждала непередаваемая картина .
Тут же вызванная полиция забрала похитителя потом был суд и 6 месяцев тюрьмы. НО на этом не всё .
После отбытия наказания грабитель подал в суд уже на владельцев дома где он был заперт 2 недели заявив, что ситуация причинила ему незаслуженную психологическую травму ведь он будучи человеком был вынужден питаться не человеческой едой а собачим кормом ,был ограничен в передвижении и справлять свою нужду тут же . Присяжные посовещались и присудили мужчине полмиллиона долларов компенсации морального вреда.

471 +

807

В ответ на пост «Я понял, что надо бежать»: 10 историй от людей, которые уволились в первый день работы

Кому то повезло в свой первый рабочий день разглядеть сущность будущего работодателя и было достаточно мозгов быстро оттуда свалить, а кому-то нет.

Работал в свое время в службе судебных приставов. По работе столкнулся с очень "веселой" ситуацией.

Есть контора, занимающаяся поставкой продуктов в разные магазинчики, торговые точки и т.д.

Контора нанимает в штат торговых представителей. Только для того, чтобы у них работать, нужно написать расписку о том, что работник взял у конторы займ на энную сумму денег. Это нужно якобы для того, чтобы если работник свалит в закат вместе с товаром, с него можно было бы взыскать убытки. После увольнения клятвенно обещали расписки порвать. Ага.

Собственно после увольнения расписки никто не рвал, а пускал в ход и взыскивал с бывших работников долги. И ведь люди велись на такую лажу.

На моей памяти было несколько десятков таких должников.

Если нужны пруфы - см. источник: https://pikabu.ru/story/kogda_ponyal_chto_nado_bezhat_no_byilo_uzhe_pozdno_8222957

742 +

808

Взрослые родители

Каждое утро начинается со звонков родителям и бабушке Ыкла. Мои утра и раньше так начинались, но раньше всё было расслабленно, теперь же я кричу в трубку.

-- Ну почему вы уже пять минут не отвечаете? -- вместо приветствия вываливаю я на бабушку Ыкла свою панику. Она ни в чем не виновата, но как можно не отвечать столько времени, когда я здесь схожу с ума.
-- Во-первых, -- степенно, но ехидно, отвечает мне она, -- здравствуй, дорогая. Ты чего молчишь? Здороваться, между прочим, надо! Особенно, -- хохочет она, -- со старшими. Давай, говори.
-- Что говорить? -- бурчу я. Она уже взяла трубку, я слышу ее голос, а это значит, что можно выдохнуть.
-- Как что? -- она нарочито изумляется, -- говори: добрый день, дорогая моя, я вас очень люблю и рада, что у вас всё хорошо.
-- Я пока не знаю как оно у вас, -- ехидно парирую я, -- добрый день, дорогая моя, -- послушно повторяю я первую часть предписанного приветствия, -- я вас сейчас съем и от вас ничего не останется, -- продолжаю я что-то совершенно не запланированное.
-- За что? -- заинтересованно спрашивает она, -- честное слово, я ничего плохого пока не сделала, -- я почти выдохнула, но она продолжает, -- по крайней мере, сегодня.

-- А вчера? -- заранее сержусь я, что за манеры, почему всё надо извлекать клещами?!
-- Вчера тоже ничего особенно плохого, -- торопливо сообщает бабушка Ыкла, а я понимаю, что мне сейчас всё это не понравится, -- я тебе сейчас всё расскажу, но только если ты не будешь ругаться. Я Ю. уже вообще ничего не рассказываю, она всё время только ругается, как будто это я ее дочь, а не она моя, что за манеры? Нет, -- нарочито сердито продолжает она, -- ты вообще такое когда-нибудь видела? Чтобы дочь ругала мать, как первоклассницу, ужас какой-то.
-- Это нормально, -- спокойно парирую я, -- я всё время ругаю родителей. А то они, -- я опять начинаю сердиться, вспоминая недавний разговор, -- как маленькие, за ними глаз да глаз!
-- Я тебе так скажу, -- она задумывается, но быстро продолжает, -- вот все эти выросшие дети, которые теперь внезапно самые умные, это сущий кошмар, я даже не понимаю откуда вы все беретесь?! И, главное, -- хохочет она, -- она там волнуется, а я, значит, из-за этого должна дома торчать! Что за эгоизм? И вообще, -- она ставит сургучную печать, -- дети родителям не указ! Это мы вас рожали, вот сидите и не рыпайтесь. Волнуются они, ишь ты, а я тут, как дура с мытой шеей должна сидеть! -- она замолкает и ждет реакции, но не выдерживает, -- так тебе рассказывать или нет? Я сейчас всё расскажу, но только если ты ругаться не будешь!
-- Рассказывайте, -- обреченно выдыхаю я и мысленно обещаю ни за что не ругать, всё равно это было вчера, чего теперь-то.

-- Рассказываю, -- ей не терпится поделиться, она спешит, ее распирает, -- я вчера ездила на массаж
-- Что? -- у меня голова кругом, там ракеты, там ужас, какой массаж, куда ездила?! -- Вы сошли с ума, -- выдыхаю я, -- как можно сейчас куда-то ехать?!
-- Очень просто, -- отмахивается она, -- выходишь из дома, открываешь машину, садишься и едешь. Ну послушай, -- успокаивает меня она, -- я же всегда езжу. Вот, к примеру, когда в прошлый раз стреляли, тогда я тоже поехала, сейчас уже не помню куда, но куда-то по делу, по очень важному делу, мне было очень надо. Не перебивай, -- я пытаюсь вклиниться, но она не дает, -- я сейчас всё забуду, что собиралась сказать. И вот тогда, когда я поехала, был удивительный случай. Еду я еду, а я же, как ты знаешь, не люблю радио в машине. И вот, еду я по дороге, смотрю -- светофор, зеленый причем, -- подчеркивает она, -- а все машины стоят на дороге и никто не едет. Я тогда подумала какие они болваны, ведь светофор же зеленый, а потом смотрю, все водители и остальные по бокам дороги лежат, ну, знаешь, как говорят лежать: лицом вниз, сгруппировавшись, руками голову прикрыть.
-- И вы остановились, правда же? -- с ускользающей надеждой спрашиваю я.
-- Нет, конечно, что я с ума сошла? На мне новое платье было, я не могу туда лечь, да и светофор зеленый, я тебе говорю, зеленый, понимаешь? В общем, я нажала на газ и дальше поехала. А сколько они там еще лежали, я не знаю, у меня радио всегда выключено. Но, -- быстро продолжает она, -- это давно было, я тебе не об этом хотела рассказать, а про вчера. Ты будешь меня слушать или так и будешь перебивать?!
-- Буду слушать, -- послушно рапортую я. Хуже не будет, она жива, здорова и весела, а значит, что всё нормально.
-- Так вот, -- я так и вижу, как она усаживается в кресло и мечтательно закатывает глаза, -- я с этим карантином почти с ума сошла, а теперь ракеты, а я так не могу, мне люди нужны, мне выйти надо, покрасоваться, за собой поухаживать. В общем, я уже давно назначила очередь на массаж, не буду же я ее отменять из-за каких-то идиотских ракет, это глупо! И вот, вчера, я встала с утра, выбрала одежду, -- она переводит дыхание, она смакует, -- я надела вон ту светлую блузку, с воланом таким, ну, ты помнишь, да?
-- Помню, -- согласно киваю я, немедленно представляя себе блузку.
-- А к ней надела новую юбку в горошек, ты ее пока не видела, я тебе потом покажу, когда по скайпу говорить будем, но поверь, -- она задерживает дыхание, -- я в ней просто ах, умереть не встать! И еще босоножки надела, те, которые ты купила, в горошек, мои любимые. И сумку бежевую ко всему этому. Представила? Чего ты молчишь, скажи: представила или нет?

-- Представила, -- выдыхаю я после короткой паузы. Я хорошо представила себе всё. Я только никак не могу представить как можно куда-то ехать, когда вокруг ракеты. Но я молчу. Я обещала не ругаться.
-- И вот, -- продолжает она, -- приезжаю я к нему, только легла, только он намазал меня каким-то маслом, только начал массаж, как уууу, -- нарочито сердито воет она, -- дурацкая сирена! Представляешь? -- у меня холодеют ноги, но я обещала не ругаться, это было вчера, чего теперь-то, в сотый раз повторяю я самой себе, потому только сообщаю о том, что всё прекрасно представила, -- и тогда массажист мне говорит: всё, срочно одевайтесь, все дружно пойдем вниз, в бомбоубежище. Ну, мы и пошли. Чего там одеваться-то, всего три предмета: юбка, блузка, босоножки. Я быстро оделась и мы пошли в это дурацкое бомбоубежище. Так получилось, -- продолжает она, -- что я зашла туда последней, там уже и массажист сидел, и его жена, и соседи их, и даже собака какая-то огромная. И все вместе в этом бомбоубежище. И вот, -- хохочет она, -- захожу я туда, а собака кидается ко мне и начинает лизать мне ноги, представляешь? Я у массажиста спрашиваю -- что это такое, почему она мне лижет ноги? А он, зараза, вместо того, чтобы просто сказать, что я прекрасная, говорит: я вас маслом намазал, особенным, и ей, в смысле собаке, оно, видимо, очень нравится! Не успела я отойти от собаки, как его жена меня подзывает и шепотом говорит: слушайте, вы прямо будто с обложки журнала мод сюда сошли! Я тогда осмотрелась и правда: все сидят в тренировочных штанах, футболках каких-то, а я же в блузке, юбке и босоножках! Ты чего молчишь? -- спохватывается она, -- уже можно говорить!

-- Я не молчу, -- бурчу я, -- я стараюсь не ругаться.
-- Это правильно, -- хохочет она, -- во-первых, я старше, во-вторых
-- Это было вчера, -- перебиваю ее я, -- ругать бесполезно.
-- Правильно, -- радостно поддерживает меня бабушка Ыкла, -- а потом я уже спокойно домой поехала, без приключений, честное слово, вот прямо честное слово! Но ты представляешь, а, -- она хохочет опять и опять, -- будто с обложки журнала мод! Ты всё поняла? Как же можно ругаться, -- удивляется она, -- если всё хорошо, всё это было вчера, я получила массаж, мне сказали про обложку журнала, я спокойно вернулась домой. В общем, -- подытоживает она, -- всё прекрасно, просто всё. Но нет, наши дети всегда умнее, да, так ведь вы все думаете?! Они волнуются, -- она опять начала сердиться, -- а я из-за этого должна в тюрьме сидеть!
-- Положим, -- я давно выдохнула и теперь смеюсь, -- не в тюрьме, а в своей любимой квартире.
-- Я очень люблю эту квартиру, -- соглашается она, -- но! За время карантина она превратилась в тюрьму! И только-только выпустили на волю, как -- на тебе, ракеты! И что, -- упрямо продолжает она, -- мне теперь обратно в тюрьму?! Ну уж нет! Я ей так и сказала, -- твердо продолжает бабушка Ыкла, -- буду ездить! Просто, -- добавляет ехидно, -- тебе рассказывать не буду, и всё. Вот, подожди, -- стращает она меня, -- подрастет чадо, как позвонит тебе, как начнет мозги полоскать: где ты, почему ты, с какой стати. И всё это под соусом, что она волнуется. Она волнуется, -- продолжала распаляться она, -- а ты из-за нее будешь дома сидеть! И всё. Нравится?
-- Нет, -- горестно, но искренне выдохнула я. Отчего-то в таком ключе я обо всем этом не думала. Мне хорошо, я уже большая, а чадо еще маленькая. Потому беру от всех миров: уже ругаю родителей и еще не получаю подобного от детей.
-- Вот тогда, -- завершает она свою пламенную речь, -- сиди и молчи. И только говори мне и родителям: молодцы какие, съездили, вернулись, все живые и слава богу. Поняла?

Я всё поняла, я звоню родителям, я твердо решила говорить только, что все молодцы.

-- Как дела? -- бодро начинаю я.
-- Прекрасно, -- спокойно отвечает папа и замолкает.
-- Что делаете, что делали? -- аккуратно выясняю я.
-- Сейчас гулять пойдем, -- тянет папа и явно что-то недоговаривает.
-- А вчера что делали? -- я уже поняла: все проблемы всегда вчера, а сегодня, как всегда, уже всё хорошо.
-- В Ашкелон ездили, -- бодро рапортует папа. У меня перехватывает дыхание: в Ашкелон?! И после этого не ругаться?! Они что, обалдели?
-- Вы с ума сошли? -- выдыхаю я, стараясь держать себя в руках. Я стараюсь следовать заветам бабушки Ыкла, но чувствую, что долго не выдержу. И вот это называется ответственные взрослые? Ну вот как после этого с ними говорить?! Хуже детей, много хуже!
-- Ничего мы не сошли, -- спокойно продолжает папа, -- надо же было Б. навестить, они там одни, им страшно, а так, смотри как хорошо, мы приехали и уже не так страшно.
-- И в честь вашего приезда, -- ехидно и почти не сердито продолжаю я, -- отменили обстрелы, я правильно понимаю?
-- Подумаешь, обстрелы, -- отмахивается папа, -- там знаешь какой большой стол, мы все под ним поместились! И вообще, дорогая доченька, -- переходит папа к воспитательному тону, -- я тебе напоминаю: это мы твои родители, а не наоборот! Так что, -- продолжает он ехидно, -- смирись и терпи. Между прочим, -- добавляет он внезапно, -- когда была угроза ядерной войны, американских школьников учили чуть что прятаться под парты! А мы что, хуже?!

Из всего этого я понимаю только одно: у меня слишком взрослые родители, слишком. И я не понимаю когда и как это произошло -- я не успела оглянуться, а у меня уже совершенно взрослые родители. Я это давно знала и даже писала об этом, но всякий раз меня поражает это заново. Когда они успели так повзрослеть, недоуменно думаю я, но, главное, почему они совершенно отбились от рук?!

708 +

809

(разговор о том что XXX собирается создать анкету на сайте знакомств)
...
XXX: написал фотографу с многолетним стажем какие фото хочу. По всем правилам, тех. задание составил. Несколько сценариев съёмки, где какие акценты интересуют, описал своё видение, указал где в нём не уверен и доверюсь опыту и мастерству фотографа...
XXX: через время приходит ответ примерно такого содержания: "За время моей практики это первый случай когда мне написали настолько подробные и детальные пожелания для фотосессии. Я опасаюсь что не справлюсь со столь тонкой работой, Вам лучше поискать более профессионального фотографа."
YYY: То есть ты ещё анкету не создал а тебя уже отшили.

552 +

810

Что такое "героизм" и с чем сегодня его едят...

История, которую я хочу написать, увы, вовсе не смешна. 12 мая в "Комсомольской правде" Молдовы опубликована статья, где в рубрике "Кишинев" с восторгом расписывается "героизм" молдавского летчика, посадившего свой самолет в аэропорту Тель-Авива во время ракетного обстрела и работы израильской ПВО по целям в воздухе. Посадившего, несмотря на предупреждения, в то время, как пилоты других рейсов, включая украинский, ушли на аэродромы на Кипре и в Греции.
Возможно, мои взгляды в чем-то устарели, я понимаю, что решения принимает первый пилот (как и несет за это ответственность), но как можно найти героизм в том, что пилот так безалаберно распорядился судьбами пассажиров и экипажа? Для чего? Ради экономии пары тонн горючего так рисковать сотнями жизней? Жаль, не придется почитать мне статей этого автора, если бы в том самолете оказались члены его семьи.
Я всегда считал, и сейчас считаю, что основной целью прессы (как, впрочем, и телевидения) являются не только освещение происходящих событий, но и воспитание, формирующее мышление читателей. А что могут вынести для себя неокрепшие умы подростков, читающих или смотрящих всю эту льющуюся с экранов телевизоров дешевую пропаганду? Ведь далеко не каждый взрослый, не говоря уже о подростках, способен отличить правду от лжи.

427 +

811

Семеновцы-2
По мотивам https://www.anekdot.ru/id/1211182/

Какая-то фигня, честно. А фигня в том, что семеновцы в Монголии были точно, по крайней мере в описываемое время. И было их много, о чем старожилы не знать не могли. Скорее всего, и сейчас есть - а куда им деться-то?
По этому поводу три байки.

Первая - из третьих рук.
Блуданула небольшая группв советских в монгольской степи, практически в полупустыне. Вдруг - нормальный пятистенок. Это в песках-то, за сотни км от леса. Заходят. Видят - древние дед с бабкой
- О! Сынки! Русские офицеры! Бабка тащи на стол!
Ну понятно, еда русская, соленья там всякие и самогон, а как же без него.
На стене висит солидная такая шашка.
- Знатная у тебя шашка, дед.
- Да... Много я ваших этой шашкой в гражданскую порубал...
Семеновец.

Байка вторая - из первых рук.
Соседка, возвращаясь из Союза через Улан-Батор, решила посетить монгольский ГУМ. Он имеет какое-то название, за давностью лет стерлость из памяти. Выбор товаров... нельзя сказать, что впечатляет, но все-таки кое-что малодоступное в гарнизонах есть, а главное - есть аутентичные, местный колорит, так сказать.
У одного из прилавков стоит старушка, одетая бедненьно, но чистенько. Русская. Мнется, что-то хочет купить, но денег не хватает. Буквально пару-тройку тугриков.
- Бабушка, не хватает? Давай добавлю немного?
- Ой, дочка, спасибо. Не захватила с собой, выручи, я отдам.
- Да не надо, ерунда. Вот, держи, - и соседка достает кошелек.
Старушка видит лопатник, глаза ее округляются от количества денег.
- Ты что, жена офицера?
- Да.
- Не надо мне твоих денег!
Плюнула и пошла себе старушка-божий одуванчик. Без покупки.
Семеновка.

А вот почему бабка не опознала жену офицера сразу... об этом байка - из наипервейших рук.
Взрослые-то помнят отвязных девчонок 70-х - отчаянно-пергидрольные выбеленные волосы, отчаянно-вычерненные брови, и ядовито-красная помада. В школах за такой боевой раскрас нещадно гоняли, но здесь про отвязных, которым море по колено было.
В 80-х макияж стал поспокойнее, скорее всего за счет серьзно расширившейся палитры фашион-средств и прочих ядохимикатов. И тем не менее, именно таким своеобразным приветом из 70-х оказалась русская проводница местного поезда Улан-Батор - Налайх.
Вагон общий, пассажиры - сплошь низкорослые и кривоногие (дань верховому кочевью) монголы. И среди этих париев, я, старлей, рост 185, в новенькой (ну почти) форме, препоясанный портупеей. Тока эспадрона не хватало и лихо подкрученных усов. Понятно же, что меня ожидало спецобслуживание.
Ан нет. Парией оказался я - по мнению этой красавицы в ее вагоне ваще, кроме монголов, не было никого :))
Семеновка.

А... почему соседка не была опознана. Так она тоже была из отвязных девчонок 70-х, осаждавших в свое время КПП Ташкентского танкового училища. 80-е свое дело сделали, в 25-летней офицерше появился шарм. Но... молодость, если она в душе, не пропьешь :))
Лева, Ирка привет, если вдруг... :))

497 +

812

Эта история не смешная и посвящена 100-летию со дня рождения моего отца, оно будет, как раз, 9 мая. Он так и говорил, что День Победы приурочили к моему дню рождения. Его статью (вернее то, что нашел в его бумагах после смерти) я публиковал здесь «Бей своих, чужие бояться будут» и писал, что в конце 1942 года он побывал в Японии, порт Вакканай. Долгое время он не вспоминал об этом эпизоде своей биографии, наверное, чтобы не стать японским шпионом (я впервые услышал это в 90-е годы).
Как-то лет 5 назад говорили со старшим братом о том, о сем и он сказал, что был у своей тогдашней подружки, отмечали День ВДВ, ее отец там служил. Я говорю:
- Наш, вообще-то, тоже
- ?
- 3-я Воздушно-десантная дивизия
- Так он же говорил, что отсиделся в артиллерии (я тоже помню эти слова, хоть и маленький был, они с мамой разошлись, когда мне было 9 лет и после этого мы общались редко)
- Да, 2-й артиллерийский десантный полк
Ну, и брат рассказал случай из отцовской боевой биографии. Это было в 1944 году в Венгрии. Немецкие танки вышли на их батарею. Подробностей боя не знаю, но после него в батарее осталось одно орудие, которым командовал отец, живых, три человека, в том числе двое раненных, у отца только рукав гимнастерки осколком порвало. После этого стало понятно, почему ему нравилась песня «На безымянной высоте», там есть слова: «Нас оставалось только трое из 18 ребят».
Не знаю, что явилось причиной: этот бой, или 10 классов образования, а может и все вместе, или, просто, разнарядка пришла, но в том же году его направили в Харьковское артиллерийское училище, где он и встретил День Победы, а потом и уволился в запас, не закончив его.
Тогда же брат рассказал, что в Венгрии на нейтральной полосе наши обнаружили винный погребок и периодически туда ходили. Однажды пошел отец со товарищи пошли в этот погребок, открыли дверь и оказались перед лестницей вниз, а в это время снизу, перед этой лестницей стояли немцы, тоже за винцом приходили, уже затаренные. Какое-то время и те и другие стояли в нерешительности, затем немцы осторожно стали подниматься, не делая резких движений и глядя на наших, наши тоже стали тихонько спускаться, ближе к середине разошлись, осторожно-осторожно, глядя в глаза и не касаясь друг друга. Сказалось, видимо, что был 1944 год, конец войны.
А это рассказал сам отец на уроке мужества, когда я учился в первом классе. Отец был в разведке с одним товарищем и на нейтральной полосе нашли немецкий танк с перебитой гусеницей, внутри все оказалось целым, исправная пушка и снаряды были. Устроили в этом танке наблюдательный пункт, сверху лучше видно, чем с земли. Ну, и разглядели немецкий блиндаж, с множеством телефонных линий и оживленным движением живой силы вокруг него. Очень осторожно, медленно-медленно, чтобы было не заметно немецким наблюдателям, развернули пушку в сторону немцев и открыли огонь. Первый снаряд недолет, скорректировали прицел, второй-перелет на такое же расстояние, еще коррекция, на середину между первым и вторым значением прицела, третьим - прямое попадание и быстрее ходу из танка. Немцы танк тут же минами закидали, сожгли, в общем. Позднее выяснилось, что огнем из этого танка они уничтожили штаб немецкого батальона.
После этого много было уроков мужества, но ни на одном больше я не слышал рассказов о боевых эпизодах. Одноклассники до сих пор вспоминают этот урок мужества, хоть и прошло уже более полувека.
Никаких выводов-комментариев делать не буду, тут народ грамотный…

639 +

813

Брат рассказал. Послали его по линии советской милиции на курсы повышения квалификации в Тверь. Понятно, что в то время этот город имел другое название. Идет он себе по улице, никого не трогает. К нему подходит молодая, довольно симпатичная женщина. Спрашивает: Вы Вахтанг Кикабидзе? Если бы она подошла и облила его кипятком, он бы меньше удивился. Но обрывать разговор с привлекательной женщиной не в его правилах. Отвечает уклончиво: А что вы хотели? Первое, попросила автограф. Второе, дала понять, что не против сексуальных отношений. При том, что брат имеет круглое лицо, несколько другую фигуру, чем Кикабидзе. Просто качок среднего роста. Единственное похожее усы. Так он еще несколько раз встречался с этой женщиной, и она звала его Вахтанг. Вот так. Без выводов и комментариев.

383 +

814

А вы играли в детстве в футбол с Иисусом?
"Книга лучше" - так часто говорят люди, сходившие в какую-нибудь религиозную организацию, особенно если они в ней провели пять-десять лет, а потом очнулись. Но книга потом глубоко сидит в голове и совсем не хочет уходить оттуда, несмотря на разочарованность в том, что увиделось. Это преамбула.
В Испании были достаточно суровые годы инквизиции, когда жгли и вешали всё, что движется хоть немного не в ту сторону, куда хочет великая христианская партия. В России, к слову, было то же самое, #НоЭтоДругое, и об этом не принято говорить вслух.
Зато сегодня в Испании церковь достаточно мирная, можно даже сказать, позитивная к людям.
Меня, по-первости, шокировало достаточно панибратское отношение к церкви у испанцев. Могут взять и назвать Иисусом (Хесусом) своего сына. Еще один простой пример - мальчишки играют в футбол около храмов, очень часто игра идет об стену храма. Громко и весело. Если рядом с храмом стоит крест-обелиск, то дети на него обязательно залезают и прыгают с него вниз. Вот прямо об стену берут и бьют мячом. Снова и снова. Специально. Сначала я ожидал, что из храма сейчас выскочит и закричит на детей благим испанским матом верующий в оскорбленных чувствах. Но нет. Взрослые улыбаются, сидят рядом, беседуют. Видимо, стены эти древние, взрослые и сами играли в своем детстве.
Кто читал книгу, знает об одном моменте, когда ученики Иисуса запрещали приводить к нему детей, чтобы не мешались и не путались под ногами. Но Учитель сказал, что именно таким, как дети, принадлежит Царствие Божие. Думаю, если бы в то время был уже изобретен футбол, детям было бы можно поиграть рядом, а может быть и вместе.
Интересно, почему в Испании неплохо играют в футбол?

544 +

815

Моими учителями в средней школе были люди примерно моего нынешнего возраста. Пожилые. Пожившие. На их молодость пришлась война. Это я сейчас такая умная и считать года умею. А тогда, в семидесятые, даже и не задумывалась о том, что парторг школы Римма Михайловна с осиной талией, грустными глазами и в туфлях на шпильках и Олимпиада Андреевна, моя учительница литературы с выцветшим шиньоном, похожим на птичье гнездо на голове, могли участвовать в войне так же, как и фронтовик директор школы, историк. На него во время линейки портрет Ленина свалился. Он побагровел постепенно. Начиная с лысины. Но Ленину ничего не сказал. Собственно, больше я про директора ничего и не помню. Да и не про него речь.

Олимпиада Андреевна была моим классным руководителем и учителем русского языка и литературы. Время осветлило ее глаза до стальных, а волосы уложило в смешной реденький шиньон на затылке. Росточку Олимпиада Андреевна была махонького, чуть выше третьеклассника, но каждый ученик моей школы, завидев издалека ее силуэтик с беломором в зубах, притормаживал и маршировал как мимо фельдмаршала Жукова:
- Здравия желаю, Олимпиада Андреевна!

Олимпиада Андреевна создала в моей школе музей "Бухенвальд, о тебе говорят твои герои". На 9 мая он распахивал двери перед первоклассниками. Представьте затянутые черным сатином стены с фотографиями бухенвальдских ужасов, занавешенные окна, тусклый свет настенных ламп. Малышня замирала и прекращала щебетанье на входе. Олимпиада Андреевна включала магнитофон, а мы, девчонки-старшеклассницы, заученно водили указкою по фоткам и рассказывали малышам о Бухенвальде.

После такого вступления уместно будет заметить, что каждый будущий уголовник, прошедший подобную закалку, сызмальства считал Олимпиаду Андреевну авторитетом на нашем неблагополучном во всех отношениях районе и на ее уроках литературы сидел как шелковый, грыз ручку, покрывался испариной и мычал что-то нечленораздельное на вопрос о Чацком, за что (за присутствие!) и получал заслуженный трояк.

В выпускном классе у нас появилась новенькая. Рыжая как огонь Алька из Полтавы. Бесшабашная, острая на язык. И на первом же уроке по "Грозе" Островского протянула руку. - А я не согласна с Добролюбовым! - звонко, колокольчиком разнесся по Бухенвальду Алькин голос. Ну чё за лажа? Катерина сигает с обрыва в реку, и она же - "луч света в темном царстве"?!?

У меня рука потянулась к учебнику. Ринка, соседка по парте, подняла голову, пытаясь увидеть отношение О.А. к происходящему в ее глазах. А Олимпиада Андреевна, широким жестом пригласив Альку к доске, сама отошла к задним партам.

- Обоснуй! - только и сказала.

И больше мы ее в течение урока не слышали, поглощенные диспутом на тему, что важнее, нет, что правильнее - суметь остаться с любимым или утопиться от тоски и безысходности. Даже двоечники что-то говорили! Мы бурлили как весенние потоки. А Олимпиада Андреевна сидела на задней парте, положив голову на руки... и тихим счастьем светились ее поголубевшие глаза.

Когда прозвенел звонок, она сказала:

- Всем спасибо! Такой урок - мечта любого учителя литературы. Але - пять!

- Почему ей пять? Она неправильно думает! Не так как в учебнике! - заныли мы.

- Именно за это ей пять! Подрастете - поймете.

P.s.Спасибо, Олимпиада Андреевна. Я "подросла" и думаю теперь: боже, какие у нас были Учителя!

491 +

816

Часто многие не могут толком объяснить, почему гонят на машинах с дикой скоростью. Ни разу не слышал, чтобы хоть кто-нибудь вспомнил классика, о том, что какой же русский не любит быстрой езды. Вот мой вариант. Завершил командировку в Чеченской республике. За два месяца повидал много, и не меньше мне везло. Надо добраться до аэропорта Северный. Знакомые ребята из ОМОНа выделили свой уазик с шофером и бойцом. В то время нормальных дорог в Чечне не было. Надеюсь, что потом появились. Водитель УАЗа, видавшего виды, разогнал его за 100 км в час по грунтовой дороге. Понимая, что мое везение может сейчас закончиться, попытался сказать ему, чтобы так не гнал. Но он просто не слышал. Боец сидевший рядом с ним, коротко объяснил, что он почти глухой после контузии. А машины у них все так ездят, чтобы хоть немного опередить взрыв фугаса, которых немало вдоль дорог. Дальше ехали молча. По прибытии я пожал руку водителю и подарил ему свои часы. Не уверен, что он понял, что происходит, но я подумал, что мне еще везет.

418 +

817

Однажды, в конце 90-х ещё дело было, у секретарши нашего генерального (не помню уже, как её звали, вроде Ира, пусть будет Ира, какая разница) раздался звонок, и мужчина на том конце провода, представившись сотрудником Бабушкинского РОВД, спросил, числится ли в штате нашего предприятия гражданин такой-то. И назвал ФИО гражданина.
Ира работала в компании без году неделя, и не всех сотрудников знала не то что по фамилии, а даже и в лицо. Но фамилия, которую назвал сотрудник правоохранительных органов, была ей хорошо известна. Это была фамилия генерального.
- Работает. – подтвердила Ира, и уточнила: - А что, простите, случилось?
В ответ полицейский усталым голосом сообщил, что указанный гражданин задержан сотрудниками их отделения в абсолютно невменяемом состоянии, что дебоширил, что при задержании оказал сопротивление, что нанёс материальный ущерб служебному имуществу, и сейчас решается вопрос о возбуждении в отношении него уголовного дела.
- Простите, а почему вы сюда звоните?
А потому, пояснил сотрудник, что у указанного гражданина при себе не оказалось ни денег, ни документов, вообще ничего, кроме пачки визиток с вот этим вот телефоном.
Тут у Иры в трубке раздался какой-то шум, и голос где-то на заднем фоне стал выкрикивать нечленораздельные ругательства и угрозы. Понять, что выкрикивал говоривший было сложно, но голос безусловно принадлежал её начальнику.
Собеседник отвлёкся, и прокричал куда-то мимо трубки:
- Да угомоните вы уже его! Отведите и заприте в обезьянник!
- Слышали? - спросил он уже у Иры, и сообщил, что если до конца рабочего дня кто-то из родственников, или сослуживцев, неважно кто, подъедет в отделение, подтвердит личность гражданина, оплатит штраф, возместит материальный ущерб в виде двух оторванных пуговиц на мундире старшего сержанта патрульно-постовой службы, то можно будет всё уладить и оформить как административное правонарушение. Если же нет, то вечером гражданин поедет на сизо, и как там сложится дальше никто сказать не может.
- Простите, - сказала Ира, - не могли бы вы представиться ещё раз, к кому мне обращаться, если что?
- Бабушкинское РОВД, - ответил собеседник чётко и членораздельно, чтобы Ира успела записать, - старший следователь майор Пронин. Если меня вдруг не окажется на месте, просто обратитесь к дежурному. До конца дня решение этого вопроса будет в его компетенции.
Первое, что сделала Ира, после того как майор на том конце повесил трубку, - набрала номер шефа. Абонент, как и следовало ожидать, был недоступен. Впрочем, он был бы недоступен в любом случае. Потому что именно в это время генеральный должен был быть в Сокольниках на переговорах с японцами. И Ира об этом отлично знала. Да все знали.
Затем она взяла справочник, и нашла там телефон Бабушкинского РОВД.
- Бу-бу-бу-бу-бу! – представился на том конце дежурный.
- Здравствуйте! – сказала Ира. – Простите, могу я услышать майора Пронина?
- Кого-кого? – переспросил дежурный.
- Старшего следователя майора Пронина! – уточнила Ира.
Секунду помешкав, дежурный сказал кому-то мимо трубки: «Майора Пронина спрашивают. Где у нас майор Пронин?» «Скажи – на задание уехал. Банду брать»
- Майор Пронин на выезде. Я могу вам чем-то помочь?
- Нет, спасибо! – сказала Ира и положила трубку. Последние сомнения в том, что шеф реально попал в беду, у неё рассеялись.
Таким образом Ира оказалась в весьма затруднительной ситуации. Ни с кем посоветоваться она не могла, ведь на кону была репутация шефа. Действовать нужно было быстро и самостоятельно.
Так что она пошла в бухгалтерию, взяла денег под отчёт, вызвала водителя разгонной офисной машины, и поехала на другой конец Москвы вызволять шефа из цепких лап блюстителей порядка.
Надо ли говорить, что по приезду быстро выяснилось, - никакого гражданина с фамилией шефа, как и никакого майора Пронина, в Бабушкинском РОВД отродясь не было.
- Ну как же?! – растерянно напирала Ира. – Как же нету? Я же вам час назад звонила! Вы же мне сами сказали, что майор Пронин на выезде!
- Вы бы у меня ещё про комиссара Мегре спросили. Вы что, не знаете кто такой майор Пронин?
Ира отрицательно покачала головой.
- Господи! – сказал кому-то у себя за спиной дежурный. – Поколение тамагочи и чупа-чупсов.
Потом снова повернулся к Ире и спросил.
- А какое сегодня число вы хоть знаете?
Ира кивнула, посмотрела в потолок, и сказала.
- Конечно! Первое апреля.
- Первое апреля, майор Пронин! – передразнил дежурный. – Девушка, идите домой, вас просто разыграли!

Всю обратную дорогу Ира задумчиво молчала, и только когда подъезжали к офису вдруг спросила водителя.
- Володя, простите, а вы не знаете случайно, кто такой комиссар Мегре?

К моменту возвращения Иры шеф был уже на месте. Выслушав её рассказ, он тут же распорядился найти Лёву. Никаких сомнений в том, чьих рук это дело, у шефа даже не возникло.
Однако Лёва ушёл в глухую несознанку. Он клялся и божился, что всё утро просидел в кресле у стоматолога. Он широко открывал рот и предлагал шефу посмотреть на дырку в зубе, которая якобы ещё дымилась от сверла. В конце концов, за отсутствием прямых улик, шеф махнул рукой, и Лёва отделался лёгким испугом. В авторстве этого розыгрыша он признался только спустя почти год, на новогоднем корпоративе, будучи не совсем трезвым, когда опасность возмездия миновала.

Пару слов про Лёву. Если присказка «сам дурак, и шутки у тебя дурацкие» была придумана и не про Лёву, то он прилагал неимоверные усилия, чтобы ей в полной мере соответствовать. Весь офис знал о его патологической страсти ко всяким розыгрышам и сюрпризам.
Впрочем, на самом деле никаким дураком Лёва не был, да и шутки у него были разные, от самых безобидных, до таких, за которые запросто могли снести башку.

К примеру, когда он однажды ночью поменял в хаотичном порядке номера на служебных газелях из нашего автопарка, ему пришлось взять недельный отпуск за свой счёт, пока озверевшие водилы не перестали интересоваться состоянием его здоровья.

Или безобидный в других обстоятельствах фейерверк в виде бутылки шампанского, который он принёс в бухгалтерию, со словами «это вам наши клиенты просили передать». А когда бутылка вместо золотистого напитка стала извергать из себя столб огня, дыма, и вони, вся бухгалтерия залегла под столы. После чего главбух объявила Лёву офисным террористом и личным врагом.

Или когда однажды Лёве не досталось в офисной столовой его любимых котлет, и он со словами «Да подавитесь вы вашими котлетами!», вышел в окно прямо с четвёртого этажа. А когда все ахнули и кинулись с криками к окнам, он как ни в чём ни бывало вошел обратно и сказал: «Ну ладно, так и быть, уговорили, сосиски так сосиски».
И главное, абсолютно все знали, что именно под этим окном висит строительная люлька, но эффект неожиданности сработал безотказно. В результате Лёва отделался парой подзатыльников, а одну из поварих пришлось отпаивать нитроглицерином.

Однако шутки шутками, но даже у самого отмороженного тролля имеются табу, или как нынче принято говорить, красные линии. Такой красной линией для Лёвы была Маргарита Николаевна, начальник нашего отдела. Маргарита Николаевна была не просто начальник, она была авторитет. Даже генеральный разговаривал с ней снизу-вверх.
Наш небольшой отдел состоял всего из четырёх человек, и занимал довольно просторное помещение на втором этаже, в дальнем углу которого был отгорожен кабинет начальника.
В тот день, где-то после обеда, Маргарита Николаевна вышла из кабинета, и сказала:
- Ребята, я уехала на переговоры. Меня сегодня уже не будет, всем до завтра.
Убытие начальства, каким бы демократичным оно ни было, вносит в рабочую атмосферу нотку расслабленности. Поэтому, как только дверь за Маргаритой Николаевной закрылась, Лёва развалился в кресле, закинул руки за голову, положил ноги на стол, и сказал:
- Так! А вы в курсе, что завтра первое апреля? Как думаете, не устроить ли нам для Маргариты Николаевны какой-нибудь маленький сюрприз?
- Лёва, - сказала Юля, наш операционист, - а иди-ка ты в задницу со своими сюрпризами!
- Нет, ну я же в хорошем смысле! – сказал Лёва.
И поделился своей идеей.
- А давайте, - сказал он, - надуем много-много воздушных шаров, и набьём ими кабинет Маргариты Николаевны. Представляете? Она утром приходит такая, открывает кабинет, а оттуда шары, шары, шары!..
Идея была неплохая. Главное необидная, и не глупая.
- Нормально. А сколько шариков надо? – спросила Юля.
Лёва что-то прикинул на листе бумаги, и через минуту выдал.
- Ну, где-то, наверное, шаров шестьсот-семьсот.
- Ого! – присвистнула Юля. – Это где мы столько шариков возьмём?
- Ну как где? – удивился Лёва. – В АХО конечно! Я с Николай Ивановичем уже договорился!
В хозяйственном отделе шариков действительно было хоть попой ешь, их закупали оптом для декорирования стендов на выставках. Там же нашелся и компрессор. Мы закрылись в отделе, и работа закипела. На всё про всё у нас ушло часа три или четыре. Когда мы закончили, дверь кабинета закрывалась с большим трудом и приятным скрипом.

Утром, ни свет ни заря, мы уже сидели на своих местах, в предвкушении появления Маргариты Николаевны. Впрочем, раньше девяти она никогда не приходила.
Но и в пятнадцать минут десятого её не было. Лёва уже начал волноваться и ёрзать, когда в половине десятого у него на столе зазвонил телефон.
- Лёва, здравствуй! – сказала Маргарита Николаевна на том конце провода. – У вас всё нормально? Слушай, я задерживаюсь, и у меня к тебе просьба. Будь другом, у меня в кабинете, на столе, лежит красная кожаная папка. Возьми её пожалуйста, я подожду у телефона.
- Твою мать!!! – выругался сквозь зубы Лёва.
И пока мы с Юлей придерживали норовившую распахнуться дверь, он на четвереньках, пыхтя и матерясь, пополз сквозь шары вглубь кабинета. Пару раз внутри кабинета раздавались громкие хлопки и мат, и наконец с красной папкой в зубах Лёва выполз обратно.
- Нашел, Маргарита Николаевна!
- Открой пожалуйста – сказала та.
Лёва открыл папку.
В папке ничего не было.
- Маргарита Николаевна, тут нет ничего! – удивлённо сказал Лёва.
- Не может быть! – сказала Маргарита Николаевна. – Посмотри внимательнее, должно быть!
Лёва стоял с трубкой в руке перед пустой папкой.
- Да нет ничего, Маргарита Николаевна! Только булавка какая-то!
- Вот! – воскликнула Маргарита Николаевна. – Именно булавка-то нам и нужна! С первым апреля тебя, дорогой! Надеюсь, что дальше делать сам сообразишь?
Маргарита Николаевна рассмеялась, и положила трубку.

Грохот стоял – мама дорогая! Весь офис сбежался, чтобы вволю поржать, и посмотреть, как Лёва, с двумя булавками наперевес, с криком «Да в гробу я видал такие розыгрыши!», идёт в атаку на воздушные шары.

780 +

818

Сидели в Сандунах чисто мужской дружеской компанией с кружками пива наперевес. Морды после парилки краснее, чем у раков на столе. Мы и жен бы притащили, но у них это форма отдыха от нас в финале выходных. Отсюда традиционное время нашей бани - вечер воскресенья.
- Бабу бы! - с тоской сказал один. Смотрим на него удивленно - образцовый муж, трое детей, сейчас работает над четвертым. Жена у него красавица, каких ему еще баб подавай?
- Нафига тебе баба в бане, Серега? У тебя и так вид какой-то затраханный.
- Так в том-то и дело! То младенец орет, то старшие бегают вопят, уложишь наконец всех - жена не слезает. И так двое суток. Отдых пц. Вызвать бы сюда бабу спокойную, ядреную, положить на лавку с собой рядом, уткнуться в сисю её могучую и - уснуть нах!

476 +

819

Игорек - мой сосед по комнате в студенческой общаге - выглядел очень молодо. Даже не так: он выглядел сущим пацаном. От русской мамы ему достался низкий рост и пухлые щечки, от папы-калмыка - азиатское круглое лицо с выступающими скулами, карие глаза и черные волосы. В институте его часто принимали за школьника, а в винниках, когда Горбач сказал:"Пьянству - уй", постоянно спрашивали паспорт... В конце концов его это достало, он отпустил бороду, неожиданно выросшую окладистой и давшую ему кличку Фидель.

Женского полу у нас на курсе было от силы процентов 15 и на общажных сокурсников девочки не смотрели вообще, предпочитая охмурять москвичей с пропиской. Мы выпускали пар на стороне. Не помню, почему, но исторически сложилось, что избавляться от спермотоксикоза мы ездили через всю Москву на Юго-Запад, в общаги Второго Меда. Фидель там серьезно влюбился, до такой степени, что даже подумывал перевестись в МИРЭА (полный, по нашим понятиям, зашквар), чтобы быть поближе к милой. И вот в очередной наш приезд к девчонкам в гостях у Игорехиной подруги обнаружился ее брат, недавно отслуживший срочную службу на Кубе. Игорек брату не понравился, на весь вечер став объектом разного рода его подковырок. А так как дело было на первое апреля, подковырки-розыгрыши сыпались из брата одна за другой. Фидель все это терпел ради большой любви. Среди прочего брат рассказал нам, побожившись, что это не розыгрыш, что такая растительность, как у Игорехи на лице, является предметом зависти всех советских вояк на Кубе: всем приехавшим из Союза обладателям пышной черной бороды, как у Эль Команданте, алкоголь на Кубе наливается бесплатно: постановление Комитета Защиты Революции. Так как бороды советским военнослужащим отращивать запрещается, гражданские бородачи ценятся на вес золота среди армейских любителей халявной выпивки в качестве друзей, с которыми можно пойти прогуляться до ближайшего кабака. Все посмеялись и забыли, но в одном отравленном любовью мозгу зарубочка на будущее оказалась сделана.

Как написало в свое время одно наше все,"шли годы, бурь порыв мятежный развеял прежние мечты". Союз развалился, медичка Фиделя бросила, в постсоветской Москве ловить ему было нечего, после защиты диплома одним из первых среди нашего выпуска он мотанул по рабочей визе в Штаты, довольно быстро получил хорошее место в Оракле и, ведомый мечтой, решил сгонять в отпуск на Кубу, где все дешево, горячие мулатки сговорчивы, а алкоголь русским бородачам наливают на халяву. Напрямую из Америки лететь было нельзя, но он договорился с друзьями в Торонто, купившими тур оттуда, и через Канаду двинулся в путь в компании двух семей однокурсников.

На курорте Фиделя постигло разочарование: алкоголь наливался неограниченно всем, а не только бородатым. Система "все включено", понимаете ли. Фидель же хотел халявы эксклюзивной и настоящей, а не по предоплате, так что настоял на том, чтобы в чисто мужской компании выбраться в Гавану на день окунуться в море бесплатной выпивки и уважения в местных барах. Мечта молодости - дело святое, но что прикажете делать, когда в первом же баре нежный цветок юношеской мечты будет грубо растоптан тяжелым сапогом материализма? Деваться однокурсникам было некуда, они согласились, но предварительно провели полчасика в компании администратора курортa и по приезду в Гавану повели Фиделя в рекомендованный администратором бар. Bскоре вся компания ловила кайф в обществе неплохо говорящего по-русски и неимоверно обрадованного визитом русского бородача бармена и горячих официанток, распевая "Гуантанамера" и распивая халявный 15-летний "Легендарио" и 12-летний "Каней"... за которыe друзья незаметно от Фиделя щедро расплатились, покидая бар, как и было согласовано с помощью администратора по телефону накануне. Фидель был счастлив - мечта сбылась.

518 +

820

xxx:
девчонки методом вдумчивого перебора вариантов добрались до купюры в $1 000 000. Это ничего, что ее нет и никогда не было

yyy:
А вот и была. Некоторое время купюры в миллион долларов ходили по США, использовались в основном в межбанковском обмене. Однако была история о том, что в России кто-то притаранил мегабакс для обмена в сбербанк, что ли, те естественно прифигели и пошли разбираться, при этом связывались с США и выяснили, что купюра была подлинной. Правда, выдали ли тому человеку рублей за этот миллион, история умолчала.

425 +

821

Намедни прочел.

Известный в прошлом спортивный комментатор, а ныне популярный блогер и журналист Василий Уткин рассказал о том, как советский спортсмен однажды застукал красавицу-жену в постели с другим.
Именно в постели и, как оказалось, буквально за секунды до непоправимого!
Герой повествования сказать ничего не успел, ещё тела в постели не поменяли положения, а жена уже крикнула ему: «Это не измена! Я не кончила!»

Ну что тут скажешь: "Всё-таки некоторые люди у нас такие дуры"

Но, вообще...
Анекдотов о супружеской неверности бесчисленное множество: тема "проходная" для данного жанра, но сколько бы их ни было, реальных фактов адюльтера неизмеримо больше. Только, в массе, они не такие веселые, а некоторые...
Наверное почему, я не в первый раз, после таких анекдотов вспоминаю интересный случай.

В семидесятых годах прошлого века, по настоянию УВД портового города Мурманска в местных газетах стали заблаговременно печатать даты и время прибытия (возвращения!) судов в мурманский порт.
Этот факт послужил интригой для, как оказалось каверзного, задания "Знатокам" известной передачи. А вопрос был таким: С какой целью это было сделано?
Естественно, в качестве эпиграфа не использовался "наводящий" анекдот.
Знатоки дали неверный ответ, хотя в ходе обсуждения он звучал.

Ну, конечно, милицейское руководство пыталось таким образом снизить количество бытовых преступлений на почве ревности. Очевидно, что ориентирована акция была, в основном, на прекрасную половину человечества.
Вот такая "толерантность по-советски": "ЖИЗНИ (и здоровье) ЖЕНЩИН, в том числе неверных жён, ВАЖНЫ"

В завершение хотелось бы вспомнить стишок из Дон-Кихота: возможно милицейское руководство, отчасти, было вдохновлено словами Сервантеса:
Любая женщина — стекло
И делать опыт не годится
Способна ли она разбиться
Иной раз случай шутит зло
Скорей всего, что разобьётся
И трогать вещи безрассудно
Которые сломать нетрудно
А починить не удается…

P.S. Заранее попытаюсь уберечься от упрёков в мужском шовинизме со стороны феминисток. "Запавшая в душу" фраза о "некоторых людях" прозвучала аж в 2-х фильмах режиссера Дмитрия Корявова и я не могу его упрекать за повтор - освежил в памяти. Причём, особо эффектно она прозвучала в устах актрисы Евгении Дмитриевой.

775 +

822

Честно скажу — раздражают меня успешные, лощёные люди в дорогой одежде, которые как с цепи сорвались и теперь из бесконечных реклам регулярно предлагают людям не очень успешным, и вероятнее всего — не особо ухоженным, брать кредиты под выгодные процентики.
Прямо вот бесят.

Вот эти вот все заслуженные актёры, талантливые режиссёры, восхитительные певцы и прочие юмористы всех мастей.
Хорошо поставленными голосами, доверительными интонациями, дружески подмигивая и ободряюще похлопывая по плечу, взахлёб рассказывают они, как это выгодно и здорово. Вы чё блять несёте-то?

Ой, как раз на новую кухню хватит — радуется супруга одного известного режиссёра. Давайте с нами!
С кем с вами-то? Кого ты ещё тут видишь, перечисли! Я один здесь!
Очень я сомневаюсь, что эта женщина покупала шкафчики себе на кухню в кредит. Высчитывала долго, морщила лобик страдальчески, прикидывая, сколько в месяц придётся выплачивать, долго решалась и потом всё-таки пошла и оформила. Невзирая на грядущий, гарантированный семейный скандал и разгневанного мужа, который будет протягивать с укоризной болезненно худые, полупрозрачные руки и говорить — ну вот куда, куда тебе эта кухня-то?! Нам жрать нечего, а ты — кухню! С голода подохнем, зато за новым столом, да?! Очень хорошо! Просто прекрасно!
Этого ты хотела?! Ты, мать моих детей! Что ты творишь!? О горе мне горе, надо было маму слушать и не жениться на тебе, ведьма расточительная!
И дети по углам завоют страшно и бабушка выбежит и проклянёт всех, кого достанет.

Некий бытовой Станиславскый во мне просыпается после вчерашних излишеств и, сумеречно разлепляя мутные зенки, надсадно орёт заветное «Не верю!». Ну не берут эти люди кредиты и коллекторы им потом не звонят и на дверях угрозы баллончиком не выводят.

Реклама кредитов должна быть честной.
Должна стоять в кадре замызганная, непривлекательная тётка и при ней — мужичонка малахольный. Оба — в жутких шмотках с рынка, обшарпанных и ветхих, оба — выглядят лет на десять-пятнадцать старше своего возраста, лица нездорового цвета, зубы жёлтые, морщины, пузо, залысины, вот это всё. И долгий, нудный рассказ в их исполнении, о том, как взять-то они , конечно взяли, но, как гласит народная мудрость, берёшь ты всегда чужие и на время, а отдаёшь-то свои кровные и навсегда, да ещё и с процентами.

А это ой как неприятненько и вообще, по средствам жить надо, а не плодить кредитную паутину, подрывая тем самым экономику, сталкивая её в очередную яму кризиса.
И приставы судебные чтобы в кадре были, имущество описывали бы и пёрли не до конца погашенный телевизор, и коллекторы с лютыми лицами чтоб пальцами похрустывали угрожающе, и девочка вот эта вот, которая каждый месяц будет звонить и говорить мерзким голоском — Татьяна Марковна, вы просрочили ежемесячный платёж, в чём проблема? Когда готовы погасить задолженность?

И графики инфляции пусть тут же будут, намекая как бы, что вот взял ты триста тысяч на три года, а через три года это уже ну ты сам понимаешь что будет, а не деньги. И музыка чтобы играла из киноленты «Реквием по мечте».

Вот это будет честно.
А вот эти все светлые, открытые лица, все эти симпатичные ребята с маникюром, эта вся белозубая болтовня — это отвратительно, я считаю. И всех этих актёров-режиссёров-певцов-шутников я бы после такого смотреть-слушать не стал, хотя я и так их не смотрю и не слушаю. И вам не советую. И кредиты брать не рекомендую, хотя сам и не брал ни разу. Но всё одно — не рекомендую.
Доклад окончен

558 +

823

С чего начать не знаю, но уже прошло много лет и эта история давно созрела для повествования.
Эта история больше о жизни, и чуточку о чувстве прекрасного.

Часть 1. Мишкино детство.

Жил-был мальчик Миша.
Мишкино детство пришлось на безоблачные 80-ые годы в славном солнечном и зеленом советском городе Киеве.
Почти типичная киевская семья того времени: мама - простой бухгалтер, папа - учитель.
Когда Миша только пошел в школу, жизнь внесла свои коррективы, и маму отец оставил,
Мишку школьника с младшим братиком маме дальше пришлось поднимать в одиночку.
Это еще то время когда кружки и секции были для всех желающих бесплатно, вернее за счет государства.
И еще не было никакого намека на разделение на крутообеспеченных и малоимущих.
Но и в те времена одинокой женщине поднять двух малышей была не самая легкая задача.
Мама старалась изо всех сил. Жили они достаточно скромно без излишеств, вкусняшки в доме были только по большим праздникам.
Но время шло, Мишка рос, учился хорошо, точные науки давались ему легко,
посещал шахматный кружок, и ходил на футбол.
К своему взрослению шахматы забросил, футболистом тоже не стал, так уж сложилось.
В начале девяностых Миша заканчивает школу и поступает в местный Политех, и со временем становится программистом, хорошим программистом.

Часть 2. Мишкин дом.
Хочу напомнить что конец 90-ых, начало 2000-ых - это как раз те годы, когда начался отток наших талантов в западные компании.
Миша был талантлив и нашего Мишу нашли, попал в нужное время в нужное место, стал Миша работать на одну из очень крупных ИТ-компаний,
по рабочим вопросам стал Миша кататься по миру. Как специалист в своем деле Миша состоялся, и его ценили.

Первым делом, Миша купил маме красивую машину, на второе место Мишка задумал построить красивый двух-этажный дом,
чтобы с гаражом для маминой машины и обязательно с газоном и бассейном возле дома.
Задумал и дело пошло, через пару лет в селе под Киевом появился дом мечты,
все как задумывал сложилось, и гараж, и газон, и бассейн.

Часть 3. Мишкины тучи.
Наш мир устроен так что если мы получаем в одном месте, то где-то в другом что-то отнимает.
В этом доме эта семья прожила меньше года. В одном из ДТП погибают мама и младший брат.
После этой трагедии Миша возвращается жить в родную двушку на Шулявку, и в доме своей мечты больше не живет ни дня.
А спустя еще некоторое время он его продает какому-то чиновнику и перебирается на ПМЖ в Силиконовую Долину.
Дальше Миша в Киеве не появлялся 12 лет.

В один из летних дней раздался звонок моей мобилки с неизвестного номера,
это был Миша и он был в Киеве,
встреча для старых друзей была назначена на завтра 11-00.
Собрались, общались, ели, пили премиальный алкоголь, и снова пили уже все что попало, все по-нашему.
В какой-то момент Миша сказал что хочет посмотреть на свой дом, хотя бы краем глаза. Задумано сделано.

Вызвали такси. Таксист посмотрев что все пьяные потребовал сразу оплату и туда, и обратно.
Кто-то откололся, но двое самых стойких едут с Мишкой за компанию за город.
Подъехали к дому в хорошем настроении, все были на позитиве.
Все было как и раньше, вот только туи которые Миша сам садил возле кирпичного забора выросли.
Мы вышли, постояв несколько минут Миша решил нажать на звонок,
в этот момент он вел себя уверенно как человек который построил этот дом.
За забором послышались какие-то движения, но никто не отзывался.
Позвонили второй раз, третий, четвертый и пятый раз.
Наконец-то калитка открылась, напротив нас стояла сельского вида бабка и не знала как реагировать на троих пьяных мужиков.
Мы шагнули во двор, бабка отступила к дому.
Вблизи калитки лаял Шарик на цепи.
От газона не было и намека, рос одуванчик и куры гуляли, в том что раньше было бассейном плавали утки,
справа от бассейна стоял деревянный курятник...
Немая сцена минут на 3...
Тишину нарушила бабка - забирайтесь алкаши, а то буду звонить в милицию.
Миша молча поворачивается и выходит, мы за ним, калитка захлопывается.
За ней слышатся еще какие-то проклятия. За эти 3 минуты Миша протрезвел. Таксист сбежал.
Садимся на бордюр возле туй.
Миша плачет.

671 +

824

Абонемент на неинтересное кино

Когда-то давно я закончил музыкальную школу города Н-ск. Музыкалка была неотъемлемой частью моей жизни, как уроки вечером, уборка по субботам, подъем в семь, манная каша на завтрак.

Самое страшное для меня было – подвести родителей или кого-то из взрослых, чью роль в своей жизни я считал значимой. Мой учитель по специальности Тамара Александровна безусловно была таким человеком. Я любил и боялся ее одновременно. Любил ее похвалы за хорошо подготовленный урок, и страдал, когда слышал усталый вздох из-за криво выученного аккомпанемента.

Это был один малорадостный день поздней осени. Они там, кстати, все малорадостные, потому что память о теплых летних каникулах еще свежа. До снега и связанных с ним развлечений еще далеко. И каждый путь в школу и обратно – это тоннель из серого неба и мелкого противного дождя. Я стоял и собирал ноты в пакет после не самого успешного урока у Тамары Александровны. На ее учительском столе лежали какие-то буклеты.

- Стас, это абонементы в кино. Пойдешь? – услышал я голос преподавателя.

Кино я очень любил, но в тот момент в моем детском сердце ничего не отозвалось. Я понимал, что в музыкалке вряд ли распространяют билеты на «Робокопа» или «Звездные войны».

Я вяло открыл буклет. Так и есть. Глаз тут же нашел знакомые из музлитературы слова, фамилии, названия – либретто, тенор, Бородин, Моцарт, Пуччини, «Спартак», «Князь Игорь», «Риголетто».

Прочтение буклета радости мне не прибавило. Как и любой подросток я был увлечен лейтенантом Хелен Рипли и рядовым Фредди Крюгером.

- Абонемент стоит десять рублей, можешь потом занести. – сказала Тамара Александровна тоном, который не предполагал обсуждений, поэтому в мой мозг эти фильмы сразу попали в раздел «обязательно к просмотру», – фильмы будут показывать каждое воскресенье в 15.00.

Воскресенье так себе выходной. Осознание приближающегося понедельника отравляет его. Даже традиционный вечерний фильм по первому каналу не мог его исправить. А теперь ближайшие 10 воскресений будут еще и разорваны на две половины просмотром каких-то идиотских музыкальных фильмов.

Сценарий «не ходить» мной даже не рассматривался. И это до сих пор меня удивляет, потому что на просмотре первого фильма в зале я сидел абсолютно один. Я точно знал, что другим ученикам абонементы тоже «продавали». Некоторые даже пытались их перепродать на сольфеджио по дешевке.

Первый фильм был «Амадей» с Томом Халсом в роли Моцарта. Его лицо я где-то уже встречал – в каких-то второсортных боевиках или ужастиках. А может с кем-то путал. Но то, что это художественный фильм меня немного успокоило.

Как вы уже поняли, в зале я сидел в полном одиночестве. Хотя нет. Первые 15 минут на заднем ряду сидели какие-то птушники с пивом. Видимо решили скоротать время в кино. Они шумно комментировали сцены, подкидывали в воздух шапку через луч проектора, чтобы она огромной тенью пронеслась через весь экран, гоготали при каждом удобном моменте. Но они быстро поняли, что фильм не для них, допили пиво и ушли.

Но когда это произошло я не заметил. Мной завладел фильм. За полтора часа перед глазами пронеслась жизнь великого композитора. Моцарт был ровно таким, каким я его себе представлял. И по внешности, и по характеру. Врожденная гениальность композитора, которому всё дается настолько легко, его чувство музыки, которое превосходит все остальные. Музыка распирает его изнутри. Он просто не может держать ее в себе. Он проводник чистого искусства между космосом и бумагой. И в этом трагедия. Он счастлив этой судьбой и даром творить, но это истощает его. Моцарт фактически сгорает в потоке музыки.

Ф. Мюррей Аббрахам, который был мне больше знаком как актер второстепенных ролей в триллерах и боевиках, талантливо сыграл в этом фильме Антонио Сальери. Известно, что Сальери был очень хорошим музыкантом и композитором. Он упорным трудом заслужил свое место придворного капельмейстера и признание в музыкальном сообществе. И вот представьте, что вы тяжелым трудом создаете каждое музыкальное произведение – сонату, симфонию, фугу, оперу. Как ювелир, который годами гранит один и тот же кусок камня, чтобы получить идеальное украшение. А тут врывается какой-то откровенный чудак без манер, без роду и племени, который делает с музыкой всё что ему заблагорассудится. И злая шутка жизни в том, что делает он это гениально. То, на что у вас уходили месяцы и годы, этот щенок левой ногой делает за пару минут.

Фильм накрыл меня с головой – игра актеров, музыка, костюмы и декорации старой Вены. Полтора часа пролетели как одна секунда. После кино я еще минут десять сидел в ярко освещенном зале. В голове гудела Лакримоза. Смерть Моцарта потрясла меня. Я и до этого знал, что он умер молодым, как и Пушкин, но я не осознавал всей трагедии этой смерти такой несправедливой, несвоевременной, ненужной.

Придя домой, я понял, что забыл в кинотеатре шапку. В любой другой день я бы побежал за ней обратно, потому что в нашей семье терять вещи считалось проступком. Но тогда эта потеря меня совершенно не тронула. Я все еще жил в фильме, я рыдал над телом Моцарта, сброшенного в грязном мешке в безымянную могилу для бедных. Что такое шапка по сравнению со смертью гениального творца.

Однако шапку мне вернули. На следующем сеансе.

- Этот Пушкин шапку на Моцарте забыл! - услышал я за спиной женский голос, когда в следующее воскресенье пришел смотреть второй фильм из абонемента. Я обернулся. Старая вахтерша смотрела на меня поверх очков.

- Твоя шапка? – спросила гардеробщица, доставая откуда-то из под стойки мой спортивный «петушок».

- Моя, - ответил я, - спасибо.

- Забирай сейчас. Раздевать тебя не буду. Все равно никого нет. Много чести. Закроюсь и пойду вздремну, - сказала она нарочито строго, но с легкой улыбкой. Большинство взрослых женщин так общались со мной еще много лет после. Им плохо удавалось скрывать свою симпатию к моему образу идеального внука.

В этот раз «давали» «Князя Игоря». Оперу Бородина я прошел буквально пару недель назад и мог свободно напеть хор бояр или арию самого Князя ("О, дайте, дайте мне свободу. Я свой позор сумею искупить!").

В зале опять было пусто. Я скомкал билет и стал придирчиво выбирать место в самой середине.

После «Амадея» я был готов к легкому разочарованию. Я ждал театральной постановки, но по первым кадрам понял, что это снова художественное кино. Еще интереснее стало, когда оказалось, что Князя Игоря играет герой русских боевиков и приключенческих фильмов Борис Хмельницкий. Актер с, пожалуй, самой яркой и характерной внешностью. Капитан Грант, Робин Гуд – ему отлично давались роли матерых авантюристов – благородных и сильных. Князь Игорь из него получился отличный. Фильм был музыкальным, но с добротной приключенческой постановкой и боевыми сценами. Шапку я на этот раз не терял, но удовольствие от просмотра получил.

- Тамара Александровна, вот 10 рублей за абонемент. Я всё забывал вам отдать, - я положил свернутые купюры на стол. Урок по специальности должен был вот-вот начаться.

- Какой абонемент? - немного рассеянно сказала учительница. Она отстраненно посмотрела на меня, а потом ее взгляд вдруг сфокусировался, глаза широко открылись, и она сказала, - ты что, ходишь смотреть это кино?

- Ну да, - немного удивленно сказал я, - вы же сами сказали.

- Да, Стасик, сказала, но тут на последнем собрании директор школы сетовала на то, что зал пустой. Дети не хотят, а родители не настаивают. И преподавателям тоже не до того: воскресенье единственный выходной. Мы даже думали попросить кинотеатр отменить показ. Но администрация сказала, что техника работает, люди заняты. Показ идет в зачет плана.
Я стоял и слушал Тамару Александровну, которая как будто оправдывалась.

- А ты, значит, ходишь! – я встретился с ней глазами. - И что ты уже посмотрел?

Тамара Александровна села за стол

- Ну, - начал я немного неуверенно, - три недели назад был балет «Спартак».

Я решил начать с неинтересного. В моем хит-параде музыкальных жанров балет плелся где-то в конце ТОП-10. Но меня восхитил артист, игравший роль римского полководца Красса. Он был настолько хорош, что я никого больше и не запомнил.

- Ну еще бы, - хмыкнула Тамара Александровна, - это ты попал под магию Мариса Лиепы. Танцор был от бога. Недавно умер. Так жалко.

После балета два воскресенья подряд показывали фильмы по самым известным операм Верди «Риголетто» и «Травиату». Это полноценные художественные фильмы, с натурными съемками в живописных местах, красивыми декорациями и с потрясающими костюмами.

В «Риголетто» роль Герцога исполнял Паваротти. А в «Травиате» играл второй из трех великих теноров – Пласидо Доминго. А буквально за месяц до этого я нашел в школьной библиотеке книжку «Сто либретто», где были собраны самые известные оперы всех времен! Можно не любить оперу, но приключенческие рассказы или страшные сказки любят все. А опера – это всегда закрученный сюжет, интрига, и чаще всего с плохим финалом. И вот представьте себе книгу, в которой таких историй больше ста. И каждая изложена буквально в трех-четырех страницах. Это же клад для непоседы!

Поэтому Верди я посмотрел от начала и до конца. Чуда не ждал. Знал, что все умрут.

Тамара Александровна выслушала меня, покачала головой и негромко сказала что-то вроде «Ну и ученик у меня». По тону я не понял было это похвалой, удивлением или чем-то еще, но обдумать не успел. Начался урок, и я переключился на Кабалевского.

Я не стал рассказывать Тамаре Александровне, что за этот месяц стал практически своим в кинотеатре. Я продолжал ходить на фильмы один, не понимая, что теперь их действительно крутят только ради меня. Один раз я даже опоздал на 20 минут. Вспотевший и запыхавшийся я вбежал в фойе «Родины», сжимая в руках уже изрядно пожульканый с отпечатками компостера абонемент.

- А вот и он! – громко произнесла гардеробщица при моем появлении. – Я говорила, что придет.

Она так искренне улыбнулась, что я остановился в нерешительности.

- Ну, чего встал? Давай сюда куртку, мокрый весь. Зачем так несся, все штаны уделал, - она продолжала причитать, помогая мне снять верхнюю одежду. А потом сказала куда-то вбок, - Миша, заводи! Клиент пришел.

Я проследил за ее взглядом и увидел, как от стены отделилась фигура курящего мужчины в спецовке.

- Пить хочешь? – спросила меня гардеробщица.
Я еще не восстановил дыхание и только помотал головой.

- Ну иди тогда в зал. Смотри своих трубадуров.

Я сам не заметил, как кончилась осень, а вместе с ней и абонемент. В нем оставался один непогашенный фильм. Но в пятницу у меня поднялась температура. В субботу утром меня осмотрел врач и велел остаться на больничном.

- А как же кино? – спросил я маму, когда доктор ушла.

- Какое кино? – мама знала про абонемент, но не отслеживала количество посещенных мной сеансов.

- Завтра последний фильм абонемента! Я же не могу пропустить его.

- Никакого кино, Стас. Врач сказала, что у тебя грипп. Лежи в постели. Потом посмотришь.

- Да как я посмотрю? Его же больше не покажут!
Но мама уже вышла из комнаты.

На следующий день, в 14.30 я нашел в городском справочнике телефон кинотеатра и позвонил на вахту.

- Алло, - женский голос на том конце показался мне знакомым.

- Здравствуйте, - сказал я. – я хожу к вам смотреть кино по абонементу от музыкальной школы. Вы меня помните?

- А, Пушкин, привет. Ждем тебя сегодня. – голос в телефоне потеплел.

- Видите ли, так получилось, что я заболел, - затараторил я, - и мне надо сидеть дома.

Больше я не знал, что сказать. Да и на что я рассчитывал? Сказать, чтобы сеанс перенесли? Что за бред. Попросить, чтобы они посмотрели кино вместо меня и потом пересказали? Тоже фантастика. Попросить вахтершу убедить маму отпустить меня завершить абонементный челлендж? Вряд ли на мою маму это подействует.

- Дак что ты хотел попросить, милок? – голос в трубке вернул меня в реальность.

- Я не знаю, - честно сказал я и вдруг заплакал.

- Ну-ну, не плачь, милый, - начала успокаивать меня вахтерша, - давай вот что сделаем. Ты поправляйся. А как выздоровеешь – приходи в кинотеатр. Мы тебе этот фильм отдельно покажем.

Идея была отличная, и я поверил в нее.

- Спасибо, - сказал я и повесил трубку, не попрощавшись.

Но в кино я так и не сходил. И фильм не посмотрел. Болезнь вырвала меня из магического круга абонемента, и волшебство исчезло. Уже в понедельник я оглядывался на прошедшие два месяца и не мог понять, что со мной происходило. Если бы кто-то задал мне вопрос зачем я ходил в кино на эти фильмы – я едва смог бы дать развернутый ответ. Сказка ушла, а вместе с ней ушло какое-то знание, оставив только чувство потери чего-то важного.

Еще через месяц я вспомнил про абонемент, но так и не смог его найти. Я решил позвонить в кинотеатр, чтобы попросить показать мне последний фильм из абонемента. Но вдруг с ужасом понял, что забыл его название. Я вспомнил и выписал в столбик все девять увиденных мной лент, но десятый фильм никак не хотел вспоминаться.

Я положил этот список под стекло письменного стола, чтобы держать его перед глазами на случай, если вдруг память выплеснет из своей глубины нужное название. Но этого так и не произошло.

С тех пор прошло 25 лет. Я посмотрел сотни, а может тысячи кинолент. Я стал настоящим киноманом: легко запоминаю актеров, сюжеты, крылатые фразы и второстепенных героев. Я очень люблю кинематограф, но иногда меня посещает мысль, что это не главное. Перебирая все эти бесчисленные фильмы, я втайне надеюсь наткнуться на тот самый, который так и не посмотрел. Я так и не вспомнил названия, но я обязательно узнаю его, когда увижу. Увижу, посмотрю и волшебство вернется.

1047 +

825

Товарняк остановился там где ему указал красный свет. И перекрыл переход для выходящих с электрички в сторону села.
Бабки с тачками и дедки с сажанцами обходят как получится и люто матерятся. Кто поумнее и не всегда помоложе - под вагонами.
Особо достается молодым, явно до 30 лет, машинистам.
Каждая бабка-дедка которые огибают голову спереди, считают своим долгом бить клюкой-лопатой-тяпкой как можн ближе к их окошку, и когда ребята открывают окно высказывают какие они мудаки.
Те не огрызаются, потому что если хоть одна клюшка пожалуется, то им полетян не только головы. И они об том понимают, молчат, скрипя зубами, на лицах явное желание начать кидать камни - притом прицельно - в ответ.
Только передо мной какойто мужик закричал густым басом
- ей баран!
Открылось окно и на него сверху вниз посмотрел злой но обреченный на молчание машинист, и тут же ему в лицо то престарелое мудило заряжает:
- дебил, гавно, ублюдок, ставать что ли не умеешь!
И с таким напышеным чувством победителя переходит рельсы, на что машинист, у которого едва нормальная щетина полезла, с ненавистью к ситуации махом и молча закрывает окно.
Ну не виноваты ребята в том, что их остановил диспетчер прямо вот тут вот! А ЧМЭЗ, и путейцы, которые должны отсоединить по правилам вогоны на переезде, ЕЩЕ НЕ ПРИШЕЛ!
Злые вобщем. и тихо и скорбно копят злость с обидой на вот ту вот ситуацию, в которой они вообще никоем боком не виноваты.
Подхожу я.
- Ей, на палубе!
Высовывается все таже что и 5 секунд назад злая но с уже диким прищуром голова.
- а вам разрешено бибикать на станции?
Учтите, я сказал: не подать сигнал, не гуднуть, а именно "бибикать".
Вопрос несколько его озадачил, и парень проморгавшись и непонимая что от него хотят, отвечает сверху:
- ну ...эээ... да...
Я:
- а бибикнете ради меня разик?
Тут же в секунду раздается ревун огромного тепловоза, в котором смешалась ненависть к данной ситуации, и большая месть за оскорбления, которые ребята услышали за это время, от неадекватных пенсов.
- ГУУУУУУУУДДДДООООООООООООООООК!
Мужик в секунду сломя голову, и судя по всему наподдав себе жидким реактивным топливом, перелетает через рельсы. Бабки ломались в рассыпную.
Не ну а хуле, товарный сейчас трогаться будет!
Выглядело как бегство тараканов при включенном свете.
Лица ребят, медлен, но необратимо, меняются с обреченного озлобленого выражения, на мягко-улыбчивое. Улыбки расползаются все шире, и явно в кабине у них становится атмосфера мягяче и приятней.
Я говорю им туда вверх:
- спасибо!
В догонку мне с кабины в спину:
- это Вам СПАСИБО!

Ну парни, чем смог - помог

508 +

826

Мой товарищ сваял презентацию для коллег и начальства – о том, что он делал последние полгода и какие результаты получил. Коротенько, слайдов на 25-30. Показал непосредственному руководителю, тот говорит:
– Всё отлично, только тебе же ее показывать завтра на совещании, а там других вопросов миллион. Тебе останется минут пять, ничего не успеешь. Сделай сокращенный вариант, два первых слайда и два последних, а целиком выложи в интранете. Кому будет интересно, посмотрят позже.
– Да знаю я наш народ, никто не полезет специально смотреть. А жалко, результаты интересные и важные.
– Ну придумай что-нибудь, если можешь.

Товарищ придумал. Отредактировал несколько кадров в середине, добавил к графикам и таблицам Сашу Грей и еще парочку звезд в купальниках. На совещании показал два первых слайда, потом пролистал к концу – не слишком быстро, но и не очень медленно, так, чтобы на экране мелькнуло что-то телесно-розовое, но подробно рассмотреть не удалось. Полную презентацию, сказал, смотрите в интранете.

Потом проверил по логам – полный успех. Все без исключения нашли время, внимательно пролистали его презентацию. Заодно и результаты работы изучили. Почему так внимательно смотрели? Потому что в интранет он выложил первоначальный вариант, без девушек.

385 +

827

В середине 1960-х годов в Ленинграде в районе Парголово сносили деревянные дома, освобождали место для нового жилого строительства. Во дворе расселённого дома рабочие обнаружили удивительный объект - могилку, над которой возвышался обелиск с прикреплённой фотографией. С фотографии смотрел пёс с большими умными глазами - помесь "двортерьера" с гончей. Подпись гласила: "Дорогому другу Трезору (1939 - 1945 гг.) от спасённых им хозяев". Было понятно, что памятник как-то связан с событиями блокады, и сносить его не стали, а через паспортный стол начали искать бывших жильцов дома.

Через неделю в тот двор пришёл седой мужчина и бережно снял фотографию собаки с обелиска. Сказал обступившим его строителям:

- Это наш Трезорка! Он спас нас и наших детей от голода. Я его фотографию повешу в новой квартире.

Мужчина рассказал удивительную историю.

Осенью 1941 года окраины северных районов города сравнительно мало страдали от обстрелов и бомбёжек, основные удары немцев приходились на центральную часть Ленинграда. Но голод пришёл и сюда, в том числе и в деревянный дом на четыре семьи, в каждой из которых были дети.

Общим любимцем двора был Трезорка - игривый и смышлёный пёс. Но в одно октябрьское утро в собачью миску, кроме воды, налить было нечего. Пёс постоял, видно, подумал. И исчез. Жители вздохнули с облегчением - не нужно смотреть в голодные собачьи глаза. Но Трезорка не пропал без вести. К обеду он вернулся домой, неся в зубах пойманного зайца. Его хватило на обед для всех четырёх семей. Требуху, лапы и голову отдали главному добытчику...

С тех пор Трезорка начал приносить зайцев почти ежедневно. Пригородные поля опустевших совхозов были заполнены неубранным урожаем - в сентябре к городу подступил фронт. Капуста, морковка, картофель, свёкла остались в грядах. Зайцам раздолье. Их расплодилось очень много.

В семьях двора регулярно варили бульоны из зайчатины. Женщины научились шить из шкурок тёплые зимние варежки, меняли их на табак у некурящих, а табак обменивали на еду.

Охотничьи походы Трезора подсказали ещё один спасительный маршрут: дети с саночками ходили на засыпанные снегом поля и выкапывали картофель, капусту, свёклу. Пусть подмороженные, но продукты.

Во время блокады в этом доме никто не умер. В новогодний вечер 31 декабря детям даже установили ёлку, и на ветках вместе с игрушками висели настоящие шоколадные конфеты, которые выменяли у армейских тыловиков на пойманного Трезором зайца.

Так и пережили блокаду. Уже после Победы, в июне 1945 года Трезор, как обычно, с утра отправился на охоту. А через час пришёл во двор, оставляя за собой кровавый след. Он подорвался на мине. Умный пёс, видимо, что-то почуял, успел отскочить, поэтому не погиб сразу. Умер уже в родном дворе.

Жители дома плакали над ним, как над ушедшим из жизни близким человеком. Похоронили его во дворе, поставили памятник. А когда переезжали в новое жильё - в суматохе забыли о нём.

Тот мужчина попросил строителей:

- Если сможете, не застраивайте могилу Трезора. Посадите на этом месте ель. Пусть у ребятишек-новосёлов зимой будет ёлка. Как тогда, 31 декабря 1941 года. В память о Трезорке.

Жители высотной новостройки уже привыкли, что возле одного из подъездов растёт большая красивая ель. И не многие знают, что она посажена в память о блокадной собаке. Спасшей от голода шестнадцать ленинградцев.

Александр Смирнов,

г. Санкт-Петербург

439 +

828

УЧАСТКОВЫЙ ПЕДИАТР. КУХНЯ ПИОНЕРСКОГО ЛАГЕРЯ.

Каждый год наступало лето и советская детвора начинала заезжать в пионерские лагеря. Помните:
Прошла весна, настало лето...
Спасибо партии за это!

Пионерские лагеря при СССР были ведомственные - от заводов, научно-производственных объединений, институтов, магазинов, фабрик и колхозов; и государственные - «от горисполкома», муниципальные по-нынешнему.
А где много детей, там должны быть и врачи, желательно детские.
Я знал одну женщину-терапевта, которая каждое лето, прихватив своих двоих детей, на все три смены уезжала в пионерлагерь врачом. Зарплата идёт, сама и дети накормлены и напоены, оздоровлены и загорелы. Ну и отпуск в бархатный сезон в сентябре, после продолжительной трехмесячной тяжелой работы на свежем воздухе, безусловно заслужен))
Кто-то и мужа радистом-электриком-вожатым сюда же пристраивал.
Нас же, участковых педиатров, туда отправляли по приказу. Но всё равно на все лагеря нас нехватало и в первое же своё интерно-врачебное лето мне дали в кураторство три пионерлагеря. В каждом была доктор - как правило, терапевт со своими детьми или глубокая пенсионерка с забытой ей самой специализацией. Мужчин-врачей в пионерлагерях я как-то не встречал.
Завполиклиникой коротко поставила задачу: «все просто- объезжаешь по очереди лагеря, смотришь детей и помогаешь врачам; главное - не допустить пищевых инфекций и травм».

В одном лагере врачом была дерматолог из нашей же поликлиники Эсфирь Яковлевна Шапиро, участница Великой Отечественной войны.
«Самое главное было, когда наш санитарный поезд останавливался на крупной станции, успеть добежать до вокзального титана и набрать ведро кипятка. Тут же разводили холодной водой и мыли голову. Кудрявые длинные волосы, вымоешь, вытрешь, пока бежишь до своего вагона они обледенеют, в вагоне снова оттаивают, зато голова чистая.
Мой папа, когда меня дома провожали на фронт, сказал мне: «Доченька, самый хороший напиток на войне, самый полезный и удобный - это водка. От неё не остаётся следов ни в валенке, ни в сапоге, ни на юбке - если вдруг у тебя совершенно случайно дрогнет рука и ты почти все разольёшь; да и сохнет она быстро. Пей там только водку».

В другом лагере врачом была тоже пенсионерка, со взрослой дочерью, работающей тут же пионервожатой, и внуком.
В третьем уже и не помню.
Приезжал на два-три дня в лагерь, смотрел всех детей, что-то там писал в карточках. Было интересно, с удовольствием этим занимался.
Кормили меня, молодого здорового лося, от пуза на кухне ( то есть «не в столовой») - жареная картошечка с тушёнкой, свежий салатик, курочка с гречневой кашей, творожок со сметанкой, бутерброды с колбасой толщиной в палец, сгущёнка и морсы из свежесобраной ягоды.
Этот кайф и наслаждение могут понять только те, кто жил тогда в провинции и питался «из магазина», а не «с рынка», слава Всевышнему, что эти времена прошли и Советы не повторятся.

Следующим летом меня отправили уже полноценным постоянным врачом в лагерь, принадлежащий областному комбинату бытового обслуживания (ремонт радиотехники и телевизоров, одежды и обуви, изготовление ключей и замена молний, были такие «Дома быта», кто помнит).
За два первых дня, осмотрев всех детей, познакомившись с вожатыми, заведя самим придуманные медицинские карточки; сколотив специальные полочки для этих самых карточек; вырезав ножом и тупой стамеской из липовой доски вывеску «Медпункт» и приколотив ее над медпунктом; сваяв из белой наволочки и красной ленты из чьего-то бантика медицинский флаг над крыльцом; выровняв ножки тумбочек, стульев и кроватей в изоляторе; перетряхнув имеющийся запас медикаментов, выкинув просроченные и отложив в сторону левомицетиновый спирт с марганцовкой; повесив шторы и отремонтировав медицинскую ширму в процедурной - я слегка заскучал....

И сдуру инициативно решил оказать активную помощь кухне...

Ага, там врача ждали с распростертыми объятиями, как же.
Одно дело, когда ты вальяжно в расстегнутом халате (было очень жарко, за +32, и влажно, берег водохранилища, лёгких брюк у меня не было, и я ходил в шортах и медицинском халате; чтобы не пугать окружающих голыми мужскими ногами, торчащими из-под халата, приходилось этот халат все время распахивать (...вот чего мне не ходилось просто в рубашке и шортах...халат зачем-то...) приходишь в столовую в перерывах между кормлением детей, тебя сажают на кухне и, искренне улыбаясь доктору, дают вкусняшек и какие-нибудь бумаги на подпись, и совсем другое, когда ты в пять утра, зевая и почесываясь, приперся на пищеблок с идиотским, с точки зрения поваров, желанием (прописанном в инструкции, кстати) проверить закладку, то есть объём и вес продуктов, начинаешь совать нос куда тебя совсем даже ни разу не рады))

Сначала повара, вполне натурально беспокоясь о моем здоровье, предложили «не волноваться понапрасну и приходить, хорошенько выспавшись, часам к 10».
Я не менее искренне их уверил, что сплю хорошо и мне даже в кайф вставать рано.
Тогда они начали жаловаться директору лагеря, что «мешаю им работать, причём именно утром, когда делаются самые главные подготовительные работы».
В ответ я «для улучшения моральной атмосферы и наведения мостов с кухонным коллективом» стал вечерами с радостью ходить вместе с поварами на склад, помогать им взвешивать, получать и дотаскивать до кухни суточный набор продуктов для следующего дня, вызвав чисто человеческое и вполне понятное и поддерживаемое всем поварским коллективом желание завсклада как-нибудь досыта накормить меня крысиным ядом.
В последовавшей тут же новой жалобе уже говорилось о том, что у них «куски колбасы такие неровные и в тарелках разное количество каши», потому что доктор делает им нервы своими совершенно неуместными попытками выяснить рецепт и НОРМЫ!! закладки продуктов.
В ответ я взял нож, батон докторской колбасы, разделочную доску, весы - и начал учиться с одного реза получать колбасный кружок весом 110 грамм. Через день все десять контрольных кусков укладывались в разрешённые +/- 10 грамм погрешности, а кашу я до сих пор могу литровой поварешкой накладывать одним зачерпыванием по 200 грамм.

Тогда они пригласили меня в холодную разделочную и, демонстративно со смаком правя длинные филейные ножи, предложили посмотреть фокус с курицей.
Как разделывают курицу на гуляш или ещё какое блюдо?
Поперек обычной чугунной ванны в подготовительном помещении кухни устанавливается толстая разделочная доска, на неё кладётся курица и рубится на необходимые кусочки, которые тут же сваливают в ванну или в 60-литровый алюминиевый бак, если кур меньше, чем 20-30 штук.
И вот они приносят из гарманжи (небольшое прохладное отдельное помещение при кухне, где хранится суточный набор продуктов на весь лагерь, загружаемый с вечера) 30 этих самых кур и прямо при мне рубят их, скидывая в бак.
Минут через 15, закончив разделку, уточняют - видел ли я собственными глазами, что все 30 кур порублены?
- Ну, да, видел, все 30...
- А вот хрен тебе! - и с нескрываемым восторгом достают из бака две целых курицы, которые успели незаметно спихнуть туда с разделочной доски, когда я то-ли чихнул, то-ли моргнул.
Смысл их предложения был такой - мы тебя все равно нае#ём, и не таких обламывали, но ты, сука, то есть доктор, слишком занудлив, да и нашей поварихе головную боль массажем и правильными таблетками ухитрился как-то быстро снять, давай, что ли, договариваться...

Сначала я выторговал у них «раскрыть все секреты и научить меня всему».
Затем право совать нос куда и когда захочу, получая при этом полные нормальные и честные ответы.
Затем ещё что-то...
И, главное условие было, чтобы «дети вставали из-за стола сытые, то есть в тарелках ещё что-то должно оставаться, проверять буду взвешиванием детей».
Вот тут меня ждал небольшой сюрприз...
Оказалось, что «положенные по нормам 20 грамм масла на хлеб или в кашу или те же 20 (вроде) грамм сахара на стакан чая/компота» можно насыпать:
- в каждую тарелку/стакан,
- или сразу чохом в котёл с кашей/чаем,
- а можно поставить на стол в отдельной посуде и - бери, дитё, кто сколько хочет.
Так вот, если сахара класть по норме - то это сладкое, сиропное пойло почти никто не пьёт, а масла вообще остаётся больше половины.

Меня эта тема заинтересовала: ну как так - есть обоснованные целыми институтами и умными академиками нормы питания детей, но если эти нормы соблюдать, то пить/есть пищу, приготовленную по этим нормам, будет зачастую невозможно.
Уже немного позже я залез в историю вопроса и выяснил, что нормы сахара/масла были утверждены ещё до войны и с тех пор никому и в голову не приходило «снизить нормы питания детей», советские трудящиеся бы не поняли. Однако, за пятьдесят лет с момента утверждения этих норм радикально изменилась сама структура питания, и если в 1927 году ребёнок сахар (углеводы) мог получить едва ли только «с чаем», то в 1985 сахар был везде - в хлебе, макаронах, шоколаде, фруктах, кашах, конфетах, компотах, киселях и морсах. Мы радостно перекармливали и перекармливаем детей углеводами.
То же самое по маслу - структура питания за более чем полвека, как ни странно, все-таки изменилась, и нет нужды трижды в день всовывать в ребёнка по 20 грамм масла.

На том и договорились - выкладку делают полную; что дети не съели и осталось - забирают. И всё, что получили со склада - только на стол.
Почти каждый день сахара оставалось почти половина, масла примерно так же.

Понятно, что все равно пи№дили продукты, но дети были сыты, свои 2-3 килограмма за смену прибавляли, взвешивать было положено в начале и конце смены.

Мне снова стало скучно и я полез участвовать уже в воспитательно-развлекательный процесс...
Вожатые напряглись...

Об этом - завтра.

820 +

829

В больнице, в двухместной палате, лежали два безнадежных больных.
У них были совершенно одинаковые койки, совершенно равные условия...
Разница была лишь в том, что один из них мог видеть единственное в палате окно, а другой - нет, зато у него рядом была кнопка вызова медсестры. Шло время, сменялись времена года... Тот, что лежал у окна, рассказывал соседу обо всем, что там видел: что на улице идет дождь, сыплет снег или светит солнце, что деревья то укрыты легким сверкающим кружевом, то подернуты легкой весенней дымкой, то убраны зеленью или прощальным желто-алым нарядом... Что по улице ходят люди, ездят машины... Что там есть МИР. И вот однажды случилось так, что первому, тому, кто лежал у окна, ночью стало плохо. Он просил соседа вызвать медсестру, но тот почему-то этого не сделал. И больной, лежащий у окна, умер.
На следующий день в палату привезли другого больного, и старожил попросил, раз уж так получилось, положить его у окна. Его просьбу выполнили - и он увидел наконец... Что окно выходит на глухую серую стену, и кроме нее ничего за ним не видно. Он молчал какое-то время, а потом попросил своего нового соседа:
- Знаешь... если мне ночью станет плохо... не вызывай медсестру.
Вот ведь до чего доводит зависть!

1578 +

830

Помню, как летом по деревне бабушки ходили двое мужиков с желанием подзаработать. Бабушке не нужна была помощь, но ради интереса она спросила, где они живут. Мужики оказались жителями её родной деревни. И она сразу предложила им работу. Нужно было построить гараж из сложенных белых кирпичей. Те согласились, попросив аванс.
Бабушка пошла в хату. А те стоят на улице и почти шёпотом разговаривают:
- Ты когда-нибудь строил?
- Нет
- Я тоже нет. Только в детстве бате помогал.
- Да, какая разница. По ходу разберёмся.
Этот разговор подслушала старшая сестра, которая собирала красную смородину в кустах. Когда бабушка вышла с деньгами, сестра подбежала и рассказала о разговоре. А та уже ничего не хотела слушать — это же земляки, значит, хорошие люди и отличные работники. Пришлось звать на помощь тётю с огорода, и они уже вдвоём её отговорили...
А через какое-то время в деревню приехал бывший сосед, чтобы покосить заброшенный участок. И бабушка попросила его построить гараж. Тот согласился помочь.
Оценив наши владения, он выбрал участок впритык между высокой грушей и бесплодной вишней, которая плохо росла в тени.
Наметив контур постройки, сосед выкопал фундамент, перерубив толстые корни груши. Когда начал строить стену, понял, что ветви тоже мешают. И отпилил половину груши и вишни.
Для простоты он решил сделать односкатную крышу с небольшим наклоном. Хоть взрослые женщины с подозрением смотрели на строительство этого чуда, но доверились мнению соседа, так как других мужиков в доме не было. В конце работы соседу заплатили, и он уехал до следующего лета. А крыша оказалась с таким маленьким наклоном, что даже груши не скатывались.
А потом приехал брат, посмотрел на гараж и спросил:
- А как в него за-заехать? Он же уз-з-зкий! Точнее, за-за-заехать я смогу, но дверь машины о-о-открыть не смогу.
Брат заикался, когда сильно волновался. В своё время ему не доверили строительство гаража. И он не мог понять, почему левый мужик сделал лажу и получил деньги. А его даже бесплатно не подпустили…
Через год груша и вишня перестали плодоносить. И со временем деревья полностью высохли. Бабушка умерла. Обе тёти, помогавшие строить гараж, тоже. Два раза в год я отвожу маму деревню: весной - на Пасху, осенью - за яблоками. А ненужный никому гараж и засохшая груша стоят как напоминание о том, что нужно нанимать профессионалов, а не того, кто просто оказался рядом.

578 +

831

ТАНКОВЫЙ ИСПУГ

- …Еще утром нас была полноценная рота, потом ротного командира убило и к нам прислали нового. Целого майора. С ним мы и воевали до самой ночи. Мы прикрывали его из карабинов и автоматов, а майор работал с танковым испугом…

Переводчица запнулась и сказала:

- Стоп, извините, я не знаю как перевести «танковый испуг». Видимо – это ружьё такое, или пушка.

Переводчица переспросила деда, он довольно бойко, для своих восьмидесяти с копейками, подскочил со стула и заговорил: Панцэршрэк, я, я, Панцэршрэк!
Он показал где-то у себя над головой, видимо демонстрируя размер этого самого Панцэршрэка, потом сходил в другую комнату, долго там двигал шухлядами комода и вернулся с семейным альбомом. Открыл и показал довольного немца в пилотке с трубой на плече:

- Вот – это Панцэрфауст, он почти такой же как Панцэршрэк. Это с ним стоит мой старший брат Александр, он погиб в городе Пятигорске. А вот это я как раз в 45-м. Мне тут 12 лет.

С фотографии смотрел пухленький фашистик в каске и с совсем детским личиком. На вид ему было не больше восьми.
Мы все невольно стали сравнивать деда с фотографией. Старик смутился и начал поправлять несуществующую причёску на своей лысой голове:

- Так вот, наш майор стрелял из укрытия, а мы прикрывали его из чердаков и подвалов соседних домов.
К ночи, бой совсем затих и мы, все кто остался жив, приползли к своему командиру.
Оказалось, что из всей роты, с утра до вечера, убило почти всех. Остались только пять человек. Я в том числе.
Кто-то спросил: - Гер майор, война проиграна, боеприпасов почти нет, мы ведь все теперь должны застрелиться?
Майор нас построил в шеренгу и строго сказал:

- Да, мы проиграли войну, связи у нас нет, Рейхстаг пал, никого, кроме нас больше не слышно, но хорошенько запомните мои слова, иногда поражение намного важнее победы. Сейчас вы этого не поймёте, но наверняка потом вспомните и поймёте. Я вам запрещаю стреляться – это приказ! А теперь слушайте мой последний приказ: - Я сейчас открою огонь, чтобы заглушить ваши шаги. А вы сразу бегите и как можно быстрее выбирайтесь из Берлина. Бегите в том направлении, главное, подальше отсюда. Форвардс! Лауф марш!
Мы и побежали.
Пока бежали, ещё долго слышали, как наш майор стрелял и русские стреляли в ответ. Наверняка его очень быстро убили.
Ночью мы отстали друг от друга и потерялись. К утру я очень устал, проголодался и в какой-то деревне рискнул постучаться в первый попавшийся дом. Там жила фрау Мария.
Она быстро затащила меня в дверь, приказала раздеться до гола и дала мне одежду своего сына, он тоже погиб в самом конце войны. Всё моё оружие – карабин, пистолет с патронами и каску, фрау Мария утопила в озере, а форму сожгла. Я у неё прожил ещё месяца два, пока всё не улеглось, а потом фрау Мария отвезла меня к маме. Мы с мамой много лет ухаживали за фрау Марией, аж до самой её смерти.
Вот такая у меня была война.
После войны я вырос, закончил университет и всю жизнь, до пенсии проработал режиссёром на Берлинском телевидении, в редакции детских программ. Так что мы с вами коллеги.
- А какие программы вы делали?
- Да, вы всё равно их не видели. А сейчас и не увидите. Давно это было, ещё в DDR.
- А всё-таки?
- Ну, была такая программа – «Делай как мы, делай с нами, делай лучше нас»
- Нифига себе! Да я всё детство смотрел вашу передачу, там ведущим был такой дураковатый мужик в спортивном костюме, по имени Ади, с ним всегда девочка была. Со временем девочки взрослели и всё время менялись, а Ади просто старел.
…Команда школы имени Карла Маркса, вырывается вперёд, но на повороте она роняет обруч…

У деда заблестели глаза, он смотрел на меня, как на путешественника во времени.
Мы ещё немного поснимали фотографии из семейного альбома, в конце, как и договорились, вернули на место стулья и стол.
Дед, извинился за свою педантичность, но залез под стол и показал старый квадратный след от ножки стола на ковре. Мы не попали сантиметра на три. Поправили.

Пока ехали обратно в Берлин, я вспоминал, как в детстве с удовольствием смотрел передачу этого старого гитлер-югентовца. Однажды там была видео-викторина, в которой Ади валял дурака, бегал по городу и бросал мимо урны бумажки.
Нужно было написать письмо с ответом на вопрос: Что Ади сделал неправильно?
Помню, я даже написал и мы с папой отнесли письмо в почтовый ящик.

И тут я понял, что Ади – это ведь Адольф.
Ну вот, ещё одно детское воспоминание безнадёжно испорчено…

639 +

832

О том, как я съел символ.

Есть у Шолом-Алейхема рассказ "Цитрус". Я прочел его, когда был юношем, и когда еврейские праздники для меня были чем-то из книжек: в СССР, к тому же живя вне мест традиционного проживания евреев, мы не особенно задавались вопросами о традициях. Да и непопулярно это было бы, узнай об этом кто-нибудь; особенно для карьеры офицера Советской армии, где тогда служил мой папа.
В рассказе том бедная семья, в которой жил маленький мальчик Лейбл, купила к празднику этрог, цитрусовый плод, именуемый в остальном мире "цитрон".
Плод этот - очень важный символ во время "праздника кущей" у евреев, и родители маленького Лейбла боялись, что он обязательно найдет его и откусит от него головку, испортив плод. Что и случилось.

Лет 25 спустя, в день, когда празднуют еврейскую пасху, я ехал с работы в Нью Джерси в Бруклин, в семью моего дяди и его жены, где собиралась вся близкая родня на седер. Седер - торжественный ужин по поводу Пасхи. Мы - советские в прошлом люди, и, конечно же, это был советско-еврейский седер. Дети не задавали вопросов отцу, да и молитвы никто особенно не знал.

Надо сказать, что я был голоден. Дело шло к вечеру, а я как-то заработался, да так, что про ланч совершенно и забыл, и в желудке моем контрабасист беспрестанно вел партию basso continuo, время от времени особенно сильными движениями смычка давая понять, что либо я вскорости что-то съем, либо он начнет играть еще громче.

Я, наконец, приехал на место, припарковал машину и взлетел вверх по ступенькам, намереваясь что-то быстренько съесть, дабы потом примкнуть к родне в предзастольном общении. Накрытый стол одиноко стоял в обеденной комнате, и рядом с ним никого не было; вся родня распределилась по дому, и, разбившись на группки, обменивалась последними новостями. Время еды еще не наступило.

Я подошел к столу, и из открытых тарелочек с едой мне бросились в глаза куриные крылышки, которые просто и открыто лежали на нескольких тарелочках по периметру. Очередной взмах смычка контрабасиста - и одно из крылышек оказалось у меня в руке, и через 10 секунд обглоданные косточки уже были в салфетке. За первым крылышком последовало второе, цифрованный бас стал утихать, и когда я было протянул руку за третьим, я услышал сзади папин голос: "Привет! Ты что, только приехал?".
И сразу же: "Ты зачем символы жрешь, идьёт!". Мы обнялись, и папа продолжил разборку моего поведения: "Что за дурацкая привычка со стола хватать! Даже рук, небось, не помыл!".
"А что?",- спросил я
"Это - пасхальная символика".
"А!",- ответил я, "то-то я не понял, чего они такие....и несолёные, и вообще...ты лучше делаешь".

Пришла тётя, и поняв, что символов будет не хватать, быстренько добавила несколько крылышек на тарелку взамен съеденных.

А я на секунду почувствовал себя мальчиком Лейблом, просящим Бога сделать чудо не дать ему опозориться и приклеивающего откушенную им головку этрога назад слюной.
А потом был Седер.

И Бог совершил чудо, так что мой позор остался в узком семейном кругу. О нем мы иногда со смехом вспоминали с родителями, а теперь иногда - с мамой.

529 +

833

Я вот, что думаю . Все государственные должности в стране должны занимать только те, кто служил в армии. В своё время в ГДР к поступлению в ВУЗы лиц мужского пола допускали только после службы. Всю мудрость военноначальников показана в “Похождениях солдата Швейка “ – быстрота принятия решения ,, отсутствие сомнений в нем , вот что главное в работе слаженной и сложнейшей армейской системе . А то, всякие гражданские сволочи только сопли жуют … Не будем указывать пальцами ( лень нагибаться ) .
Во время моего обучения в славном Военном Краснознамённом Военном Институте Министерства обороны случилось вот что - из окна, то ли 12, то ли 14 этажа учебного корпуса выбросился слушатель-заочник . Что его повергло на сей скорбный шаг , не известно , говорили, что душевная болезнь .
Вылетел он аккурат после завтрака, и приземлился чуть в сторонке от входа в столовую, которая была в том же здании. Приём пищи закончился и все уже успели разойтись на занятия.
Вот что бы сделала какая нибудь гражданская сволочь? Правильно - вызвала бы труповозку, да и всех делов. Но ! В Военном Институте был 4й факультет, Военно – Юридический . Руководством было мгновенно принято решение - место происшествия огородить, труп не вывозить, внести изменения в учебную процесс.
И вот – сперва курсанты первого, потом второго … и так далее курсов , становились в каре и проводили практический семинар – “ Осмотр и описание места происшествия ”. Пятый курс не задействовали, они к тому времени уже практику в войсках прошли. К обеду процесс закончился, покойника увезли, асфальт помыли .
Вот так, чёткая организация учебного процесса, мгновенная реакция руководства позволила поднять проведение занятий на новую высоту, без излишних материальных затрат.

396 +

834

Передвижное месторождение
Я человек сугубо штатский, поэтому прошу извинить, если допущу какие-нибудь неточности в описании военной жизни, тем более тридцатилетних времен давности. Да и, признаться, рассказ это не мой, а моего сотрудника, сейчас уважаемого человека.
Поэтому условно назовём его, как звала в те годы землячка его в письмах в армию – Вадик
Его девушка Света проживала в какой-то глухомани в Пензенской области и гордилась тем, что её Вадик служил в самОй Москве. Причем, всего лишь за два месяца уже дослужился аж до ефрейтора. Это потому, что служба у него очень важная и секретная, а ещё он в большом авторитете у командиров.
Вадик действительно служил в Москве при каком-то большом штабе, возможно даже Генеральном. Был он механиком в гараже. Гараж обеспечивал служебными автомобилями офицеров и генералов этого самого штаба, который я условно назвал Генеральным.
В задачу ефрейтора Вадика было всегда держать наготове «волгу», которая возила не очень большую шишку из этого штаба, всего-навсего майора. «Волга» была не первой свежести, поэтому Вадику приходилось всё время что-то подкручивать и прокачивать. Из-за такой занятости он ещё ни разу не был в увольнении, поэтому на вопрос девушки Светы - какая она, Москва? - писал, что в увольнении ни разу не был и, наверно, не будет, так как является носителем государственных секретов, которые нельзя разглашать до конца жизни. Возможно, из-за этого его даже не отпустят домой после службы, а засекретят под другим именем, поэтому все те мужские обещания, что он давал ей перед армией под своим именем, вполне могут быть не выполнены по государственным соображениям, уж не обессудь. Такая государственность сильно нервировало девушку Свету. Нервенность эта, выраженная в письмах слезами по строчкам сильно успокаивала Вадика. Слезы девушки Светы были так горючи, что разъедали буквы, написанные шариковой ручкой (Света капала на них одеколоном «Тет-а-тет»).
Водителем у майора был земляк Вадика Серёга. Серёга слегка важничал перед Вадиком, как положено старшему сержанту перед ефрейтором, хоть и земляком. Всегда требовал неимоверной чистоты салона, не то грозился заменить механика на более расторопного. Но в минуты добродушия всегда спрашивал, как там, на родине? Не болеют ли? А в деревне сейчас больше девок или парней? Хорошо бы, девок, а то майор обещал ему отпуск.
Вадик неоднократно просил Серёгу покатать его по Москве, а то что он тут видит? Он и в городе ни разу не был. Знает только: казарма – гараж, гараж - казарма. Приедет домой и рассказать нечего. Разве что открытку с Кремлем показывать.
Но покататься по Москве – это было бы несказанно жуткое преступление. Самоволка, да ещё из секретной части! Ишь, чего придумал! Может тебе ещё на танке последней конструкции да по Красной площади покатать?
Вадик на танке не умел, но в принципе попробовать хотел бы.
Наконец однажды Серёга сказал:
- Так, сегодня в четырнадцать ноль-ноль везу майора к новой Марусе (всех женщин любвеобильного майора Серёга звал Марусями). Пока он с ней дома то, да сё, мы с тобой можем посмотреть город. С тебя газировка и мороженое.
- Неужели разрешил? – радостно изумился Вадик.
- Кто? Майор? Да ты что? Спрячу тебя в багажнике. А когда высажу майора, то вылезешь.
Самоволка стала выглядеть бегством и отдавать криминалом с применением технических средств. Вадик задумался.
- Не боись, - уверил Серёга, - на КПП никто никогда багажники не смотрит. Чего в этом штабе красть – там одни карты военных планов, а их не в багажниках крадут.
Вадик лег на дно багажника, Серега прикрыл его куском ковровой дорожки, который кто-то из предыдущего поколения отрезал от дорожки, что расстилали для встречи какого-то генерала из Африки. Но тот не приехал ввиду скоропостижного переворота и, соответственно, окончания жизненного пути на этом свете. По суеверным дипломатическим традициям дорожкой далее нельзя было пользоваться для встреч других генералов, поэтому её пустили на куски. Одним таким куском Серёга прикрыл Вадика. Получилось удачно, слегка только торчал один сапог. Серега натянул дорожку на сапог, но вылез другой. «Чёрт с ним», - решил Серёга. Так же решу и я, автор, потому что в дальнейшем повествовании этот сапог никак не поучаствовал.
Они проехали беспрепятственно через КПП, потом машина остановилась. Вадик знал: это Серега подал её к подъезду штаба. Хлопнула задняя дверца. Это майор выложил на сиденье пакет с джентльменским набором: шампанское, коробка шоколада и букет красивых цветов, только без запаха, так как это были голландские розы из киоска при штабе. Затем хлопнула и передняя дверь – майор занял своё место.
- К парфюмерше! – скомандовал майор Серёге. – Сегодня, наконец, обещала! Решилась-таки француженка…
И Серёга, и Вадик всегда были в курсе подробностей жизни майора. Исстари дворовые всегда обсуждали жизнь господ. Потом этот обычай передался секретаршам начальников с их персональными шофёрами. Ну а уж Сереге с Вадиком сам Создатель велел быть в курсе, так как майор и сам охотно рассказывал свои похождения своему водителю.
Бравый майор уже вторую неделю обхаживал продавщицу из магазина французской косметики «Ланком», что прямо в центре Москвы. С ней он познакомился, когда выбирал французские духи для предыдущей Маруси. Но когда увидел эту, искусно разукрашенную всеми французскими оттенками, купленные духи тут же вернул продавщице в руки и объявил на чистом французском языке, что покупал духи, чтобы тут же вручить их самой красивой девушке во французском магазине, а может, во всей Франции. Ответ прозвучал благосклонно, но на чисто московском диалекте: женщина была коренной москвичкой, только накрашенной умело и привлекательно. Впрочем, подарок был принят, и вот сегодня «француженкой», возможно, будет сделан ответный ход.
Ехали недолго, Серёга знал адрес. Остановились. В машину впорхнула молодая женщина. Вадик догадался, что она красива по едва слышному аромату духов, долетавшему до его убежища.
— Это мне? – спросил приятный женский голос. – Какой запах чудный, я буду помнить его всю жизнь…
Я забыл упомянуть существенную деталь: «волга» была редкой модели, с кузовом «универсал». То есть, багажник был единым объёмом с салоном. С одной стороны, это было хорошо, так как в багажнике было просторно, и Вадик мог быть в курсе всего, что происходило в салоне. Но, с другой стороны, Вадик опасался проявить себя каким-нибудь шорохом, чтоб не услышали пассажиры.
Квартира майора была далековато, но надо было потерпеть – сам же напросился покататься.
Вадик уже устал лежать на одном боку. Он и по характеру был не лежебокой. А тут ещё после обеденной кормёжки в солдатской столовой у него начало пучить живот. Сначала это не вызывало никакого беспокойства. Ну пучит и пучит – перепучится. Ему было интересно прислушиваться, как отдаёт его машина московские кочки под колесами, как работает её подвеска (надо посмотреть левую сторону). Потом было бы любопытно послушать, о чем будет болтать майор со своей Марусе.
Но майор ни о чем не болтал. Он молча сидел спереди, предвкушая предстоящие диалоги, не предназначенные для публичной откровенности. Маруся же примостилась в уголке сзади, как раз от Вадика через спинку.
Через некоторое время Вадику стало совсем беспокойно. Газовое месторождение, зарождавшееся в недрах багажника «волги», а именно в животе Вадика, росло и по объёмам уже начало доставать всесоюзное уренгойское. Московские кочки грозили прервать затейливый природный процесс и не по-государственному, бездарно, разбазарить народное добро неожиданным прорывом в атмосферу.
Сказать, что Вадик старался беречь доставшееся ему народное добро – это было бы ещё слабо сказано! Он жутко боялся прежде всего того, что процесс стравливания излишков в атмосферу будет сопровождаться могучим тигриным рыком, свойственным его организму как никакому другому в казарме - видимо, передавшимся по наследству. В детстве он даже не мог играть с другими детьми в прятки: его находили по звуку. Позволить себе испустить грозный рык означало мгновенное обнаружение. Дальше понятно - гауптвахта, а то и суд, Сибирь… Прощай, Москва, девушка Света…
Тут он вспомнил, как в детстве его, маленького, бабушка учила пристойным манерам: «Вадик, если надо где-то пукнуть, но чтоб дружки не смеялись – сунь пальчик в дырочку и оттяни в сторону. Тогда никто и не услышит».
Доведенный до отчаяния ефрейтор срочной службы вспомнил завет покойной уже бабушки и воспроизвел его со всей старательностью послушного внука. Бабушка оказалась молодцом, царство ей небесное! – приём сработал абсолютно бесшумно – не то, что рыка, даже мышиного писка!.. К выпущенному из недр в атмосферу природному кубометру у Вадика стал образовываться следующий, и по опыту Вадик знал, что его организма хватит ещё на два-три таких.
Сначала стал подозрительно осматриваться майор. Первый, кого он заподозрил, конечно, был его водитель. Как опытный сейчас руководитель, автор понимает, что перед майором в эти минуты стала масса нерешаемых задач. Глупо отчитывать водителя при женщине. Что она будет думать о нём как об офицере, под началом которого такие безобразники? А если по большому счёту, то что она может подумать вообще о людях в форме? Да, обо всей нашей армии?..
Водитель Серёга в это время думал примерно о том же, но по-солдатски конкретней. «Вот скотина майор, сам наделал, а на меня посматривает. Уж не хочет ли он подставить меня? Вот ему!
Но когда их переглядки с майором участились, Серега несколько изменил свои взгляды на обстановку: «Хотя… Хорошо, допустим я возьму это на себя, черт с ним. Но только чтоб завтра же в отпуск!».
Сержант не знал, что тучи над его головой сгущаются со скоростью атмосферного духовитого вихря.
«А вдруг эта сволочь нарочно хулиганит? – продолжал думать майор. – Может, чем-то я его разозлил и вот тебе – нежданчик…
«За такое мало отпуска, - продолжал строить планы подвига Серёга. – Пусть придумает мне командировку на месяц! А что, какой-нибудь сбор сведений о скрытности подхода к стратегическому коровнику на горе…»
«Да вроде нет, не должен, вон какая морда невозмутимая. – озабоченно решает майор. - Да и не первый же месяц у меня… Тогда кто? Неужели я? Как тогда, на концерте… Задумался и…»
- У тебя нет чего-нибудь такого в багажнике, неуставного? – спросил майор у Серёги. Тот испугался, но бодро ответил:
- Никак нет, товарищ майор. Я нашего механика каждый вечер чищу, чтоб знал!
В раздумьях майор вздумал оглянуться назад. И не поверил своим глазам своему носу. Нос учуял возрастающий градиент зловонного тумана именно с этого направления - сзади.
«Не может быть!» - изумился майор и ошеломленно стал с преувеличенным вниманием пялиться вперед, на дорогу, совершенно, впрочем, её не видя.
Все трое сидящих в машине понимали, что тот, кто бросится открывать окно, тут же будет двумя другими определен как виновник происшествия. Ну, чисто психологически: раз открывает – значит, возле него хапаъ гуще — значит, это ОН!
И экипаж передвижного газохранилища мчался далее по Москве в молчаливом размышлении. А Вадик готовил к обнародованию уже третью порцию…
Майор ещё раз аккуратно, исподтишка оглянулся. Ого! Теперь и глаза подтверждали его подозрения! Женщина сидела, закутав лицо в свой кокетливый розовый шарфик, глаза её блестели от выступивших слёз. Видимо, так бывает с непривычки. Да и то сказать - после ланкомовских ароматов не каждый сможет стойко обонять продукт работы здоровой солдатской плоти.
И когда Вадик отдал людям свою третью порцию, майор окончательно назначил виновника:
«А может, они там в своём французском «Ланкоме» так шутят? А что, нанюхаются изысков – и вот на тебе, для оздоровления психики…»
Тут же ему пришло в голову решение психологической задачи. Как бы спохватившись, он посмотрел на часы.
- Тормозни-ка у метро, - приказал он.
Серёга остановил машину. Майор вышел, вдохнув московский загазованный воздух полной грудью и пошел к группе телефонов-автоматов. Женщина в машине попросила водителя не закрывать дверь.
«Чего это он, вот же в машине телефон…», - подумал Серёга, но быстро понял маленькую военную хитрость.
Через минуту майор быстрым шагом вернулся.
- Так, у меня приказ, срочно быть на месте. Страна не ждёт! – он открыл заднюю дверь. Женщина вышла на волю.
- Дорогая! Вот, пожалуйста, в этом пакете всё для тебя. Да-да, и цветы тоже.
Маруся окунула лицо в букет.
- Запах просто незабываемый, - сказала она, а майор икнул.
Сержант Серёга деликатно отвернулся к окну.
Майор проводил французскую Марусю, пахнущую теперь сложной смесью самых фантастических ароматов, до входа в метро. Серёга смотрел вслед. На ветру облегченно развевался легкий розовый шарфик. Что-то подсказывало Серёге, что конкретно эту Марусю они с майором видят в последний раз…
Что там было дальше – Вадик не захотел рассказывать. Возможно, ничего и не было. Знаю только, что Москву Вадик увидел только после службы, когда вернулся в неё поступать в институт и не поступил, чем обрадовал девушку Свету, которая тут уже не упустила свой шанс. Но этот факт к нашей истории уже не относится, как тот Вадиков сапог в начале повествования.

806 +

835

(декабрь 2020)

Где стол был яств там гроб стоит.
Г.Р.Державин

Я впервые не отмечал день своего приезда в Америку, я не мог, потому что она превратилась из страны моей мечты в Соединённые Штаты политкорректности и жестокой цензуры.
У меня, советского эмигранта, не было здесь ни родственников, ни знакомых, я не знал ни слова по-английски, и всей моей семье пришлось начинать с нуля. Мы поселились в дешёвом районе, рядом со своими бывшими согражданами. Вместе мы обивали пороги биржи труда и дешёвых магазинов, у нас было общее прошлое и одинаковые проблемы в настоящем.
Для нас, выросших в Москве, Миннеаполис казался захолустьем, типичной одноэтажной Америкой. Мы привыкли к большому городу, и моя жена не хотела здесь оставаться. Она уговаривала меня переехать в Нью-Йорк, она боялась, что тут мы быстро скиснем, а наша дочь станет провинциалкой. Я вяло возражал, что здесь гораздо спокойнее, что в Миннеаполисе очень маленькая преступность, особенно зимой, в сорокоградусные морозы, что на периферии для детей гораздо меньше соблазнов и их проще воспитывать.
А дочь слушала нас и молчала, ей предстояли свои трудности: осенью она должна была пойти в школу, а до начала учебного года выучить язык. По-английски она знала только цифры, да и то лишь потому, что с детства любила математику. На первом же уроке, когда учитель попросил перемножить 7 на 8 и все стали искать калькуляторы, она дала ответ. Для ученицы московской школы это было нетрудно, но в Миннеаполисе она поразила своих одноклассников, и они замерли от удивления. С этого момента они стали относиться к ней с большим уважением, но дружбу заводить не торопились. Они были коренными жителями Миннесоты, чувствовали себя хозяевами в школе и не принимали в свой круг чужаков, особенно тех, которые плохо знали язык, были скромны и застенчивы. Чтобы заполнить пустоту, Оля стала учиться гораздо прилежнее, чем её однолетки. Она и аттестат получила на два года раньше их, и университет закончила быстрее. Тогда это ещё было возможно, потому что курсы по межрасовым отношениям были не обязательны, и она брала только предметы, необходимые для приобретения специальности. А она хотела стать актуарием. Мы не знали, что это такое, но полностью доверяли её выбору, и для того, чтобы она не ушла в общежитие, залезли в долги и купили дом.
К тому времени мы немного освоились, и уже не так часто попадали в смешное положение из-за незнания языка, а я даже научился поддерживать разговор об американском футболе.
Миннеаполис оказался культурным городом. В нём были театры, музеи и концертные залы, сюда привозили бродвейские шоу, а вскоре после нашего приезда, в центре даже сделали пешеходную зону. Но при всех своих достоинствах он оставался глубокой провинцией, и непрекращающиеся жалобы моей жены напоминали об этом. Я же полюбил удобства жизни на периферии, мне нравился мой дом и моя машина. Это была Американская мечта, которую мы взяли в кредит и которую должны были выплачивать ещё четверть века. Я с удовольствием стриг траву на своём участке и расчищал снег на драйвее. Мы с женой не стали миллионерами и не раскрутили собственный бизнес, но наша зарплата позволяла нам проводить отпуск в Европе. Тогда её ещё не наводнили мигранты, и она была безопасной. К тому же, старушка была нам ближе и понятнее, чем Америка.
Незаметно я вступил в тот возраст, про который говорят седина в голову, бес в ребро. Но моя седина не очень бросалась в глаза, потому что пришла вместе с лысиной, а бес и вовсе обо мне забыл: все силы ушли на борьбу за выживание.
Перед окончанием университета Оля сказала, что будет искать работу в Нью-Йорке. Жена умоляла её остаться с нами, напоминая, что в Нью-Йорке у неё никого нет, а приобрести друзей в мегаполисе очень трудно, ведь там люди не такие приветливые, как в маленьком городе. Но дочь была непреклонна, она хотела жить в столице, чтобы не скиснуть в глуши и не стать провинциалкой.
Тогда жена заявила, что поедет с ней, потому что без Оли ей в Миннеаполисе делать нечего. Я робко возражал, что в Нью-Йорке жизнь гораздо дороже, что мы не сможем купить квартиру рядом с дочерью, что нам придётся жить у чёрта на рогах, а значит, мы будем встречаться с ней не так часто, как хочется. Устроиться на работу в нашем возрасте тоже непросто, а найти друзей и вовсе невозможно. К тому же, за прошедшие годы мы уже привыкли к размеренной жизни и сельским радостям, так что для нас это будет вторая эмиграция.
Дочь была полностью согласна со мной, и её голос оказался решающим, а чтобы успокоить мою жену, она пообещала, что останется в Нью-Йорке всего на несколько лет, сделает там карьеру, выйдет замуж, а потом вернётся к нам рожать детей, и мы будем помогать их воспитывать. Как актуарий, она точно знала, что бабушки способствуют повышению рождаемости.
Мы не верили её обещаниям, и чтобы скрасить предстоящую разлуку, предложили ей после получения диплома поехать с нами в Москву. Ей эта мысль понравилась, но денег у неё не было, а брать у нас она не хотела. Тогда мы с женой в один голос заявили, что общение с ней, для нас удовольствие, а за удовольствия надо платить.
И вот после длительного перерыва мы опять оказались в стране, где прошла первая часть нашей жизни. Был конец 90-х. Мы ездили на экскурсии, ходили в театры, встречались с друзьями. Мы даже побывали во дворце бракосочетаний, где женились почти четверть века назад, а в конце дочь захотела посмотреть нашу московскую квартиру. Мы пытались её отговорить, ведь теперь там жили совершенно незнакомые люди, но спорить с ней было бесполезно. Она сказала, что сама объяснит им, кто мы такие, подарит бутылку водки и банку солёных огурцов, и нам разрешат увидеть наши херомы. Нам и самим было интересно взглянуть на квартиру, где мы прожили столько лет, и мы согласились.
Дверь нам открыла аккуратно одетая пожилая женщина. Оля, сильно нервничая и, путая русские и английские слова, объяснила, кто мы такие и зачем пришли. Хозяйка зорко взглянула на нас и посторонилась, пропуская в комнату. Осмотр занял не больше двух минут: квартира оказалась гораздо меньше, чем представлялась нам в воспоминаниях. Мы поблагодарили и собрались уходить, но женщина пригласила нас на чай. Когда мы ответили на все её вопросы, она сказала, что преподаёт в университете, и хотя ей пора на пенсию, она работает, чтобы ходить в театры и быть в центре культурной жизни. А затем она целый вечер рассказывала нам о современной России. Там очень многое изменилось, но ещё больше осталось таким же, как раньше.
Последнюю ночь перед вылетом мы с женой долго не могли заснуть. Мы нервничали до тех пор, пока наш самолёт не поднялся в воздух.
А через восемь часов, когда мы ступили на американскую землю, нам хотелось броситься на неё и целовать взасос.
После нашего совместного отпуска дочь вышла на работу, а вскоре мы получили от неё длинное письмо на английском языке. Она благодарила нас за то, что мы уговорили её поехать в Москву, и извинялась за постоянные ссоры, из-за того, что мы заставляли её учить русский. Она обещала впредь практиковаться при каждом удобном случае. Она писала, что путешествие с нами расширило её кругозор и показало, как многообразен мир.
Затем ещё несколько страниц она рассыпалась бисером ничего не значащих, красивых слов, подтвердив давно приходившую мне в голову мысль, что в Американской школе писать витиеватые послания учат гораздо лучше, чем умножать и делить. А в самом конце в Post Scriptum Оля по-русски добавила «Я всегда буду вам бесконечно благодарна за то, что вы вывезли меня оттуда».
Было это давно, ещё до 11 сентября.
А потом она успешно работала, продвигалась по службе, вышла замуж и когда решила, что пришло время заводить детей, вместе с мужем переехала в Миннеаполис. Ещё через год, я стал дедом мальчиков-близнецов, и для меня с женой открылось новое поле деятельности. Мы забирали внуков из школы, возили их на гимнастику и плавание, учили музыке и русскому языку. Мы вникали во все их дела и знали о них гораздо больше, чем в своё время о дочери.
Между тем президентом Америки стал Обама. Въехав в Белый дом, он убрал оттуда бюст Черчилля, а встречаясь с лидерами других стран, извинялся за системный расизм Америки. Он, наверно, забыл, что за него, мулата, проголосовала страна с преимущественно белым населением. Затем он поклонился шейху Саудовской Аравии, отдал американских дипломатов на растерзание толпе фанатиков в Бенгази и заключил договор с Ираном на следующий день после того, как там прошла стотысячная демонстрация под лозунгом «смерть Америке».
Наблюдая за этим, я понял, что демократия не имеет ничего общего с названием его партии. Я старался не думать о происходящем и больше времени посвящал внукам.
Дочь отдала их в ту же школу, где училась сама. Они родились в Америке, говорили без акцента и не страдали от излишней скромности, но они уже не были хозяевами в школе, а день в этой школе не начинался с клятвы верности, и над входом не развевался Американский флаг. Это могло оскорбить чувства беженцев, которые там учились. Их родителей называли «эмигранты без документов», хотя многие считали их преступниками, незаконно перешедшими границу.
Учеников, как и прежде, не очень утруждали домашними заданиями, зато постоянно напоминали о том, что раньше в Америке было рабство, что до сих пор существует имущественное неравенство и белая привилегия. Это привело к тому, что мои внуки стали стесняться цвета своей кожи, также как я в Советском Союзе стеснялся своей национальности. Меня это угнетало, я ведь и уехал из России, потому что был там гражданином второго сорта. Я хотел переубедить внуков, но каждый раз, когда пытался сделать это, они называли меня расистом. Тогда я стал рассказывать им о своей жизни, о Советском Союзе, о том, что мне там не нравилось, и почему я эмигрировал. Я рассказывал им, как работал дворником в Италии, ожидая пока Американские спецслужбы проверят, не являюсь ли я русским шпионом, как потом, уже в Миннеаполисе, устроился мальчиком на побегушках в супермаркет, где моими коллегами были чёрные ребята, которые годились мне в сыновья и которым платили такие же гроши, как мне. Никакой белой привилегии я не чувствовал.
Говорил я с внуками по-английски, поэтому должен был готовиться к каждой встрече, но эти разговоры сблизили нас, и в какой-то момент я увидел, что мне они доверяют больше, чем школьным учителям.
Между тем страна, уставшая от политкорректности, выбрала нового Президента, им стал Дональд Трамп. Демократы бойкотировали его инаугурацию, СМИ поливали его грязью, а в конгрессе все его проекты встречали в штыки. Появился даже специальный термин TDS (Trump derangement syndrome - психическое расстройство на почве ненависти к Трампу).
Кульминация наступила во время пандемии, когда при задержании белым полицейским чёрный бандит-рецидивист испустил дух. Его хоронили, как национального героя, высшие чины демократической партии встали у его гроба на колени. Видно, кланяться и становиться на колени стало у них традицией. Во всех крупных городах Америки толпы протестующих громили, жгли и грабили всё, что встречалось у них на пути. Они действовали, как штурмовики, но пресса называла их преимущественно мирными демонстрантами.
В школе учитель истории предложил сочинение на тему «За что я не люблю Трампа». Мои внуки отказались его писать, а одноклассники стали их бойкотировать. Узнав об этом, я пошёл к директору. Он бесстрастно выслушал меня и сказал, что ничего сделать не может, потому что историка он принял по требованию районного начальства в соответствии с законом об обратной дискриминации (affirmative action). Затем, немного подумав, он также бесстрастно добавил:
- Может, если Трампа переизберут, обратную дискриминацию отменят.
Но Трампа не переизбрали. Выборы были откровенно и нагло подтасованы, и мной овладела депрессия. Мне стало стыдно за Америку, где я добился того, чего не смог бы добиться ни в одной стране мира. Я рвался сюда, потому что хотел жить в свободном государстве, а в Союзе за свободу надо было бороться. Тогда я боялся борьбы, но, видно, Бог наказал меня за трусость. Теперь мне бежать уже некуда, да я и не могу. Здесь живут мои дети и внуки, и я должен сражаться за их будущее. Непонятно лишь, что я могу сделать в моём возрасте и в разгар пандемии. Пожалуй, только одеть свитер с символикой Трампа и ходить по соседним улицам, показывая, что есть люди, которые не боятся открыто его поддерживать. Я, наверно, так и поступлю, мне нечего терять. Большая часть жизни позади, и в конце её я сделаю это для страны, в которой я стал другим человеком.
Совсем другим.
Только вот от социалистического менталитета я в Америке избавиться не смог, поэтому во время прогулки я в каждую руку возьму по гантели - не помешает.

766 +

836

10 лет назад сотрудничал с компанией, торгующей мультимедийным оборудованием. Я там удаленно занимался тендерами (искал, оформял, участвовал). Соответсвенно вся почта и телефонные звонки с этой темой связанные, переадресовывались на меня.
Подавляющее большинство объявленных госзакачиками конкурсов на поставку оборудования, в данном случае проекторов, в своей документации не содержали конкретную модель, которую хотел покупатель, а лишь набор характеристик, согласно которым желающие поучаствовать в госзакупке, должны были предложить. И вот я прочесывал сайт закупки.гов.ру на предмет интересных лотов, скачивал документацию, по куче характеристик подбирал подходящее оборудование, где не хватало данных, запрашивал информацию у производителя или дистриба, перепроверял много раз, если не был уверен, просил других наших сотрудников перепроверить меня.
Параллельно в эти закупки стали лезть разного рода посредники, знаниями о предметах закупок не владеющие вовсе. От них на почту валились письма вроде «Коллеги, прошу выставить коммерческое предложение согласно техзаданию» и тупо приложена выписка из ТЗ с закупки.гов.ру (хорошо еще, если в ворде, а не картинкой). Все такие запросы переправлялись мне и я их благополучно удалял, не реагируя.
Однажды раздался звонок и молодой, динамичный, напористый голос сказал:
- Я отправлял запрос вам на оборудование и до сих пор не получил ответа!
Письмо при этом пришло утром, позвонил он в середине дня.
Вежливо отвечаю:
- Да, был запрос, но неконкретный, там не указана модель проектора.
- И что? - спрашивает, - Там есть исчерпывающие характеристики!
Далее на мой миролюбивый ответ, что для КП характеристик мало, нужно указать точную модель, он, чуть повысив голос и добавив напора сказал:
- Ну так подберите, это же ваша работа. Когда я могу ждать коммерческое предложение?
Пока я переводил дух от возмущения и пытался родить достойный ответ (а это мне нелегко всегда, лестничное остроумие - это про меня), голос добавил:
- Жду от вас письмо в ближайшее время, не подведите меня, пожалуйста. До свидания.
- До свидания, - малодушно промямлил я и открыл его заявку.

Бегло просмотрев характеристики, я понял, что имеется в виду весьма специфичный проектор, который поставлялся в нескольких вариантах исполнения, существенно отличающихся по цене, причем в основных (яркость, разрешение, диагональ картинки) параметрах они совпадали, а в названии версий отличия были минимальны, типа SKG-1-K и SKG-1-M.

Ну я ему и сделал КП на базовую версию, формально соответсвующую запросу. Грубо говоря, на 650 тыс.руб, при том, что наша продажная цена нужной версии была 1 050 000 руб. Отправил, да и забыл.

Прошло около месяца. Звонок: тот же динамичный, напористый голос:
- Алло, Виктор? - Это Дмитрий, мы с вами работаем по проекту на постаавку проектора SKG.
- Разве? Нет, Дмитрий, мы в настоящий момент ни с кем не работаем по проектору SKG.
- Ну как нет, вы же мне недавно прислали предложение на него... Тут я его перебиваю:
- Да, но отправку КП нельзя назвать «мы работаем по проекту».
- Ах, Виктор, давайте не будем цепляться к словам. В общем, ситуация такая: наша компания выиграла конкурс на его поставку за 800 тысяч. А когда я перед отправкой обеспечения контракта решил на всякий случай проверить спецификацию, оказалось, что мы с вами ошиблись - вы поторопились, не вникли в техзадание, я не доглядел и отправил на конкурс - и сейчас нам нужно решить проблему, а то мы попадем в реестр недобросовестных поставщиков.
В общем, он мне предлагал признать ошибку, и для разминки выкатил идею, что мы продаем им дорогую версию по цене дешевой, то есть себе в прямой убыток, при том что они выйдут в ноль. Надо отдать должное, на этом Дмитрий не настаивал, и довольно таки быстро перешел к варианту, когда убытки мы делим пополам. И тут не встретив понимания с моей стороны, он раздраженно сказал:
- Ладно, тогда мы его купим его у вас по себестоимости. Сколько там получится и какие сроки?
Я вежливо ответил:
- Нет, Дмитрий, не купите. До свидания.
Попросил менеджеров на телефоне на меня его больше не переключать и даже не полез смотреть, чем там дело кончилось с этим аукционом.

Вот чем такие люди думают?

471 +

837

Приехал я как-то в молодой промышленный город из МВД в командировку «для оказания практической помощи» - читал приостановленные уголовные дела, писал указания об устранении недостатков. Со мной был опер Костя из уголовного розыска - по своим вопросам. А вместе с ним мы были при начальнике управления по экономическим преступлениям, у того – своя линия. Мы с Костей поселились в гостинице, расположенной в подъезде жилой девятиэтажки, на работу в УВД ходили пешком минут за 30-40. Бригадир же наш остановился у своего брата, проживавшего в том же доме, где и мы. За ним по утрам присылали машину из УВД. Каждый день Костя, мой ровесник и давний товарищ, регулярно гонял меня в спортзал подтягиваться, отжиматься и прочее. Принуждал вести здоровый образ жизни: соль и сахар – белая смерть, водка – жидкая смерть и т.д. То есть мы с ним были в хорошей спортивной форме, да еще в возрасте лет 30-ти.
В одно утро поехали на работу все втроем на присланной за нами дежурной машине отдела вневедомственной охраны. Пока ехали, диспетчер по рации раз пять вызывала экипаж, спрашивая, где мы находимся, не объясняя своего интереса. Через некоторое время выяснилось, что пока мы ехали в УВД, в квартире, расположенной в том же доме, где мы все трое жили, сработала сигнализация. Вор проник в квартиру, обворовал ее и скрылся через балкон, пока охрана обслуживала «начальство». Сказали бы по рации сразу в чем дело, мы бы с Костей этого вора взяли как нехрен делать. Были прецеденты в других городах.
Вот она наша российская действительность – сам подставься, а начальству угоди, желает оно того или нет.
А вот Кости уже года три нет, не помог здоровый образ жизни. Жаль, хороший парень был…

507 +

838

Ввиду того, что первая история стала невероятным успехом (шутка ли, максимум плюсов из всех опубликованных мной историй за все время), продолжение. В комментариях были предположения о какой стране идёт речь, все варианты неверные, не Россия и не Израиль. Начало - https://www.anekdot.ru/id/1192441/

Когда арматура продалась и кредитную линию на время загасили, можно было спокойно дослуживать. Но что есть первый враг человека в армии, реальная причина всего нехорошего в ней от дедовщины до задалбывания солдат уставными требованиями? Скука.
Мужской коллектив, сплоченный тяготами и лишениями, выдаёт свою кипучую энергию наружу, преодолевая те самые тяготы и лишения. Именно поэтому, как гласит молва, нет дедовщины в боевых частях и, например, у таких занятых делом как пограничники. Мы же таковыми не являлись, поэтому та самая энергия направляется куда ей угодно. В моем случае на её пути оказались наши командиры. Было крайне любопытно, до каких пределов можно борзеть и расширять рамки дозволенного.

Стоит отметить, что единственный случай демократии в своей жизни я лицезрел именно в армии, солдатам позволили выбрать себе командиров отделения после пары дней от начала службы. Так уж сложилось, что такая честь выпала мне. Ребята проголосовали единогласно после того, как открывал фрамугу на занятии, а она выпала и разбилась, не была нормально закреплена. Командир взвода сказал, что надо будет возместить стоимость. Солдаты тут же решили, что все скинуться вместе, но занял принципиальную позицию, что это нам должны возмещать риск здоровью, какого черта эти фрамуги вылетают от первого прикосновения.

К третьему сбору уже был заместителем командира взвода, что позволяло борзеть не для себя лично, а для всего коллектива. Остальная рота нас недолюбливала, а как ещё! Когда командир роты втягивает личный состав в явную замануху к предполагаемому приезду то ли генерала, то ли министра, и предлагает побелить все, что должно быть белым, за одну ночь. А наш взвод почти полным составом от этого вежливо отказывается, потому что ну не могут дать увольнение всей роте, даже половине, и оказывается право, то нелегко было другим солдатам столкнуться с неравноценными отношениями "солдат-командир", где второй первому не должен ничего и никогда. В другой же случай весь наш взвод отправился в увольнение полным составом кроме одного человека, когда замполит, на всю голову общественный активист и затейник, попросил организовать школьникам познавательные мероприятия о том, как же хорошо служится в армии. Конечно, такой случай нельзя было упускать, и снова рота ворчала, когда при построениях команду "левое плечо вперёд марш" выполнял единственный солдат первого взвода.

Был лишь вопрос времени когда коса найдёт на камень, и это время однажды пришло. Чаще всего солдаты общаются со старшиной роты, этакий завхоз и ответственный по личному составу в казарме. Первые два сбора это был широчайшей души старший прапорщик, будучи уже нормально за 40, по-отечески, хоть и с руганью и матом, учил армейскому быту зелёных солдат. Житейская мудрость и правильный подход к солдатам ставили его авторитет на голову выше имевших высшее образование офицеров. "Какого хрена, дежурный, на пыли телевизора можно написать пальцем слово хуй восемь раз и ещё добавить пизда первый взвод???", но все это без злобы и даже как-то по-доброму. Тем сильнее был контраст со сменившим его к третьему сбору прапорщиком, кроме агрессии и самодурства ничего не источавшим. Человек был недалекого ума хотя бы потому, что стать старшим прапорщиком это как правило только вопрос времени, однако он умудрился к своим 40 им не стать.

Не помню, что конкретно стало причиной его особого отношения ко мне, однако сказал он как-то "ну подожди, посмотрю я как ты в дежурство заступишь". Этот день наступил, итак, шестой час утра, старшина влетает вихрем в казарму, летит к шкафу со швабрами, отодвигает его и победоносно тычет пальцем в пыль и грязь за ним. "Я тебя снимаю с дежурства! И сегодня в дежурство заступаешь снова!".
Известный способ по уставу заканать отдельного солдата, отправлять в наряды и дежурства каждый день подряд нельзя, но если его утром после бессонной (как предполагается) ночи и до законных трех часов сна утром, с дежурства снять, то тогда вроде как и можно. Не сказать, что я сильно боялся дежурств, по большому счету ты только "отвечаешь" за все происходящее, но вопрос был принципиальный.
"А вы не можете меня снять с дежурства, это может сделать только дежурный по части или его помощник!".
Слово за слово, обсуждение кто и где должен убирать, какой я мудак и другие важные вопросы, в результате прапорщик громогласно посылается на три буквы, на чем куда-то удаляется.

Убирать конечно дежурный не должен, это работа дневального, но отвечает-то за все именно дежурный, к тому же выставлять ребят крайними было совсем неправильно. Они присутствовали при обсуждении, поэтому надо ждать новых козней и пакостей, наверное не каждый день его посылали куда послали.
Подъем и буквально через 10 минут о том, что случилось, знала вся казарма, напряжение невидимо нарастало.

Отправляемся на завтрак, старшина роты шушукается с заместителем командира части по физкультуре и ещё чему-то. У столовой встречает помощник дежурного по части, некий молодой офицер, сообщает, что неправильно у меня разглажена форма, поэтому с дежурства меня снимает.
Конечно пререкаюсь, доказываю, но куда там, в качестве арбитра помощником дежурного по части подзывается проходящий мимо контрактник (сверхсрочник), "посмотрите, - говорят ему, - нормально разглажен солдат?", "- нормально", не понявший ситуации отвечает служивый. "Точно?", уточняет офицер, "а, да, не нормально", сориентировался в ситуации товарищ.

Вот щучин сын, суббота, время начало восьмого, но делать нечего, придётся включать тяжёлую артиллерию. Один штабной офицер занимал совершенно неприметную должность, учился на юрфаке заочно, и на первых сборах я ему помогал делать контрольные. К третьему же сбору диплом им был получен и карьера стремительно понеслась вверх, занимал офицер должность заместителя командира части, хотя и был младше меня.

Отхожу на десять метров, достаю из кармана неуставной телефон, что в моей ситуации было опрометчиво, но других вариантов не видел. Спустя долгие гудки слышу знакомый голос, извиняюсь за беспокойство, сбивчиво рассказываю ситуацию, понимаю, что сонный голос имеет полное право меня послать, хоть и вежливо, но спустя паузу слышу "дай помощнику трубку".
Когда подошёл с телефоном к помощнику и контрактнику, во взгляде первого сквозило желание победителя меня уделать ещё и на предмет телефона, а контрактник криво улыбался, не скрывая сарказма как дескать ему смешны мои звонки куда-то, ты в армии и никто ниоткуда вмешаться не может. Помощник все же трубку взял, через пару минут возвращает телефон и даёт мне час на приведение формы в порядок.
Победа? Ох, утро только начинается, да и дембель ещё не завтра.

Возвращаюсь в казарму, начинаю разглаживать форму, появляется старшина роты, "чего ты тут гладишь, иди на занятия со всей ротой, тебя же сняли с дежурства!"
"Меня с дежурства никто не снял", дальше удостаивать его общением посчитал ненужным.

В расположение входит командир роты, к третьему сбору им стал тот самый активист капитан, по просьбе которого наш взвод добровольцами развлекал детей. Он уже был обо всем в курсе, пять минут непредметных взаимных обвинений между мной и прапорщиком, и капитан отводит нас поочерёдно пообщаться один на один.
Мой разговор с капитаном был вторым, тянуть кота за яйца он не собирался "ты что, его нахуй послал?". "Товарищ капитан, вы же меня знаете, вы бы слышали что он говорил обо мне, моих родных", уклончиво ответил я и драматически замолчал, как бы не в силах перенести переживания от страшных воспоминаний слов негодяя старшины роты. Видимо, получилось неплохо, потому что капитан подозвал прапорщика, и запретил ему проверять уборку не общих мест, если он предварительно не давал поручений их убрать.
Фух, на сегодня кажется разрулилось.

Но, мстительный командирский состав части затаил обиду, ответ прилетел буквально через несколько дней.
Как оказалось, к обратке подключили даже заместителя командира другого взвода, который заступил в дежурство, но под каким-то предлогом попросил меня провести роту на обед.
Не заподозрив подвоха, согласился, идём. Кто-то звонит, разговариваю на ходу, заканчивается очередная казарма и из-за угла видно, что у солдатской столовой как-то много офицеров. Обычно дежурный по части отправляет к столовой помощника, который ведёт учёт сколько прибыло-убыло, а тут их не меньше четырёх.
Не закончив разговор и стараясь не палиться роняю телефон в карман, однако все увидели, ведь ждали именно меня, надо же сколько чести.

Сам командир части, дежурный по части, наш командир роты, ещё кто-то. Подхожу, докладываю кто мы и сколько нас, командир части, тот самый полковник, перебивает и короткими рублеными фразами "почему не брит!", каюсь, щетина была, "почему по телефону говорил!", "почему сапоги не чищены!" И контрольный "Пять суток Ареста" с ударением на первый слог.
Вот же блин, пытаюсь перерекаться, но прозвучала команда кругом, на этом общение закончилось. Ну что ж, на голодный желудок думать вредно, законного обеда лишить ведь не могут. Во время приёма пищи план сложился, для его реализации нашел стенд с информацией в столовой, наверное он впервые кому-то пригодился.

Отыскал командира роты, того самого капитана, и объявляю ему, что этот арест есть ни что иное как месть за историю с библиотекой. Командир части не смог мне ее простить и я намерен сообщить об этом генералу, командиру дивизии, он мне разрешал по этому вопросу обращаться напрямую, его номер телефона продиктовал капитану. Если бы этого телефона не было в столовой на стенде, кто знает получилась ли бы задуманное.
Капитан остолбенел, быстро пришёл в себя и попросил меня пару часов ничего не предпринимать.

Спустя полтора часа поступает весть из штаба, все заместители командиров взводов вызываются к штабу. Пришли, построились. Выходит командир части и начинает рассказывать как мы нихрена не знаем. И задаёт такую задачу первому в шеренге, кто должен вести роту на приём пищи - "старшина роты", верный ответ. - А если его нет?, следующему - "командир роты", неправильно, к следующему "командир взвода", неправильно, очередь доходит до меня, отвечаю "дежурный по роте", - "Верно, за правильный ответ снимаю с тебя взыскание".
Так и не довелось мне побывать на гауптвахте.

902 +

839

В пятницу 5 марта обзвонил всех приятных мне девушек, не настолько близких, чтобы беспокоить их 8-го. Это же никакой личной жизни в праздник, если все кто попало примутся поздравлять в этот день.

Одна за разговором поделилась занятной историей - ее бывший был преподаватель чего-то политического в московском университете, а хобби его заключалось в том, что он писал разгромные статьи в адрес тиранического, просто фашистского путенского режима, душащего свободу слова.

Некоторый комизм этим статьям придавало то, что он публиковался под своим именем, с указанием своей должности для пущей солидности, в изданиях, которые не запрещены в России уже многие годы. Никто и не думал увольнять его за это - крупный ученый по всей видимости, цитирование в зарубежных научных журналах прекрасное.

Параллельно он, задыхаясь от ужасов режыма, внимательно следил за вакансиями по своей специальности в стране подлинной демократии - США. Узник совести неустанно слал заявки. И везде облом.

Но наконец его хирш достиг таких размеров, что парня приняли на работу в какой-то американский институт политических исследований. Оформили рабочую визу. Счастливый чувак уехал в страну своей мечты.

Но странное дело - вместо того, чтобы забыть уже наконец об этом кошмаре России, он активизировался! Наконец ему дали высказаться до конца! Он стал делать это с утроенной энергией. Прямо как на работе.

Однако, черт его дернул ляпнуть однажды в соцсети, не выйдя из волны обличений в адрес фошисткого российского режыма, что-то язвительное в адрес американской свободы слова. Вышибли с работы на следующий день. Вскоре забанили и его блог. Без предыдущих публикаций на нем он вообще никто и звать его никак. Нелицо по Оруэллу.

Найти после этого работу по его специальности в США, где все скринится в Интернет за секунды - это как волчий билет в исторических терминах кровавых злодеяний царского режыма.

Чисто теоретически, его никто не выгоняет из США. Рабочая виза продолжает действовать. Но срок ее конечен. За оставшееся время можно сделать очень многое в стране развитой демократии и свободы слова. Можно подработать полотером или мойщиком машин. Если хорошие навыки вождения, можно попробовать и таксистом. Если хороший нетворкинг, можно выгуливать собачек, побыть бебиситтером или по уходу за престарелыми. Можно подрядиться на обзванивания всех подряд с выгодными предложениями только на сегодня. Если подучиться - можно и парикмахером, и массажистом. Все пути открыты. Но самое мудрое - открыть свой собственный успешный бизнес. В котором ты сам откроешь себе вакансию по рабочей визе. Даже если это получится - о своих взглядах на свободу слова лучше молчать в тряпочку. И вряд ли получится успешный бизнес у профессора, посвятившего свою жизнь обличениям свирепого российского режыма. Это IQ тест. Аннушка разлила масло.

Профессор однажды покатится из страны свободы слова обратно в самое лоно деспотического режима - г. Москву. Его туда просто выпрут из США. Обличать далее, но вернув обратно на сук, на котором он сидел - преподавание по специальности в стране исконного проживания. Со всем своим свободомыслием.

А я продолжаю думать, что свобода слова - это хорошо. Но не такая, какая сейчас в США. Свобода слова, как и осетрина, бывает только первой свежести, и нет никакой более. Несчастье США в том, что там она порядком протухла.

714 +

840

НИКОГДА НЕ СДАВАЙТЕСЬ!!

Прочитала историю https://www.anekdot.ru/id/1192175/ и вспомнилось ...

Я научилась плавать достаточно поздно— в 13 лет. Как раз тогда переехали из холодной Прибалтики ( где я даже не хотела лезть в воду ) в солнечный Таджикистан, в Ленинабад.

Сразу учить плавать меня в Сырдарье отец не рискнул, отвёл на какой-то канал, ширина которого была метров 150–160 .Там и учил.
Чтобы зайти- выйти на пляж, где можно было сносно купаться, учиться плавать, нужно было пройти достаточно длинное расстояние, или— переплыть этот канал.
Я всё время порывалась именно переплыть, но отец говорил— рано, дочка!
И вот,потренировались, закончили тренировку, прошли мы с ним по жаре весь обход, можно идти домой , смотрим— плывут два пловца.
Которые решили сократить путь, не обходить, переплыть канал.
Гребут каждый одной рукой, потому что второй рукой, над водой, держат вещи ( ну, одежду свою)
Остановились мы тогда с отцом, смотрим, переживаем, болеем, подбадриваем! Даже ставки , помнится ставили— кто первый доберётся.
И тут, неожиданно, сначала один , а потом второй, решили затонуть.
Вот, прям, по настоящему!
Ушли под воду вместе с одеждой, которую держали над водой.

А когда вынырнули, выяснилось— в том месте, где они решили затонуть— им по пояс...

Посмотрел на меня отец и сказал: — ты всё видела? Поняла? Завтра переплываем Сырдарью.

На следующий день переплыли .

489 +

841

У меня есть привычка всегда носить с собой перочинный ножик. Оформилась она во время учёбы, когда от нас всё время требовали сдавать работы на листочке, а я терпеть не мог неаккуратно оборванные края. Потом выручала во многих жизненных ситуациях, особенно одной голодной ночью в середине девяностых, когда пришлось остаться на работе на всю ночь, а в единственном на весь район магазине не было вообще ничего, кроме консервов. Тут однажды зашёл проведать ребёнка в больницу - прицепился охранник, мол, что это у вас тут на клипсе болтается, надо сдавать, плевать что две недели я этого не замечал и так пускал, положено и всё тут. Ну ладно, раз положено - сдал, прошёл, посетил, возвращаюсь, иду забирать свой ножик. И тут охранника пробило вместо того, чтобы просто отдать, прочитать мне лекцию о том, как я неправильно поступаю и как хорошо он выполняет свои обязанности. Надо было видеть его глаза, когда я со словами "правда что ли, хорошо?" достал златоустовский охотничий нож с клинком сантиметров в двадцать пять, который мне как раз за пару часов до того подарили.

545 +

842

Лида мечтала о появлении в их дружной семье маленького чуда - нового малыша.

Она даже видела его, этого малыша. Только чуть зажмурится - и уже сразу отчетливо видит. Будущее дите будет непременно мальчиком. Белобрысым и щекастым. Такими - белобрысыми и мордатенькими - были во младенчестве все дети Кузявкиных.

Лида назовет его как-нибудь необычно, но очень красиво - Ждан, допустим, или вот Велемир.

Лида, конечно, изо всех сил стремилась сделать эту прекрасную грезу о маленьком кукусике былью. Ее натурально прихлопнул материнский инстинкт.

Но немного подводил супруг Михаил.

Он противился исполнению мечты - не хотел ни Ждана, ни даже Велемира. Нашла у них коса на камень. Дома - сплошная конфронтация.

Молчаливая - на супружеском ложе. Здесь Миша изобретал все более изощренные способы избежать возможного появления в их жизни малютки. Лида, в свою очередь, по-женски хитро пыталась эти способы обрулить. Но супруг, к сожалению, пока оказывался изворотливее.

В прочее же время они все чаще шумно скандалили.

Супруг не хотел еще ребенка категорически. В начале дебатов о судьбах Велемира он доставал из комода техпаспорт их “трешки”. Вынимал из портфеля калькулятор. Михаил щурил колючий глаз, топорщил ус, интенсивно тыкал пальцем в вычислительное устройство.

Вид у мужа в эти моменты был неприятный, как у докучливого ревизора. Он подкидывал Лиде глупые задачи про жилые метры и живые души. Входил в раж. Горячился и орал. Стучал калькулятором по обеденному столу. Чашки и блюдца подпрыгивали и звенели.

Даже подзатыльника однажды Лиде отвесил обидного. Будто она не взрослая женщина и законная ему супруга, а клиническая малолетняя двоечница и не знает простых арифметических действий.

По подсчетам Михаила как-то выходило так, что четвертому ребенку места в их жилище решительно не предусмотрено. И даже уже имеющимся потомкам жилплощади тоже было маловато.

Прооравшись и разбив о стену очередной калькулятор, муж начинал давить на Лиду весом общественного мнения.

Вкрадчивым голосом, поглядывая на нее испытующе, Миша утверждал, что все-все общество начнет их очень осуждать за этот шаг. Массово общество покрутит пальцами у висков. Во, смотрите-ка, сограждане, какие же странные люди эти Кузявкины. Трудящимся-то нынче жрать даже нечего, везде кризисы и напряженка, а эти рожать вздумали без устали. Плодят и плодят наследников, как не в себя. Что ни год, то у Лидии плодоношение. Небось, на льготу какую-то рассчитывают эти Кузявкины, пиявками к бюджету присосаться намерение имеют.

И осуждение, и бичевание повсеместное, конечно, не заставят себя ждать.

Потом Миша чуть успокаивался и приступал к основному - дырявый семейный бюджет. С учетом трат на продукты питания и коммунальные услуги, денег у них каждый месяц остается всегда сущий пустяк. И приходится делать мучительный выбор - купить ли на этот пустяк старшему наследнику зимние ботинки из шкурок неизвестной худосочной зверушки или же поднатужиться и отремонтировать старую “Волжанку” тестя, которая пятый год гниет в гараже. Четвертого малыша, таким образом, придется заворачивать в рогожку и красть для него молоко в гастрономе.

В завершение своей речи супруг даже позволял себе долю эгоизма - ему хотелось спать в полной тишине и темноте целых восемь часов подряд, совсем без детей, без заунывных колыбельных и срыгиваний.

И что если жена Лида все же имеет намерение родить еще младенца, то пусть она сама с этим дитем и кувыркается.

А он, Миша, умывает свои усталые руки.

И даже вполне допускает плачевную мысль о том, что далее им, супругам Кузявкиным, придется пойти разными жизненными путями. Он станет несчастным разведенцем и алиментщиком, а она, Лидка, заделается крепко многодетной женщиной, в одиночку взращивающей свой кагал.

Лиде было больно и горько все это выслушивать - одни протесты да ультиматумы. Утерев слезы, она приступала сыпать контраргументами. Мысленные диспуты с Мишей Лида вела почти круглосуточно. Поэтому контраргументы были отточены и понятны любому дураку.

Глядя на помятый техпаспорт, Лида горячо уверяла, что теснота - это ничего страшного. И вообще, если еще раз достать калькулятор, то теснотой у них и не пахнет. Целая “трешка” у них в единоличном распоряжении. А это целых пятьдесят четыре квадратных метра квадратных. Люди вон в однокомнатных хоромах семьями в три поколения ютятся. И ничего - все там радостные, улыбка ни у кого с уст не сходит, в тесноте, да не в обиде прописаны.

А у них фактически царские условия жизни.

Вот родители Лиды привольно разместились в отдельной комнате. Потому что старость любит тишину. Опять же - преемственность поколений обеспечивается.

Старшие ребята - Святополк, двенадцать лет, и Дульсинея, четыре годика - также имеют собственную уютную комнатку.

У всех есть спальные места, Святополк обеспечен столом для выполнения школьных уроков. Дульсинея приучена сидеть и не рыпаться пока брат гранит науки точит.

Двухлетняя Эвридика пока в отдельной кровати не нуждалась - до трех лет все младшие Кузявкины почивали в родительской комнате - зале. Проходной и самой просторной комнате. Тут тебе и телевизор, и до удобств благоустроенной квартиры рукой подать - если, к примеру, скоренько ребенка подмыть надо или еще чего. Места свободного - завались, хоть пять люлек в ряд наставь. И спокойно реализуй себя в родительстве.

Напоминала Лида супругу и о том, что младшенькую вот он тоже хотел не очень уверенно. Чуть до развода дело тогда не дошло у них! А сейчас - счастливый отец, в девочке души не чает, чуть не в зубах ее носит. И Эвридика - полная копия Мишиной мамы, спутать даже их легко можно.

И не все, Миша, в этой жизни измеряется деньгами. Счастье ведь ни за какие деньги не купишь. А дети - это счастье, цветы жизни и продолжение наше. Выросший Святополк не драные ботинки свои вспоминать будет, а теплые семейные вечера и преемственность поколений.

Будет зайка - свалится и лужайка. Выйдет цветок - будет и лужок. Проверено жизнью и отдельными многодетными женщинами.

Вот когда у Кузявкиных родился первенец Святополк, то они мыкали горе по съемным углам.

С появлением же Дульсинеи нагрянула уютная лужайка - Лидкины родители, сжалившись, пустили молодую семью пожить на свою благоустроенную жилплощадь.

Но сейчас и родители подозрительно таились. Ждан или Велемир не трогали их молчаливых сердец своими крохотными пальчиками.

Когда однажды Лида решила, что состояние ее очень смахивает на беременность четвертым малюткой, то мама ее с давлением буквально свалилась. Упала и лежала целых три дня в своей отдельной комнате. Молча лежала. Только дверь клюшкой подперла и так лежала.

А папа Лиды шмыгнул на балкон покурить и на неделю исчез - так переживал нечаянную радость.

Свекры, узнав новость, конечно, не молчали и не таились. Эти взвыли дружным ансамблем: а нечего тут нам нищету плодить, а нечего! Ты, Лидка, говорили свекры, во всем сама виновата. Нарожала кучу и все тебе маловато будет. Наш бедный Миша еле тащит этот тяжкий воз. Он в сорок выглядит уже пятидесятилетним мужчиной, хорошо потрепанным жизнью. У него геморрой, давление и плоскостопие. Если наш несчастный Миша вдруг скоропостижно скончается, то воз придется тащить тебе самолично. И мы все еще посмотрим на это представление.

Даже первенец Святополк был тогда супротив потенциального Велемира настроен.

Новость о возможном пополнении он подслушал и заявил, что из дому намерен уйти на все четыре стороны. Надоели ему сиблинги до подростковой депрессии. Тишины Святополк хочет и чтобы тетради его никто не драл на мелкие клочья. И в кровати не пакостил. И сидеть он с этим четвертым Вележданом не нанимался. Вполне хватает навязанного ему общества Дульсинеи и Эвридики. И что дорога теперь у него одна - в плохую компанию девиантных сверстников.

Даже маленькая Дульсинея, хотя ничего и не поняла, на всякий случай свои лысые куклы попрятала по темным углам. Ожидала возможной экспроприации своего нехитрого имущества со стороны чужака.

Не дети, а дикобразы какие-то выросли...

Поддерживала Лиду в материнском инстинкте только школьная подруга ее Светочка.

Подруга легко и радостно родила пятерых прекрасных малышей. И уже вовсю усердствовала над шестым.

Первый муж Светы тоже оказался дураком и ушел где-то на третьем наследнике. Его более всего волновал вопрос финансов - боялся, что не вытянет всю бригаду. Но он и правда не вытянул - сбежал однажды дождливой ночью. И до сих пор скрывался от ответственности где-то в республике Тыва.

Четвертого малютку Светка родила сугубо для себя. Просто захотелось маленького. Маленькие все такие смешные. Проснулась однажды, а настроение “хочу ляльку”. Что делать? Пошла да и сделала. Четвертый получился смешной до колик.

А вот пятого наследника - этого уже осознанно рожала, а не по наитию.

У Светочки тогда появился новый муж - студент Алик. Алик был родом из многодетной деревенской семьи. Не могу, причитал этот Алик, без детишек под боком жить. Привык, говорит, чтобы детская возня под носом была у меня круглосуточно.

Так и появился пятый малыш. Алик теперь чувствовал себя как дома, а Светка инстинкт материнский свой хоть на время успокоила.

Сейчас супруги о шестом бредят. Тоже осознанно хотят родить. С открытыми, так сказать, глазами.

Но муж Михаил, к сожалению, был не прирожденный семьянин Алик.

И снова между Кузявкиными призрак официального развода замаячил.

Куда бежать? Кому молиться? Как вразумить супруга? Времени-то на вразумление осталось с гулькин нос - бабий век ведь короток до неприличия.

728 +

843

Занимательный факт

(Экскурс в историю)

Как уже многим известно, в понедельник французский суд признал бывшего президента страны Николя Саркози виновным в коррупции и попытке подкупа судьи. Саркози приговорён к трём годам тюремного заключения, два из которых - условно.

Но мало уже кто помнит, что именно Саркози в бытность президентом Франции провёл одну из самых заметных в истории страны конституционных реформ.

Произошло это в 2008 году. На совместном заседании обеих палат парламента законодатели приняли многочисленные поправки с перевесом всего в один голос (за пересмотр Конституции высказались 539 парламентариев при необходимых 538).

Разнообразные изменения коснулись больше половины статей основного закона, перераспределив соотношения сил между ветвями власти.

Так было решено, что никому нельзя занимать пост президента более двух сроков подряд. А парламент получил право накладывать вето на некоторые президентские распоряжения и назначения.

Социалисты во время обсуждения масштабных изменений Конституции, обвинили президента в том, что поправки, которые, как убеждал Саркози, заметно усиливают роль парламента, на самом деле лишь дают президенту дополнительные полномочия, и попусту запутывают людей. (Ничего не напоминает?..)

Саркози назвал тогда конституционную реформу - яркой победой французской демократии.

Эх, не успел Николя Саркози внести ещё одну существенную поправку во французскую Конституцию. О своей неприкосновенности. После того как выйдет на пенсию...

395 +

844

Пальмовое масло, пальмовое масло... Да в России его просто не умеют использовать!

Сестра в Канаде живет, рассказала. Во время ковидного карантина народ там у них стал больше дома готовить, и вот домохозяйки стали все чаще замечать, что сливочное масло дешевых категорий от тамошних производителей на бутерброд не мажется, под ножом не режется, а крошится, а, будучи оставленным на столе, не тает. А вот масло, изготовленное из молока коров, которых кормят "только травой", по-прежнему ведет себя, как и положено уважающему себя маслу. При этом состав и того, и другого - 100% жиры коровьего молока. Спросили ученых, в чем проблема. Разница оказалась в том, что в пищу первых коров добавляют избыточное количество жиров, полученных из пальмового маслa, которые резко повышают жирность молока - но за счет насыщенных тяжелых жиров, повышающих температуру таяния масла и делающих его рассыпчатым. Естественно, раз в конечный продукт пальма напрямую не добавляется, ее в списке ингредиентов не нужно и указывать. Процедура в их стране совершенно законна и, оказывается, применяется уже по крайней мере с десяток лет. Но, как известно, бьют по морде, а не по паспорту, так что в розничную продажу такое масло старались не пускать, сбывая его производителям выпечки, которые таким образом избегали появления пальмового масла в списке своих ингредиентов. Но тут из-за ковида вырос спрос домохозяек на масло, в магазины пустили все подряд - и технология стала общественным достоянием.

Тот групповой звонок по скайпу, когда сестра нам - родне, живущей в разных странах - про это рассказала, пришлось срочно сворачивать: все участники побежали к холодильникам масло на проверку доставать. Кто его знает: может, прогрессивные канадские технологии уже и до других стран добрались..

460 +

845

Раннее утро. Сижу в Сеуле. Сейчас температура +15 С, да! Пью гэм-май-тя с яблочным пирогом собственного приготовления и думаю о том, как бы объяснить уважаемой аджуме (пожилой госпоже), проникнувшейся российской кухней, что суп "Харчо", шашлык бараний и салат "Сахалинский" из лопухов, которыми я её когда-то угощал у себя в ресторане, не совсем русская кухня, т.е. полностью нет. Как уравновесить её восторг от моей кухни с местной ценой на оригинальные российские продукты? Колбаса, типа "Докторская", в переводе цен - 1400 р\кг. Российской молочки нет вообще. Ни сметаны, ни творога, ни простокваши. А какой борщ без сметаны? Вареники без творога? Или яблочные оладьи на кефире, как? Золотистые, пышные, кисленькие, что хрустят тёмной обводной корочкой и прекрасно запихиваются в рот целиком (я проверял!), без всякого пиетета - хрум-хрум-хрум! Как сделать моё отрицание, мой скепсис - плодотворной идеей? Корейская и славянская кухня - органолептически несовместимы. Здесь царство сплошной ким-чхи и красного перца, от которых гастрит. Даже в местной пиццерии вам подадут "4 Сыра" и миску этой специфической дряни бесплатно. Патриоты, ёпть.

В этот момент - звонок из РФ:
- Старик, чем занимается инженер по технике безопасности в воинской части?
- Ну... Многим... Прежде всего - обход-контроль проводящихся работ, составление тех.планов, проверка оборудования, наличия огнетушителей. И отчёты, отчёты... Стоп, стоп! А тебе-то зачем?
- Пришла рассылка на вакансии, старик.
- Но ты же - спец в области продаж дешевого бухла.
- Написано, что профильного образования не требуется. А по возрасту подходит. И требования минимальные.
- Бред какой-то. Где это?
- В\ч в Балашихе, рядом со мной. Так, что делать, старик?
- Да иди, служи, если возьмут. Ты, видимо, нашел ту анекдотично легендарную часть, где тебе останется только кричать:"Кто бросил валенок на пульт управления?"
- Ха-ха! Так и сделаю.
- Успехов.

Поговорили. Время ещё есть. Вбиваю в поисковик: "В\ч в Балашихе...". И тут...

- Ким-чхи, говорите, гадость? - Прелесть!
- Красный перец? - Готов ложками жрать.
- Пулькоги (свинина с сахаром)? - Да посолю.
- Молочки не хватает? - Тофу - лучший из сыров! Без коров - всегда здоров!

Чего это я так? Что аж волосы зашевелились? ... Дык. Ёпть. Дык. В\ч в Балашихе - академия РВСН им.Пети 1-ого. Как раз там и учат, как валенки на путь управления правильно забрасывать, вот. А я ещё жи-и-ить хочу-у-у... И не в виде элементарных частиц и прочей таблицы Менделеева.

И знаете, как-то сразу, бездна настоящего русского ресторана в Южной Корее обрела в моём мозгу устойчивость и радужную перспективу.

Звонок (внутренний):
- Господин, г-жа управляющая и её уважаемая госпожа-мать ждут вас в зале ресторана.

Я поправил галстук, манжеты. Проверил наличие ручных часов (это старомодно, но важно в ЮК). Спустился лифтом в кухню, где давно страдал в одиночестве мой шедевр - вишнёвый пирог-бисквит с кардамоном, миндалём и чёрными раками, наливаясь "фирменной" медово-цитрусовой пропиткой. Улыбнувшись сам себе в отражение, подхватил пирог и вышел в зал. Старинный посеребрённый самовар пыхтел лучинками в углу.
Ну, что, девчонки? Пока живы, устроим "чаепитие в Мытищах"? Жаль, кота не хватает, но коты здесь, увы, страшное табу, пока.

ЗЫ: Справедливости ради, выяснилось: в\ч которой требуется инж. по ТБ без опыта - 4-й полк ОДОН им. Дзержинского (менты), Балашиха. З\п - 60 тыр. Вакансия пока свободна.

696 +

846

Некоторое время назад одна и та же машина в одном и том же месте без особой необходимости постоянно парковалась с заездом на тротуар, что уже само по себе нехорошо. Но дело в том, что в этом месте тротуар был крайне узкий (историческая часть города). В результате пройти мимо машины по тротуару было практически невозможно: приходилось обходить ее по проезжей части. Похоже, это доставляло некоторое неудобство не только мне, но и другим прохожим, потому что однажды на этой машине я увидел надпись "СУКА, ПАРКУЙСЯ ПРАВИЛЬНО!". Надпись была сделана красной губной помадой прямо на лобовом стекле. Если честно, захотелось поставить лайк автору комментария на этом же стекле. Еще хочется отметить универсальное гендерно нейтральное обращение "СУКА", подходящее к любому водителю той машины независимо от его пола (обращение "МУДАК" было бы верным по существу, но могло оказаться некорректным по формальному признаку). После этого ту машину на тротуаре в этом месте я уже больше не видел.

526 +

847

Оформили мы, наконец, всей семьёй электронные медицинские карты и решили узнать что там у нас. Посещения врачей, результаты анализов - это всё понятно, но вот один пункт особенно заинтересовал: Прививки. Открываем, а там... В общем, в прошлом году мы все, правда, каждый в разное время оказывается сделали прививку от гриппа. Вот так нежданчик. Сразу вспомнились конспирологические теории т.н. "химтрейлов" и истории о том, что новые технологии позволят распылять лекарства прямо с самолётов. Хотя, кто знает, ведь если у вас мания преследования, это ещё не значит, что за вами не следят.

316 +

848

Пятьсот какая-то история о том, как эмигрантам не даются нюансы английского языка. Но не могу не рассказать, поучительно получилось.

На одной из моих прежних работ у русской тетки – QA не сложились отношения с ее менеджером. Он ее не всегда отпускал домой пораньше, делал замечания за не отловленные баги и пропущенные дедлайны и вообще имел наглость что-то требовать. Замаячило очередное сокращение штатов, тетка поняла, что она первый кандидат на вылет, и решила сыграть на опережение. Написала на менеджера длинную кляузу в HR о том, как он ее всячески нервирует и изводит. И в частности упомянула, что he plays with his balls during a meeting. То есть теребит свои шары на совещаниях, для американца эта фраза ничего другого не означает.

Эйчарша от такого охренела и позвала пред ясны очи менеджера. Менеджер охренел еще больше, долго пялился в кляузу и беззвучно шевелил губами, видимо, перебирал подходящие к случаю английские идиомы. Но потом глаза его прояснились, он метнулся в свой кабинет и принес антистрессовые металлические шарики. Которые действительно любил вертеть в руках во время совещаний.

Тетку уволили. Но, я думаю, ее бы уволили и так.

496 +

849

Эпиграмма на песню «Люби меня по-французски» в исполнении певицы Ева Польна

Во время очень жаркой случки,
я просьбу получил от сучки :
«Люби меня по-французски,
не хочется больше по-русски».
По Интернету попросил совета,
четыре получил ответа :
1. Ты без дела не лежи, ей вагину оближи
2. Поставь подругу в позу рака, пусть пострадает её срака
3. Совет мой, парень, не проси, подруге клитор пососи
4. А у меня совета нет, но я бы предпочёл минет

Теперь подумайте, друзья :
1. какой совет исполнил я?
2. Как сношалась по-французски и при том была довольна , всем знакомая певичка по кликухе Ева Польна?

386 +

850

Давно, ещё при Горбачёве, когда День СА не был выходным, мы с коллегами однажды 23 февраля вечером
после работы устроили посиделку в честь этого важного для всех отслуживших праздника.
Дамы нас быстро поздравили и разбежались по домам. Потёк обычный мужской разговор. Начали вспоминать, что у кого случалось в армии самое приятное или интересное. И наш токарь дядя Коля рассказал вот что:
Когда он проходил призывную медкомиссию, выяснилось, что он имеет очень маленькие рост и вес, на грани допустимого для солдата. И при этом отличное здоровье, в том числе зрение. Наверное, именно из-за таких ТТХ он попал служить в полк дальних бомбардировщиков на должность кормового стрелка. (это было в 1960-х годах.)
Как я понял, в хвосте у бомбардировщика стояла прозрачная полусфера, в ней пулемёт, и чем меньше габариты стрелка, тем ему проще работать.
В учебке все такие стрелки должны были сделать по два прыжка с парашютом. И во время первого прыжка у Коли получилось вот что:
Было это в начале лета где-то в тёплом красивом месте типа Украины или Кубани. Парашют у Коли благополучно раскрылся. Через минуту страх прошёл, Коля начал смотреть по сторонам, вниз, и даже получать удовольствие от полёта. (Описание пейзажей пропущу).
Потом Коля заметил, что земля не приближается. Все его товарищи уже на земле, собирают парашюты, собираются в назначенном месте около грузовика, офицер машет руками в его сторону и что-то кричит. Но на высоте около 1 км его не было слышно. Никаких инструкций на такой случай Коля не получал (или проспал в учебном классе?), ускорить спуск не умел. Да и не хотел, как сам позже признался. Заметил, что может с помощью строп менять направление движения над землёй. Стал перемещаться в сторону своей части, тем более что грузовик с курсантами уехал (война войной, а обед - по расписанию).
Так Коля летал больше часа. Потом благополучно спустился, собрал парашют и пришёл с ним в расположение.
Получил от полёта столько удовольствия, что потом не обидно было остаться без обеда и пройти с рюкзаком-парашютом на спине 5 км до части.
Никаких репрессий от командования Коле не было. Только перед вторым прыжком ему и ещё одному такому же легковесному курсанту выдали вещмешки, заставили набрать в них по ведру земли и прикрепили к парашютной сбруе. Прыжок прошёл обычно.
P.S. Одна умная женщина сказала мне в День СА: "Будь всегда готов защитить свой дом и семью, и пусть тебе это никогда не понадобится"
Хочу передать это пожелание всем, кто считает 23 февраля своим праздником.

699 +

<< ← 12 13 14 15 161718 19 20 21 22 → дальше →

Анекдоты про том время [ Свежие анекдоты ]

Партнеры

Реклама

Добавить анекдот: предложить для публикации

Анекдоты про том время
[ Свежие анекдоты ]