Результатов: 4

1

История давняя, примерно того времени, когда гласность еще была, но колбаса и мыло в магазинах уже закончились. Начинался этап борьбы с пьянством и алкоголизмом. Времена уже далекие, так что за абсолютную достоверность не ручаюсь.
Был я в ту пору флагспецом эскадры кораблей в Индийском океане. 3 месяца на берегу, а потом кораблем из Севастополя или Владивостока в зону эскадры и 7-8 месяцев солнца, качки и много соленой водички за бортом. С пресной было хуже – танкерам обеспечения перестали продавать воду, даже в долг в ближних портах, а расплачиваться валюты не было.
Время летело быстро - стрельбы, разведка, учения, иногда сопровождение конвоев в Персидском заливе, бытовуха, одним словом. Немного разнообразили быт рыбалка да волейбольные баталии на верхней палубе, с мячом на леске или прибытие писем с каким-нибудь проходящим танкером. Да, в 1989 году еще писали бумажные письма!
Прибыл на смену очередной БПК, смена произведена, за встречу-расставание выпито, пора домой! С группой офицеров штаба эскадры убываем на корабле, отбарабанившим в зоне эскадры свой срок, во Владивосток. Классно на боевом корабле идти пассажиром. Экипаж трудится, несет вахты, а у офицера штаба эскадры уже наступает подготовка к отпуску – он практически не вовлечен в корабельный распорядок (главное не проспать завтрак-обед-ужин), может спать, читать книги. Одним словом прекрасный морской круиз. Конечно, вылезти на верхнюю палубу боевого корабля и лечь позагорать – это уже будет запредельно, но в остальном – именно круиз. Однако на сей раз наше путешествие сразу же было омрачено телеграммой – корабль задерживают на 5 суток и мы должны совершить заход в индийский порт Бомбей (после 1995 года – Мумбаи), где должна состояться встреча министров обороны и главкомов ВМФ Индии и наших. Конечно, еще никогда заход в иностранный порт не считался наказанием, но заход, приуроченный к встрече министров – это ничего хорошего. В телеграмме было указание – находящимся на борту офицерам штаба эскадры обеспечить качественную подготовку корабля к визиту и организацию встречи. Я уже неоднократно наблюдал, как на флотах происходит встреча Главкома – «зачищается» все, чтобы на глаза не попался какой-нибудь полупьяный матрос, мичман или офицер. Прибытие Главкома для корабельных событие, сопоставимое с прилетом марсиан. А для командования корабля оно давало шанс «засветиться», что могло хорошо сказаться при дальнейшем продвижении по службе (или, наоборот, не сказаться!) Размеренная жизнь корабля была безжалостно перечеркнута. Четверо суток непрерывно корабль красился, подкрашивался и перекрашивался, драились до блеска все медяшки. Экипаж практически не спал. На мою долю выпало не так много. Кроме работы по специальности с корабельным специалистом, я должен был составить маршрут возможного прохождения иностранной делегации, так, чтобы он не проходил мимо спец. кают, секретного вооружения и т.д. На всех ненужных «ответвлениях» должен был стоять матрос, задача которого не пропустить никого, направив по «правильному» маршруту. Матросов тщательно проинструктировали, обучили их иностранному слову «ПЛИЗ» и жесту рукой, показывающему нужное направление движения. К исходу 4-го дня корабль сиял, как котовы яйца, а матросы были в белоснежной форме, в кают-компании были накрыты столы с накрахмаленными скатертями. БПК встал на якорь на рейде. Министр обороны и главком должны были подойти на командирском катере, который отдраили до неестественного блеска. На случай его поломки были задействованы еще 2 катера, не столь «помпезные». Утро, как всегда, высветило массу мелких недоделок, которые тут же устранялись. Командир в пятый раз отрепетировал перед зеркалом свой доклад. Прошла информация – министры обороны обеих стран после возложения венков едут сразу в Министерство обороны, а на корабль прибудут только Главкомы ВМФ. Уже проще, только командир быстро репетирует новый доклад. Показалась кавалькада машин на берегу, в командирский катер погрузились несколько военных и гражданских, катер бодро захлопал винтом и двинулся к кораблю. Через несколько секунд доклад сигнальщика – катер потерял ход! Второй экипаж с резервным катером был спущен на воду за 10 секунд и …. Катер не завелся! Еще 10-15 секунд и катер с другого борта спущен и полетел на выручку. Как оказалось впоследствии, командирский катер, намотал на винт рыбацкую сеть. Главком калач тертый, знает о существовании «адмиральского эффекта» - он сразу проинформировал своего коллегу, что на корабле проводятся учения по спуску катера и т.д. На корабле, все затихает и только по палубе мечется матрос, у которого в руках оказался спасательный круг из спущенного катера. Командир грозно глядит на матроса и рявкает – ты ЧЁ? Матрос лопочет, что не знает, куда деть круг. «Куда-куда? да хоть за борт»! отвечает командир. Катер подходит к борту, экипаж выстроен, командир по стойке смирно, пожирает глазами швартующийся катер. Сзади появляется матрос и докладывает: «товарищ командир, ваше приказание выполнено»! Командир удивленно оглядывается – «какое приказание?». Однако уже ясно какое – из-за кормы корабля выплывает ВЫБРОШЕННЫЙ ЗА БОРТ спасательный круг. Полный абзац! Далее следует доклад командира корабля, поздравление экипажа Главкомом, короткая речь. Вместе с главкомом прибыли представители нашего посольства, они по гражданке. И видимо приспичило одного из них очень серьезно. Он бочком к старпому и спрашивает – где «отлить» можно? По палубе, вниз и налево. И посольский бочком-бочком и далее бегом. Добегает до матроса, и говорит, что старпом разрешил ему забежать в гальюн. Однако матроса обучили, две последние ночи он практически не спал и кроме слова «Плиз» и указания рукой он ничего не в состоянии воспринять. Ни шепота посольского, что он русский и бежит по малой нужде, ни русского языка он уже не понимает. ПЛИЗ, Я СКАЗАЛ! и снова жест рукой в направлении движения. А когда посольский пытается проскочить, матрос передергивает затвор автомата и посольскому уже бежать никуда не надо! Хорошо, что речь Главкома была краткой, а то бы сходил посольский не только по малой нужде! Главком поздравил экипаж, вручил несколько заранее подготовленных грамот и подарков (мне, кстати, в тот заход были вручены часы командирские с поздравлением от Главкома. Часы проходили всего лишь 3 дня. Ясно, хорошего не подарят!) и, не спускаясь в кают-компанию, вся делегация грузится снова в катер и видимо на банкет в министерство обороны. Так что в кают-компании мы хорошо посидели с офицерами корабля и штаба эскадры. На следующий день еще были сходы на берег, моряки, наконец-то отоспались. А через 2 дня мы уже держали курс на Владивосток с заходом во вьетнамский порт Камрань.
Заход в Камрань был организован без всякой помпы – мы просто заходили для пополнения запасов топлива и продуктов. В Камрани базировалась одна из наших эскадр. Флагманским специалистом на ней в тот момент был мой однокашник Володя. В Камрани я побывал впервые. Мы пришвартовались к стенке в пятницу в 17.30. На эскадре короткий день. Кроме дежурной службы на пирсе никого не было. Офицеры штаба эскадры в 17.00 уже убыли на автобусе в свой городок, который был километрах в 3-4 от пирса. Я запросил добро у начальника походного штаба на посещение однокашника. Спросил у дежурной службы, как добраться до военного городка – оказалось, что все просто – нужно идти вон по той дороге, уходящей куда-то в джунгли. Уже через 10 минут я широко шагал по раздолбаной асфальтовой извилистой дорожке, слева и справа густой стеной стояли заросли тропической растительности, действительно, настоящие джунгли. Смеркалось и довольно быстро. Когда уже прошел километра полтора-два, после очередного поворота чуть позади меня вышли 2 вьетнамца с автоматами Калашникова и громко спросили у меня: «куришь?». Я ответил отрицательно и для убедительности покрутил головой. Мой ответ им явно не понравился. Они пошептались меж собой и один из них еще раз на своем птичьем наречии спросил «куришь»? Я впервые пожалел, что не курю. У одного из них была дурацкая привычка передергивать затвор автомата. Я обратил внимание, что «Калаши» у них стоят на предохранителе, однако, щелчок затвора оптимизма не добавляет. Я сделал попытку пропустить их вперед. Однако они остановились и ждали, когда я продолжу движение. Так мы и шли, я, не слишком ускоряясь, а когда слышал очередной щелчок затвора и вовсе останавливался и поворачивался лицом к ним, они, следовавшие метрах в 10-15 позади и яркая луна, освещающая узкую дорожку. Наконец джунгли расступились и мы вышли на открытую площадку, слева я увидел огороженный колючей проволокой военный городок, на КПП дежурили морпехи, которым я был рад, как родным. Вьетнамские вояки, убедившись, что я прошел через КПП, исчезли в джунглях. Морпехи подсказали, где проживает мой однокашник, а заодно сообщили, что в последнее время обстановка чуть накалилась, запрещено добираться самостоятельно и всех штабных возят только на автобусе. Через 10 минут я уже обнимался с Володей и его женой Танюшкой, которую хорошо знал еще по училищу. Володя посмеялся моему рассказу и сообщил, что вьетнамцы спрашивали у меня не закурить, а обнаружив незнакомца (всех “местных» русских они хорошо знают), уточняли, друг ли я им – употребляя русское слово «КОРЕШ», а я им отвечал, что я «не кореш», что им явно не нравилось. На следующий день, дорвавшись до прочной земли, вместо гуляющей палубы, я умудрился поломать себе руку, играя в большой теннис и "герой Персидского залива" вернулся домой в гипсе.
Кстати, повезло, что при игре присутствовал местный эскадренный врач. Когда я пытался достать уходящий мяч, то сделал кувырок с опорой на левую руку. Стало больно, поморщился, а через несколько минут стал еще играть в волейбол. Когда принимал мяч, то видимо так "скукожился, что врач сразу сказал – ну-ка, давай посмотрим, что там у тебя с рукой. Посмотрели, сделали снимок - двойной перелом руки чуть выше кисти. Через час я был уже в гипсе. Пока еще пару дней были в Камрани, пока чуть не неделю шли до Владивостока, прячась от шторма, потом еще день провел во Владике и когда прилетел в Москву, понял, что гипс не позволяет настолько приоткрыть пальцы, чтобы туда входила грудь, по которой я за 8 месяцев ну уж очень успел соскучиться, то сразу принял решение - нафиг гипс! и, не смотря на возражение жены (думаю в ней в тот момент все же говорил медик) разломал весь гипс, утверждая, что хорошее настроение - лучший лекарь. И оказался прав!

2

Карантин

Все сидим дома, как один,
Наш мир закрыт на карантин.

Закрыт спортзал, закрыт музей,
Пустуют пляжи без людей,

Концертов больше не дают ,
Не митингует русский люд,

Закрыт футбол, закрыт хоккей,
Закрыты Лондон и Бомбей,

Закрыт кабак, закрыт бордель,
Закрыт Нью-Йорк и Куршавель,

От Алабамы до Китая
Так жить как минимум до мая,

Сидеть в пижамах по домам ,
И медленно сходить с ума.

4

Что мы знаем о первом кругосветном путешествии Магеллана?
Конечно то, что оно доказало, что Земля круглая, были открыты и получили свои названия Тихий Океан, Пролив Магеллана, архипелаг Огненная Земля. Так и есть, но на этом простые факты заканчиваются, если начать изучать путешествие поглубже, и начинаются удивительные и забавные вещи:
1. Так называемое Первое кругосветное плавание вообще не задумывалось как таковое, и они не собирались плавать вокруг земли, и в мыслях не было ставить географические эксперименты, да и денег никто бы не дал на такие «глупости». У экспедиции были две практические цели: первая – открыть более короткий путь в Индонезию за пряностями и специями и вернуться обратно, они думали, что так будет короче и быстрее. Вторая цель – колонизация новых земель для Испании, это был вооружённый военный поход.
2. «Первое кругосветное плавание» – звучит как весёлая прогулка географов, с глобусом в руке, типа «А давайте сплаваем вон туда!». На самом деле, экспедиция, продлившаяся ровно два года (1519-1521), стала опаснейшим и тяжелейшим испытанием для «экспедиторов» – начали на пяти кораблях ~260 человек, а через два года в Испанию, сделав круг, приплыл один (!) корабль, на котором были 18 (!!) человек, потом из плена вернулись ещё 13, потом ещё ~5, а остальные: умерли от голода, погибли в стычках с местными племенами, включая самого Магеллана, взяты в плен португальцами, сбежали на полпути, либо остались в Азии. Из пяти кораблей, один разбился о скалы, второй «дезертировал» (в проливе Магеллана, испугавшись дальнейших трудностей, повернул назад и вернулся в Испанию), третий был сожжён в Индонезии, четвёртый попал в плен к португальцам.
3. Они не только вступали в схватки с индейцами и филиппинцами в желании колонизовать их, и с португальцами, но в заливе Ла-Плата произошло сражение между … (!) двумя расколовшимися частями экспедиции – испанские моряки взбунтовались против командора Магеллана, захватили три корабля, на двух других были его сторонники. Завязался морской бой, с обстрелом из корабельных «ядерных» пушек, захват кораблей на абордаж, подавление бунта, сторонники «шефа» взяли в плен мятежников и … не казнили ни одного (людей не хватало), а оставили в команде, взяв честное слово, что те «больше так не будут».
4. Испания и Португалия были в то время ярыми соперниками в борьбе за колониальные владения. Данная экспедиция была под испанской короной и на испанские деньги, большинство матросов – испанцы. Испанская экспедиция всю дорогу уклонялась от встреч с португальскими военными кораблями, и при этом проходила под руководством … португальца Фернана Магеллана (Фернао Магальянш), это и было причиной бунта в Ла-Плате.
5. Тихий Океан. Именно магеллановцы назвали его «Осеано Пасифико» – «спокойный океан», потому что в нём они не попали ни в один шторм. Не шторма стали главной неприятностью в Осеано Пасифико, а его РАЗМЕРЫ. Люди тогда не представляли пропорций Земли, для них было сюрпризом, что Тихий Океан такой огромный. Они думали, обогнём Америку, проплывём метров двести и «здравствуй, Бомбей!». Из-за этого они не взяли достаточно провизии, и жутко голодали в течение трёх с половиной месяцев заплыва через океанище, занимающий половину земного шара, они питались остатками сухарей, варили кожаную обивку кораблей, а жаренные корабельные крысы вообще были деликатесами, который продавали друг другу за деньги.
6. В первом кругосветном путешествии первым человеком, сделавшим круг вокруг Земли, стал не сам Магеллан (он погиб в бою на Филиппинах, когда одно маленькое, но гордое племя отказалось становиться частью Испании) и даже не те перцы, которые, пережив все злоключения, в конце концов приплыли в Испанию, а индонезийский слуга Магеллана, которого ранее взяли в плен на в Индонезии и увезли в Испанию, там он стал слугой Магеллана и поплыл с ним, сделав круг и приплыв на Суматру уже с другой стороны.
7. Невероятно, но почти разгромленная экспедиция послужила всем своим целям. Коммерческой цели: они показали купцам, что ТАК плыть длиннее, к тому же, загрузив в Индонезии в свой трюм мешки с перцем, приправами и прочей анашой, они продали их по баснословной цене в Испании. Колониальной цели: они конечно не захватили никаких колоний, но именно после них началась колонизация Аргентины и Филиппин. Ну а географическая польза экспедиции оказалась просто бесценной.