Результатов: 4

2

История эту читал в конце времён перестройки в газете "Труд". Запомнилась довольно подробно из-за своей не шаблонности. Когда тогда вспоминали времена Брежнева то обычно тарахтели о коррупционности верхов, о противостоянии Андропова и Щёлокова. При этом жуют одни и те же истории: "брульянты" для жены министра МВД, как на станции метро милиционеры-отморозки убили сотрудника КГБ, ну и так далее. Иного ничего на ум не приходит знатокам, потому выкладываю нестандарт о том как МВД умыли КГБ во всех смыслах.
В те годы на Колыме помимо госпредприятий по добыче золота, были старательские артели - эдакие не то пережитки капитализма, не то форма кооперации (разновидность колхоза). Смысл прост - оформляются мужики с ломанной судьбой в такую вроде бы негосударственную структуру, моют золотишко, но в отличие от америкосного Клондайка золото обязаны были сдавать только государству по фиксированной цене, разумеется ниже той что была на чёрном рынке среди теневиков, соответственно желание продать дороже, но для этого надо вывезти золото на "большую землю", а это только на самолёте, а там проверки. Разумеется всячески исхитрялись (см. комедии "Вальс золотых тельцов", "По ком тюрьма плачет"), курьеры вывозили самородки, передавали скупщикам. Но был один нюанс: формально преступлением считалась только продажа этого золотишка, при чём по факту - вот курьер, вот золото, вот покупатель, вот деньги. Брать одного курьера с золотом было бесперспективно: система отработана была на 100%. Вяжут такого, а он: за что волки позорные? Золото моё, сам намыл - вот справка я работник артели, по закону сдавать обязан государству, вот и везу в Москву сдавать в КГБ, они мужики правильные, а вы наскрозь гнилые, имею право. В законе место сдачи точно не указано, местные чинуши моё золотишко притиснут, а в Москве оно на социалистическое строительство пойдёт. Всё, абзац, много бла-бла: ну там ишшо попадёшьси, много бумаг-протоколов, толку ноль. Золото изъяли, куда вёз-кому не узнали, кто отправитель в реальности - только подозрения.
И вот однажды привалила радость: взяли разом и курьера и покупателя, на передаче золото - деньги, все колются всю цепочку сдают. Победа по всем направлениям + партия была каких-то бешеных масштабов: самородки крупные и много. Щёлоков разумеется похвалился в Политбюро: вот как работать умеем, стране народное добро вернули, преступную сеть с корнем выдрали. Политбюро заинтересовалось и возжелало лично лицезреть вокруг чего такая радость. К следователю который на Петровке вёл это дело нарисовался генерал КГБ из охраны верхушки слуг народа и ультимативно потребовал: открывай сейф, давай чё там у тебя - мне приказано доставить твои цацки на Старую площадь, может тебе за твой труд чё и обломится, если я за тебя похлопочу. Шевелись, большие люди ждут.
Щассс. Следак в отказ - у меня своё начальство, это раз, золото - вещдок, это два, висит на мне, это три, согласовывайте. Вопли, да ты с кем, да я тебя! Но согласования начались, до самого верха. От Щёлокова приказ - оформлять передачу официально, по акту, с подробным указанием: количество самородков, вес каждого, общий вес, сдал - принял, звания, подписи. Не нравится кому советский закон, так в Политбюро и доложим. Генерал повопил, но процедуру стерпел, расписался и кипя гневом умотал. Через несколько часов возвращается. бухает пакет назад следаку, презрительно: держи ссыкун своё добро, ни х... с ним не сталось. Момент, а теперь обратная процедура, для начала общий вес - опа, недостача стока-то грамм, смотрим по акту - соответствует весу самородка №.., где оный? Генерал заикаться начал: не могёт быть, да я глазки протёр глядучи, да я только на столике в самом Политбюро из рук выпустил, да как же это.... Опять звонок на верх что делать? Щёлоков - генерала опросить, запротоколировать, а я к Брежневу еду, советоваться.
- Леонид Ильич, тут такое..., что теперь?
- Я чё-то не понял, ты у нас кто?
- Министр МВД.
- О! Министр милицейский! А чего должна милиция делать если чего-то украли?
- Дело заводить, следственно-процессуальные действия проводить...
- Ну так и заводи, проводи, закон что ли поменяли?
- Членов Политбюро надо допрашивать, кто самородки осматривал.
- Ну так и допрашивай, для них закон что ли другой, вот с меня и начинай. Хоть под протокол, хоть так...
После этого Щёлоков заглянул ещё кое к кому из Политбюро, с кем отношения были хорошие, формально для опроса, а фактически сообщил, что дело будет и никто замазывать его не станет - слух по верхушке задвинул.
Через некоторое время к следаку приезжает опять тот же КГБ-генерал, только кислый-кислый, смущённый-смущённый. Выкладывает недостающий самородок: эта, не для протокола, ну сам понимаешь, там же старичьё, ну так один в карман себе сунул и забыл, давай звони своим на верх, по-тихому закрываем процедуру, они там на Старой площади сами своими силами клистир выпишут. Кто это? Да ты чё, хочешь что бы мне башку отвернули? Хотя и так могут, на всякий случай. Ладно, может и обойдётся, оформляй полную передачу всего в сохранности.

3

Ххх: Знаешь, в некоторых ситуациях можно только ремнем. Слова не работают. Это воспитание. Ты, видимо, с детьми никогда дела не имел.

Ууу: Ты прям как наш папаша рассуждаешь. Так вот, услышь глас нещадно поротых детей: ровно два душевных качества развивает ремень.
Первое - полный игнор всех мнений, советов, просьб и убеждений родителей (а чего они требуют одного, сами делают другое, никак свои действия не мотивируют).
Второе - скрытность (раз мотивация родителей непонятна, то и нельзя узнать, как они на твой поступок отреагируют, и лучше, чтобы они ничего не знали).
Дрессировка и воспитание - вещи несовместимые.

4

Ноев Ковчег.

На дворе 2000-й год и Ной проживает в Соединенных Штатах. И сказал
Господь: "Вот, через год я сотворю великий дождь, и покрою всю Землю
водою, так что все живое умрет. Но я хочу дабы спас ты праведников из
людей и по паре из каждой твари живой. Я повелеваю тебе построить
Ковчег."
Окруженный молниями, Бог вручил Ною спецификации Ковчега. Испуганый и
дрожащий, Ной согласился.

"Запомни", - сказал Господь, - "За один год ты должен закончить постройку
Ковчега и поместить всех, кого я назвал, в него".

Точно через год ужасный ураган обрушился на Землю и все моря и воды
земные погрузились в хаос. Господь воззрел на Землю и увидел Ноя,
сидящего на своем дворе. Ной плакал.

"Ной", - прогремел голос Бога, - "Где Ковчег твой, Ной?"

"Господи, прости меня", - возопил Ной, - "Я сделал все что мог, но
трудности оказались слишком непомерными!"
И повесть его Богу была печальна.
"Сначала я должен был получить лицензию на постройку и твой план не
соответствовал строительным нормативам. Я был вынужден нанять
строительную инженерную фирму и переделать все планы.
Потом я выяснял отношения с Министерством охраны труда по поводу того,
нужны ли в Ковчеге пожарные водоразбрызгиватели.
Далее, мой сосед стал возражать, заявляя что я нарушаю зонное
законодательство, строя Ковчег на лужайке перед домом. Так что мне
пришлось выбить специальное отношение от комиссии городского
планирования.
Я не мог найти дерево для постройки, так как был принят местный закон о
запрещении порубок в связи с охраной пятнистой совы. Мне в конце концов
удалось убедить министерство лесного хозяйства в том, что мне нужно
дерево для спасения совы. Однако министерство охраны дикой природы и
рыбных ресурсов не позволило мне отловить пятнистых сов. Так что - сов у
меня нет.
Плотники сформировали профсоюз и объявили забастовку. Я был вынужден
провести переговоры с Общенациональным Объединением Профсоюзов. Сейчас
над Ковчегом работают 16 плотников, но сов я по-прежнему не поймал.
Когда я стал ловить остальных зверей, на меня подали в суд активисты из
организации "За права животных". Они возражали против того, что я беру
только по одной паре каждого вида. Когда, наконец, дело было выброшено
из суда, Агентство по Охране Окружающей Среды уведомило меня, что я не
имею права завершить Ковчег без документа по оценке последствий
Предлагаемого Потопа. Им не очень-то понравилась мысль, что действия
Создателя Вселенной не в их юрисдикции.

Инженерные Войска потребовали карту затопляемой поверхности. Я послал им
глобус.
На данный момент я пытаюсь разобраться с жалобой, поданной на меня
Комиссией по равным правам на труд, по поводу того, что я не допускаю на
борт неверных и безбожников.

Налоговое министерство арестовало мое имущество под тем предлогом, что я
пытаюсь построить Ковчег, дабы убежать из страны в целях неуплаты
налогов. К тому же, я получил уведомление от властей штата, что я должен
им какой-то "эксплуатационный налог" и обязан зарегистрировать Ковчег
как "увеселительное судно".
В довершение ко всему, Союз Гражданскийх Свобод добился судебного
постановления по приостановке дальнейшей постройки Ковчега, так как
поскольку Бог затопляет Землю - это религиозное мероприятие и, таким
образом, оно неконституционно.
Я не думаю, что я могу закончить постройку раньше, чем через 5-6 лет".

Так убивался Ной.

Небо вдруг просветлело, Солнце засияло и моря успокоились. Показалась
радуга.
Ной с надеждой посмотрел в небо: "Боже, так ты больше не собираешься
уничтожать Землю?"

"Нет", - сказал Господь. "Правительство сделало это за меня".